Социальные и инновационные приоритеты модели устойчивого развития региона

Сумина Е.В.1, Бадюков А.А.2
1 Сибирский государственный университет науки и технологий имени академика М.Ф. Решетнева
2 ООО \"СЕНСОМЕД\"

Статья в журнале

Вопросы инновационной экономики (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 14, Номер 2 (Апрель-июнь 2024)

Цитировать:
Сумина Е.В., Бадюков А.А. Социальные и инновационные приоритеты модели устойчивого развития региона // Вопросы инновационной экономики. – 2024. – Том 14. – № 2. – С. 583-602. – doi: 10.18334/vinec.14.2.121001.

Аннотация:
Настоящая статья посвящена исследованию модели устойчивого развития региона в условиях внешних вызовов и процессов технологической трансформации. Международная геополитическая ситуация, экологические вызовы и новые приоритетные технологии актуализируют принципы устойчивого развития региона с учетом инновационных приоритетов и цикличности. необходимость новых методологических подходов к стратегическому планированию технологического развития региона. В статье проведен анализ стратегических направлений, экологических, социальных и инновационных приоритетов, концептуальных основ модели устойчивого развития региона. Статья посвящена исследованию теоретической модели устойчивого развития региона как условия реализации социально-значимых инноваций, формулированию методологических принципов и определению показателей эффективности устойчивого развития региона. Определены элементы модели устойчивого развития региона в условиях технологического развития, формирования информационного общества, реализации процессов цифровизации и внедрения сквозных цифровых технологий. Раскрыты новые условия информационного баланса, процессов цифровизации, информатизации как условия решения социальной проблематики региона. Преимуществом работы является сформулированная концептуальная основа реализации модели устойчивого развития региона в условиях цифровой среды, определение критериев эффективности системы управления с точки зрения обмена знаниями и информацией, данными. Представлена методологическая основа разработки и оценки эффективности модели устойчивого развития региона с выделением социальных и инновационных приоритетов

Ключевые слова: устойчивое развитие региона, социально-экономическая политика, социально-значимые инновации, инновационная деятельность

JEL-классификация: R11, R12, L51, L52, O31



Введение

Устойчивое развитие региона в условиях технологической трансформации в ключевых отраслях экономики региона получает новые возможности и требует инновационных моделей, включающих социальные, экологические приоритеты устойчивого развития, минимизацию воздействия человека на окружающую среду. Выбор стратегической альтернативы развития России в среднесрочной перспективе находится под воздействием внешних и внутренних угроз, глобальных вызовов, которые неминуемо усиливают действие факторов, нарушающих социальную стабильность и дисбаланс. Новые возможности инновационного развития и установка на формирование технологического суверенитета России дают технологического отставания, с другой - открывающихся новых возможностей ускорения ее инновационно ориентированного роста. Страна оказалась перед лицом серьезных социально-экономических и геополитических, технологических вызовов. Возрастание антропогенных нагрузок на окружающую среду до масштабов, угрожающих воспроизводству природных ресурсов, и связанный с их неэффективным использованием рост рисков для жизни и здоровья граждан остается наиболее значимым с точки зрения научно-технологического развития Российской Федерации большим вызовом. Технологии оказывают различное воздействие, положительное, могут приводить к отрицательным воздействиям. Термин устойчивое развитие с 1980-х годов начал входить в научный оборот, но получил широчайшее распространение после доклада «Наше общее будущее», подготовленного в 1987 г. Исследованию процессов технологической трансформации и устойчивого развития, стратегического управления посвящены работы Р. Акоффа [1], И. Ансоффа [2], Гагарина Г.Ю. [3], Глазьев, С. Ю. [4], Дробот Е.В. [10], П. Друкера [5], Х.Э. Дейли [6], Иванов В.В. [7], Кондратьева Н. Д. [8], Д. Медоуз [9], Д. П. Марш [11], Г. Менш [12], Макаров И.Н [10]., Миллер А.Е. [13], Г. Минцберга [14], Й. Рандерс [8], Н. Нигропонте [15], Д.Дж. Коллис [16],М. Портера [17], Ромер П.М. [18], Сигето Цуру [19], Д. Тис [20], А. Чандлера [21], Чайникова Л.Н. [3],Чемезов С.В. [22], Г. Хамела [23], Сокращение производительности труда в традиционных отраслях экономики, экологические риски, социально-психологические последствия. Первоначально экологические и природоохранные приоритеты, задачи ответственного природопользования трансформировались на сегодняшний день не просто в семнадцать целей развития развивающихся стран, а в интегрированный подход к сохранению жизни и человеческого потенциала. Следует отметить недостаточное внимание к разработке модели устойчивого развития на уровне региона с учетом его экономического, ресурсного, природно-климатического, научно-исследовательского потенциала, уровня экологической и социальной напряжённости. Для эффективного стратегирования устойчивого развития региона необходима разработка концептуальной модели, включающей сбалансированность социальных и инновационных приоритетов как основной механизм регулирования процессов технологического развития. Целью данной статьи является определение данных приоритетов и методологических принципов реализации модели устойчивого развития региона. Гипотезой исследования является предположение о взаимосвязи социальных и инновационных приоритетов и результативности инновационного развития региона, регулирующей и координирующей роли региональных исполнительных органов и служб, обеспечивающих сбалансированность целевых ориентиров. В качестве методологической базы принят системный подход к анализу факторов и определения приоритетов устойчивого развития региона.

Концептуальная модель устойчивого развития региона

В целях осуществления последовательного перехода Российской Федерации к устойчивому развитию, руководствуясь программными документами, принятыми на Конференции ООН по окружающей среде и развитию (Рио-де-Жанейро, 1992 г.), утверждена Концепция перехода Российской Федерации к устойчивому развитию еще в 1996 г. Климатическая доктрина Российской Федерации, которая утверждена Указом Президента Российской Федерации от 26.10.2023 № 812 [1] развивает положения Стратегии социально-экономического развития Российской Федерации с низким уровнем выбросов парниковых газов до 2050 года, а также учитывает положения Стратегии национальной безопасности Российской Федерации, Концепции внешней политики Российской Федерации, Стратегии экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года, Стратегии экологической безопасности Российской Федерации на период до 2025 года, Энергетической стратегии Российской Федерации на период до 2035 года [2] определены инновационные и социальные приоритеты устойчивого развития региона на рисунке 1. Включение ESG-направлений стратегического развития региона (environment, social, governance) позволит не только улучшить экологическую повестку и снизить уровень антропогенной нагрузки на окружающую природную среду. В первую очередь — это обеспечит высокий уровень социальной эффективности технологических инноваций, так как в любом инновационном проекте будут учитываться необходимые изменения и условия экологической безопасности производственных систем. С другой стороны, социально-значимые инновационные технологии направлены на решение проблематики данной территории, связанные с качеством жизни и достижением приоритетных социальных целей, обеспечивающих комфортную и безопасную среду, борьбу с бедностью, именно за счет технологического развития в соответствии с Указом о национальных целях развития России до 2030 года [3], а значит обеспечивают снижения уровня оттока населения с удаленных территорий и решение других социальных задач в реализации модели устойчивого развития региона. Страны Евросоюза подходили к воплощению принятой стратегии устойчивого роста на основе Европейской Зеленой сделки (EU Green Deal). «Зеленая сделка» Европейского союза (ЕС) – это план декарбонизации экономики ЕС к 2050 г [10, 24]. Новая стратегия ставит перед Евросоюзом амбициозную цель достичь к 2050 году климатической нейтральности, то есть ни много ни мало перестать выбрасывать парниковые газы в атмосферу, переведя всю европейскую экономику на принципы и технологии ресурсной эффективности.

Рисунок 1 – Стратегические приоритеты устойчивого развития региона [4]

ESG-повестка основывается на целях устойчивого развития, включающих понимание и заботу о людях и о мире, в котором они живут. Это обеспечение населения едой, водой, образованием, работой, развитие населенных пунктов, защита природы и климата и т.д. Технологическая трансформация отраслей экономики и внедрение сквозных цифровых технологий, перечень которых может измениться, становятся фундаментальными стимулирующими инновационными процессами. По оценкам ИСИЭЗ НИУ ВШЭ внедрение новых технологий обеспечит дополнительный рост производительности труда в обрабатывающей промышленности на 20,2% до 2030 г [5]. В новой модели устойчивого развития экономики неизбежно меняется отраслевая структура экономики региона и формируются новые технологический и социальные приоритеты. Отрасли постиндустриальной экономики характеризующиеся меньшей ресурсо- и энергоемкостью, растут темпами, опережающими рост валового внутреннего продукта в целом, в результате их доля в структуре валового внутреннего продукта должна значительно увеличиться увеличится на 6,8 процентных пункта в 2050 году по сравнению с 2020 годом. Первостепенное значение приобретают цели и задачи устойчивого развития, отражающие новые приоритеты технологической трансформации экономики страны. Формирование сбалансированной модели устойчивого развития обусловлено современными вызовами и технологическими трендами.

Современный этап разработки концепции устойчивого развития отличается подходом, учитывающим баланс социальных, экологических и экономических целей и задач развития. Выдвигаются новые требования к уровню инновационной активности, приводит к структурным изменениям отраслей и новым технологическим приоритетам, определяющим экономическую и национальную безопасность [13]. Гагарина Г.Ю., Чайникова Л.Н., Архипова Л.С. [3] в ходе исследования аналитических инструментов и показателей устойчивого развития выделили учет тенденций в ходе осуществления стратегического планирования развития регионов как условия обоснованности в выборе приоритетных направлений и качестве разрабатываемых стратегий.

Инновационные приоритеты устойчивого развития региона

Снижение темпов роста производительности в традиционных отраслях усилилось кризисом перехода от пятого к шестому технологическому укладу. Глобализация перестала стимулировать развитие мировой экономики ускоренного внедрения цифровых технологий в экономике и социальной сфере. По мнению ряда исследователей постиндустриальная инновационная модель отличается не высокими темпами общей экономической динамики 2-3% ВВП в долгосрочном периоде. Такие темпы являются естественными для развитых экономик, но не могут удовлетворять догоняющую модель экономики [25]. Необходимо учитывать закономерности технологического развития экономики на последнем этапе постиндустриальной фазы, определяемые особыми условиями, сокращение циклов развития технологий. Жизненный цикл технологии начинается с этапа инновационного триггера до этапа плато продуктивности как фаза рыночной реализации инновационного продукта, после того как технология доказала свою состоятельность и экономическую эффективность, общественное признание [26].

Моделирование устойчивого развития региона, таким образом, должно реализовываться с учетом фазы развития технологий и особенностей экономической формации, имеющей свою цикличность развития.

С 1954 по 1963 г. Япония ежегодно повышала производительность труда на 9,9%, занимая тем самым первое место среди промышленно развитых стран. За ней следовали - Италия (5,6%), Западная Германия (5,0%), Франция (4,7%), США (2,9%) и Англия (2,3%) (Сигето Цуру, 1981 ) [19]. Другой пример экономического китайского бурного экономического роста, также отличается аккумулированием знаний, технологий. В 1952 ВВП Китая страны составлял всего 67,9 млрд юаней. В 2021 г. этот показатель превысил 114 триллиона юаней, или 17,7 триллиона долларов по среднегодовому валютному курсу. С 1978 г. ВВП рос в среднем более чем на 9%, что выше, чем в Японии, Южной Корее и Сингапуре. Развивающаяся Азия в 2024 г. в прогнозах имеет экономический рост на фоне замедления экономики Китая [27]. После длительного экономического роста, отличающегося ускоренными темпами развития экономики, экономика Китая неизбежно столкнулась с ситуацией, характерной и для других развивающихся стран и регионов, а именно - с замедлением экономического роста, что с тенденцией падения производительности труда в традиционных отраслях экономики многих стран иллюстрируют некоторую инертность экономической модели. Постоянный отток носителей неявных знаний снижает инновационный, интеллектуальный потенциал развития территории. Данные факторы сдерживают инновационное развитие, создают цепные реакции и снижают темпы экономического развития уже в следующем временном периоде. Баланс стратегических инновационных и социальных приоритетов в модели инновационного развития, позволяет учитывать и предотвращать такие негативные отдаленные последствия. Существующие модели инновационного развития стран-лидеров включают инвестирование инновационных компаний как главный управляющий механизм. Например, в Японской и Американской модели инновационной политики более 80% от затрат на НИОКР несет предпринимательский сектор экономики [28]. Это свидетельствует как о разном уровне предпринимательской активности в инновационной сфере, так и о мотивации, возможностях организации инновационного бизнеса, и о разных моделях и системах управления инновационной сферой, особенностях региональной политики разных стран. Большинство субъектов малого и среднего предпринимательства, которых можно отнести к инновационным предпринимательским структурам в России организованы в рамках научно-исследовательской и образовательной сферы в форме spin-off предприятия. В российской модели прочно заняла свое место система государственного заказа, но следует учитывать высокий риск инвестиций в инновации. Зачастую инвестируют на этапе научных исследований, на котором не очевидны прикладные перспективы. Нет гарантий в том, что новое окажется более эффективным и надежным.

На начальном этапе наукоемкая продукция обладает высокой ценой. Проблема компенсации завышенной цены в российском законодательстве о закупках пока не решена для проведения данной процедуры. Примечательно, что в американской истории есть практика использования данной модели финансирования инноваций в экономике. Профессор Гарвардского университета Э. Хансен (Э. Хансен, 1966) исследуя циклы экономического развития и послевоенную экономики США, отмечал роль государственных расходов [29]. Данные расходы были единственным фактором, который придал экономике одинаково сильный поступательный толчок как в период 1948-1956, так и в период 1956-1963 гг. Прирост расходов штатов и местных органов власти в шесть раз превосходил прирост частных инвестиций. В макроэкономических исследованиях наблюдается то, что разрыв в производительности труда между Россией и ведущими зарубежными странам обусловлен преимущественно более низким уровнем совокупной факторной производительности.

Высокие темпы естественны для развитых стран, но не могут удовлетворять страны в догоняющей фазе экономического развития. Традиционно считалось и отмечалось, что постиндустриальная инновационная модель экономического развития предусматривает достаточно не высокие темы экономической динамики. С другой стороны, возможно говорить о смене фаз экономического развития с изменением технологического уклада [4].

Экологические факторы ставят ограничения возможностям экономического роста, что привело к появлению концепции «зеленой экономики». Долгосрочное развитие и процветание невозможно без учета баланса и удовлетворенности всех заинтересованных сторон в реализации инновационных процессов в экономике. Инициация, концептуализация, оптимизация и появление новых инновационных продуктов как и стадии развития инновационных организации, бизнес-проектов, начиная от этапа стартапа, требуют правильного определения приоритетов.

Устойчивое развитие — это особая модель развития, при котором удовлетворение потребностей нынешних поколений осуществляется без ущерба для возможностей будущих поколений удовлетворять свои собственные потребности.

В модели устойчивого развития региона на основе жизненного цикла технологии с учетом их социального значения принципиальное значение имеет взаимосвязь циклов экономического развития и этапов зрелости, жизненного цикла технологии. Рассматривая современные тенденции ускорения технологического развития и сокращения технологических циклов, следует учитывать выделенные этапы запуска технологии (инициации, определения потребности и возможности применения новых технологических решений). Данный этап очень важен для получения необходимых результатов и влияния на экономику региона через определённый период времени. Важно согласования с экономическими циклам и формирование поддерживающих условий. Запуск технологии (инновационный поиск и инновационный триггер). Далее следует продвижение технологии на дорыночной фазе идей как основы архитектуры будущих рынков (Г. Хамел, Д. Тис). Выстраивание будущих потребностей рынка, разработка стратегической архитектуры реализации инновационных проектов невозможно без учета дорыночной фазы конкуренции научно-исследовательских разработок, решения вопросов защиты прав на интеллектуальную собственность, реализации патентно-лицензионной политики.

Принятие технологии обществом, экономическая и социальная эффективность технологии, встраивание в производственные системы, выделяемый также в качестве этапа жизненного цикла технологии, определяет важность разработки стратегии продвижения и популяризации как самого продукта, так и технологии его производства, включая организационные и управленческие новшества. Моральное, научное устаревание технологии, появление инновационных товаров-заменителей и новых передовых технологических решений представляет собой финальный этап развития технологии. Но, следует учитывать возможность изменений и обновлений, тогда, с нашей точки зрения, начинается новый цикл.

На всех этапах жизненного цикла технологии и фазах инновационного процесса участие государства требуется на региональном и субрегиональном, локальном, секторальном уровне. Необходимо участие государства как в роли принципала инновационного проекта, так гаранта достижения социальных целей и задач, соблюдение границ негативного влияния на общество, окружающую природную среду в ходе удовлетворения экономических интересов, а на стадии научных исследований – соблюдение морально-этических принципов. Развитие инфраструктуры, институтов и инструментов поддержки участников инновационного процесса, создание коллаборативной среды для обмена знаниями, использование мотивационных механизмов и формирование компетенций, продвижение инновационной активности на уровне ментальности являются обязательными компонентами модели инновационного развития региона в условиях технологической трансформации. Государство является главным участником технологического трансфера в реализации стратегии устойчивого развития.

Реализация модели устойчивого развития в условиях цифровой экономики

Формирование инновационной модели устойчивого развития в условиях технологической трансформации невозможно без понимания взаимосвязи целей и задач научно-технологической, социальной, экономической и природоохранной политики.

Базовая формулировка, раскрывающая сущность устойчивого развития, впервые появилась в 1987 году в докладе «Наше общее будущее» [30]. Устойчивое развитие — это развитие, при котором удовлетворение потребностей нынешних поколений осуществляется без ущерба для возможностей будущих поколений удовлетворять свои собственные потребности.

Цели устойчивого развития являются общими и данные приоритеты должны стать элементом моделей инновационного развития для всех стран. Это всеобщий призыв к действиям по искоренению нищеты, обеспечению защиты нашей планеты, повышению качества жизни и улучшению перспектив для всех людей во всем мире. Семнадцать целей были приняты всеми государствами — членами ООН в 2015 году в рамках Повестки в области устойчивого развития на период до 2030 года . Потепление климата в России, например, происходит быстрее общемировых тенденций и приняты стратегические инициативы по развития страны с приоритетами декарбонизации. Причины потепления климата, выделяемые современными учеными, связаны со многими естественными и искусственными антропогенными процессами. Выбросы парниковых газов играют важную роль в этом. Для интеграции и реализации целей устойчивого развития в 1992 году была принята Рамочная конвенция ООН об изменении климата , в развитие которой реализуются Киотский протокол (с 1997 года) и Парижское соглашение (с 2015 года). На рисунке 3 представлена динамика выбросов парниковых газов в мире.

Рисунок 3 - Выбросы парниковых газов в мире, тонн [6].

Ожидается, что весомые изменения климата окажет значительное воздействие на природные ресурсы, мировую экономику и здоровье человека. Это приведет к повышению температуры, повышению уровня мирового океана и изменению погодных условий, частоты экстремальных погодных явлений таких как наводнения и засухи.

Глобальные выбросы углекислого газа от сжигания и процессов сжигания ископаемого топлива снизились на 5,1% в 2020 году (они увеличились на 0,9% в 2019 году), составив 36,0 Гт, что чуть ниже уровня выбросов 36,2 Гт, зарегистрированного в 2013 году.

В 2020 году Китай, Соединенные Штаты, Европейские страны, Индия, Россия и Япония вместе загрязняли данными выбросами в структуре: 49,5% - населения, 61,8% мирового валового внутреннего продукта, 65,2% от общего мирового потребления ископаемого топлива и 66,7% от общего мирового ископаемого CO2. Китай показал увеличение выбросов в 2020 году (+1,5%), в то время как все остальные сократили свои выбросы. Технологическая трансформация в целях устойчивого развития на примере решения проблемы выбора парниковых газов (которая может быть следствием антропогенного воздействия или не может быть следствием данных процессов) связана с приоритетностью цифровых технологий в целях подсчета выбросов парниковых газов и углеродных выбросов. Консолидация информации с использованием цифровых платформ позволит поддержать формирование инфраструктуры для достижения целей устойчивого развития, а именно формирование инновационных моделей технологической трансформации в целях устойчивого развития. Эффекты от технологических изменений глубже, включают воспитание ответственного потребления ресурсов и производства, борьбу с изменением климата, упразднение цифрового неравенства, повышение уровня цифровой компетентности. Возможности традиционной энергетики в достижении целей устойчивого развития, например, также связано с внедрением новых «зеленых» технологии (например, в геологоразведке нефти и газа) в традиционную энергетику позволят обеспечить большую экологическую безопасность, снизить углеродный след и выбросы парниковых газов.

Правительство России утвердило Стратегию социально-экономического развития Российской Федерации с низким уровнем выбросов парниковых газов до 2050 г. Приняв долгосрочную стратегию декарбонизации, Россия заняла подобающее ей место в процессе достижения целей глобального характера по защите климата. Технологические приоритеты развития региона в инновационных моделях технологической трансформации в целях устойчивого развития включают внедрение цифровых решений в различные сферы деятельности, например в природоохранную, энергетическую, включая развитие энергосберегающих и безотходных технологий на основе сквозных технологий: больших данных, искусственного интеллекта; дистанционного зондирования Земли; беспилотного летательных аппаратов; технологий интернет вещей; аналитической обработки данных и других технологий. Технология цифрового двойника будет использоваться в рамках развития отрасли экологии и природопользования для обновления и создания базы данных нового поколения природных объектов (экосистем).

В целях реализации стратегии устойчивого развития предусмотрено внедрение радиоэлектронной продукции (в том числе систем хранения данных и серверного оборудования, автоматизированных рабочих мест, программно-аппаратных комплексов, коммуникационного оборудования, систем видеонаблюдения) российского происхождения.

Приоритетные цифровые решения в целя технологической трансформации энергетической сферы на основе использования сквозной цифровой технологии: моделирование погодных сценариев, усовершенствованная облачная технология, обработки изображений камеры наблюдения за движением облаков в масштабе времени, близком к реальному, повышение эффективности поступления ветровой и солнечной энергии до 92%; визуальный осмотр объектов, оборудования, оперативный поиск отказов, съемка контактов и мониторинг теплосетей, анализ числа и расположения деревьев, угрожающих падением на провода ЛЭП и т.д. Также применение искусственного интеллекта – это моделирование процессов человеческого интеллекта машинами, особенно компьютерными системами. Искусственный интеллект–это гипотетическая способность вычислительной машины понимать или изучать любую интеллектуальную задачу, с которой может справиться человек. Промышленный интернет вещей как сквозная технология в целях выстраивания многоуровневой системы для передачи собираемых данных и их визуализации, интерпретации получаемой информации и другие компоненты.

В России появится новый своевременный нацпроект — «Экономика данных», обеспечивающий функционирование цифровой экосистемы на уровне каждой территории. Например, это и новый уровень медицинского обслуживания, развитие телемедицины, повышение эффективности и результативности работы органов власти, новый уровень логистики, проекты онлайн-образования. В эволюции подходов к управлению данными следует учесть не только технократичный подход, включающий использование информационных технологий и использование соответствующей инфраструктуры. Невозможно прогнозировать принципиально новую инновационную модель устойчивого развития без учета роли человека, нового поля ответственности в процессе принятия управленческих решений. П. Друкер [5], еще на первых этапах становления новой экономической формации и парадигмы, отмечал, что возникает новая разновидность трудовой активности в сфере знаний. При этом он отличается от работника индустриальной эпохи. На Западе интуитивный, религиозный тип познания нередко считался менее ценным, чем рациональный, научный тип познания, в то время как на Востоке было распространена противоположная точка зрения. При сравнении восточного и западного подходов можно видеть различия между явным (эксплицитным) и неявным (тацитным) знанием. Важнейшим направлением в условиях формирования новых моделей технологического развития является накопление неявных формализованных знаний. Модель устойчивого развития переводит данное понятие на уровень гуманизации и заботы о будущих поколениях, понимания роли человека и его знаний. Необходимо создание как технологической инфраструктуры, формирование единой экосистемы данных, так и внутренних мотивационных механизмов для имплементации человека. Технологическое развитие основывается на процессах генерирования, диффузии, сохранения, систематизации и ликвидации знаний в различных социально-экономических системах. Рациональный подход к большей части исследований, нацеленных на накопление базы данных. Эксперты компании «Gartner» выделяли пять этапов зрелости цифрового правительства (электронное, открытое, датацентричное, полностью цифровое и «умное») [26]. Согласно этой градации, для датацентричного правительства характерно открытие всех данных в качестве основной технологии.

Программы овладения новыми технологиями и их использования на практике в социально-значимых инновациях для реализации модели устойчивого развития региона проходят через определенные этапы, каждый из которых соотносится с одной из трех стратегических задач:

1. Построение базы данных и цифровой архитектуры, инфраструктуры, включающей необходимые контрольные точки, котроллеры и индикаторы, позволяющие реализовать и использовать высокотехнологичные решения для целей устойчивого развития в различных отраслях и сферах экономики, реализовать процесс сохранения данных, базы знаний. Сюда входит и научный поиск по всем аспектам отрасли, технологический кругозор; взаимодействие внешними источниками новых знаний. Важнейшим аспектом становится технологическая трансформация и формирование цифровой модели управления территорий, управления данными в приоритетных отраслях экономики региона.

2. Занятие стратегического положения, включая определение и реализацию маркетингового потенциала в высокотехнологичных отраслях с условиями социальных интересов и экологических ограничений. Обеспечение эффективности любой новой технической области, выявленной путем научного поиска, научных исследований и разработок часто включает значительные ресурсы; процессы маркетингового позиционирования для реализации потенциальных коммерческих возможностей для технологий, технических разработок с учетом принципов устойчивого развития отличаются от традиционных, инновационные модели технологической трансформации отраслей включают принципиально новые стратегии рыночного позиционирования, выстраивания конкурентной стратегии с дорыночной фазы, учитывая интересы общества и приоритеты устойчивого развития.

3. Технологический трансфер и коммерциализация технологий. Данный важнейший этап является четко обозначенной задачей большей части инновационных проектов и программ, организации инновационной инфраструктуры региона, включающие производственную сферу вкупе с научно-исследовательскими, образовательными учреждениями могут создавать необходимые условия, но требуется дифференциация технологического трансфер в целях устойчивого развития и отделение проектов, преследующих исключительно коммерческую выгоду. Решение данной задачи в инновационных моделях технологической трансформации в целях устойчивого развития, которые и являются условием устойчивого развития, основывается на учете социальной эффективности инновационного проекта, так и уровня социальной ответственности бизнеса, уровня ресурсоемкости, экологичности производственных систем.

Модель устойчивого развития региона в условиях формирования информационного общества и реализации процессов цифровизации включает следующие элементы:

- информационный баланс, инфраструктура обмена данными и знаниями как основа эффективности управления инновационной деятельностью за счет исследования и анализа текущей ситуации, соответствие системы обмена данными и информацией показателям коммуникативной эффективности, скорости передачи информации по коммуникационным каналам, обеспечение эффективности процесса принятия управленческих решений и качества самой информации за счет ее своевременности, полноты и достоверности;

- соответствие технологической и технической оснащенности этапу жизненного цикла цифровых технологических решений, гибкость системы индикаторов оценки эффективности инновационных процессов и цифровизации, ее соответствие актуализированным направлениям, приоритетным социальным целям и задачам территории;

- система компетенций участников обмена информацией и знаниями в инновационном процессе, инструментарий контроля разброса в уровне владения компетенциями участников инновационного процесса, определения «узких мест» коммуникационной инфраструктуры, нарушающих устойчивость и безопасность информационной системы.

По мере того, как построение базы знаний через занятие стратегического положения переходит к инвестированию в бизнес, увеличиваются расходы и стоимость проекта, но снижается уровень неопределенности.

Определяя информационный баланс возможно проанализировать устойчивость цифровой системы управления на основе следующих показателей. Формула демонстрирует взаимосвязь и баланс информационных потоков от управляющей системы и управляемой подсистемы. Отношение объема, качества информации, знаний и данных управляющей подсистемы к объему и качеству информации, знаний и данных от управляемой системы как обратной связи должно быть равнозначным.

(1)

Дисбаланс в системе информационных потоков, раскрываемый через нарушение соотношения объемов информации, данных, уровня развития компетенций управляемой и управляющей подсистем, позволяет дать предварительную оценку и спрогнозировать отклонения в индикаторах устойчивого развития региона. Формула 2 позволяет оценить скорость передачи информации по информационных каналам в системе управления.

(2)

Известные исследователи в области стратегирования И. Ансофф [2] и другие определили турбулентность окружающей среды как совокупное измерение изменчивости, нестабильности и предсказуемости, внутреннего анализа разрывов для оценки своей внутренней позиции по отношению к внешней среде. Устойчивое развитие системы зависит от скорости внутренних изменений, возможности реализации стратегии опережающего развития, которая не может быть реализована без наращивания потока информации и данных. Развитие компетенций и их соответствие с учетом выявленных инфраструктурных недостатков обеспечивается ускорением процессов обработки информации и совершенствование методов обучения. В данных условиях скорость передачи информации должна соответствовать изменению внешних возмущающих воздействий. В этой части система управления данными и модель технологического развития региона в условиях цифровизации должна обеспечивать сбор слабых сигналов и их интерпретацию, полностью зависят от хорошо развитой системы обучения.

Система управления должна быть адаптирована с учетом фазы технологического развития в соответствии с принципами устойчивого развития, включающими приоритетность экологичных энергосберегающих технологий, безопасность и сохранность знаний и информационных источников, социальную ориентацию и гуманизацию процесса принятия решений, коммуникационную открытость и взаимосвязь между участниками инновационных процессов на территориях соответствующей специализации, ее изменений. Инновации для модели устойчивого развития определяют новый уровень системы государственного управления определяют новые требования к профессиональному уровню управленческих кадров.

Заключение

Повышение комфортности проживания населения за счет инвестиционного и инновационного развития экономики региона является целью социально-экономического развития каждой территории. Современная экологическая ситуация определяет соответствующие цели территориального развития и инновационные приоритеты, направленные на решение экологических проблем, устойчивое развитие территории. Путь современных технологий от идеи до рынка бывает разным. Особенно сложно внедряются модели экономического развития, основанные на радикально новых принципах и технологических платформах в целях решения экологических проблем, поскольку, кроме глубокой трансформации всех звеньев цепочки создания стоимости, серьезно меняются привычки управления информацией и знаниями. Цифровая платформа в данном случае выступает не только инструментом условием сохранения баланса и реализации социальных приоритетов.

Инновационные приоритеты способны ускорить процесс перехода от экологически опасной модели хозяйствования, к так называемой безотходной экономике, новым энергосберегающим технологиям. Помимо снижения экологических рисков, становление новой модели устойчивого развития региона, должно создать большое количество новых рабочих мест в «зеленых» отраслях экономики, создать новые отрасли экономики, повысить уровень технологичности существующих отраслей. Уровень экологичности и реализация принципов «зеленой» экономики во многом определяется состоянием производственной, транспортной, энергетической инфраструктуры региона. Например, Сибирь располагает крупными запасами углеводородного сырья, угля, урана, черных, цветных и драгоценных металлов, древесины, водных и гидроэнергетических ресурсов, что и определяет структуру ВРП. Требуются изменение методологического подхода к территориальному развитию с учетом экологических и социальных приоритетов.

Традиционная парадигма реализации стратегии устойчивого развития определяет выбор стратегических альтернатив исходя из ожидаемой результативности снижения уровня экологической и социальной напряжённости, воздействия на окружающую природную среду. Внедрение новшеств в рамках имеющейся региональной инфраструктуры, обеспечивающей технологический трансферт, рыночного потенциала инноваций и наличия регионального рынка высокотехнологичной продукции, регионального стандарта конкуренции, является залогом успеха технологической трансформации. Модель устойчивого развития региона в современных условиях технологической трансформации основывается на инновационных и социальных приоритетах и на принципах сбалансированности, в том числе информационной, исключающей как цифровую дискриминацию, так и информационную перегрузку. Решение стратегических задач устойчивого развития региона, включая борьбу с бедностью, повышение уровня образования, здравоохранения, оздоровление и защита от антропогенного воздействия окружающей среды, обогащение культурной жизни и соблюдение равенства возможностей, включая снижение цифрового неравенства и информационной дезинформации, перегрузки находится в тесной взаимосвязи с реализацией инновационных проектов и программ. Моделирование устойчивого развития, направленное на социальные потребности, становится вопросом национальной безопасности. Предлагаемая в статье модель устойчивого развития региона включает условия и механизмы инновационного развития региона, управление информацией и званиями, информационного баланса, исключающего неравенство, обеспечивает реализацию принципов устойчивого развития с учетом технологической цикличности.

[1] Указ Президента РФ от 26 октября 2023 г. № 812 «Об утверждении Климатической доктрины Российской Федерации» URL: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/407782529/ (дата обращения: 12.03.2024).

[2] Распоряжение Правительства РФ от 09.06.2020 N 1523-р (ред. от 28.02.2024) «Об утверждении Энергетической стратегии Российской Федерации на период до 2035 года» URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_354840/feb387ba6cb412e94e5c4fd72de0228c1a68af25/

[3] Указ о национальных целях развития России до 2030 года URL: http://kremlin.ru/events/president/news/63728(дата обращения: 12.03.2024).

[4] Разработано автором

[5] Цифровая трансформация. URL: https://issek.hse.ru/news/469298762.html (дата обращения: 12.03.2024).

[6] Emissions Database for Global Atmospheric Research. URL: https://edgar.jrc.ec.europa.eu/climate_change/(дата обращения: 15.03.2024)


Источники:

1. Акофф Р. Планирование в больших экономических системах. - М.: Советское радио, 1972.
2. Ансофф И. Стратегическое управление. - М., 1989.
3. Гагарина Г., Чайникова Л., Архипова Л. Роль анализа устойчивого раз_вития регионов России в стратегическом планировании // Федерализм. – 2019. – № 4. – c. 5–21.
4. Глазьев С. Ю. Стратегия опережающего развития России в условиях глобального кризиса. - Москва : Экономика, 2010. – 254 c.
5. Друкер П. Бизнес инновации. - М. : Вильямс, 2007. – 432 c.
6. Daly H. E. Elements оf Environmental Macroeconomics. In Ecological Economics: The Science and Management оf Sustainability. - New York: Columbia University Press, 1991. – 32–46 p.
7. Иванов В. В. Проблемы научно-технологического развития России в контексте промышленной революции // Инновации. – 2016. – № 6 (212). – c. 3-8.
8. Кондратьев Н. Д., Опарин Д. И. Большие циклы конъюнктуры: Доклады и их обсуждение в Институте экономики. - М., 1928. – 287 c.
9. Meadows D., Meadows D., Randers J. The Limits to Growth: A Report to the Club of Rome. - New York, Universe Book, 1972. – 211 p.
10. Макаров И.Н., Дробот Е.В., Назаренко В.С., Фурсова Н.В., Володина А.И. Стойчивое инновационное развитие, зеленая экономика и человеческий капитал: базисная триада государственной политики экономического развития регионов // Экономика, предпринимательство и право. – 2023. – № 12. – c. 6255-6274.
11. Марш Дж. П. Человек и природа, или О влиянии человека на изменение физико-географических условий природы. - Санкт-Петербург, 2016. – 587 c.
12. Mensch, G., & Schnopp, R. (1980). Stalemate in Technology, 1925-1935: The Interplay of Stagnation and Innovation. In W. H. Schröder, & R. Spree (Eds.), Historische Konjunkturforschung (pp. 60-74) Retrieved from: https://www.ssoar.info/ssoar/bitstream/handle/document/34015/ssoar-1980-mensch_et_al-Stalemate_in_Technology_1925-1935_The.pdf?sequence=1
13. Миллер А.Е. Трансформация параметров устойчивости региональной экономики в контексте развития экономической безопасности // Экономическая безопасность. – 2023. – № 3. – c. 1103–1120.
14. Минцберг Г., Альстренд Б., Лэмпэл Дж. Школы стратегий. - СПб. : Питер, 2000. – 336 c.
15. Negroponte N. Being Digital. - New York: Knopf, 1996. – 243 p.
16. Coliss D.J., Rukstad M.G. Can you say what your strategy is? // Harvard business rev. – Boston. – 2008. – № 4. – p. 82–90.
17. Портер М. Конкуренция. - М. : Издательский дом «Вильямс», 2000. – 495 c.
18. Romer P.M. Endogenous technological change // Journal of Political Economy. – 1990. – № 5. – p. 71.
19. Сигето Цуру Конец японского «экономического чуда». - Прогресс, 1981. – 272 c.
20. Teece D. J., Pisano G., Shuen A. Dynamic capabilities and strategic management // Strategic management J. – 1997. – № 7.
21. Chandler D. Jr. Strategy and structure: Chapters in the history of American Industrial Enterprise. - M.I.T Press, 1962. – 16 p.
22. Чемезов С. В., Волобуев Н. А., Коптев Ю. Н., Каширин А. И. Диверсификация, компетенции, проблемы и задачи. Новые возможности // Инновации. – 2017. – № 4(222). – c. 3-27.
23. Хамел Г. Конкурируя за будущее. Создание рынков завтрашнего дня. - М. : Олимп-Бизнес, 2002. – 288 c.
24. Леонард М., Пизани-Ферри Ж., Шапиро Д., Тальяпиетра С., Вульф Г. Геополитика «зеленой сделки» Европейского Союза // Вестник международных организаций. – 2021. – № 2. – c. 204–235.
25. Гринберг Р.С. Есть ли несырьевое будущее у России? – Сайт ИЭ РАН, октябрь 2007 г
26. Gartner Hype Cycle. [Электронный ресурс]. URL: https://www.gartner.com/en/research/methodologies/gartner-hype-cycle (дата обращения: 15.02.2024).
27. Holz Carsten China's Economic Growth 1978-2025: What We Know Today About China's Economic Growth Tomorrow. World Development. 36. 1665-1691. [Электронный ресурс]. URL: https://www.researchgate.net/publication/23691146_China\'s_Economic_Growth_1978-2025_What_We_Know_Today_About (дата обращения: 15.02.2024).
28. Индикаторы инновационной деятельности: 2009. / Статистический сборник. - М. : ГУ–ВШЭ, 2009. – 488 c.
29. Хансен Э. Послевоенная экономика США. - Издательство «ПРОГРЕСС». Москва, 1966. – 176 c.
30. Гру Харлем Брунтланн Наше общее будущее. [Электронный ресурс]. URL: https://www.un.org/ru/ga/pdf/brundtland.pdf (дата обращения: 15.02.2024).

Страница обновлена: 17.06.2024 в 22:52:58