Феномен постковидного синдрома в мировой и российской экономике (на примере инноваций отраслей образования и медицинских услуг)

Хмелева Г.А.1
1 Самарский государственный экономический университет, Россия, Самара

Статья в журнале

Экономические отношения
Том 11, Номер 3 (Июль-сентябрь 2021)

Цитировать:
Хмелева Г.А. Феномен постковидного синдрома в мировой и российской экономике (на примере инноваций отраслей образования и медицинских услуг) // Экономические отношения. – 2021. – Том 11. – № 3. – С. 603-618. – doi: 10.18334/eo.11.3.112805.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=46553380

Аннотация:
Влияние пандемии на повседневную жизнь и отдельные сектора экономики трудно переоценить. Для ряда отраслей при ближайшем рассмотрении влияние пандемии носит революционный характер, поскольку коренным образом меняет привычный уклад. Такой эффект автор связывает с постковидным синдромом, то есть длительно, а в ряде случаев и навсегда, сохраняющимися симптомами COVID-19. В статье на основе анализа данных о фактической и прогнозной выручке, фактов и тенденций представлена оценка изменений и перспектив долгосрочных изменений в отраслях образования и медицинских услуг. Данные отрасли наиболее показательны для подобного рода исследования, так как приняли на себя основной удар ограничительных мер. Их дальнейшее развитие в значительной степени будет определяться изменениями в поведении и привычках людей под влиянием динамики заболеваемости и ковидных ограничений, ускорением инноваций и цифровых технологий.

Ключевые слова: постковидный синдром, образование, медицина, COVID-19, мировая экономика, инновации

JEL-классификация: F01, F18, I11, I25, O30



Введение

2020 год надолго запомнится масштабным закрытием экономики и отсутствием понимания о сроках локдауна и будущем развитии. Не удивляет всплеск интереса к ковидной теме, работы затрагивают самый широкий спектр вопросов. Среди работ стоит выделить работы Е.В. Дробот [1,2] (Drobot, Makarov, Nazarenko at al., 2020; Drobot, 2020), Е.Н. Смирнов [3] (Smirnov, 2020), Григорьев Л.М., Павлюшина В.А., Музыченко Е.Э. [4] (Grigoryev, Pavlyushina, Muzychenko, 2020), Зернов В.А., Манюшис А.Ю., Валявский А.Ю., Учеваткина Н.В. [5] (Zernov, Manyushis, Valyavsky at al., 2020), Лисова Е.В. [6] (Lisova, 2020), Максимова Е.В., Морозов В.В. [7] (Maksimova, Morosova, 2020). Звучат многочисленные заявления о долгосрочном влиянии COVID-19, среди них выделим работы таких ученых, как: Иванов О.Б. [8] (Ivanov, 2020) Дробот Е.В., Макаров И.Н., Манасян С.М., Назаренко В.С., Бахмутская В.С. [9] (Drobot, Makarov, Manasyan, 2020), Устюжанина Е.В., Евсюков С.Г., Сигарев А.В., Устюжанин В.Л. [10] (Ustyuzhanina, Evsukov, Sigarev at al., 2021), Воскресенский В.Ю. [11] (Voskresenskii, 2021), Болдырев Б.М. [12] (Boldyrev, 2021), Иванова Н.А. [13] (Ivanova, 2021) и др.

Ученые сходятся во мнении, что сформировались и продолжают формироваться новые привычки у людей, активно меняются бизнес-модели. Мы наблюдаем нечто похожее с постковидным синдромом, явлением, которое ученые связывают с длительно сохраняющимися симптомами после острого периода заболевания, вызванного новой коронавирусной инфекцией.

Цель нашего исследования – оценить происходящие изменения экономики в связи с ковидными ограничениями, выявить эффект посковидного синдрома с позиции перспективных долгосрочных инновационных изменений в экономике на примере отраслей образования и медицинский услуг.

Гипотеза исследования заключается в том, что влияние пандемии имеет долгосрочное, возможно постоянное влияние на ряд отраслей экономики, что способно привести к отказу от привычных форматов и появлению новых. Такой эффект автор предлагает определить как постковидный синдром в экономике.

Эмпирической базой исследования послужили данные Всемирного банка, S&P Global Ratings, Mordor Intelligence, Росстат, Министерства цифрового развития Российской Федерации, Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП), РБК.

Прогнозы восстановления мировой экономики

В первые месяцы закрытия экономик мира данные ведущих международных организаций свидетельствовали о резком падении экономической активности и росте безработицы, что вызвано политикой дистанцирования, направленной на замедление распространения вируса. Ученые спорили и продолжают спорить по поводу формы восстановления экономики: Z-образной (спад, отскок и вновь снижение), V-образной (спад, восстановление), L-образной (спад, рецессия). После появления вакцины и ослабления ограничительных мер экономика восстанавливается (рис. 1).

Рисунок 1. Темпы прироста ВВП по кварталам 2020-2021 годов, %

Figure 1. GDP growth rate by quarter 2020 - 2021, %

Источник: составлено автором по данным Всемирного банка.

Быстрее прочих восстанавливается экономика США и Китая, которые в первом квартале 2021 года, по оценкам, покажут рост 0,4% и 18% соответственно. Во втором квартале S&P Global Ratings предсказывает дальнейший рост многим странам мира [14]. Этому способствует улучшение перспектив вакцинации, более быстрый, чем ожидалось в начале, график восстановления. В США поддержку экономике оказал пакет стимулов в размере 1,9 трлн. долл, а также одобренный в декабре 2020 года дополнительный пакет стимулов на сумму 900 млрд долларов. Все это способствовало снижению риска рецессии до конца 2021 года до уровня 10-15% вместо прежних 20-25% [14]. Экономика Еврозоны оказалась более чувствительна, чем экономика США к мерам дистанцирования и медленнее восстанавливается. Что касается России, то в 1 квартале 2021 года сохраняется снижение ВРП. Однако во втором квартале 2021 года, по оценкам специалистов, экономика России, как ожидается, перейдет к восстановительному росту, консенсус прогноз составил 5,6% [15]. Впрочем, специалисты Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) не так оптимистичны в своих оценках «сбои роста» на потребительских и инвестиционных рынках вследствие растущей инфляции и усиления противоэпидемиологических мероприятий [16].

В июне 2021 года в своем очередном выпуске «Глобальные экономические перспективы» Всемирный банк охарактеризовал ситуацию как «сильное, но неравномерное восстановление» и предсказал мировой экономике в 2021 году самый значительный за 80 лет посткризисный темп восстановления на уровне 5,6%. Впрочем, отмечая его неравномерность по странам. Однако в долгосрочной перспективе существуют высокие риски снижения ВВП из-за новых волн COVID и финансового стресса в связи с высоко долговой нагрузкой стран [17] (рис. 2).

Рисунок 2. Фактический и прогнозный рост/спад ВВП, %

Figure 2. Actual and forecast GDP growth/decline, %

Источник: составлено автором по данным Всемирного банка.

Данные показывают, что после бурного восстановительного роста 2021 года в странах прогнозируется снижение ВВП. Исключение составляет Казахстан, для которого эксперты Всемирного банка прогнозируют поступательный рост в 2021-2023 годах.

Несмотря на вакцинацию, по данным Всемирной организации здравоохранения, в последнее время вновь во всем мире наметился рост заболеваемости [18] (рис. 3).

Рисунок 3. Динамика числа подтвержденных случаев заражения

COVID-19 в 2019-2021 годы

Figure 3. Confirmed cases of COVID-19 in 2019-2021 years

Источник: данные World Health Organization.

Медленное восстановление экономики стран ВОЗ связывает с недостаточными темпами вакцинации. Впрочем, в странах с высокими темпами вакцинации угроза роста заражений сохраняется, поскольку появляются новые штаммы коронавируса, самый опасный из которых дельта-штамм. Специалисты с уверенностью отмечают, что COVID-19 с нами надолго, необходимо привыкать жить в новых условиях [19].

В сложившихся условиях, на наш взгляд, вполне правомерно говорить о долгосрочном влиянии в нашей жизни, что неизбежно приводит к глубинным изменениям в различных сферах. Нами выделены несколько ключевых сфер, которые, в наибольшей степени обсуждались и продолжают обсуждаться в научной литературе и экспертном сообществе: образование, медицина, туризм, бизнес-модели предпринимательства.

Влияние последствий COVID-19 на образование

Пандемия способствовала бурному развитию онлайн обучения. Еще до COVID-19 наблюдался высокий рост и внедрение образовательных технологий: глобальные инвестиции в EDTech достигли 18,66 миллиарда долларов США в 2019 году, а общий рынок онлайн-образования, по прогнозам, достигнет 350 миллиардов долларов к 2025году [20].

В России рост EDTech-индустрии в 2020 году составил 30-35%, в 2021 году прогнозируется рост на уровне 20% [21]. Переход на удаленную форму обучения вызвал необходимость быстрой реакции государственных органов управления на сложившуюся ситуацию в образовании и на рынке труда. Школы и вузы в короткие сроки перешли на удаленную форму, а с ослаблением масочного режима на смешанный формат обучения. Разрешено не только проводить занятия, но принимать экзамены, проводить защиты выпускных квалификационных работ и даже диссертаций на соискание научной степени в дистанционной форме. Были запущены программы государственные программы «Цифровая образовательная среда», запущен проект «Цифровая профессия» в структуре национальной программы «Цифровая экономика». Пандемия придала ускорение развитию онлайн-образования в России [22] (рис. 4)

Рисунок 4. Динамика выручки ведущих онлайн-платформ России, млн.руб.

Figure 4. Revenue dynamics of Russia’s leading online platforms, mln.rub.

Источник: рассчитано автором по данным РБК.

Ведущие российские онлайн-платформы продемонстрировали значительный рост. Так, рост выручки Яндекс. Практикум составил 625%, SkillBox 349,4%, что связано ростом интереса к профессиям цифровой экономики. В период пандемии, когда не было известно о сроках создания вакцины и ослабления ковидных ограничений, вполне понятно, что языки программирования стали более привлекательными, чем изучение иностранного языка. Интерес к онлайн-образованию – не сиюминутный тренд, и не пройдет с ослаблением мер дистанцирования. Появляются все новые технические решения, которые способствуют повышению комфортности онлайн среды обучения и повышению качества образования. В 2020 году венчурные инвестиции в российские проекты онлайн-образования составили 1,44 млрд. руб. [23]. Так, ГК Prytek инвестировала 304 млн.руб. в проект Zebrainy Ltd (Сказбука), Leta Capital инвестировала в проект MyBuddy.ai, предназначенные для детей дошкольного и школьного возраста [23]. Появится новое поколение, для которого онлайн-среда станет привычной и не будет вызывать дискомфорта, как, например, для современных студентов, учившихся в школе в классах.

Очевидно, что эта пандемия изменяет традиционную систему образования, которая, по мнению многих, уже утратила свою актуальность. В своей книге «21 урок для 21-го века» ученый Юваль Ноа Харари описывает, как школы продолжают фокусироваться на традиционных академических навыках и зубрежке, а не на таких навыках, как критическое мышление и адаптивность, которые будут более важны для успеха в будущем [24] (Harari, 2019).

Важными проблемами, требующими решения, являются: обеспечение качества образовательного контента, цифрового равенства, возможности для семей, особенно с низкими доходами, технического оснащения.

Влияние последствий COVID-19 на медицину

Возможно, индустрия здравоохранения, одна из тех отраслей, которая дольше других будет испытывать влияние пандемии, но и эффективнее других адаптировалась в сложившихся условиях [25] (Asanova, Fedorenko, Khmeleva, 2020).

В первые месяцы пандемия выявила множественные проблемы в техническом, кадровом и технологическом обеспечении, причем не только в России, но и во многих странах мира. К началу пандемии система здравоохранения находилась в состоянии хронического недофинансирования. В результате с 2012 по 2018 годы сократилась на 15% обеспеченность стационарными койками в государственных и муниципальных лечебных учреждениях, практикующих врачей стало меньше на 46 тыс. человек (12%) [26]. Потребовалась срочная адаптация системы здравоохранения к новым вызовам. Росстат России приводит данные о росте на 14,3% производства лекарственных средств и материалов, применяемых в медицинских целях на фоне спада обрабатывающих производств на 7,9%. В мае 2020 года производство отдельных видов медицинского оборудования увеличилось в 2,7 раза по сравнению с аналогичным периодом прошлого года и на 26,8% по сравнению с предыдущим месяцем 2020 года [27]. Такой стремительный рост стал возможным благодаря перепрофилированию рядя производств под смежную, или даже новую для них продукцию. Среди примеров подобного рода можно отметить ООО «Спанлаб» (г. Иваново), на котором часть мощностей было отведено под производство спанбонда для средств индивидуальной защиты. В марте 2020 года на ООО «Аэрозоль Новомосковск» в Тульской области проведено оснащение десяти производственных линий для выпуска средств дезинфекции. На АО «Ледванс», налажено производство безозоновых бактерицидных ламп низкого давления, которые после сертификации будут предложены на экспорт в Европу [28]. Это только небольшая часть примеров подобной практики.

В целом влияние COVID-19 на отрасль здравоохранения и перспективные изменения можно рассматривать в двух аспектах:

Во-первых, отрасль здравоохранения, которая должна быть подготовлена к подобного рода ситуациям.

Во-вторых, медицинские услуги и способы их предоставления должны соответствовать новым требованиям социального дистанцирования.

В контексте совершенствования системы здравоохранения специалисты отмечают необходимость гибких подходов к строительству новых зданий с возможностью их быстрого переоснащения на конкретные нужды. Возможно, стоит рассмотреть целесообразность создания сети современных пунктов санитарно-медицинской помощи по стандартам XXI века (с системой воздухоподготовки и условиями для изоляции инфекционных больных) в регионах страны [29]. Распределенные по регионам подобные сети могут служить хорошим буфером в борьбе с будущими эпидемиями.

Стоит предполагать, что здравоохранение действительно войдет в число приоритетов для устойчивого государственного финансирования, поскольку, как представляется, опыт закрытия экономики укреплять вряд ли необходимо.

В контексте перспективы изменения услуг здравоохранения, то пандемия придала новый импульс развитию телемедицины, поскольку она повышает доступность услуг и продукции здравоохранения. Расходы на здравоохранение растут во всем мире. Основной движущей силой роста расходов на здравоохранение является увеличение использования медицинских услуг, что приводит к росту потребительского спроса на инновационные методы, такие как телемедицина [30] (рис. 5).

Рисунок 5. Перспективная динамика роста рынка телемедицины, млрд. долл.

Figure 5. Forecast growth of telemedicine market, $ bln.

Источник: составлено по данным mordorintelligence.com

Рынок телемедицины оценивался примерно в 38 млрд. долл. США в 2020 году, и ожидается, что в 2026 году его выручка составит более 168 млрд. долл. США, то есть рост составит 4,4 раза до 2026 года [30].

В практике западных стран телемедицину принято различать на три перспективных сектора: телемагазин (Telehomecare), телехоспиталы (Telehospitals) и мобильное здоровье (Mobile Health).

Телемагазин ориентирован на предоставление услуг мониторинга и представления лекарственных средств для лиц с хроническими заболеваниями. Телехоспиталы предоставляют услуги консультирования молодым людям от 18 лет, которые стремятся получить качественную услугу без пребывания в стационарах. Сервис «мобильное здоровье» является самым широким и включает все, что связано с консультированием: от приложений, которые помогают пользователю выполнять дыхательные упражнения, до прямого подключения к специалистам здравоохранения и многое другое.

В период пандемии возникла острая потребность в услугах телемедицины, когда были введены ограничения плановой медицинской помощи. Активно развивались российские сервисы, предоставляющие услуги телемедицины (Яндекс.Здоровье, Сбер.Здоровье и др.). Как оценивает «Ингосстрах», 2020 году рост количеств обращений составил 64 раза по сравнению с предыдущим периодом. Активнее других за услугами телемедицины обращались жители Москвы (30%), Санкт-Петербурга (9%) и Алтайского края (5%) [31].

Еще одним обстоятельством в пользу развития телемедицины является привычка работать в дистанте, что способствовало повышению интереса к проживанию вне крупных населенных пунктов, и этот тренд будет только нарастать, поскольку развиваются скоростные транспортные технологии и инфраструктура. Телемедицина способна предоставить неотложную помощь не только в городские, но и в сельские районы, где отсутствует доступ к качественной медицинской помощи. В апреле 2021 года Министерство цифрового развития Российской Федерации в качестве целевого показателя определило к 2030 году рост доли медицинских консультаций, предоставляемых через интернет до 50% от общего количества [32].

Таким образом, развитию телемедицины способствует три ключевых фактора: возрастающая потребность населения, готовность бизнеса предоставить соответствующие сервисы и их развивать, стимулирование со стороны государства.

Заключение

Последствия новой коронавирусной инфекции еще долго будут ощущаться как в экономике, так и в обществе. Более того, процессы ремиссии российской экономики так же, как других стран мира, несмотря на масштабную прививочную кампанию, сдерживается рисками новых локдаунов в связи с новым опасным дельта-штаммом коронавируса. Очевидно, что последствия влияния новой коронавирусной инфекции на привычки людей являются устойчивыми и не исчезнут полностью с исчезновением коронавирусных рисков. Уже сегодня очевидно, что COVID-19 выступил переломным моментом для отдельных отраслей в связи сильнейшим влиянием на привычное поведение людей.

По всей видимости, два ярких примера проявления постковидного синдрома в экономике – это устойчивые изменения в отраслях образования и медицины.

В образовании онлайн-формат становится все более привычным. Благодаря пандемии стало ясно, насколько важно распространять знания через границы, компании и все слои общества. Создаваемые новые инновационные сервисы направлены на создание благоприятной образовательной среды. Поэтому новые поколения привычнее, чем нынешние будут пользоваться онлайн форматами.

В медицине COVID-19 обусловил ускорение развития технологий телемедицины. Автор придерживается точки зрения о том, что телемедицина будет развиваться в направлении разнообразия услуг в зависимости от целевых групп потребителей и их потребностей.

Такой эффект долгосрочного и устойчивого влияния на отрасли экономики в связи с влиянием кризиса COVID-19 автор определяет как постковидный синдром в экономике.

В плане дальнейших исследований интерес представляет изучить влияние постковидного синдрома на другие отрасли экономики, институты развития. Важно определить способы обеспечения равного доступа к технологиям с точки зрения технологической и цифровой компетенции, поскольку цифровой разрыв населения остается серьезной проблемой во всем мире.


Источники:

1. Дробот Е.В., Макаров И.Н., Назаренко В.С., Манасян С.М. Влияние пандемии COVID-19 на реальный сектор экономики // Экономика, предпринимательство и право. – 2020. – № 8. – c. 2135-2150. – doi: 10.18334/epp.10.8.110790.
2. Дробот Е.В. Влияние пандемии COVID-19 на рынок труда США // Экономика труда. – 2020. – № 7. – c. 577-588. – doi: 10.18334/et.7.7.110715.
3. Смирнов Е.Н. Мировая экономика коронавируса: поиск оптимальных путей преодоления последствий кризиса // Вестник МГИМО Университета. – 2020. – № 3. – c. 243-266. – doi: 10.24833/2071-8160-2020-3-72-243-266.
4. Григорьев Л.М., Павлюшина В.А., Музыченко Е.Э. Падение в мировую рецессию 2020… // Вопросы экономики. – 2020. – № 5. – c. 5-24. – doi: 10.32609/0042-8736-2020-5-5-24.
5. Зернов В.А., Манюшис А.Ю., Валявский А.Ю., Учеваткина Н.В. Образовательное пространство России после пандемии: вызовы, уроки, тренды, возможности // Научные труды Вольного экономического общества России. – 2020. – № 3. – c. 304-322. – doi: 10.38197/2072-2060-2020-223-3-304-322.
6. Лисова Е.В. Воздействие COVID-19 на социально-экономическую деятельность регионов // Путеводитель предпринимателя. – 2020. – № 2. – c. 119-125. – doi: 10.24182/2073-9885-2020-13-2-119-125.
7. Максимова Е.В., Морозов В.В. COVID-19 и глобализация // Инновации и инвестиции. – 2020. – № 5. – c. 86-90.
8. Иванов О.Б. Глобальные риски и новые вызовы человеческой цивилизации // ЭТАП: экономическая теория, анализ, практика. – 2020. – № 2. – c. 7-20. – doi: 10.24411/2071-6435-2020-10009.
9. Дробот Е.В., Макаров И.Н., Манасян С.М., Назаренко В.С., Бахмутская В.С. Малый и средний бизнес в России: как жить во время и после кризиса? // Креативная экономика. – 2020. – № 10. – c. 2413-2430. – doi: 10.18334/ce.14.10.110897.
10. Устюжанина Е.В., Евсюков С.Г., Сигарев А.В., Устюжанин В.Л. Трансформация рынка труда: влияние пандемии и прогнозы на будущее // Вестник Московского университета. Серия 6: Экономика. – 2021. – № 1. – c. 77-102.
11. Воскресенский В.Ю. О современных тенденциях в международном и российском туризме // Региональная экономика: теория и практика. – 2021. – № 3(486). – c. 579-596. – doi: 10.24891/re.19.3.579.
12. Болдырев Б.М. Влияние пандемии коронавирусной инфекции на страховой рынок. Телемедицинский расцвет // Страховое дело. – 2021. – № 3(336). – c. 3-8.
13. Иванова Н.А. Переосмысление глобализированных цепочек поставок как одно из последствий пандемии Covid-19 на мировом рынке // Транспортное дело России. – 2021. – № 2. – c. 11-12. – doi: 10.52375/20728689_2021_2_11.
14. Global Economic Outlook Q2 2021. S&P Global Ratings. [Электронный ресурс]. URL: https://www.spglobal.com/ratings/en/research/articles/210331-global-economic-outlook-q2-2021-the-recovery-gains-traction-as-unevenness-abounds-11897677 (дата обращения: 24.07.2021).
15. ВВП России может вырасти на 5,6% во II квартале. [Электронный ресурс]. URL: https://tass.ru/ekonomika/11034257 (дата обращения: 24.07.2021).
16. Анализ макроэкономических тенденций, июль 2021. [Электронный ресурс]. URL: http://www.forecast.ru/_ARCHIVE/Mon_MK/2021/macro18.pdf (дата обращения: 24.07.2021).
17. Global Economic Procpects. June 2021. The World Bank. [Электронный ресурс]. URL: https://www.worldbank.org/en/publication/global-economic-prospects (дата обращения: 24.07.2021).
18. Панель мониторинга коронавируса ВОЗ (COVID-19). [Электронный ресурс]. URL: https://covid19.who.int/ (дата обращения: 24.07.2021).
19. Чернов К.А. Федеральный научный центр исследований и разработки иммунобиологических препаратов им. М.П. Чумакова РАН (Институт полиомиелита) COVID-19 ДЕЛЬТА-ШТАММ: чего ждать осенью, и будут ли работать вакцины?. [Электронный ресурс]. URL: https://www.youtube.com/watch?v=hb5fEZbbGKA (дата обращения: 24.07.2021).
20. The COVID-19 pandemic has changed education forever. [Электронный ресурс]. URL: https://www.weforum.org/agenda/2020/04/coronavirus-education-global-covid19-online-digital-learning/ (дата обращения: 24.07.2021).
21. Ученье – сайт. В 2021 году рынок онлайн-образования в России продолжит взрывной рост. [Электронный ресурс]. URL: https://rg.ru/2021/01/12/v-2021-godu-rynok-onlajn-obrazovaniia-v-rossii-prodolzhit-vzryvnoj-rost.html (дата обращения: 24.07.2021).
22. Взрывной рост: рейтинг лидеров рынка онлайн-образования России. [Электронный ресурс]. URL: https://trends.rbc.ru/trends/education/5fa1cc249a794739b65c7b5c (дата обращения: 24.07.2021).
23. Венчурный рынок России в 2020 году. [Электронный ресурс]. URL: https://incrussia.ru/understand/vc-2020/ (дата обращения: 24.07.2021).
24. Харари Ю.Н. 21 урок для XXI века. - М.: Изд-во «Синдбад», 2019. – 440 c.
25. Как COVID-19 изменит систему здравоохранения. [Электронный ресурс]. URL: https://plus.rbc.ru/news/5f0d0b7c7a8aa9187eb1b492 (дата обращения: 24.07.2021).
26. Асанова С.С., Федоренко Р.В., Хмелева Г.А. Влияние COVID-19 на экспортный потенциал Самарской области в медицинской промышленности // Экономические отношения. – 2020. – № 4. – c. 1525-1540. – doi: 10.18334/eo.10.4.110992.
27. Росстат представил данные о промышленном производстве в мае 2020 года. [Электронный ресурс]. URL: https://rosstat.gov.ru/folder/313/document/89570 (дата обращения: 27.07.2021).
28. Коронакризис продиктовал. Пандемия заставила промышленников перестраивать свои предприятия. [Электронный ресурс]. URL: https://rg.ru/2020/09/08/reg-cfo/pandemiia-zastavila-promyshlennikov-perestraivat-proizvodstvo.html (дата обращения: 28.07.2021).
29. Как COVID-19 изменит систему здравоохранения. [Электронный ресурс]. URL: https://plus.rbc.ru/news/5f0d0b7c7a8aa9187eb1b492 (дата обращения: 24.07.2021).
30. Telemedicine market - growth, trends, COVID-19 impact, and forecasts (2021 - 2026). [Электронный ресурс]. URL: https://www.mordorintelligence.com/industry-reports/global-telemedicine-market-industry (дата обращения: 24.07.2021).
31. «Ингосстрах»: количество обращений по телемедицине увеличилось в 64 раза. [Электронный ресурс]. URL: https://www.ingos.ru/company/news/detail/789385/ (дата обращения: 24.07.2021).
32. Половина врачебных консультаций уйдет в онлайн. [Электронный ресурс]. URL: https://www.vedomosti.ru/technology/articles/2021/04/01/864298-vrachebnih-onlain (дата обращения: 26.07.2021).

Страница обновлена: 21.09.2021 в 02:02:12