Финансово-организационные инструменты трансформации отечественной экономики

Иванникова А.А.1, Попов А.К.1
1 Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации

Статья в журнале

Вопросы инновационной экономики (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 13, Номер 4 (Октябрь-декабрь 2023)

Цитировать:
Иванникова А.А., Попов А.К. Финансово-организационные инструменты трансформации отечественной экономики // Вопросы инновационной экономики. – 2023. – Том 13. – № 4. – С. 1973-1992. – doi: 10.18334/vinec.13.4.120064.

Аннотация:
Статья посвящена проблематики обеспечения условий для на модернизации отечественной экономики в условиях сложившихся вызовов. В фокусе внимания находятся вопросы, связанные с трансформацией финансовых институтов РФ в целях повышения их эффективности. В качестве инструмента оперативного мониторинга и реализации стратегических проектов предлагается привлечение экосистем для консолидации и координации ресурсов в едином организационном контуре. Рассматривается вопрос выстраивания двустороннего канала коммуникаций по уточнению потребностей населения через интеграцию экосистемы в контуре государственно-частного партнерства при реализации стратегических проектов

Ключевые слова: финансовая система, национальная трансформация, инструменты финансирования, государственно-частное партнёрство, экосистемы

Финансирование:
Исследование выполнено в рамках фундаментальной НИР № 1022040500863-5-5.2.1;5.2.4 «Теоретические основы формирования новой парадигмы управления социально-экономическим, технологическим и финансовым развитием России: междисциплинарный синтез эволюционных и волновых концепций» по заказу Финансового университета при Правительстве РФ



Введение

Рост волатильности макроэкономических колебаний, участившиеся социальные кризисы (вооруженные конфликты, революции и т. д. в различных регионах), регресс процессов глобализации свидетельствуют об активизации фазы смены геополитического лидера – центра в рамках мир-системного подхода. В результате запущенных процессов можно ожидать формирование нескольких центов, определяющих экономические и социально-политические тренды развития в своем макрорегионе. Текущая ситуация открывает «окна возможностей» для стран, занявших полу-периферийную позицию (в т. ч. и Россия). Реализация представленных возможностей предполагает трансформацию национальной экономики, позволяющую стать экономической системе более гибкой, т. е. восприимчивой к объективным потребностям общества, и более самодостаточной, т.е. готовой опереться на собственные производственные и финансовые возможности. Повышает актуальность вопроса модернизации национальной экономики международная изоляция России странами капиталистического центра. Безусловно, переориентация на взаимодействие с дружественными странами Африки, Ближнего Востока и Азии способна в некоторой степени компенсировать взаимодействие с частью Западных партнёров, однако развивающиеся страны не обладают той же сопоставимой экономической и технологической мощью, которой обладают капиталистические гиганты. В связи с этим национальная модель планирования в России должна исходить из приоритетности внутреннего рынка и немногочисленных рынков развивающихся стран. В свою очередь, национальная трансформация любой экономики попросту невозможна без грамотного функционирования финансовой системы и выстроенных инструментов операционного контроля и исполнения стратегических проектов.

Данная тема предполагает синтез результатов исследований по нескольким затрагиваемым направлениям:

· Вопросы методологии и практики реализации долгосрочной стратегии развития экономики в условиях мирового научно-технического прогресса поднимались в работах С.Ю. Глазьева [1], Р.М. Нуреева [2], Я.М. Миркина [3], К. Шваба [4].

· Принципы и механизмы реализации возможностей, открываемых для национальных экономик с развивающейся рыночной системой, представленных в работах Р.С. Дзарасова [5], Е.В. Дементьева [6], В.М. Полтерович [7].

Существенным научным пробелом, определившим дальнейшее направление исследования настоящей статье, стала имплементация новых форм организации бизнеса (экосистем) и активно развивающихся элементов обновленных финансовых институтов в стратегические задачи трансформации национальной экономики.

Целью настоящего исследования является определение возможностей обеспечения финансовыми ресурсами и механизмами реализации стратегических задач национальной экономики.

В рамках научной новизны настоящей статьи можно выделить следующие элементы:

- Определение финансовых инструментов, определяющих контуры перспективных финансовых институтов, способных сохранить ресурсы в промышленном периметре России и повысить эффективность национальной финансовой системы

- Исследование роли и места экосистемы, как новой модели организации бизнеса, способного интегрироваться в систему реализации государственных стратегических проектов. Обладая собственной интеграционной платформой, экосистема способна обеспечить необходимый уровень операционного контроля и системы обратной связи для все субъектов национальной экономики.

Авторская гипотеза данной статьи заключается в том, что первоочередными факторами, определяющими возможность трансформации национальной экономики, выступают достаточность высоколиквидного капитала (финансовые ресурсы) и инструменты координации ресурсов и потребностей в рамках единого интеграционного контура (экосистемы).

Для исследования использовались инструменты структурного институционального анализа, инструменты сценарного моделирования и прогнозирования. В работе экосистема рассматривается как сложная интеграционная платформа, объединяющая потребителей и производителей в единую систему за счет сквозных каналов сбыта, единой финансовой инфраструктуры и стандартов коммуникаций. В качестве лучших практик взаимодействия экосистем и государства использовался опыт реализации комплексных проектов крупнейших национальных экосистемы: Сбер, МТС, Ростелеком, Яндекс.

Основная часть

Рассматривая современную российскую систему финансирования национальных преобразований, можно выделить следующие её черты [8]:

1) Включает в себя три уровня бюджетов - федеральный, региональный и местный бюджеты;

2) Разнообразие источников финансирования, сочетающих бюджетные и внебюджетные фонды: так, например, примерно 50% средств для реализации нацпроектов выделяется из федерального бюджета, 20% - из консолидированных бюджетов субъектов РФ, 0,5% - из государственных внебюджетных фондов и около 29,5% – из других внебюджетных источников [8]. Стоит отметить, что для всех национальных программ данные цифры принимают разные значения, однако пропорции остаются примерно одинаковые, за исключением нескольких проектов, например, Демография Здравоохранение, Культура, и некоторых других. Данный фактор, несомненно, увеличивает гибкость финансирования, однако, в то же время, возникает зависимость от менее стабильных, по сравнению с федеральным бюджетом, источников финансирования. Разнообразие источник финансирования диктует необходимость учета интересов элитарных групп по всей вертикали управления, включая федеральное правительство, региональные элиты и интересы профильных ведомств;

3) Отсутствие инструмента общественного контроля за расходованием национального благосостояния;

4) Высокий уровень бюрократизации процесса перераспределения ресурсов между уровнями управления;

5) Отсутствие гибких и оперативных инструментов перераспределения ресурсов между различными хозяйствующими субъектами (бюджетными и внебюджетными фондами, материнскими и дочерними компаниями и т. д.);

6) Ограниченная возможность принятия оперативных управленческих решений по финансированию стратегических направлений развития на региональном и местном уровнях. Данное ограничение связано со сформированной бюджетной системой, когда ~80,5 % всех собираемых налоговых поступлений перераспределяется на федеральный уровень, а оставшихся средств хватает региональным и местным властям лишь на покрытие расходов на решение оперативных задач. В результате средства возвращаются в региональные и местные бюджеты в виде целевых инвестиций с четко указанными сметами расходов, а перераспределение выделенных средств уже с учетом возможностей и потребностей региона между целевыми средствами практически невозможно и грозит уголовным преследованием должностному лицу.

В то же время основываясь на вызовах, стоящих перед отечественной экономикой, можно сформулировать следующие задачи модернизация современных институтов, призванных обеспечить финансирование трансформации отечественной экономики:

- преодоление последствий нехватки ликвидной денежной массы в отечественной экономике, позволяющей запустить процесс модернизации реального сектора производства;

- синхронизация интересов финансовых организаций и интересами реальной экономики, в том числе в условиях развития кризисных явлений и роста нестабильности.

В рамках определения долгосрочных задач развития Банк России выделил следующие направления развития финансового рынка, отвечающих требованиям национальной экономики [9]:

1) Содействие участию банковской системы в финансировании экономического развития. Определяются следующие инструменты, доступные как на уровне самого финансового регулятора, так и требующие координированного взаимодействия между различными ведомствами:

- разработка правовых и операционных механизмов, способствующих диверсификации кредитного риска. В данном случае предполагается адаптация требований Базель 3 к реалиям отечественной экономики, включая использование суверенного странового коэффициента риска; сохранения баланса между раскрытием информации о ключевых операциях M&A и сохранением возможности минимизации санкционных рисков;

- вовлечения государственных ресурсов в финансирование высокорискованных проектов за счет развития механизма государственных гарантий и практики ГЧП;

- расширения потенциала развития малых банков и пропорционального снижения регуляторной нагрузки (посредством создания специальных банковских объединений). Данные меры могут способствовать существенному увеличению уровня конкуренции на финансовом рынке, который активно консолидируется последние 20 лет, что приведет к росту объёма кредитов, предоставляемых предприятиям, сделать их более доступными. При этом предполагается усилить внимание к кредитованию банковскими объединениями локальных субъектов МСП.

2) Вовлечение населения в процесс финансирования трансформации национальной экономики за счет развития инструментов долгосрочных инвестиций и сбережений. В настоящий момент работа идет по направлению повышения привлекательности механизмов индивидуальных инвестиционных счетов (ИИС) за счет введения единого налогового вычета по НДФЛ. Реализация данных задач позволит трансформировать больший объём личных сбережений граждан в инвестиции, и, соответственно, привлечь ещё большие суммы к трансформации экономики;

3) Развитие рынка капитала и иных инструментов долгосрочного финансирования экономического развития с помощью защиты прав частного инвестора, решения проблемы блокировки активов, внедрения инструментов развития льготных режимов размещения ценных бумаг для компаний, осуществляющих деятельность в приоритетных отраслях, формирования чётких критериев определения компаний, вносящих вклад в трансформацию отечественной экономики (вместо формирования закрытых списков компаний), повышения информированности граждан о возможности их участия в экономической трансформации и развитие востребованных инструментов долгосрочных инвестиций для граждан, обеспечения партнёрство государства и бизнеса, развития партнёрского финансирования и стимулирования спроса на инновации. Реализация данных направлений развития непременно может обеспечить повышение гибкости процесса инвестирования, сделав его более привлекательным для всех сторон;

4) Выравнивание асимметрии информации между миноритарными инвесторами и корпорациями за счет раскрытия информации, чему может способствовать закрепление на законодательном уровне механизмов, обеспечивающих баланс интересов между всеми участникам корпоративных отношений, публикация финансовой отчётности и раскрытие иной информации как финансовых, так и нефинансовых организаций. Реализация данной задачи позволит повысить качество управления и увеличить прозрачность деятельности компаний, что приведёт и росту их инвестиционной привлекательности;

5) Развитие рынка страхования благодаря регулированию условий страхования, пересмотру системы гарантий, а также создание и оптимизация функционирования централизованной системы, что позволит обеспечить большую защиту бизнеса и благосостояния населения;

При этом в условиях перехода экономики к закрытой модели, т. е. прекращение возможности поступления более дешевых долгосрочных средств из-за рубежа, общее снижение уровня рентабельности капитала, коммерческие предприятия вынуждают финансовую систему (как социальный конструкт), сокращать валовую прибыль. Сохранение чистой прибыли в условиях снижения валовой прибыли и сохранении относительно стабильного объема рынка возможно через оптимизацию постоянных и переменных затрат финансовых компаний. В результате наблюдается развитие финансовых инструментов, которые приведут к формированию нового облика финансового института в отечественной экономике.

1. Развитие инструментов цифрового банкинга. Уже сейчас большинство банков трансформировали свою сбытовую сеть, оптимизировав расходы на взаимодействие с клиентами. Основной предпосылкой, позволившей оптимизировать затраты финансовому капиталу на развитие/обновление инфраструктуры явилось сокращение доли наличного обращения. Так в РФ с января 2000 года по январь 2021 года доля наличных денежных средств в обращении сократилась с 33% до 22% [10]. В результате снижения потребности в наличных деньгах и развитие технологий позволило финансовому капиталу виртуализировать процессы взаимодействия с клиентами:

1) на 1-м этапе - перевод транзакционных операций из офисов в устройства самообслуживания;

2) на 2-м этапе - преобразование каналов коммуникаций с клиентами: создание дистанционной поддержки с клиентами ФЛ и ЮЛ в режиме 24/7;

3) на 3-ем этапе - перевод части процессов работы с клиентами в автоматизированный формат (через мобильные приложения, чат-боты, расширение функциональности сайтов);

4) на 4-м этапе - передача функций работы с наличными деньгами крупным национальным и региональным ритейлерам (разнообразные стратегии создания банковских платежных агентов при поддержке Банка России).

На текущем этапе развития искусственного интеллекта цифровой банкинг является инструментом роста прозрачности не только о фактических операциях собственных клиентов, но и о потенциальных потребностях. В результате предиктивные модели и гибкий инструментарий формирования коробочных продуктовых предложений может формировать кастомизированные продукты с учетом денежных потоков, необходимых остатков на счетах и склонности клиента к риску. В результате со стороны клиента возрастает доля более «длинных» инвестиций, наполняя экономику денежной массой. Кроме того, интеграция банков с партнерами позволяет формировать пакетированные предложения для отдельных категорий (студенты, геймеры, исследователи), включая в их товарную корзину еще и продукты партнеров интересные данной категории.

С другой стороны, объем данных о фактических тратах клиента (физических и юридических лиц) позволяет точнее определить профиль клиента, что обеспечивает точное определение уровня риска для данного заемщика, т. е. снижает общий уровень кредитной ставки за счет снижения уровня неопределенности.

Формирование базы данных о собственных клиентах и их потребностях за счет развитого инструментария цифрового банкинга позволяет наиболее технически развитым кредитным организациям выступать не только гарантом самой сделки (что фактически уже наблюдается рамках различных документарных операций), но и активно реализовывать функцию кооперации участников сделки на основании их потенциальных потребностей.

Отдельное конкурентное преимущество формируется у крупнейших участников финансового рынка. При значительной доле на локальном рынке платежей и переводов администратор транзакций (финансовая организация) за счет инструментов статистической аппроксимации с высокой степенью вероятности может определить объем, направление и законность финансовых потоков как юридических, так и физических лиц. При этом не обязательно, чтобы отдельные субъекты были клиентами данной финансовой компании, достаточно точно разработанного профиля, который составляется при помощи данных уже имеющихся клиентов, и ключевых метрик, по которым можно применять уже разработанные профили клиентского поведения к новым бизнес-задачам. Именно формирование достоверных и масштабных данных составляет конкурентное преимущество национальной финансовой системы в рамках перехода к 6-му ТУ. Конкурентным преимуществом будут обладать компании с долей регионального рынка не ниже 15–20% (что в настоящий момент составляет 5–7 крупнейших отечественных финансовых организаций, т. е. менее 2% от всех кредитных организаций в стране) [11].

2. Интеграция фондов поддержки стартапов в контур финансовых организаций. Развитие различных фондов поддержки молодых инновационных организаций является естественным продолжением венчурной деятельности финансовых организаций. В условиях ухода с национального рынка крупнейших международных венчурных фондов и необходимости диверсификации собственного бизнеса (при поддержке государства) крупнейшие финансовые корпорации (Сбербанк, Тинькофф банк, ВТБ) активно начали открывать собственные венчурные фонды, обозначения тем самым интеграцию финансового и промышленного капиталов. Интеграция финансового капитала с промышленным минимизирует издержки перехода мировой экономики от 5-го к 6-му технологическому укладу за счёт гибкого характера организации инвестиционной деятельности. Таким образом роль координатора по модернизации инфраструктуры при переходе к 6-му ТУ закрепляется за крупнейшими отечественными организациями. Дополнительной выгодой от новой институциональной формы взаимодействия финансового и промышленного капитала является снижение технологической неопределённости для стратегических инвесторов. Во-первых, наличие обширной лояльной клиентской базы позволяет точнее определить потребности потенциальных покупателей в конкретных инновациях, что позволяет отказаться от практики «инвестиций по площадям», принятой в период перехода к 4-му, 5-ому ТУ. Таким образом, формируется основа перехода к точенным приобретениям перспективных Start Up’ов, что повышает эффективность стратегического инвестиционного процесса и расширяет круг инвесторов за счет клиентов финансовой организации разных масштабов (от инвесторов-физических лиц, до крупных корпораций, использующих удобные площадки). Во-вторых, интеграция венчурных фондов в периметр крупной финансовой организации обеспечивает быстрый канал обратной связи между клиентами и Start Up компаниями, что позволяет тестировать продукты/услуги на ранних этапах разработки, т. е. выпускать MVP продукты (minimum viable product - минимальный жизнеспособный продукт). В результате сокращаются время выхода на рынок новых продуктов/услуг и стоимость прикладных научных исследований, за счет отказа на ранних стадиях от неперспективных разработок. В-третьих, интеграция Start Up в собственную структуру позволяет эффективнее выстраивать новые процессы инвестиций за счет снижения коммуникационных барьеров и роста прозрачности. Выделение средств на Start Up трансформируется от принципа траншей (3–4 транша за весь период жизни Start Up), к равномерным платежам по мере необходимости (формирование отдельного денежного потока на фонд оплаты труда, на формирование материально-технической базы и т. д.). В результате для инвестора сокращается отвлечение денежных средств и возрастает степень контроля за целевым расходованием инвестиций.

3. Развитие цифровой национальной валюты. По данным CBD Ctracker в июле 2023 года на разной стадии внедрения от исследования до запуска находилось более 110 цифровых валют в разных странах мира (включая Канаду, Китай, Индию, Францию, Бельгию, Саудовскую Аравию) Относительно успешный опыт в настоящий момент наблюдается только в Китае. Компоненты успеха внедрения цифрового юаня в Китае:

1) Разработка теоретической базы с 2014 года;

2) Достаточный технологический потенциал для организации собственной сети расчетных центров и узловых коммуникаций;

3) Широкая поддержка со стороны ключевых акторов финансовой системы Китая (напрямую аффилированных с государством и способных к выбору в пользу долгосрочных стратегических интересов в ущерб краткосрочным выгодам): экосистемы Alibaba (Alipay), Tensent (WeChat), банки Bank of China и Agricultural Bank of China, телекоммуникационные компании China Telecom, China Mobile и др.;

4) Принцип внедрения, основанный на географической, а не отраслевой привязке: города Шэньчжэнь (17,5 млн чел), Сучжоу (12,7 млн. чел.), Чэнду (21 млн. чел.) и Сюнъань (1,3 млн. чел.) [12]. Пилотирование новой финансовой технологии по географическому признаку обеспечивает своевременную оперативную информацию о межотраслевом перетоке ресурсов, формировании мультипликатора, предпочтении населения к сбережению в безналичной форме и потенциале развития новых продуктов на базе цифрового рубля;

5) Низкий старт: к началу внедрения цифрового юаня (в 2013 году) доля мобильных платежей в экономике Китая составляла ~ 81,5% [13].

Единственный реализованный опыт показывает возможность достижения целей, валидных и для отечественной экономики:

1) Оптимизация транзакционных издержек в экономике;

2) Повышение прозрачности национальной экономики;

3) Повышение доступности финансовых операций для физических и юридических лиц.

Необходимо отметить, что Банком России уже был опубликован доклад для общественного обсуждения (в октябре 2020 года) [14], по результатом которого были внесены существенные изменения в концепцию внедрения цифрового рубля (выбор в пользу децентрализованной розничной двухуровневой модели, проработаны вопросы защиты конфиденциально информации, уточнена роль участия банковского сектора во внедрении цифрового рубля и т.д.) [15].

Широкомасштабное внедрение цифрового рубля сможет снизить средние транзакционные издержки в экономике с 1,1% до 0,3% (до 2025 года – льготный тариф без процентов). При этом в условиях ограниченного внедрения цифрового рубля открытыми остаются значения ключевых макроэкономических показателей, определяющих объем денежной массы в обращении, которая будет приходиться на цифровой рубль: мультипликатор инвестиций (при получении дохода в цифровом рубле), мультипликатор гос. расходов, банковский мультипликатор.

Отдельной задачей, которую преследует Банк России при внедрении цифрового рубля, является повышение конвертируемости рубля (аналогичную задачу решает цифровой юань).

Развитие новых технологических тенденций приведет к модернизации и характера взаимодействия на финансовых рынка. Можно выделить следующие возможные направления реформирования финансовых институтов в России, основанные на принципах институциональной школы:

1) Защита прав потребителей: создание механизмов и органов, обеспечивающих защиту прав потребителей финансовых услуг, а также повышение осведомленности и финансовой грамотности населения. Реализация данной политики позволит повысить уверенность населения в сохранности своих вложений и, соответственно, увеличить и число пользователей финансовых продуктов и, соответственно, объёмы инвестиций;

2) Содействие инновациям: создание благоприятной среды для развития финансовых инноваций, включая использование новых технологий, таких как блокчейн и цифровые платформы, что позволит оптимизировать перераспределение денежных средств между участниками финансовых операций;

3) Развитие финансового образования: внедрение программ по финансовому образованию в школах и вузах, а также проведение информационных кампаний о финансовых продуктах и услугах для населения для повышения их привлекательности;

4) Сотрудничество с международными организациями: участие в международных финансовых организациях и сотрудничество с ними для обмена опытом и привлечения инвестиций для совершенствования собственных механизмов финансирования;

5) Трансформация системы налогообложения: пересмотр пропорций распределения собранных денежных средств между центром и субъектами в целях обеспечения большей финансовой возможности для реализации мер, направленных на трансформацию экономики страны, на региональном и местном уровнях;

6) Перестройка системы банков развития: целью деятельности государственных институтов развития является финансирование важной для государства сферы деятельности или отрасли экономики с целью улучшения благосостояния населения и предприятий, особенно в капиталоёмких отраслях, посредством предоставления долгосрочных кредитов. Одной из главных особенностей данных институтов, отличающей их от кредитных организаций, является то, что в качестве источников финансирования они используют бюджетные средства и займы, привлечённые на рынке ценных бумаг. Как отмечают эксперты, в нашей стране подобные институты также функционируют, однако они были сформированы достаточно стихийно и требуют пересмотра, поскольку их функционирование крайне неэффективно [16, 17];

7) Трансформация механизма привлечения иностранных инвестиций: необходимо развитие и международное признание финансовой инфраструктуры России и стран-партнеров – регистраторов, депозитариев, а также создание площадок для осуществления транзакций, которые не будут нести риска вторичных санкций для контрагентов. Более того, требуется снижение административных барьеров по вводу иностранного капитала на российские торговые площадки и повышение защиты активов нерезидентов до уровня международной практики, а также повышение информационной открытости [18].

Отдельно стоит остановиться на том, что опыт реализации стратегии 2020 показал неспособность ключевых секторов экономики в их текущем институциональном воплощении реализовывать стратегические задачи [19]. В первую очередь это связано с тем, что государственные институты, настроенные на регулирование рынков, не в состоянии заниматься их операционным регулированием в силу недостаточности ресурсов и отсутствия соответствующего опыта. Ситуацию усложняет и ограниченность доступа к передовым техническим разработкам, а также устаревание основных средств большинства предприятий, стратегически значимых для развития национальной экономики.

На основании вышеуказанных проблем можно предложить следующие направления работы, совершенствование которых позволило бы преодолеть противоречия системы:

- совершенствование системы общественного участия и контроля (в форме обратной связи) в постановке и проработке механизмов реализации национальных целей;

- повышение роли крупнейшего эффективного бизнеса (по аналогии с опытом азиатских стран) в процессе национального целеполагания и реализации целей через расширение практик государственно-частного партнёрства.

Таким образом, на уровне реализации стратегических государственных ориентиров между заказчиком трансформации (в лице государства) и конечным бенефициаром (население/ бизнесом) должна появиться единая структура, способная обеспечить следующие задачи:

- предложить инструменты эффективного расходования средств, выделяемых в рамках стратегических программ трансформации;

- создать систему мониторинга достижения целей и получения обратной связи об актуальности этих целей для бенефициаров по реализуемым стратегическим направлениям;

- осуществлять оперативное управление проектами и инициативами в рамках задач, формулируемых стратегическими программами;

- поддерживать контакты с зарубежными компаниями с целью сохранения каналов импорта технологий (включая управленческие технологии), их адаптации и дальнейшего сопровождения.

Иными словами, в системе реализации стратегических программ не хватает участников, которые в условиях сохранения рыночных принципов реализации задач, могли бы консолидировать ресурсы национальной экономики и координировать участников с учетом регулярно уточняющихся целей в рамках созданной системы обратной связи.

Ключевым решением является усложнение моделей взаимодействия между крупнейшим бизнесом и конечными клиентами при поддержке/ гарантиях государства путём создания национальных экосистем.

В работе экосистема рассматривается как сложная интеграционная платформа, объединяющая потребителей и производителей в единую систему за счет сквозных каналов сбыта, единой финансовой инфраструктуры и стандартов коммуникаций. В качестве лучших практик взаимодействия экосистем и государства использовался опыт реализации комплексных проектов крупнейших национальных экосистемы: Сбер, МТС, Ростелеком, Яндекс.

Вопросы развития экосистем как новых объектов исследования отражены в работах следующих ученых: Я.И. Куриянова [20], Клейнер Г.Б., Рыбачук М.А., Карпинская В.А. [21], Раменская Л.А. [22]. При этом недостаточно охвачены вниманием вопросы и перспективы развития национальных экосистем, как потенциальных локомотивов отечественной экономик, в условиях относительного скромной емкости отечественного рынка и политических барьеров выхода на международный уровень.

Развитие национальных экосистем, в качестве «интеграционной шины» между комплексным социальным заказом государства и потребностью конечных пользователей может упросить механизм реализации стратегических проектов. Одним из основных вызовов, с которым в сложных условиях, должны справляться обновленные институты для обеспечения развития национальной экономики является возможность ускоренного реагирования на потребности конечных клиентов и обеспечение эффективного замкнутого ресурсного контура.

Имманентной институциональной особенностью экосистем, которая выступает преимуществом в условиях негативного и изменчивого внешнего фона, является комплексность предоставляемых решений в концепции оказания полного сервиса. В результате наблюдается усложнение производственно-сбытовых моделей, т. е. переход от традиционного двустороннего бизнеса (бизнес/ государство; бизнес/ бизнес; бизнес/клиент) к интеграционным моделям из 3-х и более компонентов. Так появляются и активно развиваются модели бизнеса, ориентированные на В2G2B и В2G2С, т. е. взаимодействия между экосистемой и конечным потребителем (корпоративным сектором или частными клиентами) с привлечением государства [23]. По мере развития потребности в комплексных услуга длина модели может увеличиваться и состоять из B2G2B2C.

В рамках модели реализации стратегических проектов на основе государственно-частного партнерства, представленной на рисунке 1, государство (в лице региональных органов власти) формирует стратегический заказ на основании потребностей населения в оказании комплексных услуг. Источником финансирования, в силу ограниченности региональных и муниципальных бюджетов, выступает федеральный бюджет, перераспределяемый в регионы под реализацию федеральных программ. Задачу по разработке адаптированных продуктовых предложений частично берет на себя экосистема. Однако, помимо этого, главной её задачей является создание и поддержание инфраструктуры для компаний-партнеров в целях выстраивания единой системы комплементарных услуг/товаров [24].

Рисунок 1 – структурно-логистическая модель использования экосистем в реализации стратегических проектов на основе ГЧП

Источник: составлено авторами.

Предложенная модель представляет собой системы взаимодействия государства, экосистемы, потребителей и партнеров/агентов, объединенных потребностями, товарно-денежными отношениями и правовыми нормами. В качестве экосистемы в данном случае рассматриваются наиболее обширные экосистемы, которые включают в свой контур услуги и товары по различным направлениям. Важно отметить, что для эффективного взаимодействия приоритет отдаётся экосистемам с открытой или смешанной интеграционной моделью, что позволяет наиболее эффективно интегрировать широкий спектр партнеров на базе единой ИТ платформы.

Партнерами в модели взаимодействия могут выступать как коммерческие предприятия, так и индивидуальные предприятия. Партнеры производят комплементарные услуги/ товары, которые не эффективно развивать в организационном контуре материнской компании экосистемы и ее дочерних организаций по следующему ряду причин:

- специфическая деятельность, ограниченная законодательством;

- соглашения (гласные и негласные) с иными экосистемами о поле «свободной торговли», которое эффективно оставить не захваченным;

- отсутствие перспектив к масштабированию данной услуги/товара за счет цифровых возможностей экосистемы

- низкая стратегическая эффективность сферы бизнеса (высокие риски, низкая маржинальность и т. д.)

Взаимодействие с партнерами, как правило выстраивается на базе подрядных договоров (в рамках отдельного крупного проекта) или на базе постоянных соглашений о сотрудничестве. Определение эффективности интеграции каждой отдельной компании в структуру экосистемы ли сохранения ее в виде партнера определяется стратегическим интересов взаимодействия по принципу равновесия Нэша [25], что представлено на рисунке 2.

Рисунок 2 – Определение характера интеграции компании в экосистему (на основании теории игр)

Источник: составлено авторами.

Из рисунка 2 видно, что в случае совпадения временного периода взаимодействия между отдельной компанией и экосистемой может сформировать эффективное взаимодействие (в среднесрочной перспективе – партнерство, в долгосрочной перспективе – интеграция в экосистему). При несовпадении временного горизонта взаимодействия будет нарушаться баланс интересов, при этом объект, чьи интересы нацелены на более длинный период взаимодействия будет склонен идти на большие уступки, что может вызвать ситуацию эксплуатации. В возникновении низкого интереса взаимодействия со стороны экосистемы к взаимодействию с отдельной компанией в среднесрочной перспективе будет наблюдаться стратегия локальной конкуренции, а в долгосрочной перспективе – вытеснение экосистемой компании из данной ниши.

Задачей агентов экосистемы является выстраивание взаимоотношений с потребителями, включая систему дистрибуции комплекса продуктов и услуг экосистемы, претензионная работа с клиентами, реализация роли представителя бренда. Из модели видно, что, как правило, финансовые отношения партнеров/агентов и экосистемы имеет двусторонний характер в виде явных платежей за комплементарные товары/услуги в сторону партнеров/агентов и в виде регулярных платежей за использование инфраструктуры экосистемы, включая торговые площади, интеллектуальную собственность, физические и виртуальные рекламные поверхности и т. д.

Ключевым элементом модели выступает потребитель, который может быть корпоративным клиентом, целевым сегментом клиентов физических лиц или всем обществом в целом. Выступая двигателем человекоцентричной экономики, потребитель формирует заказ на социальные и экономические преобразования для государства в виде явных потребностей или в виде потенциальных запросов. Задача государства совместно с экосистемой определить параметры запроса потребителя и сформировать оптимально комплексное решение, отражающее интересы потребителя, государства и всего общества. В большинстве случаев данный заказ соответствует одному из стратегических проектов федерального уровня или одному из пунктов стратегии национальной трансформации, что отражает характер социальных обязательств государства перед обществом.

Участие государства в данной модели ограничивается определением границ социальных обязательств через утвержденные метрики развития, КПЭ региональных властей, целевых смет расходования федерального бюджета, государственных гарантий всем участникам модели взаимодействия.

В итоге все участники бизнеса получают свои выгоды.

Для конечного потребителя (т. е. населения Российской Федерации) данные выгоды выражаются в: получении услуги полного цикла и комплексном удовлетворении потребностей; уровне сервиса и качестве продукции, которые становятся более стабильными; гарантии сопровождения предлагаемых продуктов (актуально в условиях серого импорта для дорогостоящего высокотехнологичного оборудования). Соответствующие гарантии обеспечиваются ориентацией экосистемы на длительный характер взаимодействия с клиентами по продуктовым предложениям с высоким содержание сервисной составляющей в его конечной цене.

Для государственного сектора включение экосистем в реализацию стратегических проектов обеспечивает: передачу на «outsourcing» ответственности за операционное сопровождение реализации стратегических проектов; минимизацию расходов на сопровождение и контроль проекта, а также оптимизацию транзакционных затрат на интеграцию большого количества субподрядчиков в единый проект.

Для корпоративного сектора, в первую очередь для небольших компаний, участвующих в схеме взаимодействия B2G2B2C, партнерство с экосистемами обеспечивает: доступ к широкой клиентской базе, возможность участия в гос. контрактах.

Более того, в отличие от распространенного заблуждения, в рамках стратегических проектов экосистемы не преследуют краткосрочные выгоды, т. е. задачи максимизации собственного прибавочного дохода в краткосрочный период 1-3 лет. Общая стоимость проекта для заказчика (государство) и пользователей снижается, т. к. экосистема, получает вознаграждение от всех участников проекта, что позволяет обеспечить приемлемую для каждого участника в отдельности стоимость высокотехнологичных решений с расчетом на длительный срок окупаемости. Таким образом, в условиях ограниченного бюджета государство может позволить себе реализацию большего количества проектов и ускорить структурную трансформацию экономики.

Дополнительным аргументом в пользу привлечения экосистемы, в условиях формальной технологической изоляции, является возможность обеспечить беспрерывный параллельный импорт за счет установленных ранее международных связей и сложной корпоративной структуры управления (наличие дочерних и «внучатых» организаций, компаний в зоне влияния экосистемы, высокой доли иностранных инвестиций в структуре капитала). В свою очередь, накопленные компетенции и штат профессионалов позволяет осуществлять дальнейшее сопровождение импортированного оборудования.

Заключение

В заключении отметим, что вопрос трансформации отечественной экономики является крайне актуальным, но приходится на не самый благоприятный период с макроэкономический, политический и технологической позиций. Первоочередными задачами государственной политик в области трансформации национальной экономики должны выступать: актуализация институтов, обеспечивающих устойчивое финансовое развитие для реального сектора экономики, и инструментов реализации стратегических проектов и программ на операционном уровне.

Сбалансированная государственная политика в отношении экосистем подразумевает гармоничное развитие и взаимодействие как государственных, так и корпоративных структур при наличии общей цели на повышение благосостояния общества. При этом задача государства заключается в формировании долгосрочных ориентиров реализации социально-экономической политики, выделение средств на развитие стратегически важных направлений, реализацию государственно-корпоративного партнерства, внедрение правил и контроль их соблюдения в социальной сфере для корпоративного сектора (в первую очередь для экосистем). Чрезмерное ужесточение государственного контроля за деятельностью экосистем грозит нивелированием эффекта саморегулирующей системы в рамках правил, задаваемых экосистемами, с последующей потерей мощного инструмента реализации стратегических программ со стороны бизнеса – самих экосистем. Ослабление контроля грозит подменой вектора деятельности экосистем в пользу национальных интересов интересами малой группы собственников и паразитической эксплуатации национальной экономики.


Источники:

1. Глазьев С.Ю.,Попов А.К., Толкачев С.А. Циклические закономерности развития технологических и мирохозяйственных укладов. / монография. - Москва : КНОРУС, 2022. – 157-195 c.
2. Нуреев Р.М., Карапаев О.В. Три этапа становления цифровой экономики // Jer. – 2019. – № 2. – c. 6-27.
3. Миркин Я.М. Новая экономическая политика для России // Научные труды Вольного экономического общества России. – 2021. – № 1. – c. 115–127.
4. Шваб К. Четвертая промышленная революция. - Эксмо, 2016. – 138 c.
5. Дзарасов Р.С. Место России в мировой экономике, инвестиции и инновации в эпоху цифровизации // Геоэкономика энергетики. – 2023. – № 2. – c. 72-99.
6. Дементьев В.Е. Технологическое развитие и структурные изменения в экономике // AlterEconomics. – 2022. – № 1. – c. 116–130.
7. Полтерович В.М. Институты догоняющего развития (к проекту новой модели экономического развития России) // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. – 2016. – № 5(47). – c. 34–56.
8. Тугушев Р.И. Финансирование национальных проектов в Российской Федерации // Финансовое право. – 2020. – № 12(121). – c. 73–81.
9. Основные направления развития финансового рынка Российской Федерации. [Электронный ресурс]. URL: https://www.cbr.ru/about_br/publ/onfinmarket/ (дата обращения: 14.07.2023).
10. Единая межведомственная информационно-статистическая система. [Электронный ресурс]. URL: https://www.fedstat.ru/ (дата обращения: 05.11.2023).
11. ЦБ РФ: годовая отчётность за 2023 год. [Электронный ресурс]. URL: https://cbr.ru/banking_sector/credit/coinfo/a2023/?regnum=1481 (дата обращения: 14.11.2023).
12. City population: China. [Электронный ресурс]. URL: http://www.citypopulation.de/php/china-guangdong-admin.php (дата обращения: 26.10.2023).
13. CGAP: China: A Digital Payments Revolution. [Электронный ресурс]. URL: https://www.cgap.org/research/publication/china-digital-payments-revolution (дата обращения: 17.11.2023).
14. Цифровой рубль. Доклад для общественных консультаций (октябрь 2020 года)" (утв. Банком России). [Электронный ресурс]. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_364913/ (дата обращения: 04.11.2023).
15. Банк России: Цифровой рубль. [Электронный ресурс]. URL: https://cbr.ru/fintech/dr/ (дата обращения: 04.11.2023).
16. Ильин А.А. Банки развития в России и зарубежный опыт // Финансы и кредит. – 2010. – № 9 (393). – c. 82–88.
17. Морозов А.А. Государственные финансовые институты развития национальной экономики: опыт России и зарубежных стран // Финансовые рынки и банки. – 2021. – № 5. – c. 114–117.
18. Григорьева К., Гринкевич А. Оценка эффективности налоговой системы Российской Федерации. - Томск, 2022.
19. Башкатова А. Кудрин признал провал майских указов медицинским фактом. Независимая газета, 2019. [Электронный ресурс]. URL: https://www.ng.ru/economics/2019-06-03/1_7589_kudrin.html (дата обращения: 23.07.2023).
20. Куринова Я.И. Экосистемный подход в развитии предприятий малого и среднего бизнеса // Финансовые исследования. – 2021. – № 3(72). – c. 92–99.
21. Клейнер Г.Б., Рыбачук М.А., Карпинская В.А. Развитие экосистем в финансовом секторе России // Управленец. – 2020. – № 4(11). – c. 2–15.
22. Раменская Л.А. Применение концепции экосистем в экономико-управленческих исследованиях // Управленец. – 2020. – № 4. – c. 16–28.
23. Попов А.К. Удалов И.Д. Социально-экономические последствия развития экосистем // Креативная экономика. – 2022. – № 10. – c. 3727-3750.
24. Денисов И.В., Положишникова М.А., Куттыбаева Н.Б., Петренко Е.С. Цифровые предпринимательские экосистемы: бизнес платформы как средство повышения эффективности // Вопросы инновационной экономики. – 2020. – № 1. – c. 45–56.
25. Сушко А. Равновесия Нэша. Национальный исследовательский университет. Высшая школа экономики. [Электронный ресурс]. URL: https://math.hse.ru/data/2020/11/02/1362801323/РавновесияНэша.pdf (дата обращения: 03.11.2023).

Страница обновлена: 16.02.2024 в 18:29:51