Социально-экономическая доступность продовольствия: методика оценки

Яркова Т.М.1
1 Пермский государственный аграрно-технологический университет им. акад. Д.Н. Прянишникова

Статья в журнале

Продовольственная политика и безопасность
Том 9, Номер 2 (Апрель-июнь 2022)

Цитировать:
Яркова Т.М. Социально-экономическая доступность продовольствия: методика оценки // Продовольственная политика и безопасность. – 2022. – Том 9. – № 2. – doi: 10.18334/ppib.9.2.114735.

Аннотация:
Вопросы продовольственной безопасности на современном этапе развития социума и экономики, новых глобальных и противоречивых геополитических процессов приобретают новую остроту. Российский экономический кризис, вызванный санкционной экономикой и двухлетним влиянием ограничительных мер пандемии Covid-19 серьезно отразился на социальном и экономическом развитии населения и территорий страны. Государственные рычаги регулирования социально-экономической обстановки должны быть ориентированы на стабилизацию первичных потребностей населения, которые сформированы в процессах продовольственного обеспечения. Рекомендуемый в настоящей статье авторский методический инструментарий оценки социально-экономической доступности продовольствия может быть использован в государственном аппарате при разработке тактических мер влияния на ценовую политику продовольственных рынков, разработке эффективных и справедливых мероприятий по определению мер государственной поддержки малоимущим группам населения. Также материалы статьи могут быть полезны в научно-исследовательских кругах при дальнейшем исследовании проблематики продовольственной безопасности в России и во всем мире.

Ключевые слова: продовольственная безопасность, экономический кризис, продовольственное обеспечение, цены, социально-экономическая доступность продовольствия

JEL-классификация: Q11, Q13, Q18



Введение. В современном мире, с учетом нестабильности факторов внутренней и внешней среды все чаще и остро встают вопросы продовольственной безопасности для ряда государств и всего мира.

Проблема продовольственной безопасности не является новой, ее истоки лежат в прошлом столетии (1974 г.), хотя ее задатки в России и за рубежом были положены задолго до этого времени [1].

В отечественном общепринятом понимании «продовольственная безопасность» является неким экономическим состоянием, которое обуславливает продовольственную независимость государства. Под последним понимается гарантирование физической и экономической доступности продовольствия для всех граждан Российской Федерации (далее РФ). Такая дефиниция понятию «продовольственная безопасность» изложена в Доктрине продовольственной безопасности РФ, где также поясняется, что физическая и экономическая доступность продовольствия заключается в возможности потребления пищевых продуктов в таком объеме, который не должен превышать рациональные нормы потребления, рекомендуемые Министерством здравоохранения РФ согласно приказу №614 от 19 августа 2016 г. (с изм. от 01.12.2020 г.). В этой связи следует обратить внимание на то, что это лишь раскрывает сущность и особенности физической доступности продовольствия для населения. Вопрос об экономической доступности в данной дефиниции остается открытым, что подтверждает актуальность проводимого научного исследования.

Целью настоящего исследования выступает оценка состояния продовольственной безопасности и ее процессов по продовольственному обеспечению в контексте социально-экономической доступности продовольствия для населения.

Научная авторская гипотеза базируется на рекомендациях использования предложенного автором методического инструментария по оценке состояния социально-экономической доступности продовольствия для населения в регионе (стране), что послужит базисом для разработки тактических и стратегических мероприятий по улучшению исследуемых процессов продовольственного обеспечения.

Результаты. Современное развитие российского государства очень тесно связано с реализацией национальных интересов, закреплённых в соответствующих стратегических проектах. Значительное внимание последнее десятилетие уделяется вопросам аграрной и социально-экономической политики. И если аграрная политика к настоящему времени показала положительные результаты, то социально-экономическая, в вопросе экономической доступности продовольствия, не дает желаемых результатов. Причин такой ситуации много, среди которых динамичность и интенсивность негативных макроэкономических явлений, геополитические процессы, обладающие зачастую неоднозначностью и противоречивостью и, как следствие, введение жесткого, и даже, небывалого санкционного режима для России со стороны Соединенных Штатов Америки (далее США) и стран Европейского Союза (далее ЕС) [5].

Для научного решения такого актуального вопроса следует обратить внимание на то, что состояние продовольственной безопасности прямо и обратно зависит от социально-экономического развития и стабильности в стране или регионе [2, 3, 12, 13]. Следовательно, для мониторинга состояния продовольственного обеспечения и уровня продовольственной безопасности целесообразно не только вести учет уровня производства, наполняемости продовольственных рынков отечественной продукции, доли импорта в них и пр., но и проводить своевременный мониторинг стоимости продовольствия и покупательской способности населения по основным видам продовольствия.

Последние два года в России наблюдаются неестественные инфляционные процессы, которые «ударяют» по многим отраслям и сферам деятельности. Более негативное влияние исходит от роста ценовых индексов в отношении продовольствия. Для доказательства такого авторского суждения можно привести некоторые факты, ранее отражавшиеся в научных работах автора. Так, например, «…. инфляция на продовольственные товары в 2020 году составила 6,9%, что явилось самым высоким показателем за период 2016-2020 гг.» [4]. Экспертные оценки позволили определить, что в 2020 году в структуре расходов населения, со средним уровнем доходов, продовольствие заняло их третью часть. У малоимущей группы населения такие расходы составили более 50% [6, 7]. В 2021 году, несмотря на наличие денежной и продовольственной поддержки, для социально незащищенных групп населения, со стороны государства, ситуация в лучшую сторону не изменилась и была отягощена стагнацией экономического, и, как следствие, социального развития в связи с пандемией. В этот период по подтвержденным сведениям Росстата продовольственная инфляция составила 10,62%. Если несколько детализировать данное явление за 2021 год по некоторым видам продовольствия, то картина складывается следующая:

- белокачанная капуста – рост цены на 180,8%;

- картофель – рост цены на 56,6%;

- чеснок – рост на 55,4%

- свекла столовая – рост на 47,9%;

- крупа гречневая-ядрица – рост цены на 30,6%;

- морковь – рост цены на 29,7% [8].

В 2022 году ситуация серьезно усложнилась на фоне дестабилизации экономики России санкционным давлением. Об этом можно судить даже по базовому прогнозу инфляции, заявленному главой Счетной палаты РФ А.Кудриным, которая в 2022 году может составить 20,7%. Безусловно, дестабилизация экономики внутри страны проявляет себя дифференцированно. Между тем, в регионах отмечается средний рост номинальной заработной платы и в целом доходов населения на 15%, но рост цен в среднем демонстрирует отметку в 20% и перекрывает положительную сторону роста доходов населения, что ведет к снижению реальных доходов и покупательской способности населения.

По данным международного аналитического агентства Trading Economics продовольственная инфляция в России за последний год (с апреля 2021 г. по март 2022 г.) выросла на 13,44 пункта (рис. 1).

Рисунок 1. Динамика продовольственной инфляции в России в период апрель 2021 г. по март 2022 г. (составлено автором по данным TRADINGECONOMICS.COM| FEDERAL STATE STATISTICS SERVICE, источник [9])

Надо признать, что средний уровень продовольственной инфляции далеко не всегда отражает сущностную картину первичных продовольственных потребностей населения, т.к. в расчет средневзвешенного показателя берется достаточно большое количество разновидовых продуктов питания с разной стоимостью. И, действительно, ряд самых покупаемых видов продовольствия за год вырос в своей цене гораздо выше, чем на 17,99 % (рис.2).

Рисунок 2. Изменение розничных цен по некоторым видам продовольствия в России за период с января 2021г. по январь 2022 г.

По данным рисунка 2 видно, что за 2021 г. рост потребительских (розничных) цен коснулся в большей степени овощей и круп, тогда как консервы, рыба и прочие виды мяса демонстрировали рост в диапазоне 15-17%. Безусловно, рост на 15, 17, 20% это достаточно серьезные показатели изменения розничных цен на продовольствие, но они не идут в сравнение с продовольствием где рост оказался свыше 50% уровня.

Вместе с тем, говоря о потребительских ценах на продовольствие и их росте, следует добавить, что в 2022 году за прошедший квартал цены выросли повсеместно, а некоторые товары увеличились в стоимости в разы.

Известные постулаты свидетельствуют о том, что доступность продовольствия формируется не только наличием продовольствия, но и покупательской способностью населения в отношении основных видов продовольствия, входящих в продовольственную корзину.

Продуктовая корзина это неотъемлемая часть потребительской корзины, которая согласно действующего законодательства представляет собой минимально достаточный набор продовольствия, товаров и услуг, которые необходимы для обеспечения нормальной жизнедеятельности человека [11]. Согласно мнения многих исследователей, продуктовая корзина является хорошим индикатором оценки продовольственной безопасности государства. В этой связи необходимо дать уточнение, что сам по себе набор продуктов, прописанных условно говоря «на бумаге» невозможно сопрягать с состоянием продовольственной безопасности государства. Однако, если обратить внимание на то, что продуктовая корзина является основой для расчета базовой стоимости продовольствия, можно утвердительно говорить, что это в своем роде индикатор для оценки фактического состояния расходов (экономической доступности) на продовольствие, а также ориентир для физической обеспеченности (уровня производства для внутреннего рынка).

Опираясь на представленный выше материал научной статьи становится понятным, что для оценки социально-экономической доступности продовольствия и продовольственной безопасности среди учета большого перечня показателей важно обратить серьезное внимание на нормы потребления продовольствия населением. Эти нормы можно взять из двух аргументированных источников законодательного уровня (таблица 1).

Таблица 1 – Нормы потребления основных видов продовольствия в соответствии с рекомендуемыми требованиями Министерства здравоохранения и продуктовой корзиной в Российской Федерации (актуализировано на 2022 г.)*

№ п/п
Наименование основных видов продовольствия
Норма потребления согласно требованиям здорового питания, кг/ мес. на 1 человека**
Норма потребления согласно продуктовой корзине, кг/ мес. на 1 человека***
1
Хлебные продукты в пересчете на муку
8
9
2
Картофель
7,5
8,4
3
Овощи и бахчевые
11,7
9
4
Фрукты свежие
8,3
4,8
5
Сахар
0,7
1,8
6
Мясопродукты
6,1
4,8
7
Рыбопродукты
1,8
1,5
8
Молоко и молокопродукты всего в пересчете на молоко
27,1
24
9
Яйца (штук)
21,7
15
10
Масло растительное
1
1,2
11
Соль поваренная (йодированная)
0,2
0,2
*составлено автором

** в соответствии с Приказом от 19 августа 2016 г. № 614 Об утверждении рекомендаций по рациональным нормам потребления пищевых продуктов, отвечающих современным требованиям здорового питания (в ред. Приказов Минздрава РФ от 25.10.2019 № 887, от 01.12.2020 № 1276)

***Федеральный закон от 3 декабря 2012 г. № 227-ФЗ «О потребительской корзине в целом по Российской Федерации»

Опираясь на данные таблицы 1 можно обратить внимание на тот факт, что нормы потребления продовольствия, рекомендуемые Министерством здравоохранения РФ и нормы продуктов питания, отраженные в потребительской корзине по своему объему на 1 месяц в большинстве случаев отличаются. Так, серьезные различия можно встретить в отношении таких видов продовольствия как яйцо, молоко, мясо, картофель, овощи, фрукты, сахар. В этой связи напрашивается вопрос: «Какие нормы брать во внимание для объективной оценки социально-экономической доступности продовольствия?». Попробуем разобраться в данном вопросе. Итак, преимуществом продовольственной корзины является то, что ее нормативы ориентируются на три группы населения, среди которых трудоспособное население, пенсионеры и дети. В нормах потребления от Минздрава РФ такого деления на группы населения – нет.

Авторские многолетние исследования позволяют утверждать, что нормы продовольствия нужно корректировать в учетом половозрастного состава населения, т.е. даже такие укрупненные группы населения, которые наблюдаются в продуктовой корзине – не достаточны для детального исследования и будут способствовать искажению реальной картины для определения физической и экономической способности. Для установления коэффициентов корректировки норм потребления необходимо взять во внимание следующие показатели:

- возрастная группа населения;

- половой признак возрастных групп;

- уровень физической активности;

- суточная физиологическая энергетическая потребность в Ккал (таблица 2).

Таблица 2 - Нормы физиологических потребностей в энергии разных половозрастных групп с учетом физической активности*

Возрастная группа
Половой признак
Уровень физической активности
Суточная физиологическая потребность в энергии, ккал
Дети от 0-6 мес.
муж./жен.
-
115**
Дети от 7-12 мес.
муж./жен.
-
110**
Дети от 1 года до 2 лет
муж./жен.
-
1200
Дети от 2 до 3 лет
муж./жен.
-
1400
Дети от 3 до 7 лет
муж./жен.
-
1800
Дети от 7 до 11 лет
муж./жен.
-
2100
Дети от 11 до 14 лет
мальчики
-
2500
девочки
-
2300
Подростки от 14 до 18 лет
юноши
-
2900
девушки
-
2500
18-29 лет
женщины
I (1,4)
2000
II (1,6)
2200
III(1,9)
2600
IV(2,2)
3050
мужчины
I (1,4)
2450
II (1,6)
2800
III (1,9)
3300
IV (2,2)
3850
V (2,5)
4200
30-39 лет
женщины
I (1,4)
2000
II (1,6)
2150
III (1,9)
2550
IV (2,2)
2950
мужчины
I (1,4)
2450
II (1,6)
2650
III (1,9)
3150
IV (2,2)
3600
V (2,5)
3950
40-59 лет
женщины
I (1,4)
2000
II (1,6)
2100
III (1,9)
2500
IV (2,2)
2850
мужчины
I (1,4)
2450
II (1,6)
2500
III (1,9)
2950
IV (2,2)
3400
V (2,5)
3750
* составлена автором на основе собственных исследований и источника [10]

** нормативная потребность представлена из расчета на кг массы тела ребенка

Сведения, представленные в таблице 2 наглядно демонстрируют разные энергетические потребности, которые, в первую очередь, пополняются с потреблением в пищу продуктов питания. Набор таких отличительных критериев позволил определить поправочный коэффициент, который мы рекомендуем использовать для расчёта норм потребления основных видов продовольствия для разных половозрастных групп населения (таблица 3).

Таблица 3 - Поправочные коэффициенты для разных половозрастных групп населения *

Возрастные группы
Половой состав
Суточная энергетическая потребность, ккал/сут
Поправочный коэффициент
Дети от 0 до 3 лет
муж./жен.
1300
0,4
Дети от 3 до 7 лет
муж./жен.
1800
0,6
Дети от 7 до 11 лет
муж./жен.
2100
0,7
Дети от 11 до 14 лет
мальчики
2500
0,8
девочки
2300
0,7
Подростки от 14 до 18 лет
юноши
2900
0,9
девушки
2500
0,8
18-29 лет
мужчины
3250
1,0
женщины
2460
0,8
30-39 лет
мужчины
3160
1,0
женщины
2410
0,7
40-59 лет
мужчины
3010
0,9
женщины
2360
0,7
Старше 60 лет
мужчины
2300
0,7
женщины
1975
0,6
* составлено и рассчитано автором на основе источника [10]

Для определения поправочного коэффициента был найден наивысший уровень энергетической потребности, который принадлежал мужчинам в возрасте от 18 до 29 лет. Это значение был принято за единицу. Используя методику определения относительных отклонений были найдены и другие коэффициенты. В качестве норм потребления продовольствия рекомендуется использовать те, которые определены Министерством здравоохранения РФ, т.к. они обоснованы с медицинской точки зрения.

Выводы и рекомендации. На основе проведенного исследования в качестве методического инструментария предлагается использовать авторскую методику определения уровня социально-экономической доступности, которая позволит своевременно определять уровень критичности доступности продовольствия и может лечь в основу для разработки комплекса социальных мер по поддержке населения и ценовой стабилизации на внутреннем продовольственном рынке (формула 1, 2).

, (1)

где – это денежные расходы населения на основные виды продовольствия за год (факт);

– денежные расходы населения на основные виды продовольствия, руб. (норма).

Развернутый вид данной формулы для расчёта:

, (2)

где - расходы домашних хозяйств региона на i-й вид основного продовольствия, %;

– среднедушевые доходы населения в месяц, руб.;

Н – численность населения региона, чел.;

100 – постоянный коэффициент перевода % в натуральные величины;

12 – количество месяцев в году;

- цена на i-й вид основного продовольствия, руб./кг

hj – численность j-ой половозрастной группы в регионе, чел.;

Ni –рекомендуемая норма потребления (max) i-го вида продовольствия, кг;

Кhi – поправочный коэффициент нормы потребления i-го вида продовольствия в зависимости от половозрастной группы;

Обе формулы ориентированы в положительной ситуации в отношении социально-экономической доступности продовольствия на единицу. Любое отклонение в меньшую сторону должно расцениваться как перерасход денежных ресурсов домохозяйств на продовольствие ввиду роста цен. Также, как и было отмечено нами ранее, отдельную часть (расчет нормативных денежных затрат на продовольствие) данной формулы можно взять в качестве инструмента по продовольственной поддержке малоимущей части населения. В современных условиях экономического кризиса эта процедура является особенно актуальной и требует пристального внимания со стороны региональных и федеральных властей.


Источники:

1. Руденко М.Н., Субботина Ю.Д. Продовольственная безопасность России // Известия санкт-петербургского государственного экономического университета. – 2021. – № 1(127). – c. 84-90.
2. Гоголев И.М. и др. АПК региона в самообеспечении населения продуктами питания. / Монография:Продовольственный рынок регионов России в системе глобальных рисков (под ред. акад. Татаркина А.И.). - Екатеринбург: Институт экономики УрО РАН, 2012. – 223-233 (388) c.
3. Гоголев И.М. и др. Качество как критерий конкурентоспособности сельскохозяйственной продукции. / Монография:Продовольственный рынок регионов России в системе глобальных рисков (под ред. акад. Татаркина А.И.). - Екатеринбург: Институт экономики УрО РАН, 2012. – 190-196(388) c.
4. Яркова Т.М. Оценка состояния продовольственного обеспечения в регионе (на примере Пермского края) // Продовольственная политика и безопасность. – 2021. – № 4. – c. 399-410. – doi: 10.18334/ppib.8.4.113811.
5. Клименко, А.И., Усенко, Л. Н., Холодова, М.А. Прогнозирование продовольственной безопасности региона в контексте экономической доступности продуктов питания // Мелиорация и гидротехника. – 2022. – № 1. – c. 264-283. – doi: 10.31774/2712-9357-2022-12-1-264-283.
6. Алтухов А.И. Основные направления обеспечения продовольственной безопасности России // Региональные проблемы устойчивого развития сельской местности: материалы междунар. науч.-практ. конф. Пенза, 2021. – c. 3-12.
7. Алтухов А. И. Пространственное развитие сельского хозяйства и сельских территорий страны – основа обеспечения национальной продовольственной безопасности // Вестник Курской государственной сельскохозяйственной академии. – 2021. – № 3. – c. 86-93.
8. Цены на продукты питания в России и их изменение за год, данные на январь 2022 года. Экспертно-аналитический центр агробизнеса. [Электронный ресурс]. URL: http:// ab-centre.ru/news/ceny-na-produkty-pitaniya-v-rossii-i-ih-izmenenie-za-god-dannye-na-yanvar-2022-goda (дата обращения: 27.04.2022).
9. Россия - Продовольственная инфляция. Trading Economics. [Электронный ресурс]. URL: http://ru.tradingeconomics.com/russia/food-inflation (дата обращения: 27.04.2022).
10. Яркова Т.М. Экономические технологии формирования и использования региональных продовольственных запасов в условиях ВТО. / диссертация на соискание ученой степени доктора экономических наук. - Екатеринбург, 14. – 405 c.
11. Панкова В.Н. Система продовольственных корзин как основа меры и обеспечения продовольственной безопасности // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. – 2013. – № 89. – c. 1118-1136.
12. Хайруллина О.И. Оценка финансовой доступности продовольствия: зарубежный и отечественный опыт // Продовольственная политика и безопасность. – 2021. – № 2. – c. 107-118. – doi: 10.18334/ppib.8.2.112043.
13. Герасимов А.Н., Громов Е.И., Шаталова О.И. Системная диагностика социально-экономического положения макрорегионов российской Федерации // Terra economicus. – 2013. – № 1-3. – c. 117-121.

Страница обновлена: 06.05.2022 в 19:46:13