Инклюзивный субъект в контексте экономического роста

Нестерова О.А.1, Санфирова О.В.1, Петрова Т.А.1
1 Томский государственный педагогический университет, Россия, Томск

Статья в журнале

Вопросы инновационной экономики
Том 12, Номер 1 (Январь-март 2022)

Цитировать:
Нестерова О.А., Санфирова О.В., Петрова Т.А. Инклюзивный субъект в контексте экономического роста // Вопросы инновационной экономики. – 2022. – Том 12. – № 1. – С. 209-222. – doi: 10.18334/vinec.12.1.114265.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=48333786

Аннотация:
В настоящей статье исследованы подходы к определению и сущностному содержанию инклюзивного экономического роста. Определяется, что ключевым ядром инклюзивной экономики становится инклюзивный экономический субъект: либо как активно создающего общественный продукт и участвующего на равноправных условиях в распределении благ, или как пассивно потребляющий, не участвующей в глобальном разделении труда. Готовность к взаимодействию экономических субъектов в инклюзивных реалиях определяется по четырем поведенческим индикаторам: не способен и не настроен; не способен, но настроен; способен, но не настроен; способен и настроен. Настоящее исследование предполагает социально-экономический подход к определению инклюзивного роста и рассматривает не только его экономические компоненты, сколько особую среду, включающую инклюзивное образование, ценности, мотивацию, личностное самоопределение, а также социальное и законодательное поле, формирующую поведенческие особенности инклюзивного субъекта для полного его включения в экономические процессы. Авторами сформирована модель такой среды для инклюзивного экономического субъекта, которая позволит сформировать уровень готовности, находящийся в высшей точке (способен и настроен) поведенческих предпочтений – DVEMSL-среда. В данной среде определение ценностно-смыслового мотивационного ядра определяется авторами как основополагающим.

Ключевые слова: инклюзивная экономика, инклюзивный экономический рост, инклюзивные экономические субъекты, мотивация, поведенческие аспекты

JEL-классификация: O40, O47, O49



Введение

Вопросы инклюзивной экономики в контексте экономического роста все больше становятся актуальными на современном этапе. В первую очередь, это объясняется тем, что современный мир все больше и больше превращается в социальную мозаику в силу ряда определенных причин: кросс-культурного, религиозного, политического, экономического, андрологического, гендерного, социального характера. Перед социумом встаёт непростая проблема – как собрать эту хаотичную мозаику в гармоничное единство, а так же как выстроить конструктивное взаимодействие всех стратов в ней, тем самым обеспечить экономический рост как на локальном уровне отдельно взятой страны, так и на глобальном – на уровне крупнейших мировых регионов и стран.

Целью настоящего исследования является формирование и содержательное наполнение среды, которая позволит максимально расширить включенность всех инклюзивных экономических субъектов в экономические процессы с целью обеспечения инклюзивного экономического роста.

Научной новизной является разработка модели формирования инклюзивного экономического субъекта в DVEMSL-среде, способствующей его максимальному включению в инклюзивную экономику.

Методологической основой исследования послужили аналитический и компаративный методы, метод теоретического анализа и синтеза.

Анализ подходов к дефинициям «инклюзивные экономические субъекты», «инклюзивный экономический рост»

В настоящее время «инклюзивность» достаточно широкое понятие, которое включает в себя огромное количество смежных областей и характеризуется большой научной интеграцией. Невозможно сегодня дать характеристику дефиниции инклюзивности только с позиции экономики, как и невозможно представить понятийный аппарат с точки зрения одной конкретной науки. Это комплексное понятие трансглобального пересечения.

Инклюзивная экономика – это динамический и поэтапный процесс включения, как на частном субъективном, так и на глобальном объективном уровне, экономически активных инклюзивных субъектов. Если на субъективном, локальном уровне многое зависит от личности инклюзивного субъекта, то на глобальном – данная зависимость приобретает общий интегрированный характер определенных и общих индексных параметров, которые сливаются в более емкие понятия и образуют ключевое ядро инклюзивной экономики.

Системообразующей единицей в данном контексте выступает инклюзивный труд. Он является стержнем инклюзивного человеческого капитала, под которым мы будем понимать осознание всеми субъектами инклюзивной экономики значимости и полезности человеческой личности, гибкие и адаптивные способности данной личности подстраиваться под любую экономическую реальность, находить точки соприкосновения в ней для своего личностного роста, системно подходить к анализу личностных факторов получения благополучия и благосостояния, а также готовность внешней среды выстраивать экономические отношения с заявленным стратом. В связи с этим, в решении вопросов инклюзивной экономики особо остро встает вопрос – как повысить выше названные параметры определения, которые, по сути, являются индексными составляющими инклюзивного экономического роста.

Суммируя вышеизложенное, отметим, что инклюзивная экономика находится в тесном взаимодействии с социальной сферой, которая и определяет субъект или как активно создающего общественный продукт и участвующего на равноправных условиях в распределении благ, или как пассивно потребляющего, не участвующего в глобальном разделении труда.

Понятие и сущность экономического роста связано с поиском места и роли в нем инклюзивных субъектов, последних принято определять, как включенных в экономическую интеграцию или равноправное участие данных стратов в хозяйственной деятельности социума. Дефиниция «инклюзивного экономического роста» в данном контексте определяется как индексная характеристика совокупности многочисленных факторов экономико-хозяйственной деятельности. Главным и основополагающим индексом, в который входит ряд других смежных с ним субиндексов, является целостность и саморегуляция системы.

Понятие «инклюзивного экономический рост» в силу сложившихся условий существенно расширило границы научного поиска и стало трансдисциплинарной и сверхинтегративной категорией, которая включает в себя множество предметов исследования практически всего научного спектра.

Саморегулирующие принципы инклюзивного экономического роста могут быть связаны с потенциальными возможностями так называемой «экономики сетевой информации» [1], где возможно внедрение нового способа организации производства, в котором изменяется понятие товара. Товар становится цифровым, упрощается система коммуникаций между субъектами экономического взаимодействия как по географическому признаку, так и по психологическому спектру: что означает возможность более легкого прохождения субъектами коммуникации географических границ как в пространственном, так и в психологическом поле на различных уровнях комфортности. Известно, что чем дальше общество отходит от индустриальной экономики, где основными факторами производства является материальная сфера, тем выше коэффициент возможности более полного задействования в производственных процессах всех членов социума, вне зависимости от физических, религиозных, возрастных и прочих особенностей.

Инклюзивный экономический рост – это ключевая характеристика инклюзивной, поведенческой экономик. В последнее время более широкую известность получила концепция инклюзивного устойчивого роста (inсlusive sustаinablе grоwth).

Термин «инклюзивный экономический рост» как устоявшееся категория находится в стадии формирования, множество авторов предлагают свои видения этого сложного гиперизменчивого процесса. Одни смотрят на него под призмой устойчивого развития, другие как вариант акцентирующий внимание на ликвидации социально-экономического неравенства и преодоления бедности, некоторые предлагают кластерный подход, направленный исключительно на экономическую составляющую его реализации. Рассмотрим более подробно основные направления и подходы в определении инклюзивного экономического роста. Одна из таких концепций представлена в трудах Н.В. Пахомовой, К.К. Рихтера, Г.Б Малышкова, где инклюзивный рост сливается с зеленым экономическим ростом [2]. В своих исследованиях авторы пытаются найти равновесие между тенденциями инклюзивного экономического роста и реиндустриализацией, обращаясь к так называем «зеленым решениям». При этом авторы на первое место ставят экологическую ориентированность и уже на второе и третье, соответственно, социальное расслоение и социальное благополучие. На наш взгляд, экологическая ориентированность, безусловно, заслуживает внимания, но в условиях пандемии не менее остро встают и проблемы социального спектра, связанные с идеей включенности всех инклюзивных субъектов в экономику.

В исследовании Краснокутского П.А., Змияк С.С., Яровой Н.А. концепция инклюзивного роста базируется на индексе инклюзивного развития [3]. Индекс инклюзивного развития включает в себя три составляющие: рост и развитие, преемственность поколений и устойчивость развития, и, собственно, инклюзивность. Каждый из перечисленных компонент оценивается определенными статистическими показателями. Из показателей каждой группы рассчитываются сначала групповые индексы, а затем складывается итоговый и определяется их среднее арифметическое значение. Такой комплексный показатель, по мнению экспертов Всемирного экономического форума, отражает более целостную картину экономического развития, если его цель – устойчивое повышение уровня жизни населения, а не просто увеличение производства товаров и услуг [4]. Отметим, что под «инклюзивностью» здесь подразумевается равенство доходов, равенство их распределения, отсутствие диспропорций в развитии территорий. Количественно этот аспект экономического роста оценивается уровнем бедности, медианным доходом, коэффициентом расслоения общества по доходам и по распределению богатства. Чистик О.Ф. считает, что данный индекс по информативности превосходит другие системы оценки [5].

В работе Заводских А.А., на базе рассмотренного выше индекса, предлагается индекс инклюзивного развития региона, который, по сути, совпадает с компонентами, предложенными в 2017 году на Всемирном экономическом форуме в Давосе. Достоинство данной работы состоит в возможности кластеризации и анализа отдельных ее переменных [6].

В целом инклюзивный экономический рост требует решения ряда вопросов экономического, социального и культурного плана, и, как показал обзор современных исследований, эти вопросы объединены сегодня ведущими экономическими организациями в два исследовательских полиса: экономический, представленный индексной и кластерной характеристикой, и социальный подход, базирующийся исключительно на анализе социальной сферы. Настоящее исследование предполагает социально-экономический подход к определению инклюзивного роста и рассматривает не только его экономические компоненты, сколько особую среду, включающую инклюзивное образование, ценности, мотивацию, личностное самоопределение, а также социальное и законодательное поле, формирующую поведенческие особенности инклюзивного субъекта для полного его включения в производственный процесс.

В экономике, где доминирует цифровая сфера, любой человек может реализовать свой трудовой потенциал в привычной домашней атмосфере, как в качестве индивида, так и в составе сообщества по интересам. Данная, так называемая «расширенная свобода» помогает создавать продукты с учетом изменений потребностей рынка, а также использовать любому субъекту экономической деятельности свой личностный потенциал. Расширенная свобода в данном контексте – это свобода самовыражения, свобода в разработке личностного экономического маршрута, свобода от вынужденных коммерческих коммуникационных ресурсов, свобода от работы в формальной коллективной среде.

Экономика – категория, которая управляет вектором благополучия и благосостояния, является мотивом и целеполаганием любой производственной деятельности. Вне всякого сомнения, анализ поведенческого аспекта главного действующего инклюзивного субъекта в данном ключе находится в наибольшем приоритете, но и этот аспект строго подчинен экономическим законам, иначе любая инклюзивная деятельность, так или иначе, теряет всякий смысл.

Анализ поведенческих особенностей инклюзивных экономических субъектов

Инклюзивными экономическими субъектами в исследуемом нами контексте следует признать: лиц с ограниченными возможностями здоровья; гендерные, религиозные, языковые, культурные представители; пенсионеры; лица, которыми в прошлом было нарушено законодательство. Возможно, что еще инклюзивный страт может быть расширен, но на данный момент он представлен большинством своих принципиальных составляющих. Отдельное внимание следует уделить социально-культурным условиям, в которых и формируются часто вышеназванные составляющие страта.

Изучив детально этот аспект, мы пришли к заключению, что инклюзивность может быть, как естественной, так и искусственной, т.е. иногда возможно, с точки зрения определенных ценностных доминат социума, искусственно навязать ему определенные стереотипы поведения, например, нетрадиционное гендерное деление. В силу конституционных законов в нашей стране такое деление проходит в достаточно сдержанном режиме, часто являясь материалом для негативных дискуссий. Кроме того, повышение пенсионного возраста без обеспечения гарантий занятости тоже является не что иное, как искусственное инклюзивное деление. В этом случае, понимание этих процессов может стать рычагом регулирования численности инклюзивных субъектов, за благополучие которых так или иначе несет ответственность институциональный государственный аппарат.

Остановимся на собственно экономических вопросах с точки зрения максимально расширенной включенности всех субъектов участия в экономическом росте. Интерес в задействовании всех инклюзивных субъектов в производственной части экономики целесообразнее рассмотреть с точки зрения получения некоего баланса, предварительно сняв противоречие между факторами уменьшения максимально допустимых издержек потребления общественных благ за счет льготных модификаций (как развернуть эту кривую от планомерного, линейного, непрерывного возрастания вверх) и активизации экономики за счет включения инклюзивных субъектов в экономический процесс.

В данном случае, вопрос о льготных модификациях инклюзивных субъектов и активизация их в экономический процесс – чрезвычайно сложная задача, весьма далекая от равновесных параметров. Тем не менее, она поставлена остро и многогранно для специалистов как экономического, так и образовательного, психологического, юридического и прочих профилей и направлений человеческой деятельности. Решение данной задачи поможет не только снять социальное противоречие в социуме, когда «один с сошкой, а семеро с ложкой», но, главное, поможет обеспечить при правильном подходе полноценную экономическую жизнь инклюзивным субъектам. С целью более подробного объяснения этого аспекта возможно использование классической формулировки данных дефиниций.

Изучая потребительское активное поведение инклюзивных субъектов было замечено, что доходная часть, выраженная льготными модификациями, значительно повышает потребительскую сущность поведения, а также снижает коэффициент личного участия отдельных инклюзивных субъектов в экономическом рыночном пространстве и мало способствует экономическому росту. Кроме того, существует психологически проверенный факт, зафиксированный Д.Ж. Кейнсом: мотивация к исключительно потребительскому поведению многократно снижается по мере возрастания дохода от личного участия – этот процесс взаимозависим и взаимообратим.

С одной стороны, изменив ментальную, психологическую, образовательную, управленческую сущность инклюзивных экономических субъектов мы сможем повлиять на мотивацию возрастания личностного участия в экономических процессах социума. С другой стороны, инклюзивные субъекты, особенно с физическими проблемами, как правило, имеют склонность к дотационному пассивному экономическому поведению с высокой долей потребления. Поэтому усилив мотивацию личностного участия в экономической деятельности вполне возможно существенно снизить потребительские амбиции. В этом случае следует опереться на фундаментальное правило Д.Ж. Кейнсона, который отмечет: «Фундаментальное психологическое правило любого современного общества состоит в том, что, когда его реальный доход возрастает, оно не увеличивает потребление на ту же самую абсолютную величину, так что большая в абсолютном выражении сберегается» [7].

В этом случае нет смысла ориентироваться единственно на дотационные модификаторы, которые не способствуют наращиванию человеческого потенциала и ведут инклюзивных субъектов к пассивному экономическому поведению. Учитывая данный факт, необходимо позаботиться не только о включении инклюзивных субъектов в экономический процесс, но и подумать о дальнейшем их сопровождении по финансово-экономическому маршруту, что может оказать существенную помощь в разработке системы управления своими доходами, например, в целях так называемой «не потребительской реализации доходов». Получение минимального дотационного дохода при отсутствии иных источников поступления денежных средств не дает возможность инклюзивным субъектам активно участвовать в экономической деятельности. Дотационный доход можно истратить в краткий период и обеспечить себе лишь минимальный уровень выживания. В этом случае стоит вопрос – как правильно помочь развернуть доход инклюзивных субъектов в производственной экономике в нужное русло, которое бы обеспечивало им подушку безопасности, помогло бы перевести фактор благополучия в фактор благосостояния и значительно снизило бы социальное напряжение в обществе.

Алгоритм взаимодействия инклюзивных субъектов на рынке, согласно толкованию классиков, может иметь стандартную последовательность действий: получаю доход, сберегаю, инвестирую. Возможно, подобные действия позволят усилить желания инклюзивных субъектов влиться в интеграционные экономические процессы. В связи с этим, необходима такая модель включения инклюзивных субъектов, которая была бы нацелена на систему долгосрочного потребления.

Что касается готовности к взаимодействию экономических субъектов в инклюзивных реалиях, то с точки зрения кадрового менеджмента принято выделять порядка четырех уровней готовности и присваивать им определенные поведенческие индикаторы: не способен и не настроен; не способен, но настроен; способен, но не настроен; способен и настроен.

Нашей целью настоящего исследования является определение такой среды для инклюзивного экономического субъекта, которая позволит сформировать уровень готовности, находящийся в высшей точке (способен и настроен). Однако следует особо подчеркнуть, что не все инклюзивные субъекты, как уже показал мировой опыт (например, в случаях возникновения массовых миграционных процессов в Европе), готовы выходить в конструктивную экономическую инклюзивную среду. В силу определенных причин инклюзивные участники процесса не видят, или не хотят видеть внешних эффектов от своей деятельности и закономерно переходят в стадию так называемого «мертвого груза». Часто в их сознании предельные издержки включения их в экономическую жизнь данного социума, в силу каких-то субъективных причин, преобладают над предельной выгодой от инклюзивного субъективного вливания в экономику.

Отметим, что уровни готовности напрямую связаны с внешними и внутренними факторами той действительности, в которой находится инклюзивный субъект. Остановимся на изучении поведенческих аспектов инклюзивных субъектов, формируемых в среде, включающей в себя следующие категории: социальная среда, инклюзивное образование, ценности, мотивация, личностное самоопределение, законодательное поле. Эти категории взаимозависимы и взаимосвязаны. Представим это графически в виде модели формирования инклюзивного экономического субъекта «способного и настроенного» к включению в инклюзивную экономику и попытаемся дать им обоснование (рисунок 1).

Инклюзивный
экономический
субъект
«не способен и не настроен»


Инклюзивное
образование Education
Личностное
самоопределение self-Determination
Ценности Values
«не способен, но настроен»



Мотивация Motivation
Законодательное поле Law environment
Социальная среда Social environment
«способен, но не настроен»


Инклюзивный'
экономический'
субъект'
«способен и настроен»
Рисунок 1 – Формирование инклюзивного экономического субъекта в DVEMSL-среде [1]

На схеме мы видим, что в основе инклюзивного роста лежит инклюзивный экономический субъект, который может находиться на разных уровнях готовности к взаимодействию в экономической среде. На этот уровень готовности оказывают влияние целая группа факторов, которую назовем DVEMSL-среда, включающая в себя перечисленные компоненты, взаимодействие и взаимовлияние которых на инклюзивный экономический субъект позволяет его трансформировать из состояния «не способен и не настроен» в искомое состояние – «способен и настроен». Остановимся кратко на обозначенных категориях.

Итак, для реализации данных уровней готовности необходима соответствующая среда (DVEMSL-среда). DVEMSL среда – это такой вид среды, в которой инклюзивные субъекты способны максимально реализовать свой личностный потенциал. Данная среда должна быть не только материально (наличие пандусов и парковок, рабочих мест, технического вооружения (брайлеровские дисплеи, электронные лупы, экранные диктаторы, управление взглядом и т.д.), но и ресурсно благоустроенной. DVEMSL-среда состоит из двух частей: информационной и образовательной. При этом многочисленные цифровые ресурсы и программно-методические модули не предполагают больших затратных моделей воплощения. В DVEMSL-среде инклюзивный субъект может выбрать тот или иной информационно-образовательный ресурс.

Подробно изучив различные инклюзивные образовательные модели [8], которые направлены на максимальную реализацию человеческого потенциала личности и, как следствие этого, возможность его монетизации на рынке, мы видим, что российские педагогические модели направлены, в первую очередь, на коммуникацию, общую социализацию, физическую адаптацию к социальной среде, на второй план выходит обучение профессиональным soft и hard skills навыкам. Иностранная же модель, например, американская и европейская в большей мере отдают предпочтение именно трудовым профессиональным навыкам [9]. В контексте цифровой трансформации меняются методы обучения и управления и в высшей школе [10]. Отметим, что исторически, отечественная школа ориентировалась на трудовое воспитание, но в современных условиях это, к сожалению, стало вторичным, и вся инклюзия оказалась сведена к льготным модификациям. Мы считаем, что необходимо более комплексно взглянуть на проблему в контексте пространственно временного культурного и исторического хронотопа.

Поэтому одним из вариантов решения может стать формирование DVEMSL-среды. В DVEMSL-среде определение ценностно-смыслового мотивационного ядра для формирования инклюзивного экономического субъекта, способного и настроенного на включение в инклюзивную экономику, является основополагающим. Становится очевидным, что индивидуальное инклюзивное поведение находится в зависимости от трех основных групп факторов: личностных, мотивационных, поведенческих (рисунок 2).

Культура

Инклюзивный экономический субъект:
возраст

Социальное устройство
национальный статус
гендер
Референтные инклюзивные группы
МОТИВАЦИЯ
Инклюзивная экономика

Влияние семьи
получение доступа
Восприятие
к освоению
информации и
Отношение
новым знаниям
Рисунок 2 – Мотивация инклюзивного экономического субъекта [2]

Понимание сущности обозначенных аспектов способствует большему осознанию понятия «инклюзивный экономический рост».

Заключение

В заключение необходимо отметить, что анализ поведенческих особенностей инклюзивных экономических субъектов в контексте инклюзивного экономического роста показал, что он предполагает изменение взглядов в целом на экономическую мотивацию. Именно эта сфера и является вектором развития человеческого потенциала, который может способствовать увеличению человеческого капитала при определенных условиях. Формируясь как полинациональная и поликультурная открытая система, инклюзивность имеет свои собственные доминантные основы, определяемые культурой, языком, традициями, религией физическими возможностями, духовно-нравственным опытом. Реализация накопленного человеческого потенциала поможет решить сразу целый спектр вопросов инклюзивного экономического роста и активизировать экономику в целом. Это возможно лишь посредством систематической, научно-организованной деятельности по формированию аксиологических основ значимости инклюзивных субъектов в современном экономическом поле.

Несмотря на то, что все показатели инклюзивного экономического роста несовершенны и ограничены недостаточным количеством статистических данных, тем не менее, определенная картина формирования инклюзивного социума так или иначе уже складывается.

Характерными чертами инклюзивного социума, как основного компонента инклюзивного экономического роста, являются: понимание современного мирового социума как целостного, динамически развивающегося организма; ориентация на ценностно-смысловую доминанту, позволяющую отчетливо отрефлексировать последствия всех инклюзивных преобразований.

[1] Составлено авторами

[2] Составлено авторами


Источники:

1. Банклер Й. Экономика сетевой информации и либерально-демократическое общество. Богатство сетей: Как общественное производство преобразует рынки и свободу. Cyber.harvard.edu. [Электронный ресурс]. URL: https://cyber.harvard.edu/wealth_of_networks/Russian_Translation_of_Chapter_1.
2. Пахомова Н.В., Рихтер К.К., Малышков Г.Б. Инклюзивный экономический рост: приоритеты, индикаторы, международный опыт, потенциал согласования с моделью реиндустриализации // Проблемы современной экономики. – 2014. – № 3. – c. 15-24. – url:.
3. Краснокутский П.А., Змияк С.С., Яровая Н.С. Концепция инклюзивного роста: новые возможности или осознанная необходимость // Теоретическая экономика. – 2018. – № 6. – c. 77-86.
4. В Давосе презентовали альтернативу ВВП. Что такое индекс инклюзивного развития?. Полная аналитика в реальном времени: информационно-аналитический портал. [Электронный ресурс]. URL: https://news.myseldon.com/ru/news/index/182327819 (дата обращения: 16.12.2021).
5. Чистик О.Ф. Индекс инклюзивного развития: перспектива применения // Актуальные проблемы и перспективы развития государственной статистики в современных условиях: Сборник материалов V Международной научно-практической конференции в 2-х томах. Саратов, 2019. – c. 159-161.
6. Заводских А.А. Построение индекса инклюзивного развития регионов // Псковский регионологический журнал. – 2020. – № 2(242). – c. 19-41.
7. Кейнс Дж. The General Theory of Employment, Interest of Money,. Files.ethz.ch. [Электронный ресурс]. URL: https://www.files.ethz.ch/isn/125515/1366_KeynesTheoryofEmployment.pdf (дата обращения: 03.11.2021).
8. Мёдова Н.А. Модель инклюзивного образования в условиях муниципальной образовательной системы. / автореферат дис.,.. кандидата педагогических наук: 13.00.01. - томск, 2013. – 23 c.
9. Сурудина Е.А. Модели организации инклюзивного образования в зарубежной педагогической практике // Мир науки, культуры, образования. – 2020. – № 6(85). – c. 304-306. – doi: 10.24412/1991-5500-2020-685-304-306 .
10. Шустова И.С., Иванов А.Л. Изменение методов управления и обучения в университете в контексте цифровой трансформации // Вопросы инновационной экономики. – 2021. – № 4. – c. 1613-1626. – doi: 10.18334/vinec.11.4.113964.

Страница обновлена: 08.06.2022 в 17:10:19