Концептуальные основы управления преимуществами и рисками при построении бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции

Валинский О.С.1, Маврин А.Н.2, Посадов И.А.3, Скобелев П.О.4, Тришанков В.В.1, Химич Е.Ю.2
1 ОАО «РЖД», Россия, Москва
2 ООО «ЛокоТех», Россия, Москва
3 Стокгольмская школа экономики в России, Россия, Санкт-Петербург
4 Группа компаний «Генезис знаний», Россия, Москва

Статья в журнале

Вопросы инновационной экономики
Том 12, Номер 1 (Январь-март 2022)

Цитировать:
Валинский О.С., Маврин А.Н., Посадов И.А., Скобелев П.О., Тришанков В.В., Химич Е.Ю. Концептуальные основы управления преимуществами и рисками при построении бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции // Вопросы инновационной экономики. – 2022. – Том 12. – № 1. – С. 237-258. – doi: 10.18334/vinec.12.1.114427.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=48333788

Аннотация:
Настоящая статья является логическим развитием проводимого тематического цикла научных изысканий по определению институциональной экономической сущности построения бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции [1-4] на предмет выражения концептуальных основ управления преимуществами и рисками при ведении данного вида предпринимательской деятельности. При этом дается системное отображение их «генетической природы» во взаимосвязи как с системной триадой корпоративно-ценностных установочных принципов институционального ведения бизнеса на основе «философского созидательного партнерства» «системного разумного доверия» и «солидарной корпоративной экономики» [4], так и с наличием у топ-менеджмента компаний-участников системной триады управленческих навыков в аспекте креативности мышления, корпоративности поведения и компетентности действия. Как видение, представлена архитектоника коннективной модели обретения лучшей практики управления преимуществами и рисками при построении бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП».

Ключевые слова: контракт жизненного цикла, высокотехнологичная продукция, институализация построения бизнеса, преимущества и риски, системная триада, характеристическая группа рисков, корпоративно-ценностная установка, философское созидательное партнерство, системное разумное доверие; солидарная корпоративная экономика, коннективная система управления, базисный кластер управленческих навыков, креативность мышления, корпоративность поведения, компетентность действия

JEL-классификация: M11, M21, D81



Управлять – значит предвидеть,

а предвидеть значит – много знать.

Марк Туллий Цицерон

Введение

Построение бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции (далее – КЖЦ ВТП, ЖЦ ВТП и ВТП) [1-4], имеет в своей основе дуалистическую природу, объективно определяющую для компаний-участников как преимущества, так и риски, причинно-следственное понимание которых отображает их принципиальное диалектическое различие.

Так, получаемые компаниями-участниками преимущества являются следствием успешного ведения дел на основе выстроенной системы долгосрочных доверительных отношений в формате КЖЦ ВТП. При этом преимущества, обретаемые при воплощении лучшей практики ведения бизнеса в формате КЖЦ ВТП, различны по своему содержанию для компаний-участников.

В свою очередь, реализация имеющихся рисков является следствием конъюнктурного построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП, приводящего, как минимум, к ненадлежащему исполнению обязательств компаниями-участниками и, как максимум, к расторжению их бизнес-отношений. В результате возникающие риски от оппортунистического ведения бизнеса в формате КЖЦ ВТП в равной мере относятся к обеим компании-участникам.

Преимущества компаний – участников при построении бизнеса в формате КЖЦ ВТП

При построении бизнеса в формате КЖЦ ВТП компания-заказчик обретает адекватное воплощение своего интегрированного потребительского запроса посредством проведения единого конкурса и построения долгосрочных бизнес-отношений с единственной компанией-подрядчиком, целиком ответственной за выполнение полного комплекса работ и услуг на всех стадиях ЖЦ ВТП и обеспечение ее эксплуатационной надежности в качественном выражении [3].

В результате компания-заказчик при построении бизнеса в формате КЖЦ ВТП приобретает системно выраженный ряд весомых преимуществ.

Так, прежде всего, снимается необходимость проведения процедуры отбора компаний-подрядчиков на каждой стадии ЖЦ ВТП и координации их взаимодействия, что снижает организационные и трансакционные издержки.

Безусловно, подготовка и проведение конкурсного отбора единого подрядчика, полностью обеспечивающего выполнение всего комплекса работ и услуг на протяжении ЖЦ ВТП, требует от компании-заказчика значительного времени, ресурсов и надлежащего набора компетенций. Вместе с тем при таком подходе компания-заказчик получает как наилучшее по соотношению «цена-качество» предложение, так и практически пожизненную гарантию соответствия приобретаемой ВТП интегрированному потребительскому запросу.

Наряду с этим установление бизнес-отношений в формате КЖЦ ВТП, основанном на оплате конечной пользы ВТП позволяет компании-заказчику оптимизировать планирование и использование финансовых средств посредством распределения платежей во времени. Более того фиксированная ставка оплаты конечной пользы ВТП дает компании-заказчику возможность эффективно планировать свои затраты для исполнения контрактных обязательств, поскольку на них не отразятся непредвиденные расходы компании-подрядчика.

Весьма значимым является также и то, что в отличие от традиционного ведения договорных отношений, ориентированного на выполнение конкретной задачи, построение бизнеса в формате КЖЦ ВТП исключает размывание ответственности между различными компаниями-подрядчиками, выполняющими работу на отдельных его стадиях.

Такая постановка позволяет компании-заказчику полностью возложить риски ненадлежащего исполнения работ и услуг на всех стадиях ЖЦ ВТП на единственную компанию–подрядчика и тем самым снизить риск ее оппортунистического поведения посредством проведения ответственного мониторинга соответствия ВТП интегрированному потребительскому запросу.

Как следствие, это стимулирует компанию-подрядчика к системному осуществлению целенаправленных действий, ведущих как к повышению качества проектирования ВТП, так и к сокращению затрат на всех стадиях ее жизненного цикла, что является залогом роста рентабельности бизнес-деятельности компании-заказчика. По сути, действует принцип перенесения риска, согласно которому с ним должен справляться хозяйствующий субъект, имеющий для этого больше ресурсов и компетенций. Очевидно, что компания-подрядчик обладает более значимым потенциалом эффективного менеджмента в области проектирования, производства, сервисного сопровождения и модернизации ВТП, чем компания-заказчик, сферой исключительной ответственности которой выступает формирование на нее интегрированного потребительского запроса.

Компания-подрядчик разрабатывает проект, исходя из заданных компанией-заказчиком в интегрированном потребительском запросе целевых технико-эксплуатационных характеристик качества и надежности ВТП и своих ресурсных возможностей, а также с учетом того, что некачественное выполнение работ на стадии проектирования неизбежно приведет к увеличению стоимости на последующих стадиях производства, сервисного сопровождения, ремонта, модификации и утилизации, что, согласно КЖЦ ВТП, ложится на компанию-подрядчика и не изменяет его договорную стоимость.

При этом размер оплаты, производимой компанией-заказчиком, может и уменьшиться, если компания-подрядчик не обеспечивает соблюдение определенных интегрированным потребительским запросом функциональных требований и технико-эксплуатационных параметров ВТП.

Такая конструкция контрактных отношений, безусловно, привлекательна для компании-заказчика, поскольку она не несет рисков за ненадлежащее состояние ВТП в процессе ее эксплуатации. В результате при построении бизнеса в формате КЖЦ ВТП основное преимущество для компании-заказчика состоит в том, что компания-подрядчик напрямую заинтересована как в своевременном выпуске ВТП, так и в ее эффективной и долгосрочной эксплуатации. Ведь платежи компания-подрядчик получает за конечную пользу ВТП, которую она приносит компании-заказчику в процессе ее эксплуатации. По сути, компания-заказчик приобретает по КЖЦ ВТП у компании-подрядчика эксплуатационное качество и надежность ВТП. Тем самым компания-подрядчик мотивирована на качественное выполнение всего комплекса работ и услуг по КЖЦ ВТП, что оптимизирует производимые затраты на всех его стадиях.

При этом приоритетными функциями компании-заказчика становятся формирование интегрированного потребительского запроса как предмета КЖЦ ВТП и проведение контроля за обеспечением компанией-подрядчиком заданных этим запросом технических показателей качества и надежности ВТП в процессе ее эксплуатации, что позволяет компании-заказчику оптимизировать необходимые ресурсы, включая организационную структуру и кадровый состав, и тем самым снизить свои затраты.

В свою очередь, ведение бизнеса в формате КЖЦ ВТП несет несомненные выгоды также и для компании-подрядчика, обеспечивая устойчивое и динамичное развитие ее предпринимательской деятельности.

Так, компания-подрядчик обретает долгосрочное стабильное финансирование, при котором получаемые доходы за выполнение работ и услуг по КЖЦ ВТП не зависят от спроса на нее, а надежным обеспечением служат гарантированные аннуитетные платежи по контракту. Тем самым компания-подрядчик не несет риска недостатка спроса на свою ВТП, а ее финансовые потоки заранее определены в течение длительного периода времени и могут быть использованы как гарантия при привлечении долгосрочных займов для финансирования проводимых работ на выгодных условиях, а также в качестве обеспечения возвратности и доходности инвестиционных вложений.

Не менее значимо также и то, что заключение полномасштабного долгосрочного КЖЦ ВТП с фиксированным размером платежей определяет, для компании-подрядчика, с одной стороны, возможность стратегического планирования своей финансово-хозяйственной деятельности, включая разработку и принятие инвестиционных программ, а с другой стороны, загруженность и эффективное использование в течение установленного контрактом длительного периода времени своих проектных, производственных, сервисных и ремонтных мощностей, а также персонала и иных ресурсов.

Наряду с этим компания-подрядчик обретает и такое важное преимущество, как обладание самостоятельностью выбора способов и средств выполнения всего цикла работ и услуг в формате КЖЦ ВТП, начиная с разработки проектной документации, что мотивирует ее на нахождение пути обеспечения определенных контрактом технико-эксплуатационных показателей качества и надежности ВТП за счет принятия инновационных управленческих, проектных и технологических решений, приводящих к снижению издержек. А поскольку объем платежей компании-заказчика фиксирован и не зависит от фактических расходов компании-подрядчика, то это определяет ее заинтересованность как в оптимизации собственных издержек на всех стадиях ЖЦ ВТП, так и в обеспечении надлежащего качества производимых работ и услуг во избежание потери доходных поступлений из-за несоблюдения законтрактованных требований в формате интегрированного потребительского запроса.

Гибкость механизма КЖЦ ВТП и сосредоточение проведения работ и услуг на протяжении всего ЖЦ ВТП у единственной компании-подрядчика создают возможность снижения затрат на стадиях ее производства, сервисного сопровождения, ремонта, модернизации и утилизации за счет качественного проектирования, применения инновационных технологий и материалов, а также путем управления процессами на принципах экономии и ресурсосбережения.

При этом компания-подрядчик при построении бизнеса в формате КЖЦ ВТП приобретает опыт реализации крупных проектов, что способствует укреплению ее рыночных конкурентных позиций.

Наконец, внимания заслуживает и то, что построение бизнеса в формате КЖЦ ВТП создает обоюдное преимущество обеим компаниям-участникам в виду возникающей возможности совместного обретения их топ-менеджментом базисных и ключевых компетенций [1, с. 175-208], отвечающих вызовам и трендам Четвертой промышленной революции (далее – Индустрия 4.0) [5, 6].

Риски компаний – участников при построении бизнеса в формате КЖЦ ВТП

Вполне очевидно, что в условиях глобальной трансформации мировой системы хозяйствования КЖЦ ВТП как институт договорного права построения долгосрочных бизнес-отношений наделен, наряду со вполне зримыми преимуществами, также и объективно имеющимися рисками.

Основные риски, возникающие при реализации КЖЦ ВТП, связаны с формированием негативных обстоятельств, при которых либо для одной из сторон, либо для обеих сторон договорных отношений становится невозможным выполнение принятых на себя обязательств. При этом последствия и величина возможных потерь для бизнеса и компании-заказчика, и компании-подрядчика в формате КЖЦ ВТП могут стать заметными уже на самой начальной стадии реализации договорных отношений ввиду произведенных затрат на подготовку инфраструктуры как в отношении проектирования и производства ВТП, так и в части ее сервисного сопровождения, ремонта, модернизации и утилизации, а также на разработку финансовой модели определения сбалансированной контрактной стоимости ЖЦ ВТП. Отсюда управление рисками при построении бизнеса в формате КЖЦ ВТП является для топ-менеджмента компаний-участников важнейшей стороной установления бизнес-отношений.

При этом необходимо учитывать следующее обстоятельство: КЖЦ ВТП по терминологии теории контрактов предстает отношенческим [7-12], имеющим характеристичным признаком невозможность исчерпывающего фиксирования всех обстоятельств протекания будущих событий, что объективно предопределяет усмотрение постоянного корректирования условий КЖЦ ВТП и своевременного урегулирования возникающих спорных моментов. Отсюда ожидаемо: издержки адаптации КЖЦ ВТП могут составлять значительную величину от его стоимости.

Проявляемые в процессе реализации КЖЦ ВТП риски негативным образом влияют в отношении экономических, производственных, экологических, юридических и иных аспектов ведения бизнеса, а также становятся причиной возникновения внештатных ситуаций при эксплуатации ВТП.

Методологический инструментарий управления рисками в формате КЖЦ ВТП предназначен для эффективного решения таких целевых задач, как:

– разработка стратегии и тактики управления рисками;

– идентификация возникновения рисков;

– воздействие на причину возникновения риска;

– мониторинг эффективности воздействия на причину возникновения риска;

– контроль эффективности риск-стратегии и ведение коррективных действий;

– оценка ущерба в случае реализации риска.

При этом организационными действиями, минимизирующими ущерб бизнесу от реализации рисков, являются:

– отказ от ведения рисковой деятельности;

– снижение вероятности реализации риска;

– аутсорсинг рисковых операций;

– формирование резервов времени и ресурсов для компенсации потерь от реализации рисков.

По своей природе факторы риска являются антитезой воплощения лучшей практики интеграционного построения по фабуле законов диалектики долгосрочных доверительных бизнес-отношений между компаниями-участниками в формате КЖЦ ВТП, что может свести на нет все те преимущества, которые дает данный вид предпринимательской деятельности.

В этом понимании представляется обоснованным классифицировать риски в виде системной триады характеристических групп рисков, определяющей основу конективной [1] модели их управления (рис. 1).

Так, первую характеристическую группу рисков составляют риски несоответствия действующей системы корпоративного управления, а также организационной культуры компаний-участников лучшей практике эффективного построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП (рис. 1, С I).

Прежде всего это определяется наличием так называемой «корпоративной вуали» [13, 14], осложняющим установление как бенефициаров, так и порядка выработки и принятия стратегических решений органами корпоративного управления компаний-участников КЖЦ ВТП, что априори предстает основополагающим фактором формирования неустойчивой базисной конструкции их бизнес-отношений и не позволяет рассчитывать на долгосрочное позитивное развитие совместной предпринимательской деятельности.

В связи с этим заметим: проблема «наличия корпоративной вуали» является в России одной из широко дискутируемых тем как в социуме в целом, так и в профессиональном сообществе в частности [13, 14], включая давно обсуждаемую идею ее адекватного правового отражения в законодательстве.

Обретение лучшей практики построения долгосрочных бизнес-отношений на основе системной триады корпоративно-ценностных установок [4], включающей «философское созидательное партнерство» [15], «системное разумное доверие» [16-19] и «солидарную корпоративную экономику» [20], диктует собой безотлагательный отказ от укоренившихся навыков управления бизнесом из-под «корпоративной вуали» с выходом на установление парадигмы становления и приумножения человеческого капитала на принципах доверия и добропорядочности, что представляется архиважным и в отношении КЖЦ ВТП.

Рисунок 1. Архитектоника коннективной модели управления системной триадой характеристических групп рисков построения бизнес-отношений компаниями-участниками в формате КЖЦ ВТП

Источник: составлено авторами.

В противном случае рано или поздно, но неотвратимо реализуется сценарий, образно прописанный древнеримским философом Луцием Аннеем Сенекой младшим: «Когда человек не знает, к какой пристани он держит путь, для него ни один ветер не будет попутный».

Что же касается современного состояния делового ландшафта в России, то повсеместное его покрытие «корпоративной вуалью» [13, 14] все более предстает ни чем иным, как деформирующим корсетом, который уродует образ отечественного предпринимательства в аспекте его инвестиционной и инновационной привлекательности. Данное обстоятельство в полной мере выступает угнетающим фактором и в отношении предпосылок к построению долгосрочных доверительных бизнес-отношений в формате КЖЦ ВТП.

К аналогичному по силе эффекту негативного воздействия приводит также и приверженность топ-менеджмента компаний-участников КЖЦ ВТП к анахроничной, не отвечающей лучшим практикам организационной культуре.

Такое положение дел становится выразительным при нахождении топ-менеджмента компаний-участников КЖЦ ВТП в так называемой «зоне комфорта», что порой обусловлено обманчивостью сложившегося квазиустойчивого состояния отечественного бизнеса. Его «почивание на лаврах» порождает анахронизм организационной культуры, сводящей на нет поиск путей совершенствования управленческих решений, проектных замыслов и процессных моделей ведения бизнеса, что ведет к утрате видения в отношении применения инновационных технологий и материалов на всех стадиях ЖЦ ВТП.

Неизбежным следствием такого положения дел является снижение клиентоориентированности, конкурентоспособности, а отсюда рентабельности компаний, пытающихся выстроить бизнес в формате КЖЦ ВТП.

Все компании в мире, имеющие сколь-нибудь длительную историю, не раз проходили через такой ответственный этап в своем развитии как смена парадигмы ведения бизнеса. Для тех, кто не сумел адаптироваться к изменяющимся условиям, это всегда заканчивалось трагично: не спасают ни былая слава, ни годы доминирования на рынке, ни государственная поддержка, ни безупречная репутации лидеров компании. Успешные же компании, восприняв дух перемен и сумев всецело и эффективно принять новые корпоративные ценности и методы ведения бизнеса, закладывают тем самым основу своего устойчивого процветания, а не сползают к отыскиванию попыток выживания.

Тем самым необходимо отчетливо осознавать: взращивание отвечающей вызовам и трендам Индустрии 4.0 организационной культуры [21-24] на системной триаде корпоративно-ценностных установочных принципах [4], включающей «философское созидательное партнерство» [15], «системное разумное доверие» [16-19] и «солидарная корпоративная экономика» [20], требует от компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП и значительного времени, и приложения незаурядных усилий.

При этом должный эффект может оказаться не вполне сразу и очевиден, поскольку в основе успешности управленческих преобразований лежит решение сложнейшей задачи: проведение компаниями – участниками построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП скоординированной трансформации организационной культуры, ведущей к обретению корпоративных ценностей, которые определяют ориентированность на выстраивание долгосрочных доверительных отношений. Отвечающая лучшим практикам ведения бизнеса организационная культура является для компаний – участников КЖЦ ВТП стратегическим инструментарием, определяющим принятие ими адекватных ценностных установок и достижение поставленных сбалансированных целей.

Становление организационной культуры – непростой длительный процесс, требующий системного приложения значительного усердия. Вместе с тем этот процесс – увлекательный, творческий и в итоге дающий радикальное и согласованное повышение рентабельности, конкурентоспособности и клиентоориентированности для обеих компаний – участников КЖЦ ВТП.

В противном случае возникает, а в затем и реализуется едва ли не главный риск расторжения бизнес-отношений между компаниями-участниками КЖЦ ВТП, обусловленный несоответствием их организационной культуры ценностным основам лучшей практики предпринимательской деятельности.

Отсюда принципиально важным является личностное восприятие топ-менеджментом компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП интегративных основ корпоративной философии, что обеспечивает действенное воплощение ее ключевых ценностей, поскольку наиболее частая причина управленческих неудач состоит в пренебрежении формирования организационной культуры как корпоративного мировоззрения. Внедрение целостно выраженной модели приверженности топ-менеджеров к согласованным корпоративным ценностям компаний – участников КЖЦ ВТП предстает системообразующим способом их культурно-организационной трансформации.

Динамика этой трансформации, а значит и реализация институциональных преобразований в компаниях – участниках КЖЦ ВТП всецело обусловлена кардинальным изменением менталитета их интеллектуальной элиты. Именно поэтому приоритетной задачей руководства компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП является всемерное вовлечение работников в формирование единой социокультурной экосистемы, в которой действовать по-иному становится не только невозможным, но и неприемлемым.

В связи с этим первую характеристическую группу рисков, выражающую собой воспрепятствование имеющихся как системы корпоративного управления, так и организационной культуры к установлению долгосрочных доверительных бизнес-отношений (рис. 1, С I), правомерно рассматривать в качестве системно постановочных рисков для компаний –участников КЖЦ ВТП.

Что касается, второй характеристической группы рисков, то ее составляют структурно-организационные и технологические риски, возникающие как со стороны компании – заказчика, так и со стороны компании – подрядчика построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП (рис. 1, C II).

Причинами же их проявления со стороны компании-заказчика являются:

– неприемлемо низкий уровень рыночной конкуренции между имеющимися потенциальными компаниями-подрядчиками;

– ограниченность ресурсов и производственных мощностей, имеющихся у потенциальных компаний-подрядчиков;

– несоблюдение компанией-подрядчиком определенных контрактом жизненного цикла сроков поставки ВТП;

– необеспечение компанией-подрядчиком должного соответствия технико-эксплуатационных параметров качества и надежности производимой ВТП интегрированному потребительскому запросу компании-заказчика;

– неадекватное реагирование компании-подрядчика в отношении своевременного устранения имеющихся несоответствий ВТП;

– сбои в работе сервисной инфраструктуры компании-подрядчика.

В свою очередь причинами возникновения второй характеристической группы рисков со стороны компании-подрядчика являются:

– недостаточность денежных средств у компании-заказчика для своевременного исполнения взятых ею на себя финансовых обязательств (риск неплатежей) в формате выполнения КЖЦ ВТП;

– высокая вероятность необходимости привлечения значительных инвестиций и специфических активов для организации выполнения КЖЦ ВТП;

– объективная ограниченность прогнозной информации при планировании издержек в долгосрочном периоде;

– неготовность производителей отдельных компонентов и узлов ВТП обеспечить требуемое их качество и выполнение гарантийных обязательств;

– ненадлежащее состояние сервисной инфраструктуры для поддержания заданных технико-эксплуатационных параметров качества и надежности ВТП в процессе ее эксплуатации;

– возникновение логистических проблем в организации производства ВТП и/или ее сервисного сопровождения.

Рассматривая вторую характеристическую группу рисков, следует прежде всего остановиться на таком риске, как неприемлемо низкий уровень рыночной конкуренции между потенциальными компаниями-подрядчиками ВТП.

Несмотря на то, что заключение КЖЦ ВТП между компаниями-участниками потенциально дает возможность снизить ее сбалансированную контрактную стоимость в условиях рыночной конкуренции, в действительности эффективная конкуренция присутствует далеко не всегда, и, выбирая компанию-подрядчика ВТП, компания-заказчик зачастую сталкивается либо с полным отсутствием конкуренции, либо лишь с единичными предложениями.

В этой ситуации одним из вариантов позитивного развития событий является так называемое «создание рынка», что подразумевает выработку и воплощение государственной стратегии антимонопольного регулирования, направленного на создание конкурентного рынка производителей ВТП.

В целом же реализация второй характеристической группы рисков, несмотря на проведение мероприятий по их хеджированию, приводит к возникновению существенных проблем при осуществлении производственно-технологических процессов, нарушению финансовой стабильности и иным негативным последствиям для бизнеса «пострадавшей» стороны КЖЦ ВТП.

При этом пренебрежение, равно как и неадекватная реакция на такой ход развития событий «виновной» стороны, влечет за собой возникновение антагонистических противодействий, вследствие чего вместо становления конструктивного взаимодействия компании-участники КЖЦ ВТП оказываются вовлеченными в «бескомпромиссную борьбу противоположностей» за бесперспективный поиск «иллюзорного единства» на поприще выражения по преимуществу своих сугубо собственных интересов.

В известном смысле вторую характеристическую группу рисков правомерно рассматривать как предпринимательские риски компаний-участников при построении бизнеса в формате КЖЦ ВТП (рис. 1, C II).

И наконец, третья характеристическая группа рисков, которая в равной степени относится как к компании-заказчику, так и компании-подрядчику, взаимодействующих в формате КЖЦ ВТП, обусловливается недостатком высококвалифицированных кадров, мотивированных на постоянный поиск возможностей для развития своего интеллектуального потенциала (рис. 1, C III).

По сути дела, третья характеристическая группа рисков является предтечей первых двух характеристических групп рисков, поскольку в области управления все более и более возобладает тренд на то, что именно интеллектуальный потенциал, а не материальный и финансовый капитал становится главным ресурсом и системообразующей движущей силой ведения бизнеса с наступлением эпохи Индустрии 4.0, когда скорость появления принципиально новых управленческих и технологических инноваций многократно вырастает по сравнению с концом прошедшего столетия.

Тем самым приоритетным для компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП является обретение сплоченной когорты высокопрофессиональных мотивированных специалистов, которые, входя в мировоззренчески передовую управленческую элиту, способны генерировать и воплощать инновационные замыслы путем выражения командного лидерства.

Неадекватное реагирование компаний-участников КЖЦ ВТП на внутренние и внешние вызовы, отказ от проведения ими системного поиска альтернативы устаревшим моделям управления и, наконец, их пренебрежение к обретению надлежащей корпоративной социокультурной среды [21-24], свидетельствует об отсутствии диалектического восприятия необходимости смены парадигмы бизнес-мышления, что неминуемо ведет к оттоку высококомпетентных амбициозных сотрудников, для которых самореализация собственных идей и замыслов, равно как и принадлежность к высокоразвитой организационной культуре являются более приоритетны, чем мотивированность стабильной занятостью и размером финансового вознаграждения.

Уход творчески активных сотрудников негативно сказывается на рентабельности, конкурентоспособности и клиентоориентированности компаний-участников, ведущих бизнес в формате КЖЦ ВТП, что ставит под угрозу и их собственное существование.

При этом следует отчетливо осознавать: открытый рынок труда, предоставляет, благодаря развитию средств информации, квалифицированным мотивированным специалистам широкие возможности их трудоустройства, поскольку все активнее возрастает конкурентный запрос на интеллектуальный капитал, становящийся важнейшим активом компаний, равно как и главным национальным богатством, что дает основание рассматривать третью характеристическую группу рисков как компетентностно-управленческие риски компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП (рис. 1, C III).

Представленное на рисунке 1 в виде треугольной бипирамиды пространственно-структурное отображение архитектоники коннективной модели управления системной триадой характеристических групп рисков построения бизнес-отношений компаниями-участниками в формате КЖЦ ВТП выражает системное видение диалектической платформы кардинальных преобразований парадигмы проведения корпоративного бизнеса в отношении адекватного определения как обретаемых преимуществ, так и имеющихся рисков.

Поскольку все входящие в системную триаду характеристические группы рисков имеют тесное взаимовлияние, то предпринятые действия по управлению рисками одной из характеристических групп оказывают значимое воздействие и на взаимодействие двух других характеристических групп рисков. Как следствие, эффективность управления рисками в формате КЖЦ ВТП обуславливается сбалансированностью предпринимаемых действий, которая определяется в виде центра коннективности (рис. 1, позиция с).

В свою очередь, проходящий через центр коннективности вектор целеполагания Z выражает собой, с одной стороны, позитивную направленность адекватного управления рисками и построения долгосрочных доверительных бизнес-отношений компаний-участников КЖЦ ВТП, что отображается восходящим местоположением вершины С+, а с другой стороны, негативную направленность неадекватного развития событий, ведущую не только к расторжению договорных отношений, но и к последующей за тем стагнации бизнеса как компании-заказчика, так и компании-подрядчика ВТП, что отображается нисходящим местоположением вершины С-.

В этой связи важнейшей задачей компаний – участников КЖЦ ВТП является обеспечение на всем протяжении его действия диалектического развития долгосрочных доверительных бизнес-отношений посредством сохранения и преумножения обретаемых преимуществ и выгод, а также, путем совместного адекватного реагирования компаний-участников на возникновение обстоятельств, порождающих риски расторжения договорных отношений.

Коннективная система управления преимуществами и рисками при построении бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП»

Поскольку преимущества и риски предпринимательской деятельности по своей природе тесно взаимоувязаны, то диалектическое разрешение этой дилеммы априори выступает краеугольным центром построения бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП», что должно являться как предметом обстоятельных изысканий в области институциональной экономической науки по разделу «теория контрактов», так и местом приложения профессионального предпринимательского творчества топ-менеджеров, обладающих надлежащей целостной совокупностью базисных и ключевых компетенций [1, с. 175-208].

Сегодня в формирующемся потоке глобальных вызовов и трендов Индустрии 4.0 позитивное преломление в умах тектонической трансформации цивилизационного бытия всецело определяется кардинальным и всесторонним приумножением интеллектуального капитала как в научном, так и образовательном кластерах современной экономики, что в полной мере относится и к построению бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП».

При этом фундаментальную основу обретения лучшей практики управления преимуществами и рисками при построении бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП» определяет коннективная модель, опирающаяся на наличие у топ-менеджмента компаний-участников системной триады таких базисных кластеров управленческих навыков как: креативность мышления, корпоративность поведения и компетентность действия (рис. 2).

Так, креативность мышления как первый базисный кластер управленческих навыков топ-менеджмента является постановочным условием, открывающим перспективу адекватного обретения парадигмы, ориентированной на построение бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП», что выражает собой одно из значимых преобразовательных направлений разворачивающейся Индустрии 4.0.

Рисунок 2. Архитектоника коннективной модели обретения лучшей практики управления преимуществами и рисками при построении бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП» на основе системной триады базисных кластеров управленческих навыков

Источник: составлено авторами.

Без опоры на креативное творческое мышление, продуцирующее способность нестандартно воспринимать окружающий мир, думать новаторским оригинальным способом, генерировать принципиально новые идеи и тем самым выходить из установленных границ для поиска альтернативных и неординарных решений невозможно представить построение сколь-нибудь длительных бизнес-отношений в формате «Института КЖЦ ВТП».

Только проактивное стратегическое управление, проистекающее прежде всего из креативного мышления членов советов директоров и правлений компаний – участников построения бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП», ведет к установлению долгосрочных доверительных отношений на основе системной триады корпоративно-ценностных установочных принципов [4], «философского созидательного партнерства» [15], «системного разумного доверия» [16-19] и «солидарной корпоративной экономики» [20].

Отсюда проистекает актуальность наличия у топ-менеджмента компаний – участников построения бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП» второго базисного кластера управленческих навыков корпоративности их поведения в качестве необходимого условия, определяющего успешность построения долгосрочных доверительных бизнес-отношений.

В свою очередь обладание топ-менеджментом компаний – участников построения бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП» третьим базисным кластером управленческих навыков компетентностью действия выступает достаточным условием ведения долгосрочных доверительных бизнес-отношений.

В развитие такого видения уместно обращение к высказыванию видного американского бизнесмена Джека Френсиса Уэлча: «Конечными источниками наших конкурентных преимуществ являются желание и способность организации учиться и быстро преобразовывать знания в действия».

Вместе с тем приходится констатировать, что на российском деловом ландшафте имеет место четко выраженное сингулярное возрастание рисков несоответствия действующей системы корпоративного управления и организационной культуры компаний-участников лучшей практике построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП (рис. 1, С I). По сути дела, на практике доминирует стремление той или иной стороны КЖЦ ВТП к установлению договорных отношений на основе командно-административного доминирования с привлечением властных структур. Ментальность такого квазирыночного поведения по своей оппортунистической природе априори губительна в части выстраивания сколь-нибудь длительных бизнес-отношений в формате КЖЦ ВТП.

Не меньшую озабоченность вызывает также и наличие компетентностно-управленческих рисков у отечественных компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП (рис. 1, C III) ввиду отсутствия у большинства их топ-менеджеров надлежащей системы базисных и ключевых компетенций, адекватных глобальным вызовам и трендам Индустрии 4.0 [1, с. 175-208].

Отсюда формирование целостной личности специалиста-профессионала, обладающего системно выраженными базисными компетенциями ведению бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП», становится предметом деятельности высших технических учебных заведений, осуществляющих подготовку кадров по созданию ВТП и управлению ее жизненным циклом.

Пример становления такого подхода к подготовке специалистов дает факультет «Инженерный бизнес и менеджмент» МГТУ им. Н.Э. Баумана, на базе которого форматируется образовательно-исследовательский кластер с ведением учебного курса по специализации: «Системы управления жизненным циклом высокотехнологичной продукции».

При этом немаловажно также и то обстоятельство, что здесь же, начиная с апреля 2018 года, ежегодно проводятся Всероссийские научно-практические конференции по тематике: «Системы управления полным жизненным циклом высокотехнологичной продукции в машиностроении: новые источники роста», которые являются по существу первой общероссийской платформой всестороннего и обстоятельного рассмотрения результатов научных и образовательных изысканий по данной проблематике [25-28].

В свою очередь, гибкой образовательной платформой развития ключевых компетенций топ-менеджеров компаний-участников построения бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП» выступает международно аккредитованная бизнес-школа, проводящая обучение по программе Executive MBA.

Примером тому является действовавшая в период 2008-2016 годов Корпоративная образовательная программа Холдинга «РЖД» в модульном формате Executive MBA Стокгольмской школы экономики [29-31], по которой велась системная подготовка топ-менеджеров как команды приверженцев конструктивных действий, ведущих к достижению успеха в динамично трансформирующей бизнес-среде. О плодотворности состоявшегося сотрудничества крупнейшего российского транспортно-логистического холдинга и ведущей международной бизнес-школы по постановке и реализации инновационного проекта в сфере высшей категории образовательных бизнес-услуг свидетельствует выпуск более 350 слушателей, для большинства из которых обучение по Корпоративной образовательной программе стало действенным толчком в развитии их дальнейшей профессиональной карьеры.

Заключение

Представленная в статье коннективная модель управления преимуществами и рисками при построении бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП» выражает собой концептуальные основы обретения лучшей практики его ведения.

Классификационным раскрытием такого подхода выступает определение как системной триады характеристических групп рисков построения бизнес-отношений компаниями-участниками в формате КЖЦ ВТП (рис. 1), так и системной триады базисных кластеров управленческих навыков их топ-менеджмента в аспекте креативности мышления, корпоративности поведения и компетентности действия (рис. 2).

Согласно «Дорожной карте» проводимых Коннективным сообществом «Агора 4.0» системных научно-практических изысканий предметом рассмотрения в последующей статье, планируемой к опубликованию в журнале «Вопросы инновационной экономики», является раскрытие концептуальных основ системного инжиниринга построения бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП».

[1] Коннективность (от лат. <connexio>) – связность (сочленение) элементов системы, их способность к взаимодействию, приводящему к ее функциональной целостности.


Источники:

1. Посадов И.А. и др. Институализация построения бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции: парадигма мышления. - СПб.: Издательство «Стратегия будущего», 2020. – 239 c.
2. Валинский О.С., Маврин А.Н., Посадов И.А., Скобелев П.О., Тришанков В.В., Химич Е.Ю. Системная триада фундаментальных предпосылок к институциональному построению бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции // Вопросы инновационной экономики. – 2021. – № 2. – c. 745-766. – doi: 10.18334/vinec.11.2.112278.
3. Валинский О.С., Маврин А.Н., Посадов И.А., Скобелев П.О., Тришанков В.В., Химич Е.Ю. Системная триада основополагающих принципов институционального построения бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции // Вопросы инновационной экономики. – 2021. – № 3. – c. 1105-1118. – doi: 10.18334/vinec.11.3.113486.
4. Валинский О.С., Маврин А.Н., Посадов И.А., Скобелев П.О., Тришанков В.В., Химич Е.Ю. Системная триада корпоративно-ценностных установок институционального построения бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции // Вопросы инновационной экономики. – 2021. – № 4. – c. 1521-1542. – doi: 10.18334/vinec.11.4.113903.
5. Шваб К. Четвертая промышленная революция. / Пер. с англ. - Москва: Изд-во «Э», 2017. – 208 c.
6. Шваб К. Технологии Четвертой промышленной революции. / Пер. с англ. - М.: Эксмо, 2018. – 320 c.
7. Коуз Р. Очерки об экономической теории и экономистах. / Пер. с англ. Монография. - СПб: Изд-во «Международные отношения», 2015. – 288 c.
8. Уильямсон Оливер Итон Экономические институты капитализма: Фирмы, рынки, «отношенческая» контрактация». / Пер. с англ. - СПб: Лениздат, 1996. – 702 c.
9. Волтон Патрик, Деватрипонт Матиас Теория контрактов. / Академический учебник. пер. с англ. - М.: Дело, 2019. – 800 c.
10. Саланье Бернар Экономика контрактов. / Академический учебник. пер. с англ. - М.: Дело, 2019. – 258 c.
11. Шаститко А.Е. Новая институциональная экономическая теория. / 3-е изд., перераб. и доп. - М.: Экономический факультет МГУ, ТЕИС, 2002. – 591 c.
12. Дорошенко М.Е. и др. Институциональная экономика: Новая институциональная экономическая теория. / Учебник. Коллектив авторов - 2-изд. - М.: ИНФРА-М, 2011. – 447 c.
13. Асаул А.Н., Павлов в.М., Бескиерь Ф.И., Мышко О.А. Менеджмент корпорации и корпоративное управление. / Монография. - СПб.: Гуманистика, 2006. – 328 c.
14. Карелина С.А., Лахно П.Г., Шиткина И.С. Предпринимательское право: современный взгляд. / Монография, коллектив авторов. - М.: Юстицинформ, 2019. – 600 c.
15. Лахав Ран Руководство по философскому партнерству: принципы, процедуры, упражнения. / Пер. с англ. - М.: Loyev Books, 2017. – 78 c.
16. Фукуяма Ф. Доверие: социальные добродетели и путь к процветанию. / Пер. с англ. - М.: ООО «Издательство «АСТ»: ЗАО НПП «Ермак», 2004. – 730 c.
17. Кови С., Линк Г. Разумное доверие. / Пер. с англ. - Минск: Попурри, 2013. – 256 c.
18. Кови С. мл. Скорость доверия: то, что меняет всё. / пер. с англ. – 8-е изд. - М.: Альпина Паблишер, 2019. – 426 c.
19. Хакер С., Уилланд М. при участии Кутюрье Л. От доверительных отношений к устойчивому бизнесу. / Пер. с англ. - М.: РИА «Стандарты и качество», 2009. – 144 c.
20. Кошкин В.И., Кретов С.И. Солидарная экономика: путь в будущее. / Монография. - М.: ЛЕНАНД, 2018. – 300 c.
21. Камерон К., Куинн Р. Диагностика и измерение корпоративной культуры. / Пер. с англ. - СПб.: Питер, 2001. – 310 c.
22. Кунде Й. Корпоративная религия: Создание сильной компании с яркой индивидуальностью и душой. / Пер. с англ. - 2-е изд, испр. - СПб.: Изд. Стокгольмской школы экономики в Санкт-Петербурге, 2004. – 267 c.
23. Ленсиони П. Сердце компании. Почему организационная культура значит больше, чем стратегия или финансы. / Пер. с англ. - М.: Манн, Иванов, Фабер, 2013. – 224 c.
24. Катценбах Дж. и др. Трансформация корпоративной культуры: Важные детали, без которых ничего не работает. / Пер. с англ. - М: Интеллектуальная Литература, 2020. – 175 c.
25. Системы управления полным жизненным циклом высокотехнологичной продукции в машиностроении: новые источники роста. / Материалы Всерос. науч.-практ. конф. - М.: Издательство МГТУ им. Н.Э. Баумана, 2018. – 190 c.
26. Системы управления полным жизненным циклом высокотехнологичной продукции в машиностроении: новые источники роста. / Материалы II Всерос. науч.-практ. конф. - М.: Издательство МГТУ им. Н.Э. Баумана, 2019. – 215 c.
27. Системы управления полным жизненным циклом высокотехнологичной продукции в машиностроении: новые источники роста. / Материалы III Всерос. науч.-практ. конф. - М.: Первое экономическое издательство, 2020. – 344 c.
28. Системы управления полным жизненным циклом высокотехнологичной продукции в машиностроении: новые источники роста. / Материалы IV Всерос. науч.-практ. конф. - М.: Издательство МГТУ им. Н.Э. Баумана, 2021. – 224 c.
29. Коваленко Е.А., Посадов И.А., Степов В.В. Роль и место Корпоративной образовательной программы Холдинга «РЖД» в модульном формате Executive MBA Стокгольмской школы экономики в стратегии развития компании // Корпоративные университеты. – 2010. – № 27. – c. 34-39.
30. Степов В.В., Посадов И.А. Трансформация организационной культуры Холдинга «РЖД» как приоритетное направление деятельности Корпоративной образовательной программы в модульном формате Executive MBA Стокгольмской школы экономик // Пульт управления. – 2014. – № 04. – c. 36-41.
31. Александрова Е.В., Посадов И.А., Степов В.В. Роль и место Корпоративной образовательной программы Холдинга «РЖД» в модульном формате Executive MBA Стокгольмской школы экономики: итоги семи лет работы // Корпоративные университеты. – 2015. – № 55. – c. 49-54.

Страница обновлена: 04.05.2022 в 10:41:07