Механизм регулирования рынка экологически чистой продукции в региональном контексте

Воробьев Н.Н.1, Агаркова Л.В.2
1 Технологический институт сервиса (филиал) ФГБОУ ВО «Донской государственный технический университет»
2 Ставропольский государственный аграрный университет

Статья в журнале

Продовольственная политика и безопасность
Том 7, Номер 4 (Октябрь-декабрь 2020)

Цитировать:
Воробьев Н.Н., Агаркова Л.В. Механизм регулирования рынка экологически чистой продукции в региональном контексте // Продовольственная политика и безопасность. – 2020. – Том 7. – № 4. – doi: 10.18334/ppib.7.4.111208.

Аннотация:
Статья посвящена обоснованию механизма регулирования регионального рынка экологически чистой продовольственной продукции, апробации на примере региона. В статье рассматриваются вопросы экологически чистой продовольственной продукции, факторы финансовой поддержки населения и государственного регулирования процесса ее производства и потребления на территории Российской Федерации, проводятся сравнение и анализ различных подходов в контроле и оценки доступности по реализации такой продукции. Разработаны критериальные оценочные показатели в оценке безопасности населения по обеспечению продовольственной продукцией, приведены примеры адаптации регионального механизма обеспечения населения экологически чистой продовольственной продукцией.

Ключевые слова: население, рынок, экология, продукция, экономика, механизм, регулирование, продовольствие, финансы

JEL-классификация: Q13, Q15, Q18



Введение

Вопросы безопасности в продовольственном контексте затрагивают интересы всех стран, так как население планеты увеличивается, соответственно, растет потребность в продовольствии. Россия не является исключением, но ее продовольственные ресурсы отличаются от остальных стран, так как обособленность географического расположения государства, природно-климатическое влияние на производство сельскохозяйственной продукции во многом предопределили ее мировой статус. В настоящее время в Российской Федерации на различных уровнях государственного управления принимается ряд законодательных и нормативных актов в области продовольственной безопасности. Они в соответствии со временем совершенствуют систему контроля как за отечественной, так и зарубежной продовольственной продукцией.

Так, например, согласно Указу Президента РФ от 21 января 2020 г. № 20, установлены не только показатели продовольственной безопасности, но и индикаторы оценки самообеспечения отечественной продовольственной продукцией. Реальная ситуация отражена в данном законодательном акте, так как обозначенные индикаторы показывают неполную обеспеченность государства собственным продовольствием. Внутреннее потребление продуктов в Российской Федерации несколько выше намеченных индикаторов, так как рынок производства сельскохозяйственной продукции обеспечивает только на 50% потребности, соответственно, рынок потребителя насыщается импортом. Мы говорим об общей «картине» производственного рынка продовольственной продукции, но по экологически чистой сельскохозяйственной, и в частности продовольственной продукции, аналогичных показателей не установлено [1].

Согласно 10 пункту третьего раздела этого законодательного акта, экономическая доступность продовольствия должна соответствовать 100%, в частности по отношению фактического потребления основной пищевой продукции на душу населения Российской Федерации. Отмечено, что данный расчет построен на соотношении фактического потребления к рациональным нормам потребления продовольственной продукции, отвечающим требованиям здорового питания. В части рациональных норм потребления не возникает вопросов, так как они уже давно апробированы и проверены временем. Здесь вопрос в другом, а именно, в качестве потребляемой продовольственной продукции, построении механизма ее доступности по ценам для населения.

Ряд других законодательных актов, принятых в РФ, конкретизируют позиции качества продовольственной продукции, что не вызывает сомнений, а лишь подчеркивает необходимость более «жесткого» определения качества продовольственной продукции. Например, принятый 02.01.2000 Федеральный закон «О качестве и безопасности пищевых продуктов» № 29-ФЗ в статье девятой определил обязательные требования к пищевым продуктам, материалам и изделиям [2].

В 2011 году был утвержден технический регламент Таможенного союза (решением комиссии Таможенного союза от 9 декабря 2011 г. № 881тр) [3] согласно опубликованному письму Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 15 августа 2008 г. № 01/8911-8-32 «Об усилении надзора за содержанием пестицидов в пищевых продуктах и объектах окружающей среды» [4].

В Указе Президента РФ № 20 по продовольственной безопасности установлены индикаторы, которые требуется выполнить. Так, например, по зерну необходимо достичь 95% производства от потребности государства. Такой продукции, как сахар, должно быть произведено не менее 90% от требуемого объема внутреннего потребления. Разные виды растительного масла в производстве должны составить тоже не менее 90%; мяса и мясопродуктов (в пересчете на мясо) – не менее 85%; молока и молокопродуктов (в пересчете на молоко) – не менее 90%; рыбы и рыбопродуктов (в живом весе – весе сырца) – не менее 85%; картофеля – не менее 95%; овощей и бахчевых – не менее 90%; фруктов и ягод – не менее 60%; семян основных сельскохозяйственных культур отечественной селекции – не менее 75%; соли пищевой – не менее 85%. Остальная часть продовольствия, соответственно, должна импортироваться из-за рубежа, а это в среднем по общему объему требуемого продовольствия в России – 26% [1].

Результаты исследования

Известно, что по нормативам потребление зерна в Российской Федерации рассчитывается из расчета 110 килограмм хлеба на человека в год. Если мы возьмем технологию выпечки хлеба, то из одного килограмма зерна получается примерно 75 грамм хлеба. Согласно такому расчету, при соблюдении нормы питания в Российской Федерации необходимо произвести 143 кг зерна на одного человека.

Отсюда следует, что в Российской Федерации при производстве зерна в объеме 100000 тонн на каждого жителя приходится в среднем по 50 кг, что, конечно же, не удовлетворяет потребности. Необходимо отметить, что в настоящее время ежегодный рост производства зерна (за счет роста урожайности) значительно увеличил этот показатель, дошедший до отметки в 72 кг, но все-таки такой объем еще не позволяет сказать о достигнутом балансе на рынке производства и потребления.

Да и потребление хлеба и хлебобулочных изделий, судя по данным 2014–2019 годов, в Российской Федерации несколько выше наших расчетных и составляет 115–118 кг в год в среднем на каждого жителя [5]. Считаем, что индикатор в 95% самообеспечения зерном в Российской Федерации может быть достигнут при комплексном решении проблем. Как отмечает в своих работах академик РАН Алтухов А.И., цифровая трансформация агропромышленного сектора России позволит решить ряд задач. Мы солидарны с мнением ученых, и тем более, что такие технологии позволят ускорить обработку данных.

Судя по их исследованиям, в процессе обработки спутниковых карт и в управлении роботизированной техникой можно получить результат полного автономного управления. Кроме того, комплексное использование современных технологий, предложенных учеными, позволит более мобильно реагировать на рынок производителя не только повышением урожайности культур, но и при проведении инвентаризационных процессов по эффективности использования сельскохозяйственных земель [6] (Altukhov, Dudin, Anishchenko, 2020).

Если посмотреть на сеть покупательского рынка в пределах одного региона или субъекта Российской Федерации, то увидим разницу между объемами производства продовольственной продукции и потребления [5].

На первый взгляд, нет необходимости в ограничении продукции неотечественного производства, но покупатель должен иметь информацию об экологически чистой продовольственной продукции вне зависимости от страны производителя.

На наш взгляд, необходимо предусмотреть в Российской Федерации разграничение в структуре производства и потребления экологически чистой продовольственной продукции, которая в основном и зависит от сырьевой базы сельскохозяйственного производства.

Дело в том, что различные климатические условия в регионах России формируют специфичный процесс производства продовольствия, а территориальная протяженность страны существенно влияет на цены реализации, и соответственно, на покупательские предпочтения и т д.

Специфичность продовольственной продукции в России позволяет разнообразить обеспечение продуктами питания все население страны. Утверждения о том, что сельскохозяйственные угодья в основном сосредоточены в европейской части России, несколько ошибочны, так как по данным официальных органов статистики РФ, наибольшая часть таких земель расположена в Дальневосточном федеральном округе – 1,79%, а минимальная – в Северо-Кавказском федеральном округе [5].

Если взять, к примеру, северные регионы России, то во многом морские акватории способствуют развитию рыбной промышленности, а лесное хозяйство Сибири обеспечивает ресурсами продовольствия в объемах не менее, чем южные регионы.

Добыча рыбной продукции, переработка и транспортировка ее в районы потребления, конечно же, сопряжена с определенными затратами, но этот вопрос можно определенно решить за счет перераспределения средств путем совершенствования логистики, включая систему налогообложения. Для этого необходимо рассмотреть внутриотраслевую нагрузку по рыбной промышленности, по всей цепи продвижения продукции от производителя до потребителя.

Автор статьи «Цифровое и экологическое агрохозяйство: стратегическая платформа гармонизации удовлетворения пищевых потребительских интересов многоконфессиональной европейской среды» Дудина М.Н., опубликованной в журнале «Продовольственная политика и безопасность», конечно же, справедливо отмечает, что экологически чистая продукция должна быть предоставлена для потребления населению [7].

Мы согласны с его мнением, а также с мнениями других ученых, которые неоднократно выражали свои суждения по этому вопросу. Проблема ведь в том, что ресурсы по производству такого вида продукции весьма ограничены, даже в Российской Федерации с ее территориями. Для производства экологической продукции требуются не только определенные климатические условия, но и рациональное использование земельных площадей. Различие климатических условий в Российской Федерации требует особого механизма эколого-экономического обоснования при производстве экологически чистой продукции.

Даже на Юге Российской Федерации мы наблюдаем зоны рискового земледелия, где, казалось бы, все предпосылки для получения экологически чистой продукции есть. Применение различных препаратов химического и органического происхождения, используемых для роста животноводческой и растениеводческой продукции, в настоящее время прогрессирует.

Преобладание одного вида продукции в регионе России и отсутствие его на другой территории говорит о том, что бизнес еще не готов отрегулировать систему распределения продовольственной продукции, и о саморегулировании рынка пока говорить не приходится. Дело в том, что бизнес, защищая свои интересы, в большей степени заботится о своей прибыли, что, конечно же, существенно влияет на качество продукции. Усилители вкусовых качеств, да и препараты для более быстрого роста, способствуют такому процессу. Стремление вырастить продукцию быстрее, чем другие, и реализовать ее в период дефицита приводит к потере качества продукции.

В связи с этим необходимо развивать механизм распределения и перераспределения продовольственной продукции в межтерриториальных пределах страны. Проблема не как распределить или же выяснить, кто нуждается, вопрос остро стоит в механизме взаиморасчетов за продукты питания, так как затрагиваются интересы и бизнеса, и государства, и населения.

Тем более когда речь идет об экологически чистой продовольственной продукции. Говоря о производстве экологически чистой продукции, на наш взгляд, необходимо составлять карту экономического обоснования всего производственного цикла. Например, развитие тепличного комплекса в Российской Федерации, несомненно, растет, конечно же, это положительный момент, но при этом продукция растениеводства открытого грунта несколько утратила свои позиции.

Этот факт остается неизбежно негативным, так как на сегодняшний день такая продукция растениеводства, как овощи и фрукты открытого грунта, нуждается в поддержке не менее, чем тепличные комплексы. Кроме того, продукция, выращенная населением, в наибольшей степени отвечает требованием экологически чистой продукции, а в условиях кризиса доходности граждан население не в состоянии на своих подворьях и приусадебных участках использовать препараты усиления роста. Ранее до 1990-х годов развитие сетей потребительской кооперации позволяло населению иметь гарантированный сбыт выращенной на подворьях сельскохозяйственной продукции, что увеличивало доход сельского населения, да и продукция в большей степени соответствовала требованиям экологической чистоты.

В этой связи хотелось бы отметить, что разрушение потребительской кооперации, которая восполняла недостаток производства продовольственной продукции, негативно сказалось на сборе и переработке такой продукции на всей территории Российской Федерации.

В настоящее время сбор и переработка выращенной продукции населением практически не ведется, за исключением коммерческих структур, в основном индивидуальных предпринимателей. По предварительным расчетам, это 30% такой растениеводческой продукции, как овощи и фрукты. На территории Ставропольского края частично восстановлены сады и виноградники. Однако судя по данным Ставропольского края, такая специализированная отрасль, как виноградарство, еще не достигла позиции производственной емкости 90-х годов. По площади виноградника потребности еще требуется увеличить на 50%, чтобы они составляли 16–17 тыс. га, тем более что такая продукция показывает 70% рентабельность в производстве [8, 9] (Vorobev, Reshetov, 2006; Vorobev, 2006).

Во всех сторонах, заинтересованных в процессе реализации экологически чистой продукции, выражены две категории: экономическая и социальная. Экономическая категория выражена в получении доходов при реализации экологически чистой продукции, так как бизнес, экономические субъекты будут стремиться получить выгоду финансового характера. Социальная же категория выражается в постоянном спросе на такой вид продукции, что в конечном итоге приводит к более стабильному положению населения, состоянию здоровья и т д. [2].

Как и в любом производственном цикле, так и в производстве экологически чистой продукции, основной проблемой является недостаток финансовых ресурсов.

Необходимо отметить, что финансовый ресурс мы рассматриваем в двухстороннем порядке, с одной стороны, как ресурс производителя, с другой – как ресурс покупателя.

Поддержка государством в РФ производителя сельскохозяйственной и продовольственной продукции весьма ощутима, но ее механизм недостаточно отработан. Недостаток заключается в том, что инструменты поддержки покупателя и меры, принятые по продовольствию в части доступности ее населению, особенно в обеспечении экологически чистой продукцией, требуют определенной доработки.

Алгоритм решения поставленной задачи весьма затруднен, особенно в оценке достижения поставленной цели. В изначальной стадии развития отечественной продукции мы видим насыщение рынка продовольствием, но вот по вопросу экологически чистой продукции возникают затруднения, так как четкого разграничения пока что не существует.

Если на цикле производителя продовольствия ставятся «рамки» границ по допустимым нормам добавок, то подписи об экологически чистой продукции на этикетке товара не всегда соответствуют содержимому. Установка норм содержания веществ несоответствующему продукту еще не разработана, поэтому принцип здорового питания должен прослеживаться на всем пути товародвижения.

Необходимо определиться в реализации продукции конечному потребителю, чтобы дать «шанс» человеку в его предпочтениях. Для этого необходимо разработать в торговых сетях, да и в других «точках» реализации продовольствия, различные по статусу экологической чистоты выкладки продовольственной продукции.

Покупатель с ограниченными финансовыми ресурсами имеет возможность выбора товара по своему доходу, да и в общем население может в большей степени ориентироваться в качестве продовольственных товаров.

Меры, принятые в настоящее время, обязывают покупателя вчитываться в этикетку продовольственного товара, порой даже не разбираясь в ингредиентах (так как многочисленные термины доступны в понимании только специалисту), покупатель приобретает продукцию, в основном ориентируясь на интуицию и свою доходность. Разграничение в размещении продукции по экологической чистоте его производства даст больше уверенности покупателю. Однозначно такие меры, конечно же, скажутся и на цене продукции, так как при соблюдении норм производства в экологически чистой продукции больше затрат, чем при производстве продовольствия без соблюдения экологических норм, которые должны покрываться доходами граждан.

В этом плане мы видим решение вопроса при внедрении социальных карт, которые предусматривали бы скидку на отечественную продовольственную продукции в размере налога на добавленную стоимость, что гарантировало бы реализаторам государственную компенсацию по возмещению затрат, связанных с данным налогом, а производителя стимулировало бы в большей степени производить такую продукцию. В этом случае население выигрывало не только в цене на продукцию, но и в затратах на поддержание здоровья. Согласно расчетам Росстата, по данным Минздрава России, такое заболевание, как сахарный диабет, прогрессирует, и если в 2000 году с таким диагнозом было 162 тыс. населения, то к 2019 году – 369,6 тыс. человек. Такая динамика роста в 2,3 раза только по одному заболеванию, связанному с продуктами питания, обязывает рассмотреть вопросы механизма, обеспечивающего продовольственную безопасность страны [5].

Многосторонность выгоды в производстве и реализации продукции с маркой экологически чистой повлечет за собой и подделки. Рассматривая с этой позиции, мы можем предложить в случае нарушения правил реализации экологически чистой продовольственной продукции лишать участников товародвижения лицензии на осуществление такой деятельности. При этом необходимо в первую очередь лишать лицензии производителя продукции, постепенно выходя на конечного продавца.

Если мы рассматриваем бизнес, то заинтересованность в прибыли сопряжена с условиями сбыта продукции, и гарантированный сбыт играет роль важного финансового результата, особенно в своевременности получения финансового ресурса.

Одновременно с этим условием выражается и социальная категория, где роль государства существенна. Защищая интересы населения в сфере потребления продуктов питания, государство в этом случае не только гарантирует сбыт продукции производителю, что, в свою очередь, выгодно и бизнесу, и населению, но и обеспечивает социальную стабильность. Социальная стабильность выражается в доступности экологически чистой продукции населению, что в итоге снижает затраты на лечение населения, уровень заболеваемости и т.д. Дело в том, что так называемое золотое сечение цен и доходов граждан должно коррелировать с доходами бизнеса. На всей стадии прохождения продовольственной продукции от производителя до конечного потребителя, естественно, происходит наценка на продукцию.

При определенных обстоятельствах такая доля наценки в итоговом результате, с одной стороны, не должна превышать уровень предполагаемой рентабельности участников процесса продвижения продовольственной продукции, а с другой – возможности приобретения ее конечными потребителями. На сегодняшний момент времени розничная торговля из всей цепи участников продвижения продуктов питания имеет 75% от всех «накруток» на продовольственную продукцию, а производитель довольствуется лишь 25%.

По нашему мнению, с этой точки отсчета и необходимо начинать формировать механизм ценообразования. Удешевление продуктов питания на стадии производства достигается в настоящее время за счет снижения себестоимости производства, многочисленных усилителей вкуса продукции, что характерно сказывается в итоге на здоровье населения.

Конечно же, основным индикатором в оценке рынка потребителя продовольственной продукции, конечно же, являются доходы населения. Несмотря на то, что они в динамике показывают увеличение, отметим, что в структуре доходов населения доминирует сумма прочих доходов, а не оплата труда. На основании данных Росстата, построение трендовых моделей показывает, что в течение ближайших пяти лет этот разрыв будет увеличиваться с достоверностью 96%, с колебаниями в пределах 12–15% (рис. 1)

Рисунок 1. Доходы населения по Ставропольскому краю в среднем за год, млн руб.

Если общие доходы в 2016 году у населения Ставропольского края составляли 771690,5 млн руб., то в 2018 году – уже 812604,910 млн руб., то есть на 5,3% прирост, а оплата труда с 218113,5 млн руб. увеличилась до 226105,2 млн руб., то есть на 3,7%. Разница в темпах прироста на 1,6% как раз и показывает «разрыв» в относительном и натуральном выражении по структуре доходов населения Ставропольского края. В 2017 году по сравнению с 2016 годом темп прироста составлял 2,4%, а по общей сумме – 4,2%, то есть увеличение доходов в темпах прироста по оплате труда ниже почти в 2 раза [10] (Vorobev, Glushko, Frolko et al., 2019).

Само понятие безопасности, особенно продовольственной безопасности, в Российской Федерации должно рассматриваться через призму показателей, характеризующих уровень жизни населения, посредством не только соответствия фактически потребляемой продовольственной продукции, но и ее доступностью по цене приобретения. Тем более что вопросы по доступности населению экологически чистой продовольственной продукции еще не решены.

Известно, что сырьевой источник продовольственного продукта – это сельскохозяйственная продукция, с производства которой начинается цепь продвижения от производителя до конечного потребителя, на протяжении которой и должна обеспечиваться продовольственная безопасность. В прошлые годы агропромышленный комплекс был ориентирован на увеличение объемов производства продукции под лозунгом «любой ценой», а качеству продукции уделялось недостаточное внимание. Однако это вызывает несколько дискуссионных моментов. Так, например, развитие химической промышленности позволяет выращивать продукцию в защищенных помещениях (теплицах) без грунта, что ставит под сомнение качество продовольственной продукции в экологическом понятии.

По оценке Министерства природных ресурсов РФ, на 15% территории РФ, где проживает около 60% населения, как раз и сосредоточены основные сельскохозяйственные производственные мощности. Этот факт говорит о том, что экологическая обстановка уже не соответствует нормативам, определяющим уровень экологической безопасности людей [1]. По данным социологических опросов, экологическая ситуация волнует более 50% населения Российской Федерации [2].

Конечно же, в своем исследовании мы апеллируем данными Росстата, так как другие данные противоречат друг другу. Судя по этим данным, сама территория сельскохозяйственных земель в Российской Федерации многогранна. Так, вся земельная площадь сельскохозяйственного назначения составляет 222 млн га, из них пашни – 55,3 млн га, то есть на одного жителя приходится 1,5 га, а в таком субъекте, как Ставропольский край, на каждого жителя приходится по 2,0 га. Более высокий показатель территории, занятой лесами, где в расчете на каждого жителя приходится по 6 га [5].

Продукция растениеводства многообразна, можно рассматривать каждую в отдельности, но механизм доступности такой продукции в экологически чистом виде необходимо разработать в комплексе решения проблем финансового характера как производителя, так и конечного покупателя.

Например, производство зерновых в Российской Федерации, несомненно, растет: с 61,0 млн тонн в 2010 году до 120,7 млн тонн в 2018 году. Это более 4% от мирового производства (2930 млн тонн). Если в общем по мировому сообществу производство составляет 392 кг на душу населения, то в Российской Федерации выращивается зерновых культур 823 кг в год. По сравнению с США, где сельскохозяйственные земли составляют 405,9 млн га (что в два раза превышает показатель России), площадь пашни всего лишь 38 млн га [15].

Конкурировать с такими странами, как США, можно при условии соблюдения экологических норм рационального использования сельскохозяйственных земель.

В международных стандартах ИСО качеству продукции дается следующее определение: «качество продукции – это совокупное свойство упорядоченно взаимодействующих свойств продукции, обуславливающее ее пригодность удовлетворять определенные потребности в соответствии с установленными требованиями к продукции, используемой по назначению в определенных условиях потребления и момент времени».

Понятие качества продукта формировалось под воздействием историко-производственных обстоятельств. Это было обусловлено тем, что каждое общественное производство имело свои объективные требования к качеству продукции. На первых порах крупного промышленного производства проверка качества предполагала определение точности и прочности.

В условиях массового производства качество стало рассматриваться не с позиции отдельного экземпляра, а с позиции стандарта качества всей производимой в массовом производстве продукции.

На наш взгляд, основное различие в понятиях качества лежит между его пониманием в условиях командно-административной и рыночной экономики. В условиях командно-административной экономики качество трактуется с позиции производителя, а в рыночной экономике качество рассматривается с позиции потребителя.

По нашему мнению, разделение понятий «качество продукта», «безопасность», «экологическая чистота» недопустимо. Ведь опасность может возникать от несоответствующего качества продукции. В России понятия «качество» и «безопасность» разделены законом. Термин «экологическая чистота» на законодательном уровне не определен, но находит широкое применение в практике.

Заметим, что за 2010–2019 годы роль продовольственного рынка в удовлетворении покупательского спроса весьма низкая, в особенности по продукции животноводства, поэтому Россия вынуждена закупать импортную продукцию.

Наряду с этим необходимо учитывать и другой факт, если потребительские расходы на покупку продуктов питания в целом по РФ за последние 5 лет уменьшились на 14,4%, то расходы на приобретение медицинских и фармацевтических товаров, на медицинские услуги, наоборот, увеличились (при увеличении расходов на питание в 2 раза можно заметить, что расходы на медицинские товары возросли в 5 раз).

Развитие продовольственного рынка, определенно, зависит от потребительского спроса населения и во многом определяется уровнем его доходов. В России разрыв между доходами 10% самых богатых слоев населения и 10% самых бедных неуклонно растет, оценивается в 16,7 раза. По сравнению с европейским аналогом разрыв составляет 5,6 раза. По данным Росстата, доля населения с доходами ниже прожиточного минимума на селе составляла 62,5%, а в городе – 36,1%. Руководитель Центра всероссийского мониторинга социально-трудовой сферы села ВНИИЭСХ, доктор экономических наук, профессор Л.В. Бондаренко, рассматривая проблемы бедности, пишет: «В России в 1990 г. расходы на питание (включая денежную оценку натурального потребления) составили у колхозников 45%, а у рабочих и служащих – 43%. Это была та ступень уровня жизни, которая позволяла сохранить физическое здоровье. В пореформенный период по международным стандартам российские горожане балансируют на грани голода, а селяне находятся за этой гранью» [11] (Bondarenko, 2005).

Наши исследования показали, что почти 70% домашних хозяйств Ставропольского края имели среднедушевой денежный доход менее потребительской корзины, и лишь 9% семей обладали доходами, ему равными.

В мировой практике широкое распространение получил метод измерения бедности через показатель удельного веса продуктов питания в конечном потреблении. Чем ниже доля расходов на питание и относительно выше расходы на непродовольственные товары, особенно на услуги, тем лучше жизнеобеспечение населения.

В странах с развитой рыночной экономикой еще в середине 80-х годов доля питания в общих потребительских расходах составляла: во Франции – 25%, в среднем по странам Западной Европы – 21%, в Японии – 20%, в США – 15%. К концу 90-х годов в США затраты на продукты питания в общих потребительских расходах жителей страны снизились до 8%. В этой стране удельный вес расходов на питание положен в основу расчета пособия по бедности. Размер последнего должен превышать совокупный доход семьи до уровня, при котором на приобретение продовольствия, необходимого для обеспечения сбалансированного питания, расходуется не более 30% семейного бюджета. Считаем, что этот критерий можно использовать в качестве порога бедности и в Российской Федерации [6] (Altukhov, Dudin, Anishchenko, 2020).

В России показатель средней доли затрат домашнего хозяйства на приобретение продук­тов питания по совокупности сложился в размере 48% от величины его среднедушевого денежного дохода [6] (Altukhov, Dudin, Anishchenko, 2020).

Заключение

На наш взгляд, наиболее актуально характеризует проблему продовольственной безопасности академик Шутьков А.А., сконцентрировав внимание на продовольственной безопасности личности. На основе глубокого многофакторного анализа состояния продовольственной безопасности в России академик Шутьков А.А. не только раскрывает сущность проблемы, но и предлагает ряд конкретных мер по снижению доли риска (ликвидация плоской шкалы налогообложения доходов населения; увеличение прогрессивного налога на сверхдоходы; минимум оплаты труда принимать на уровне прожиточного минимума; разработка механизма по определению доли открытости национальной экономики и т.д.) [12, 13] (Shutkov, 2011; Shutkov, 2019).

Как отмечает ученый, для преодоления рисков в обеспечении населения продовольствием должен использоваться комплекс мер посредством взаимодействия механизмов организационных, экономических, технологических, социальных и внешнеэкономических. Мы солидарны с мнением академика Шутькова А.А. в том, что в основе учета угроз продовольственной безопасности лежит снабжение населения основными продуктами питания за счет собственного, отечественного производства по доступным ценам.

Думается, что систему поддержки товаропроизводителя необходимо производить через покупателя, производить продовольственную продукцию с учетом спроса разных половозрастных групп, высокого качества, в соответствии с экологическими требованиями. Вместе с тем механизм продовольственной безопасности должен включать в себя и равноценный доступ к продовольствию всех категорий граждан. Для этого необходимо ввести дисконтные карты на отечественную продукцию, и особенно в части продуктов первой необходимости.

Первый шаг алгоритма решения данной проблемы заключается в разработке мероприятий по доступности экологически чистой продукции всем слоями населения. Для этого необходимо выработать механизм доступности отечественной продовольственной продукции, при этом разработать социальную карту, которая бы предусматривала скидку на отечественную экологически чистую продукции в пределах объемов потребительской корзины для граждан с доходами ниже этого уровня. Заметим, что речь идет о потребительской корзине, а не о потребительском минимуме. В Ставропольском крае такого населения по состоянию 2019 года насчитывается 344 тыс. человек, доходы которых ниже установленного в данном регионе прожиточного минимума 9 235 руб. в месяц.

Продуктовая корзина, как известно, составляет 50% от доходов, в связи с этим, определенно, вырисовывается и сумма дотационной поддержки населения в Ставропольском крае 1558,4 млн руб. в месяц.

Второй шаг – ввести учет произведенной отечественной экологически чистой продукции при реализации конечному потребителю в натуральном выражении. В этом расчете за основу будут приняты нормы потребления продуктов питания. Разработанные карты предлагаем выдавать сроком на три года с условием подтверждения статуса потребителя с доходами ниже потребительской корзины. В предлагаемом варианте социальной карты должны отражаться не только сумма, но и продукты в натуральном выражении в установленном лимите (согласно нормам потребления) на каждый из них.

Третий шаг – рассмотрение финансового рычага, стимулирующего производителя к реализации таких видов продукции населению с доходами ниже потребительской корзины.

Население такого субъекта Российской Федерации, как Ставропольский край, в таком пошаговом решении предлагаемого варианта может быть обеспечено продукцией отечественного производителя в пределах 70%.


Источники:

1. Указ Президента РФ от 21 января 2020 г. № 20 «Об утверждении Доктрины продовольственной безопасности Российской Федерации»
2. Федеральный закон «О качестве и безопасности пищевых продуктов» от 02.01.2000 № 29-ФЗ (в ред. Федерального закона от 01.03.2020 N 47-ФЗ)
3. Технический регламент таможенного союза тс 022/2011 пищевая продукция в части ее маркировки утвержден решением комиссии таможенного союза от 9 декабря 2011 г. № 881
4. Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 15 августа 2008 г. № 01/8911-8-32 «Об усилении надзора за содержанием пестицидов в пищевых продуктах и объектах окружающей среды»
5. Статистические данные Росстата. [Электронный ресурс]. URL: http://cbsd.gks.ru.
6. Алтухов А.И., Дудин М.Н., Анищенко А.Н. Цифровая трансформация как технологический прорыв и переход на новый уровень развития агропромышленного сектора России // Продовольственная политика и безопасность. – 2020. – № 2. – c. 81-96. – doi: 10.18334/ppib.7.2.100923.
7. Цифровое и экологическое агрохозяйство: стратегическая платформа гармонизации удовлетворения пищевых потребительских интересов многоконфессиональной европейской среды // Продовольственная политика и безопасность. – 2020. – № 3. – doi: 10.18334/ppib.7.3.100925.
8. Воробьев Н. Н., Решетов К. Ю. Оценка взаимоотношений предпринимательских структур виноградовинодельческой отрасли региона. / Монография. - Ставрополь: Изд-во СевКавГТУ, 2006. – 200 c.
9. Воробьев Н.Н. Состояние виноградо-винодельческого подкомплекса Ставропольского края // Экономика сельского хозяйства России. – 2006. – № 5. – c. 28.
10. Воробьев Н. Н., Глушко А.Я., Фролко С.В. и др. Современная оценка эффективности управления отраслевой экономикой региона. / Коллективная монография. - М.: Илекса, 2019. – 344 c.
11. Бондаренко Л.В. К вопросу о бедности в сельской России. / Социально-экономические преобразования в аграрном секторе России: итоги и перспективы (к 75 – летию ВНИИЭСХ). - М.: Общество с ограниченной ответственностью «Издательство Прометей», 2005. – 102-109 c.
12. Шутьков А.А. Риски и угрозы продовольственной безопасности // Экономика сельского хозяйства России. – 2011. – № 4. – c. 30-41.
13. Шутьков А.А. Продовольственная политика: новые подходы ее формирования в условиях роста конкурентной борьбы на мировых рынках // Продовольственная политика и безопасность. – 2019. – № 2. – c. 51-66. – doi: 10.18334/ppib.6.3.41391.
14. Староверов В.И., Вартанова М.Л. Продовольственная безопасность России – важнейшая составляющая демографической политики страны // Экономические отношения. – 2019. – № 4. – c. 2851-2862. – doi: 10.18334/eo.9.4.41461.
15. Россия и страны мира 2018. / стат. сб. - М.: Росстат, 2018. – 375 c.

Страница обновлена: 02.12.2020 в 12:27:09