Актуальные вопросы управления электронной коммерцией в условиях цифровизации экономики Узбекистана

Исохужаева М.Я.1
1 Международный Вестминстерский университет в городе Ташкенте, Узбекистан, Ташкент

Статья в журнале

Экономика Центральной Азии (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 6, Номер 1 (Январь-март 2022)

Цитировать:
Исохужаева М.Я. Актуальные вопросы управления электронной коммерцией в условиях цифровизации экономики Узбекистана // Экономика Центральной Азии. – 2022. – Том 6. – № 1. – С. 33-46. – doi: 10.18334/asia.6.1.114528.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=49225036

Аннотация:
В данной статье рассматриваются современное состояние государственного управления в сфере электронной коммерции, необходимость перехода к цифровизации. Изучено состояние развития электронной коммерции Республики Узбекистан. Определены основные факторы, влияющие на эффективность правительства в сфере электронной коммерции. Представлена многофакторная модель зависимости эффективности правительства от различных факторов. Выявлены показатели гражданского и уголовного правосудия, оказывающее наибольшее влияние на эффективность правительства. Выявлено, что для повышения эффективности деятельности правительства в сфере электронной коммерции должна выступать выработка государственной программы повышения качества уголовного и гражданского правосудия, обеспечение системы мер по повышению уровня открытости правительства и соблюдения законов. Рассмотрена нормативно-законодательная база, а также современное состояние государственного управления электронной коммерцией. Предложены механизмы по дальнейшему совершенствованию государственного управления процессами электронной коммерции.

Ключевые слова: цифровая экономика, электронная коммерция, эффективность правительства, механизмы государственного управления, многофакторная модель



Введение. Недавняя пандемия и ее последствия подчеркнули важность перехода к цифровой экономике, включающей электронную коммерцию и государственное регулирование. Трансформация системы управления, которая сопровождается во всем мире, революция в сфере данных дает государственному сектору возможность оптимизировать свою систему управления и организационные процессы, чтобы добиваться более значительных результатов во всех сферах.

Существуют разные способы определения и оценки государственного управления. Некоторые определения носят довольно широкий характер. В частности, в Докладе о мировом развитии, опубликованном Всемирным банком в 2017 году, государственное управление определяется как «правила, механизмы контроля за их соблюдением и организации». Согласно другим, более узким определениям, управление государственным сектором – это «способ реализации власти в процессе управления экономическими и социальными ресурсами страны в интересах развития» (World Bank 1991).

Согласно определению, принятому в рамках WGI, государственное управление – это «традиции и институты, с помощью которых осуществляется власть в той или иной стране», в том числе «процесс избрания, контроля деятельности и замены правительств, способность правительства разрабатывать и осуществлять продуманную государственную политику, а также уважение граждан и государства к институтам, регулирующим экономические и социальные отношения между ними» (Kaufmann, Kraay and Mastruzzi, 2006).

С точки зрения системного подхода, управление – это совокупность трех ключевых элементов или подсистем: субъект управления, объект управления и механизм управления субъекта управления объектом. Следовательно, государственное управление как система управления представляет собой совокупность субъекта управления, т.е. органов государственной власти; объекта управления, т.е. общества, сфер человеческой жизнедеятельности, социальных групп и определенных индивидуумов; и механизма государственного управления, т.е. организации воздействия субъекта управления на объект управления [2] (Prokofev, 2021).

Непосредственно для сферы электронной коммерции под государственным управлением системой электронной коммерции в условиях перехода к цифровой экономике понимается целенаправленная деятельность органов государственной власти по обеспечению норм и правил ведения коммерческой деятельности субъектов экономики, создания благоприятных условий для их развития и совершенствования функций государственной власти.

Основная часть. Установлено, что цифровизация государственного управления увеличивает потенциал государства. Связь между информатизацией государственного управления и повышением потенциала государства особенно очевидна в странах ЕЦА, учитывая их уровень развития, проникновения Интернета и функциональной совместимости систем управления информацией.

Степень развития в стране электронной коммерции в условиях перехода к цифровой экономике, которая напрямую связана с уровнем развития информационно-коммуникационных технологий (ИКТ), принято оценивать различными показателями: доля электронной коммерции в цифровой экономике, размеры инвестиций в отрасль ИКТ, скорость интернета, его покрытие территории страны и доступность для использования населением, доля госуслуг в системе электронного правительства, количество зарегистрированных ключей ЭЦП, количество активных доменных имен 2-го уровня в зоне.UZ, обеспеченность организаций специалистами в области ИКТ, безопасность в электронных торгах и др. Кроме этого, важными являются показатели в международных рейтингах, оценивающих степень развития в стране информационных технологий.

По многим из указанных показателей в Узбекистане в период с 2016 года достигнут значительный прогресс. Так, валовая добавленная стоимость, созданная в сфере услуг в области «информации и связи», выросла с 2016 года в 2 раза с 4,4 до 8,8 трлн сумов, а объем оказанных услуг по виду экономической деятельности «Информация и связь» вырос в 2 раза с 6,3 до 12,9 трлн сумов [10].

Развитию отрасли ИКТ способствовал рост объема инвестиций в основной капитал по виду деятельности «Информация и связь», который в период 2016–2020 годов вырос в 4 раза с 1,2 до 4,8 трлн сумов, в их числе объемы иностранных инвестиций и кредитов выросли в 2,5 раза с 0,8 до 2 трлн сумов.

Динамично развивается телекоммуникационная инфраструктура, пишут эксперты. Почти в 3,8 раза – с 17,9 до 68,6 тыс. км – выросла протяженность проложенных волоконно-оптических линий связи, до конца 2021 года их протяженность планируется практически удвоить и довести до 118,6 тыс. км. Как результат, сформирована внутриреспубликанская и международная транспортная сеть, которая обеспечивает возможность высокоскоростного, широкополосного доступа к мировым информационным ресурсам, что является основой вхождения в мировую электронную коммерцию.

Число базовых станций мобильной связи выросло в 1,8 раза с 17,7 до 31,7 тыс. единиц, только в 2020 году было установлено и запущено более 5600 новых телефонных станций мобильной связи [10].

Расширение сети базовых станций мобильной связи позволило создать условия для предоставления услуг (довести охват) мобильной связи для 98 % населения страны, в том числе высокоскоростной связью – до 90 %.

Исследователи отмечают, что расширение сети станций мобильной связи происходит за счет установки новых станций, обеспечивающих работу сетей 3G/4G стандартов, а в Ташкенте реализованы также проекты по установке 15 базовых станций пятого поколения – 5G [10].

Количество абонентов мобильной связи с 2016 года выросло на 20 % до 25,4 миллиона человек, а число пользователей интернетом – почти в 2 раза – до 22,5 миллиона человек.

Ежегодно растет число установленных портов широкополосного доступа к интернету, которое обеспечивает абонентам непрерывное к нему подключение для передачи и приема информации на высоких скоростях, говорится в исследовании.

В 2020 году было установлено около 1 миллиона дополнительных портов, всего с 2018 года число портов выросло с 1,2 до 3,2 миллиона, а к концу 2021 года планируется довести данный показатель до 3,9 миллиона, что значительно расширит возможности для доступа абонентов проводной связи к широкополосному интернету [10].

К настоящему времени все детские сады, медицинские учреждения, а также более 8000 школ (80 % от общего числа) получили доступ к высокоскоростному интернету. В 2021 году планируется обеспечить доступ к сети всех школ, а также махаллинских сходов граждан (около 10 тысяч сходов) [10].

Росту числа пользователей мобильной связью и интернетом способствовало не только развитие инфраструктуры ИКТ, но и снижение стоимости за пользование интернетом при одновременном увеличении его скорости, что представляет собой условия, необходимые для функционирования электронной коммерции. С 2016 года пропускная способность (скорость) международной сети передачи данных была увеличена почти в 22 раза – с 55 до 1200 Гб/с. Увеличение скорости сети Интернет позволит ускорить процесс прохождения транзакций в ходе электронной коммерции. При этом стоимость тарифов на интернет-услуги для провайдеров снизилась в 21 раз с 91,5 до 4,3 доллара за 1 Мбит/с [10].

В соответствии с постановлением правительства от 17 апреля компания «Узбектелеком» совместно с американской Winncom Technologies в нынешнем году реализует проект по модернизации центра пакетной коммутации на сумму почти 26 млн долларов, что позволит расширить его пропускную способность до 1800 Гбит/с [10].

Выросла и скорость интернета для потребителей. С 2018 года скорость широкополосного интернета для абонентов выросла с 10,11 до 36,85 Мб/с, а для абонентов мобильного интернета – с 9,97 до 13,89 Мб/с [10].

Созданы условия для развития электронной коммерции. В соответствии с постановлением президента от 14 мая 2018 года «О мерах по ускоренному развитию электронной коммерции» в целях стимулирования субъектов предпринимательства в сфере электронной коммерции создан Национальный реестр субъектов электронной коммерции e-tijorat.uz.

В него на добровольной и бесплатной основе включаются юридические лица и индивидуальные предприниматели, у которых доходы от реализации товаров и услуг посредством электронной коммерции составляют не менее 80 % от общего объема реализованных ими товаров и услуг. При этом они будут являться плательщиками единого налогового платежа по ставке 2 %.

Для оценки эффективности государственного управления электронной коммерцией в условиях перехода к цифровой экономике предлагается рассмотрение таких индексов, как [9]:

«Эффективность работы правительства» (Government Effectiveness) – индекс включает показатели, измеряющие качество государственных услуг, качество разработки и реализации внутренней государственной политики, уровень доверия к внутренней политике, проводимой правительством, качество функционирования государственного аппарата и работы государственных служащих, их компетенцию, степень их независимости от политического давления и так далее.

«Качество регулирования» (Regulatory Quality) отражает «восприятие способности правительства разрабатывать и осуществлять продуманные меры государственной политики и нормативные акты, которые создают условия и стимулируют развитие частного сектора». С его помощью фиксируются меры, противоречащие принципам рыночной экономики, такие как неадекватный контроль уровня цен и банковской сферы, чрезмерное регулирование развития бизнеса, торговых отношений и так далее. Меры по эффективному соблюдению правительственных постановлений, таких как трудовые, коммерческие и потребительские правила.

«Открытое правительство» (Open Government) измеряет открытость правительства, определяемую степенью, в которой правительство обменивается информацией, наделяет людей инструментами для приведения правительства к ответственности и способствует участию граждан в обсуждениях государственной политики. Порядок и безопасность измеряет, насколько хорошо общество обеспечивает безопасность людей и имущества. Безопасность является одним из определяющих аспектов любого правового общества и является фундаментальной функцией государства. Это также является предварительным условием для реализации прав и свобод, к которым стремится верховенство права.

«Соблюдение законов» (Regulatory enforcement) определяет обеспечение соблюдения нормативных норм мер в той степени, в которой правила справедливо и эффективно осуществляются и обеспечиваются. Нормативные акты, как правовые, так и административные, структурируют поведение внутри и вне правительства. В нем рассматривается вопрос о том, как осуществляется и обеспечивается соблюдение нормативных актов.

«Уголовное правосудие» (Criminal Justice) оценивает систему уголовного правосудия страны. Эффективная система уголовного правосудия является ключевым аспектом верховенства права, поскольку она представляет собой обычный механизм для рассмотрения жалоб и возбуждения исков против отдельных лиц за преступления против общества.

«Гражданское правосудие» (Civil Justice) – это меры по вопросу о том, могут ли простые люди разрешать свои жалобы мирным и эффективным путем с помощью системы гражданского правосудия. Он измеряет, являются ли системы гражданского правосудия доступными и недорогими, а также свободными от дискриминации, коррупции и ненадлежащего влияния со стороны государственных должностных лиц. В нем рассматривается вопрос о том, проводится ли судебное разбирательство без необоснованных задержек и эффективно ли исполняются решения. Он также измеряет доступность, беспристрастность и эффективность альтернативных механизмов разрешения споров.

«Отсутствие коррупции» (Absence of Corruption) измеряет отсутствие коррупции в правительстве. Фактор учитывает три формы коррупции: взяточничество, ненадлежащее влияние государственных или частных интересов и незаконное присвоение государственных средств или других ресурсов. Эти три формы коррупции рассматриваются в отношении государственных служащих в исполнительной, судебной, законодательной системе и др. Он также измеряет, заключаются ли контракты на государственные закупки и общественные работы в рамках открытого и конкурентного процесса торгов и воздерживаются ли правительственные чиновники на различных уровнях исполнительной власти от хищения государственных средств.

Основные данные по Республике Узбекистан представлены в таблице 1.

Таблица 1

Факторы, влияющие на эффективность государственного управления электронной коммерцией в Узбекистане

Период, годы

Эффективность работы правительства
Качество регул-я/качество законодательства (regulatory quality)
Открытое правительство (порядок и безопасность)
Соблюдение законов (Regulatory Enforcement)
Criminal justice / уголовное правосудие
Civil justice / гражданское правосудие
Отсутствие коррупции (Absence of Corruption)
t
t
y
x1
x2
x3
x4
x5
x6
2011
1
-0,6850357
-1,561155
0,38
0,46
0,35
0,51
0,29
2012
2
-0,9106965
-1,57999
0,36
0,46
0,36
0,49
0,30
2013
3
-0,9140525
-1,60269
0,36
0,46
0,36
0,49
0,30
2014
4
-0,628804
-1,710769
0,39
0,47
0,41
0,48
0,35
2015
5
-0,672068
-1,642438
0,32
0,42
0,44
0,49
0,32
2016
6
-0,577448
-1,619923
0,31
0,45
0,44
0,51
0,33
2017
7
-0,5541742
-1,258372
0,30
0,46
0,45
0,49
0,34
2018
8
-0,54734
-1,082762
0,30
0,46
0,45
0,49
0,34
2019
9
-0,514127
-0,992225
0,31
0,44
0,44
0,51
0,38
2020
10
-0,507029
-0,944907
0,33
0,44
0,44
0,51
0,40
2021
11
-0,49568
-0,92345
0,31
0,43
0,43
0,53
0,41
Источник: составлено автором на основе данных The Worldwide Governance Indicators (WGI) http://info.worldbank.org/governance/wgi/

Для целей анализа факторов, влияющих на эффективность государственного управления электронной коммерцией в условиях перехода к цифровой экономике в Узбекистане, проведем эконометрический анализ, где в качестве результативного фактора возьмем эффективность работы правительства (Government Effectiveness), факторы-признаки представлены в таблице 1.

Исследование показало, что несмотря на наличие автокорреляции между переменными, модель гомоскедастична. Коэффициент детерминации и критерий Фишера также подтверждают высокое качество модели.

Как следует из данных, полученных с помощью программы EViews методом наименьших квадратов, полученная многофакторная модель будет иметь вид:

(1)

(t) (-7,47) (3,07) (4,51) (1,71) (7,34) (5,80) (-2,85)

Уравнение (6) выражает зависимость показателя эффективности работы правительства (Y) от показателя качества регулирования / качества законодательства (х1), индикатора открытости правительства (порядок и безопасность) (х2), показателя соблюдения законов (х3), уголовного правосудия (х4), гражданского правосудия (х5), показателя отсутствия коррупции (х6). Коэффициенты уравнения показывают количественное воздействие каждого фактора на результативный показатель при неизменности других. В нашем случае показатель эффективности работы правительства:

- растет на 0,27 ед. при увеличении качества регулирования/качества законодательства на 1 ед. при неизменности всех остальных показателей;

- имеет тенденцию роста на 4,61 ед. при росте индекса открытости правительства на 1 ед. при условии неизменности остальных показателей;

- растет на 1,63 ед. при увеличении индекса соблюдения законов на 1 ед. при неизменности остальных показателей;

- увеличивается на 6,70 ед. при усилении индекса уголовного правосудия на 1 ед. при условии неизменности остальных показателей;

- увеличивается на 7,16 ед. при росте индикатора гражданского правосудия на 1 ед. при условии неизменности остальных показателей;

- и наконец, снижается на 2,49 ед. при росте показателя отсутствия коррупции.

Таким образом, наибольший прирост результативному признаку придают показатели гражданского и уголовного правосудия.

Заключение. Исходя из проведенного исследования, основной целью государственной политики Узбекистана на перспективу в сфере повышения эффективности деятельности правительства в сфере электронной коммерции должна выступать выработка государственной программы повышения качества уголовного и гражданского правосудия, обеспечение системы мер по повышению уровня открытости правительства и соблюдения законов. Реализация стратегических целей в области повышения эффективности правительственных мер приведет к росту демократизации общества, повышению доступности и качества информационных ресурсов, снижению уровня коррупции и в конечном итоге позволит достичь важнейших целей устойчивого развития Узбекистана.

Исследование показало в целом динамику роста эффективности правительства. Для повышения результативности, прозрачности и открытости необходима дальнейшая реализация мероприятий по внедрению цифровых технологий в государственном управлении.

При этом необходимо учитывать уровень цифровизации, рынок цифровых технологий, уровень информатизации процессов, социально-экономическое положение в стране, уровень цифровизации в зарубежных странах, международные стандарты по трансграничному взаимодействию с зарубежными странами и многое другое.

Цифровизация инструментов управления процессами электронной коммерции приводит к новым механизмам взаимодействия субъектов экономики:

– информатизация бизнес-процессов сопровождается изменением механизмов организации и гармонизации единой системы взаимодействия всех субъектов на различных уровнях;

– наличие цифровых технологий и высокая скорость интернета позволяют мгновенно реагировать на происходящие процессы;

– удобство и открытость правительства стимулируют к применению цифровых технологий в бизнес-процессах предприятий;

– возможность обработки больших данных позволяет оперативно принимать управленческие решения на государственном, региональном и муниципальном уровне.

Таким образом, цифровые технологии позволяют эффективно взаимодействовать всем участникам рынка, обеспечивая сбор, обработку и хранение информации и повышая эффективность в принятии управленческих решений государства.

Учитывая международный опыт, было выявлено, что взаимодействие субъектов электронной коммерции осуществляется через цифровые платформы, создавая цифровую экосистему. Электронная коммерция в Узбекистане выстроена на уровне рыночных условий, но при этом должны быть учтены риски, возникающие в условиях цифровизации: монополизация данных иностранными цифровыми платформами, технологическая независимость, вопросы безопасности и др. Эти риски должны быть учтены при обновлении нормативно-законодательной базы, организационных, технических и других вопросах.

В Республике Узбекистан гocудapcтвeнныe opгaны нaпpaвляют cвoи уcилия нa coздaниe oбщиx тexнoлoгичecкиx плaтфopм, coвepшeнcтвoвaниe зaкoнoдaтeльнo-нopмaтивнoй бaзы paзвития цифровой экономики, paзвитиe «Элeктpoннoгo пpaвитeльcтвa», приоритетность национальных интересов во вхождении в международное сообщество, cтимулиpoвaниe и пooщpeниe внeдpeния цифpoвыx тexнoлoгий, пoдгoтoвку кaдpoв, oбecпeчeниe бeзoпacнocти oт кибepугpoз, pacшиpeниe мeждунapoднoгo coтpудничecтвa в oблacти цифровой экономики и дp. Вместе с этим необходимо развитие инфраструктуры цифровой экономики и электронной коммерции в частности, повышение цифровой грамотности и технологического партнерства, которые повысят цифровой потенциал страны. Ограничительная нормативно-правовая база с ее многочисленными подзаконными актами, а также отсутствие конкуренции или доступа к рынку отбивает у инвесторов охоту использовать потенциально выгодные возможности в Узбекистане.

На сегодняшний день разработана Программа стратегии «Цифровой Узбекистан – 2030», включающая в себя национальную политику и действия по развитию цифровой экономики. Необходимо применение регулятивных «песочниц» для проверки действенности новых правовых актов, касающихся цифровых технологий, привлечение инвестиций в науку, технологию и инновационную деятельность, улучшение обмена данными внутри страны и в субрегионе, а также укрепление регионального сотрудничества в области развития цифровой инфраструктуры.

Несмотря на имеющиеся успехи, предприятия республики зaмeтнo отстают в oблacти цифpoвыx внeдpeний в ocнoвныx миpoвыx peйтингax цифpoвoй кoнкуpeнтocпocoбнocти. Для улучшения cитуaции необходима разработка cиcтeмы cтимулoв для внeдpeния цифpoвыx тexнoлoгий на предприятиях. Поэтому основными пpиopитeтными направлениями является coвepшeнcтвoвaниe экономических механизмов государственного управления и coздaниe выгодных уcлoвий для пpивлeчeния инвecтиций в цифpoвыe пpoeкты.

Необходимо создание сбалансированных регуляторных условий для участников цифровых рынков – безопасной цифровой среды, развития национальных экосистем и платформ и развития национальной цифровой экономики.

Регуляторная политика должна своевременно реагировать на сформировавшиеся условия на рынке, способствуя развитию инноваций, цифровых платформ и экосистем, которые находятся на стадии становления и уже конкурируют с иностранными экосистемами, включая и глобальные рынки. Должна быть сформирована правовая основа для создания благоприятных условий национальным экосистемам и платформам.

В принятой Стратегии развития Нового Узбекистана на 2022–2026 годы в Цели 25 развитие цифровой экономики определяется в качестве основного «драйвера» и предусматривается обеспечение увеличения ее объема как минимум в 2,5 раза [12] (Mirziyoev, 2022).

Исходя из цели должны быть достигнуты следующие задачи:

- создание правовой базы, обеспечивающей защиту интересов национальных экосистем и платформ;

- обеспечение конкурентной среды при взаимодействиии с иностранными экосистемными безнес-моделями национальных цифровых платформ и экосистем;

- формирование правовых основ для дальнейшего развития национальных экосистем и платформ;

- обеспечение защиты прав потребителей и поставщиков экосистем и платформ.

Переведение всего государственного управления в цифровую плоскость требует сохранения баланса между использованием технологий и сохранением личностных взаимоотношений людей и защитой их интересов.

Исходя из Стратегии ускоренного развитии национальной экономики и обеспечения высоких темпов роста, необходимо всестороннее совершенствование управления электронной коммерции в условиях перехода к цифровой экономике. В частности, формирование регуляторной среды, обеспечивающей благоприятный правовой режим для использования цифровых технологий и осуществления деятельности в электронной коммерции, а также благоприятных условий для развития эффективной конкуренции среди национальных и иностранных субъектов экономики (экосистем/платформ). При этом необходимо обеспечить защищенность граждан и поставщиков, технологический суверенитет и устойчивое социально-экономическое развитие в условиях перехода к цифровой экономике страны.

К совершенствованию экономических механизмов регулирования государства можно отнести разработку различных форм льгот при приобретении цифровых продуктов (технологий) и использования цифровых услуг электронной коммерции; создание специальных систем кредитования и льгот (например, административные, налоговые и др.) путем пересмотра снижения ставок подоходного налога, ставок таможенных пошлин и упрощение процедуры прохождения таможенной зоны для объектов цифровой торговли; увеличение объема экспорта цифровых услуг; создание условий для привлечения инвестиций.

Целью регулирования цифровых экосистем и платформ на данном этапе их становления является поддержание качественной конкуренции на национальном рынке для всех игроков вне зависимости от их принадлежности к той или иной экосистеме, развитие национальных экосистем/платформ в Республике Узбекистан в условиях конкуренции с иностранными экосистемами/платформами, защита интересов поставщиков и потребителей товаров и услуг экосистем/платформ, что будет способствовать экономическому росту, цифровизации и технологическому развитию страны.


Источники:

1. Мирзиёева Ш. М. Каз президента республики Узбекистан об утверждении стратегии «Цифровой Узбекистан-2030» и мерах по ее эффективной реализации». № УП-6079 от 5 октября 2020 года. Сайт государственного учреждения «Национальный правовой информационный центр «Адолат» при Министерстве юстиции Республики Узбекистан». [Электронный ресурс]. URL: https://lex.uz/ru/docs/5031048 (дата обращения: 23.10.2021).
2. Прокофьев С. Е. Теория и механизмы современного государственного и муниципального управления. / учебник и практикум для вузов / С. Е. Прокофьев, С. Г. Еремин, А. И. Галкин. - Москва : Издательство Юрайт, 2021. – 695 c.
3. Бобохужаев Ш.И., Отакузиева З.М. Проблемы внедрения современных ИКТ в деятельности предприятий и организаций Узбекистана. / Монография. - Ташкент: ТУИТ имени Мухаммада Аль-Хорезмий, 2020. – 239 c.
4. Islamov B.A., Isokhujaeva M. Ya. Needs for Improvement of Electronic Commerce in Uzbekistan // The Annals of Center for Regional Economic and Business Networks. – 2021. – № 10. – p. 93-107.
5. Исохужаева М.Я., Исламов Б.А. Цифровизация экономики и электронная коммерция в Узбекистане // Круглый стол по итогам «Год развития науки, просвещения и цифровой экономики»: Ташкентский Филиал РЭУ имени Г.В.Плеханова. Ташкент, 2020. – c. 95-97.
6. Исохужаева М.Я., Очилова Х.Ф. Особенности управления электронной коммерцией в условиях цифровой экономики // Бизнес-эксперт. – 2020. – № 3(147). – c. 130-133.
7. Исохужаева М.Я. Электрон коммерцияда долзарб хавфсизлик масалалари // Иктисодиет ва таълим. – 2020. – № 3. – c. 165-168.
8. Исохужаева М.Я., Хасанова Х.Х. Электрон иқтисодиёт шaроитлaридa рaқaмли компетентлик // Бизнес-эксперт. – 2020. – № 7. – c. 35-37.
9. World Bank. [Электронный ресурс]. URL: http://info.worldbank.org/governance/wgi/ (дата обращения: 20.03.2022).
10. Scienceweb. [Электронный ресурс]. URL: https://scienceweb.uz/storage/submission_files/96/96-full-60dda5f8a2c77.pdf (дата обращения: 20.03.2022).
11. Исследование цифровой экономики Узбекистана: инвестиции в IT-сектор за 4 года выросли в 4 раза. [Электронный ресурс]. URL: https://www.gazeta.uz/ru/2021/05/05/research/ (дата обращения: 20.03.2022).
12. Мирзиёев Ш. М. Указ Президента Республики Узбекистан «О Стратегии развития Нового Узбекистана на 2022-2026 годы» от 28 января 2022 года № УП-60. [Электронный ресурс]. URL: https://lex.uz/ru/docs/58410772 (дата обращения: 23.10.2021).

Страница обновлена: 09.09.2022 в 08:26:35