Политика Российской Федерации по освоению арктических ресурсов в контексте энергетической справедливости

Красноперова А.Б.1
1 Московский государственный институт международных отношений (Университет) Министерства иностранных дел Российской Федерации

Статья в журнале

Экономика, предпринимательство и право (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 14, Номер 2 (Февраль 2024)

Цитировать:
Красноперова А.Б. Политика Российской Федерации по освоению арктических ресурсов в контексте энергетической справедливости // Экономика, предпринимательство и право. – 2024. – Том 14. – № 2. – С. 429-448. – doi: 10.18334/epp.14.2.120538.

Аннотация:
В настоящей работе представлен анализ энергетического освоения российского сектора Арктической зоны с позиции соблюдения основных аспектов теории энергетической справедливости. Автором исследуются национальные интересы и основы энергетической политики Российской Федерации в Арктическом регионе, практическая деятельность отечественных нефтегазовых компаний, работающих в Заполярье, проблемы и перспективы энергетического развития северных широт. Результатом проведенного исследования является вывод о том, что Арктика представляет собой достаточно «молодой» регион с точки зрения добычи энергоресурсов и развития энергетической инфраструктуры, поэтому его освоение можно практически изначально осуществлять на основе четкого и неукоснительного соблюдения принципов и критериев энергетической справедливости. Только в рамках концепции энергетической справедливости будут успешно и одновременно решены задачи выгодного освоения арктических ресурсов и обеспечения устойчивого экономического, социального и экологического развития рассматриваемого заполярного региона

Ключевые слова: энергетический сектор Арктики, нефтегазовая деятельность, национальные интересы России, арктические субъекты Российской Федерации, энергетический тренд, энергетическая справедливость, экономические интересы интеграционного характера, арктическая инфраструктура

JEL-классификация: R11, R12, R13, R58, Q 43



Введение

Президент Российской Федерации В.В.Путин, выступая 11 декабря 2023 года в Архангельске на совещании по развитию городов Арктики, назвал комплексное освоение Арктического региона неоспоримым приоритетом для России, обратив внимание на колоссальные экономические возможности и энергетический потенциал Заполярья [35]. Нефтегазовая деятельность приносит значительную часть государственных доходов [2], поэтому данный сектор традиционно считается ключевым, а углеводородные ресурсы официально определяются как стратегические активы природных ресурсов.

Арктика дает нашей стране почти ¼ часть всего национального экспорта. На ее долю приходится примерно 12-15 процентов ВВП, осуществляется добыча 95 процентов газа, 75 процентов нефти, 90 процентов олова, основной доли алмазов и золота. Все это в совокупности создает пятую часть национального дохода [31] и является обширным пространством для практического воплощения идей и принципов энергетической справедливости, так как очень важно, чтобы энергетические ресурсы Арктики осваивались на основе соблюдения социальных, экономических и экологических интересов жителей этого региона. В 2023 году российская Арктика получила 766 инвестиционных проектов и примерно 40 000 новых рабочих мест. Общий объем инвестиций составил 1,75 триллиона рублей или 19 миллиардов американских долларов. По Северному морскому пути в 2023 году перевезено более 36 миллионов тонн грузов [10].

Крупнейшими компаниями, которые осуществляют операции по добыче энергетических ресурсов в российском секторе Арктики, являются «Газпром» - государственная энергетическая компания, на долю которой приходится примерно 87 процентов добычи газа в России, «Роснефть» - энергетическая компания с сильными позициями в нефтяном секторе, «НОВАТЭК» - частная нефтегазовая компания, занимающаяся разведкой, добычей, переработкой и реализацией природного газа и жидких углеводородов.

Россия обладает одной из самых развитых инфраструктур среди всех арктических стран, включая значительное количество ледоколов и технологически продвинутого оборудования, которое может выдерживать суровые климатические условия, и имеет значительный опыт строительства трубопроводов рекордной протяженности, например, таких, которые достигают полуострова Ямал в Сибири.

Однако, что касается аспекта справедливости в отношении деятельности по добыче нефти и газа в Арктической зоне, ситуация остается весьма противоречивой. Вряд ли можно отрицать, что Правительство Российской Федерации пытается решить различные экологические проблемы и уделяет пристальное внимание сохранению традиционных источников средств существования местных общин. В то же время экономические стимулы часто преобладают над экологическими и социальными проблемами.

Таким образом, хотя политика, проводимая нашим правительством, направлена на расширение нефтегазовой деятельности в Заполярье и в определенной степени учитывает экологические и социальные проблемы, аспект справедливости энергетических практик, реализуемых российскими энергетическими компаниями, требует дальнейшего исследования.

Актуальность темы работы. Энергетическая составляющая занимает в арктической деятельности Российской Федерации одно из ведущих мест. Посредством реализации концепции энергетической справедливости, включающей в себя такие элементы, как доступность энергетических ресурсов для потребителей, их эффективное и рациональное использование с целью удовлетворения индивидуальных и коллективных потребностей, обеспечение защиты экономики, общества и государства от возможных энергетических угроз, Россия сможет обеспечить свои национальные интересы и энергетическую безопасность в Арктической зоне.

Изученность проблемы. Использование принципов устойчивого развития и энергетической справедливости в практической деятельности энергетических компаний проанализровано в трудах таких иностранных авторов, как Дж. Агеман [40], В. П. Андерсон [41], П. Арбо [42], Дж. М. Бакер [43], С. Болтон [44], П. Верма [56], Дж. П. Веше [48], Ф. В. Гилс [49], А. Голдтау [50], Л. Л. Делина [46], П. Ф. Диллинг [47], Е. Дюшке [48], М. Каденик [52], Д. Маккаллум [53], В. Смил [54], Р. Савискас [56], Б. Совакул [55], Дж. Хаммер [51].

В отечественной экономической науке отдельные проблемы энергетического развития затрагиваются в работах Ю. П. Ампилова [9], Е. Б. Завьяловой [17], Н. Ю. Кавешникова [20], М. А. Кобзевой [23], А. М. Мастепанова [27], Е. А. Сафроновой [34], Т. В. Ховаловой [37], М. В. Хорольской [38]. Арктическая политика России, Китая, других зарубежных государств проанализирована в исследованиях А. Н. Вылегжанина [29], Е. В. Киенко [21], Д. А. Медведева [28], А. О. Подоплекина [33], Р. А. Полончука [28].

Однако в исследованиях российских ученых не уделяется столь большого внимания проблематике арктической энергетической справедливости как в трудах зарубежных авторов.

Цель исследования заключается в комплексном и всестороннем анализе основных моментов практической реализации концепции энергетической справедливости на примере отдельно взятого энергетически перспективного региона – Арктической зоны, которая очень богата разнообразными природными ресурсами – традиционными (нефтью, газом, каменным углем) и альтернативными (ветровая, солнечная в период полярного дня, геотермальная энергия твердых подземных пород).

При проведении исследования использовались следующие научные методы: качественный, количественный и сравнительный анализ, синтез, индукция и дедукция, системно-структурный, исторический и статистический методы.

Научная новизна исследования состоит в изучении возможности использования концепции энергетической справедливости как операционной модели и руководства к действию компаниями энергетического сектора и государственными органами при выработке энергетической политики, добыче энергоресурсов и предоставлении энергетических услуг потребителям в Арктическом регионе.

1. Роль и значение энергетической справедливости в арктической деятельности Российской Федерации

В Российской Федерации сухопутными арктическими территориями считаются Ненецкий, Ямало-Ненецкий, и Чукотский автономные округа, Мурманская область, части территорий Республики Карелия, Республики Коми, Республики Саха (Якутия), Красноярского края, Архангельской области. К ним примыкают внутренние морские воды и территориальное море, участки континентального шельфа Российской Федерации, а также земли и острова, которые в будущем могут быть открыты, не являются территориями иностранных государств, расположены в Северном Ледовитом океане к северу от побережья Российской Федерации до Северного полюса [1].

Арктика пока не находится в эпицентре современного энергетического тренда – изменения структуры мирового энергетического баланса (энергетического перехода). В регионе по-прежнему развиты угледобыча, добыча нефти и газа. Однако переработка нефти и газа не осуществляется, эти полезные ископаемые вывозятся из Арктической зоны. Бензин и дизельное топливо из-за больших расходов на транспортировку очень дорогие. Это свидетельствует, с одной стороны, о недостижении в регионе принципа энергетической справедливости, состоящего в эффективности, дешевизне и устойчивости энергетических услуг, а, с другой стороны, о нарушении распределительного и восстановительного компонентов энергетической справедливости, поскольку в Арктике пока не достигнут баланс между эксплуатацией энергетических ресурсов и развитием энергетической инфраструктуры, затруднена доступность энергетических услуг, не распространены возобновляемые источники энергии.

В последнее время много говорится о развитии в Арктике производства сжиженного природного газа (СПГ), предполагается, что СПГ будет широко использоваться для собственных нужд региона, способствуя развитию процедурной справедливости и справедливости признания, обеспечивая местных жителей рабочими местами и удовлетворяя их потребности в энергоресурсах. Вместе с тем на сегодняшний день северные территории не располагают необходимыми инфраструктурными объектами для производства СПГ, они еще не построены. Речь идет о специальных заводах сжижения, газораспределительных сетях, терминалах регазификации.

Основные аспекты энергетической справедливости в Заполярье только начинают формироваться. Главная причина этого заключается в том, что затраты на разработку энергетических ресурсов в Арктике намного выше по сравнению с другими частями мира. Суровые погодные условия, включая экстремальные температуры и круглогодичную зиму, существенно увеличивают производственные затраты, в то время как длинные и сложные цепочки поставок конечным потребителям энергетических услуг и отсутствие или неполнота необходимой инфраструктуры еще больше затрудняют процесс реализации энергетических проектов.

Национальные интересы России в Арктическом регионе [3], по мнению автора, можно условно (поскольку все эти направления теснейшим образом взаимосвязаны и взаимозависимы) разделить на три блока.

Первый блок составляют экономические интересы интеграционного характера, направленные на развитие энергетического сотрудничества России с зарубежными государствами в Арктической зоне. Данный аспект освоения Арктического региона подтверждает статус энергии как общественного блага, носящего международный характер, и имеет целью реализацию принципа энергетической справедливости, состоящего в наделении публичной власти компетенцией по производству и распределению энергетических ресурсов.

К интеграционным интересам нашего государства, в частности, относятся сохранение Арктики как территории мира, стабильного и взаимовыгодного партнерства при обеспечении суверенитета и территориальной целостности Российской Федерации, развитие российского сектора Арктической зоны как стратегической ресурсной базы и ее рациональное использование в целях ускорения роста российской экономики, развитие Северного морского пути и его конкурентоспособность на мировом рынке транспортных коммуникаций.

Международный аспект энергетической справедливости получил дополнительное развитие в период 2021-2023 годов, когда Российская Федерация председательствовала в Арктическом совете. Это был достаточно сложный этап в развитии региона, поскольку в связи со специальной операцией Российской Федерации на Украине зарубежные страны – члены Арктического совета приняли решение о приостановке своего участия в его работе (по Декларации об учреждении Арктического совета от 19 сентября 1996 года (заключена в г.Оттаве) [16] членами Арктического совета являются Россия, Норвегия, Швеция, Дания, Финляндия, Исландия, США и Канада).

В этой связи посол по особым поручениям МИД России Н.В.Корчунов, выступая на конференции по вопросам устойчивого развития Арктики, проходившей в Москве 26 мая 2022 года, отметил, что, несмотря на указанное решение, Россия открыта к сотрудничеству со всеми государствами, которые придерживаются конструктивного подхода к взаимодействию в высоких широтах [36].

В свою очередь, другие арктические государства и, в частности, США считают действия России в регионе угрожающими их национальной и, в том числе, энергетической, безопасности [26]. С мая 2023 года в Арктическом совете председательствует Норвегия. По мнению председателя комитета старших должностных лиц М. Хеглунда, полноценной работе организации препятствует прекращение полноценного сотрудничества между членами Арктического совета. МИД России 6 февраля 2024 года допустил выход России из данной организации, если ее деятельность не будет отвечать российским национальным интересам [30].

Второй блок объединяет в себя интересы, относящиеся к социальному аспекту энергетической справедливости, включающие обеспечение высокого качества жизни и благосостояния населения, традиционного образа жизни коренных малочисленных народов, проживающих на территории Арктической зоны Российской Федерации, доступность гарантированного минимума энергетических услуг в целях удовлетворения потребностей местных жителей.

Население Арктической зоны Российской Федерации составляет порядка 2,6 миллиона человек. Одной из самых низких плотностей населения отличается Республика Саха (Якутия), в которой данный показатель составляет 0,32 человека на квадратный километр при средней плотности населения в Арктической зоне 0,04 человека на квадратный километр. Для сравнения плотность населения в Красноярском крае – 1,21 человека/квадратный километр [19].

Строительство и эксплуатация нефтегазовых месторождений нередко нарушает традиционный уклад жизни местного населения, влечет их отказ от традиционных форм хозяйствования. Взамен, в соответствии с критериями распределительной справедливости, необходимо преодолевать очень низкий уровень развития транспортного сообщения, информационной сферы, предоставлять местным сообществам более комфортные условия жизни, строить новые населенные пункты с современной инфраструктурой и материально-техническим обеспечением, создавать возможности для получения образования и карьеры в пределах региона.

Энергетические системы большинства субъектов Российской Федерации состоят преимущественно из локальных дизельных электростанций (ДЭС), которые базируются в небольших сельских населенных пунктах, вдали от источников топлива. В частности, Концепцией развития Архангельской области до 2030 года [8] предусмотрено сокращение числа локальных источников теплоснабжения до 614, при этом предполагается, что 470 источников будут работать на биотопливе (дровах, щепе, торфе), 108 – на природном газе, 32 – на угле, 1 – на дизельном топливе, 3 – на электричестве. В топливном балансе региона на долю природного газа должно приходиться 54%, на долю биотоплива - 44%, на долю каменного угля – 2% (Приложение 7 к указанной Концепции).

Обеспечению всех аспектов энергетической справедливости, по нашему мнению, могла бы способствовать более широкая централизованная газификация области, чтобы к 2030 году на долю природного газа приходилось не чуть больше половины топливного баланса данного субъекта Российской Федерации, как запланировано в названной выше Концепции, а около 80-90 процентов. Только в этом случае можно говорить о достижении достаточного уровня экономического и социального благополучия местного населения.

В Ненецком автономном округе (расположен на территории Архангельской области) в систему электроснабжения входят 34 локальных ДЭС, многие районы труднодоступны, энергоресурсы поставляются либо во время навигации, либо по временным путям в зимний период, что вызывает сбои в энергоснабжении. Имеющиеся в регионе ДЭС характеризуются высоким расходом топлива – 317 г/кВтч. Энергетическая инфраструктура в целом сильно изношена, эксплуатируется достаточно много устаревших моделей ДЭС.

Перечисленные факторы дают основание утверждать, что в Ненецком автономном округе не достигнут ни один из компонентов энергетической справедливости. Критерии распределительной справедливости, процессуальной справедливости, справедливости признания и восстановительной справедливости на его территории практически не соблюдаются. Такая же ситуация имеет место и в отношении принципов энергетической справедливости.

Аналогичная ситуация сложилась на территории другого «арктического» субъекта Российской Федерации – Ямало-Ненецкого автономного округа, где с 2011 года снижаются объемы добычи природного газа и углеводородного сырья, а местное население потребляет всего 6% произведенной электроэнергии [6]. Тяжелые климатические и инфраструктурные условия влекут убыль местного населения и тормозят социально-экономическое развитие в регионе.

Путями выхода из создавшейся «энергетической несправедливости», с нашей точки зрения, могло бы стать, во-первых, изыскание возможности увеличения бюджетных ассигнований на финансирование организаций системы тепло- и энергообеспечения названных выше субъектов Российской Федерации и, во-вторых, более широкое вовлечение местных жителей в процессы разработки энергетической политики и эксплуатации энергоресурсов в соответствии с требованиями процедурной справедливости.

Третий блок национальных интересов образует экологический аспект энергетической справедливости. К ним относятся охрана окружающей среды и защита исконной среды обитания коренного населения. Причем данный аспект на современном этапе общественного развития приобретает особенно важное значение. Повышение температуры воздуха влечет за собой отступление вечной мерзлоты, изменение береговой линии, риски техногенных катастроф и колоссальные угрозы для инфраструктуры региона [11]. Загрязнение окружающей среды в результате энергодобычи, увеличение выброса парниковых газов в атмосферу только добавляет хрупкости экологической обстановке Арктического региона.

Согласно исследованиям Всемирного фонда дикой природы, эта полярная область Земли характеризуется наивысшим уровнем экологической уязвимости и самым низким уровнем способности к восстановлению после разлива нефти [22]. Следовательно, особое значение применительно к данному региону приобретает восстановительный компонент энергетической справедливости, направленный, в том числе, на смягчение негативных экологических последствий энергетической деятельности.

2. Использование в Заполярье альтернативных источников энергии

На решение задач распределительной справедливости и справедливости признания направлена атомная энергетика, которая активно развивается на территории Чукотского автономного округа. Малые локальные энергоузлы на базе атомных станций малой мощности (АСММ) способны удовлетворить потребности местных жителей и производственных компаний в энергогенерирующих мощностях на территориях с суровыми климатическими условиями. Разработкой АСММ в России занимается АО «НИКИЭТ» [32].

В городе Певеке с июня 2020 года работает плавучий атомный энергоблок «Академик Ломоносов», представляющий собой новый класс энергоисточников на базе российских технологий атомного судостроения. Энергоблок предназначен для работы в составе ПАТЭС (плавучей атомной теплоэлектростанции) и может обеспечивать электроэнергией населенный пункт с численностью населения 100 000 человек [13]. «Академик Ломоносов» питает Чаун-Билибинский энергоузел, обеспечивающий электроэнергией горнодобывающие предприятия в Баимской рудной зоне. Можно более широко использовать мощности действующей Кольской атомной электростанции, подвергнув их частичной модернизации.

Вместе с тем, строительство атомных станций в Арктической зоне требует больших финансовых затрат, а их дорогостоящее использование (необходимость строительства сопутствующей инфраструктуры, перезарядка каждые 10-20 лет и т.п.) влечет за собой угрозы экологического характера, нарушая критерии восстановительной справедливости.

Частично компенсировать данные нарушения призваны альтернативные источники энергии, развитию и использованию которых в последние годы уделяется особенно пристальное внимание в Арктической зоне. Переход на чистую энергетику во многом обусловлен также сложными климатическими условиями Заполярья. Сильные морозы и снегопады не позволяют эффективно эксплуатировать в данном регионе традиционные линии электропередачи по причине возникновения частых аварий, сопровождающихся отключением электроэнергии.

Однако так популярные в странах Западной Европы солнечные батареи пока не получили широкого распространения в Арктическом регионе. На протяжении почти 6 месяцев здесь длится полярная ночь, поэтому использование солнечной энергии может носить исключительно сезонный характер. Но с учетом того факта, что оставшиеся 6 месяцев в году приходится на полярный день, этот вид энергии может оказаться весьма привлекательным для северных широт.

В феврале 2023 года в поселке Тура Эвенкийского района Красноярского края была введена в эксплуатацию построенная на средства инвестора "Хевел Энергосервис" в размере более 300 миллионов рублей крупнейшая в России гибридная солнечно-дизельная электростанция. По данным министерства промышленности, энергетики и жилищно-коммунального хозяйства Красноярского края, в дневные часы выработанная от солнечной электростанции электроэнергия выдается в общую сеть, замещая часть дизельной генерации, а система накопления энергии сглаживает колебания мощности солнечной электростанции. Суммарная мощность электростанции составляет 14,1 МВт. Она имеет фотоэлектрическую систему мощностью 2,5 МВт обеспечивает бесперебойное электроснабжение поселка, в котором проживают более 5 тыс. человек. Планируется, что АГЭУ позволит экономить до 644 тонн дизельного топлива в год (12%) [12].

Реализации целей восстановительной справедливости может способствовать использование ветровой энергетики. Арктика очень богата ветрами, а, следовательно, и ветровой энергией, в регионе есть все природные условия для ее эффективного использования, включая огромные пространства. Многолетние климатические наблюдения свидетельствуют, что 40-50% времени в году сила ветра на территории региона составляет 8-10 м/с.

Однако на сегодняшний день в России не построено ни одного мощного ветрогенератора, пригодного для использования в северных широтах. Вместе с тем, такие установки успешно применяются зарубежными государствами в Антарктике. Ветровые энергетические установки, имеющие мощность от 5 до 500 кВт, работают в Мурманской области, более 120 маяков Кольского полуострова питаются солнечной энергией за счет установленных на них солнечных батарей, мощность которых варьируется от 0,05 до 0,5 кВт [19].

В лаборатории возобновляемых источников энергии научно-технологического центра автономной энергетики в составе Института арктических технологий Московского физико-технического института (далее – Лаборатория) проектируют особенные ветряные установки, подходящие для работы в условиях вечной мерзлоты. Мощность разработанной в Лаборатории ветроэнергоустановки составляет 100 киловатт, она может выдерживать скорость ветра 60 м/с и мороз до минус 50 градусов. Механизм установки обладает повышенной солевой и коррозийной устойчивостью [39]. Но пока в России нет ни серийного производства таких установок, ни квалифицированных кадров, которые бы их обслуживали.

Развитие ветровой энергетики, по нашему мнению, должно осуществляться в рамках частно-государственного подхода к производству энергии, поскольку требует значительных финансовых вложений, которые могут поступать как со стороны государства, так и от частных инвесторов.

На достижение процедурной и восстановительной справедливости может повлиять развитие в северных широтах петроэнергетики, предполагающей использование геотермальной энергии твердых «сухих» горячих пород, располагающихся на глубине земной поверхности до 4-6 км [31].

Основоположником идеи использования петротермальных ресурсов считается отечественный исследователь Э.К.Циолковский, выдвинувший ее в 1914 году. Впоследствии данная идея получила развитие в трудах В.А.Обручева. Однако первая петротермальная циркуляционная система была построена не в России, а во Франции в 1963 году и впоследствии в США. Развитие петроэнергетики позволяет экономить около 1 млрд. тонн органического топлива в год и уменьшает загрязнение окружающей природной среды [45].

Петроэнергетика предполагает существенное изменение энергетической инфраструктуры, поэтому ее реализация должна сопровождаться проведением активной работы с местными сообществами в целях устойчивого развития энергетической сферы.

Энергетическая справедливость, безусловно, нуждается в глубоко и тщательно разработанной научной базе. В России уделяется большое внимание развитию научных подходов к вопросам освоения арктических территорий. Московский физико-технический институт при поддержке российских и международных партнеров ведет разработку проекта строительства комплекса автономных международных арктических станций под названием «Снежинка». Предполагается, что эти станции будут работать только на возобновляемых источниках энергии. «Снежинка» станет международной платформой, на ее базе ученые из разных стран смогут вести научные исследования по различным проблемам, актуальным для Арктической зоны, «от систем жизнеобеспечения до сельскохозяйственных технологий по выращиванию овощей в экстремальных условиях» [39].

В октябре 2021 года научно-образовательный центр «Север – территория устойчивого развития» презентовал проект по запуску масштабной технологической платформы по разработке и апробации водородных технологий полного цикла в условиях Крайнего Севера. Данный проект использует одно из основных природных преимуществ Арктического региона – большое количество воды, а получение водорода легко организовать даже на полярной станции. Кроме того, водород чрезвычайно экологичен. Это его огромное преимущество перед другими видами энергии.

В Новосибирске создана очень сильная экономическая школа под руководством академика РАН В.А.Крюкова, которая занимается изучением функционирования и развития нефтегазового сектора. Научные разработки этой школы представляются весьма актуальными и полезными в процессе энергетически справедливого освоения и развития Арктических территорий [25].

3. Тенденции энергетического развития Арктической зоны

Современная международная обстановка, режим экономических санкций, введенных рядом зарубежных стран в отношении Российской Федерации, безусловно, оказывают определенное влияние на энергетическое развитие Арктического региона. Возможно, что в ближайшем будущем добыча российскими компаниями нефти и газа в Арктике будет осуществляться преимущественно в национальных интересах с целью удовлетворения потребностей отечественных потребителей энергоресурсов. Однако это обстоятельство не должно повлечь отказ от реализации новых и действующих проектов, инвестиций в социальную (здравоохранение, образование, культуру), экономическую (строительство, логистика) и экологическую системы Арктического региона.

В настоящее время в Арктике действует более 460 проектов в производственной, транспортной и общественной сферах, которые под влиянием санкционного давления испытывают проверку на прочность [24]. Действующими являются нефтегазовые проекты «Ямал СПГ», «Арктик СПГ-2» и Новопортовское месторождение, Павловское месторождение свинцово-цинковых руд на архипелаге Новая Земля, Сырадасайское месторождение угля, россыпное оловянное месторождение Тирехтях, Приразломное нефтяное месторождение и другие. Штокмановское газовое месторождение пока заморожено на неопределенный срок. В перспективе планируется разработка морских частей Харасавэйского и Крузенштернского газовых месторождений на Ямале, газовых месторождений Каменномысское-море и Северо-Каменномысское в Обской губе. По новому Ванейвисскому нефтегазоконденсатному месторождению (Ненецкий автономный округ) выявлены предварительные геолого-геофизические данные, определен подрядчик для выполнения работ по альтернативной обработке и интерпретации данных, начато петрофизическое моделирование [14].

Россия продолжает сотрудничество с рядом зарубежных партнеров в части обеспечения заполярных проектов оборудованием, судами и необходимой инфраструктурой. В частности, индийские компании ONGC, Indian Oil Corporation Ltd, Bharat Petro Resources Ltd принимают участие в освоении Ванкорского месторождения (Красноярский край) [15], а также нефтегазовых месторождений в Якутии.

Особого внимания, по нашему мнению, заслуживает правительственная идея более тесного взаимодействия двух крупнейших российских регионов – Арктики и Дальнего Востока, которая получила отражение в новом наименовании федерального органа исполнительной власти, отвечающего за государственную политику России на этих территориях, – в феврале 2019 года Министерство по развитию Дальнего Востока было переименовано в Министерство по развитию Дальнего Востока и Арктики [5]. «Компанию» данным регионам должна составить Сибирь, научный потенциал которой может быть использован в целях реализации идей восстановительной справедливости посредством внедрения в арктическую экономику инновационных ресурсосберегающих и высокоэкологичных технологий.

Заключение

Можно с уверенностью утверждать, что энергетический сектор имеет приоритетное значение в арктической стратегии Российской Федерации. Наша страна стремится, несмотря на определенные трудности, связанные с современной внешнеполитической ситуацией, низкими темпами инвестиционной активности, проводить последовательную энергетическую политику в Арктическом регионе, направленную на достижение принципов энергетической справедливости и соблюдение всех ее аспектов - распределительной справедливости, процессуальной справедливости, справедливости признания, восстановительной справедливости.

Производство энергоресурсов на началах прозрачности и открытости, на основе ценностей энергетической справедливости и устойчивого развития, активного диалога и поддержки местных сообществ должны стать ключевыми аспектами управленческой стратегии и деловой практики российских энергетических компаний, работающих в Заполярье. Это позволит им не только удерживать лидирующие позиции по добыче нефти, природного газа и углеводородов, но и достигнуть значительного прогресса в социальной и экологической областях, реализуя различные благотворительные инициативы и восстанавливая экосистемы территорий, на которых они осуществляли свои энергетические проекты.

Развитию энергии как международного общественного блага способствует межгосударственное энергетическое сотрудничество. Российская Федерация открыта для взаимодействия с зарубежными странами в энергетически справедливом и рациональном освоении арктических нефтегазовых ресурсов. Однако при этом ей очень важно сохранить лидерские позиции в Арктическом регионе и извлечь для себя максимальные инвестиционные и торгово-экономические выгоды.


Источники:

1. Федеральный закон от 13 июля 2020 г. № 193-ФЗ «О государственной поддержке предпринимательской деятельности в Арктической зоне Российской Федерации» (ред. от 02.07.2021) // Собрание законодательства Российской Федерации. - 2020. - № 29. -Ст. 4503
2. Федеральный закон от 27 ноября 2023 г. № 540-ФЗ «О федеральном бюджете на 2024 год и на плановый период 2025 и 2026 годов» // Собрание законодательства РФ. - 2023. - № 49 (часть II). - Ст. 8657
3. Федеральный закон от 27 ноября 2023 г. № 540-ФЗ «О федеральном бюджете на 2024 год и на плановый период 2025 и 2026 годов» // Собрание законодательства РФ. - 2023. - № 49 (часть II). - Ст. 8657
4. Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2035 года. Утверждена Указом Президента Российской Федерации от 26 октября 2020 года № 645 // Собрание законодательства РФ. - № 44. - Ст. 6970
5. Постановление Правительства Российской Федерации от 20 апреля 2019 года № 475 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. - 2019. - № 17. - Ст. 2104
6. Постановление губернатора Ямало-Ненецкого автономного округа от 28 апреля 2021 года № 65-пг «Об утверждении схемы и программы перспективного развития электроэнергетики Ямало-Ненецкого автономного округа на период 2021-2025 годов». [Электронный ресурс]. URL: http://www.pravo.gov.ru (дата обращения: 29.01.2024).
7. Распоряжение главы Республики Карелия от 30 апреля 2021 года № 240-р «Об утверждении Схемы и программы перспективного развития электроэнергетики Республики Карелия на период до 2025 года». [Электронный ресурс]. URL: https://gov.karelia.ru (дата обращения: 05.02.2024).
8. Распоряжение Правительства Архангельской области от 11 ноября 2014 г. № 382-рп «О концепции развития локального теплоснабжения на территории Архангельской области до 2030 года». [Электронный ресурс]. URL: https:// energy.csti.yar.ru (дата обращения: 05.02.2024).
9. Ампилов Ю. П. Энергетическое развитие Российской Арктики в эпоху энергоперехода // Энергетическая политика. – 2022. – № 1. – c. 30-43.
10. Арктика: настоящее и будущее. Материалы 13-го Международного форума. - Санкт-Петербург, 7-8 декабря 2023 года. [Электронный ресурс]. URL: https://www.yidaiyilu.gov.cn (дата обращения: 14.12.2023).
11. Караганов С.А. Арктическая политика России: международные аспекты: доклад к ХХII Апрельской международной научной конференции по проблемам развития экономики и общества. - Москва: Изд. дом Высшей школы экономики, 2021. – 56 c.
12. Данные о работе гибридной солнечно-дизельной станции в поселке Тура Эвенкийского района Красноярского края. ТАСС: официальный сайт. [Электронный ресурс]. URL: https: www.tass.ru; Министерство промышленности, энергетики и жилищно-коммунального хозяйства Красноярского края: официальный сайт. - URL: https: www.gkh24.ru (дата обращения: 21.01.2024).
13. Данные о работе плавучего атомного энергоблока «Академик Ломоносов». АО «Концерн Росэнергоатом». [Электронный ресурс]. URL: https://www.rosenergoatom.ru/ (дата обращения: 21.01.2024).
14. Данные по Ванейвисскому нефтегазоконденсатному месторождению (Ненецкий автономный округ). [Электронный ресурс]. URL: https://neftegaz.ru/news/Geological-exploration/728296-a-miller-i-v-alekperov-obsudili-dalneyshie (дата обращения: 16.01.2024).
15. Данные по Ванкорскому месторождению (Красноярский край). [Электронный ресурс]. URL: https://teknoblog.ru/2022/03/17/116408 (дата обращения: 16.01.2024).
16. Колосов Ю.М., Кривчикова Э.С. Действующее международное право. / В 3 т. Т.3. - Москва: Московский независимый институт международного права, 1997. – 824 c.
17. Завьялова Е. Б., Кравченко Е. А., Ван Сяоцюань Стратегическое партнерство России и Китая в сфере энергетики. - Москва: ИД Научная библиотека, 2019. – 296 c.
18. Загорский А. В. Безопасность в Арктике. - Москва: ИМЭМО РАН, 2019. – 114 c.
19. Иванов А. В., Складчиков А. А., Хренников А. Ю. Развитие электроэнергетики арктических регионов Российской Федерации с учетом использования возобновляемых источников энергии // Российская Арктика. – 2021. – № 2. – c. 62-80.
20. Кавешников Н. Ю. Многоликая энергетическая безопасность // Международная жизнь. – 2011. – № 12. – c. 88-103.
21. Киенко Е. В. Международно-правовые основы сотрудничества Китая с арктическими государствами // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. – 2019. – № 2. – c. 64-68.
22. Киушкина В., Самсонов Р., Ишмуратова М. Арктические стратегии: энергетика, безопасность, экология и климат. - Москва: Центр энергетики Московской школы управления, 2020. – 284 c.
23. Кобзева М. А. Арктический вектор в политике Китая при новом руководстве // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. – 2017. – № 5. – c. 962-974.
24. Котов А. В. Перспективы развития ключевых арктических проектов РФ в условиях санкций // Научно-аналитический вестник ИЕ РАН. – 2022. – № 5. – c. 113-123. – doi: 10.15211/vestnikieran52022113123.
25. Крюков В. А., Крюков Я. В., Кузнецов С. В. Экономика современной Арктики: в основе успешности эффективное взаимодействие и управление интегральными рисками. - Апатиты: ФИЦ КНЦ РАН, 2020. – 245 c.
26. Ледяное сотрудничество. Где разошлись интересы России и Китая. РИА Новости. 05.07.2021. [Электронный ресурс]. URL: https://ria.ru/20210705/sotrudnichestvo-1739995255.html (дата обращения: 01.12.2023).
27. Мастепанов А. М. Энергетический переход как новый вызов мировой нефтегазовой отрасли // Энергетическая политика. – 2019. – № 2. – c. 62-69.
28. Медведев Д. А., Полончук Р. А., Шашок Л. А. Арктическая политика Китая в первой четверти XXI века. / под ред. д. т. н. С. Н. Гриняева. - Москва: АНО ЦСОиП, 2020. – 82 c.
29. Вылегжанин А. Н. Международное право. / учебник для вузов. - Москва: Издательство Юрайт, 2024. – 664 c.
30. МИД РФ назвало условие для выхода России из Арктического совета. [Электронный ресурс]. URL: https://ria.ru (дата обращения: 06.02.2024).
31. Митина Н. Н., Крамарова Е. М., Дадаев С.-С. С. Преимущественные виды альтернативных источников энергии в арктическом регионе России // Neftegaz.RU. – 2020. – № 3,5. – c. 1-14.
32. Пименов А. О., Куликов Д. Г., Гольцов Е. Н., Гречко Г. И. Энергообеспечение в Арктике // Neftegaz.RU. – 2018. – № 1.
33. Подоплекин А. О. Арктические ресурсы Канады, Норвегии и США: модели и результаты экономического развития в 2010-х // Вестник Алтайской академии экономики и права. – 2021. – № 11(2). – c. 297-302.
34. Сафронова Е. И. Концепция и практика устойчивого развития: взгляд из Китая // Восточная Азия: факты и аналитика. – 2020. – № 3. – c. 18-35.
35. Совещание по развитию опорных населенных пунктов Арктической зоны с участием Президента Российской Федерации В.В.Путина 11 декабря 2023 года - [Москва, Архангельск]. [Электронный ресурс]. URL: https://www.kremlin.ru (дата обращения: 17.01.2024).
36. Стоцкий А. И. Арктика сегодня. Россия и Китай обсудили сотрудничество в Арктике. Портал о развитии Арктики. [Электронный ресурс]. URL: https://goarctic.ru/news/arctika-segodnya-rossiya-i-kitay-obsudili-sotrudnichestvo -v-arktike/ (дата обращения: 03.02.2024).
37. Ховалова Т. В., Жолнерчик С. С. Эффекты внедрения интеллектуальных электроэнергетических сетей // Стратегические решения и риск-менеджмент. – 2018. – № 2. – c. 92–101. – doi: https://doi.org / 10.17747 / 2078-8886-2018-2-92-101.
38. Хорольская М. В. Новые векторы энергетической политики Германии // Мировая экономика и международные отношения. – 2022. – № 10. – c. 56-64.
39. Энергетика будущего: как разработки российских ученых повлияют на освоение Арктики. Национальные проекты России. [Электронный ресурс]. URL: https://национальныепроекты.рф (дата обращения: 04.12.2023).
40. Agyeman J., Cole P., Haluza-DeLay R., O’Riley P. Speaking For Ourselves: Environmental Justice in Canada. - Vancouver – Toronto: UBC Press, 2010. – 288 p.
41. Anderson W. P., DiFrancesco R. J. Potential impacts of climate warming on hydrocarbon production in the northern Mackenzie Basin. / Mackenzie Basin impact study: final report; еd. by S. J. Cohen. - Ottawa - Ontario: Environment Canada, 1997. – 372 c.
42. ArboР.,HersougВ. The oil industry’s entry into the North: business development, politics and society. - Oslo: Gyldendal akademisk, 2010.
43. Baker J. M., Westman C. N. Extracting knowledge: Social science, environmental impact assessment, and Indigenous consultation in the oil sands of Alberta, Canada // The Extractive Industries and Society. – 2018. – p. 144-153.
44. Bolton S. C., Kim R. C.-h., O’Gorman K. D. Corporate social responsibility as a dynamic internal organizational process: a case study // Journal of Business Ethics. – 2011. – № 101. – p. 61-74.
45. British Petroleum Statistical Review of the World Energy. - 2018. [Электронный ресурс]. URL: https://www.bp.com (дата обращения: 28.11.2023).
46. Delina L. L., Sovacool B. K. Of temporality and plurality: an epistemic and governance agenda for accelerating just transitions for energy access and sustainable development // Current Opinion in Environmental Sustainability. – 2018. – № 34. – p. 1-6.
47. Dilling P. F. A. Reporting on long-term value creation-The example of public Canadian energy and mining companies // Sustainability. – 2016. – № 8. – doi: 10.3390/su8090938.
48. Dütschke E., Wesche J. P. The energy transformation as a disruptive development at community level // Energy Research & Social Science. – 2018. – № 37. – p. 251-254.
49. Geels F. W. Disruption and low-carbon system transformation: Progress and new challenges in socio-technical transitions research and the multi-level perspective // Energy Research & Social Science. – 2018. – № 37. – p. 224-231.
50. Goldthau A., Sovacool B. K. The uniqueness of the energy security, justice and governance problem // Energy Policy. – 2012. – № 41. – p. 232-240.
51. Hammer J. The Sibernian Energy Rush. СайтFastCompany. - 8th November 2010. [Электронный ресурс]. URL: http://www.fastcompany.com/magazine/150/the-15-trillion-treasure-at-the-end-of-the-world.html?page=0%2C5 (дата обращения: 28.11.2023).
52. Kadenic M. Socioeconomic value creation and the role of local participation in large-scale mining projects in the Arctic // The Extractive Industries and Society. – 2015. – № 2. – p. 562-571.
53. MacCallum D., Moulaert F., Hillier J., Vicari Haddock S. Social Innovation and Territorial Development. - Farnham: Ashgate, 2009. – 189 p.
54. Smil V. Energy Transitions: History, Requirements, Prospects. - Praeger: Bloomsbury Academic, 2010. – 178 p.
55. Sovacool B. K., Sidortsov R., Jones B. R. Energy security, equality, and justice. - London: Routlege, 2013. – 238 p.
56. Verma P., Savickas R., Buettner S. M., Strücker J., Kjeldsen O., Wang X. Digitalization: Enabling the New Phase of Energy Efficiency. Group of Experts on Energy Efficiency.Seventh session. – Geneva, 22-25.09.2020. Geee-7. – 2020 - inf.3. [Электронный ресурс]. URL: https://unece.org/sites/default/files/2020-12/GEEE-7.2020.INF_.3.pdf (дата обращения: 26.12.2023).

Страница обновлена: 25.02.2024 в 21:10:47