Эволюция системы медицинского образования

Колесов О.О.1, Петренко Е.С.1
1 Российский экономический университет имени Г.В. Плеханова, Россия, Москва

Статья в журнале

Лидерство и менеджмент (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 10, Номер 4 (Октябрь-декабрь 2023)

Цитировать:
Колесов О.О., Петренко Е.С. Эволюция системы медицинского образования // Лидерство и менеджмент. – 2023. – Том 10. – № 4. – С. 1439-1464. – doi: 10.18334/lim.10.4.118961.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=55946198

Аннотация:
В статье проводится анализ эволюции медицинского образования. Выявлены особенности, перспективы и вызовы, с которыми сталкивается медицинское образование в XXI в., среди которых развитие телемедицины и дистанционных технологий образования. Представлены результаты анализа рейтинга вузов России, предоставляющих медицинское образование, за 2022–2023 гг. Статья будет интересна всем интересующимся проблемами медицинского образования

Ключевые слова: компетентность, медицинское образование, непрерывное образование, образование длиною в жизнь, телемедицина

JEL-классификация: I15, I21, I23, I25, I26



ВВЕДЕНИЕ

Медицинская деятельность возникла еще на ранних стадиях человеческого существования, т.е. как только человек осознал, что он подвержен болезням, он начал задумываться о том, как от них избавиться. А как самостоятельный раздел знаний она сформировалась в IV–V вв. до н.э., в период античности в Древней Греции. Именно в это время начинают зарождаться основы обучения медицины, которые во многом связаны с именем Гиппократа. В Европе в I–II вв. н.э. светское медицинское образование можно было получить только в Италии, куда стали приезжать люди из разных стран. В Средневековой Европе оплотом медицинского знания стали монастыри. А когда в XII в. во Франции, Англии и Италии начали открываться первые университеты, в них начала преподаваться и медицина, но не как самостоятельная наука, а как часть физических наук, которые входили в курс философии. В конце XVIII – начале XIX в. в результате значительных достижений в естествознании и науках о человеке в Европе, в том числе и в России начинают появляться медицинские факультеты в университетах и открываться медицинские академии.

С течением времени медицинская наука продолжала развиваться, появлялись новые методы лечения и диагностики. Сегодня медицина является одной из наиболее развитых отраслей науки и техники, которая способна предотвратить распространение болезней повсеместно.

Основные тенденции развития рынка медицинских услуг, обусловленные внедрением новых технологий, в частности цифровизацией, а также появлением новых форм оказания медицинских услуг, таких как телемедицина, достаточно подробно и глубоко рассматриваются в современных научных исследованиях такими авторами, как Богданов А.М. [1], Городнова Н.В., Клевцов В.В., Овчинников Е.Н. [2], Дмитриева Н.В., Габинская О.С. [3], Мануйлов В.М., Санина Н.П., Кравцова М.В., Щербюк А.Н., Гусева М.Н. [4], Руденко М.Н., Рожков Д.В. [5], Хмелева Г.А. [6], Чернышев Е.В., Петрова Г.Д., Беззубенко О.И. [7].

Кадры решают все. Это вроде бы «заезженная» фраза для медицинских организаций остается всегда актуальной. Во многом конкурентоспособность медицинской организации зависит от того медицинского персонала, прежде всего врачей, которые трудятся в этой организации. Именно поэтому интерес ученых и практиков к анализу проблем мотивации медицинских работников не ослабевает. Данная проблематика достаточно широко и подробно освещена в научных исследованиях такими экспертами, как Белоносова А.В., Кивелева Н.Н., Комарова О.В. [8], Давыдович А.Р., Шмелева Т.В., Кресова Н.С. [9], Меркулов Н.А., Анисимов А.Ю. [10], Обухова О.В., Кадыров Ф.Н., Чилилов А.М., Ендовицкая Ю.В. [11], Сафонов А.С., Шубенкова Е.В. [12], Чилилов А.М., Кадыров Ф.Н. и др. [13, 14].

А какие факторы оказывают непосредственное влияние на конкурентоспособность медицинских работников? Кроме таланта, это, конечно же, уровень медицинского образования, полученного конкретным работником. Следует отметить, что в научных публикациях достаточно подробно рассматриваются особенности получения высшего, среднего и дополнительного профессионального медицинского образования [15–22]. Особый интерес представляют исследования, в которых затрагиваются проблемы интернационализации и интеграции медицинского образования [23–26].

Медицинский работник продолжает учиться всю свою жизнь, поскольку способы оказания медицинской помощи совершенствуются, в сферу здравоохранения внедряются новые технологии. Таким образом, концепция непрерывного образования медицинских работников, т.е. концепция образования длиною в жизнь (life-long learning), для сферы медицины, по сути, является основой деятельности. Данная проблематика является предметом научных исследований таких авторов, как Аверьянов П. Ф. [27], Борисов Д. А. [28], Буромский И. В. [29], Иванова И. Г. [30], Камынина Н. Н., Иванов А. В., Филин А. С. [31], Левина И. А. [32], Лобачев И. В., Соловьев А. И., Корнилов В. А., Резванцев М. В. [33], Непершина В. Р. [34], Олышева И. А., Бурлачук В. Т., Кожевникова С. А., Трибунцева Л. В. [35], Потемкина Н. В. [36].

То, что медицинский работник должен постоянно учиться сомнений не вызывает. Но вопрос о том, насколько допустимо применение дистанционного образования в этой сфере, вызывает много сомнений и споров. Именно поэтому вызовы и возможности применения ИКТ, цифровизации, виртуальной реальности в медицинском образовании вызывают неослабевающий интерес ученых [36–44].

С учетом вышеизложенного интересно проследить, как эволюционировало медицинское образование и с какими вызовами оно сталкивается в XXI в. Именно этим вопросам и посвящено наше исследование.

Основная часть

Медицинская деятельность возникла еще на ранних стадиях человеческого существования. Уже в первобытном обществе люди испытывали потребность в лечении и уходе за больными. Опыт и знания по медицине передавались из поколения в поколение и совершенствовались вместе с развитием общества. С появлением первобытного хозяйства и ростом населения формировалась родовая организация общества. Люди объединялись для совместного труда, причем только те, кто находился в родственных отношениях. На первой ступени родового строя господствующее положение занимала женщина, так как существовавшие условия материальной жизни общества делали женщину основным заботящимся о домашнем хозяйстве и здоровье членов семьи лицом.

Можно сказать, что при матриархате первобытнообщинный строй достиг своего расцвета. В этот период женщины были основными знатоками лечебных трав, кореньев и других природных средств. Они узнавали съедобные и несъедобные коренья и травы, подмечали их ядовитые, рвотные или слабительные свойства и использовали их для лечения болезней и ухода за больными. С течением времени медицинская наука продолжала развиваться, появлялись новые методы лечения и диагностики. Сегодня медицина является одной из наиболее развитых отраслей науки и техники, которая способна предотвратить распространение болезней повсеместно.

Развитие орудий производства и технологий добычи ресурсов, а также прогресс в земледелии и скотоводстве привели к возникновению общественного разделения труда и торговли, частной собственности и имущественного неравенства, разделению людей на классы и эксплуатации одних другими. Возросшие производительные возможности стали противоречить производственным отношениям, в результате чего первобытно-общинный уклад уступил место новым производственным отношениям – рабовладельческому строю. В первобытных обществах медицина была неоднородной на протяжении длительного времени.

Одна из старейших форм медицинской деятельности, которую можно назвать, – это помощь в родах и уход за младенцами, в том числе лечение детских заболеваний и их профилактика. В истории развития акушерства и педиатрии раннего возраста эти направления возникли вместе и были тесно связаны друг с другом. Во всех культурах забота о здоровье матери и младенца была поручена женщинам, которые накопили значительные знания для своего времени и передавали их из поколения в поколение.

Стоит отметить, что расстройства, связанные с питанием, являются одними из самых распространенных болезненных состояний, которые испытывают люди. Интересно отметить, что уже с древних времен нарушения в пищевом рационе были замечены и стали известны. В тибетской медицине существует мнение, что «рот является воротами всех болезней», а также, что первой болезнью была болезнь желудка.

Человечество накопило богатый опыт в распознавании природных лечебных средств благодаря тысячелетиям передачи знаний от поколения к поколению. Изучая растительный мир, люди открывали питательные, лечебные и порой опасные свойства различных растений. С самых ранних этапов развития медицины человечество накапливало знания о лечебных средствах, таких как слабительные, рвотные, противоядия, органы животных для наружного и внутреннего использования. Развитие и совершенствование производства сопровождалось усилением знаний о заболеваниях и открытием новых методов лечения и борьбы с ними.

Человечество всегда стремилось сохранить свое здоровье и бороться с различными болезнями. Одним из первых случаев медицинской помощи была помощь при родах, при отравлениях, поносах и травмах. Накопление опыта позволило распознавать лечебные свойства растительных средств, а также органов животных для наружного и внутреннего употребления. С развитием производства и науки человек научился вырабатывать средства борьбы с болезнями, а хирургия стала неотъемлемой частью медицины. Навыки защиты от неблагоприятных условий и примитивная народная гигиена сформировались в процессе жизни и домашней производственной работы, что создало основы гигиены пищи и жилища. Развитие медицины было неразрывно связано с развитием общества и техники, что позволило сохранить и продлить человеческую жизнь.

Знания о приемах первой помощи и элементарных хирургических методах существовали задолго до того, как было изучено строение и функции человеческого тела. На самом деле, медицинская практика возникла из практических потребностей, а теория медицины появилась позже, на основе практического опыта.

С развитием общества и производства возникли новые воззрения на болезнь и ее лечение. В эпоху рабовладения врачи учитывали воздействие окружающей среды, привычек и образа жизни на здоровье человека, а также придерживались теории гуморалной патологии.

В эпоху феодализма развивались теории госпитализма, магии и применения трав, а также усовершенствовалась хирургия. С развитием науки и промышленности в эпоху капитализма возникли новые теории и методы лечения, основанные на научных исследованиях и применении новых технологий. В настоящее время медицина продолжает развиваться, используя передовые научные достижения и новейшие технологии, и учитывая современные вызовы и потребности человечества.

Для первобытного человека, живущего в условиях суровой природы, болезнь была связана с нехваткой еды, воды, тепла или же с неблагоприятными условиями окружающей среды. Его медицинские воззрения были основаны на наблюдении за животными и их поведением во время болезни, а также на опыте лечения себя и своих близких при помощи природных средств.

Первобытный человек верил в то, что болезнь вызывается действием внешних сил, таких как злые духи, вредоносные животные или сглаз. Он старался избежать этих внешних сил, обращаясь к магическим обрядам и заклинаниям, а также использованию трав и растений для лечения. Таким образом, первоначальные медицинские воззрения первобытного человека были реалистическими и стихийно-материалистическими, отражая его представления о мире и его силами.

В период онтологических представлений о болезни, которые существовали в различные исторические эпохи, болезнь рассматривалась как внешнее существо, которое может проникнуть в тело человека и вызвать болезненное состояние. Эти представления базировались на наблюдениях за окружающей природой и событиями в жизни людей. Например, наличие паразитов и инфекций, которые впоследствии были выявлены научно, было тогда объяснено наличием вредных существ, проникающих в тело и вызывающих болезни. Эти представления были распространены в разных культурах и народах, и некоторые термины из этой эпохи до сих пор используются в медицинской терминологии. Однако с развитием науки и медицинской практики эти представления были пересмотрены и заменены на более рациональные и научные объяснения причин болезней.

Ранее, в истории медицины, существовал период, когда болезнь рассматривалась как внешнее и враждебное человеку живое существо. Эта онтологическая концепция предполагала, что болезнь представляет собой конкретное, материальное, маленькое живое существо, которое проникает в тело человека извне и вызывает болезненное состояние.

Эти онтологические представления о болезни сохраняются и по сей день в народных представлениях и даже в научной медицинской терминологии, например, в терминах «рак» и «грыжа».

Первобытные люди относили явления, такие как сон, обморок, эпилепсия, галлюцинации и болезни, к деятельности их внутреннего двойника - души, которая могла временно покидать тело. Древние египтяне верили в загробную жизнь и считали ее продолжением земной жизни.

Середина II тыс. до н. э. стала временем, когда египтяне начали приобретать первоначальные знания о структуре человеческого тела через процесс бальзамирования. Знания о медицине в Древнем Египте передавались главным образом через различные источники, такие как тексты папирусных свитков, труды историков (Манефон, Геродот), писателей древности (Диодор, Полибий, Страбон, Плутарх), записи и изображения на стенах пирамид, гробниц, саркофагах и заупокойных стелах, а также «Книгу мертвых».

В дальнейшем, в рамках родовых обществ, эти представления получили форму религии. Борьба между добром и злом, божествами и злыми духами (демонами) лежала в основе всех религиозных верований. С самых ранних этапов своего развития религия влияла на подходы к лечению и представления о возникновении болезней. Демонологические верования в болезни были распространены у всех народов прошлого, и нередко долго сохранялись в народных представлениях, иногда даже до наших дней. Эти представления привели к возникновению бесчисленных форм суеверий. В первобытных обществах при разделении труда появлялись отдельные профессии, включая знахарей, чьи обязанности включали лечебные практики и примитивную медицину. Мистические представления о болезнях, их причинах, магические действия и таинственные силы для их лечения были связаны с религиозными верованиями. Особый интерес вызывали представления о лихорадках, которые жили в народе на протяжении веков. Название «лихорадка» происходит от слов "лихо" и "радеть", то есть заботиться о ком-то со злобными намерениями. Тесная связь медицины с религиозными культовыми установлениями привела к формированию так называемой жреческой медицины, которая характеризовала большую часть рабовладельческих общественно-экономических формаций.

В разных языках названия врачей отражают двойственную природу медицинской профессии в древности. Например, слово «лекарь» (в древней Руси «лечец») выражает реалистичный народный опыт лечения (лекарство) и имеет латинские аналоги, такие как «медик», «медикамент» и «медицина» (от слова «medicare» - лечить). Однако, существует такой термин, как «врач». В лингвистическом сообществе высказывают мнение, что данный термин произошел от древнерусского «вър» - заговаривать. Действительно, нельзя отрицать того, что в древние времена многие болезни лечились именно заговорами. Кроме этого, на сегодняшний день до сих пор существуют язычники, проживающие в сельской местности, прибегающие к таким методам лечения.

Стоит отметить, что одним из первых мыслителей и ученых древности, кто обратил внимание на причины появления заболеваний, был Гиппократ. Он не признавал «божьи промыслы» в качестве причин возникновения недуга в людей, тем самым отделив медицину от религиозных верований [45, c. 4].

Первоначально лекари-ремесленники не были связаны с религиозными служителями культа, а функции знахаря и жреца соединились в результате эволюции. Многие лечебные приемы и средства, возникшие в первобытнообщинном строе, сохранились в народной медицине и используются до настоящего времени. Это означает, что древние лечебные методы и традиции передаются из поколения в поколение, и они продолжают оставаться важными для значительного числа людей.

Первобытная медицина не оставалась в неизменном виде, а в процессе длительного развития обогащалась новыми данными. Врачу необходимо быть знакомым с народной медициной, чтобы понимать воззрения народа на вопросы медицины, народные обычаи и традиции, а также чтобы бороться с вредными предрассудками в повседневной работе.

С развитием феодального общества и образованием государства на Руси, произошло объединение восточных славян, что способствовало формированию общественной жизни, культуры и медицины. Государство Древняя Русь (Киевская Русь) просуществовало около 300 лет и приобщилось к византийской культуре, что позволило использовать наследие медицины античного мира и народов Востока. Информация о врачевании на Руси в период ее существования и дезинтеграции содержится в различных источниках, таких как летописи, уставы, своды законов, памятники устной и материальной культуры.

Стоит отметить, что в «Уставе великого князя Владимира Святославовича» определено положение врачей в обществе, их правовой статус, а также правовое положение медицинских учреждений, которые подчинялись церковному суду. Свод законов Древней Руси «Русская правда» из XI-XII веков закреплял право на медицинскую практику и легальность взимания платы за услуги врачей. Исключительное право на врачевание было предоставлено лечцам.

Немного позднее, в эпоху правления Ивана IV на земли России прибыло много иностранных врачей и аптекарей, которые стали первыми учителями для будущих отечественных медиков. Новые знания и опыт, внедренные иностранцами, были быстро усвоены русскими учениками и успешно применены на практике. Однако, в то время официальной медицинской системы в России еще не было.

В XVIII веке, благодаря петровским реформам, начало формироваться медицинское образование в России. Главной задачей было подготовить медицинских специалистов для армии, флота и гражданской сферы. Хотя школа при Аптекарском приказе в XVI веке существовала недолго, она не повлияла на будущее медицинского образования в России. Настоящее начало систематическому медицинскому образованию в России произошло с открытием госпитальной школы при первом постоянном госпитале в Москве (ныне Главный Клинический госпиталь им. Н.Н. Бурденко) в 1707 году под руководством Н.Л. Бидлоо. Школа готовила медицинских специалистов для армии и флота, и была содержана за счет церковных отчислений.

Новый этап медицинского образования ознаменован был в период XIX века благодаря появлению высших учебных заведений и их распространению по территории страны. Те, кто хотели получить звание Лекаря или Аптекаря, могли требовать экзамена от Медицинского Отделения и, получив удостоверение Университета, имели право на производство вольной практики [1].

К 1840-м годам медицина в России столичных городов «во многом опередила зарубежную медицину» [46, С. 69], однако в городах, находящихся в отдалении от центра, а также в сельской местности уровень медицинской помощи был низким из-за нехватки специалистов.

Немного позднее, в 1860-е начался новый этап развития системы подготовки медицинских кадров в России. Это произошло в рамках более общих модернизационных процессов, которые охватывали все сферы жизни страны [47, С. 162–168]. В частности, одним из важных событий в этот период стала реформа образования, проведенная министром народного просвещения Д.И. Толстым в 1863 году. В рамках этой реформы было создано новое высшее учебное заведение – Медико-хирургическая академия.

Изменения в системе здравоохранения и появление самостоятельных земских и городских медицинских систем требовали наличия высококвалифицированных специалистов, готовых работать в уездных городах и на селе. Эти изменения также потребовали пересмотра образовательной системы подготовки медицинских кадров [48, С. 140–148].

В то время на всех медицинских факультетах университетов России училось лишь 8000 студентов-медиков. Ежегодно выпускалось только 980 врачей, что было недостаточно для удовлетворения потребностей населения в медицинской помощи, особенно в условиях высокой смертности и частых эпидемий [49, С. 77].

К 1915 году Россия достигла третьего места в мире по количеству врачей (после Японии и Германии). Значительно улучшилась динамика: в 1911 году приходилось один врач на 6360 человек, а в 1914 году уже на 5140. В сельской местности врач в среднем обслуживал 20 тысяч человек, а в городе - 1,8 тысячи человек [50, С. 1-6]. Этот успех в значительной мере был обусловлен деятельностью медицинских образовательных учреждений Российской империи.

В России активно началась реформа медицинского образования после смены власти в 1917 году. В течение 1930-х годов медицинские факультеты университетов были преобразованы в самостоятельные медицинские институты.

В 1960-е годы произошла значимая реформа высшего медицинского образования, которая заключалась в ранней профилизации будущих врачей и последующей специализации на базе крупных лечебно-профилактических учреждений. Однако несмотря на то, что Россия занимала первое место в мире по обеспеченности врачебными кадрами, она испытывала ощутимую нехватку средних медицинских работников.

Начиная с 1930-х годов, все медицинские факультеты в стране были преобразованы в медицинские институты, и к 1935 году уже существовало 55 институтов, включающих фармацевтические, педиатрические и стоматологические факультеты, которые стали основой для создания первых медицинских университетов. Кроме того, были введены ординатура по клиническим кафедрам и аспирантура.

В 1990-х годах в мировом образовательном сообществе был осуществлен пересмотр понятий не только «образование», но и других связанных с ним терминов, например, «обучение». В первом случае ключевой роль в образовательном процессе отводилась преподавателю, который был «проводником, ведущим к знаниям, умениям и навыкам». Во втором случае, главным был не преподаватель, а ученик, который сам шел к знаниям, умениям и навыкам, а точнее – «к формированию своей личностной культуры» [51, С. 13–25].

Болонская декларация, подписанная Российской Федерацией в 2003 году [2], стала важным шагом в направлении интеграции российской системы образования в европейское и мировое образовательное пространство. Декларация определяет принципы и цели, которые должны быть достигнуты в рамках образовательной политики стран-участниц.

В настоящее время в Российской Федерации медицинская сфера является наиболее многочисленной по количеству студентов – на соответствующих специальностях обучается около 290 тыс. человек [3]. Состав топ-5 рейтинга вузов в сфере «медицина» в 2023 г. не претерпел изменений.

При этом в топ-20 рейтинга в 2023 году появилось сразу четыре новых участника – это медицинские университеты Тюмени, Самары, Краснодара и Рязани. Вместе с тем, в рейтинге вузов, предоставляющих обучение по медицинским специальностям и направлениям подготовки, уменьшилось количество классических университетов: если в 2022 году их было пять, то теперь – только три (помимо МГУ и СПбГУ в список вошел РУДН), а все остальные позиции заняли специализированные вузы, подведомственные Минздраву России.

Вузы, вошедшие в данный рейтинг, набирают абитуриентов по специальностям «лечебное дело», «педиатрия», «стоматология», «остеопатия», «медицинская биохимия», «медицинская биофизика», «медицинская кибернетика».

Предметные рейтинги вузов России вышли в 2023 году второй раз. В новом выпуске количество охваченных предметных областей увеличилось на 20% и составило 35 направлений. В списки лучших вошли 164 вуза из 42 регионов России.

Таблица 1

Рейтинг вузов России, предоставляющих медицинское образование, RAEX за 2023 год

Место, 2023 г.
Название вуза
Место 2022 г.
Балл
1
Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сеченова Минздрава России
1
100,00
2
Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н.И. Пирогова Минздрава России
2
91,30
3
Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова
3
83,55
4
Санкт-Петербургский государственный университет
4
76,47
5
Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет имени академика И.П. Павлова Минздрава России
5
73,58
6
Московский государственный медико-стоматологический университет имени А.И. Евдокимова Минздрава России
7
70,71
7
Северо-Западный государственный медицинский университет имени И.И. Мечникова Минздрава России
6
67,51
8
Башкирский государственный медицинский университет Минздрава России
8
65,13
9
Российский университет дружбы народов имени Патриса Лумумбы
9
64,74
10
Сибирский государственный медицинский университет Минздрава России
10
59,86
11
Волгоградский государственный медицинский университет Минздрава России
14
53,75
12
Саратовский государственный медицинский университет имени В.И. Разумовского
13
52,39
13
Казанский государственный медицинский университет Минздрава России
12
52,38
14
Приволжский исследовательский медицинский университет Минздрава России
11
52,34
15
Тюменский государственный медицинский университет Минздрава России
-
51,96
16
Санкт-Петербургский государственный педиатрический медицинский университет Минздрава России
16
51,69
17
Самарский государственный медицинский университет Минздрава России
-
50,31
18
Кубанский государственный медицинский университет Минздрава России
-
48,56
19
Воронежский государственный медицинский университет имени Н.Н. Бурденко Минздрава России
17
48,39
20
Рязанский государственный медицинский университет имени академика И.П. Павлова Минздрава России
-
48,19
Справочно:
Критерии предметных рейтингов вузов России
1. Средний балл ЕГЭ поступивших на обучение на бюджетные и платные места (по рассматриваемым направлениям подготовки/специальностям, очная форма обучения).
2. Численность победителей и призеров олимпиад школьников, принятых без вступительных испытаний на первый курс программ бакалавриата/специалитета рассматриваемых направлений (очная форма обучения).
3. Количество победителей и призеров российских студенческих олимпиад в рассматриваемых предметных областях за 3 года.
4. Количество массовых открытых онлайн-курсов вуза, размещенных на крупнейших платформах.
5. Доля поступивших на обучение на программы магистратуры соответствующих направлений, имеющих диплом бакалавра/специалиста иного вуза (очная форма обучения).
6. Численность ППС (в пересчете на полную занятость) в расчете на 100 студентов всех форм обучения.
7. Доля НПР, имеющих ученую степень.
8. Объем финансирования в расчете на численность студентов всех форм обучения.
9. Количество индексируемых в базе Web of Science Core Collection публикаций за три полных года.
10. Количество цитирований на 1 публикацию, индексируемую в Web of Science Core Collection за три полных года.
11. Количество индексируемых в Scopus публикаций за три полных года.
12. Количество цитирований на 1 публикацию, индексируемую в Scopus за три полных года.
13. Количество индексируемых в РИНЦ публикаций за отчетный год.
14. Совокупная цитируемость публикаций вуза, изданных за последние 5 лет, индексируемых в РИНЦ.
15. Доход от исследований c поправкой на масштаб (на размер контингента в рассматриваемой области).
16. Удельный вес внебюджетных источников в общем объеме внутренних и внешних затрат на научные исследования и разработки.
17. Доля аспирантов в общей численности обучающихся (по рассматриваемым направлениям, очная форма обучения).
18. Численность лиц, защитивших кандидатские диссертации в диссертационных советах в отчетном году (в рассматриваемых предметных областях).
19. Количество образовательных программ, по которым ведется приём (бакалавриат, специалитет, магистратура)
20. Доля студентов первого курса из других регионов (по рассматриваемым направлениям, очная форма обучения).
21. Аудитория сайта вуза.
22. Количество подписчиков аккаунта университета в соцсетях.
23. Доля студентов, обучающихся в вузе по рассматриваемым направлениям, от общего количества студентов в регионе по соответствующим направлениям (очная форма обучения).
24. Численность прошедших обучение по программам ДПО за отчетный год.
25. Объем средств, привлеченных по программам ДПО за отчетный год.
26. Доля обучающихся по договорам о целевом обучении (по рассматриваемым направлениям, очная форма обучения, бакалавриат, специалитет, магистратура).
27. Индекс медиаактивности вуза.
Численность обучающихся программ бакалавриата, специалитета и магистратуры (по рассматриваемым направлениям, очная форма обучения).
Примечание: Методика формирования предметных рейтингов вузов России RAEX состоит в следующем. Предметные рейтинги строятся на основании оценки трех миссий университета – образовательной, научной, общественной. Рейтинги отвечают на вопрос: какие университеты обеспечивают наилучшую образовательную и научную подготовку студентов в конкретной предметной области с учетом вклада вуза в социальное развитие? Рейтинги строятся исключительно на объективных показателях и не используют результаты опросов экспертов. При составлении предметных рейтингов анализировались статистические данные Минобрнауки РФ, провайдеров библиометрических данных Clarivate Analytics и Scopus, организаторов студенческих состязаний «Я – профессионал», системы мониторинга и анализа СМИ и соцмедиа «СКАН-Интерфакс», агрегаторов онлайн-курсов, данные Informer Technologies о посещаемости сайтов, а также данные социальных сетей YouTube, Telegram, «ВКонтакте». Для включения вуза в шорт-лист по конкретному направлению необходимо выполнение двух условий. Первое – вуз должен осуществлять набор студентов на 1 курс. Второе условие – количественное: численность обучающихся на всех курсах по рассматриваемому направлению должна быть не ниже порогового значения, установленного в диапазоне от 100 до 200 человек, в зависимости от предметной области. Это позволило исключить вузы, чей вклад в подготовку выпускников в рассматриваемых областях признан несущественным. Пороги зависят от масштаба подготовки в рамках всей страны. Для направлений с малой численностью обучающихся (менее 20 тыс. студентов по России, например, в сферах «социология», «география», «химия») пороговое значение составляет 100 человек; для высоко популярных направлений (свыше 40 тыс. студентов по всей России, например, «ИТ», «медицина», «педагогика», «экономика», «менеджмент») – 200 человек. Для остальных направлений, со средним масштабом подготовки (от 20 тыс. до 40 тыс. студентов), порог установлен на уровне 0,5% от общего количества обучающихся в российских вузах в рассматриваемой сфере. Анализировались только головные вузы, филиалы университетов не рассматривались. При оценке первой – образовательной – миссии университетов оцениваются качество подготовки зачисленных абитуриентов, кадровая обеспеченность вуза, конкурентоспособность магистратуры, объем финансирования, результаты выступления обучающихся на российских студенческих олимпиадах, количество массовых онлайн-курсов. Показатели группы «Наука» включают библиометрические показатели (публикации и их цитирование), согласно базам Web of Science, Scopus и РИНЦ, доход от исследований c поправкой на масштаб, масштаб подготовки кадров высшей квалификации (аспирантура), количество защит диссертаций, а также удельный вес внебюджетных источников в общем объеме затрат на научные исследования и разработки. При оценке третьей, общественной миссии вузов учитывались как предметные, так и институциональные показатели, имеющие отношение к вузу в целом. Так, на предметном уровне велось сравнение по показателям, измеряющим: вклад вуза в подготовку кадров для региона, доля обучающихся по направлению в масштабах страны, долю целевиков, долю студентов первого курса из других регионов. Критерии институционального уровня, также используемые в группе «Общество», – объем дохода от программ ДПО и количество прошедших обучения по ним, многообразие знания на уровне вуза (количество программ, по которым ведется приём), аудитория сайта вуза и количество подписчиков в социальных сетях, а также частота упоминаний вуза в СМИ. Методология предметных рейтингов разработана с учетом характерных особенностей, свойственных различным сферам. Поэтому в предметных рейтингах используются разные наборы показателей и разные веса. Так, для естественно-научной сферы и инженерных направлений вес группы «Наука» составляет 35%, тогда как для социальной и гуманитарной сфер – 25% (показатели научной деятельности – цитирование, публикации, исследовательские бюджеты и пр. – в сфере естественных наук значительно выше, чем по социогуманитарным направлениям). Вес показателей группы «Образование» для естественно-научной сферы и инженерных направлений составил 40%, тогда как для социальной и гуманитарной сфер – 50%. Все показателей третьей группы, «Общество», в обоих случаях составляет 25%. Итоговые списки лучших вузов по предметным областям содержат 20 позиций. Исключение – сферы «Ядерная энергетика и технологии», «Кораблестроение и водный транспорт» и «Технологии легкой промышленности», в которых количество вузов, удовлетворяющих условиям включения в шорт-лист, меньше 20.

Источник: Предметные рейтинги: медицина, 2023 год/ Rating Review, 16.05.2023. URL: https://raex-rr.com/education/subject_ranking/medicine/2023/ (дата обращения: 20.08.2023).

А.К. Суббетто считает, что вуз является системой, состоящей из педагогической, научно-исследовательской, хозяйственной и социальной составляющих [52, C. 25], а Л.С. Гребнев дополняет это понимание системой управления [51, С. 13–25]. Образовательная деятельность является ведущей в педагогической системе, а научная деятельность – в научно-исследовательской системе. Взаимодействие этих систем обеспечивает формирование интегрированного продукта, включающего инновационные разработки и образовательные услуги.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Современная парадигма образования ориентирована на развитие личности через самостоятельную работу и творческое развитие. Эта парадигма соответствует требованиям болонского процесса, который предъявляет новые требования к качеству образовательной системы и развитию профессиональной компетентности личности. Основной целью образования является не только передача знаний, но и формирование навыков самостоятельного обучения и развития.

Компетентность в образовании означает, что человек обладает не только необходимыми знаниями и навыками, но также имеет соответствующее личностное отношение к предмету деятельности и понимание ответственности за свои действия. Компетентностный подход в образовании включает формирование модульных дисциплин, которые объединяют группу родственных компетенций.

Существующие методы преподавания в системе профессионального дополнительного образования не подходят для формирования у слушателей необходимых практических навыков в новых экономических условиях, так как они основаны на традиционных лекционных методах обучения. Для решения этой проблемы необходим переход на новые технологии обучения, такие как образовательные модули, проектные методы обучения, стажировки, дистанционное обучение и другие, что повысит эффективность образования в системе профессионального дополнительного образования.

Дистанционное обучение в медицинской отрасли действительно имеет множество преимуществ, включая доступность обучения в любое время и из любой точки мира, экономию времени и денежных средств на переезды и проживание в другом городе или стране, а также возможность более широкого и глубокого изучения материала за счет использования интерактивных технологий.

Однако необходимо учитывать, что медицинское образование требует высокой квалификации и практических навыков, которые не всегда могут быть получены в полной мере через дистанционное обучение. Некоторые аспекты медицинской практики могут требовать обучения на месте, с использованием специального оборудования и расходных материалов. Также следует отметить, что в медицинском образовании необходимым является практический опыт и обучение под руководством наставника. Поэтому даже при использовании дистанционных технологий, необходимо обеспечить возможность практического обучения с наставником и использования специального оборудования в необходимых случаях.

Действительно, подготовка медицинских специалистов требует значительных затрат на оборудование. Однако, использование современных технологий, таких как виртуальные тренажеры и симуляторы, может помочь снизить эти затраты. Такие технологии могут эффективно заменить реальное оборудование для обучения некоторым навыкам, позволяя студентам получить опыт без риска для пациентов.

Кроме этого, подготовка практических навыков требует квалифицированного наставника (некоторые стадии обучения требует индивидуальной работы в малых группах), оплата труда которого является значительной статьей расхода. Стоит отметить, что средняя стоимость обучения студента медика составляет в стоимостном выражении в диапазоне от 250 000 до 330 000 долл. США в зависимости от учебного заведения [4].

Таким образом, медицинское образование в первой четверти XXI в. остается как никогда востребованным, но несмотря на развитие новых технологий и в медицине как таковой, и в образовании в целом, решающую роль по-прежнему играет ресурс человеческих знаний, накопленный человеческий капитал и талант.

[1] Полное собрание законов Российской империи. Ст. 20531.

[2] 11 апреля 2022 г. на фоне сложной политической обстановки в Европе российские вузы исключили из Болонской системы. Тем не менее, на наш взгляд, сделанные за 20 лет наработки и достижения продолжат оказывать влияние на развитие медицины и медицинского образования в России и в последующие годы.

[3] Предметные рейтинги: медицина, 2023 год/ Rating Review, 16.05.2023. URL: https://raex-rr.com/education/subject_ranking/medicine/2023/ (дата обращения: 20.08.2023).

[4] Wood S. 15 Most Expensive Private Medical Schools. May 17, 2023. URL: https://www.usnews.com/education/best-graduate-schools/the-short-list-grad-school/articles/most-expensive-private-medical-schools (дата обращения: 20.08.2023).


Источники:

1. Богданов А.М. Трансформации бизнес-моделей наукоемких компаний медицинского сектора на основе системы взаимоотношения со стейкхолдерами // Лидерство и менеджмент. – 2017. – № 4. – c. 189-196. – doi: 10.18334/lim.4.4.38332.
2. Городнова Н.В., Клевцов В.В., Овчинников Е.Н. Перспективы развития телемедицины в условиях цифровизации экономики России // Вопросы инновационной экономики. – 2019. – № 3. – c. 1049-1066. – doi: 10.18334/vinec.9.3.41173.
3. Дмитриева Н.В., Габинская О.С. Актуальные вопросы онлайн-продвижения медицинских услуг // Экономика, предпринимательство и право. – 2020. – № 3. – c. 877-890. – doi: 10.18334/epp.10.3.100705.
4. Мануйлов В.М., Санина Н.П., Кравцова М.В., Щербюк А.Н., Гусева М.Н Управление государственной медицинской организацией в условиях цифровой трансформации здравоохранения // Лидерство и менеджмент. – 2022. – № 2. – c. 619-638. – doi: 10.18334/lim.9.2.114135.
5. Руденко М.Н., Рожков Д.В. Актуальные проблемы государственного регулирования сферы медицинских услуг // Экономическая безопасность. – 2022. – № 4. – c. 1633-1648. – doi: 10.18334/ecsec.5.4.116149.
6. Хмелева Г.А. Феномен постковидного синдрома в мировой и российской экономике (на примере инноваций отраслей образования и медицинских услуг) // Экономические отношения. – 2021. – № 3. – c. 603-618. – doi: 10.18334/eo.11.3.112805.
7. Чернышев Е.В., Петрова Г.Д., Беззубенко О.И. Развитие экспорта медицинских услуг России в 2021 году // Экономика, предпринимательство и право. – 2022. – № 5. – c. 1625-1638. – doi: 10.18334/epp.12.5.114759.
8. Белоносова А.В., Кивелева Н.Н., Комарова О.В. Система льгот и компенсаций как фактор привлечения трудовых ресурсов в медицинские учреждения // Экономика труда. – 2016. – № 1. – c. 81-96. – doi: 10.18334/et.3.1.35155.
9. Давыдович А.Р., Шмелева Т.В., Кресова Н.С. Неценовые компоненты конкурентоспособности медицинской организации первичного звена // Экономика, предпринимательство и право. – 2020. – № 10. – c. 2565-2578. – doi: 10.18334/epp.10.10.110972.
10. Меркулов Н.А., Анисимов А.Ю. Роль мотивации медицинских работников в повышении эффективности предоставления медицинских услуг // Лидерство и менеджмент. – 2023. – № 3. – c. 771-782. – doi: 10.18334/lim.10.3.118115.
11. Обухова О.В., Кадыров Ф.Н., Чилилов А.М., Ендовицкая Ю.В. Анализ формирования оплаты труда медицинских работников в сегодняшних эпидемиологических условиях // Экономика труда. – 2023. – № 3. – c. 413-432. – doi: 10.18334/et.10.3.117532.
12. Сафонов А.С., Шубенкова Е.В. Методические подходы к оценке сложности труда медицинских работников // Лидерство и менеджмент. – 2022. – № 1. – c. 291-308. – doi: 10.18334/lim.9.1.114276.
13. Чилилов А.М., Кадыров Ф.Н. Вопросы трудовых отношений с работниками, оказывающими медицинскую помощь с применением телемедицинских технологий // Экономика труда. – 2022. – № 11. – c. 1885-1898. – doi: 10.18334/et.9.11.116519.
14. Чилилов А.М., Кадыров Ф.Н., Мамаев М.Г. Баланс прав и обязанностей медицинских работников и пациентов при оказании медицинской помощи с применением телемедицинских технологий // Экономика, предпринимательство и право. – 2023. – № 6. – c. 2041-2054. – doi: 10.18334/epp.13.6.117790.
15. Безуглый Т. А., Батурина И.В. Особенности получения высшего медицинского образования выпускниками учреждений среднего профессионального образования (медицинских колледжей и техникумов) // Проблемы современного образования. – 2020. – № 6. – c. 228-235. – doi: 10.31862/2218-8711-2020-6-228-235.
16. Григорович М. С. Оценка отношения участников системы дополнительного профессионального образования медицинских кадров к различным формам образования // Международный форум врачей общей практики/семейных врачей: V Всероссийский съезд врачей общей практики (семейных врачей), Киров, 22–23 мая 2018 года. – Киров: Синапс. Киров, 2018. – c. 45-46.
17. Силкина Т.В. Проблемы образования и социализации молодого поколения в системе среднего медицинского образования. / материалы обл. науч.-практической конф. средних мед. учеб. заведений г. Волгограда и Волгоградской обл. - Волгоград: Волгоградское науч. изд-во, 2006.
18. Хаматханова Е. М., Марчук Н.П., Чучалина Л.Ю. Роль последипломного образования в деятельности специалистов со средним медицинским профессиональным образованием // Виртуальные технологии в медицине. – 2020. – № 3(25). – c. 39-40. – doi: 10.46594/2687-0037_2020_3_1246.
19. Garipova A. V. Targeted education for the medical industry as a forward-looking field // Информация и образование: границы коммуникаций. – 2023. – № 15(23). – p. 49-52. – doi: 10.59131/2411-9814_2023_15(23)_49.
20. Lapasov S. Kh., Khakimova L. R., Ablakulova M. Kh., Lapasova Z. Kh. Module system of education in the teaching process of Medical students // Медицина и экология. – 2017. – № 4(85). – p. 106-110.
21. Zaliavska O. The interactive method as an educational innovation in higher medical education // Sciences of Europe. – 2021. – № 78-2(78). – p. 22-23. – doi: 10.24412/3162-2364-2021-78-2-22-23.
22. Zholudova A. N., Os\'kin D. N., Polyakova O. V., Vershinin E. G. Development tendencies of the inclusive education system at higher medical school: adaptation, maintenance, professional readiness // Bioethics. – 2020. – № 2(26). – p. 32-38. – doi: 10.19163/2070-1586-2020-2(26)-32-38.
23. Вольфберг, Д. М., Гальфанович И. Л. Система медицинского образования в Великобритании и США = : The system of medical education in Great Britain and the USA. - СПб. : Изд. дом СПбМАПО, 2003. – 12 c.
24. Логвинов Ю. И., Свиридова С.А. Интеграция в международную систему медицинского образования совместно с АМЕЕ (Международной ассоциацией медицинского образования) // Виртуальные технологии в медицине. – 2018. – № 2(20). – c. 14.
25. Karpova A. V., Riaskin K. A. Internationalization of medical education: Voronezh medical University in the context of global trends and perspectives // International Journal of Humanities and Natural Sciences. – 2020. – № 7-3(46). – p. 10-13. – doi: 10.24411/2500-1000-2020-10799.
26. Khokhlova L. A., Andreeva E. A., Kiseleva L.G. Russian Medical Education from International Students' View Point: Challenges and Coping Strategies // Russian Journal of Education and Psychology. – 2022. – № 5. – p. 82-98. – doi: 10.12731/2658-4034-2022-13-5-82-98.
27. Аверьянов П. Ф.,Чиж А.Г., Трофимова Е.Ю. Непрерывное образование в системе подготовки специалистов среднего медицинского звена - основа качества образования // Успехи современного естествознания. – 2005. – № 9. – c. 28-29.
28. Борисов Д. А. О концепции непрерывного медицинского образования, изложенной в проекте приказа Минздрава России о дополнительном профессиональном образовании врачей // ОРГЗДРАВ: новости, мнения, обучения. Вестник ВШОУЗ. – 2016. – № 3-4(5-6). – c. 50-54.
29. Буромский И. В., Сидоренко Е.С., Ермакова Ю.В. Развитие системы непрерывного медицинского образования в современных условиях // Судебно-медицинская экспертиза. – 2019. – № 1. – c. 56-59. – doi: 10.17116/sudmed20196201156.
30. Иванова И. Г. Реализация непрерывного медицинского образования для специалистов со средним медицинским образованием в Кузбассе: реалии и перспективы // Медицинская сестра: траектория непрерывного профессионального развития: сборник научно-практических статей : Ремедиум Приволжье. 2019. – c. 75-80.
31. Камынина Н.Н., Иванов А.В., Филин А.С. Потенциальные участники системы непрерывного медицинского образования - об организации обучения в рамках дополнительного профессионального образования // Общественное здоровье и здравоохранение. – 2018. – № 3(59). – c. 61-70.
32. Левина И. А. Проектирование содержательных аспектов непрерывного медицинского образования, направленных на развитие профессиональных возможностей специалистов со средним медицинским образованием // Методология и технология непрерывного профессионального образования. – 2022. – № 1(9). – c. 24-26. – doi: 10.24075/MTCPE.2022.005.
33. Лобачев И.В., Соловьев А.И., Корнилов В.А., Резванцев М.В. Образование через всю жизнь. Аккредитация военно-медицинских специалистов и непрерывное медицинское образование // Вестник военного образования. – 2018. – № 3(12). – c. 74-78.
34. Непершина В. Р. Дополнительное профессиональное образование в структуре непрерывного медицинского образования // Цифровые технологии: тренды и перспективы: Сборник докладов Всероссийской научно-практической конференции с международным участием, Елец, 08 декабря 2020 года. – Москва: Российский новый университет. Москва, 2020. – c. 172-181.
35. Олышева И. А., Бурлачук В.Т., Кожевников С.А., Трибунцева Л.В. Значимость современных педагогических технологий в образовании врачей общей практики в системе непрерывного медицинского образования // Актуальные вопросы терапии: Сборник научных трудов к 100-летию Воронежского государственного медицинского университета имени Н.Н. Бурденко. – Воронеж : Воронежский государственный медицинский университет имени Н.Н. Бурденко. Воронеж, 2018. – c. 148-154.
36. Потемкина Н. В. Дистанционное образование в системе непрерывного медицинского образования // Московская медицина. – 2020. – № 4(38). – c. 64-67.
37. Хурцилава О. Г., Плавинский С.Л. Университет - ведущая кузница медицинских кадров: От образования на всю жизнь - к образованию через всю жизнь // Северо-Западный государственный медицинский университет имени Ильи Ильича Мечникова: 10-летие создания, развития и достижений: Санкт-Петербург : Северо-Западный государственный медицинский университет имени И.И. Мечникова. Санкт-Петербург, 2021. – c. 46-52.
38. Вавилов А.М., Шатрова Н.В., Вавилова В.П, Лебедева Н.И. Дифференцированное использование технологий электронного образования - перспективный путь повышения эффективности непрерывного медицинского образования // Современные технологии дистанционного и электронного обучения в обеспечении медицинского образования: Материалы X Межрегиональной научно-методической конференции, Кемерово, 11 декабря 2018 года. – Кемерово: федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Кемеровский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации. Кемерово, 2018. – c. 49-51.
39. Введенская И. П. Качество медицинского образования иностранных студентов в условиях дистанционного образования // Управление образованием: теория и практика. – 2022. – № 12(58). – c. 119-125. – doi: 10.25726/e1944-5411-2408-d.
40. Иванчук О. В., Плащевая Е.В. Цифровизация медицинского образования: новые вызовы и границы применимости // Цитисэ. – 2022. – № 1(31). – c. 121-131. – doi: 10.15350/2409-7616.2022.1.10.
41. Краснова О. В. Дистанционное образование в медицинском образовании: принципы, методы и особенности // Вузовская педагогика 2021: Сборник статей Всероссийской научно-педагогической конференции с международным участием (Красноярск, 3-4 февраля 2021 г.), Красноярск, 03–04 февраля 2021 года / Соловьева И.А., председатель редакционного совета. – Красноярск: Красноярский государственный медицинский университет имени профессора В.Ф.Войно-Ясенецкого (Красноярск). Красноярск, 2021. – c. 275-280.
42. Маммаев С. Н., Ахмедов Д.Р. Роль дистанционного образования и профессиональных медицинских обществ в непрерывном образовании врачей // Современные траектории образовательного процесса в медицинском вузе: Материалы I Международной научно-практической конференции, Ставрополь, 13 марта 2016 года. – Ставрополь: Ставропольский государственный медицинский университет. Ставрополь, 2016. – c. 192-195.
43. Патрушева М. С. Роль информационно-коммуникационных технологий в медицинском образовании: современные тенденции // Colloquium-Journal. – 2019. – № 25-5(49). – c. 61-62.
44. Khokhlova L.A., Kiseleval G., Tikhonova E.V. Digital Reality of Medical Education // Tikhonova // International Research Journal. – 2021. – № 12-3(114). – p. 130-131. – doi: 10.23670/IRJ.2021.114.12.102.
45. Adams Francis The Genuine Works of Hippocrates. - New York: William Wood and Company, 1891. – 4 p.
46. Журавский Д.А. История медицинского образования в СПБГУ // Вопросы образования и науки: теоретический и методический аспекты: сборник научных трудов по материалам Международной заочной научно-практической конференции: в 7 частях. СПб, 2012. – c. 68-70.
47. Симонян Р.З. Специфика формирования системы земского здравоохранения во второй половине XIX – начале XX вв // Клио. – 2018. – № 6(138). – c. 162 – 168.
48. Симонян Р.З. Деятельность земств Курской губернии по развитию здравоохранения во второй половине XIX – начале XX вв // Клио. – 2019. – № 3(147). – c. 140 – 148.
49. Околов В.Л. К истории высшего медицинского образования в России // Вестник экспериментальной и клинической хирургии. – 2009. – № 1. – c. 74-77.
50. Статистический ежегодник России. - Петроград: Издание ЦСК МВД, 1914.
51. Гребнев Л.С. Высшая школа в новом законе «Об образовании: хотим как лучше?» // Высшее образование в России. – 2011. – № 1. – c. 13-25.
52. Субетто А.И. Система управления качеством в вузе (модель). / материалы симпозиума "Квалиметрия в образовании: методология и практика". - М.: Исследовательский центр подготовки качества специалистов, 2003. – 25 c.

Страница обновлена: 31.05.2024 в 15:40:28