Роль городских агломераций и моногородов в пространственном развитии современной России

Пивоварова О.В.1, Кузьмина А.С.1
1 Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации

Статья в журнале

Экономика, предпринимательство и право (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 13, Номер 12 (Декабрь 2023)

Цитировать:
Пивоварова О.В., Кузьмина А.С. Роль городских агломераций и моногородов в пространственном развитии современной России // Экономика, предпринимательство и право. – 2023. – Том 13. – № 12. – С. 6319-6340. – doi: 10.18334/epp.13.12.119991.

Аннотация:
В настоящее время возникает острая необходимость формирования современной пространственной структуры России, способной эффективно противодействовать геополитическим вызовам и обеспечивать защиту национальных интересов, суверенитета и территориальной целостности государства. Авторами осуществлен анализ долгосрочных тенденций эволюции роли городских агломераций и моногородов в пространственном развитии современной России. При этом выявлено, что наиболее перспективной структурообразующей единицей для целей стратегического планирования и формирования долгосрочных трендов развития России можно считать макрорегион, обладающий возможностью консолидации значительного потенциала интеллектуального, трудового, промышленного, транспортно-логистического, материально-производственного и минерально-сырьевого ресурсного обеспечения, а потенциал взаимосвязей для перспективного решения национальных экономических [хозяйственных], социальных и ряда других важнейших государственных задач в управленческом плане более целесообразно реализовать на территории макрорегионального территориального образования.

Ключевые слова: агломерация, макрорегионы, пространственное развитие, планирование, управление

JEL-классификация: O21, R10, R50, R58



Введение

В настоящее время возникает острая необходимость формирования современной пространственной структуры России, способной эффективно противодействовать геополитическим вызовам и обеспечивать защиту национальных интересов, суверенитета и территориальной целостности государства.

Задачи анализа пространственного развития нашли свое отображеие в целом перечне публикаций таких авторов как Абузярова М.И., Авцинова А.А., Макаров И.Н., Бекарев А.В., Тишков С.В., Ивашко Е.Е. , Бухвальд Е.М., Главацкий В.Б., Пыткина С.А., Глезман Л.В., Урасова А.А. [2 - 22] анализ развития непосредственно городских агломераций встречается в работах [23 - 30], а тематика моногородов представлена в [31 - 34].

Цель данного исследования состоит в аргументированном представлении значения территорий и некоторых теоретико-методологических подходах научно обоснованных и перспективных направлений развития национального пространства в их осмысленной интерпретации. Особое значение при этом имеет внимательное отношение к процессам обоснованного макроэкономического районирования и вовлечения значительных ареалов в народнохозяйственный оборот, к поступательному ускорению агломерационных процессов, обеспечивающих наиболее эффективное использование имеющегося экономического потенциала страны, а также поиску эффективных направлений развития для монопрофильных муниципальных образований (моногородов) на этапе перехода к новой системе мирохозяйственных связей.

Каждый из макрорегионов, определяемых в Стратегии пространственного развития Российской Федерации [Стратегия, (СПР)-2019г.] [1] можно рассматривать в качестве наиболее крупного территориального образования, имеющее межрегиональное и национальное социально-экономическое значение. По существу подобное ранжирование является новым для России, но, учитывая масштабы пространственного потенциала страны, аргументированное рассмотрение особенностей данного территориального образования имеет важное значение для построения новой российской экономической модели. Совокупность макрорегионов представляет общее национальное пространство через укрупнённые народнохозяйственные комплексы, и это более соответствует принятию стратегически значимых решений в экономике, чем их построение на основе приоритетов регионального развития. При этом регионы [субъекты] органично могут быть территориально усовершенствованы и встроены в макрорегиональный контент, получив при этом режим наибольшего благоприятствования в хозяйственной деятельности посредством активизации межрегиональных связей: этому способствует целеполагание в преобразовании самого макрорегиона. Поэтому через призму макрорегионов и их комплексного вовлечения в экономический оборот более реально просматривается осуществление национальных целей и обеспечение национальной безопасности. По мнению авторов, более подробное осмысление этой постановки должно быть представлено в Стратегии, разработанной во временном лаге до 2035г. или на более поздний период.

Основная часть

Одним из важнейших элементов будущей пространственной организации можно считать рост городов как центров расселения и активное формирование городских агломераций. Аргументированное осмысление значения и роли крупных городов как центров сосредоточения населения и, следовательно, их особого влияния на территориальное окружение, определяет фундаментальные прикладные основы дальнейшего совершенствования пространственной организации России. Здесь необходимо отметить, что несмотря на многогранность исследований, в большинстве своём стратегические вопросы влияния мегаполисов на пространственные особенности современного развития страны сформулированы недостаточно чётко, а их значение, особенно в долгосрочной перспективе, рассматривается зачастую весьма ограничено. Поэтому, учитывая современную геополитическую ситуацию, следует определить фундаментальный статус городских агломераций и представить их значение в более развёрнутом виде. В этой связи необходимо выделить наиболее перспективные тренды и особенности в области развития данных территорий и представить обоснованное место агломерационных образований в едином контуре национального пространства.

Важным дополняющим элементом Российской территории, но одновременно и наиболее проблемным в социально-экономическом плане, можно считать монопрофильные муниципальные образования [моногорода]. В научно-методологическом аспекте к ним примыкают и т.н. закрытые административно-территориальные образования [ЗАТО], имеющие некоторые отличия, но в сущностных позициях воспринимающиеся по ряду признаков как близкие территориальные образования. Значение как тех, так и других, преимущественно удалённых городских ареалов с особыми условиями жизнедеятельности, в полной мере не исследованы отечественной фундаментально-прикладной наукой, что вызывает объективный интерес со стороны государственных органов, общественных организаций и научного сообщества.

Постараемся более последовательно и аргументированно осмыслить значение макрорегионов, городских агломераций и моногородов в качестве взаимосвязанных элементов для построения базового социально-экономического каркаса в общей схеме стратегического развития национальной территории. В данном случае речь можно вести о некоторой особой триаде в рамках отечественной пространственной организации. Данная триада, по существу, формирует трудовой, научный, промышленно-технологический, транспортно-логистический и в значительной степени минерально-ресурсный потенциал как важнейшие основы суверенитета России.

I. Начнём рассмотрение поставленной в наименовании раздела тематики с аргументации значения макрорегионов как фундамента принципиально нового осмысления схемы пространственного развития России. В Стратегии пространственного развития России конкретного определения понятия макрорегион как важнейшего элемента будущей территориальной организации не представлено. Данное определение присутствует в статье 3 Федерального закона «О стратегическом планировании…» [2014г., ред. от 17.02.2023г.], однако здесь понятие «макрорегион» предусматривается, в основном, в качестве механизма для разработки документов долгосрочного планирования, напрямую не связанного с пространственным развитием. Возможно, поэтому и в Стратегии участие макрорегиональных образований рассматривается, скорее всего, в качестве потенциально значимой территориальной структуры, а безусловное первенство отдаётся нынешним субъектам, в том числе и в плане промышленно-технологической специализации. Поэтому в упомянутом документе понятийный аппарат о макрорегионе представлен в общих чертах и его целевое предназначение формулируется, главным образом, как «обеспечение устойчивого и сбалансированного пространственного развития Российской Федерации» [раздел IV, Стратегия]. Применительно к задачам макрорегионального воздействия здесь же отмечается влияние на межрегиональное сотрудничество и координацию социально-экономического развития субъектов. Кроме этого, в разделе VI определяется положительное воздействие макрорегионального потенциала на «достраивание цепочек добавленной стоимости», а также «усиление экономической связанности субъектов Российской Федерации». Однако приведённые характеристики не являются исчерпывающими и, по мнению исполнителей, требуют более развёрнутого обоснования значения макрорегионов в построении новой экономической модели России [разделы IV и VI, Стратегия]. Современное определение данного термина авторским коллективом может быть сформулировано следующим образом: макрорегион представляет структурно оформленное пространственное образование Российской Федерации, включающее два и более региона [субъекта] с устойчивым ареалом расселения населения, обеспечивающее поступательное социально-экономическое развитие в целях создания условий для реализации национальных интересов, стратегических целей, задач и достижения суверенитета во всех областях жизнедеятельности. В определённой степени этот подход сопряжён с важнейшими национальными приоритетами, определёнными в документе стратегического планирования - Концепции внешней политики Российской Федерации, утверждённой Указом Президента России, №229 от 31 марта 2023г.

Анализируя и осмысливая многочисленные исторические, природно-климатические, демографические, социально-экономические, инфраструктурные и некоторые иные особенности и различия нынешних 12-ти Российских макрорегионов вовлекаемый в хозяйственный оборот ресурсный потенциал, авторы обозначают значение данных территориальных образований в системе национальной экономики, пространственной организации России и реализации долгосрочных задач по обеспечению национальных интересов и стратегических целей развития:

- современные макрорегионы представляют в значительной степени новую схему структуризации национальной территории, обеспечивая посредством значительного инфраструктурного и ресурсного пространства более целенаправленное участие в решении внутренних и внешнеполитических задач по реализации национальных целей развития, стратегических вопросов безопасности и обеспечению территориальной целостности государства;

- решение обозначенных задач достигается на основе повышения эффективности государственного и корпоративного управления, потенциал которого раскрывается через взаимодействие и координацию действий на пространстве со значительно более масштабным ресурсным потенциалом – кадровым, минерально-сырьевым, транспортно-логистическим и т.д.;

- на макрорегиональном уровне возможен эффективный ресурсный манёвр, сопровождающийся дополнительными выгодами [через межрегиональную кооперацию, внешнеэкономическую деятельность и др.] и, кроме этого, сопутствующий мультипликативный эффект при взаимодействии сопряжённых отраслей и хозяйственных комплексов;

- современные макрорегионы формируют прочную экономическую вертикаль и взаимосвязь между территориальным мега-уровнем и региональным [субъектным] мезо-пространством, обеспечивая дополнительную поддержку инвестиционных и промышленно-технологических инициатив;

- многочисленные задачи по повышению уровня национального суверенитета в различных сферах жизнедеятельности имеют более весомые результаты при вовлечении в деловой оборот значительного по размерам и ресурсному потенциалу территориального пространства и комплексному подходу к его освоению;

- социально-экономические проекты, принимаемые для управленческих решений в пределах макрорегиона, имеют более разностороннюю специализацию, чем в системе отдельно взятого региона, при этом их достижение может ускориться и оказаться менее затратным;

- значительный потенциал макрорегиона способствует созданию на обозначенной территории системы научных, промышленных, аграрных и других типов кластеров, имеющих особое значение в построении самодостаточной национальной продовольственной, технологической и оборонной сферы;

- развитие внутренней макрорегиональной специализации поступательно обеспечивает приоритет определённых видов научной и/или хозяйственной деятельности [условно, не более 3-х], формирующих стратегический профиль рассматриваемого территориального образования в системе национальной экономики: в настоящий период чётко просматривается специализация Ангаро-Енисейского, Южно-Сибирского, Северо-Кавказского и некоторых других макрорегионов;

- макрорегион более подготовлен для создания новых и реконструкции ранее используемых магистралей, обеспечивающих продвижение национальной инфраструктурной системы в отдалённые и малонаселённые местности: данный подход реализуется в преддверии и на этапе осуществления крупных инвестиционных проектов и программ;

- впервые за определённым макрорегионом могут быть закреплены фактически реализуемые им приоритетные функции государственного и военного управления, имея ввиду высокий уровень их концентрации в соответствующих городских агломерациях: в данном случае просматривается исторически сложившаяся специализация, не характерная для подавляющего большинства других подобных образований;

- объективное позиционирование макрорегионов в системе территориальной организации и дальнейший приоритет их развития постепенно формируют новые подходы о перспективах построения внутреннего административно-территориального устройства России, основанного на принципах экономической целесообразности.

II. В Стратегии пространственного развития понятийный аппарат, общая классификация и некоторые другие основополагающие элементы применительно к городским агломерациям, в сравнении территориями макрорегионов, представлены более конкретно, хотя с задержкой по времени и в ограниченной содержательной тематике [пятая редакция СПР, июнь 2022г.; постановление Правительства РФ от 31 мая 2022г., №996]. Здесь акцент просматривается в максимальном охвате городских поселений для ранжирования в систему ГА (городских агломераций). Авторы, в основных чертах аргументируя значение агломераций, имеют в первую очередь ввиду крупнейшие и крупные агломерационные образования, в которых эффект от разнообразных направлений деятельности значительно выше, чем в более малых территориальных образованиях подобного типа. Поэтому имеет смысл обратить внимание на чрезмерно расширительную [количественную] трактовку понятия «городская агломерация», под которой в Стратегии подразумевается совокупная территория с численностью населения от 250-ти тыс. жителей. Думается, что в большинстве своём эту условную территориальную общность составляют некоторые малые города и сельские поселения, за редким исключением, не соответствующие предназначению городской агломерации как таковой и не удовлетворяющие представленной ниже авторской трактовке. Главный отрицательный мотив в представленной трактовке заключается в том, что искусственно заниженный критерий не способствует притягательности т.н. малых агломераций среди населения и, возможно, миграция на постоянное жительство в более крупные города приведёт к депопуляции ряда городских территорий. Самодостаточными в конкурентном плане с городской общностью от 500,0 тыс. до 1,0 млн. жителей они могут стать лишь в отдалённом будущем. По мнению авторов, важнейший потенциал, обеспечивающий масштабный по смыслу национальный проект достижения суверенитета во всех сферах жизнедеятельности, концентрируется в крупнейших и крупных агломерациях, при этом ускорение для эффекта масштаба и особое притягательное значение имеют центры указанных объединённых городских систем. Наиболее аргументировано данный тезис подтверждается при рассмотрении вклада в национальный ВВП многих известных в России агломерационных образований [таблица 1].

Таблица 1. Вклад центров крупнейших городских агломераций [ГА] в ВВП России в 2021 году

Наименование городских агломераций
Удельный вес центров ГА в общем объёме ВВП России, %
1
2
Москва
18,1
Санкт- Петербург
3,6
Самаро-Тольяттинская [2] ГА
1,02
Екатеринбург
0,9
Казань
0,85
Нижний Новгород
0,85
Новосибирск
0,81
Красноярск
0,76
Челябинск
0,56
Уфа
0,52
Ростов
0,50
Волгоград
0,42
ИТОГО:
28,89
Источник: рассчитано авторами на основе данных территориальных управлений Росстата

Основываясь на данных территориальных органов Росстата [Мосстат, Петростат и др.], применяя эмпирический анализ и расчёты, авторами представлена таблица, в некоторой степени условная, однако подтверждающая значительный вклад центров из числа основных крупнейших городских агломераций в национальный ВВП, постепенно приближающийся к 30-ти процентам. Расчёты представлены на основании условной доли центров агломераций в ВРП определённого субъекта, т.е. без учёта входящего в состав территориального окружения. Поэтому действительный агломерационный вклад в совокупный ВВП России может быть заметно выше: большинство из представленных в таблице городских центров в настоящее время или в ближайшем будущем должны обеспечить не менее 1-го процента прироста данного макроэкономического показателя.

Важным фактором повышения вклада агломераций в совокупный ВВП России, научно-технологический и промышленный потенциал следует считать активное участие в разработке и производстве государственного оборонного заказа. Согласно экспертным прогнозам, абсолютный объём гособоронзаказа в 2023г.возрастёт не менее чем в 1,5 раза, в связи с чем ещё более увеличится вклад рассматриваемых центров крупнейших агломераций в национальный ВВП: по субъективной оценке авторов, прирост данного относительного показателя может достигнуть 15-ти и более процентов.

Авторская интерпретация единого понятия агломерации может быть представлена в следующем определении. Итак, агломерация (городская агломерация) – это компактное размещение различных населённых пунктов, объединённых в сложную динамическую систему с интенсивными производственными, научно-технологическими, транспортными и культурными связями, в основе которых прослеживается исторический принцип формирования указанной территории. Как известно, агломерации образуются вокруг одного [моноцентрическая] или нескольких [полицентрическая] крупных городов – центров соответствующих систем расселения. Множественность определений, представленная в Стратегии, вносит избыточное теоретико-практическое ранжирование данных территорий, цель которого подтверждает трактовку на отчасти искусственное масштабирование агломерационных процессов.

Авторы особо выделяют крупнейшие агломерации, центры которых зачастую именуют мегаполисами. Для каждого из национальных государств, учитывая особенности расселения, характер размещения производственных мощностей, природно-климатические, пространственные различия, должны быть определены собственные критерии подобных территориальных образований. Неопределённость в позиционировании агломераций на государственном уровне на протяжении многих лет не способствовала позиционированию данных образований в пространственной организации России и дальнейшему продвижению важнейших законодательных инициатив в этом направлении. Скорее всего, на более внимательное отношение к агломерациям со стороны государства повлияли чёткий переселенческий тренд [Всероссийская перепись населения, 2020-2021гг.] и, кроме того, осознание важнейшего значения научного и промышленного потенциала этих пространственных территорий для разработки и производства различных видов гособоронзаказа и другой высокотехнологичной продукции. На основании изучения и анализа многочисленных источников, авторских исследований в период работы по данной тематике с высокой долей аргументации можно сформулировать значение городских агломераций в системе приоритетов государства и пространственного развития. В современных условиях и на долгосрочную перспективу городские агломерации:

- способствуют формированию принципиально новых территориальных центров в системе Российского пространства, концентрирующих создание и накопление важнейших видов ресурсов для обеспечения национальной безопасности, и защиты интересов государства в различных сферах жизнедеятельности;

- вносят значительный вклад в создание и поступательное возрастание валового внутреннего продукта России как важного фактора экономической устойчивости и стабильного социально-экономического развития государства;

- используя накопленный в течение длительного периода ресурсный потенциал, городские агломерации в основополагающей парадигме способствуют достижению национального суверенитета в различных областях, в первую очередь в финансовой, научно-технологической и промышленной сферах;

- формируют высокотехнологичную образовательную среду, способствуют созданию научно-образовательных центров мирового уровня и обеспечивают прочную основу для воспитания нового поколения в исторически значимых национальных традициях;

- учитывая исторически сложившееся многообразие зарубежных связей и постоянных контактов, активно участвуют в обеспечении задач международного сотрудничества и взаимодействия на протяжении различных периодов геополитического тренда, способствуя реализации стратегических целей и задач внешней политики государства, определяемых в разделе III Концепции внешней политики Российской Федерации [Указ Президента России от 31 марта 2023г., №229]

- обеспечивают активное формирование современного контура агломерационного окружения на основе продвижения элементов городской инфраструктуры, создания необходимых условий для работы, учёбы и комфортного проживания населения;

- принимают непосредственное участие в формировании и обустройстве пролегающих через крупнейшие ГА международных транспортно-логистических коридоров, в том числе в наиболее перспективных внешнеэкономических направлениях [Московская, Санкт-Петербургская, Нижегородская, Казанская, Екатеринбургская];

- на основе возрастающей эффективности деятельности исторически сформировавшихся центров обеспечивают положительное влияние на преобразование среды обитания по различным направлениям жизненного цикла, уровня образования, культуры и других сторон менталитета населения в ближнем и дальнем окружении, поступательно приближая к стандартам высокого качества различные слои общества;

- на протяжении длительного периода поддерживая приоритет по отношению к дальнему территориальному окружению способствуют обоснованной притягательности среди населения, концентрируя в прилегающем пространстве интеллектуальный потенциал и дополнительные трудовые ресурсы.

Приведённая выше аргументация может стать основой объективного позиционирования городских агломераций в качестве важнейшей составляющей опорного каркаса пространственного развития России.

III. Завершение данного раздела предусматривает авторское осмысление и аргументацию значения монопрофильных муниципальных образований [моногородов], развёрнутое представление о которых не нашло отражение в СПР [. Обзорная характеристика в соответствии с авторскими исследованиями и некоторыми данными НКО «Фонд развития моногородов» [Госкорпорация ВЭБ.РФ] выглядят следующим образом. По состоянию на 01.04.2023г. в России насчитывается 321 муниципальное образование подобного типа, перечень которых периодически уточняется в распоряжении Правительства РФ, №1398-р [2014г., ред. от 21.01.2020г.]. Численность населения, проживающего на территории моногородов, в начале 2023г. достигла почти 10-ти процентов от аналогичного показателя в целом по стране. Следует отметить, что из указанного перечня семь территориальных городских образований одновременно относятся и к категории ЗАТО [постановление Правительства РФ от 05.07.2001г., №508, ред. от 16.02.2021г.], имеющих важное стратегическое значение в научно-технологическом обеспечении оборонно-промышленного комплекса страны. В большинстве указанные городские территории имеют 1-2 градообразующих предприятия, однако в 12-ти монопрофильных образованиях, представляющих различные регионы, в качестве таковых функционируют три и более производственных комплекса. Наибольшее число моногородов представлены в Кемеровской области - Кузбассе [24], а также в Свердловской [17], Челябинской [16] и Нижегородской [12] областях, в Республике Карелия и Кировской области – по 11. Характерной чертой является наличие подобных образований в каждом из 12-ти макрорегионов России.

Поскольку на официальном уровне – [в Стратегии] - понятийный аппарат, роль и значение моногородов не сформулировано, авторская позиция для терминологического определения может быть представлена следующим образом. Под монопрофильным муниципальным образованием [моногородом] подразумевается территория населённого пункта [городского округа, городского поселения и др.], создание которого исторически основано на размещении отдельного или нескольких взаимосвязанных промышленно-технологических объектов, формирующих на длительный период единый градообразующий производственный и социальный комплекс. В данном случае принципиальное значение имеет возможность градообразующего предприятия или взаимосвязанной группы производств создания условий для обеспечения населения прилегающей территории полноценной системой жизненных благ на основе поддержания ранее действующих, создания новых рабочих мест и поступательного роста денежных доходов граждан. Анализируя социально-экономические условия развития отдельных моногородов, исполнители НИР в постановочной варианте обозначают вывод о необходимости на государственном уровне более углублённой классификации данных территориальных образований: в настоящий период в орбиту моногородов включены территориальные пространства, начиная от малых городов до центров крупных и крупнейших городских агломераций – гг. Набережные Челны, Новокузнецк, Магнитогорск, Нижний Тагил и др. Кроме этого, при подготовке долгосрочных преобразований ранее не обеспеченной финансированием городской среды необходим учёт исторических факторов, производственно-технологической, природно-климатической среды, географического положения и расстояний от областного [республиканского] центров, а также ряда других специфических особенностей монопрофильных народнохозяйственных комплексов, включая необходимость преференций для поддержки деятельности моногородов на приграничных территориях. Это потребует внесения указанных смысловых элементов в новую законодательную и нормативную правовую базу.

Комплексное рассмотрение авторами НИР многочисленных нормативных, аналитических и статистических материалов, касающихся истории образования, особенностей современного этапа хозяйственной деятельности ряда градообразующих предприятий и социально-экономических перспектив моногородов, позволило на основе аргументированного подхода определить важнейшие смысловые позиции, характеризующие значение данных территориальных образований для долгосрочного развития России:

- историческое значение монопрофильных муниципальных образований [моногородов] состоит, главным образом, во внедрении для практического применения в народном хозяйстве уникальных научно-технологических и производственно-технических инновационных разработок по различным направлениям экономической деятельности, положительные результаты которых впервые достигнуты в пределах данного территориального пространства;

- особый научный и производственно-технологический приоритет значительное число моногородов имеют в создании и поддержании на высоком уровне оборонного потенциала страны в целях обеспечения суверенитета в различных сферах жизнедеятельности и территориальной целостности государства [Воткинск [Удмуртская Республика], Димитровград [Ульяновская область], Железногорск [Красноярский край], Зеленодольск [Республика Татарстан], Нижний Тагил, Норильск, Снежинск [Челябинская область], Северодвинск, Северск [Томская область] и многие другие];

- моногорода, учитывая их значительную численность и расположение по всей территории России, за исключением отдельных ЗАТО, могут представлять связующее звено между крупнейшими, крупными городскими агломерациями и сельскими территориями внутри соответствующего макрорегиона, способствуя соединению в единую хозяйственную цепочку взаимодополняющих по специализации технологические производства;

- научно-технологический и промышленный потенциал большинства современных моногородов органично дополняет подобный агломерационный ресурс и может способствовать более эффективному использованию квалифицированного кадрового потенциала и ранее созданных перспективных разработок на значительной части национального пространства;

- значительная часть моногородов в совокупности с ЗАТО, имеющими высокий общероссийский статус для выполнения важнейших стратегических задач, представляют близкую по многим социально-экономическим характеристикам особую пространственную организацию, роль которой в достижении национальной безопасности и территориальной целостности государства является основополагающей, при этом различные потребности населения и сфер жизнедеятельности должно быть обеспечены исходя из максимально возможного финансирования на соответствующем этапе развития;

- система подготовки и закрепления высококвалифицированных кадров на ведущих предприятиях моногородов [ЗАТО] свидетельствуют об особых формах наставничества. преемственности и социальной поддержки в трудовых коллективах, которые могут найти положительное применение на многочисленных хозяйствующих субъектах крупнейших городов России;

- создание многочисленных ОЭЗ и ТОР на территориях монопрофильных образований [на 01.01.2023г.–87] формирует специфические черты для позиционирования указанных городов [пгт] в качестве одного из важнейших элементов опорного каркаса пространственного развития России: согласно исследований авторов, кроме ОЭЗ, ТОР и ИНТЦ, здесь определены геостратегические территории и городские агломерации;

- представленная позиция применительно к монопрофильным городским образованиям даёт основания позиционировать указанные территории в качестве первого [низового] звена, формирующего национальный пространственный каркас и обеспечивающего в долгосрочной перспективе притягательную среду расселения через локальные опорные центры для более малых городских и сельских поселений.

Заключение

Рассмотрение представленных ранее аргументов о значении по многим параметрам в долгосрочном периоде макрорегионов, городских агломераций и моногородов свидетельствует о нижеследующем:

- наиболее перспективной структурообразующей единицей для целей стратегического планирования и формирования долгосрочных трендов развития России можно считать макрорегион, обладающий возможностью консолидации значительного потенциала интеллектуального, трудового, промышленного, транспортно-логистического, материально-производственного и минерально-сырьевого ресурсного обеспечения;

- в фундаментально-прикладном значении макрорегион является связующим и координирующим звеном между несколькими мезо-уровневыми образованиями [субъектами] и таким образом положительно воздействует на комплексное ресурсное обеспечение внутренних структурных территорий;

- в политическом и социально-экономическом плане данное обстоятельство не противоречит современному государственному административно-территориальному делению [89 субъектов], однако в постановочном варианте прогноз будущего продолжения дальнейшего регионального укрупнения имеет значительный потенциал на основе приоритета экономических интересов государства и прогнозируемых разносторонних выгод для населения соответствующего образования;

- потенциал взаимосвязей для перспективного решения национальных экономических [хозяйственных], социальных и ряда других важнейших государственных задач в управленческом плане более целесообразно реализовать на территории макрорегионального территориального образования;

- в период геополитической трансформации и проектного формирования новых центров мирового развития противодействие перманентно возникающим вызовам в значительной степени компенсируется возрастанием научного, промышленно-технологического и военно-технического суверенитета, концентрация которого обеспечивается в городских агломерациях и наиболее значимых по экономическому потенциалу моногородах;

- объективная притягательность городских агломераций в качестве мест проживания и жизнедеятельности населения является объективным исторически сложившимся процессом, в основе которого прослеживается высокая степень приоритета консолидирующих городов-центров по отношению к близлежащему и дальнему территориальному окружению;

- представленные смысловые позиции усиливаются благодаря возникающему тесному взаимодействию на макрорегиональной территории ряда городских агломераций и приобретающих особое значение монопрофильных поселений: при определённых обстоятельствах и эффективном управлении это должно способствовать усилению межрегионального хозяйственного взаимодействия, дополнительного мультипликативного эффекта и оказать положительное влияние на развитие макрорегионального и национального пространства;

- значительный научно-практический интерес представляет новое видение современного тренда пространственной взаимосвязи между определённым макрорегионом, городскими агломерациями и моногородами, расположенными на данной территории, в качестве полноценного самостоятельного сегмента общего национального пространственного контура России, сохраняющего собственные уникальные особенности и органично дополняющего деятельность близлежащих макрорегиональных образований.

[1] Распоряжение Правительства РФ от 13.02.2019 N 207-р (ред. от 30.09.2022г.) «Об утверждении Стратегии пространственного развития Российской Федерации на период до 2025 года»- URL: http://www.Consultant.ru/

[2] Условно рассчитан совокупный вклад в ВВП РФ гг. Самара и Тольятти как центров двухъядерной агломерации


Источники:

1. Распоряжение Правительства РФ от 13.02.2019 N 207-р (ред. от 30.09.2022г.) «Об утверждении Стратегии пространственного развития Российской Федерации на период до 2025 года». КонсультантПлюс. [Электронный ресурс]. URL: http://www.сonsultant.ru/.
2. Абузярова М.И. Пространственное управление: эволюция, теории, особенности // Экономика, предпринимательство и право. – 2021. – № 6. – c. 1373-1388. – doi: 10.18334/epp.11.6.112297.
3. Авцинова А.А., Макаров И.Н. Оптимизация пространственного размещения производств как база развития периферийных регионов // Экономика, предпринимательство и право. – 2021. – № 9. – c. 2121-2132. – doi: 10.18334/epp.11.9.112417.
4. Алтунина В.В., Анучина Д.А. Классификация регионов Российской Федерации в контексте пространственной поляризации // Экономика, предпринимательство и право. – 2022. – № 5. – c. 1453-1474. – doi: 10.18334/epp.12.5.114641.
5. Алтунина В.В., Анучина Д.А. Оценка уровня пространственной поляризации российских регионов // Экономика, предпринимательство и право. – 2023. – № 5. – c. 1319-1340. – doi: 10.18334/epp.13.5.117516.
6. Анучина Д.А. Влияние отраслевой структуры экономики регионов на уровень пространственной поляризации // Экономика, предпринимательство и право. – 2022. – № 6. – c. 1805-1826. – doi: 10.18334/epp.12.6.114886.
7. Бекарев А.В., Тишков С.В., Ивашко Е.Е. Перспективы развития моногородов арктической зоны на примере предприятий аквакультуры Республики Карелия // Экономика, предпринимательство и право. – 2023. – № 5. – c. 1389-1408. – doi: 10.18334/epp.13.5.117600.
8. Бухвальд Е.М. Агломерации и проблемы их законодательного регулирования // Жилищные стратегии. – 2021. – № 1. – c. 11-26. – doi: 10.18334/zhs.8.1.111982.
9. Главацкий В.Б., Пыткина С.А. Развитие информационного обеспечения управления пространственно-отраслевой структурой региона // Экономика, предпринимательство и право. – 2021. – № 5. – c. 1105-1116. – doi: 10.18334/epp.11.5.112079.
10. Глезман Л.В. Приоритеты пространственно-отраслевого развития регионов в условиях цифровизации экономики // Вопросы инновационной экономики. – 2021. – № 2. – c. 581-596. – doi: 10.18334/vinec.11.2.111961.
11. Глезман Л.В., Урасова А.А. Методологические аспекты формирования механизма управления развитием пространственно-отраслевой структуры региона в условиях цифровизации экономики // Вопросы инновационной экономики. – 2022. – № 1. – c. 479-500. – doi: 10.18334/vinec.12.1.114191.
12. Дробот Е.В., Макаров И.Н., Ярикова Е.В. Пространственное развитие России: проблемы дифференциации в условиях глобализации // Экономические отношения. – 2019. – № 2. – c. 855-866. – doi: 10.18334/eo.9.2.40811.
13. Квон Г.М., Поздеева О.Г. Реализация инвестиционной деятельности государства в развитии социальной сферы макрорегиона: теория и практика // Экономика, предпринимательство и право. – 2022. – № 10. – c. 2725-2738. – doi: 10.18334/epp.12.10.116351.
14. Ковалева Е.Б., Пыткина С.А. Промышленное производство как приоритетное направление развития региональных пространственно-отраслевых структур в рыночной среде // Вопросы инновационной экономики. – 2021. – № 2. – c. 613-626. – doi: 10.18334/vinec.11.2.112108.
15. Ковзунова Е.С., Руйга И.Р. Концептуальный подход к оценке продовольственной безопасности макрорегиона на основе использования методов математического моделирования // Продовольственная политика и безопасность. – 2022. – № 2. – c. 177-196. – doi: 10.18334/ppib.9.2.114467.
16. Конина О.В., Савельева Н.К., Созинова А.А., Макарова Т.В., Шпенглер А.В., Бармина Е.А. Модель управления агломерацией в субъектах Российской Федерации // Экономика, предпринимательство и право. – 2023. – № 5. – c. 1341-1352. – doi: 10.18334/epp.13.5.117530.
17. Кузнецова Ю.А. Алгоритм определения равновесного состояния инновационного пространства макрорегиона // Вопросы инновационной экономики. – 2022. – № 3. – c. 1711-1730. – doi: 10.18334/vinec.12.3.115131.
18. Курочкин А.В. Макрорегиональные траектории инновационного развития: североамериканская и североевропейская модели // Вопросы инновационной экономики. – 2019. – № 4. – c. 1227-1238. – doi: 10.18334/vinec.9.4.41298.
19. Макаров И.Н., Дробот Е.В., Шеожев Х.В., Сухина Ю.В., Володина А.И. Государственная экономическая политика формирования пространственной эффективности в условиях внешних ограничений // Экономика, предпринимательство и право. – 2023. – № 6. – c. 2069-2080. – doi: 10.18334/epp.13.6.118272.
20. Макаров И.Н., Пивоварова О.В., Евсин М.Ю., Селищев О.Н. Развитие транспортной и информационной инфраструктуры неурбанизированных территорий и городских агломераций: роль организационно-управленческих инноваций // Вопросы инновационной экономики. – 2022. – № 4. – c. 2299-2314. – doi: 10.18334/vinec.12.4.116689.
21. Макаров И.Н., Дробот Е.В., Авцинова А.А., Филоненко Н.Ю. Пространственное развитие России: проблемы межрегиональной дифференциации // Экономические отношения. – 2019. – № 4. – c. 2953-2964. – doi: 10.18334/eo.9.4.41347.
22. Макаров И.Н., Дробот Е.В., Рязанцева Е.А., Кадильникова Л.А., Черных А.В. Инновации в управлении городской инфраструктурой: экономико-математическая модель функционирования платных магистралей городских агломераций // Вопросы инновационной экономики. – 2020. – № 2. – c. 967-984. – doi: 10.18334/vinec.10.2.110129.
23. Матризаев Б.Д. Исследование отличительных особенностей режимов бизнес-инноваций и их влияния на результаты инновационной деятельности макрорегионов // Вопросы инновационной экономики. – 2020. – № 4. – c. 2021-2036. – doi: 10.18334/vinec.10.4.110880.
24. Олифир Д.И. Синергия пространства как источник инновационной системы управления и развития городских агломераций (на примере Санкт-Петербургской агломерации) // Вопросы инновационной экономики. – 2019. – № 4. – c. 1403-1414. – doi: 10.18334/vinec.9.4.41300.
25. Павлов Ю.В. Выявление и анализ агломерационных эффектов в экономике региона (на примере Самарской области) // Экономика, предпринимательство и право. – 2023. – № 8. – c. 2983-3004. – doi: 10.18334/epp.13.8.118827.
26. Павлов Ю.В., Хмелева Г.А. Концепция региональной агломерационной политики // Экономика, предпринимательство и право. – 2023. – № 2. – c. 297-316. – doi: 10.18334/epp.13.2.117169.
27. Пальгова В.О. Конкурентоспособность городов в условиях пространственного роста // Экономические отношения. – 2019. – № 3. – c. 1817-1826. – doi: 10.18334/eo.9.3.40886.
28. Савельева Н.К., Созинова А.А., Макарова Т.В., Шпенглер А.В., Бармина Е.А. Нормативно-правовые проблемы регулирования создания и деятельности агломераций на региональном уровне // Экономика, предпринимательство и право. – 2023. – № 3. – c. 733-746. – doi: 10.18334/epp.13.3.117394.
29. Соколинская Ю.М., Хорев А.М. Дифференцированный подход к оказанию мер государственной поддержки моногородов в составе моделей экономической безопасности // Экономическая безопасность. – 2020. – № 1. – c. 79-94. – doi: 10.18334/ecsec.3.1.110123.
30. Столяров А.С. Специфика интенсивности сфер взаимодействий в рамках агломерации // Экономические отношения. – 2019. – № 2. – c. 1329-1340. – doi: 10.18334/eo.9.2.40675.
31. Строев П.В., Орлов С.Л., Дудник А.И. Современный императив пространственного развития России // Проблемы современной экономики. – 2020. – № 4(76). – c. 109-112.
32. Тополева Т.Н. Приоритеты политики пространственного развития России в условиях новых вызовов: региональный аспект // Экономика, предпринимательство и право. – 2022. – № 10. – c. 2641-2654. – doi: 10.18334/epp.12.10.116413.
33. Тюрина Ю.Г. Механизмы инновационного развития моногородов в современных условиях // Вопросы инновационной экономики. – 2019. – № 1. – c. 219-236. – doi: 10.18334/vinec.9.1.39795.
34. Черникова С.А., Ковалева Е.Б., Пыткина С.А. Механизм финансовой поддержки инновационной деятельности агропромышленного комплекса пространственно-отраслевой структуры региона // Экономические отношения. – 2020. – № 2. – c. 543-558. – doi: 10.18334/eo.10.2.110101.

Страница обновлена: 17.02.2024 в 15:58:34