Социокультурные особенности российских IT-специалистов

Мерзляков С.С.1
1 Московский Государственный Университет имени М.В. Ломоносова

Статья в журнале

Экономика труда
Том 7, Номер 11 (Ноябрь 2020)

Цитировать:
Мерзляков С.С. Социокультурные особенности российских IT-специалистов // Экономика труда. – 2020. – Том 7. – № 11. – doi: 10.18334/et.7.11.111128.

Аннотация:
В статье рассматриваются культурные особенности российских IT-специалистов. Определен ряд характеристик российских специалистов, их отличия от иностранных специалистов. Рассматриваются такие характеристики, как индивидуализм и универсальная квалификация. Обнаружены несоответствие представлений об индивидуализме и универсальности российского специалиста у самих специалистов и менеджеров, работающих в сфере IT. На основе анализа сетевых ресурсов проведен анализ образа российского IT-специалиста у иностранных специалистов.

Ключевые слова: ценности, культура, программист, IT-специалист, инновации, социокультурные характеристики

Финансирование:
Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках проекта № 20-011-00835.

JEL-классификация: J44, J49, O31



Введение

В последние десятилетия влияние культурных факторов на экономическое поведение человека не подвергается сомнению [1, 2] (Guiso, Sapienza, Zingales, 2006; Henrich, 2000). Кросскультурные исследования продемонстрировали, что ценности и убеждения оказывают значительное влияние на экономическое развитие, а некоторые экономические явления сложно объяснить, не прибегая к анализу феноменов культуры [3] (Auzan et al., 2020). Исследования, выполненные в рамках теории неформальных институтов, показывают, что влияние культуры на экономическое развитие может быть как позитивным, так и негативным: ценности, распространенные в обществе, могут быть как драйвером инновационного процесса, так и его тормозом [4] (Lebedeva, 2008). Влияние культуры на экономику настолько велико, что позволяет некоторым экономистам утверждать: культура объясняет почти все [5] (Landes, 2000). В связи с этим возрастает важность исследования культурных феноменов и анализа потенциала использования существующих социокультурных характеристик общества [6] (Auzan, Arkhangelskiy, Lungin, Nayshul, 2011).

Одним из наиболее используемых измерителей культурных различий для определения влияния культуры на экономику является пара «индивидуализм – коллективизм». Было показано, что распространение в обществе ценностей индивидуализма способствует инновационному развитию [7] (Shane, 1992). Кросскультурные исследования демонстрируют, что индивидуализм стимулирует создание инноваций и тем самым оказывает позитивный эффект на динамику экономического роста [8] (Taylor, Wilson, 2012). Некоторые формы коллективизма также могут способствовать повышению эффективности национальной экономики, однако коллективизм не оказывает динамического эффекта на рост национального хозяйства [9] (Gorodnichenko, Gerard, 2012). Российские исследователи указывают на важность анализа распространения ценностей индивидуализма и коллективизма в российском обществе [10]. Авторы доклада «Культурные факторы модернизации» на основе 24 интервью российских и западных специалистов показали, что социокультурный портрет российского специалиста-эмигранта высокой квалификации включает следующие характеристики: индивидуализм, универсальность и отношение к работе как к призванию [6, с. 209] (Auzan, Arkhangelskiy, Lungin, Nayshul, 2011, р. 209).

Исследовательский интерес представляет не только культура общества в целом, но и отдельные социальные группы, которые могут быть рассмотрены как ресурс позитивных ценностей, которые потенциально могут быть использованы в качестве драйвера модернизационного развития. В данной статье мы рассматриваем культурные характеристики российских IT-специалистов. Задачей является определение культурных особенностей российских специалистов, их отличий от иностранных специалистов. Долгосрочной целью исследований в данном направлении является анализ потенциала российского сообщества IT-специалистов быть ресурсом позитивных модернизационных ценностей, а также ресурсом повышения бриджингового капитала общества [11] (Woolcock, Narayan, 2000). Использовались методы: опрос, анализ сетевых ресурсов, интервью.

Опрос IT-специалистов и IT-менеджеров

Для того чтобы проверить гипотезу об индивидуализме российских специалистов в области IT, а также представление об их универсализме, мы задали 20 российским IT-специалистам и менеджерам, работающим с российскими IT-специалистами, следующие вопросы: 1. Российские специалисты больше коллективисты или индивидуалисты? В чем это проявляется? 2. Являются ли российские IT-специалисты более универсальными работниками, чем их коллеги из других стран (могут решать большее количество задач, не относящихся непосредственно к их должностным обязанностям)? 3. Существуют ли отличия российских специалистов в области IT от специалистов из других стран? Можно ли оценить эти отличия как положительные или отрицательные?

Главными отличиями российских специалистов из сферы IT от специалистов из других стран опрошенные нами российские специалисты называли: универсальность («Российские IT-специалисты более универсальны, чаще обладают знаниями в смежной области»; «По ощущениям, если отличия и есть, то они связаны исключительно с особенностями ведения бизнеса в России, и выражаются в том, что, на мой взгляд, средний российский разработчик способен выполнять более широкий круг задач, чем средний западный разработчик»; интровертность («Сильно не отличаются в техническом плане, но в личностном – менее дружелюбны при общении»; «Если в личном плане, то российские несколько тяжелее в общении. Они менее «контактны»; «Думаю, российские специалисты менее активные и общительные, возможно, местами более бюрократичные»); качественное образование и опыт научной работы («Высокая или чрезмерная квалификация. В большинстве случаев специалисты имеют или техническое, или естественнонаучное образование. Однако нередко в отрасль идут люди, имеющие научный опыт или успешный инженерный опыт в других областях. Люди меняют квалификацию ради существенно больших зарплат в IT-индустрии», «Специалисты из России имеют более технически углубленные знания, понимание работы кода. Западные специалисты более бизнес-ориентированы, с фокусом на коммуникацию и проблематику задач»); способность решать нестандартные задачи, потребность в «вызове» («MVP за бутылку водки и бессонную ночь делают только наши» [1]). В целом IT-специалистам не составляло труда указать на отличия российских специалистов от иностранных – большинство из них указали на наличие отличий и довольно развернуто описали их.

Иначе отвечали менеджеры, работающие в IT-сфере. По их мнению, отличия не столь очевидны. Оба менеджера из США, имеющие опыт работы с российскими специалистами, затруднились указать на отличия между российскими специалистами и специалистами из других стран. Респондент из Израиля на вопрос о положительных и отрицательных чертах отметил, что однозначно ответить сложно, но заметил: «Часто они (российские IT-специалисты – прим. авт.) действительно очень умны, но с ужасным отношением к работе». Русскоязычный менеджер из Лондона также затруднился выделить специфические отличия российских IT-специалистов: «Принципиальных отличий нет, вопрос цены. Все специалисты – это индивидуалы, и, что важно, качество все равно надо проверять. Оценить можно в зависимости от поставленной задачи». Любопытный вариант предложил менеджер из Украины, имеющий сам опыт работы IT-специалистом. Среди положительных качеств российских специалистов он назвал умение решать нестандартные задачи, а среди отрицательных то, что российские специалисты продолжают работать в стандартных проектах несмотря на то, что не хотят решать стандартные задачи.

Большинство IT-специалистов ответили, что российские специалисты являются индивидуалистами. Среди причин этого индивидуализма назывались: исключительная потребность решать задачи самостоятельно («Так и хотят решать все задачи самостоятельно, без обсуждения с командой»), отсутствие корпоративной культуры работы в команде («Работу в командах только пытаются наладить»), интровертность российского IT-специалиста. Также причиной индивидуализма было названо разочарование в коллективном труде как таковом. Один из респондентов описал специфику работы в России: «Неэффективный, слабо организованный труд. Системная проблема индустрии в России – низкая квалификация менеджмента и слабые производственные процессы, что отчетливо проявляется именно в сравнении с зарубежными компаниями. Многие специалисты проходят через опыт работы в слабых компаниях, что оставляет отпечаток на их отношении к производственной культуре, процессам, менеджменту и к организованному труду в целом». Другой респондент также указывает среди причин индивидуализма специфическую корпоративную культуру и отмечает: «Коллективистами можно стать, если в компании принят соответствующий курс и с сотрудниками проводят разъяснительные работы, прививают культурные особенности, ставят командные KPI. Это не значит, что каждый сотрудник без этого работает только на свой результат и ограждает себя от команды, нет, просто при смене парадигмы «мы работаем как коллектив» / «мы работаем индивидуально внутри команды» смещается фокус». Еще один респондент указал на то, что причиной индивидуализма российских специалистов является «слишком» высокая квалификация: «Хотят все делать сами. Иногда слишком самоуверенны. У них высокая квалификация по сравнению с иностранцами, и они это знают. Возможно, отсюда и чрезмерная самоуверенность».

Один IT-специалист затруднился с однозначным ответом: «Скорее всего, не больше и не меньше, чем в любой другой рабочей (или социальной) группе. Есть те, кто сосредотачивает в себе знания (архитектура, хитрые алгоритмы, структура из костылей) по разным причинам (желание стать незаменимым, недоверие к способностям коллег, просто интроверты). Есть и их противоположности, которые с удовольствием делятся знанием, распространяют хорошие практики внутри компании и снаружи (есть проактивные разработчики в командах, довольно обширное коммьюнити, проводящее митапы – мини-конференции на 3–4 часа – и полноценные конференции). Существование опенсорс вряд ли поддерживается индивидуалистами». Лишь один IT-специалист ответил, что российские специалисты являются коллективистами, и объяснил это постоянными переговорами. Таким образом, наш опрос показал, что российские IT-специалисты определяют российских представителей своей профессии скорее как индивидуалистов, чем коллективистов.

Однако менеджеры, которые имеют опыт работы как с российскими IT-специалистами, так и с иностранными, либо затруднились с однозначным ответом, либо склонны были определять российских специалистов как коллективистов. Так, израильский менеджер уверенно ответил, что специалисты из России «определенно коллективисты». Менеджер из Лондона более осторожно заметил, что российские специалисты являются коллективистами в сравнении с западными коллегами, но обратил внимание на то, что это отличие существует «в силу условий, а не характера», то есть указал на институциональные причины коллективизма, а не на культурные.

Относительно вопроса об универсальности российских специалистов также обнаружились разногласия между менеджерами и IT-специалистами. Последние довольно уверенно указывали на универсальность российских специалистов. Среди причин универсальности российского специалиста назывались: особенности культуры труда («За счет специфичной культуры работы часто границы обязанностей размыты»); высокая квалификация и индивидуализм («Да, являются более универсальными. Высокая в среднем квалификация и индивидуализм этому способствуют»; «В техническом плане более универсальны»). При этом универсальность российского IT-специалиста не определяется как исключительно позитивная характеристика. Один из респондентов заметил: «Сейчас IT – это уже не удел одиночек, так что в мире нет потребности в универсальности. Да и надежность проекта страдает, если все на одном-двух специалистах держится».

Лишь один из опрошенных нами IT-специалистов посчитал, что российские специалисты менее универсальны, чем их коллеги из других стран. Причиной меньшей универсальности был назван недостаток менеджерских качеств: «Нет, они (российские специалисты – прим. авт.) даже немного менее универсальны в целом из-за недостатка менеджерских качеств (менее дружелюбны и к тому же интроверты)». [2]

Менеджеры либо затруднялись однозначно ответить, либо указывали на отсутствие разницы и на приоритет индивидуальных качеств над культурой в создании универсального сотрудника, либо не соглашались с тем, что российские специалисты более универсальны. Респондент из Израиля на вопрос о том, являются ли российские IT-специалисты более универсальными работниками, ответил: «Нет, я бы сказал, что они действительно хорошо решают проблемы, с которыми сталкивались раньше, но если им нужно разобраться чуть больше или проверить что-то «лишнее», то они отмахнутся от этого, как от ненужного или «выходящего за рамки», если только их не заставит работать начальник». Менеджер из Лондона также усомнился в универсальности российского специалиста: «Я бы не сказал. Все зависит от уровня специалиста. Миф об уникальности и универсальности российского IT явно преувеличен».

Таким образом, было обнаружено противоречие между оценкой IT-специалистами себя и их оценкой другими специалистами. IT-специалисты склонны определять своих российских коллег как индивидуалистов. Однако менеджеры скорее склонны определять российских специалистов как коллективистов. В этом результате мы видим некоторое противоречие и с теми результатами, которые были получены авторами доклада «Культурные факторы модернизации». Однако, возможно, индивидуализм российских IT-специалистов является знаком не реальной модели поведения, а идеального образа. В этом случае российские IT-специалисты действительно являются носителями индивидуализма, но не как модели поведения, а как знака, обозначающего принадлежность к некоторой культуре. Тогда индивидуализм российского IT-специалиста – это потенция, а не актуальность: они могут не демонстрировать модель поведения, свойственную носителю ценностей индивидуализма, но их следует рассматривать как источник распространения этих ценностей вне профессионального сообщества. Следовательно, потенциал использования исследуемого сообщества в качестве ресурса позитивных ценностей может быть довольно высоким.

Условный индивидуализм российского специалиста в сфере IT также может быть следствием чрезмерной квалификации, на которую указывали участники опроса. [3] Обратим внимание на ответ одного из наших респондентов. На вопрос о положительных и отрицательных отличиях российских специалистов от иностранных он среди положительных отметил то, что российские специалисты часто умеют решать нестандартные задачи, а отрицательной назвал то, что они «не хотят решать стандартные задачи, но продолжают работать в стандартных проектах». Первая часть ответа – они «не хотят решать стандартные задачи» – перекликается с ответом одного из участников социологического исследования «Культурные факторы модернизации», который ссылается на распространенное в США мнение: «Если вам нужно 10 одинаковых вещей, закажите их где угодно, только не у русских» [6, с. 137] (Auzan, Arkhangelskiy, Lungin, Nayshul, 2011, р. 137). Подобная установка на избегание стандартных задач может указывать на индивидуализм российских специалистов, причиной которого в данном контексте может быть их чрезмерная квалификация. В этом случае их поведение может не опознаваться как индивидуализм просто потому, что они заняты «не своим» делом. Вторая часть предложенной цитаты – «но продолжают работать в стандартных проектах» – может указывать на низкую склонность к риску. [4] Что может являться препятствием на пути модернизации российского общества [12] (Auzan, 2017).

Результаты опроса не позволяют однозначно говорить об универсальности российского специалиста. Несмотря на то, что сами российские специалисты отмечали, что российский IT-специалист является универсальным работником, менеджеры, в том числе иностранные, усомнились в этой характеристике.

Анализ сетевых ресурсов

Одним из источников информации о специфических характеристиках российских IT-специалистов являются сетевые ресурсы. Мы обратились к англоязычному сервису Quora, который представляет собой сетевую площадку вопросов и ответов. Спецификой Quora является политика настоящих имен, которая минимизирует количество анонимных ответов. Это, в свою очередь, приводит к достаточно высокой экспертности представленных ответов. Были проанализированы ответы на вопросы, связанные с российскими IT-специалистами. Например: Кто лучшие программисты: американцы, индийцы, китайцы или русские? Почему российские программисты одни из лучших в мире? Какая страна производит лучших программистов/разработчиков/инженеров-программистов в мире? Безопасно ли нанимать российских программистов? и т.д. Этот анализ позволил получить информацию довольно высокого экспертного уровня об образе российского IT-специалиста среди зарубежных профессионалов из сферы IT.

Общим является представление о превосходстве российского образования над остальными образовательными системами. Особенно это касается математики – эффективность российской математической школы не подвергается сомнению. [5] Одним из атрибутов российского специалиста, отличающего его от иностранных коллег, является хорошая математическая подготовка. Качество образовательной системы, которая готовит сильных IT-специалистов, отмечают как иностранцы, так и сами российские специалисты. Разработчик из Македонии так описывает российскую математическую школу: «Существует термин «русская школа», который означает методы обучения в странах, находившихся в сфере влияния СССР. В нем большое внимание уделяется математике, а также логическому мышлению и абстрактным рассуждениям. Практически каждый школьник должен был знать математику на уровне, который можно было бы считать средним или даже продвинутым в современных европейских странах или США». [6] Выходец из Литвы, рассуждая об эффективности советского образования, приводит в пример свой опыт: иммигрировав, он в 15–16 лет в английской школе изучал то, что он изучал в Литве на уроках математики в 12 лет. Его слова подтверждает специалист из США, чья девушка в старших классах советской школы изучала по математике то, что затем она изучала в американском университете: «Университетский уровень в школе. Представьте тогда, чему учат российские университеты». Разработчик из Силиконовой долины эмоционально описывает уровень российского образования: «Россияне – одни из самых образованных людей на планете. Черт, да у них даже некоторые бандиты имеют докторскую степень по математике!».

В целом у российских специалистов репутация профессионалов, чьими самыми сильными сторонами являются работа с алгоритмами и решение математических задач. Россиян называют «людьми алгоритмов» (algorithm guys) и признают их доминирование в решении алгоритмизированных задач.

Вместе с тем доминирование российских специалистов в сфере работы с алгоритмами имеет и обратную сторону и, возможно, является не только исключительно позитивным явлением. Отвечая на вопрос о том, действительно ли российские специалисты являются лучшими разработчиками софта, специалист из Техаса сравнивает разработку цифрового продукта со строительством: «Программирование – это как кирпичная кладка, а разработка программного обеспечения – это как комплексное развитие застройки. То, что вы лучший каменщик и можете крепко укладывать кирпичи за меньшее время, не означает, что вы можете справиться с проектом развития Манхэттена. Это значит, что вы можете качественно класть кирпичи для зданий, но для проектирования и разработки ландшафтов для жителей потребуется другой специалист. Это касается и разработки качественного программного обеспечения – потребуется качественный разработчик программного обеспечения. Программист действительно является неотъемлемой частью создания программного обеспечения, поскольку программное обеспечение — это набор компьютерных программ, точно так же, как каменщик является неотъемлемой частью строительства зданий, составляющих жилой комплекс. В этом смысле русские – действительно лучшие программисты в мире, но они определенно не являются лучшими разработчиками программного обеспечения». [7] Согласно проведенному анализу, одним из существенных недостатков российского специалиста является слабая способность создавать качественный продукт для конечного потребителя: россияне эффективно работают с алгоритмами, но при этом испытывают затруднения с «эстетическим» оформлением продукта и его продвижением. Инженер машинного обучения из Норвегии поясняет: «Если говорить о чем-то вроде спортивного программирования, то, действительно, россияне доминируют в таких местах, как Topcoder, [8] но быть лучшим в спортивном программировании не означает быть лучшим разработчиком программного обеспечения».

CEO из Бухареста, отвечая на вопрос о том, в какой стране лучшие программисты, замечает, что важно обращать внимание на культурные факторы при выборе исполнителей для проектов западных компаний, и сравнивает индийцев, китайцев и россиян: «Хуже всего – индийцы. Они не могут сказать «нет» клиенту – им легче соврать о статусе проекта; и их интерфейсы всегда выглядят, как радуга. Китайцы имеют странное представление о UX-дизайне и странную бизнес-логику, по крайней мере, по западноевропейским стандартам. Русские лучше в этих областях, но все же проигрывают в эстетической составляющей и по деловым качествам американцам». [9]

Таким образом, сильная математическая подготовка по некоторым причинам не конвертируется в создание конечного продукта в виде конкурентоспособных на внешнем рынке цифровых решений. Отсутствие очевидных результатов в виде востребованного и узнаваемого на международном рынке продукта ставит под сомнение эффективность российских IT-специалистов. Менеджер международной компьютерной компании рассуждает: «Если бы они (российские специалисты – прим. авт.) действительно были так хороши, то в России было бы больше успешных компаний, но их нет. Возможно, в России есть хорошие специалисты, но как их наличие конвертируется в рыночный продукт?». Однако программист из Северной Калифорнии указывает одновременно и на специфику качественно выполняемых российскими специалистами задач, и на институциональные ограничения: «Они действительно хороши. Но что касается реальных, коммерчески успешных продуктов, то, видимо, для того чтобы показать какой-то результат, им нужно уезжать из России. Эта ситуация отражает недостатки местного бизнеса. В этом смысле российские специалисты могут быть «львами, ведомыми ослами».

В последние годы в академических и профессиональных сообществах активно обсуждается процесс вытеснения человека искусственным интеллектом из тех профессий, которые связаны с алгоритмизированной деятельностью [14–16] (Ryabova, Zhilova, 2017; Bolat, Novokshanova, 2018; Lavrova, Shishkina, 2018). Предпринимателями и самими профессионалами в сфере IT ставится вопрос о возможности замены программиста на искусственный интеллект [17–19]. Предприниматель-миллиардер Марк Кьюбан, анализируя логику развития технологий, делает предположение, что инновации в информационных технологиях приведут к тому, что многие рабочие места, связанные с разработкой программного обеспечения, будут заменены искусственным интеллектом [20]. По мнению Кьюбана, это произойдет из-за того, что в основе программирования лежат математические операции, с которыми компьютеры работают намного эффективнее. Поэтому автоматизация большинства процессов разработки программного обеспечения и замена человека искусственным интеллектом – лишь вопрос времени.

Экономист А. Аузан отмечает, что искусственный интеллект постепенно будет вытеснять людей «всюду, где есть алгоритмы, где есть известная последовательность действий», однако замечает, что того, кто производит алгоритмы, заменить сложно, потому что алгоритм – это «пища, которой кормится искусственный интеллект» [21]. Однако обратим внимание на то, что производство алгоритмов и использование алгоритмов являются разными навыками. [10] Специалист из Индии, отвечая на вопрос, какая страна производит лучших IT-специалистов, на первое место помещает США: «Когда вы смотрите на то, откуда берутся лучшие программные продукты (для создания лучшего программного обеспечения, которое популярно во всем мире, вам нужны лучшие специалисты), то ответ должен быть – США. Из топ-100 IT-компаний мира большинство – из Америки. Так что первое место у США». Принцип прост и понятен: результат является критерием качества. На второе он помещает страны Северной Европы: «Когда вы смотрите на программные инновации, такие как PHP (создатель Расмус Лердорф, Дания), С++ (автор Бьерн Страуструп, Дания), Python (создатель Гвидо ван Россум, Нидерланды), Linux (создатель Линус Торвальдс, Финляндия), TYPO3 (создатель Каспер Скарх, Дания), то видите, что многие авторы из скандинавских стран, несмотря на то, что часто эти страны очень малы и имеют всего несколько миллионов граждан. Выходцы из этих стран создали некоторые из наиболее популярных программных инструментов». Причина, по которой страны Северной Европы занимают вторую строчку, также ясна: они эффективны в производстве средств производства для цифровой индустрии. Остальные регионы мира находятся ниже в этом рейтинге: они либо менее эффективны в создании инструментов, либо менее эффективны в создании конечного продукта.

Предложенный рейтинг «цифровой» эффективности регионов мира является дискуссионным, но все же указывает на два важных критерия эффективности: создание основы в виде языка, с помощью которого создается цифровой продукт, и само создание конечного цифрового продукта. Этот пример демонстрирует различие между производством алгоритмов в виде языков программирования и использованием этих алгоритмов. Того, кто производит алгоритмы, действительно сложно заменить, но того, кто использует уже существующие алгоритмы, заменить проще. Возможно, здесь есть определенные риски в долгосрочной перспективе для российских IT-специалистов, которые крайне эффективны именно в использовании алгоритмов, но менее эффективны в производстве широко используемых инструментов и создании конечного продукта. Другими словами, то, что является в настоящее время отличительным свойством и конкурентным преимуществом российских специалистов, в долгосрочной перспективе может уменьшить позитивное влияние на конкурентоспособность, а также при определенных обстоятельствах оказаться препятствием для сохранения конкурентоспособности.

В отношении способности российского IT-специалиста к командной работе мы обнаружили два противоположных мнения. Одни считают, что россияне хорошо взаимодействуют с другими членами команды. Например, специалист из Калифорнии так описывает россиян: «Российские разработчики действительно известны во всем мире. Они талантливые специалисты, которые умеют нестандартно мыслить, быть творческими, целеустремленными и умеют работать в команде». Другие, наоборот, склонны считать, что россияне с трудом уживаются с коллегами. Разработчик из Парижа так описывает свой опыт работы с российскими специалистами: «Я нашел их действительно умными инженерами. Они были хорошо обучены. Но также я нашел их упрямыми, и они не очень хорошо сочетались с другими командами». На ту же проблему указывает технический лидер и Agile-тренер из США: «Я работал со многими российскими программистами, которые были действительно хороши. Однако я также был свидетелем ситуаций, когда имел место конфликт между российским программистом и некоторыми членами американской команды. Обычно это сводилось к тому, что американцы считали, что у россиян есть некоторые проблемы с общением. Я не думаю, что там было что-то серьезное, но мне кажется, что многие американские программисты довольно чувствительны к критике. А российские программисты не понимали этого и обычно говорили именно то, что и имели в виду». При этом довольно часто встречаются жалобы на то, что российские специалисты выделяются своим желанием показать другим свое превосходство – если есть возможность выполнить задачу нестандартно, то россияне часто этим пользуются. Однако негативным следствием этого является продукт, испытывающий трудности с масштабированием и расширяемостью.

На специфику встраивания специалистов из России в иерархичную структуру компании указывает технический директор из Калифорнии: «Российские программисты не хотят быть менеджерами и скорее стремятся больше к совершенству в выполняемой ими работе, чем к социальному статусу, получаемому при движении по карьерной лестнице. [11] Это, возможно, связано с историей репрессий в России и общепринятой антипатией к любой власти. Я много работал с российскими программистами – они могут делать потрясающие вещи. Управлять ими – это серьезный вызов, потому что единственный эффективный способ управлять ими – это быть убедительным и приводить технические аргументы».

Русскоязычный специалист из США, отвечая на вопрос о причине профессионализма российских IT-специалистов, пишет: «Все дело в образовании. В лучших российских школах самое главное – это ответ. Все остальное: посещаемость, прилежание, языковые игры, игры в дипломатию, старание быть политкорректным – гораздо менее важно. Соревнования по программированию именно про это: нужно создавать код, который решает проблему при заданных хорошо формализованных ограничениях. И никакой чуши». Видимо, под «чушью» здесь понимается как раз то, что составляет стандартную коммуникацию между людьми. Именно этот стиль формирует то, что можно назвать «русским стилем» в создании цифрового продукта. Например, программный инженер из Северной Македонии пишет: «Я очень «русский» (Russian-like – прим. авт.) в своем способе написания кода главным образом из-за моего коммунистического образования. Я подхожу к коду с тем же уровнем формальности, что и к математике. Необходимо доказать, что нечто верно. Необходимо доказать, что нечто ложно. Все должно быть логично, лаконично и точно. Это не вопрос создания продукта – это вопрос выражения мысли на формальном языке». [12]

В целом наиболее распространенным представлением о российских IT-специалистах является то, что они эффективны в решении математических задач, а также задач, связанных с алгоритмами, но испытывают трудности при создании массового рыночного продукта из-за недостаточной эффективности при создании «эстетических» составляющих конечного продукта, отсутствия ориентации на создание успешного массового продукта, некоторых сложностей в командной работе и ряда институциональных ограничений.

Приведем описание российских IT-специалистов, которое является своего рода концентрированным мнением иностранных IT-специалистов о специалистах из России: «Их жизненная миссия, по-видимому, состоит в том, чтобы использовать самый интеллектуально превосходный метод решения любой задачи и продемонстрировать это другим. Все, кто находится справа от бывшего железного занавеса, похоже, имеют фетиш: абстрактные компьютерные науки и математика. Если работа связана с алгоритмами, то они напишут самый замечательный код, используя самые глубокие знания. Однако у них плохо с эстетическим вкусом, поэтому UI/UX [13] – это то, в чем они не особо хороши. Их код похож на их язык – напряженный, резкий и строго по делу. Красиво – но, как бульдозер, а не как Порше. Если вам нужно решить сложную проблему, то код российских специалистов – лучший. Если вы хотите сделать хорошо продаваемый продукт, то, возможно, вам нужны специалисты из других стран в вашей команде, чтобы уравновесить их великолепие».

Философия + IT

На семинаре «Философия + IT», проводимом под эгидой Института философии Российской академии наук, специалисты в сфере IT обсуждают философские вопросы. Например, вопросы о сознании человека, его специфике, возможности его реализации на искусственном носителе, различные версии искусственного интеллекта. [14] Участников семинара – программистов-практиков и менеджеров в сфере IT – мы спрашивали о тех особенностях российских IT-специалистов, которые можно было бы назвать специфически российскими.

Главной особенностью российских специалистов, по мнению участников семинара, является «механика» их подготовки, то есть качественное образование и довольно высокая квалификация по сравнению с иностранными специалистами. По мнению одного из участников, специалисты среднего уровня подготовки в России выше, чем в других странах, потому что в российской системе образования уровень подготовки математиков и физиков выше, что способствует формированию сильных специалистов в сфере IT. При этом российскому специалисту относительно проще занять позицию senior-разработчика [15] в силу того, что на эту позицию часто попадают люди с сильным математическим или физическим образованием.

Несмотря на то, что в целом для сообщества программистов характерно представление о том, что программистом может стать каждый и в эту сферу можно прийти из любой области благодаря самообразованию, сильным специалистом, по мнению участника семинара, сложно стать, «если не понимаешь сложные абстракции», опыт работы с которыми есть у людей с математическим или физическим образованием. Резюмируя свои рассуждения об отличиях российских разработчиков от иностранных, один из наших собеседников пояснил: «То, что у них считается «мегавысоким» уровнем, у нас таковым не считается».

Помимо сильной школы математики и высокого уровня технического образования в целом, одной из причин отличия российских специалистов от иностранных была названа такая исторически обусловленная особенность подготовки кадров, как недостаток информации. [16] В отсутствие современных технологий российские специалисты не могли создавать конечный продукт из готовых модулей, создаваемых узкоспециализированными командами и отдельными разработчиками в странах с развитыми технологиями. Поэтому российским специалистам в силу необходимости приходилось разбираться в тех областях, которые не являлись для них «родными». Это, возможно, и послужило причиной появления того, что называется «смекалкой российского технаря», то есть универсализма российского специалиста.

Таким образом, участники семинара выделили два основных отличия российских специалистов: сильное математическое образование и универсализм как ответ на недостаток информации.

Заключение

В вопросе об индивидуализме российских IT-специалистов мы обнаружили противоречие между оценкой специалистами себя и их оценкой менеджерами. Похожая ситуация с потенциальным универсализмом российских специалистов. Однако обратим внимание на то, что это несоответствие может быть вызвано профессиональной спецификой российских специалистов. То, что опознается менеджерами как отсутствие индивидуализма и универсализма, может быть следствием «чрезмерной квалификации». Иностранные технические специалисты в сфере IT работают непосредственно с результатом работы российских специалистов, поэтому видят высокий уровень российских специалистов. Однако менеджеры без сильных технических навыков испытывают проблемы при управлении российскими специалистами [17] и склонны оценивать российских специалистов исключительно по конечному продукту. Создание продукта для конечного пользователя не является сильной стороной российских специалистов. [18] При этом у российских специалистов наблюдается склонность решать нестандартные задачи, которые соответствуют высокому уровню квалификации. Выполняя стандартные задачи, они могут демонстрировать поведение, которое внешне может опознаваться как «интровертность» и коллективизм, потому что в данном случае они делают «не свою работу». [19] С одной стороны, подобная установка российских специалистов является препятствием для создания массового цифрового продукта. С другой стороны, эта же установка может быть использована для создания качественных инноваций. [20]

Долгосрочной целью работы в данном направлении является определение тех ценностных особенностей исследуемого сообщества, которые могут быть транслированы в другие социальные группы. Мы рассматриваем сообщество российских IT-специалистов в качестве резерва потенциально полезных поведенческих установок, которые могут быть использованы для коррекции социокультурного профиля. В этом контексте проблемой является «интровертность» российского специалиста, потому что является препятствием для повышения бриджингового капитала. [21] Отрицательным элементом может быть и потенциально низкая склонность к риску российского специалиста («продолжают работать в стандартных проектах, несмотря на то, что не хотят решать стандартные задачи»), потому что избегание неопределенности является препятствием для создания инновации. Склонность к решению нестандартных задач и потребность в «вызове» позволяет указать на наличие установок индивидуализма. Поэтому мы все же склонны рассматривать данное сообщество в качестве ресурса ценностей индивидуализма. Несмотря на то, что доминирование исключительно технически рационального мышления может быть препятствием для создания эстетического продукта, этот же стиль мышления может быть эффективным инструментом «ревизии институтов» и работы с симулятивными конструктами. Универсализм российского специалиста, который проявляется в потребности выхода за пределы своих профессиональных интересов, позволяет предположить, что члены сообщества примут активное участие в проектах (в том числе социальных), соответствующих их ценностям и культурным характеристикам. Все это позволяет рассматривать сообщество российских IT-специалистов в качестве ресурса для социокультурной модернизации российского общества. Тема требует дальнейшего исследования.


БЛАГОДАРНОСТИ:
Автор выражает благодарность Аршинову В.И., а также всем участникам семинара «Философия + IT».

[1] MVP – minimum viable product (минимально жизнеспособный продукт), продукт, который обладает минимальным набором функций, достаточным для проверки начальных гипотез.

[2] Обратим внимание на то, что сами российские специалисты часто видят эту проблему и самостоятельно работают над ее решением. Например, один из IT-специалистов получает дополнительное психологическое образование, а другой в качестве хобби выбрал искусство. То есть они учатся использовать гуманитарные практики.

[3] Обратим внимание на то, что «чрезмерная квалификация» может иметь позитивные и негативные следствия, а также может быть экстраполирована на общество в целом в виде культурной характеристики, указывающей на ожидания людей и модель поведения, выбранную в соответствии с этими ожиданиями.

[4] Один из специалистов опрошенных авторами доклада «Культурные факторы модернизации» так описал причины работы за границей: «Я не люблю рисковать, вообще, консервативен даже, в управлении своими рисками, поэтому я считаю, что это чисто математически очень невыгодная страна для проживания и для работы. Это математический факт» [6, с. 220]. Вопрос в том, насколько подобные установки универсальны для исследуемого сообщества.

[5] Исследования эффективности выходцев из России на международном рынке труда показывают, что наиболее успешными российские специалисты являются именно в области математических специальностей [13].

[6] Are Russian software developers the best in the world? [Электронный ресурс]. URL: https://www.quora.com/Are-Russian-software-developers-the-best-in-the-world (дата обращения: 14.06.2020).

[7] Are Russian software developers the best in the world? [Электронный ресурс]. URL: https://www.quora.com/Are-Russian-software-developers-the-best-in-the-world (дата обращения: 14.04.2020).

[8] Topcoder — американская компания, которая проводит соревнования по спортивному программированию

[9] Which country produces the best coders in the world? [Электронный ресурс]. URL: https://www.quora.com/Which-country-produces-the-best-coders-in-the-world (дата обращения: 16.06.2020).

[10] Имеется в виду создание и использование языка программирования.

[11] Это подтверждает вывод авторов доклада «Культурные факторы модернизации» о том, что в ценностный каркас российских специалистов входит отношение к профессии как к призванию [6, с. 212].

[12] Обратим внимание на фразу «Это не вопрос создания продукта», которая может отсылать к заинтересованности в процессе, а не в результате, который может быть представлен успешным рыночным продуктом.

[13] UX - user experience («пользовательский опыт»); опыт использования конечным пользователем продукта (позитивные или негативные эмоции, эргономика, простота или сложность использования программы и т.д.). UI - user interface («пользовательский интерфейс»); интерфейс, который обеспечивает передачу информации между пользователем и программой.

[14] Обратим внимание на то, что интерес программистов к сугубо философским вопросам сам по себе указывает на их универсальность, которая проявляется в стремлении выйти за границы своих профессиональных компетенций.

[15] Senior-разработчик – это эксперт в своей области, находящийся в иерархии специалистов выше junior-разработчиков и middle-разработчиков

[16] На недостаток информации как причину эффективности российских специалистов указывают и иностранцы. Системный архитектор из Массачусетса пишет о профессионализме россиян: «Российские программисты имели очень ограниченный доступ к компьютерам, поэтому им приходилось гораздо больше думать и работать с бумагой и карандашом, в том числе вручную имитировать запуск машины. Такая работа принуждает к дисциплине. Я думаю, что это наследие того времени».

[17] Потому что «единственный эффективный способ управлять ими — это быть убедительным и приводить технические аргументы». Возможно, менеджерам без технического образования сложнее работать с российским специалистами, чем со специалистами из других стран, именно из-за «чрезмерной» квалификации россиян, которая влечет за собой требования к соответствующей квалификации менеджмента.

[18] См. напр.: [22].

[19] Возможно, в данном случае срабатывает механизм, описанный Акерлофом Дж. И Крэнтаном Р.: отстраненное от работы поведение может являться способом восстановления полезности своей идентичности [23]. Вопрос требует дальнейшего рассмотрения.

[20] Мы говорим об инновациях в широком смысле этого слова, то есть не только об узкоспециализированных профессиональных, но в том числе социальных. Мы рассматриваем данную установку в качестве модели поведения, которая может быть транслирована в другие социальные группы.

[21] Для обозначения вектора дальнейшего исследования в данном направлении отметим, что эта «интровертность» может являться следствием несоответствия культурных установок исследуемого сообщества и культуры российского общества в целом.


Источники:

1. Guiso L., Sapienza P., Zingales L. Does Culture Affect Economic Outcome // Journal of Economic Prospective. – 2006. – № 2. – p. 23-48. – doi: 10.2139/ssrn.876601.
2. Henrich J. Does Culture Matter in Economic Behavior? Ultimatum Game Bargaining among the Machiguenga of the Peruvian Amazon // American Economic Review. – 2000. – № 4. – p. 973-979. – doi: 10.1257/aer.90.4.973.
3. Аузан А.А. и др. Социокультурные факторы в экономике: пройденные рубежи и актуальная повестка // Вопросы экономики. – 2020. – № 7. – c. 75-91. – doi: 10.32609/0042-8736-2020-7-75-91 .
4. Лебедева Н.М. Ценности культуры, экономические установки и отношение к инновациям в России // Психология. Журнал Высшей школы экономики. – 2008. – № 2. – c. 68-88.
5. Landes D. Culture Makes Almost All the Difference. / Culture matters: How values shape human progress. - New York: Basic Books, 2000. – 2-13 p.
6. Аузан А.А., Архангельский А.Н., Лунгин П.С., Найшуль В.А Доклад «Культурные факторы модернизации». Фонд «Стратегия 2020». [Электронный ресурс]. URL: http://inp.ru/.files/129/0_backup.pdf (дата обращения: 14.04.2020).
7. Shane S. Why do some societies invent more than others? // Journal of Business Venturing. – 1992. – № 1. – p. 29-46.
8. Taylor M.Z., Wilson S. Does culture still matter?: The effects of individualism on national innovation rates // Journal of Business Venturing. – 2012. – № 2. – p. 234-247. – doi: 10.1016/j.jbusvent.2010.10.001.
9. Gorodnichenko Y., Gerard R. Understanding the individualism-collectivism cleavage and its effects: Lessons from cultural psychology. / Institutions and comparative economic development. - UK.: Palgrave Macmillan, 2012. – 213-236 p.
10. Лебедева Н.М., Татарко А.Н. Ценности культуры и развитие общества. / Монография. - М.: Изд-во ГУ-ВШЭ, 2007. – 527 c.
11. Woolcock M., Narayan D. Social Capital: Implications for Development Theory, Research, and Policy // World Bank Research Observer. – 2000. – № 2. – p. 225-249.
12. Аузан А.А. Социокультурная экономика // Наука и инновации. – 2017. – № 2. – c. 4-10.
13. Ставинская А., Никишина Е. Социокультурный профиль России и человеческий капитал: возможности для большой Москвы. / глава в книге: Большая Москва: формирование смысла. - Москва: Институт Медиа, Архитектуры и Дизайна «Стрелка», 2012. – 47-58 c.
14. Рябова А.А., Жилова А.А. Причина безработицы - роботы // Актуальные проблемы экономики, социологии и права. – 2017. – № 4. – c. 75-76.
15. Болат К. Е., Новокшанова Н.А. Влияние автоматизации на будущее рабочей силы // Наука и образование сегодня. – 2018. – № 7(30). – c. 42-48.
16. Лаврова З.И., Шишкина Е.В. Информационные технологии: искусственный интеллект и живая рабочая сила // Гипотеза. – 2018. – № 1(2). – c. 56-59.
17. Эксперты узнали, сможет ли искусственный интеллект заменить программистов. Ria.ru. [Электронный ресурс]. URL: https://ria.ru/20200912/programmist-1577125344.html (дата обращения: 17.08.2020).
18. Движение No-code — конец программистов? Разбираем плюсы и минусы. Vc.ru. [Электронный ресурс]. URL: https://vc.ru/services/146312-dvizhenie-no-code-konec-programmistov-razbiraem-plyusy-i-minusy (дата обращения: 17.08.2020).
19. Как долго спрос на рынке труда программистов будет выше предложения. Tproger.ru. [Электронный ресурс]. URL: https://tproger.ru/experts/demand-for-programmers (дата обращения: 19.08.2020).
20. Mark Cuban on Trump Administration, Future of Jobs. Bloomberg.com. [Электронный ресурс]. URL: https://www.bloomberg.com/news/videos/2017-02-17/mark-cuban-on-trump-administration-future-of-jobs (дата обращения: 30.09.2020).
21. Цифровая экономика: человеческий фактор. Polit.ru. [Электронный ресурс]. URL: https://polit.ru/article/2019/06/25/auzan (дата обращения: 30.09.2020).
22. Аузан А.А., Комиссаров А.Г., Бахтигараева А.И. Социокультурные ограничения коммерциализации инноваций в России // Экономическая политика. – 2019. – № 4. – c. 76-95. – doi: 10.18288/1994-5124-2019-4-76-95 .
23. Akerlof G., Kranton R. Identity and the Economics of Organizations // Journal of Economic Perspectives. – 2005. – № 1. – p. 9-32. – doi: 10.1257/0895330053147930.

Страница обновлена: 18.11.2020 в 13:39:26