Результативность формирования институциональной среды качества и уровня жизни в арктических регионах России

Наливайченко Е.В.1,2, Волков А.Д.1
1 Институт экономики — обособленное подразделение Федерального государственного бюджетного учреждения науки Федерального исследовательского центра Карельский научный центр Российской академии наук
2 Крымский федеральный университет имени В.И. Вернадского

Статья в журнале

Креативная экономика (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 18, Номер 5 (Май 2024)

Цитировать:
Наливайченко Е.В., Волков А.Д. Результативность формирования институциональной среды качества и уровня жизни в арктических регионах России // Креативная экономика. – 2024. – Том 18. – № 5. – С. 1031-1058. – doi: 10.18334/ce.18.5.120898.

Аннотация:
В статье исследована продуктивность официальных институтов в контексте достижения целей, формируемых государственной политикой развития российской Арктики. Очерчена совокупность институтов, формирующих институциональную среду качества и уровня жизни в арктических регионах России. В качестве критериев результативности авторами предложено использование позитивных изменений показателей, характеризующих качество и уровень жизни населения субъектов Российской Федерации, полностью или частично входящих в Арктическую зону. Для установления эталонных значений показателей использованы целевые ориентиры, обозначенные в документах стратегического планирования Российской Федерации. Посредством оценки приближения фактических показателей к эталону выделены субъекты с различной степенью опережения и отставания от среднероссийского уровня. В качестве определяющего фактора дифференциации результатов формирования институциональной среды качества и уровня жизни в арктических субъектах выделен уровень бедности. Статья будет интересна исследователям, изучающим проблемы социально-экономического развития Арктической зоны, а также представителям органов власти, осуществляющих выработку активной политики устойчивого развития макрорегиона

Ключевые слова: Арктическая зона России, институциональная среда,качество и уровень жизни, результативность

Финансирование:
Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского научного фонда, проект № 23-78-10192(https://rscf.ru/project/23-78-10192/)

JEL-классификация: R11, R12, R13, R58



Введение

Задачи повышения качества и уровня жизни населения Российской Федерации приобретают особую актуальность в арктических регионах страны в связи с высокой ресурсоемкостью жизнеобеспечения северных территорий, уровнем профессионального риска и воздействия техногенных факторов, недостаточным развитием логистической и социальной инфраструктуры. На фоне нарастающего значения Арктической зоны Российской Федерации (далее – АЗРФ) в социально-экономическом развитии и обеспечении национальной безопасности государства, что обусловлено добычей в Арктической зоне 83 % газа и 17 % нефти, добываемых в России, созданием на данной территории 12-15 % ВВП и обеспечением до 25 % экспорта страны [1], происходит неуклонное снижение численности населения российской Арктики: в 2022 г. численность постоянного населения сократилась на 1,1 % относительно 2014 г. и на 8,8 % относительно 2021 г., значения коэффициентов естественного и миграционного прироста снизились до -1,6 и -4,5 соответственно [2]. При этом миграция является определяющим фактором динамики численности населения АЗРФ [18; 20; 21], в свою очередь первоочередное значение для миграции арктического населения на современном этапе приобретают факторы качества и уровня жизни [14; 19; 23].

Уровень и качество жизни выделяется одним из важнейших аспектов развития потенциала Арктических территорий и обеспечения конкурентности России в новой эпохе «второй волны освоения Арктики» [3; 22]. Взаимосвязь и взаимовлияние уровня жизни населения и демографических и миграционных процессов широко представлены в исследованиях [4; 8; 16]. Основные выявляемые тенденции отражают низкий уровень жизни [6; 10; 12] и негативные характеристики качества жизни населения АЗРФ [7; 19], с существенной степенью дифференциации как в сравнении с другими регионами страны [2; 11; 24], так и между субъектами Российской Федерации, полностью или частично входящими в Арктическую зону, что обусловлено значительными различиями региональной экономической структуры, состава и структуры расселения [17; 25].

Исходя из этого, современный вектор исследований все более смещается к обеспечению социальной направленности промышленного освоения Арктики [22], приближению институциональной организации экономической системы к концепту экономического благополучия с проекцией на муниципальный уровень [5], поиску путей преодоления негативных социально-экономических тенденций с помощью новейших для данной территории инструментов, таких, как преференциальный режим АЗРФ, направленный на трансформацию регионального экономического пространства и стабилизацию занятости [26].

Учитывая важнейшую роль и заинтересованность государства в развитии арктического макрорегиона, более полном использовании его человеческого и демографического потенциала, актуальным является исследование результативности институциональной среды качества и уровня жизни в арктических регионах в контексте продуктивности официальных институтов макро- и микроуровня для достижения целей, формируемых государственной политикой развития российской Арктики.

Цель исследования – построение траекторий результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в регионах Российской Федерации, полностью или частично входящих в Арктическую зону.

Для достижения цели в исследовании решаются следующие задачи:

– определение совокупности институтов, формирующих институциональную среду качества и уровня жизни в арктических регионах России;

– выявление результирующих показателей, отражающих продуктивность институциональной среды качества и уровня жизни и установление их эталонных значений;

– построение траекторий результативности и анализ их дифференциации по регионам, полностью или частично входящим в АЗРФ.

Научную новизну исследования представляет выявление дифференциации результатов формирования институциональной среды качества и уровня жизни в арктических субъектах относительно среднероссийских показателей и установление уровня бедности в качестве определяющего фактора выявленной дифференциации.

Методика исследования

Информационную базу исследования составили стратегические нормативные акты Российской Федерации, труды отечественных и зарубежных ученых в сфере особенностей оценки и факторов повышения качества и уровня жизни населения, в том числе арктических регионов России; официальные статистические данные Единой межведомственной информационно-статистической системы.

Методологическая основа исследования опирается на эмпирический и экономико-статистический методы, методы обобщения и синтеза для выбора системы показателей оценки результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни, метод системного и компаративного анализа для выявления основных тенденций дифференциации траекторий результативности в арктических регионах.

Оценивание результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни проведено при использовании методического подхода, предложенного в работе [9]. В качестве критериев результативности определены позитивные изменения показателей из числа общедоступных и регулярно обновляемых официальных статистических данных, интегрально отражающие возможности потребления материальных благ и удовлетворения потребностей населением (реальные располагаемые денежные доходы (П.1), доля населения в общей численности с денежными доходами ниже границы бедности / величины прожиточного минимума (П.2)), повышение доступности и эффективности функционирования социальной инфраструктуры (ожидаемая продолжительность жизни при рождении (П.3), ожидаемая продолжительность здоровой жизни (П.4)), снижение уровня общественного неравенства (коэффициент Джини (П.5)), улучшение демографической ситуации и рост привлекательности арктических регионов как места проживания (численность постоянного населения (П.6)).

Круг показателей определен с учетом их доступности и возможности обеспечить сравнение прошлого, текущего и будущего состояния критериев результативности, а также исходя из того, что число показателей должно быть необходимым и достаточным для возможности проведения оперативной оценки и имеются их целевые (эталонные) значения, закрепленные в нормативно-правовых документах Российской Федерации или обусловленные практикой хозяйствования [9].

Для оценивания результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни как степени использования потенциальных институциональных возможностей и меры достижения определенных результатов были установлены эталонные значения показателей и произведена оценка приближения фактических показателей к эталону. Частные коэффициенты результативности ( ) определены посредством сравнения значений достигнутого (фактического) уровня показателей за определенный период с эталонным уровнем:

, (1)

где – фактическое значение i-го показателя, не превышающее эталонный уровень, , = 1; 3; 4; 6;

– эталонный уровень i-го показателя.

В случае, если достигнутый (фактический) уровень показателей П.1, П.3, П.4 и П.6 превышает эталонный уровень, коэффициенту результативности соответствующего показателя присваивается значение, равное 1.

Для показателей П.2 – доля населения в общей численности с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума и П.5 – коэффициент Джини, в связи с их обратным влиянием коэффициенты результативности ( ) рассчитываются обратным образом:

, (2)

где – фактическое значение i-го показателя, не ниже эталонного значения, , = 2; 5.

В случае, если достигнутый (фактический) уровень показателей П.2 и П.5 ниже эталонного уровня, коэффициенту результативности соответствующего показателя присваивается значение, равное 1.

Обобщающий показатель результативности определяется на основе полученных коэффициентов методом геометрической средней.

Коэффициенты результативности отдельных показателей и обобщающий показатель результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни интерпретируются в соответствии с методикой рейтингования государственных программ Российской Федерации (таблица 1).

Таблица 1. Оценивание результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни

Интервалы значений показателя результативности
Уровень достижения поставленных целей
Интерпретация показателя
1
Полное достижение
Высокий уровень результативности
0,9100 – 1

Частичное
0,7600 – 0,9099
достижение
Уровень
результативности выше среднего
0,5100– 0,7599
целей
Уровень
результативности ниже среднего
0,0001 – 0,5099

Низкий уровень результативности
0
Невыполнение
Источник: составлено на основе Постановления Правительства РФ от 17.07.2019 № 903 (ред. от 02.11.2021) «Об утверждении Правил формирования сводного годового доклада о ходе реализации и оценке эффективности государственных программ Российской Федерации, внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений некоторых актов Правительства Российской Федерации». URL: http://government.ru/docs/all/122976/ (дата обращения: 21.03.2024).

Результаты исследования

Обеспечение высокого качества жизни и благосостояния населения АЗРФ выступает одной из первоочередных целей государственной политики Российской Федерации в Арктике [3], для воплощения которой правительством осуществляется формирование институциональной среды посредством внедрения прогрессивного законодательства, совершенствования инфраструктуры, повышения уровня обеспечения общественных благ и борьбы с коррупцией, поддержки предпринимательства и инноваций, совершенствования социальной политики и укрепления гарантий соблюдения прав человека.

Качество жизни как категория, характеризующая не только объективные факторы уровня жизни, такие как доход, стоимость товаров и услуг, возможности трудоустройства, доступность качественной медицинской помощи и образования, экологическое состояние и безопасность и др., включает также субъективные аспекты уровня комфорта и стресса, здоровья, ментального благополучия, и отражает степень социального и духовного развития человека.

Институциональную среду качества и уровня жизни формирует совокупность формальных и неформальных институтов, которая включает институты, обеспечивающие политическую стабильность (законодательство, правопорядок и защита прав человека), эффективные экономические институты (рынок, права собственности и свободный предпринимательский климат, социальное партнерство), социальные институты (образование, здравоохранение, социальная защита и доступ к общественным благам), институты академической среды (академическая свобода и культура образовательных и научных организаций), экологические институты (устойчивое природопользование и защита окружающей среды).

Для регионов, полностью или частично входящих в АЗРФ, формирование институциональной среды качества и уровня жизни на макроуровне регламентировано нормами, охватывающими широкую сферу жизнедеятельности общества, закрепленными в Конституции Российской Федерации; нормативно-правовых документах стратегического планирования; государственных программах, национальных и федеральных проектах.

На мезоуровне формирование определенного качества и уровня жизни обеспечивается нормативно-правовыми актами регулирования социально-экономического развития российской Арктики: Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2035 года, утвержденные Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2020 г. № 164; Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2035 года, утвержденная Указом Президента Российской Федерации от 26 октября 2020 г. № 645; пакет федеральных законов о государственной поддержке предпринимательской деятельности в Арктической зоне Российской Федерации; Государственная программа Российской Федерации «Социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации», утвержденная постановлением Правительства Российской Федерации от 30 марта 2021 г. № 484; Программа государственной поддержки традиционной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Российской Федерации, осуществляемой в Арктической зоне Российской Федерации, утвержденная распоряжением Правительства Российской Федерации от 15 апреля 2021 г. № 978-р, и другие, а также стратегические документы развития субъектов Российской Федерации, полностью или частично входящих в АЗРФ.

В качестве институтов микроуровня, регулирующих отдельные общественные отношения, можно выделить программы субъектов Российской Федерации, полностью или частично входящих в АЗРФ, такие как: государственная программа Мурманской области «Развитие здравоохранения», государственная программа Архангельской области «Культура Русского севера», государственная программа Ямало-Ненецкого автономного округа «Развитие образования», государственная программа Республики Карелия «Содействие занятости населения», региональная программа капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Республике Коми, муниципальные программы, программы комплексного развития отдельных административно-территориальных образований, а также акты управления, утверждающие механизмы реализации мероприятий по обеспечению качества и уровня жизни населения, такие как Постановление Правительства Республики Саха (Якутия) «О мерах по обеспечению жильем молодых семей в Республике Саха (Якутия)», Положение о региональном государственном контроле (надзоре) за приемом на работу инвалидов в пределах установленной квоты в Чукотском автономном округе и другие.

Рассматривая неформальные составляющие институциональной среды качества и уровня жизни в арктических регионах необходимо отметить, что наряду с культурными обычаями и социальными нормами, присущими современному российскому обществу, в Арктике сохраняются культура, верования и традиции десятков коренных и малочисленных народов, проживающих в макрорегионе и осуществляющих на его территории традиционную хозяйственную деятельность (животноводство, в том числе кочевое, собаководство и звероводство, бортничество и пчеловодство, собирательство, художественные промыслы, народные ремесла и др.).

Учитывая вышеизложенное, а также большое число существующих методик оценки качества и уровня жизни, включающих обилие количественных и качественных показателей, для оценивания результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в арктических регионах России выделен ограниченный набор показателей, способных охарактеризовать степень достижения целей, воплощению которых подчинено функционирование всей совокупности институтов. Взаимосвязь результирующих показателей представлена на рисунке 1.

Рис.1. Взаимосвязь результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни с характеризующими показателями

Источник: разработано авторами

Таким образом, исходя из необходимости комплексного отражения как достижения определенного уровня благосостояния, так и степени удовлетворения духовных и материальных запросов населения, были выделены:

- результирующие показатели, отражающие возможности потребления материальных благ и удовлетворения потребностей населения: реальные располагаемые денежные доходы; доля населения в общей численности с денежными доходами ниже границы бедности / величины прожиточного минимума;

- результирующие показатели, отражающие повышение доступности и эффективности функционирования социальной инфраструктуры: ожидаемая продолжительность жизни при рождении; ожидаемая продолжительность здоровой жизни (показатель рассчитывается с 2019 г.);

- показатель степени социального расслоения: коэффициент Джини;

- показатель, отражающий как улучшение демографической ситуации, так и рост привлекательности арктических регионов в качестве места проживания: численность постоянного населения (темп роста).

Для установления эталонных значений показателей использованы целевые ориентиры, обозначенные в документах стратегического планирования Российской Федерации (таблица 2).

В соответствии с используемым методическим подходом достигнутый уровень показателей оценки результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в арктических регионах России представлен в таблицах 3 – 11, в целом по Российской Федерации – в таблице 12.

Таблица 2. Эталонный уровень показателей оценки результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни

Наименование показателя
Эталонный уровень
Основание определения эталонного уровня
1
2
3
Реальные располагаемые денежные доходы
102,5 %
Единый план по достижению национальных целей развития Российской Федерации на период до 2024 года и на плановый период до 2030 года
Доля населения в общей численности с денежными доходами ниже границы бедности
≤ 6,45 %
Указ Президента РФ от 21 июля 2020 г. № 474 «О национальных целях развития РФ на период до 2030 г.» (снижение уровня бедности в два раза по сравнению с показателем 2017 г.)
Ожидаемая продолжительность жизни при рождении
78 лет
Указ Президента РФ от 7 мая 2018 г. № 204 «О национальных целях и стратегических задачах развития РФ на период до 2024 года»; Стратегия развития АЗРФ и обеспечения национальной безопасности на период до 2035 года
Ожидаемая продолжительность здоровой жизни
67 лет
Указ Президента РФ от 7 мая 2018 г. № 204 «О национальных целях и стратегических задачах развития РФ на период до 2024 года»
Коэффициент Джини
≤ 0,4
Приемлемый уровень, оценка ученых и специалистов [1; 13; 15]
Численность постоянного населения
темп роста > 100
Основы государственной политики РФ в Арктике на период до 2035 года (общий прирост численности населения)
Источник: составлено авторами

Таблица 3. Показатели оценки результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в Архангельской области

Показатель
Достигнутый уровень
Эталонный уровень
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Реальные располагаемые денежные доходы, %
98,1
100,9
99,1
98,6
100,2
94,9
102,5
Доля населения в общей численности с денежными доходами ниже границы бедности, %
13,9
12,5
12,7
12,3
11,7
10,9
≤ 6,45
Ожидаемая продолжительность жизни при рождении, лет
71,96
72,09
72,3
71,39
69,6
70,93
78
Ожидаемая продолжительность здоровой жизни, лет
-
-
59
58,3
56,4
59,1
67
Коэффициент Джини
0,414
0,426
0,435
0,424
0,424
0,419
≤ 0,4
Темп роста численности постоянного населения
98,3
98,2
98,3
98,3
98,0
98,4
> 100
Источник: составлено по данным ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru.

Таблица 4. Показатели оценки результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в Красноярского края

Показатель
Достигнутый уровень
Эталонный уровень
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Реальные располагаемые денежные доходы, %
100,8
98,6
99,8
99,2
102
101,2
102,5
Доля населения в общей численности с денежными доходами ниже границы бедности, %
17,6
17,1
17,3
17
15,9
14,4
≤ 6,45
Ожидаемая продолжительность жизни при рождении, лет
70,61
70,71
71,16
69,82
68,34
70,58
78
Ожидаемая продолжительность здоровой жизни, лет
-
-
58,9
55,9
59,2
58,2
67
Коэффициент Джини
0,392
0,392
0,39
0,384
0,386
0,379
≤ 0,4
Темп роста численности постоянного населения
100,2
100,0
99,8
99,7
99,7
99,7
> 100
Источник: составлено по данным ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru.

Таблица 5. Показатели оценки результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в Мурманской области

Показатель
Достигнутый уровень
Эталонный уровень
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Реальные располагаемые денежные доходы, %
100,1
101,2
100,4
99,8
101,9
96,6
102,5
Доля населения в общей численности с денежными доходами ниже границы бедности, %
11,3
9,9
10,6
10,1
9,3
8
≤ 6,45
Ожидаемая продолжительность жизни при рождении, лет
71,67
71,68
71,75
69,81
68,29
70,16
78
Ожидаемая продолжительность здоровой жизни, лет
-
-
59,4
59,4
57,5
55,1
67
Коэффициент Джини
0,361
0,356
0,342
0,337
0,342
0,323
≤ 0,4
Темп роста численности постоянного населения
98,7
98,6
98,4
98,2
98,0
98,5
> 100
Источник: составлено по данным ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru.

Анализ статистических данных показывает, что динамика реальных располагаемых денежных доходов в арктических регионах в 2022 г. аналогична общероссийской, для которой характерно снижение относительно 2021 г., однако в Архангельской, Мурманской областях и Республике Коми показатель сократился больше, чем в целом по стране (на 5,3; 5,3 и 5,2 %-х пункта соответственно против 4,3 в РФ). К 2022 г. целевое значение данного показателя было достигнуто только в Республике Саха (Якутия) и Чукотском автономном округе.

Таблица 6. Показатели оценки результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в Ненецком автономном округе

Показатель
Достигнутый уровень
Эталонный уровень
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Реальные располагаемые денежные доходы, %
101,6
106
99
101,8
100,2
99
102,5
Доля населения в общей численности с денежными доходами ниже границы бедности, %
10,6
9,7
9,4
9,4
9,3
9
≤ 6,45
Ожидаемая продолжительность жизни при рождении, лет
71,52
71,85
73,19
70,4
69,39
70,74
78
Ожидаемая продолжительность здоровой жизни, лет
-
-
55,7
43,9
49,3
46
67
Коэффициент Джини
0,37
0,366
0,364
0,353
0,356
0,339
≤ 0,4
Темп роста численности постоянного населения
99,5
99,2
99,5
99,9
99,8
99,8
> 100
Источник: составлено по данным ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru.

Таблица 7. Показатели оценки результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в Республике Карелия

Показатель
Достигнутый уровень
Эталонный уровень
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Реальные располагаемые денежные доходы, %
101,1
101,2
100,8
100,4
100
96,9
102,5
Доля населения в общей численности с денежными доходами ниже границы бедности, %
16,5
15,6
15,7
15,1
14,4
12,9
≤ 6,45
Ожидаемая продолжительность жизни при рождении, лет
70,65
70,56
71,46
69,63
67,31
69,03
78
Ожидаемая продолжительность здоровой жизни, лет
-
-
58,7
53,4
56
58,9
67
Коэффициент Джини
0,338
0,341
0,341
0,342
0,343
0,324
≤ 0,4
Темп роста численности постоянного населения
97,9
97,7
98,1
98,4
98,3
98,7
> 100
Источник: составлено по данным ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru.

Наиболее высокий уровень бедности среди арктических регионов наблюдается в Красноярском крае, Республике Карелия, Республике Коми, Республике Саха (Якутия): доля населения с денежными доходами ниже границы бедности в этих субъектах в среднем в 1,5 раза превышает российский уровень и более, чем в 2 раза – целевой. Самый низкий уровень бедности на протяжении всего исследуемого периода характерен для Ямало-Ненецкого автономного округа, а по итогам 2022 г. показатель в данном субъекте стал самым низким в России (4,5 %).

Таблица 8. Показатели оценки результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в Республике Коми

Показатель
Достигнутый уровень
Эталонный уровень
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Реальные располагаемые денежные доходы, %
97,2
100,8
96,6
97,7
99,8
94,6
102,5
Доля населения в общей численности с денежными доходами ниже границы бедности, %
15,7
14,9
15,5
15,3
15,3
14
≤ 6,45
Ожидаемая продолжительность жизни при рождении, лет
71,05
71,06
71,3
70,3
68,32
69,94
78
Ожидаемая продолжительность здоровой жизни, лет
-
-
58,6
57,7
60,3
56,1
67
Коэффициент Джини
0,383
0,383
0,379
0,374
0,375
0,353
≤ 0,4
Темп роста численности постоянного населения
98,3
98,0
97,9
98,1
98,1
98,4
> 100
Источник: составлено по данным ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru.

Таблица 9. Показатели оценки результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в Республике Саха (Якутия)

Показатель
Достигнутый уровень
Эталонный уровень
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Реальные располагаемые денежные доходы, %
99,4
102,7
101,6
99,5
104,3
103,8
102,5
Доля населения в общей численности с денежными доходами ниже границы бедности, %
19,6
18,6
17,8
17,3
16,3
15,5
≤ 6,45
Ожидаемая продолжительность жизни при рождении, лет
71,68
72,72
73
71,1
69,98
72,67
78
Ожидаемая продолжительность здоровой жизни, лет
-
-
58,6
60,6
59,4
60,3
67
Коэффициент Джини
0,397
0,406
0,406
0,397
0,401
0,404
≤ 0,4
Темп роста численности постоянного населения
100,3
100,3
100,4
100,8
101,1
100,5
> 100
Источник: составлено по данным ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru.

Таблица 10. Показатели оценки результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в Чукотском автономном округе

Показатель
Достигнутый уровень
Эталонный уровень
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Реальные располагаемые денежные доходы, %
103,4
104
100,9
104,6
107,4
103,2
102,5
Доля населения в общей численности с денежными доходами ниже границы бедности, %
8,5
8,8
8,5
8
7,3
6,6
≤ 6,45
Ожидаемая продолжительность жизни при рождении, лет
66,1
63,58
68,09
65,82
64,87
66,2
78
Ожидаемая продолжительность здоровой жизни, лет
-
-
49,1
37
40,3
43
67
Коэффициент Джини
0,4
0,405
0,408
0,407
0,41
0,41
≤ 0,4
Темп роста численности постоянного населения
98,8
99,4
100,6
99,5
99,3
100,3
> 100
Источник: составлено по данным ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru.

Таблица 11. Показатели оценки результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в Ямало-Ненецком автономном округе

Показатель
Достигнутый уровень
Эталонный уровень
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Реальные располагаемые денежные доходы, %
101,7
102
103,8
106,2
102,8
102
102,5
Доля населения в общей численности с денежными доходами ниже границы бедности, %
6,1
5,8
5,5
4,8
4,6
4,5
≤ 6,45
Ожидаемая продолжительность жизни при рождении, лет
73,53
74,07
74,18
71,91
71,7
74,82
78
Ожидаемая продолжительность здоровой жизни, лет
-
-
56,5
57,1
54,6
57,7
67
Коэффициент Джини
0,429
0,435
0,438
0,438
0,44
0,44
≤ 0,4
Темп роста численности постоянного населения
99,7
99,8
99,9
99,8
100,1
100,4
> 100
Источник: составлено по данным ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru.

Представленные данные также демонстрируют, что ни в одном из субъектов, как и в Российской Федерации в целом, не достигнуты целевые уровни показателей ожидаемой продолжительности жизни при рождении и ожидаемой продолжительности здоровой жизни, при этом наименьшее их значение наблюдается в Чукотском автономном округе: в 2022 г. продолжительность жизни при рождении в регионе на 6,53 года меньше среднероссийского показателя, а продолжительность здоровой жизни – на 16,8 года. Наибольшая ожидаемая продолжительность жизни при рождении в 2022 г. была в Ямало-Ненецком автономном округе – 74,82 года, что на 2,09 года больше среднероссийского уровня, а наибольшая ожидаемая продолжительность здоровой жизни – в Архангельской области – 59,1 года, что тем не менее не превышает показатель в целом по России – 59,8 лет.

Таблица 12. Показатели оценки результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в Российской Федерации

Показатель
Достигнутый уровень
Эталонный уровень
2017
2018
2019
2020
2021
2022
Реальные располагаемые денежные доходы, %
99,5
100,4
101
98
103,3
99
102,5
Доля населения в общей численности с денежными доходами ниже границы бедности, %
12,9
12,6
12,3
12,1
11
9,8
≤ 6,45
Ожидаемая продолжительность жизни при рождении, лет
72,7
72,91
73,34
71,54
70,06
72,73
78
Ожидаемая продолжительность здоровой жизни, лет
-
-
60,3
58,9
59,4
59,8
67
Коэффициент Джини
0,411
0,414
0,412
0,406
0,409
0,395
≤ 0,4
Темп роста численности постоянного населения
100,2
100,1
100,1
99,9
99,7
99,7
> 100
Источник: составлено по данным ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru.

Во всех арктических регионах тенденции динамики данных показателей соответствуют общероссийским: максимальные уровни зафиксированы в 2019 году, минимальные – в 2020, что связано с пандемией Covid-19, а в 2021 – 2022 гг. наблюдается стабилизация показателей, однако не достигающих уровня 2019 г. в большинстве регионов. Наибольший разрыв в 2022 г. по сравнению с максимумом 2019 г. имеет показатель ожидаемой продолжительности здоровой жизни в Ненецком автономном округе (снижение на 9,7 года).

Уровень общественного неравенства в более, чем половине субъектов, является умеренным (между 0,3 и 0,4) и соответствует эталонным значениям на протяжении 2017-2022 годов. Данные значения характерны для Красноярского края, Республики Коми, Мурманской области, Республики Карелия, Ненецкого автономного округа). Обращает на себя внимание то, что ни в одном из указанных регионов не был достигнут эталонный уровень значений по какому-либо другому показателю.

Рост численности населения был достигнут только в ряде регионов АЗРФ. Он характерен для Республики Саха (Якутия), Чукотского автономного округа (в 2019 г., 2022 г.) и Ямало-Ненецком автономном округе (в 2021 - 2022 гг.), при этом только для Республики Саха (Якутия) за исследуемый период характерен устойчивый ежегодный прирост. В остальных субъектах среднее ежегодное сокращение численности постоянного населения составляет 1,26 % (в целом по России – 0,05 %). Наибольшее сокращение с 2017 г. зафиксировано в Республике Коми (-9,1 %), Республике Карелия и Архангельской области (-8,4 %), Мурманской области (-8 %).

Полученные по результатам расчетов обобщающие коэффициенты и траектория результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в арктических регионах и Российской Федерации в целом представлены на рисунках 2 – 4.

Рис.2. Субъекты, достигшие к 2022 г. уровня результативности выше среднероссийского

Источник: рассчитано авторами

Рис.3. Субъекты, не достигшие к 2022 г. среднероссийского уровня результативности (с отставанием до 5 %)

Источник: рассчитано авторами

Рис.4. Субъекты, не достигшие к 2022 г. среднероссийского уровня результативности (с отставанием от 6 % до 8,5 %)

Источник: рассчитано авторами

Согласно предложенной интерпретации (см. табл. 1), высокий уровень результативности имеет только Ямало-Ненецкий автономный округ, остальные субъекты, как и в целом Российская Федерация, демонстрируют уровень результативности выше среднего, что соответствует частичному достижению целей.

Помимо Ямало-Ненецкого автономного округа, уровень результативности, опережающий среднероссийский, на протяжении 2017-2022 гг. демонстрировала Мурманская область. Ненецкий и Чукотский автономные округа, имевшие в 2017-2019 гг. опережающие показатели, в 2020 г. испытали значительное их падение, не достигнув к 2022 г. докризисного уровня.

Среди субъектов, не достигших к 2022 г. среднероссийского уровня результативности, наибольшего роста обобщающего показателя удалось достичь в Республике Саха (Якутия) (+0,055) и Красноярском крае (+0,039). Республика Коми, опережая в 2017 г. Республики Карелия, Саха (Якутия) и Красноярский край, к 2022 г. не смогла улучшить показатели так, как вышеназванные субъекты, и продемонстрировала наиболее низкий показатель результативности.

Оценивания отдельные коэффициенты результативности, можно констатировать, что наибольшее отставание от целевого уровня в Российской Федерации имеет доля населения в общей численности с денежными доходами ниже границы бедности, ожидаемая продолжительность жизни при рождении и ожидаемая продолжительность здоровой жизни, что также характерно для субъектов, наиболее отстающих от среднероссийского уровня.

Заключение

В связи с тенденцией сокращения численности населения Арктической зоны Российской Федерации особую важность приобретает формирование институциональной среды, обеспечивающей качество и уровень жизни, которые будут способствовать как улучшению демографической ситуации, так и росту привлекательности арктических регионов как места проживания.

Оценивание результативности формирования институциональной среды качества и уровня жизни в субъектах РФ, полностью или частично входящих в Арктическую зону, позволило выявить региональную дифференциацию степени реализации запланированной деятельности и достижения эталонных (целевых) показателей. Общей тенденцией для всех субъектов является недостаточный уровень развития социальной и экологической инфраструктуры, обеспечивающей увеличение ожидаемой продолжительности жизни при рождении и здоровой жизни. Определяющим фактором дифференциации результатов формирования институциональной среды качества и уровня жизни в арктических субъектах выступает уровень бедности. Таким образом, первоочередное внимание должно быть уделено совершенствованию государственных и формированию перспективных частных и смешанных институтов, препятствующих институционализации бедности в Республиках Карелия, Коми, Саха (Якутия) и Красноярском крае.

Исследование вносит вклад в региональную экономику, позволяя осуществлять оперативный мониторинг тенденций и выявление специфики функционирования институциональной среды качества и уровня жизни в арктических регионах России. Перспективой дальнейших исследований является выявление дифференциации степени достижения результативных показателей формирования институциональной среды качества и уровня жизни между муниципальными образованиями субъектов Российской Федерации, которые относятся к сухопутным территориям Арктической зоны и не относятся к таковым. При этом необходимо учесть ограничения, накладываемые суженным набором показателей, представленных в открытых данных статистической базы муниципальных образований, что обусловливает пересмотр состава результативных показателей по критерию доступности.

[1] Инвестиционный портал Арктической зоны России. URL: https://arctic-russia.ru/about (дата обращения: 26.02.2024).

[2] Официальная статистика // Федеральная служба государственной статистики. URL: https://www.gks.ru/folder/10705 (дата обращения: 26.02.2024).

[3] Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2035 года: утв. Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2020 г. № 164. URL: http://static.kremlin.ru/media/events/files/ru/f8ZpjhpAaQ0WB1zjywN04OgKiI1mAvaM.pdf (дата обращения: 28.02.2024).


Источники:

1. Айвазян С.А. Анализ качества и образа жизни населения. Эконометрический подход. / монография. - М.: Наука, 2012. – 432 c.
2. Бобков В.Н., Гулюгина А.А., Зленко Е.Г., Одинцова Е.В. Сравнительные характеристики индикаторов качества и уровня жизни в российских регионах: субъекты, федеральные округа, Арктика // Уровень жизни населения регионов России. – 2017. – № 1(203). – c. 50–64.
3. Вершинин И.С. Социально-экономические факторы развития Арктических регионов // Вестник Института мировых цивилизаций. – 2020. – № 1(26). – c. 55–59.
4. Голова Е.Е. О взаимосвязи и взаимообусловленности состояния миграционных процессов и качества жизни населения // Сибирская финансовая школа. – 2019. – № 5. – c. 50–54.
5. Дворядкина Е.Б., Белоусова Е.А. Концепт экономического благополучия и возможности его проекции на муниципальный уровень // Проблемы развития территории. – 2023. – № 6. – c. 213–233. – doi: 10.15838/ptd.2023.6.128.13.
6. Корчак Е.А. Бедность населения как угроза устойчивому развитию российской Арктики // Арктика и Север. – 2020. – № 40. – c. 47–65. – doi: 10.37482/issn2221-2698.2020.40.47.
7. Киккас К.Н. Организация и управление устойчивым состоянием экономики геоэкономического пространства российской Арктики // Экономика и управление: проблемы, решения. – 2023. – № 12(141). – c. 56–64.
8. Маликов Н.С, Маликов И.Ф. Взаимосвязь качества населения и качества его жизни (часть I) // Уровень жизни населения регионов России. – 2023. – № 2. – c. 294–302. – doi: 10.52180/1999-9836_2023_19_2_12_294_302.
9. Наливайченко Е.В., Каминская А.О. Методологический подход к оценке результативности инновационной трансформации социально-экономической системы России // Ученые записки Крымского инженерно-педагогического университета. – 2020. – № 1(67). – c. 152–157.
10. Петров А.М., Петрова О.А. Арктическая зона Российской Федерации: социально-экономическое развитие и возникающие проблемы // Экономические науки. – 2022. – № 8(213). – c. 162–166. – doi: 10.14451/1.213.162.
11. Поздеев А.Н., Хабарова Ю.А. Межрегиональная дифференциация качества жизни населения России // Экономические науки. – 2022. – № 2(207). – c. 68–73. – doi: 10.14451/1.207.68.
12. Полушина Т.Н., Богданова Е.Е. Уровень жизни населения арктических регионов России // Современные научные исследования и инновации. – 2015. – № 3. – c. 103-109.
13. Пугачев А.А. Налоговое воздействие на неравенство потребления в контексте обеспечения экономической безопасности России // Экономическая безопасность. – 2023. – № 2. – c. 689-702. – doi: 10.18334/ecsec.6.2.117765.
14. Смирнов А.В. Факторы миграции населения городов и районов российской Арктики // В: Миграционные мосты в Евразии: новые подходы к формированию миграционной политики в интересах устойчивого развития: Материалы XI Международного научно-практического форума (Москва, 5–6 декабря 2019 г.) / Под ред. С.В. Рязанцева, М.Н. Храмовой. Москва: Изд-во «Экон-Информ». Москва, 2020.
15. Суринов А.Е., Луппов А.Б. Неравенство по доходам в России. Измерение на основе эквивалентного дохода // Экономический журнал. – 2020. – № 24(4). – c. 539–571. – doi: 10.17323/1813-8691-2020-24-4-539-571.
16. Фахрутдинова Е.В., Юрков Д.В. Эмпирический анализ взаимосвязи качества жизни и миграции населения в субъектах российской федерации // Экономические науки. – 2019. – № 12(181). – c. 363–368.
17. Emelyanova A. (2022). The Arctic Region and Its Inhabitants. In: Tryland, M.(eds). Arctic One Health. Cham: Springer. DOI: 10.1007/978-3-030-87853-5_1
18. Fauzer V.V., Smirnov A.V. Migration of the Russian Arctic Population: Models, Routes, Results // Arctic: Ecology and Economy. – 2020. – № 4 (40). – p. 4–18. – doi: 10.25283/2223-4594-2020-4-4-18.
19. Gordyachkova O.V., Nikulkina I.V., Rotar T.S., Gritsenko S.E., Filimonova L.M. The Quality of Life of the Population of the Arctic Zone of Russia and Financial and Economic Mechanisms for Improving It from the Standpoint of Strengthening National Interests // Journal of Advanced Research in Law and Economics. – 2019. – № 9 (8). – p. 2578–2592. – doi: 10.14505//jarle.v9.8(38).07.
20. Heleniak T. The Future of the Arctic Populations // Polar Geography. – 2021. – № 44 (2). – p. 136–152.
21. Nikulkina I., Gordyachkova O.,Sukneva S.,Romanova E.,Gherardi J., Wardekker A.,Antonova M. Resilience of Arctic Communities: Socio-Economic Aspect // International Journal of Criminology and Sociology. – 2020. – № 9. – p. 3066–3081. – doi: 10.6000/1929-4409.2020.09.373.
22. Novoselov A., Potravny I., Novoselova I., Gassiy V. Social Investing Modeling for Sustainable Development of the Russian // Arctic Sustainability. – 2022. – № 14(2). – p. 933. – doi: 10.3390/su14020933.
23. Ruzakova V.I., Shiptenko A.A., Ryabinina E.O. (2023). Prospects of International Cooperation in the Arctic Under the Russian Chairmanship of the Arctic Council in 2021–2023: Social Projects and ESG Financing. In: Popkova, E.G., Sergi, B.S. (eds). Current Problems of the Global Environmental Economy Under the Conditions of Climate Change and the Perspectives of Sustainable Development. Advances in Global Change Research, 73. Cham: Springer. DOI: 10.1007/978-3-031-19979-0_18
24. Smirnov A.V. The Arctic Population: Dynamics and Centers of the Settlement System // Arctic and North. – 2020. – № 40. – p. 270–290. – doi: 10.37482/issn2221-2698.2020.40.270.
25. Vashchuk A., Titov V., Guzov I., Abakumov E. The Conduction of Comparative Analysis of the Arctic Population’s Major Categories’ Quality of Life // Advances in Economics, Business and Management Research. – 2019. – № 104. – p. 14–26. – doi: 10.2991/ies-18.2019.53.
26. Volkov A., Roslyakova N., Vasilieva A., Averyanov A., Tishkov S.,Nalivaychenko E. Preferential Regime of the Russian Arctic: Tendencies and First Results from Realization of the World’s Largest Special Economic Zone // Journal of Risk and Financial Management. – 2024. – № 17. – p. 28. – doi: 10.3390/jrfm17010028.

Страница обновлена: 20.06.2024 в 15:18:02