Приоритеты продовольственной безопасности в контексте национальной политики социально-экономического развития

Булетова Н.Е.1, Шаркевич И.В.2
1 Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ
2 Волгоградский филиал РЭУ имени Г.В. Плеханова

Статья в журнале

Экономическая безопасность (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 7, Номер 5 (Май 2024)

Цитировать:
Булетова Н.Е., Шаркевич И.В. Приоритеты продовольственной безопасности в контексте национальной политики социально-экономического развития // Экономическая безопасность. – 2024. – Том 7. – № 5. – С. 1239-1256. – doi: 10.18334/ecsec.7.5.121107.

Аннотация:
Мониторинг состояния продовольственной безопасности на государственном уровне позволяет корректно оценивать продовольственную независимость и импортозависимость страны и ее отдельных регионов. Сравнение подходов к определению уровня продовольственной безопасности на международном и национальном уровне требует детального измерения продовольственной независимости, достижение которой находится в зависимости от природно-климатических условий и ресурсной обеспеченности производства сельхозпродукции. Проведенный анализ крупнейших регионов России позволил определить их роль в продовольственной безопасности страны, особенно учитывая, что более 50% регионов страны имеют показатели продовольственной независимости ниже порогового значения Доктрины продовольственной безопасности. Из десяти регионов-лидеров по производству сельхозпродукции только одни определен как импортозависимый от продовольственных товаров, остальные не только обеспечивают внутреннее потребление, но и экспорт зерна и другой сельхозпродукции. Комбинация протекционных мер, обеспечивающих полноту удовлетворения продовольствием населения, и свободы торговых операций по сбыту для производителей сельхозпродукции, требует эффективной и взвешенной политики, направленной на обеспечение равновесия на рынке продовольствия, что обеспечивается не только межхозяйственными связями между производителями и потребителями из разных регионов, но и сбалансированными межрегиональными экономическими соглашениями, которые делают внутренние рынки сельскохозяйственной продукции выгодными и привлекательными

Ключевые слова: продовольственная независимость, продовольственная безопасность, пороговое значение продовольственной независимости, экспортоориентированный регион, импортозависимость от продовольственных товаров

JEL-классификация: Q13, Q17, Q18



Введение. Определяя содержание национальной политики социально-экономического развития и его связь с вопросами и проблемами продовольственной безопасности, отметим прямую связь целей устойчивого развития (ЦУР) ООН, национального набора показателей ЦУР и непосредственно цели «Ликвидация голода, обеспечение продовольственной безопасности и улучшение питания и содействие устойчивому развитию сельского хозяйства» с национальными приоритетами обеспечения продовольственной безопасности на государственном уровне, и в первую очередь – продовольственной независимости как приоритета самообеспеченности и свободы в выборе решения по межрегиональному перераспределению продовольственных товаров или структуре экспорта.

Если критерии и показатели продовольственной безопасности являются типичными и схожими для всех стран, то определение продовольственной независимости и способы ее достижения являются приоритетами национальной модели обеспечения экономической и продовольственной безопасности, что подтверждает актуальность темы статьи и полученных авторами результатов исследования.

Продовольственную безопасность на уровне отдельного государства в данном исследовании будем понимать как состояние защищенности потребителей конечной продукции (статус потребителя – домашние хозяйства и фирмы) и участников промежуточного потребления (потребителей сельскохозяйственных ресурсов в обрабатывающем производстве) от угроз и уязвимостей в отраслях АПК, основанное на применении всего комплекса методов и инструментов непрерывного улучшения эффективности рынка сельскохозяйственной деятельности и продуктов его переработки и снижения уровня риска потери продовольственной независимости как по одному виду, так и всему ассортименту продовольственных товаров, отраженных в Доктрине продовольственной безопасности РФ, утвержденной Указом Президента РФ от 21.01.2020г №20 [1].

По вопросу результатов использования в сельском хозяйстве потенциала цифровизации всех процессов, обеспечивающих функционирование агропродовольственного рынка и агропромышленного комплекса в масштабах страны и отрасли, можно отметить, что на примере индекса цифровизации отраслей экономики и социальной сферы, представленного ВШЭ [5], сельское хозяйство по уровню использования цифровых технологий, цифровизации бизнес-процессов, цифровых навыков персонала и затрат на внедрение и использование цифровых технологий и кибербезопасности находится в конце рейтинга [11]. На примере затрат на внедрение и использование цифровых технологий можно отметить, что более 60% этих затрат осуществляется в г. Москва, что подтверждает наличие диспропорций в уровне цифровизации не только по отраслевому, но и по территориальному признаку.

Измерение продовольственной безопасности по данным субъектов РФ представляет интерес в научной литературе, например, работы Дудина М.Н., Лясникова Н.В. c особенностями торгово-сбытовой политики продовольственными товарами в условиях глобализации [8], Закшевского В.Г и соавторов, представляющих оценку современного состояния продовольственной независимости России [10], Лясникова Н.В. и соавторов, анализирующих угрозы продовольственной безопасности России [12], Насирова А.Д. и Юсупова Н.С. с результатами исследования проблем продовольственной безопасности Центральной Азии [13].

Гипотеза исследования заключается в предположении, что в условиях резких территориальных диспропорций в уровне продовольственной независимости и устойчивой зависимости большого количества регионов России от торгово-экономической политики регионов-«доноров» продовольственной безопасности доминирующую роль в решении вопроса импортозависимости по продовольственным товарам играет государство и его смешанный подход к реализации инструментов регулирования экспортно-импортных операций сельскохозяйственных производителей и стимулирования межрегионального сотрудничества через развитие кластерного подхода, соглашения о сотрудничестве.

Цель исследования – определить состав регионов России, обеспечивающих основную долю продовольственной независимости по ключевым товарам сельхозпроизводства, применяя авторский подход к оценке территориальной дифференциации субъектов РФ по уровню продовольственной независимости. Для достижения поставленной цели потребовалось решение следующих задач:

– уточнение критериев и подходов к оценке продовольственной безопасности и независимости на национальном уровне;

– определение основных этапов оценки территориальной дифференциации субъектов РФ по уровню продовольственной независимости;

– интерпретация полученных результатов оценки и разработке предложений по совершенствованию подхода к оценке территориальной дифференциации субъектов РФ по уровню продовольственной независимости.

Объектом исследования выступили регионы-лидеры по производству и самообеспеченности ключевыми товарами сельхозпроизводства, включенными в Доктрину продовольственной безопасности РФ.

Методы исследования включают традиционный набор методов статистического анализа (сравнение, соотношение, коэффициентные расчеты, графический и табличный методы), приемы и методы формальной логики, моделирования и авторского подхода к структурному анализу на основе трехсекторной модели Кларка-Фишера.

Информационная база исследования включает данные Росстата по отраслевой структуре валовой добавленной стоимости и показателям социально-экономического развития субъектов РФ, материалы Доктрины продовольственной безопасности РФ и национальных докладов о ходе и результатах реализации государственной программы развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия за 2021-2022 гг.

Научная новизна работы состоит в получении оригинальных результатов оценки территориальной дифференциации субъектов РФ по уровню продовольственной независимости по авторскому подходу и определении направлений применения полученных результатов и совершенствования подхода к определению продовольственной безопасности на национальном уровне.

Результаты исследования включают: определение особенностей национального подхода к определению продовольственной безопасности и подхода к оценке уровня продовольственной независимости территории; разработку и апробацию авторского подхода к оценке территориальной дифференциации субъектов РФ по уровню продовольственной независимости; разработку предложений по совершенствованию подхода к определению продовольственной безопасности с учетом полученных результатов оценки и сравнения субъектов РФ по самообеспеченности основным набором товаров сельхозпроизводства из Доктрины продовольственной безопасности и структурой их экспорта и импорта по продовольственным товарам.

Практическая значимость исследования определяется потенциалом совершенствования государственной политики в области оценки и управления продовольственной безопасностью с учетом национальных особенностей и потенциала продовольственной независимости на фоне существующих диспропорций в самообеспеченности регионов страны в группе товаров сельхозпроизводства (зерно, мясо, молоко и т.д.).

Показатели продовольственной безопасности: международный и национальный подходы. Анализируя подходы к оценке продовольственной безопасности, отметим, что различают:

– систему международных показателей (например, Food and Agriculture Organization of the United Nations (ФАО) по предельной доле импорта и запасов продовольственных ресурсов);

– систему национальных показателей, отражаемых в действующей нормативной правовой базе (распоряжение Правительства РФ от 10.02.2021г. №296-р (ред. от 11.08.2022г.) «Об утверждении перечня показателей в сфере обеспечения продовольственной безопасности РФ») [4].

Определенный интерес также представляет Глобальный индекс продовольственной безопасности (GFSI) [16], в методике которого отражаются проблемы доступности (affordability), наличия (availability), качества и безопасности (quality and safety), а также устойчивости и адаптации (sustainability and adaptation) продовольствия в 113 странах. На примере 2022 года у России значение индекса было равно 69,1 (43 место из 113 стран мира), при максимальном значении индекса 83,7 (Финляндия) и минимальном, равном 36,3 у Сирии. Самым низким получено значения 4-й составляющей индекса – устойчивость и адаптация (56,6). К дополнительным характеристикам России относятся следующие данные:

– распространенность недоедания – 2,5%;

– распространенность ожирения – 25,7%;

– индекс человеческого развития – 0,82.

На примере данных ФАО речь идет о системе показателей продовольственной безопасности, которые включают в себя как весьма распространенные и типичные для межстранового сравнения (ВВП на душу населения или плотность железнодорожных линий в стране), так и учитывающие тенденции в калорийности доступного рациона и гендерные, возрастные особенности в ситуациях отсутствия продовольственной безопасности, недоедания, острой нехватки продовольствия. В целом эти показатели делятся на 4 группы: наличия (availability), доступа (access), стабильности (stability) и использования (utilization) [9].

На рисунке 1 представлено раскрытие всех составляющих продовольственной безопасности на уровне государства, требующих детализации в системе показателей, оценки и управления.

Рисунок 1. Составляющие продовольственной безопасности по направлениям оценки

Источник: составлено авторами.

Сопоставляя показатели международной оценки продовольственной безопасности, фиксирующие ключевые проблемы и их количественные оценки в обеспечении населения стран мира необходимым объемом продуктов, гарантирующих их выживание, с одной стороны, и индикаторы продовольственной безопасности как оценки продовольственной независимости отдельного государства с учетом экономической, физической доступности продовольствия и состояния самой ресурсной базы производства продовольственных продуктов силами национальной экономики, с другой стороны, можно видеть различие в цели и содержании таких оценок и наличии общих задач, решаемых в рамках целей устойчивого развития.

На рисунке 2 представлен результат распределения показателей продовольственной безопасности на 3 группы, самой многочисленной оказалась группа показателей, отражающих физическую доступность продовольствия. Продовольственная независимость из Доктрины не включена в это сопоставление, так как имеет значение только на национальном уровне и не может соотноситься с системой международных показателей. Отметим, что сравнение носит условный характер, так как содержание показателей, относящихся к каждой из выделенных групп, многоуровневое. Мало внимания в национальной Доктрине уделено показателям качества питания, в целом данный документ не имеет таких целей и задач, однако кроме достаточности питания большое значение имеет определение и максимальных пределов, связанных с ожирением, что также становится проблемой российского общества и государственной политики.

Рисунок 2. Классификация показателей продовольственной безопасности

Источник: составлено авторами по материалам [4; 16].

Результаты анализа продовольственной независимости российских регионов. Достижение пороговых значений показателей продовольственной независимости рассчитывается по формуле k1:

k1 =

Продовольственная независимость определяется как уровень самообеспечения в процентах, рассчитываемый как отношение объема отечественного производства сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия к объему их внутреннего потребления. Более наглядным для восприятия состояния и проблем в обеспечении продовольственной независимости, которая лежит в основе продовольственной безопасности государства, можно считать показатели продовольственной независимости, представленные в Доктрине [1].

В таблице 1 перечислены основные показатели продовольственной независимости РФ за 2020-2022 гг. с их делением на те, которые выше или ниже установленных пороговых значений. По причине отсутствия на период исследования данных о результатах реализации государственной программы развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия в РФ в 2023 году, данные, представленные в таблице 1, ограничены и представлены до 2022 года включительно. Ориентируясь на даты утверждения предыдущих отчетов, можно ожидать публикацию новых данных во втором полугодии 2024 года.

Таблица 1. Изменение показателей продовольственной независимости России в сравнении с пороговыми значениями Доктрины продовольственной безопасности РФ

Показатель
2020 г.
2021
2022
Пороговое значение Доктрины
Показатели продовольственной независимости превышают пороговое значение Доктрины
1. Зерно
165,6%
149,9%
185,4%
не менее 95%
2. Мясо и мясные про­дукты
100,1%
100,3%
101,6%
не менее 85%
3. Масло растительное
200%
176,6%
211,1%
не менее 90%
4. Сахар
99,9%
100%
103,2
не менее 90%
5. Рыба и рыбопродукты
161%
153,2%
153,3%
не менее 85%
Показатели продовольственной независимости ниже пороговых значений Доктрины
1. Молоко и молочные продукты
84%
84,2%
85,7%
не менее 90%
2. Соль пищевая
н.д.
69,4%
65,2%
не менее 85%
3. Картофель
89,2%
88,4%
93,4%
не менее 95%
4. Овощи н бахчевые
86,3%
86,9%
89,2%
не менее 90%
5. Фрукты и ягоды
42,4%
43,6%
44,9%
не менее 60%
Источник: составлено авторами на основе информации [1; 2; 3].

Из данных таблицы 1 следует, что включенные в Доктрину продовольственной безопасности товары можно разделить на 2 группы – по которым традиционно фактический показатель продовольственной независимости превышает пороговое значения, и по которым этого традиционно не происходит в силу разных причин (дефицит сырья, недоступность по природно-климатическим условиям, экономически нецелесообразно в силу более выгодных условий импорта и т.п.). Это также позволяет определять экспортоориентированность или импортозависимость страны по каждой из представленной категории сельскохозяйственной продукции как на национальном, так и на более локальном региональном уровне. Для наглядности на рис.3 представим рейтинг этих продуктов по соотношению фактических и пороговых значений продовольственной безопасности.

Рисунок 3. Ранжирование продуктов из пула показателей продовольственной независимости в РФ за 2020-2022гг, в %.

Источник: составлено авторами по данным таблицы 1.

Из наиболее проблемных в достижении продовольственной независимости являются:

– соль (с хроническими проблемами дороговизны логистических процессов и традиционным импортом из Беларуси и Казахстана при наличии внутренних запасов и производственного потенциала в рамках российской экономики);

– фрукты и ягоды (определяется особенностями климатических зон на территории России и экономической целесообразностью импорта).

Оценка территориальной дифференциации регионов России по уровню продовольственной независимости. Основываясь на традиционных особенностях сельскохозяйственной деятельности, связанных с пространственным положением и разными климатическими условиями разных регионов страны, авторами была выстроена следующая последовательность определением территориальной дифференциации субъектов РФ по уровню продовольственной независимости как наиболее близкому к оценке национальной безопасности элемент продовольственной безопасности страны.

На первом шаге была осуществлена выборка Топ-10 регионов страны с самым высоким показателем валовой добавленной стоимости по Разделу А ОКВЭД. На следующем этапе анализа была определена специализация данных регионов по результатам расчета коэффициента локализации (на основе данных по занятому населению по каждому виду экономической деятельности) и определен тип экономической системы, типичный для каждого из регионов полученной выборки.

В таблице 2 представлен полученный результат. Детализация данных таблицы включает в себя:

– представление порядка расчета коэффициентов k1 и k2 по модели трехсекторной экономики Кларка-Фишера (аграрный, индустриальный и сервисный тип экономической системы), когда для расчета данных показателей были агрегированы разделы ОКВЭД с их делением на аграрные DA (Раздел А), индустриальные DI (Раздела В-Е) и сервисные DS (Разделы G-T), дополнительно для определения уровня сервизации экономики была рассчитана доля ВДС товаров (DG) как разница между ВДС (100%) и долей ВДС по услугам (DS) [6]. Формулы расчета коэффициентов k1 и k2:

– среди анализируемых регионов большинство (7 из 10) относятся к индустриально-сервисному типу экономической системы, что соответствует условию превышения доли ВДС, созданной в индустрии (DI), над долей ВДС аграрных предприятий (DA), и одновременному превышению доли ВДС, созданной в сфере услуг (DS), над долей ВДС материального производства (DG), то есть сельскохозяйственная деятельность не является для них определяющей;

– также по итогам проведенного структурного анализа отмечен один аграрный регион (Республика Дагестан) и два индустриального типа, в которых доля ВДС, созданная в материальном производстве, превышает экономику услуг, речь идет о Белгородской области и Республике Татарстан.

В материалах Росстата данные об отраслевой структуре валовой добавленной стоимости субъектов РФ на период исследования ограничиваются 2022 годом.

Таблица 2. Топ-10 субъектов РФ с самыми максимальными значениями ВДС по Разделу А ОКВЭД за 2022 год (в текущих ценах, млрд. руб.)

Топ-10
Топ-10 регионов с максимальной ВДС по Разделу А
ВДС всего
ВДС по
Разделу А ОКВЭД
Доля Раздела А в ВДС, в % к итогу
k1 > 1 уровень индустриализации
k2 > 1 уровень сервиза-ции
Тип экономической системы региона
kloc по разделу А
Iq
1
Краснодарский край
4304,03
411,80
9,6%
1,167
2,876
Индустриально-сервисный
2,25
109,7
2
Ростовская область
2325,84
293,70
12,6%
1,762
1,404
Индустриально-сервисный
2,97
111,1
3
Воронежская область
1377,74
222,78
16,2%
1,191
1,410
Индустриально-сервисный
3,81
112,8
4
Белгородская область
1311,23
206,30
15,7%
2,548
0,672
Индустриальный
3,70
104,5
5
Республика Татарстан
4179,26
197,80
4,7%
10,149
0,709
Индустриальный
1,11
127,6
6
Волгоградская область
1218,85
185,35
15,2%
1,868
1,049
Индустриально-сервисный
3,58
116,9
7
Саратовская область
1193,98
176,80
14,8%
1,811
1,179
Индустриально-сервисный
3,49
127,0
8
Ставропольский край
1200,03
173,30
14,4%
1,427
1,398
Индустриально-сервисный
3,40
102,6
9
Республика Дагестан
913,3
164,68
18,0%
0,260
1,481
Аграрно-сервисный
4,24
102,3
10
Республика Башкортостан
2242,65
159,14
7,1%
4,704
1,105
Индустриально-сервисный
1,67
129,2
Источник: составлено авторами по материалам [14].

Значение коэффициента локализации kloc было рассчитано по показателю занятого населения, распределенного по видам экономической деятельности каждого региона. Значение kloc >1 свидетельствует о специализации данного региона в соответствующем виде деятельности (и концентрации занятого населения). Максимальное значение kloc по разделу А выявлено у Республики Дагестан (4,24), это коррелирует с предыдущим выводом о аграрном типе структуры экономики данного региона страны.

В завершении таблицы 2 представлены значения Iq по сельскому хозяйству [14], позволяющие увидеть процент прироста физического объема сельскохозяйственной продукции в 2022 году по отношению к 2021 году. Наибольший прирост наблюдался в регионах ПФО, что свидетельствует о наращении потенциала сельскохозяйственного производства в этих регионах.

Далее по значениям уровня самообеспеченности Топ-10 аграрных регионов страны были определены особенности в самообеспеченности группы сельскохозяйственных товаров и экспортно-импортной ориентированности этих регионов по товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности за анализируемый период (табл. 3).

Таблица 3. Основные характеристики уровня самообеспеченности Топ-10 аграрных регионов России по группе сельхозтоваров в 2022 году


Топ-10 регионов с максимальной ВДС по Разделу А
Уровень самообеспечения, в %
зерном
мясом
молоком
яйцами
картофе-лем
овощами и бахчевыми
фруктами и ягодами
1
Краснодарский край
423,4
84,4
105,8
75
86,5
108,8
76,4
2
Ростовская область
549,1
max
91,8
98
109,1
102,7
91,8
33,4
3
Воронежская область
201,2
203,9
138,9
110,2
84,4
94,3
72,4
4
Белгородская область
100,0
901,8
max
157,8
161,4
109,3
138,9
80,9
5
Республика Татарстан
136,4
108,1
121,5
109,5
102,3
71,2
33,9
6
Волгоградская область
343,4
75,5
108,6
97,1
66,3
247,6
62,9
7
Саратовская область
472,9
76,5
110,2
125,3
50,1
97,2
42,1
8
Ставропольский край
374,4
163,1
89,1
72,4
96,1
82,6
79,8
9
Республика Дагестан
98,5
96,1
100,5
43,8
96,7
174,9
72,5
10
Республика Башкортостан
171,7
86,2
104
82,6
95,4
83,4
28,9
Пороговое значение Доктрины продовольственной безопасности
не менее
95%
не менее 85%
не менее 90%
-
не менее
95%
не менее 90%
не менее
60%
Источник: составлено авторами по материалам [1; 15].

Отметим, что среди Топ-10 не все регионы обладают максимальными значениями уровня самообеспеченности по представленной в таблице 3 выборке сельскохозяйственной продукции. Только по зерну и мясу два региона из выборки обладают максимальными значениями (Ростовская область и Белгородская область соответственно), тогда как по молоку это Республика Мордовия (уровень самообеспечения 213,8%), по яйцам – Костромская область (уровень самообеспечения 440,9%), по картофелю и овощам – Астраханская область (уровень самообеспечения 211,3% и 599,5% соответственно) и по фруктам и ягодам – Кабардино-Балкарская Республика (479,9%).

На основе этих данных можно сделать следующие выводы:

– среди Топ-10 регионов наибольший интерес представляют такие, как Ростовская область с максимальным уровнем продовольственной независимости по зерну (самому экспортноориентированному сельскохозяйственному продукту), и Белгородская область с самым высоким уровнем продовольственной независимости по мясу, имеющая большое значение для продовольственной безопасности других регионов страны по этому продукту;

– учитывая, что в состав наиболее независимых по представленным сельскохозяйственных продуктам регионов страны вошли не только регионы из Топ-10, но и ряд других субъектов РФ с максимальными значениями самообеспеченности по молоку, яйцам, картофелю и фруктам, ягодам, именно они являются ключевым источником поставок этих товаров на внутреннем рынке страны для выравнивания территориальных диспропорций в продовольственной независимости:

– Ростовская область (ЮФО) – по зерну;

– Белгородская область (ЦФО) – по мясу;

– Республика Мордовия (ПФО) – по молоку;

– Костромская область (ЦФО) – по яйцам;

– Астраханская область (ЮФО) – по картофелю и овощам;

– Кабардино-Балкарская Республика (СКФО) – по фруктам и ягодам.

Приоритет межрегиональных связей по обмену продовольственными товарами определяется со стороны государства в решении вопросов ресурсного и кадрового обеспечения, логистических маршрутов, рынков сбыта сельскохозяйственных ресурсов и т.п. В структуре внешней торговли (таблица 4) представлены значения экспорта и импорта продовольственных товаров и сельскохозяйственного сырья по Топ-10 регионов. В сборнике 2023 года данные значения представлены только за 2021 год, тем не менее в силу устойчивости доли сельского хозяйства в крупнейших по ВДС в аграрном секторе регионах страны позволим себя дополнить исследование этим данным и выводами авторов.

В соответствии с товарной номенклатурой ВЭД в состав продовольственных товаров и сельскохозяйственного сырья входят:

– живые животные, продукты животного происхождения (группы 1-5);

– продукты растительного происхождения (группы 6-14);

– жиры и масла животного или растительного происхождения и т.п. (группа 15);

– готовые пищевые продукты, алкогольные и безалкогольные напитки и уксус, табак и его заменители (группы 16-24).

Таблица 4. Определение чистого экспорта Топ-10 регионов по продовольственным товарам и сельскохозяйственному сырью в 2021 году (группы 1-24 ТН ВЭД),

тыс. долл. США


Топ-10 регионов с максимальной ВДС Раздел А
Продовольственные товары и сельскохозяйственное сырье (группы 1-24)
Чистый экспорт
экспорт
импорт
1
Краснодарский край
3 501 422,7
3 031 828,6
469 594,1
2
Ростовская область
6 828 913,2
345 942,7
6 482 970,5
3
Воронежская область
570 553,7
177 328,8
393 224,9
4
Белгородская область
1 257 390,6
131 067,9
1 126 322,7
5
Республика Татарстан
401 193,1
80 698,8
320 494,3
6
Волгоградская область
261 268,1
48 714,4
212 553,7
7
Саратовская область
739 406,6
376 761,3
362 645,3
8
Ставропольский край
506 770,6
47 442,5
459 328,1
9
Республика Дагестан
30 704,3
75 141,4
- 44 437,1
10
Республика Башкортостан
328 353,9
122 784,4
205 569,5
Источник: составлено авторами по материалам [14].

Из Топ-10 регионов именно Ростовская область и Белгородская область в 2021 году имели максимальные значения экспорта данной группы товаров, что соответствует их статусу максимальной самообеспеченности такими видами сельскохозяйственной продукции, как зерно и мясо. Самым импортозависимым по данной группе товаров является Республика Дагестан (импорт превышает экспорт на 44 437,1 тыс. долл. США.

Заключение

Определив в результате проведенного исследования степень территориальной дифференциации субъектов РФ по уровню продовольственной независимости с учетом предельных значений Доктрины продовольственной безопасности и особенностей типа экономических систем, сложившихся в разных регионах России, влияющих на потенциал роста импортозамещения, авторы считают необходимым постоянно актуализировать в сторону расширения линейку продукции сельскохозяйственного производства, отражаемую в приоритете продовольственной безопасности страны с учетом направлений импортозамещения и роста производственного потенциала национальных производителей молочной продукции, соли, на примере рыбной продукции возникает вопрос о пересмотре в сторону повышения норм ее потребления и экономической доступности для населения страны. Проблема растущего ожирения населения должна решаться не только нормами спортивной активности, но и развитием диетического питания в образовательных учреждениях и на предприятиях общественного питания.

Определяя продовольственную независимость как особый, национального уровня компонент продовольственной безопасности, можно утверждать, что его оценка и учет территориальной дифференциации в достижении должен включаться в основу обеспечения экономической безопасности на уровне государственной стратегии и политики по ее обеспечению [7]. Понимание приоритета межрегионального перераспределения создаваемых «излишков» сельскохозяйственной продукции, включенной в Доктрину продовольственной безопасности, требует от всех участников рынка данной продукции дополнительных усилий по наращиванию продовольственной безопасности с учетом сложившего уровня территориальной дифференциации регионов, когда более 50% субъектов РФ не достигают пороговых значений продовольственной независимости.

Определяя последствия цифровизации сельского хозяйства, отметим наиболее важные цифровые технологии, заложенные в ведомственную программу Минсельхоза РФ, включая такие примеры, как Единая федеральная информационная система земель сельскохозяйственного назначения (ЕФИС ЗСН), относящаяся к Big Data, и такие примеры Blockchain, как агроэкспорт «От поля до порта», система электронной ветеринарной сертификации «Меркурий». Это тем более необходимо для территориального выравнивания уровня продовольственной независимости.

Дальнейшее развитие системы измерения продовольственной безопасности России должно включать все большую детализацию проблемы устойчивого развития сельских территорий, к которым необходимо относить показатели, связанные не только с вопросами трудоустройства и качества жизни сельского населения, но и с проблемами углеродной нейтральности, внедрением системы ESG-факторов в управление и функционирование сельскохозяйственных производителей.

Комплексность и многоаспектность понятия и содержания продовольственной безопасности свидетельствуют о междисциплинарном подходе к решению проблем в этой области для всех возрастных и социальных групп населения, доведения норм и стандартов профессиональной деятельности в этой сфере до общемировых по качеству и физической доступности продовольствия, решения вопроса по обороту заброшенных сельскохозяйственных угодий и роста государственной поддержки мелких и средних сельскохозяйственных производителей.


Источники:

1. Указ Президента РФ от 21 января 2020г. № 20 «Об утверждении Доктрины продовольственной безопасности Российской Федерации». [Электронный ресурс]. URL: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/73338425/ (дата обращения: 02.04.2024).
2. Распоряжение Правительства РФ от 6 июля 2023г. № 1810-р. «О национальном докладе «О ходе и результатах реализации в 2022 г. Государственной программы развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия». [Электронный ресурс]. URL: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/407251322/ (дата обращения: 28.03.2024).
3. Распоряжение Правительства РФ от 30 июня 2022г. № 1751-р. «О национальном докладе о ходе и результатах реализации в 2021 г. Государственной программы развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия». [Электронный ресурс]. URL: https://base.garant.ru/404922171/ (дата обращения: 28.03.2024).
4. Распоряжение Правительства РФ от 10 февраля 2021г. № 296-р (ред. от 11.08.2022г.) «Об утверждении перечня показателей в сфере обеспечения продовольственной безопасности Российской Федерации». [Электронный ресурс]. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_377034/ (дата обращения: 26.03.2024).
5. Белугин А.Ю. Оценка продовольственной независимости России в условиях внешнеторговых ограничений // Теория и практика общественного развития. – 2022. – № 2. – c. 121–126.
6. Булетова Н.Е., Соколов А.А., Шаркевич И.В. Структурно-типологический анализ экономики российских регионов // Экономика, предпринимательство и право. – 2021. – № 5. – c. 1089-1104.
7. Городецкий А. Е., Караваева И. В. Экономическая безопасность России: теоретическое обоснование и методы регулирования. / Монография. - М.: Институт экономики РАН, 2023. – 361 c.
8. Дудин М.Н., Лясников Н.В. Продовольственная безопасность и торгово-сбытовая политика в условиях глобализации // Продовольственная политика и безопасность. – 2017. – № 1. – c. 23-34. – doi: 10.18334/ppib.4.1.38317.
9. Жиряева Е.В. Классификация показателей продовольственной безопасности и оценка их значения для политики Российской Федерации // Управленческое консультирование. – 2020. – № 12. – c. 49–67.
10. Закшевский В.Г., Богомолова И.П., Василенко И.Н., Шайкин Д.В. Продовольственная независимость России: современное состояние, риски безопасности, перспективные тренды // Продовольственная политика и безопасность. – 2023. – № 1. – c. 9-28. – doi: 10.18334/ppib.10.1.116696.
11. Караваева И.В., Лев М.Ю. Экономическая безопасность: технологический суверенитет в системе экономической безопасности в современной России // Экономическая безопасность. – 2023. – № 3. – c. 905-924. – doi: 10.18334/ecsec.6.3.118475.
12. Лясников Н.В., Анищенко А.Н., Романова Ю.А. Угрозы продовольственной безопасности Российской Федерации в условиях нового витка санкционной напряженности // Продовольственная политика и безопасность. – 2023. – № 3. – c. 393-408. – doi: 10.18334/ppib.10.3.118331.
13. Насиров А.Д., Юсупов Н.С. Продовольственная безопасность в региональном измерении // Экономика Центральной Азии. – 2021. – № 4. – c. 421-438. – doi: 10.18334/asia.5.4.113789.
14. Регионы России. Социально-экономические показатели. 2023. [Электронный ресурс]. URL: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/Reg_Rus_Pokaz_2023.htm (дата обращения: 26.03.2024).
15. Уровень самообеспечения основными продуктами питания по субъектам РФ. Росстат. [Электронный ресурс]. URL: https://rosstat.gov.ru/enterprise_economy (дата обращения: 26.03.2024).
16. Global Food Security Index (GFSI). [Электронный ресурс]. URL: https://impact.economist.com/sustainability/project/food-security-index/ (дата обращения: 26.03.2024).

Страница обновлена: 11.06.2024 в 08:38:41