Экономическая безопасность БРИКС в условиях антироссийских санкций: институциональный аспект

Лев М.Ю.1, Медведева М.Б.2, Лещенко Ю.Г.3
1 Институт экономики Российской Академии Наук, Россия, Москва
2 Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации, Россия, Москва
3 ООО «Первое экономическое издательство»

Статья в журнале

Экономическая безопасность (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 7, Номер 1 (Январь 2024)

Цитировать:
Лев М.Ю., Медведева М.Б., Лещенко Ю.Г. Экономическая безопасность БРИКС в условиях антироссийских санкций: институциональный аспект // Экономическая безопасность. – 2024. – Том 7. – № 1. – С. 123-154. – doi: 10.18334/ecsec.7.1.120345.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=60003712

Аннотация:
БРИКС как экономическая группа, объединяющая пять стран, каждая из которых является ведущим государством в своем регионе, сталкивается с множеством современных вызовов. В настоящем исследовании рассматриваются наиболее важные для БРИКС вопросыв условиях антироссийских санкций, а именно, перспективные направления углубления сотрудничества между государствами-членами, и в более расширенных форматах с новыми участниками в контексте институциональных аспектов экономической безопасности. Выявлены тенденции и факторы, влияющие на формирование повестки дня БРИКС. Проанализированыпоказатели стран БРИКС в новом составе – как факторы экономической (национальной) безопасности. Выявлены причины активизации политического сотрудничества, препятствия и возможности институционализации БРИКС как международной организации. Сделан вывод, что БРИКС имеет все шансы реализоваться из неофициального формата сотрудничества в стабильную международную организацию, но для этого необходимо: – иметь официальный статус организации (Устав, штаб-квартира, постоянный секретариат); – разработать эффективную стратегию экономической безопасности и развития, включающую такие направления, как финансы, экономика, инвестиционное сотрудничество, цифровизация, и экология; – создать и укрепить внешние связи с ведущими развивающимися странами и международными организациями на основе суверенитета, взаимодополняемости и взаимной выгоды в экономической, научной и технической областях с учетом ресурсной базы стран БРИКС

Ключевые слова: институционализация, БРИКС,антироссийские санкции, международные организации, суверенитет, экономические показатели, экономическая безопасность, развитие, стратегия

Финансирование:
Статья подготовлена в соответствие с темой государственного задания «Изменение институциональных основ экономической безопасности Российской Федерации в новых условиях»

JEL-классификация: F52, H56, H12



Введение. «БРИКС – это экономический альянс с механизмом широкого спектра международного сотрудничества между странами, которые считаются развивающимися, но имеют высокие темпы роста» [53], усиливая тенденцию в глобальном управлении. Интенсивное развитие БРИКС способствует зарождению новой экономической системы, основанной на равном доступе стран к рынкам финансирования в сочетании государственного планирования и рыночной экономики. Значимость БРИКС содержится в качественном изменении модели экономического развития Глобального Юга [20]. Однако США, во взаимодействии с коллективным Западом оказывают негативное влияние на интеграционные процессы ряда стран. Например, в случае с антироссийскими санкциями, принятыми после аннексии Крыма (2014 г.), и усилившимися с началом проведения специальной военной операции (СВО, 2022 г.), их целью было изменение политики России в отношении Украины и пересмотр решения о признании Крыма частью РФ, а в случае отдельных санкций США – сдерживание внешнеполитического потенциала России [4; 10].

Следовательно, в условиях антироссийских санкций, актуальным становится переход БРИКС на новый этап своего институционального развития в целях рационального обеспечения экономической безопасности.

Приглашенные к вступлению страны на Саммите БРИКС (2023 г.) – Аргентина, Египет, Иран, Саудовская Аравия, Эфиопия и ОАЭ [37] отражали желание отдельных участников группы привлечь в организацию союзников. Так, Президент Бразилии активно лоббировал включение Аргентины, в то время как Египет имеет исторически сложившиеся коммерческие взаимосвязи с Россией и Индией. Желание присоединиться к БРИКС «нефтяных» стран – Саудовской Аравии и ОАЭ демонстрирует их стремление избавится от навязчивого влияния США и намерение развиваться самостоятельно. Россия и Иран нашли общие интересы в совместной борьбе против санкций и дипломатической изоляции. Однако, смена Президента Аргентины привела к отказу страны от полноправного членства в БРИКС (о вступлении в группу объявил в сентябре 2023 г. экс-президент А. Фернандес). Между тем, новый президент Аргентины – Х. Милей заявил, что будет стремиться интенсифицировать двусторонние связи со странами БРИКС для увеличения торговых и инвестиционных потоков [36].

На современном этапе трансформации существующих основ международной, национальной и региональной безопасности, политического и экономического взаимодействия между странами особое значение приобретают не только двусторонние/многосторонние отношения, но и межгосударственные механизмы взаимодействия, среди которых наибольшее влияние оказывает БРИКС [47; 52].

Цель исследования: обосновать целесообразность процессов институционализации БРИКС в контексте экономической безопасности в условиях антироссийских санкций.

Задачи исследования:

– рассмотреть предпосылки институционализации БРИКС;

– провести сравнительный анализ показателей БРИКС в новом составе – как факторов экономической (национальной) безопасности;

– определить преимущества, недостатки и перспективы институционализации БРИКС в новом составе.

Предмет исследования – БРИКС.

Объект исследования – организационно-экономические отношения стран БРИКС, возникающие в процессе институционализации в условиях антироссийских санкций.

Исследовательская гипотеза. В условиях антироссийских санкций отмечается не только прочная связь международного сотрудничества стран БРИКС в системе глобального взаимодействия, но также наблюдается и реализация их институционального потенциала в обеспечении экономической безопасности.

В качестве основных методов исследования в работе применены:

– метод системного анализа, позволяющий обосновать процессы институционализации БРИКС;

– институциональный подход, рассматривающий институты БРИКС как элементы целостности, определяющие статус группы стран в системе глобального управления;

– сравнительный анализ показателей как факторов экономической (национальной) безопасности стран БРИКС в новом составе способствовал оценке текущего состояния сотрудничества; рейтинговый и SWOT-анализ определению преимуществ, недостатков, а также дальнейших перспектив институционализации интеграционного объединения.

Информационная база исследования:

– нормативно-правовые акты («Концепция участия Российской Федерации в объединении БРИКС», Федеральный закон «О ратификации Договора о создании Пула условных валютных резервов стран БРИКС»);

– статистические материалы стран БРИКС+;

– результаты российских и международных исследований.

Практическая значимость работы содержится в возможности применения выводов и результатов исследования законодательными и исполнительными органами власти РФ, а также отраслевыми органами стран БРИКС по оптимизации их политики в процессе институционализации.

Предпосылки институционализации БРИКС. БРИКС [1] – неформальная группа государств, в которую входят Бразилия, Индия, Китай, Россия и Южно-Африканская Республика (ЮАР) [2]. С 1 января 2024 г. – межгосударственное объединение, союз десяти государств (Бразилия, Египет, Индия, Иран, Китай, ОАЭ, Россия, Саудовская Аравия, Эфиопия, ЮАР) [17]. Инициатором создания БРИКС выступила российская сторона. В сентябре 2006 г. по предложению президента России на сессии Генеральной Ассамблеи ООН состоялась первая министерская встреча БРИКС [55]. Присутствующие выразили заинтересованность в расширении многостороннего сотрудничества.

В мае 2008 г. в Екатеринбурге по инициативе России прошла встреча министров иностранных дел БРИКС [26]. По итогам встречи было опубликовано совместное Коммюнике, отражающее общие позиции по актуальным вопросам глобального развития. В июне 2009 г. в Екатеринбурге состоялся первый Саммит БРИКС [21]. По итогам Саммита лидеры БРИКС опубликовали совместное Заявление, в котором были изложены перспективные цели и задачи группы, а также общее представление о путях преодоления глобального финансово-экономического кризиса. Далее, саммиты стали проходить ежегодно.

Главным событием Саммита БРИКС 2023 г. стало принятие решения Египта, Эфиопии, Ирана, ОАЭ и Саудовской Аравии о вступлении в интеграционное объединение. В 2024 г. председательство в БРИКС перешло (от ЮАР) к России. В первый день председательства – Президент РФ заявил «о растущем авторитете коалиции и сообщил, что около 30 стран готовы присоединиться к участию в том или ином формате» [22].

Страны БРИКС являются влиятельными членами ведущих международных организаций и форумов, в их числе ООН (UN), «G-20», Совет по финансовой стабильности (FSB), Всемирная торговая организация (WTO) и др. [14; 25]. Они также являются членами различных региональных объединений. Например, Россия является членом Содружества Независимых Государств (СНГ), Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). Россия и Китай являются членами Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС).

Отношения между партнерами БРИКС строятся на основе Устава ООН, общепризнанных принципов и норм международного права [7; 30], а также принципов, согласованных странами-участницами на Саммите БРИКС 2011 г.: открытость, прагматизм, солидарность, неблоковый характер и нейтралитет в отношении третьих стран [31].

Ключевыми форматами межгосударственного взаимодействия БРИКС являются ежегодные саммиты, и встречи лидеров стран на площадке «Группы двадцати (G-20)» [11]. Модель сотрудничества стран БРИКС включает также следующие официальные форматы: встречи министров иностранных дел, министров финансов, руководителей центральных банков, министров экономики, шерп, представителей, курирующих вопросы национальной безопасности, здравоохранения, сельского хозяйства, ведущих должностных лиц по вопросам научно-технического и инновационного сотрудничества. Председательствующая страна координирует план работы и организацию мероприятий форматов всех уровней, обеспечивая баланс преемственности и развития повестки сотрудничества. Итогом каждого саммита является Коммюнике, отражающее общие позиции стран по актуальным вопросам на текущий период, и принятые по ним обязательства.

Обратимся к обязательствам, принятым на саммитах БРИКС, которые демонстрируют непосредственные процессы институционализации группы (табл. 1).

Таблица 1. Обязательства, принятые на саммитах БРИКС

(за последние 10 лет)

Саммиты БРИКС/дата
Общее число обязательств
Число обязательств, отобранных для мониторинга
Саммит в Дурбане, ЮАР, 26-27 марта 2013 г.
39
5
Саммит в Форталезе, Бразилия, 14-15 июля 2014 г.
86
8
Саммит в Уфе, Россия, 8-9 июля 2015 г.
127
9
Саммит на Гоа, Индия, 15-16 октября 2016 г.
45
10
Саммит в Сямэне, Китай, 4 сентября 2017
125
10
Саммит в Йоханнесбурге, ЮАР, 25-27 июля 2018 г.
73
10
Саммит в Бразилиа, Бразилия13-14 ноября 2019 г.
49
19
Саммит в Москве, Россия, 17 ноября 2020 г.
223
59
Саммит в Нью-Дели, Индия, 9 сентября 2021 г. (цифровой формат, в режиме видеоконференции)
58

Саммит в Пекине, Китай, 23 июня 2022 г. (цифровой формат, в режиме видеоконференции)
По итогам саммита была подписана декларация – главное:
– сделать инструменты глобального управления более инклюзивными, представительными и с привлечением более широкого круга участников;
– поддержать призыв к реформированию главных органов ООН, в частности Совета Безопасности ООН;
– выражена поддержка ведущей роли G-20 в глобальном экономическом управлении;
– страны БРИКС обратились к государствам, входящим в ВТО с призывом «избегать односторонних и протекционистских мер, противоречащих правилам ВТО»;
– выражена приверженность уважению суверенитета и территориальной целостности всех государств, мирному урегулированию разногласий и споров между странами и др.
Саммит в Йоханнесбурге, ЮАР, с 22 по 24 августа 2023 г.
Выступления лидеров на саммите подчеркнули важность сотрудничества в рамках БРИКС, обсудили экономический рост, рассмотрели проблемы и подчеркнули общее будущее стран-членов в аспекте экономической безопасности. Саммит также продемонстрировал потенциал БРИКС для расширения функций и возможностей в глобальном управлении
Источник: составлено авторами по официальным материалам соответствующих саммитов БРИКС.

Как видно из таблицы 1, «число обязательств, отобранных для мониторинга» за исследуемый период (2013-2020 гг.) увеличилось на 54 обязательства (с 8 в 2013 г. до 59 в 2020 г.). За период 2021-2023 гг. обязательства, принятые ранее актуализированы и реализуются в соответствии с Декларациями БРИКС.

«Общее число обязательств», принятых на саммитах БРИКС имеет скачкообразную тенденцию, тем не менее с 2013 г. по 2020 г. наблюдается увеличение на 184 обязательства. В 2021 г. было принято 58 обязательств. За период 2022-2023 гг. обязательства, принятые ранее актуализированы, и также реализуются в соответствии с Декларациями БРИКС.

Следует отметить, что количество обязательств зависит прежде всего от значимости сформировавшихся проблем в сферах как национальных экономик стран-участниц БРИКС, так и мировой и региональных. Обязательства, отобранные для мониторинга по сферам, имеют определённые сроки исполнения (табл. 2).

Таблица 2. Обязательства, принятые в рамках саммитов БРИКС,

отобранные для мониторинга по сферам

Сфера
Год/обязательства
Социальная экономика
2018-2025гг.
– сокращение масштабов голода и нищеты;
– содействие получению профессиональной подготовки, непрерывному образованию и обучению
Макроэкономика
2014-2025 гг.
– стремление расширять сотрудничество в рамках международных форумов
2015-2025 гг.
– коллективная работа стран БРИКС, направленная на совершенствование конкурентной политики и конкурентного правоприменения
2016-2025 гг.
– использовать все рычаги экономической политики для обеспечения устойчивого, сбалансированного и инклюзивного роста
2017-2025 гг.
– приверженность промышленному сотрудничеству в рамках БРИКС
2018-2025 гг.
– поддержка участия в глобальных цепочках добавленной стоимости для компаний БРИКС
Торговля
2014-2025 гг.
– поддержка системы урегулирования споров WTO, которая является основой безопасности многосторонней торговой системы
2017-2025 гг.
– приверженность приостановке и отмене протекционистских мер
2018-2025 гг.
– конструктивное участие в развитии законодательной базы многосторонней торговой системы в рамках WTO
2022-2025 гг.
– обращение стран БРИКС к государствам, входящим в WTO с призывом «избегать односторонних и протекционистских мер, противоречащих правилам WTO и нарушающих экономический суверенитет
Финансовое регулирование
2014-2025 гг.
– поддержка усилий международного сообщества по укреплению сотрудничества в целях обеспечения стабильности и регулирования финансовых рынков
2015-2025 гг.
– обеспечение справедливой международной налоговой системы
– приверженность усилению механизмов налоговой прозрачности и обмена информацией в целях налогообложения
2017-2025 гг.
– содействовать развитию местных рынков облигаций в национальных валютах стран БРИКС, а также совместными усилиями создать Фонд облигаций в национальных валютах стран БРИКС
2018-2025 гг.
– укреплять взаимодействие в валютной сфере в соответствии с мандатом Центрального банка каждой страны
Энергетика
2016-2025 гг.
– использование природного газа как эффективного с экономической точки зрения и экологичного топлива в соответствии с Парижским соглашением об изменении климата
2017-2025гг.
– продвигать наиболее эффективные методы использования ископаемого топлива; природного газа; гидроэнергии; ядерной энергии
2018-2025 гг.
– поддержка диверсификации источников энергии, включая возобновляемые и низкоуглеродные, инвестиции в энергетику и энергетическую инфраструктуру, развитие энергосектора и рынка энергоресурсов стран БРИКС
Преступность и коррупция
2014-2025 гг.
– укреплять международное сотрудничество в соответствии с Конвенцией ООН против коррупции и преступности
2016-2025 гг.
– укрепление международного сотрудничества в борьбе с коррупцией в рамках Рабочей группы БРИКС по противодействию коррупции и преступности
2018-2025 гг.
– в соответствии с требованиями национальных правовых систем стран БРИКС сотрудничать по вопросам обеспечения соблюдения антикоррупционного и уголовного законодательства
Реформа международных финансовых институтов
2016-2025 гг.
– поддерживать скоординированные усилия государств с формирующейся рыночной экономикой
2022-2025гг.
– поддержать призыв к реформированию главных органов ООН;
– поддержать ведущую роль G-20 в глобальном экономическом управлении
Продовольствие и сельское хозяйство
2015-2025 гг.
– развивать сотрудничество в области сельского хозяйства
Наука и образование
2014-2025 гг.
– ускорить прогресс, связанный с образованием Целей устойчивого развития, провозглашенных в Декларации тысячелетия
2015-2025 гг.
– достичь целей и задач Повестки дня в области развития в сфере образования
Региональная безопасность
2014-2025 гг.
– оказывать поддержку Афганистану на пути к стабильности, миру и демократии
2015-2025 гг.
– оказывать поддержку Ираку на пути к стабильности, миру и демократии
Экологическая безопасность
2014-2025 гг.
– способствовать осуществлению Конвенции о биологическом разнообразии и протоколов к ней
2016-2025 гг.
– стремиться к выявлению возможностей сотрудничества между национальными ведомствами в области здравоохранения в целях обмена опытом, а также поиска потенциальных точек соприкосновения
Здравоохранение
2015-2020 гг.
– делать все необходимое для поддержки борьбы с Эболой
2017-2025 гг.
– реализовывать потенциал в области надзора в целях борьбы с инфекционными заболеваниями;
– улучшать качество медицинских услуг
2018-2025 гг.
– укреплять координацию и сотрудничество в области исследования и разработки вакцин в рамках БРИКС
Терроризм
2013-2025 гг.
– поддерживать реализацию Глобальной контртеррористической стратегии Генеральной Ассамблеи ООН
2015-2025 гг.
– укреплять взаимодействие в сфере предотвращения международного терроризма и борьбы с ним
2016-2025 гг.
– углублять сотрудничество в борьбе с международным терроризмом как на двустороннем уровне, так и в многосторонних форматах
2017-2025 гг.
– активизировать сотрудничество с ФАТФ и подобными ей региональными органами
Информационные и коммуникационные технологии
2015-2025 гг.
– сосредоточить усилия на расширении всеобщего доступа ко всем средствам цифровой связи
2016-2025 гг.
– наращивать совместные усилия и потенциал в целях повышения безопасности в сфере использования ИКТ, правоприменения НИОКР и инноваций в области ИКТ
2017-2025 гг.
– поощрять совместные исследования, разработки и инновации в области ИКТ
Источник: составлено авторами по официальным материалам саммитов БРИКС.

Ключевым критерием выбора обязательства для мониторинга является приоритетность повестки дня БРИКС. Отобранные обязательства должны также соответствовать второстепенным критериям, таким как измеримость и способность их выполнить. Третичные критерии включают значимость, определенную заинтересованными сторонами в принимающей стране и научными группами.

Проанализировав обязательства БРИКС (табл. 1; 2) можно сделать вывод о том, что важность заключения договоренностей между государствами становится наиболее вероятной при рассмотрении кризисных ситуаций как в национальных, так и мировой экономиках. Обязательства, принятые в подобном формате, на встречах лидеров государств имплементируются каждым из участников с должной ответственностью, и приводят к совокупному достижению намеченных результатов [15; 16].

По мере того, как БРИКС становится авторитетней, возникает вопрос о том, какая институционализация необходима группе, чтобы сделать её более эффективной и содержательной. В связи с официальным расширением БРИКС (январь 2024 г.) в условиях антироссийских санкций – новый этап институционализации становится очевидным.

Между тем, «неформальная институционализация, характеризующаяся предпочтением неформальных механизмов, основанных на условностях и взаимопонимании, а не на формальных правилах – устанавливает четкие ограничения для потенциальной активности» [46]. Напротив, более формализованная институционализация усиливает внутреннюю сплоченность и представительство на международной арене [45]. При этом, важно подчеркнуть институциональные недостатки в отношение возможностей и ожиданий. Тем не менее, сравнивая развитие стран БРИКС с течением времени, можно утверждать, что их возможности, состоящие из ресурсов, инструментов и сплоченности, с одной стороны, и внутренних и внешних ожиданий, с другой, с каждым годом интенсивно соприкасаются из-за растущего диапазона возможностей и пропорциональный уровень ожиданий. «Эти аргументы свидетельствуют о принципиальном преимуществе институционализации БРИКС» [32].

При идентификации институтов преобладают следующие основные характеристики [5]:

дискуссионная система – институциональные пространства, в которых государства осуществляют переговорный процесс с целью достижения соглашения или консенсуса;

информационная система – набор правил и положений, направленных на решение и регулирование информационных потоков;

– институциональная система стимулов – набор норм и правил, регулирующих поведение субъектов с целью мотивировать одно поведение и препятствовать другому.

Так, институциональная практика БРИКС состоит из дискуссионных пространств, таких как ежегодные саммиты руководителей, встречи министров различных отраслей, технические и бюрократические встречи, как автономные, так и делегированные, а также контакты между людьми [39]. Как основной результат в области информационных систем, ключевым являются Декларации БРИКС. Институциональные стимулы БРИКС, среди которых экономические и финансовые, представлены Новым банком развития БРИКС» (НБР) и «Резервным фондом БРИКС [1; 44].

Следовательно, межправительственный подход преобладает в отношениях стран БРИКС, подчеркивая, что они не отказывались от какого-либо суверенитета перед организациями БРИКС, а стремились установить общие нормы и правила, которые «позволяют им достичь необходимого консенсуса без необходимости отказаться от суверенной компетенции» [12].

В экспертном и академическом сообществе существует распространённое мнение об институционализации БРИКС – предполагающее, что данный процесс уже начался с создания НБР и Резервного фонда [3; 27; 33]. Многие исследования рассматривают степень институционализации группы в рамках ее деятельности, или совместного взаимодействия между участниками БРИКС и другими игроками внутри, а также за пределами стран БРИКС [28; 34]. Институционализация связей БРИКС является функцией сплоченности стратегии БРИКС, которая, в свою очередь, связана с общей политической общностью стран, однако, периодически проявляющееся недоверие, а вместе с ним расхождение национальных интересов являются основными препятствиями консолидации группы. Примечательно, что НБР «представляет собой более высокую степень институционализации и политической сплоченности в тематической области – финансирования инфраструктуры» [9]. В докладе Национального комитета исследований БРИКС утверждается, что альянс является «консолидирующим ядром растущих цивилизаций и держав, что предполагает институционализацию БРИКС как полноценного межцивилизационного союза с Генеральным секретариатом, с взаимодействием исполнительных, законодательных и отраслевых органов, научной, образовательной и информационной базой, опирающейся на систему межгосударственных соглашений» [19].

Рассмотрев предпосылки институционализации БРИКС, авторы предлагают следующие возможные формы институционализации группы:

консервативный – развитие процессов институционализации по традиционному пути расширения сотрудничества;

более активное развитие двусторонних отношений и использование лучшего (именно двустороннего) опыта для создания новых механизмов многостороннего взаимодействия в рамках БРИКС;

более активное взаимодействие отдельных участников БРИКС в рамках других международных организаций, в которые они входят, и последующая реализация таких механизмов в рамках БРИКС;

создание институтов безопасности (технологическая, экономическая, финансово-бюджетная, экологическая, и др.), которые бы оказали мультипликативный эффект на развитие группы.

Предложенные формы процессов институционализации могут присутствовать и переплетаться в рамках группы БРИКС. Комментируя перспективы институционализации, предлагается основная модель горизонтальной интеграции, в которой не существует жесткого подчинения или интеграционной взаимозависимости, что соответствует основным принципам создания многополярности. Отсутствие официальной институционализации на практике – принципы существования БРИКС де-факто уже определены, их закрепление – следующий шаг в этом направлении.

Сравнительный анализ показателей стран БРИКС в новом составе – как факторов экономической (национальной) безопасности. В современных условиях геополитической и геоэкономической турбулентности, когда существуют негативные последствия повторяющихся различной природы кризисов, мировая система достигла уровня реальной экономической угрозы для каждой страны, а процессы обеспечения экономической (национальной) безопасности приобрели новый смысл и актуальность [6].

В рамках межгосударственных отношений принято выделять экономические аспекты, а точнее их вклад в национальную и международную безопасность [8]. В условиях биполярного противостояния сверхдержав основной проблемой с точки зрения «международно-экономических аспектов безопасности» [13] является поиск оптимального баланса между объёмами и структурой оборонных расходов, с одной стороны, и экономической эффективности, и конкурентоспособности национальной экономики, с другой.

Экономическая безопасность стран БРИКС рассматривается как состояние и динамика социально-экономической системы, формирующейся в результате экономической интеграции государств [23], что позволяет объективно определять и реализовывать региональные экономические цели и интересы, устранять угрозы в экономической сфере, обеспечивать целостность, стабильность, экономическую рациональность и независимость, конкурентоспособность, устойчивый рост и саморазвитие интеграции стран как субъекта международных отношений в условиях нестабильности мировой экономики и в настоящее время – антироссийских санкций.

Оценивая экономическую безопасность БРИКС, целесообразно провести анализ показателей, имеющих значение как для национальной безопасности (каждой из стран), так и международной безопасности. В рамках настоящего исследования проанализируем следующие показатели: доля в мировом ВВП, доля в мировом населении, доля в мировом экспорте, доля в мировом импорте, доля в объеме мировых прямых иностранных инвестиций (ПИИ), доля в мировых запасах нефти (рис. 1-6).

Рисунок 1. Доля в мировом ВВП стран БРИКС в новом составе, %

Источник: составлено авторами по статистическим материалам соответствующих стран [29; 40; 41; 42; 43; 48; 49; 50; 51; 54].

Как видно из рисунка 1, значения «доли в мировом ВВП» стран БРИКС в новом составе за анализируемый период (2021-2023 гг.) продемонстрировали следующие тенденции:

– увеличение произошло у Бразилии (+0,05%), Египта (+0,03%), Индии (+0,07%), Ирана (+0,03%), Китая (+0,06%), ОАЭ (+0,04%), Саудовской Аравии (+0,04%), Эфиопии (+0,02%), ЮАР (+0,02%);

– снижение отмечено у России (-0,06%).

Рисунок 2. Доля в мировом населении стран БРИКС в новом составе, %

Источник: составлено авторами по статистическим материалам соответствующих стран [29; 40; 41; 42; 43; 48; 49; 50; 51; 54].

Как видно из рисунка 2, значения «доли в мировом населении» стран БРИКС в новом составе за анализируемый период (2021-2023 гг.) продемонстрировали следующие тенденции:

– увеличение произошло у Бразилии (+0,03%), Египта (+0,01%), Индии (+0,02%), Ирана (+0,05%), Саудовской Аравии (+0,01%), Эфиопии (+0,03%), ЮАР (+0,01%);

– на стабильном уровне в 0,12% наблюдалось у ОАЭ;

– снижение отмечено у России (-0,08%), Китая (-0,09%).

Рисунок 3. Доля в мировом экспорте стран БРИКС в новом составе, %

Источник: составлено авторами по статистическим материалам соответствующих стран [29; 40; 41; 42; 43; 48; 49; 50; 51; 54].

Как видно из рисунка 3, значения «доли в мировом экспорте» стран БРИКС в новом составе за анализируемый период (2021-2023 гг.) продемонстрировали следующие тенденции:

– увеличение произошло у Бразилии (+0,04%), Египта (+0,01%), Индии (+0,06%), Ирана (+0,03%), Китая (+0,1%), ОАЭ (+0,06%), Саудовской Аравии (+0,05%), Эфиопии (+0,01%), ЮАР (+0,02%);

– снижение отмечено у России (-0,13%).

Рисунок 4. Доля в мировом импорте стран БРИКС в новом составе, %

Источник: составлено авторами по статистическим материалам соответствующих стран [29; 40; 41; 42; 43; 48; 49; 50; 51; 54].

Как видно из рисунка 4, значения «доли в мировом импорте» стран БРИКС в новом составе за анализируемый период (2021-2023 гг.) продемонстрировали следующие тенденции:

– увеличение произошло у Бразилии (+0,04%), Египта (+0,01%), Индии (+0,04%), Ирана (+0,02%), Китая (+0,1%), ОАЭ (+0,05%), Саудовской Аравии (+0,03%), ЮАР (+0,04%);

– снижение отмечено у России (-0,08%), Эфиопии (-0,01%).

Рисунок 5. Доля в объеме мировых ПИИ стран БРИКС в новом составе, %

Источник: составлено авторами по статистическим материалам соответствующих стран [29; 40; 41; 42; 43; 48; 49; 50; 51; 54].

Как видно из рисунка 5, значения «доли в объеме мировых ПИИ» стран БРИКС в новом составе за анализируемый период (2021-2023 гг.) продемонстрировали следующие тенденции:

– увеличение произошло у Бразилии (+0,05%), Индии (+0,04%), Ирана (+0,01%), Китая (+0,15%), ОАЭ (+0,05%), Саудовской Аравии (+0,05%), Эфиопии (+0,02%), ЮАР (+0,03%);

– снижение отмечено у России (-0,04%), Египта (-0,01%).

Рисунок 6. Доля в мировых запасах нефти стран БРИКС в новом составе, %

Источник: составлено авторами по статистическим материалам соответствующих стран [29; 40; 41; 42; 43; 48; 49; 50; 51; 54].

Как видно из рисунка 6, значения «доли в мировых запасах нефти» стран БРИКС в новом составе за анализируемый период (2021-2023 гг.) продемонстрировали следующие тенденции:

– увеличение произошло у Бразилии (+0,02%), Индии (+0,02%), Ирана (+0,07%), Китая (+0,06%), ОАЭ (+0,07%), Саудовской Аравии (+0,08%);

– снижение отмечено у России (-0,03%);

– данные отсутствуют у Эфиопии и ЮАР.

Визуализируем проведённый анализ показателей стран БРИКС в новом составе на рисунке 7, и выделим страны-лидеры по каждому из показателей.

Рисунок 7. Рейтинг стран БРИКС в новом составе по исследованным показателям

Источник: составлено авторами по рисункам 1-6.

Как видно из рисунка 7, в рейтинге стран БРИКС в новом составе по исследованным показателям, страны-лидеры (первые три страны) расположились в следующем порядке (далее, по рейтингу):

– «доля в мировом ВВП»: Китай, Индия, Россия (Бразилия, Саудовская Аравия, Египет, ОАЭ и ЮАР, Иран, Эфиопия);

– «доля в мировом населении»: Индия, Китай, Бразилия (Россия, Эфиопия, Египет, Иран, ЮАР, Саудовская Аравия, ОАЭ);

– «доля в мировом экспорте»: Китай, Индия, Россия (ОАЭ, Бразилия, Саудовская Аравия, Иран, Египет, ЮАР, Эфиопия);

– «доля в мировом импорте»: Китай, Индия, Россия (ОАЭ, Бразилия, Саудовская Аравия, ЮАР, Египет, Иран, Эфиопия);

– «доля в объеме мировых ПИИ»: Китай, ЮАР, Бразилия (Индия, Россия, ОАЭ, Саудовская Аравия, Египет, Эфиопия, Иран);

– «доля в мировых запасах нефти»: Саудовская Аравия, Иран, ОАЭ (Россия, Китай, Бразилия, Индия, Египет). Значения по данному показателю отсутствуют у Эфиопии и ЮАР.

Преимущества, недостатки и перспективы институционализации БРИКС в контексте экономической безопасности. Исследуя преимущества, недостатки и перспективы институционализации БРИКС в контексте экономической безопасности проведём SWOT-анализ, поскольку данный метод позволяет учесть сильные/слабые стороны, возможности, вызовы, риски и угрозы интеграционного объединения, как важнейших составляющих стратегии развития и обеспечения экономической безопасности (табл. 2).

Таблица 3. SWOT-анализ экономической безопасности БРИКС в новом составе:

институциональный аспект

S – Сильные стороны
W – Слабые стороны
1. Отражает растущее влияние объединения в глобальном управлении
1. В отдельных случаях, Китай и Россия могут использовать новых участников как альтернативу защите своих национальных интересов
2. Меняет мировой порядок, перемещая власть от «Глобального Севера» к «Глобальному Югу»
2. Каждая страна преследует свои интересы
3. НБР служит альтернативой Всемирному банку (WB) и Международному валютному фонду (MIF), обеспечивая финансирование проектов инфраструктуры и устойчивого развития
3. Нет чёткой стратегии развития
4. Инициатива глобальной безопасности, выдвинутая Китаем, выступает за адаптацию к меняющейся международной ситуации в контексте солидарности и реагирование на сложные и взаимосвязанные вызовы безопасности с использованием беспроигрышного мышления
4. В правовом измерении БРИКС нельзя назвать юридически оформленным объединением – у группы нет ни устава, ни секретариата, ни фиксированных взаимных обязательств его членов
5. Являясь представителями многих международных организаций (институтов), активно выступают за их реформирование
5. Увеличение состава группы неизбежно ведёт не только к изменению модальностей деятельности, но и к трансформации фундаментальной природы БРИКС
6. Под контроль БРИКС переходят сразу несколько главных торговых путей мира (Суэцкий канал, восточный берег Красного моря, транспортный коридор «Север – Юг»)
O – Возможности
T – Вызовы, риски, угрозы
1. Обеспечение финансовой и экономической безопасности
1. Больший численный состав и разнообразие внутри объединения могут затруднить достижение консенсуса по многим важным вопросам
2. Потенциал по оказанию помощи более бедным странам, не преследуя какой-либо политической программы или косвенно манипулируя их экономикой
2. Проблема неравенства
3. Устранение глобальных противоречий и концентрация общих усилий стран прежде всего на экономическом направлении
4. Потенциал дальнейшего расширения группы в формате БРИКС++
5. Страны БРИКС в новом составе могут устранить решающую роль долл. США в мировых финансах
Источник: составлено авторами.

Сильные стороны. Идея расширения БРИКС не нова. Она берет свое начало в 2013 г., когда страны БРИКС начали приглашать потенциальных партнёров на дискуссии саммитов. В итоге, эта идея приобрела известность, а в 2017 г., во время председательства Китая, был запущен термин «БРИКС+» [38]. Тогда китайцы выступили спонсором инициативы, направленной на консолидацию БРИКС – как платформы сотрудничества, открытой для новых участников.

Важность роли БРИКС+ для развивающегося мира заключается не в самом количестве стран, присоединяющихся к группе, а в структуре, которую этот формат может поддерживать и соответствовать растущим импульсам сотрудничества Юг-Юг. Структурированные основы БРИКС содержат:

– платформу для региональных торговых соглашений развивающихся стран;

– платформу для региональных институтов развития (региональных банков развития и финансовых механизмов);

– платформу для суверенных фондов развивающихся стран [18].

Расширение БРИКС в два раза на 2024 г. делает его более серьезной угрозой для западных блоков, при этом, снижает негативное влияние на такие страны, как Россия и Иран.

Многостороннее сотрудничество в рамках Бреттон-Вудских институтов (WTO, IMF и WB) [2] является одной из основных модальностей взаимодействия БРИКС+. Широкая коалиция стран БРИКС+ в WTO может способствовать изменению повестки дня WTO, усилению противодействия растущему торговому протекционизму со стороны развитых экономик, а также пропагандированию отказа от обсуждения упрощения процедур торговли и вопросов по либерализации электронной коммерции и содействию инвестициям. Совокупное видение реформы IMF в рамках БРИКС+ может включать увеличение набора резервных валют, расширение корзины валют, а также применение ВВП в качестве фактора при выборе валюты для SDR [3]. БРИКС+ может изменить повестку дня WB, благодаря его сотрудничеству с НБР.

Китайская инициатива глобальной безопасности, выдвинутая в 2022 г. – является выражением международного дискурса Китая, который стремится бросить вызов системе глобального управления, возглавляемой Западом, и особенно лишить легитимной роли США в Азии, и защитить эксклюзивистский подход к управлению безопасностью в Азии [24].

Возможности. Расширение БРИКС может иметь глубокие последствия для мировой экономической и финансовой системы.

БРИКС+ ускорит продолжающееся изменение глобального экономического фокуса с Запада на Восток. Такая гармонизация еще больше бросит вызов традиционному доминированию западных экономик и приведет к более многополярному миру.

БРИКС+ создаст новые торговые и инвестиционные возможности для стран-членов. Увеличение торговли между странами БРИКС+ может снизить зависимость от западных рынков, и сформировать более сбалансированную и разнообразную глобальную торговую сеть.

БРИКС+ усилит геополитическое влияние его государств-членов и позволит им отстаивать свои интересы на мировой арене. Это может привести к перестройке глобальных альянсов и динамики сил.

Одной из траекторий расширения БРИКС+ может стать – формат БРИКС++, который еще не реализован и остается в значительной степени теоретической возможностью [35]. Предложение БРИКС++ заключается в расширении экономического сотрудничества БРИКС+ с развитыми экономиками и их институтами развития.

Слабые стороны. Фазы экономического развития, идеологии, определение неравенства и другие культурные различия означают, что у членов БРИКС+ отсутствует общее понимание приоритетов, необходимых для продуктивного обмена опытом.

Для большинства стран БРИКС+ представляет собой форум для обсуждения мнений и, возможно, выработки общей позиции по любым вопросам, представляющим взаимный интерес. Тем не менее очевидно, что Китай рассматривает группу как испытательный полигон для своих амбициозных идей развития, а Россия видит возможность в мобилизации финансов из нового канала.

Риски, угрозы и вызовы в контексте ограничений. Различные экономические приоритеты: потенциальные проблемы могут возникнуть из-за финансовых стрессов и этапов развития новых членов БРИКС+. Гармонизация политики, правил и стандартов может оказаться настолько сложной, что ослабит эффективность группы.

БРИКС+ потребует реструктуризации существующих механизмов управления и принятия решений. Балансирование интересов новых и существующих членов с поддержанием эффективности и вовлеченности может представлять собой серьезные проблемы.

БРИКС+ может привести к усилению конкуренции между государствами-членами в конкретных секторах. Соответственно потребуется более активное сотрудничество, обмен информацией и ресурсами, которые смогут оптимизировать разногласия, и будут способствовать рациональному подходу к сотрудничеству.

Заключение

Обеспечение экономической безопасности БРИКС в институциональном аспекте предполагает упорядоченные и более или менее устойчивые модели поведения. На более абстрактном уровне, в текущий период – это правила (наборы правил), которые ограничивают или управляют организованными моделями поведения. В любом случае институционализация должна сопровождаться официальными структурными преобразованиями. И их объяснение требует внимания как к их происхождению, так и к их поддержанию.

БРИКС+ – крупная интеграционная группировка нового типа, обладающая большим и постоянно развивающимся экономическим потенциалом. БРИКС+ открывает путь к созданию иной мировой системы, которая формируется не на антагонистических принципах баланса сил или игры с нулевой суммой, а на качественно новых подходах к обеспечению экономической безопасности интеграционного объединения.

Страны БРИКС+ способствуют сбалансированному развитию развивающихся рынков и развивающихся стран посредством модели сотрудничества БРИКС, создавая безопасную (финансовую, экономическую, торговую, инвестиционную, политическую, технологическую и др.) конфигурацию для большинства стран.

[1] Дата основания 16 июня 2009 г.

[2] WTO – Всемирная торговая организация, IMF – Международный валютный фонд и WB – Всемирный банк.

[3] SDR (специальные права заимствования) – это расчетная единица IMF, ее стоимость определяется ежедневно на основе рыночного курса основных валют.


Источники:

1. Федеральный закон «О ратификации Договора о создании Пула условных валютных резервов стран БРИКС» от 02.05.2015 N 107-ФЗ. [Электронный ресурс]. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_178877/?ysclid=lrap50pad7698684896 (дата обращения: 09.01.2024).
2. «Концепция участия Российской Федерации в объединении БРИКС» (утв. Президентом РФ). [Электронный ресурс]. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_143690/?ysclid=lraoyeaymu503572417 (дата обращения: 08.01.2024).
3. Гуринович Д. Ф. БРИКС в структуре современного миропорядка // Политические науки. – 2017. – № 4 (58). – c. 124–126.
4. Казанцев С. В. Антироссийские санкции: оценка ущерба. - ООО Научно-издательский центр Инфра-М, 2022. – 201 c.
5. Караваева И.В., Лев М.Ю. Итоги проведения IV международной научно-практической конференции «Сенчаговские чтения» социально-экономическая безопасность: сфера государственного регулирования и область научного знания // Экономическая безопасность. – 2020. – № 4. – c. 549-578. – doi: 10.18334/ecsec.3.4.111150.
6. Караваева И.В., Лев М.Ю. Приоритеты государственного регулирования экономической безопасности России в условиях новых глобальных вызовов // Экономическая безопасность. – 2023. – № 2. – c. 453-466. – doi: 10.18334/ecsec.6.2.117953.
7. Лев М.Ю., Лещенко Ю.Г. Анализ концепции безопасности Организации Объединенных Наций в процессе глобальной интеграции // Экономическая безопасность. – 2022. – № 1. – c. 11-44. – doi: 10.18334/ecsec.5.1.113726.
8. Лев М.Ю., Лещенко Ю.Г., Вайвер Ю.М., Сазонова Е.С. Концептуализация глобального управления безопасностью в международных отношениях // Экономика, предпринимательство и право. – 2022. – № 10. – c. 2579-2600. – doi: 10.18334/epp.12.10.116497.
9. Лев М.Ю., Медведева М.Б., Лещенко Ю.Г. Эволюция глобального управления экономическими процессами в контексте международных организаций с позиции национальной безопасности // Экономическая безопасность. – 2022. – № 4. – c. 1583-1614. – doi: 10.18334/ecsec.5.4.115231.
10. Лев М.Ю., Лещенко Ю.Г. Движущие силы антироссийской коалиции: проблемы современной международной безопасности // Экономическая безопасность. – 2023. – № 2. – c. 749-774. – doi: 10.18334/ecsec.6.2.117829.
11. Лещенко Ю.Г. Институциональные ориентиры группы 20 (G-20) в аспекте российской экономики и интересах российского предпринимательства // Российское предпринимательство. – 2017. – № 17. – c. 2417-2450. – doi: 10.18334/rp.18.17.38255.
12. Leshchenko J.G. Economic sovereignty in the 21-st century: the issue of Russia's foreign economic security in the conditions of membership in international financial and economic organizations // Российское предпринимательство. – 2018. – № 12. – c. 3637-3650. – doi: 10.18334/rp.19.12.39557.
13. Лещенко Ю.Г. Экономическая безопасность России в глобальной динамике интеграции // Экономическая безопасность. – 2021. – № 3. – c. 657-670. – doi: 10.18334/ecsec.4.3.112994.
14. Лещенко Ю.Г. Анализ членства в международных финансово-экономических организациях с позиции укрепления экономической безопасности государства // Экономическая безопасность. – 2022. – № 3. – c. 853-870. – doi: 10.18334/ecsec.5.3.114900.
15. Медведева М.Б., Стародубцева Е.Б. Индия: имплементация мировых тенденций трансформирования мировой экономики // Финансы, деньги, инвестиции. – 2021. – № 3. – c. 8–14. – doi: 10.36992/2222-0917_2021_3_8.
16. Медведева М.Б., Стародубцева Е.Б. Экономика Бразилии в контексте глобальных процессов // Банковские услуги. – 2022. – № 1. – c. 32–39. – doi: 10.36992/2075-1915_2022_1_32.
17. Министерство экономического развития РФ. Брикс. [Электронный ресурс]. URL: https://www.economy.gov.ru/material/directions/vneshneekonomicheskaya_deyatelnost/mnogostoronnee_ekonomicheskoe_sotrudnichestvo/briks/ (дата обращения: 08.01.2024).
18. Морозова О.А. Киберугрозы цифровых платформ: основные риски, факты и тренды // Сберегательное дело за рубежом. – 2021. – № 2. – c. 29–38. – doi: 10.36992/75692_2021_2_29.
19. Национальный комитет по исследованию БРИКС. [Электронный ресурс]. URL: https://intermol.su/about/organizations/natsionalnyy-komitet-po-issledovaniyu-briks/?ysclid=lr9d5vtr4l924307539 (дата обращения: 09.01.2024).
20. Петренко Е.С., Варламов А.В., Лещенко Ю.Г. Экономическая безопасность и интересы России в БРИКС // Экономические отношения. – 2020. – № 4. – c. 1295-1312. – doi: 10.18334/eo.10.4.111398.
21. Первый саммит БРИК. [Электронный ресурс]. URL: http://kremlin.ru/events/president/news/4478 (дата обращения: 01.01.2024).
22. Путин заявил о желании подключиться к БРИКС около 30 стран. [Электронный ресурс]. URL: https://www.bfm.ru/news/541342 (дата обращения: 01.08.2024).
23. Сенотрусова С.В., Цзя Баосинь. Перспективы развития китайско-российского сотрудничества в области торговли древесиной // Финансы, деньги, инвестиции. – 2022. – № 2. – c. 19–23.
24. Сизов Г. А. Китайская Инициатива в области глобальной безопасности: концепция и практическая реализация // Проблемы национальной стратегии. – 2023. – № 5(80). – c. 222-247. – doi: 10.52311/2079-3359_2023_5_222.
25. Сильвестров С.Н., Зарицкий Б.Е., Котляров Н.Н. Международные экономические организации. / Учебник. - Москва: Издательство Юрайт, 2023. – 246 c.
26. Совместное коммюнике по итогам встречи министров иностранных дел России, Республики Индия и Китайской Народной Республики. [Электронный ресурс]. URL: https://www.mid.ru/ru/foreign_policy/briks/1708245/ (дата обращения: 01.01.2024).
27. Столетов О.В. Роль БРИКС в обеспечении глобальной безопасности в условиях трансформации мирового политического пространства // Социально-гуманитарные знания. – 2018. – № 9. – c. 111–113.
28. Толорая Г. Д., Чуков Р.С. БРИКС в G20: возможности по координации участия. - Москва: Институт экономики Российской академии наук, 2017. – 54 c.
29. Федеральная служба государственной статистики РФ. [Электронный ресурс]. URL: https://rosstat.gov.ru/ (дата обращения: 10.01.2024).
30. Федоров В.Н. Организация Объединенных Наций, другие международные организации и их роль в XXI веке. - М.: Логос, 2017.
31. Хейфец Б.А. Перспективы институционализации БРИКС // Вопросы экономики. – 2015. – № 8. – c. 25–42.
32. Ягья В. С., Чуков Р.С., Парфененок Н.Л. БРИКС: эволюция и конвергенция сил // Вестник РУДН. – 2016. – № 1. – c. 7–16.
33. Ярыгина И. З. Роль банков развития в обеспечении экономических интересов БРИКС // Экономика. Налоги. Право. – 2015. – № 3. – c. 102-108.
34. Ярыгина И. З., Жигляев А.В. Торгово-экономическое сотрудничество БРИКС: проблемы и перспективы // Экономика. Налоги. Право. – 2020. – № 4. – c. 110-120. – doi: 10.26794/1999-849X-2020-13-4-110-120.
35. Arapova E.Y., Lissovolik Y. D. The BRICS plus cooperation in international organizations: Prospects for reshaping the global agenda // Asia-Pacific Social Science Review. – 2021. – № 4. – p. 192-206.
36. Argentina’s plan to not join BRICS reflects its uncertain foreign policy, makes its economic recovery more arduous. [Электронный ресурс]. URL: https://www.globaltimes.cn/page/202312/1304529.shtml (дата обращения: 29.12.2023).
37. BRICS welcomes new members in push to reshuffle world order. [Электронный ресурс]. URL: https://www.reuters.com/world/brics-poised-invite-new-members-join-bloc-sources-2023-08-24/ (дата обращения: 29.12.2023).
38. Chatterjee M., Naka I. Twenty Years of BRICS: Political and Economic Transformations Through the Lens of Land // Oxford Development Studies. – 2022. – p. 2–13.
39. Daldegan W., Carvalho C. E. BRICS as a Dynamic and in Process Phenomenon of Global Planning // Estudos Internacionais. – 2022. – № 1. – p. 117–47.
40. Egypt: Statistics. [Электронный ресурс]. URL: https://globaledge.msu.edu/countries/egypt/statistics (дата обращения: 10.01.2024).
41. Ethiopia Economic Outlook. [Электронный ресурс]. URL: https://www.afdb.org/en/countries/east-africa/ethiopia/ethiopia-economic-outlook (дата обращения: 10.01.2024).
42. Instituto Brasileiro de Geografia e Estatística (IBGE). [Электронный ресурс]. URL: https://www.ibge.gov.br/ (дата обращения: 10.01.2024).
43. Iran: Macroeconomic Country Outlook. [Электронный ресурс]. URL: https://www.globaldata.com/data-insights/macroeconomic/iran-macroeconomic-country-outlook/ (дата обращения: 10.01.2024).
44. Larionova M., Kirton J. J. BRICS and Global Governance. / BRICS and Global Governance. - London: Routledge, 2018. – 1-287 p.
45. Leshchenko Yu. G. Adaptive Economic Security Policy Russian Federation in the Process of Integration to international financial and economic Organizations // Наукаиинновации – современныеконцепции: сборникнаучных статей по итогам работы Международного научного форума, Москва, 30 декабря 2020 года. Vol. 1. – Москва: Инфинити. Москва, 2020. – p. 23-27.
46. Leshchenko Yu. G. Transformation of the economic security concept of the state in the process of global integration under membership in international financial and economic organizations // Экономика и управление: проблемы, решения. – 2021. – № 11(119). – p. 150-159. – doi: 10.36871/ek.up.p.r.2021.11.02.019.
47. Lissovolik Ya. D. BRICS-Plus: the New Force in Global Governance // Journal of International Analytics. – 2023. – № 1. – p. 138-148. – doi: 10.46272/2587-8476-2023-14-1-138-148.
48. Ministry of Statistics and Program Implementation of India. [Электронный ресурс]. URL: https://www.mospi.gov.in/ (дата обращения: 10.01.2024).
49. National Bureau of Statistics of China (NBS). [Электронный ресурс]. URL: https://www.stats.gov.cn/english/ (дата обращения: 10.01.2024).
50. Saudi Arabia: Macroeconomic Country Outlook. [Электронный ресурс]. URL: https://www.globaldata.com/data-insights/macroeconomic/saudi-arabia-macroeconomic-country-outlook/ (дата обращения: 10.01.2024).
51. Statistics South Africa. [Электронный ресурс]. URL: https://www.gov.za/taxonomy/term/895 (дата обращения: 10.01.2024).
52. Toloraya G. The BRICS for better global governance: A Russian perspective. / BRICS and Global Governance. - London: Routledge, 2018. – 189-207 p.
53. Toloraya G. Coordinating BRICS Strategies: A Russian Point of View and Suggestions // The Coordination of Brics Development Strategies Towards Shared Prosperity. 2019. – p. 121-133.
54. UAE: Macroeconomic Country Outlook. [Электронный ресурс]. URL: https://www.globaldata.com/data-insights/macroeconomic/uae-macroeconomic-country-outlook/ (дата обращения: 10.01.2024).
55. United Nations General Assembly 61-st session. [Электронный ресурс]. URL: https://www.un.org/webcast/ga/61/index.shtml (дата обращения: 01.01.2024).

Страница обновлена: 02.05.2024 в 11:15:51