Формирование и развитие цифровой экономики в России как стратегический приоритет развития территорий в условиях пандемий

Печаткин В.В.

Статья в журнале

Вопросы инновационной экономики
Том 10, Номер 2 (Апрель-июнь 2020)

Цитировать:
Печаткин В.В. Формирование и развитие цифровой экономики в России как стратегический приоритет развития территорий в условиях пандемий // Вопросы инновационной экономики. – 2020. – Том 10. – № 2. – С. 837-848. – doi: 10.18334/vinec.10.2.110187.

Аннотация:
В статье приведено обоснование актуальности формирования цифровой экономики в регионах России как приоритета территориального развития, показана роль цифровой экономики в условиях пандемий на примере нарастающего финансово-экономического кризиса, вызванного распространением коронавируса, осуществлен анализ влияния цифровизации на социально-экономическое развитие стран и регионов, выделены ключевые положительные и негативные аспекты процесса информатизации территорий, а также проблемы по ее развитию в регионах России, осуществлена оценка дифференциации регионов и муниципальных образований России по отдельным показателям цифровой экономики, приведено обоснование необходимости решения проблемы цифрового неравенства между регионами и муниципальными образованиями, представлен комплекс мероприятий, направленных на формирование и развитие цифровой экономики в регионах России, способствующих укреплению конкурентоустойчивости территориальных социально-экономических систем в условиях пандемий.

Ключевые слова: цифровая экономика, цифровизация, пандемии, конкурентоустойчивость, регион

JEL-классификация: O31, O32, O33



Введение

Преобразующее влияние цифровизации сказывается практически на всех сферах жизни общества. Более того, цифровизация может рассматриваться как глобальный вызов развитию территориальных социально-экономических систем. Активное развитие социально-экономической сферы на базе цифровых технологий привело к возникновению нового этапа эволюции территориальных социально-экономических систем – цифровой экономике. С широкомасштабным использованием цифровых технологий сегодня связаны надежды на экономический рост и решение социальных проблем. Но Россия находится лишь в самом начале этого этапа. По доле пользователей интернета среди взрослого населения, проникновению сотовой связи и другим показателям информационной инфраструктуры наша страна значительно отстает от стран – лидеров цифровизации. На начальном этапе находится использование цифровых технологий в ключевых сферах деятельности: реализация концепции электронного правительства, развитие электронного бизнеса, использование цифровых технологий в образовании и здравоохранении и др. Цифровая экономика России сильно отстает от США, Китая, Европы, Кореи и Японии. По данным государственного комитета по статистике РФ, 77% общего числа домашних хозяйств в России имеют выход в интернет (например, в Республике Корея и Японии – 99%). 65% взрослого населения в России используют мобильные телефоны (смартфоны) для выхода в интернет вне дома или работы, а в Республике Корея – 96%. В России лишь 42% взрослых интернет-пользователей отправляют или получают электронную почту. Для сравнения: в Финляндии и Швеции – 94%, Чешской Республике – 93%, Великобритании и Германии – 92%.

Необходимость решения проблемы формирования и развития цифровой экономики в регионах России в условиях глобальных вызовов возрастает, особенно в последнее время в связи с глобализацией мировой экономики, обострением конкурентной борьбы как на внутреннем, так и внешнем рынке, в том числе за ресурсы, прежде всего, информационные. В особенности развитие цифровой экономики актуально в условиях глобальных пандемий, в том числе в условиях распространения коронавируса, поскольку возрастает значение дистанционного обучения и работы, интернет-торговли и безналичных расчетов в целях профилактики инфекционных заболеваний и снижения скорости и масштабов их распространения.

В настоящее время цифровизация страны провозглашена одним из важнейших приоритетов развития, что отражено в указах Президента РФ, распоряжениях и постановлениях Правительства РФ, федеральных программах, в том числе:

1. Указ Президента Российской Федерации от 07.05.2018 г. № 204 «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года».

2. Указ Президента РФ от 09.05.2017 № 203 «О Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017–2030 годы».

3. Распоряжение Правительства РФ от 28.07.2017 г. № 1632-р об утверждении программы «Цифровая экономика Российской Федерации».

4. Постановление Правительства РФ от 2 марта 2019 года № 234 «О системе управления реализацией национальной программы «Цифровая экономика Российской Федерации».

5. Программа «Цифровая экономика Российской Федерации» (проект национальной программы одобрен на заседании президиума Совета при Президенте России по стратегическому развитию и национальным проектам 17 сентября 2018 года).

В связи с вышесказанным возрастает актуальность решения задачи формирования и развития цифровой экономики в регионах России как стратегического приоритета развития страны. Необходимо развитие информационной платформы для принятия управленческих решений на федеральном и региональном уровнях в сфере цифровизации, выявление проблем, препятствующих формированию и развитию цифровой экономики, а также разработка практических рекомендаций по их решению.

Основная часть

Основоположниками концепции цифровой экономики середины – конца XX века, раскрывшими ее сущность, принципы и механизмы формирования и развития, являются: Саймон Кузнец, Фриц Махлуп, Герхард Менш, Николас Негропонте, Карлота Перес, Джордж Стиглер, Кристофер Фримэн, Кеннет Эрроу и др.

В российской научной литературе начиная с начала XXI века возрос интерес к данной тематике. Основоположниками данного направления в Российской Федерации являются научная школа под руководством академика В.Л. Макарова (Центральный экономико-математический институт РАН) в части агентоориентированного моделирования цифровой экономики и создания сетевого интеллекта [1] (Makarov, 2018), а также сотрудники данного института С.А. Айвазян (эконометрика) [2] (Ayvazyan, Afanasev, Kudrov, 2019), Г.Б. Клейнер (экономическая кибернетика) [3] (Kleyner, 2018), А.Р. Бахтизин (применение гибридных методов в цифровой экономике) [4] (Bakhtizin, 2015) и др.

Значительный вклад в развитие статистической базы цифровой экономики в России вносят специалисты Высшей школы экономики под руководством Гохберга Л.М. Отдельно следует выделить труды отечественных ученых, касающиеся оценки готовности регионов России к цифровой экономике, из которых стоит выделить работы Кузнецова Н.В. («Государственная программа «Цифровая экономика Российской Федерации»: анализ готовности регионов») [5] (Kuznetsov, 2019); А. М. Елохова и Т. В.  Александровой («Подходы  к оценке  результатов  цифровой  трансформации  экономики  России») [6] (Elokhov, Aleksandrova, 2019), Кожевиной О.В. («Мониторинг цифровой готовности региональных экономик») [7] (Kozhevina, 2018), Е.В. Попова и К.А. Семячкова («Оценка готовности отраслей РФ к формированию цифровой экономики») [8] (Popov, Semyachkov, 2017), проблемы цифровизации сельского хозяйства Российской Федерации и направления их решения представлены в трудах Вартановой М.Л. и Дробот Е.В. [9, 10] (Vartanova, Drobot, 2018; Vartanova, Drobot, 2019) и др.

Имеется ряд публикаций, посвященных анализу факторов конкурентоустойчивости хозяйствующих субъектов, в том числе: Мохначев С.А. разработал теоретико-методологические основы управления конкурентоустойчивостью высшего учебного заведения [12] (Mokhnachev, 2009), Заичкин Н.И. и Зеленцова Л.С. обосновали концепцию конкурентоустойчивости субъектов хозяйствования [13] (Zaichkin, Zelentsova et al., 2012), Дорошенко Ю.А. выделяет факторы конкурентной устойчивости предприятий промышленности строительных материалов [14] (Doroshenko, Golubotskikh, 2017), Горшкова Л.А. и Поплавская В.А. исследовали проблему обеспечения конкурентоустойчивости организаций на разных стадиях ее жизненного цикла [15] (Poplavskaya, Gorshkova, 2017); Тумаков Е.А. приводит классификацию конкурентоустойчивости предприятий [16] (Tumakov, 2017) и др.

Несмотря на достаточно большое внимание отечественных и зарубежных ученых к данной проблематике, в недостаточной мере исследованы методические аспекты, связанные с оценкой влияния процессов цифровизации на конкурентоустойчивость регионов в условиях пандемий и выработкой на этой основе практических рекомендаций для формирования цифровой экономики в стране с учетом положительных и негативных аспектов процесса цифровизации.

В связи с этим целью статьи является выявление проблем формирования и развития цифровой экономики в регионах России и разработка практических рекомендаций по их решению в условиях пандемий.

Для достижения поставленной цели выделены следующие основные задачи:

1. Выявление положительных и негативных аспектов процесса цифровизации стран и регионов.

2. Разработка комплекса мероприятий по использованию цифровых технологий в условиях пандемий.

Как признают специалисты, в настоящее время понятийный аппарат цифровой экономики еще не до конца сформирован. Не углубляясь в детальный анализ понятий цифровой экономики, которых насчитывается несколько десятков и даже сотен, мы солидарны с понятием специалистов Высшей школы экономики, которые под цифровой экономикой понимают деятельность по созданию, распространению и использованию цифровых технологий и связанных с ними продуктов и услуг. При этом цифровые технологии – технологии сбора, хранения, обработки, поиска, передачи и представления данных в электронном виде [16] (Tumakov, 2017).

Влияние цифровизации на социально-экономическое развитие регионов весьма неоднозначно. Так, противники формирования и развития цифровой экономики в России приводят следующие факты, которые, по их мнению, несет в себе цифровизация:

– увеличение рисков снижения уровня информационной и, как следствие, национальной безопасности России по причине усиления цифровой зависимости от технологий и оборудования стран Запада и возможной утечки информации государственной важности конкурентам;

– расширение возможностей для интернет-мошенничества, взлома личной и служебной информации хакерами с последующим использованием ее в коммерческих или политических целях;

– снижение количества рабочих мест и специальностей в традиционных сферах экономики: промышленности, сельском хозяйстве, транспорте, а также снижение востребованности в экономике бухгалтерских работников, юристов, водителей и др., что способно повысить уровень напряженности на рынке труда и увеличить уровень безработицы;

– ограниченные возможности использования цифровых технологий в регионах России вследствие недостаточной цифровой грамотности населения;

– появление и развитие новых болезней, связанных с использованием интернета, мобильных телефонов и компьютеров (интернет-зависимость, «цифровая морская болезнь», «Facebook-депрессия», «Эффект Google», онлайн-игромания, номофобия и др.) и, как следствие, сокращение времени, проведенного человеком в реальном мире, и возможное обострение традиционных заболеваний (снижение остроты зрения, ожирение, остеохондроз и др.);

– распространение ложной информации в сети Интернет может негативно сказаться как на принятии управленческих решений, так и дезинформировать население о реальном положении дел и способствовать паническим настроениям у взрослых, а также негативно влиять на детское сознание и др.

Напротив, сторонники цифровизации приводят доводы, указывая положительные моменты данного процесса, в том числе:

– рост производительности труда за счет снижения издержек (вместо низкоквалифицированного труда используется цифровое оборудование) и экономии времени на выполнение рутинной работы (в том числе использование компьютерных программ и приложений для проведения расчетов и др.);

– развитие электронных денег и интернет-торговли, упрощающих процедуру оплаты товаров и услуг или совершения сделок безналичным способом;

– создание новых высокооплачиваемых рабочих мест, позволяющих работать на расстоянии без очного контакта, в том числе за счет развития фриланса;

– формирование и развитие системы электронных очередей и записи к врачам упрощает процедуру получения медицинской помощи, что сокращает время нахождения в медицинских учреждениях и экономит время, в том числе рабочее;

– возможности использования цифровых технологий (дистанционное обучение в системе общего, средне-специального и высшего образования на время карантина) во время глобальных пандемий типа коронавируса, что может снизить вероятность ускоренного распространения болезни;

– возможность получения электронного и дистанционного образования и повышения квалификации без потерь времени на очное или заочное аудиторное обучение;

– проведение онлайн-конференций, круглых столов, симпозиумов, совещаний сокращает время и транспортные издержки на проведение очных мероприятий;

– возможности дистанционного управления и контроля над регионами, хозяйствующими субъектами, работниками и др.

На наш взгляд, в части влияния процесса цифровизации на социально-экономическое развитие регионов и стран истина – посередине. Несомненно, цифровизация может иметь негативные последствия, однако следует признать, что это неизбежный мировой тренд. Те страны, которые отстают в этом процессе либо сознательно стараются от него отгородиться, либо не вмешиваются, не вкладывая государственные средства в развитие цифровизации, будут в заведомом проигрыше относительно мировых лидеров, что только усилит цифровое неравенство между развитыми и развивающимися странами со всеми вытекающими из этого последствиями.

При этом полагаться только на рекомендации международных организаций (МВФ, Всемирного банка) [17] по цифровизации развивающихся стран без учета национальной и региональной специфики, а также современной ситуации, на наш взгляд, не вполне разумно. Необходимо понимать, что данные организации представляют прежде всего интересы стран – лидеров цифровизации, которые могут привести к снижению уровня национальной безопасности развивающихся стран, усилению цифрового неравенства и цифровой зависимости от наиболее конкурентоспособных стран Запада и, прежде всего, США, имеющих наибольшую долю в мировом рынке цифровой экономики с тенденцией к ее увеличению. Таким образом, в регионах России, безусловно, необходимо формирование и развитие цифровой экономики, но на основе взвешенных и продуманных решений с приоритетом использования собственного цифрового потенциала, который в стране имеется.

В настоящее время для снижения масштабов распространения глобальной пандемии коронавируса многие страны, в том числе и Российская Федерация, обоснованно пошли на меры, ограничивающие массовые мероприятия, а также посещение учащимися учебных заведений с переходом на время карантина на дистанционное и электронное обучение.

Однако при этом ярко проявляется проблема цифрового неравенства между регионами России, между городским и сельским населением, между богатыми и малоимущими. Необходимо отметить, что не все школьники и студенты имеют равные возможности для электронного и дистанционного обучения, что, безусловно, повлияет на их участие в образовательном процессе.

Так, на основе официальных данных государственного комитета по статистике РФ, по числу активных абонентов фиксированного широкополосного доступа к сети Интернет на конец 2018 г. между г. Москвой (36 единиц) и Республикой Ингушетия (1,2 единиц) разница составила 30 раз, по числу активных абонентов мобильного широкополосного доступа сети Интернет на 100 человек населения между г. Москвой (117,1 единиц) и Республикой Крым (10,9 единиц) – 10,7 раз.

В целом по федеральным округам такая дифференциация не столь значительная, как между регионами, но все же она имеется и в ряде случаев – более чем двукратная (табл. 1).

Таблица 1

Число активных абонентов фиксированного и мобильного широкополосного доступа к сети Интернет на 100 человек населения (на конец 2018 г., единиц)


Число активных абонентов фиксированного широкополосного доступа к сети Интернет
Число активных абонентов мобильного широкополосного доступа к сети Интернет
Российская Федерация
21,7
86,2
Центральный федеральный округ
26,0
97,4
Северо-Западный федеральный округ
23,9
93,1
Южный федеральный округ
17,7
77,5
Северо-Кавказский федеральный округ
8,6
67,9
Приволжский федеральный округ
22,0
81,1
Уральский федеральный округ
24,6
85,4
Сибирский федеральный округ
20,3
82,9
Дальневосточный федеральный округ
17,5
86,7
Источник: составлено автором по данным государственного комитета по статистике Российской Федерации.

В регионах ситуация по дифференциации муниципальных образований по доступности широкополосного интернета в разрезе городов и сельских районов также значительная. Так, например, в Республике Башкортостан в Салаватском районе доступ к глобальным информационным системам имеют всего 19 персональных компьютеров из 100 при 33%-й оснащенности компьютерами организаций, что более чем в 2 раза меньше, чем в городском округе г. Уфа. Такая ситуация характерна практически для всех сельских районов республики. Очевидно, что в условиях карантина будет практически невозможно организовать полноценное электронное и дистанционное обучение учащихся в сельских районах.

Для устранения цифрового неравенства и использования положительных сторон цифровизации необходимы дополнительные мероприятия в рамках национального проекта «Цифровая экономика» с включением в нее мероприятий по сглаживанию цифрового неравенства между регионами и муниципальными образованиями России, что может повысить положительный эффект при использовании инструментов дистанционного и электронного обучения в условиях глобальных пандемий типа коронавируса, которые имеют тенденцию к цикличности и, несомненно, будут повторяться в своих новых проявлениях.

Другим направлением развития цифровой экономики в России, учитывая высокие показатели регионов России по использованию мобильного широкополосного доступа к сети Интернет, является развитие приложений и онлайн-сервисов, которые могут повысить качество жизни населения в условиях самоизоляции и карантина, особенно в условиях пандемии, связанной с коронавирусом COVID-19. В качестве примера можно привести отечественные разработки, такие как система «Страж», позволяющая собирать данные о текущем состоянии медучреждений и на их основе вычислять инфицированных граждан, разнообразные браслеты, позволяющие снимать показатели здоровья человека в режиме онлайн, мобильные приложения, отслеживающие здоровье человека и дающие рекомендации по режиму и питанию и др.

Необходимо также использовать опыт стран в использовании возможностей цифровых технологий в борьбе с пандемией, в особенности Китая, добившегося определенных успехов в этом направлении и в частности контроля за распространением вируса COVID-19 с расширением использования технологии распознавания лиц, использования мобильных данных для контроля за перемещением людей, использования беспилотников для освещения строительства новых больниц и дезинфекции улиц городов и др.

Хотя формирование и развитие цифровой экономики регионов России не является панацеей от всех бед, тем не менее в этом направлении следует двигаться и не только в период пандемий, но и в спокойное от кризисных ситуаций время. При этом не надо пытаться догнать и перегнать страны, лидирующие в данной сфере, а сосредоточить свои у усилия на тех направлениях, где у России есть свои конкурентные преимущества, и это, прежде всего, передовая в мире научная школа экономико-математического моделирования, IT-специалисты высокого уровня, которые, к сожалению, пока воплощают свои идеи преимущественно за рубежом, а не в России.

Заключение

1. Несомненно, цифровизация может иметь негативные последствия, однако следует признать, что это неизбежный мировой тренд. Те страны, которые отстают в этом процессе либо сознательно стараются от него отгородиться, либо не вмешиваются, не вкладывая государственные средства на развитие цифровизации, будут в заведомом проигрыше относительно мировых лидеров, что только усилит цифровое неравенство между развитыми и развивающимися странами со всеми вытекающими из этого последствиями.

2. Полагаться только на рекомендации международных организаций (МВФ, Всемирного банка) по цифровизации развивающихся стран без учета национальной и региональной специфики, а также современной ситуации, на наш взгляд, не вполне разумно. Необходимо понимать, что данные организации представляют, прежде всего, интересы стран – лидеров цифровизации, которые могут привести к снижению уровня национальной безопасности развивающихся стран, усилению цифрового неравенства и цифровой зависимости от наиболее конкурентоспособных стран Запада.

3. В условиях пандемий ярко проявляется проблема цифрового неравенства между регионами России, между городским и сельским населением, между богатыми и малоимущими. Не все школьники и студенты имеют равные возможности для электронного и дистанционного обучения, что, безусловно, повлияет на их участие в образовательном процессе в краткосрочной перспективе.

4. Для устранения цифрового неравенства и использования положительных сторон цифровизации необходимы дополнительные мероприятия в рамках национального проекта «Цифровая экономика» с включением в нее мероприятий по сглаживанию цифрового неравенства между регионами и муниципальными образованиями России, что может повысить положительный эффект при использовании инструментов дистанционного и электронного обучения в условиях глобальных пандемий типа коронавируса.

5. Необходимо использовать опыт стран в использовании возможностей цифровых технологий в борьбе с пандемией, в особенности Китая, добившегося определенных успехов в этом направлении и в частности контроля за распространением вируса COVID-19 с расширением использования технологии распознавания лиц, использования мобильных данных для контроля за перемещением людей, использования беспилотников для освещения строительства новых больниц и дезинфекции улиц городов и др.


Источники:

1. Макаров В.Л. Формирование мира знаний в эпоху цифрового мира // Искусственные общества. – 2018. – № 3. – c. 6.
2. Айвазян С.А., Афанасьев М.Ю., Кудров А.В. Индикаторы основных направлений социально-экономического развития и их агрегаты в пространстве характеристик региональной дифференциации // Прикладная эконометрика. – 2019. – № 2(54). – c. 51-69. – doi: 10.24411/2076-4766-2017-10003 .
3. Клейнер Г.Б. Системный учет последствий цифровизации общества и проблемы безопасности // Научные труды Вольного экономического общества России. – 2018. – № 2. – c. 63-73.
4. Бахтизин А.Р. Агент-ориентированные модели: теория и практика // Анализ и моделирование экономических и социальных процессов: Математика. Компьютер. Образование. – 2015. – № 3. – c. 76-83.
5. Кузнецов Н.В. Цифровая экономика Российской Федерации»: анализ готовности регионов // Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. – 2019. – № 1(57). – c. 9.
6. Елохов А. М., Александрова Т.В. Подходы к оценке результатов цифровой трансформации экономики России // Учет. Анализ. Аудит. – 2019. – № 5. – c. 24-35. – doi: 10.26794/2408-9303-2019-6-5-24-35 .
7. Кожевина О.В. Мониторинг цифровой готовности региональных экономик // Круглый стол по проблемам стратегического проектирования социально-экономического развития россии: Россия: тенденции и перспективы развития
Ежегодник. Институт научной информации по общественным наукам Российской академии наук; Ответственный редактор В.И. Герасимов. 2018. Москва, 2018. – c. 975-978.
8. Попов Е.В., Семячков К.А. Оценка готовности отраслей РФ к формированию цифровой экономики // Инновации. – 2017. – № 4(222). – c. 37-41.
9. Вартанова М.Л., Дробот Е.В. Перспективы цифровизации сельского хозяйства как приоритетного направления импортозамещения // Эко. – 2018. – № 1. – c. 1-18. – doi: 10.18334/eo.8.1.38881 .
10. Вартанова М.Л., Дробот Е.В. Регулирование цифровых финансовых активов и применение блокчейн-технологий в сельском хозяйстве // Креативная экономика. – 2019. – № 1. – c. 37-48. – doi: 10.18334/ce.13.1.39778 .
11. Абдрахманова Г.И., Вишневский К.О., Гохберг Л.М. и др. Что такое цифровая экономика? Тренды, компетенции, измерение. / докл. к XX Апр. междунар. науч. конф. по проблемам развития экономики и общества, Москва, 9–12 апр. 2019 г. - М.: НИУ ВШЭ, 2019. – 82 c.
12. Мохначев С.А. Теоретико-методологические основы управления конкурентоустойчивостью высшего учебного заведение. / Монография. - Екатеринбург: Институт экономики Уральского отделения РАН, 2009. – 411 c.
13. Заичкин Н.И., Зеленцова Л.С. и др. Концепция конкурентоустойчивости: теория, практика. / Монография. - М.: Издательство «Перо», 2012. – 249 c.
14. Дорошенко Ю.А., Голубоцких М. Факторы конкурентной устойчивости и оценка их влияния на предприятия промышленности строительных материалов // Белгородский экономический вестник. – 2017. – № 1(85). – c. 26-31.
15. Поплавская В.А., Горшкова Л.А. Обеспечение конкурентоустойчивости организации на разных стадиях ее жизненного цикла // Экономика и социум. – 2017. – № 1-2(32). – c. 1759-1763.
16. Тумаков Е.А. Классификация конкурентной устойчивости предприятия // Стратегия предприятия в контексте повышения его конкурентоспособности. – 2017. – № 6. – c. 60-65.
17. Доклад Всемирного банка о мировом развитии: «Цифровые дивиденды». , 2016. – 45 c.

Страница обновлена: 04.06.2020 в 09:44:29