Системно-инженерное мышление как методологический подход к институциональному построению бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции

Дышкантюк А.В.1, Посадов И.А.2, Скобелев П.О.3, Тришанков В.В.4
1 Научно-технический центр «Альтаир-СПб» ПАО «НПО «Алмаз им. академика А.А. Расплетина», Россия, Санкт-Петербург
2 Стокгольмская школа экономики в России, Россия, Санкт-Петербург
3 Группа компаний «Генезис знаний», Россия, Самара
4 ОАО «РЖД», Россия, Москва

Статья в журнале

Вопросы инновационной экономики (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 12, Номер 2 (Апрель-июнь 2022)

Цитировать:
Дышкантюк А.В., Посадов И.А., Скобелев П.О., Тришанков В.В. Системно-инженерное мышление как методологический подход к институциональному построению бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции // Вопросы инновационной экономики. – 2022. – Том 12. – № 2. – С. 1261-1282. – doi: 10.18334/vinec.12.2.114980.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=48939628

Аннотация:
В настоящей статье, открывающей тематический цикл научных изысканий по выработке конструктивных путей достижения успешности на поприще становления долгосрочных бизнес-отношений бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции, дается институциональное видение, определяющее системно-инженерное мышление как методологическую основу построения такого вида предпринимательской деятельности в аспекте эволюции системной инженерии, имеющей междисциплинарную природу. Представленная в статье коннективная модель системно-инженерного мышления как методологического подхода к институциональному построению бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции, на основе системной триады онтологического видения выражает собой концептуальные основы обретения лучшей практики его ведения в условиях кардинальной смены технологического уклада под воздействием глобальных вызовов и трендов Четвертой промышленной революции. В развитие такого представления определена архитектоника коннективной модели системной триады ключевых компетенций топ-менеджмента компаний –участников построения бизнеса в формате «Института контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции», включающая в себя концептуально-стратегическое видение {Компетенция Архитектора}, системно-инженерное мышление {Компетенция Инженера}, целостное осознание всеобщего управления качеством {Компетенция Мастера} и ведущее к обретению критического креативного воззрения как {Компетенции Творца}.

Ключевые слова: системная инженерия, системно-инженерное мышление, системная триада, институциональное построение бизнеса, высокотехнологичная продукция, контракт жизненного цикла, коннективная модель

JEL-классификация: M11, M21, O31



Все должно быть сделано настолько просто,

насколько это возможно, но не проще.

Альберт Эйнштейн

Введение

Настоящая статья является диалектическим развитием ранее выполненных работ [1–5] (Posadov, Valinskiy, Trishankov, 2020; Valinskiy, Mavrin, Posadov, Skobelev, Trishankov, Khimich, 2021; Valinskiy, Mavrin, Posadov, Skobelev, Trishankov, Khimich, 2022) по институциональному построению бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции (далее – КЖЦ ВТП, ВТП).

Так, если в монографии [1] (Posadov, Valinskiy, Trishankov, 2020) дано институциональное видение парадигмы построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП, а в последовавшей затем серии постановочных статей в журнале «Вопросы инновационной экономики» представлены системные триады фундаментальных предпосылок [2] (Valinskiy, Mavrin, Posadov, Skobelev, Trishankov, Khimich, 2021), основополагающих принципов [3] (Valinskiy, Mavrin, Posadov, Skobelev, Trishankov, Khimich, 2021) и корпоративно-ценностных установок [4] (Valinskiy, Mavrin, Posadov, Skobelev, Trishankov, Khimich, 2021) такого рода делового партнерства, а также рассмотрены концептуальные основы управления преимуществами и рисками при его ведении [5] (Valinskiy, Mavrin, Posadov, Skobelev, Trishankov, Khimich, 2022), то настоящая статья открывает тематический цикл научных изысканий, имеющих целью установление конструктивных путей достижения успешности на поприще становления контрактных отношений на всем жизненном цикле ВТП.

Первым таким действом предстает концептуальный междисциплинарный подход, получивший название «системная инженерия» и имеющий приоритетом исчерпывающее объединение технических и организаторских усилий в аспекте целостного проектного управления разработкой ВТП, выполнением процессов по ее созданию и последующему сопровождению на всем жизненном цикле [6–9] (Louson Garold «Bad», 2013; Kosyakov, Svit, Seymur, Bimer, 2014; Khall, Dzhekson, Dik, 2017; Nikolenko, 2018).

Становление и эволюция системной инженерии как методологического подхода к институциональному построению бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции

Стремительное развитие и радикальная трансформация интеллектуальной деятельности по созданию инженерно-технических и человеко-машинных систем, а отсюда возрастание сложности научных, технических и управленческих проблем привело к появлению в середине XX века новой прикладной междисциплинарной методологии – системной инженерии.

Ныне как научное, так и деловое сообщество признают системную инженерию в качестве методологической основы раскрытия взаимосвязи между стратегическими целями, приоритетными задачами и достигаемыми результатами по созданию структурно сложных технических систем.

Зримое продвижение системно-инженерного мышления применительно к институциональному пониманию построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП обнаруживается на платформе ежегодно проводимых с 2018 года в Московском государственном техническом университете им. Н.Э. Баумана пяти Всероссийских научно-практических конференциях по тематике: «Системы управления полным жизненным циклом высокотехнологичной продукции в машиностроении: новые источники роста» [10–14].

Начало становлению системной инженерии как методологическому подходу положено в опубликованной в 1957 году американскими учеными Г.Х. Гудом и Р.-Э. Маколом [1] книге [15] (Gud, Makol, 1962), где создаваемые человеком сложные технические системы, определяемые как «системы большого масштаба», а в настоящей статье рассматриваемые в контексте жизненного цикла ВТП, означены явлением, заслуживающим быть самостоятельным предметом научных изысканий с характеристической для него совокупностью черт [2], как то:

1. Целостность, выражаемая единством всех составляющих систему элементов и ее целевой предназначенностью к генерированию оптимальных ответов («выходов») на множество возмущений («входов») в видении определенного критерия эффективности.

2. Масштабность, определяемая множественностью как составляющих систему элементов, так и выполняемых ею функций.

3. Сложность, обусловленная наличием перекрывающихся и переплетающихся взаимосвязей, а также петель обратной связи между составляющими систему элементами, вследствие чего изменение одного ее параметра влечет за собой вариацию других параметров.

4. Высокая степень автоматизации, позволяющая решать не только технические, но и организационно-управленческие задачи на основе приоритетности эффективного человеко-машинного взаимодействия.

5. Статистическая вероятность, а подчас и высокая динамическая неопределенность поступления внешних возмущений с вытекающей отсюда невозможностью точного предсказания нагрузки.

6. Наличие в системе и ее окружении состязательных конкурирующих сторон.

При этом, как отмечает Г.Н. Поваров [3], редактор издания на русском языке означенной «пионерской» работы [15, с. 6] (Gud, Makol, 1962, р. 6): «Конечно этот перечень определяющих особенностей систем большого масштаба нельзя считать каноническим; весьма возможно, что-то здесь нужно добавить, или убавить... Однако, как бы ни колебалась теоретическая граница между большими и малыми техническими системами, реальное существование больших систем и их глубокое отличие от малых не подлежат сомнению».

В течение 1960–1970-х годов системная инженерия на основе объединения достижений различных научных и инженерных дисциплин обрела методологический базис реализации коллективных творческих усилий по созданию архитектуры «системы большого масштаба», отвечающей интегрированному потребительскому запросу на обеспечение надлежащего качества ВТП в формате ее жизненного цикла.

Так, в 1965 году А. Холл [4] в своей книге [16] (Kholl Artur, 1975) впервые описал методологию системной инженерии, определив ее как организованную творческую технологию в выражении системной триады основополагающих начал:

1. Системная инженерия многоаспектна, что составляет предмет ее определения.

2. В основе системной инженерии лежит оптимальное проведение функциональных границ между человеческими интересами, «системой большого масштаба» и ее окружением.

3. Системная инженерия уделяет первостепенное внимание исследованию потребностей на основе использования передовых экономических теорий, учета потребности рынка в «системе большого масштаба» и ее возможного изменения как в настоящем, так и в будущем.

Тем самым системная инженерия является технологией ведения бизнеса в формате КЖЦ ВТП [17] (Sage, 1995) и определяется как пошаговая эволюция ВТП в рамках ее жизненного цикла от концептуального замысла и принятия проектных решений до изготовления, эксплуатации, ремонта, модернизации и утилизации.

В данном контексте предмет системной инженерии состоит в целостном, а потому институциональном построении бизнеса в формате КЖЦ ВТП как «системы крупного масштаба», обладающей структурно сложной инженерно-технической, человеко-машинной и социотехнической архитектоникой.

В свою очередь, сущность системной инженерии выражает парадигма мышления, определяемая совокупностью двенадцати постановочных принципов как основы для рассуждений и принятия решений:

1. Переход от творчества индивидуума к коллективному креативному творению.

2. Переход от редукционистского к системному подходу.

3. Переход от монодисциплинарного к междисциплинарному подходу.

4. Переход от структурного к процессному подходу.

5. Переход от рабочего проектирования и конструирования к архитектурному проектному подходу.

6. Переход от непосредственной реализации к моделецентричной реализации.

7. Переход от одной группы описаний ко множественности групп описаний.

8. Переход от приоритета документов к приоритету доказательно обоснованных на основе онтологий фактов и знаний.

9. Переход от единой верификации к раздельным верификации и валидации.

10. Переход от управления жизненным циклом как «технологическим конвейером» к «заказам-поставкам».

11. Переход от работы «для одного заказчика» к работе со множеством заинтересованных сторон.

12. Переход от методов жесткого планирования к использованию гибких прогнозных методов.

Равно как профиль современной системной инженерии включает следующие основные области деятельности:

1. Управление организацией (организационно-управленческая деятельность).

2. Управление проектами (проектно-управленческая деятельность).

3. Управление инженерными решениями (проектно-инженерная деятельность).

4. Специальные инженерные дисциплины (технологическая деятельность).

При этом управление жизненным циклом ВТП как «системы большого масштаба» реализуется, как правило, с использованием человеко-машинных интерфейсов, что требует акцентирования внимания к таким процедурам, как:

1. Разработка архитектуры системы, проектирование системы и ее элементов.

2. Проведение системного анализа и исследование операций.

3. Управление инженерной деятельностью.

4. Выбор технологий и методик.

5. Финансово-экономическая оценка альтернативной архитектуры системы.

Системная инженерия ответственна за интеграцию всех конструкторско-технологических и организационно-управленческих аспектов, усилий экспертов и специализированных групп в формате полной совокупности предметных областей на основе командной разработки целевой системы.

В обобщенной форме набор методов системной инженерии включает следующие действия, которые необходимы для получения оптимальной системы:

1. Обеспечение надежного проектного репозитория, который поддерживает необходимые инструменты для работы над мультидисциплинарной информацией в ходе создания ВТП и управления ее жизненным циклом.

2. Проведение оценки доступной информации и определение недостающей.

3. Определение целевых показателей и критериев результативности, определяющих успех или неудачу системного проекта.

4. Получение и анализ всех исходных требований, которые отражают интегрированный потребительский запрос как предмет КЖЦ ВТП.

5. Проведение системного анализа для разработки проектных решений, отражающих сценарии (режимы) поведения ВТП, которые должны соответствовать функциональным требованиям во всем диапазоне условий.

6. Распределение всех поведенческих элементов ВТП по соответствующим им элементам архитектуры.

7. Проведение анализа компромиссных решений по альтернативным проектным решениям и/или архитектуре для поддержки процесса принятия решений.

8. Создание исполняемых моделей для верификации и валидации работы ВТП.

Опыт множества системных разработок показывает, что несмотря на отличия в предназначении ВТП, совокупность действий, определяющих прохождение стадий ее жизненного цикла, имеет высокую степень общности.

Поэтому на практике системная инженерия выражает стремление формализовать управление бизнесом в формате КЖЦ ВТП посредством итеративного применения процедур синтеза, анализа, оценки:

1. Синтез включает формирование интегрированного потребительского запроса, описанного на языке функционирования. Основой обеспечения синтеза являются командные усилия разработчиков, а также традиционные и компьютерно-ориентированные инструменты синтеза. Синтез наиболее эффективен при одновременном использовании как восходящих, так и нисходящих действий, производимых на основе результатов прикладных исследований и возможности использования известных технологий.

2. Анализ вариантов системных действий включает вычисление и предсказание значения параметров, зависящих от конструктивно-технологических решений, а также определение или предсказание не зависящих от них параметров. Системный анализ и исследование операций являются необходимым шагом при оценке проектных вариантов ВТП на всех стадиях ее жизненного цикла в аспекте их адаптации к условиям реализации КЖЦ ВТП.

3. Оценка подразумевает, что каждый вариант решения рассматривается в сравнении с другими вариантами, а также проверяется на соответствие требованиям заинтересованных сторон. Оценка каждого из альтернативных вариантов выполняется на основе получения сведений о его характеристиках, зависящих от конструкторско-технологических решений.

При этом владение триадой «синтез – анализ – оценка» определяет формат применения системной инженерии как в контексте осознания интегрированного потребительского запроса на ВТП и необходимой ее функциональности, так и в отношении обретения ответного архитектурного видения КЖЦ ВТП посредством итерационного прохождения этапов верификации и валидации.

В таком институциональном контексте заслуживает особого внимания Школа системо-мыследеятельностной методологии [5] (далее – СМД-методология), связываемая с именем российского философа Г.П. Щедровицкого [6] [18] (Shchedrovitskiy, 1995) и действовавшая в 1950–1970 годы как онтологическое направление социально-гуманитарного знания в области разработки теории деятельности и мышления.

Ныне же одним из признанных в России специалистов по системной инженерии выступает профессор В.К. Батоврин, являющийся автором первого в данной области учебного пособия по политехническому образованию [19] (Batovrin, 2010).

Также благодаря активной научно-педагогической деятельности А.И. Левенчука как директора Русского отделения Международного совета по системной инженерии [7] на исследовательском ландшафте получает развитие онтологический подход под названием «системно-инженерное мышление» [20, 21] (Levenchuk, 2015; Levenchuk, 2022).

По сути, системно-инженерное мышление выступает как одна из форм выражения мировосприятия виднейшего натурфилософа новейшего времени, академика В.И. Вернадского, которое находим в завершающих абзацах его брошюры [22, с. 58] (Vernadskiy, 1922, р. 58), изданной в 1922 году в Петрограде и имеющей скрижальное название «Начало и вечность жизни» [8]: «Идея вечности и безначальности жизни, тесно связанные с ее организованностью, есть то течение научной мысли, последовательное проявление которого открывает перед научным творчеством широчайшие горизонты... Идея вечности и безначальности жизни – и помимо ее космических представлений – давно проникает научное мировоззрение отдельных натуралистов. Ее история в прошлом нами не осознана и не описана… Но сейчас эта идея получает в науке особое значение, так как наступил момент истории мысли, когда она выдвигается вперед, как важная и глубокая основа слагающегося нового научного мировоззрения будущего».

В последующем В.И. Вернадский, заключая свое выступление на Общем собрании Академии наук 26 декабря 1931 года на тему: «Проблема времени в современной науке» [24, с. 251] (Vernadskiy, 1991, р. 251), пророчески охарактеризовал тектонику нашего бытия: «Мы переживаем не кризис, волнующий слабые души, а величайший перелом научной мысли человечества, совершающийся лишь раз в тысячелетие, переживаем научные достижения, равных которым не видели многие поколения наших предков. Может, нечто подобное было в эпоху зарождения эллинской научной мысли, за 600 лет до нашей эры. Стоя на этом переломе, охватывая взором раскрывающееся будущее, – мы должны быть счастливы, что нам суждено это пережить, в создании такого будущего участвовать. Мы только начинаем сознавать непреодолимую мощь свободной научной мысли, величайшей творческой силы Homo Sapiens, человеческой свободной личности, величайшего нам известного проявления ее космической силы, царство которой впереди. Оно этим переломом негаданно быстро к нам продвигается».

Дорогого стоит уже одно то, что столь значимое и по охвату, и по глубине воззрение выражено В.И. Вернадским в конце 1931 года, когда на него обрушился шквал обличительных выступлений и публикаций «диаматовских» [9] начетчиков.

И наконец, при наступающей ныне эпохе глобальной трансформации цивилизационных устоев архиважно обретение видения прошлого, настоящего и будущего, выраженного В.И. Вернадским в конце 1944 года в завершающем абзаце последней прижизненной статьи [25, с. 503–510] (Vernadskiy, 2014, р. 503–510): «Сейчас мы переживаем новое геологическое эволюционное изменение биосферы. Мы входим в ноосферу. Мы вступаем в нее – в новый стихийный геологический процесс – в грозное время, в эпоху разрушительной мировой войны. Но важен для нас факт, что идеалы нашей демократии идут в унисон со стихийным геологическим процессом, с законами природы, отвечают ноосфере. Можно смотреть поэтому на наше будущее уверенно. Оно в наших руках. Мы его не выпустим».

В данном контексте настоящая статья является развитием философской школы системно-инженерного мышления как методологического подхода к институциональному построению бизнеса в формате КЖЦ ВТП.

При этом заметим: нами в настоящей статье не ставилось целью рассмотрение системной инженерии в контексте нормативного обеспечения деятельности по созданию «систем крупного масштаба», получившего обстоятельное отображение в научно-технической литературе, к примеру в [19] (Batovrin, 2010).

Архитектоника коннективной модели системно-инженерного мышления как концептуального подхода к институциональному построению бизнеса в формате КЖЦ ВТП

Основой системно-инженерного мышления как методологического подхода к институциональному построению бизнеса в формате КЖЦ ВТП выступает системная постановочная триада онтологического миропонимания в контексте целостного, системного и организмического видения, что просматривается как коннективная [10] модель их сочлененности (рис. 1).

Такое концептуальное понимание обретает все более зримую актуальность при кардинальной смене технологического уклада под воздействием вызовов и трендов Четвертой промышленной революции (далее – Индустрия 4.0) [26] (Shvab, 2017).

Рисунок 1. Архитектоника коннективной модели обретения лучшей практики системно-инженерного мышления как методологического подхода к институциональному построению бизнеса в формате КЖЦ ВТП на основе системной триады онтологического видения

Источник: составлено авторами.

Так, становление целостного видения институционального построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП (рис. 1: Базисный кластер I) строится на диалектическом единстве двух противоположных по природе установок:

1. «Ангел открывается в абстракциях», поскольку институциональное познание объективных законов бытия освобождает от зависимости следовать субъективным фактам и ведет к обретению целостного мировоззрения.

2. «Дьявол кроется в деталях», поскольку институциональное познание объективных законов бытия должно строиться на итерационном процессе, продиктованном фактами практической действительности.

Рассмотрение ВТП в формате ее жизненного цикла как единого целого определяет характеристическую особенность системно-инженерного мышления.

В свою очередь, становление системного видения институционального построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП (рис. 1: Базисный кластер II) определяет его как единый функциональный предмет познания.

При этом институциональное построение бизнеса в формате КЖЦ ВТП ведется в понимании состояния и поведения целевой «системы большого масштаба», во-первых, как открытой в контексте ее взаимодействия с другими системами, находящимися в среде функционирования, во-вторых, как имеющей в своем составе открытые взаимоувязанные между собой подсистемы, и в-третьих, как представляющей собой часть более объемлющей системы.

И наконец, становление организмического видения институционального построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП (рис. 1: Базисный кластер III) выступает в качестве альтернативы механистической метафоре классического инженерного подхода и рассматривает ВТП в динамике ее жизненного цикла на основе представления о развитии биологического организма.

Во многом схожее определение основополагающих принципов системной инженерии дает Д. Хитчинс [11] [27] (Hitchins, 2009), усматривающий наряду с ними также и триаду дополнительных руководящих принципов, определяющую успешность институционального построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП, а именно:

1. Принцип адаптивной оптимизации, выражающийся в рассмотрении жизненного цикла ВТП как поступательного во времени процесса в аспекте ее адаптации к ситуациям и изменениям, происходящим как в ней самой, так и во внешней среде. Отсюда важнейший аспект адаптивной оптимизации – обеспечение возможности непрерывного повышения эффективности ВТП в изменяющейся среде ее функционирования.

2. Принцип постепенного уменьшения энтропии, выражающийся в том, что на протяжении всего жизненного цикла ВТП энтропия, характеризующая ее как целевую систему, постепенно уменьшается от состояния беспорядка и неопределенности в начале цикла к состоянию порядка в его конце.

3. Принцип разумной достаточности, выражающийся в непрерывной адаптации требований к ВТП для получения результатов, в наибольшей степени удовлетворяющих критически важные заинтересованные стороны.

Целостность и всеохватность системной инженерии снижает вероятность принятия неверных решений в результате своевременного выявления и оценки возможных рисков на каждой стадии разработки ВТП.

Немаловажно также и то, что системно-инженерное мышление вместе с концептуально-стратегическим видением и целостным осознанием всеобщего управления качеством образуют системную триаду ключевых компетенций топ-менеджмента построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП (рис. 2).

При этом целенаправленное обретение топ-менеджментом концептуально-стратегического видения как методологической основы теоретического и практического освоения действительности построения бизнеса компаниями-участниками в формате КЖЦ ВТП должно быть направлено на мотивацию их персонала к повсеместной совместной работе с высокой степенью самоотдачи.

Обладание концептуально-стратегическим видением, определяемым в качестве первой ключевой компетенции топ-менеджмента компаний –участников построения бизнеса в формате «Института КЖЦ ВТП» (рис. 2: С I), выступает определяющим фактором [28, 29] (Diksit Avinash, Neylbaff Barri, 2007; Krogerus, Cheppeler, 2012):

– создания адекватного образа построения бизнес-отношений путем согласованного поиска устойчивого баланса интересов;

– установления совместимых принципов формирования корпоративной (организационной) культуры на основе этических норм долгосрочного добропорядочного делового сотрудничества;

– выработки стратегии долгосрочного сотрудничества на основе установления согласованных стратегических планов развития;

– определения порядка проведения актуализации согласованных стратегических планов развития на основе нахождения ответов на вызовы и тренды, возникающие на динамично изменяющемся рынке товаров и услуг;

– принятия целостной системы качественных и количественных ориентиров достижения конечных целей скоординированной бизнес-деятельности.

Нарушение баланса интересов

Рисунок. 2. Архитектоника коннективной модели системной триады ключевых компетенций топ-менеджмента компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП

Источник: [1, с. 185] (Posadov, Valinskiy, Trishankov, 2020, р. 185).

В свою очередь, обладание системно-инженерным мышлением, определяемым в качестве второй ключевой компетенции топ-менеджмента компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП (рис. 2: С II), выступает определяющим фактором [6–9, 19–21] (Louson Garold «Bad», 2013; Kosyakov, Svit, Seymur, Bimer, 2014; Khall, Dzhekson, Dik, 2017; Nikolenko, 2018; Batovrin, 2010; Levenchuk, 2015; Levenchuk, 2022)):

– выработки целостной модели построения бизнеса, обеспечивающей надлежащее формирование интегрированного потребительского запроса и ведение контроля выполнения требований на всем жизненном цикле ВТП, включая определение требуемой архитектуры и функциональности;

– повышения качества принятия совместных решений на всем жизненном цикле ВТП от генерации замысла, планирования, проектирования и производства до эксплуатации, сервисной поддержки, ремонта, модернизации и утилизации;

– снижения рисков принятия ошибочных решений при построении бизнеса путем их выявления и оценки на всем жизненном цикле ВТП;

– оптимизации определения сбалансированной контрактной стоимости жизненного цикла ВТП.

И наконец, обладание целостным осознанием всеобщего управления качеством, определяемым в качестве третьей ключевой компетенции топ-менеджмента компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП (рис. 2: С III), выступает определяющим фактором [30, 31] (Dzhordzh Stiven, Arnold Vaymerskirkh, 2022; Lapidus, 2000):

– системного включения топ-менеджеров в процесс управления качеством на всем жизненном цикле ВТП;

– формирования модели построения бизнеса, нацеленной на повышение качества на протяжении всего жизненного цикла ВТП;

– устранения межфункциональных барьеров на пути ведения согласованной предпринимательской деятельности;

– оптимизации потребления ресурсов на всем жизненном цикле ВТП.

Обретение надлежащего уровня компетентности достигается становлением архитектоники коннективной модели ключевых компетенций топ-менеджмента компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП, структурное отображение которой представлен о на рисунке 2 в виде правильной треугольной пирамиды, имеющей в своем основании системную триаду ключевых компетенций, что дает наглядное представление об их диалектическом соотнесении в формате целостного видения скоординированного развития, определяемом центром коннективности (рис. 2: позиция С).

Тем самым системная триада ключевых компетенций топ-менеджмента, составляющая основание правильной треугольной пирамиды как архитектонику их коннективной системы в формате КЖЦ ВТП (рис. 2), являет собой в концептуальном понимании триединую целостность, структурные составляющие которой вправе быть идентифицированы как: {Компетенция Архитектора}, {Компетенция Инженера}, {Компетенция Мастера}.

При этом диалектическая взаимосвязь, определяющая целостность системной триады ключевых компетенций топ-менеджмента, обретает зримое воплощение в виде центра коннективности (рис. 2: позиция С), определяющего целевую направленность управленческих действий топ-менеджмента компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП.

В интегративном понимании центр коннективности выражает собой кумулятивную способность топ-менеджмента компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП проводить скоординированную командно-лидерскую деятельность по ведению долгосрочных добропорядочных бизнес-отношений на основе обладания системной триадой ключевых компетенций.

Вся эта системная триада ключевых компетенций является уникальным интеллектуальным капиталом, определяющим стратегический успех и тем самым конкурентное преимущество компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП.

Такое видение архитектоники коннективной модели системной триады ключевых компетенций топ-менеджмента при построении бизнеса в формате КЖЦ ВТП определяет целеполагающий выход из центра коннективности оси Z, ведущий к порождению и взращиванию в условиях имеющейся сингулярности и турбулентности критического креативного воззрения, определяемого как {Компетенция Творца}, что представлено на рисунке 2 в виде вершины С.

Обнаруживаемая метаморфоза системной триады ключевых компетенций топ-менеджмента в {Компетенцию Творца} предстает атрибутом нового культурного ренессанса в эпоху наступления Индустрии 4.0 [26, с. 132–136] (Shvab, 2017, р. 132–136, что вполне соотносится с идеологией построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП.

Базируясь на фабуле коннективной модели корпоративного управления [32] (Posadov, Belinskiy, Smolnikov, 2018), а также на Принципах корпоративного управления Организации экономического сотрудничества и развития [33] и на положениях Кодекса корпоративного управления [34], формирование отвечающего глобальным вызовам и трендам Индустрии 4.0 топ-менеджмента компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП начинается с адекватной командно-лидерской работы членов их советов директоров и правлений, которые в соответствии со своими полномочиями и ответственностью должны являться первыми и определяющими носителями всей системной триады ключевых компетенций (рис. 2).

При этом топ-менеджерские команды компаний-участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП, должны быть носителями особого «духа коннективности», призванного стать важнейшей составляющей их корпоративной консолидированной культуры, что определяет собой системообразующий вектор развития долгосрочного и добропорядочного делового сотрудничества.

А потому, завершая изложенное, видится уместным вынести девизом, обращенным к членам советов директоров и правлений компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП, целеполагающее высказывание Генри Форда: «Собраться вместе есть начало. Держаться вместе есть прогресс. Работать вместе есть успех».

Заключение

Представленная в статье коннективная модель системно-инженерного мышления как концептуального подхода к институциональному построению бизнеса в формате КЖЦ ВТП на основе системной триады онтологического видения (рис. 1) выражает собой архитектонику лучшей практики его ведения.

В развитие такого понимания определена коннективная модель системной триады ключевых компетенций топ-менеджмента компаний – участников построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП, включающая в себя концептуально-стратегическое видение {Компетенция Архитектора}, системно-инженерное мышление {Компетенция Инженера} и целостное осознание всеобщего управления качеством {Компетенция Мастера}, а отсюда и обретение критического креативного воззрения {Компетенция Творца} (рис. 2).

Положения настоящей статьи представлены в одноименном докладе на V Всероссийской научно-практической конференции: «Системы управления жизненным циклом высокотехнологичной продукции в машиностроении: новые источники роста» [Москва, МГТУ им. Н.Э. Баумана, 20 апреля 2022 г.].

В дальнейшем, согласно дорожной карте проводимого Коннективным творческим сообществом «Агора 4.0» тематического цикла научно-практических изысканий по определению путей обретения успешных контрактных отношений на протяжении всего жизненного цикла ВТП, предметом последующей статьи, планируемой к опубликованию в журнале «Вопросы инновационной экономики», является раскрытие концептуальных основ институционального построения бизнеса в формате КЖЦ ВТП как цифровой экосреды эмерджентного искусственного интеллекта на основе онтологии и базы знаний предметной деятельности и сетецентрической платформы мультиагентских сервисов, обеспечивающих поддержку выработки, принятия и исполнения согласованных решений в балансе интересов компаний – участников.

Санкт-Петербург, Васильевский остров.

9 июня 2022 года, на день 350-летия рождения Императора Петра I Великого.

POST SCRIPTUM

В завершение почитаем за честь представить к вниманию шедевр эпохального системно-инженерного мышления Императора Петра I Великого, выраженный в создании Санкт-Петербурга на брегах Невы как окна в Европу и вскоре получивший свое достойное признание цивилизационным сообществом.

Планы и карты Санкт-Петербурга XVIII-XIX вековТопографическая презентация говой российской столицы и морского порта С.-Петербург.

Германия. Нюрнберг. Иоганн Баптист Хоманн (между 1719–1723)

Библиотека Голды Меир Университета Висконсина-Милуоки, США

Сие деяние имеет поистине диалектическую природу, поскольку замысел кардинального преобразования царства Московского в Российскую империю был воплощен Отцом Отечества всего за четверть века в период 1700–1724 годов при основании новой столицы на территории Ингерманландии, входившей в ту пору в состав Швеции и официально обретенной Россией только 30 августа 1721 года по подписанию Ништадтского мирного договора.

[1] Г.Х. Гудом и Р.-Э. Маколом (Goode, Harry H., Robert E. Machol) введено понимание системной инженерии как метода проектирования сложных систем большого масштаба, инструментарием которого являются бригадный способ работы и комплексный подход к проектированию с выделением внешнего и внутреннего проектирования, а также использование электронных цифровых вычислительных систем.

[2] Представленная совокупность характеристических признаков «системы большого масштаба» дана в интерпретации, отображающей понятийный замысел авторов [15].

[3] Поваров Гелий Николаевичроссийский математик, философ и историк науки, внесший значительный вклад в развитие отечественной кибернетики и в философию науки, автор философской системной теории научно-технического прогресса, в которой прогресс рассматривается как ряд стадий возрастающей системной сложности.

[4] Артур Дэвид Холл III (Arthur David Hall III) американский инженер-электрик, пионер в области системной инженерии, известен как автор широко используемого инженерного учебника Arthur D. Hall. А Methodology for Systems Engineering, 1965.

[5] Результаты деятельности СМД-методологов легли в основу создания философско-методологической и интеллектуально-практической школы, превосходящей в ряде случаев западные успехи в области системной инженерии. Однако радикальные философские идеи, выражаемые этим интеллектуальным движением, с настороженностью принимались советским научным сообществом. В результате большая часть работ, проделанных в рамках Московского методологического кружка, осталась неопубликованной, а многие перспективные направления исследований закрыты после 1968 года. Так, был арестован тираж сборника «Проблемы исследования систем и структур» (1965), монография «Разработка и внедрение автоматизированных систем в проектировании» (1975) вышла в отраслевом издательстве небольшим тиражом и повлекла репрессии против издателей. В итоге ряд участников движения были вынуждены эмигрировать из страны, а перспективное системно-инженерное философское видение не получило ни поддержки, ни признания.

[6] Шедровицкий Георгий Петрович – российский философ и методолог, создатель системо-мыследеятельностной методологии, основатель и лидер Московского методологического кружка, идейный вдохновитель методологического движения. Щербицкий Г.П. отстаивал идею приоритета деятельностного подхода над натуралистическим как в гносеологическом, так и в онтологическом планах и разрабатывал идею самоопределения методологии «как общей рамки всей жизнедеятельности людей».

[7] Международный совет по системной инженерии (International Council on Systems Engineering – INCOSE) был создан в начале 90-х годов прошлого века. В настоящее время в составе INCOSE около 11000 индивидуальных членов, 60 коллективных членов из различных стран, 30 рабочих групп, а также 50 отделений, действующих по всему миру.

[8] Опубликованию брошюры предшествовало сопровожденное расклеиванием афиш по Петрограду публичное выступление В.И. Вернадского поздней весной 1921 года с лекцией в Доме литераторов по той же проблематике: «Начало и вечность жизни», за которым вскоре 14 июля 1921 года последовал его арест «летучим отрядом из идейных» по обвинению в шпионаже в пользу Англии [23, с. 312–323] (Aksenov, 1994, р. 312–323). А уже через год, осенью 1922-го, от причальной стенки Васильевского острова близ Благовещенского моста у «Дома академиков», где жил В.И. Вернадский, отошли два «философских парохода», на которых по инициативе вождей большевистской диктатуры под лозунгом непримиримой борьбы с контрреволюционными заговорщиками изгнали за пределы отечества цвет творческой мысли русской нации, подвергнув конфискации все имущество, включая книги и рукописи.

[9] Диаматы – введенный академиком В.И. Вернадским собирательный термин, определяющий воинствующих адептов в то время господствующей идеологической догматики [23, c. 405].

[10] Коннективность (от лат. <connexio>) – связность (сочленение) элементов системы, их способность к взаимодействию, приводящему к ее функциональной целостности.

[11] Дерек К. Хитчинс (Derek K. Hitchins) является один из крупнейших специалистов по системной инженерии, определивший ее как системную методологию ХХI века.


Источники:

1. Посадов И.А., Валинский О.С., Тришанков В.В. Институализация построения бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции: парадигма мышления. - СПб.: Издательство «Стратегия будущего», 2020. – 239 c.
2. Валинский О.С., Маврин А.Н., Посадов И.А., Скобелев П.О., Тришанков В.В., Химич Е.Ю. Системная триада фундаментальных предпосылок к институциональному построению бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции // Вопросы инновационной экономики. – 2021. – № 2. – c. 745-766. – doi: 10.18334/vinec.11.2.112278.
3. Валинский О.С., Маврин А.Н., Посадов И.А., Скобелев П.О., Тришанков В.В., Химич Е.Ю. Системная триада основополагающих принципов институционального построения бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции // Вопросы инновационной экономики. – 2021. – № 3. – c. 1105-1118. – doi: 10.18334/vinec.11.3.113486.
4. Валинский О.С., Маврин А.Н., Посадов И.А., Скобелев П.О., Тришанков В.В., Химич Е.Ю. Системная триада корпоративно-ценностных установок институционального построения бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции // Вопросы инновационной экономики. – 2021. – № 4. – c. 1521-1542. – doi: 10.18334/vinec.11.4.113903.
5. Валинский О.С., Маврин А.Н., Посадов И.А., Скобелев П.О. Тришанков В.В., Химич Е.Ю. Концептуальные основы управления преимуществами и рисками при построении бизнеса в формате контракта жизненного цикла высокотехнологичной продукции // Вопросы инновационной экономики. – 2022. – № 1. – c. 237-258.
6. Лоусон Гарольд «Бад» Путешествие по системному ландшафту. / Пер. с англ. - М.: ДМК Пресс, 2013. – 371 c.
7. Косяков А., Свит У.Н., Сеймур С.Дж., Бимер С.М. Системная инженерия. Принципы и практика. - М.: ДМК Пресс, 2014. – 636 c.
8. Халл Э., Джексон К., Дик Дж. Инженерия требований. / Пер. с англ. - М.: ДМК Пресс, 2017. – 218 c.
9. Николенко В.Ю. Базовый курс системной инженерии. / Учебное пособие, –2-е изд., перераб. и доп. - М.: Изд. МФТИ, 2018. – 330 c.
10. Системы управления полным жизненным циклом высокотехнологичной продукции в машиностроении: новые источники роста. / Материалы Всерос. науч.-практ. конф. - М.: Издательство МГТУ им. Н.Э. Баумана, 2018. – 190 c.
11. Системы управления полным жизненным циклом высокотехнологичной продукции в машиностроении: новые источники роста. / Материалы II Всерос. науч.-практ. конф. - М.: Издательство МГТУ им. Н.Э. Баумана, 2019. – 217 c.
12. Системы управления полным жизненным циклом высокотехнологичной продукции в машиностроении: новые источники роста. / Материалы III Всерос. науч.-практ. конф. - М.: Первое экономическое издательство, 2020. – 344 c.
13. Системы управления полным жизненным циклом высокотехнологичной продукции в машиностроении: новые источники роста. / Материалы IV Всерос. науч.-практ. конф. - М.: Издательство МГТУ им. Н.Э. Баумана, 2021. – 224 c.
14. Системы управления полным жизненным циклом высокотехнологичной продукции в машиностроении: новые источники роста. / Материалы V Всерос. науч.-практ. конф. - М.: Издательство МГТУ им. Н.Э. Баумана, 2022. – 379 c.
15. Гуд Г.Х., Макол Р.Э. Системотехника: Введение в проектирование больших систем. / Пер. с англ. - М.: Издательство «Советское радио», 1962. – 382 c.
16. Холл Артур Д. Опыт методологии для системотехники. - М.: Издательство «Советское радио», 1975. – 447 c.
17. Sage А. Systems Management for Information Technology and Software Engineering. - New York: Wiley, 1995.
18. Щедровицкий Г.П. Избранные труды. - М.: Школа Культурной Политики, 1995. – 800 c.
19. Батоврин В.К. Системная и программная инженерия. / Словарь справочник: учеб. пособие для вузов. - М.: ДМК Пресс, 2010. – 280 c.
20. Левенчук А.И. Системноинженерное мышление. / Учебник. - М: TechInvestLab, 2015. – 302 c.
21. Левенчук А.И. Системное мышление. / Учебник. - Бостон-Ульдинген-Киев: Проект «Баловство», Толиман, 2022. – 794 c.
22. Вернадский В.И. Начало и вечность жизни. – Петроград. - Петербург: Издательство «ВРЕМЯ», 1922. – 59 c.
23. Аксенов Г.П. Вернадский. / Серия избранных биографий. - М.: Соратник, 1994. – 544 c.
24. Вернадский В.И. Научная мысль как планетное явление. - М.: Наука, 1991. – 271 c.
25. Вернадский В.И. Философские мысли натуралиста. - М.: Академический проспект, 2014. – 412 c.
26. Шваб К. Четвертая промышленная революция. / Перевод с английского. - Москва: Изд-во «Эксмо», 2017. – 208 c.
27. Hitchins D. What are the General Principles Applicable to Systems? // Incose insight. – 2009. – № 4. – p. 59-63. – doi: 10.1002 / INST.200912459.
28. Диксит Авинаш, Нейлбафф Барри Дж. Стратегическое мышление в бизнесе, политике и личной жизни. - М.: ООО «И.Д. Вильямс», 2007. – 384 c.
29. Крогерус М., Чеппелер Р. Книга решений. 50 моделей стратегического мышления. / Пер. с нем. - М.: ЗАО «Олимп-Бизнес», 2012. – 208 c.
30. Джордж Стивен, Арнольд Ваймерскирх Всеобщее управление качеством. TQM: стратегии и технологии, применяемые сегодня в самых успешных компаниях. - СПб.: Виктория-плюс, 2022. – 253 c.
31. Лапидус В.А. Всеобщее качество (TQM) в российских компаниях. - М.: Новости, 2000. – 432 c.
32. Посадов И.А., Белинский А.А., Смольников П.С. Институциональная архитектоника построения коннективной модели системы корпоративного управления хозяйственным обществом // Государство и бизнес. Современные проблемы экономики: Материалы X Межд. науч.-техн. конф. Санкт-Петербург, 2018. – c. 7-15.
33. Принципы корпоративного управления Организации экономического сотрудничества и развития. Редакция G20/ОЭСР от 16 ноября 2015. – 79 с
34. Кодекс корпоративного управления. – Вестник Банка России. Нормативные акты и операционная информация ЦБ РФ. - № 40 (1518). - 2014. – 63 с

Страница обновлена: 30.11.2022 в 14:33:15