О предпосылках структурных изменений в аграрном предпринимательстве

Байдаков А.А.1
1 Ставропольский государственный аграрный университет, Россия, Ставрополь

Статья в журнале

Российское предпринимательство *
Том 16, Номер 21 (Ноябрь 2015)
* Этот журнал не выпускается в Первом экономическом издательстве

Цитировать:
Байдаков А.А. О предпосылках структурных изменений в аграрном предпринимательстве // Российское предпринимательство. – 2015. – Том 16. – № 21. – С. 3933-3950. – doi: 10.18334/rp.16.21.2027.

Аннотация:

Для функций аграрных бизнес-систем рассмотрены усиливающие и уравновешивающие функциональные контуры. Проанализирована динамика основных показателей отечественного аграрного бизнеса с позиций несоблюдения причинно-следственной направленности этих контуров и порождения функциональных противоречий, приводящих к необходимости структурных изменений в аграрных предпринимательских системах.

Результаты исследования могут быть полезными как ученым, областью научных интересов которых является аграрный бизнес, разработчикам программ его развития, так и предпринимателям в данной сфере экономики.

Ключевые слова: структурные изменения, аграрные предпринимательские системы, структурно-функциональный подход, функциональные противоречия



Введение

Функции определяют содержание исследуемой системы, а ее структура – форму, поэтому оценка структурных изменений в аграрном предпринимательстве должна основываться на функционально-структурном подходе с учетом специфики аграрного бизнеса. Анализ способов преодоления или смягчения негативных проявлений, выявленных или прогнозируемых противоречий в системе аграрного бизнеса должен исходить из основного системного противоречия – между функциями и структурой исследуемой системы.

Функциональные контуры аграрных предпринимательских систем

В настоящее время существует большой разброс мнений относительно количества и содержания функций аграрного предпринимательства. Так, Groenfeldt D. (Groenfeldt, 2006) выделяет функции: экономическую и продуктивную, экологическую, социокультурную и сельского развития; Bohman M. [1] – экологические (позитивные и негативные); продовольственная безопасность, развитие сельских районов, социальные; Савкин В.И. – экономическую, социальную, экологическую, инновационную, информационную (Савкин, 2011); А.В. Петриков предлагает три группы функций, соответственно связанные с производством, с удовлетворением рекреационных потребностей социума, с обеспечением продовольственной безопасности, социального контроля над сельскими территориями [2]. Укажем также на исследования Кривокоры Ю.Н., посвященные проблемам многофункциональности современного сельского хозяйства (Кривокора, 2014), он рассматривает восемь функций сельского хозяйства: агропродовольственную, агросырьевую, экономическую, социальную, эколого-ландшафтную, культурологическую, интегрирующую, базовую. Существуют различные суждения о критериях, показателях и факторах, определяющих устойчивость развития. К их числу относят прибыль, накопления, уровень рентабельности, точку безубыточности, коэффициенты оценки финансового состояния, упущенную выгоду и др. (Ходос, Иванов, 2013).

Мы выделяем шесть функций аграрных предпринимательских систем: агросырьевую, представляющую производство сельскохозяйственного сырья для пищевой и непищевой промышленности; агропродовольственную, обеспечивающую производство продуктов питания с различной степенью переработки сельхозпродукции; экономическую, выражающую комплекс отношений в системе аграрного бизнеса, связанных с процессами распределения, обмена и потребления сельхозпродукции; социальную, отражающую удовлетворение разнообразных социальных потребностей сельского населения и социума в целом применительно к процессам его воспроизводства и развития; инновационную, направленную на развитие аграрной экономики; экологическую, отражающую воздействие аграрного производства на природную среду. Все эти функции тесно взаимосвязаны и порождают сложный динамичный комплекс межфункциональных противоречий.

Две функции образуют функциональный контур: усиливающий – если увеличение (уменьшение) величин ключевых показателей первой приводит к увеличению (уменьшению) величин соответствующих показателей второй лишь под воздействием изменений первой функции; уравновешивающий – если увеличение (уменьшение) величин ключевых показателей одной функции влечет за собой уменьшение (увеличение) значений соответствующих показателей другой. Несоответствие прямых и обратных связей в функциональном контуре порождает функциональные противоречия. Реакция одной функции на изменения другой может осуществляться с некоторым временным лагом.

Имеем пятнадцать функциональных контуров аграрных предпринимательских систем, несоблюдение причинно-следственной направленности которых порождает функциональные противоречия. Каждая функция аграрной предпринимательской системы входит в пять функциональных контуров, что приводит к образованию сложных функциональных противоречий. Противоречия между функциями системы означают несоответствие ее структуры функциям, которое должно разрешаться посредством изменения структуры в соответствии с изменяющимися целями, функциональным содержанием и ресурсным потенциалом.

Увеличение значений ключевых показателей агросырьевой функции должно повлечь за собой соответствующее усиление агропродовольственной функции в функциональной структуре аграрного бизнеса. Рост производства продовольствия должен базироваться на наращивании производства сельскохозяйственного сырья. Однако это наращивание сопряжено с ресурсными издержками, временными ограничениями производственных циклов, поэтому неизбежно имеют место временные лаги в реакции на существенные изменения той или иной функции. Противоречия в этом контуре сопряжены с качественной, количественной и структурной несогласованностями в производстве сельскохозяйственного сырья и продовольствия, в том числе и в контексте обеспечения продовольственной безопасности страны.

Функциональные контуры агросырьевая-экономическая и агропродовольственная-экономическая являются усиливающими, так как увеличение объемов аграрного производства должно вести к наращиванию его экономических результатов, а развитие экономических отношений в системе производства, распределения, обмена и потребления аграрной продукции должно способствовать повышению результативности агропродовольственной и агросырьевой функций. Противоречия в этих контурах порождаются несоответствием экономических отношений реальному уровню аграрного производства.

Увеличение объемов производства аграрной продукции должно сопровождаться повышением социальной отдачи аграрного предпринимательства. Противоречия в этом функциональном контуре порождаются дисбалансом между экономической и социальной эффективностью.

Реализация инновационной функции должна оказывать позитивное влияние на агросырьевую, агропродовольственную и экономическую функции аграрного предпринимательства, хотя зачастую и с временными лагами, так как инновации требуют вложений, отдача от которых наступает не сразу. Инновационная функция оказывает неоднозначное влияние на социальную функцию. С точки зрения динамики числа занятых на производстве она может привести к его сокращению, но нередко с повышением уровня социального обеспечения оставшихся работников. Применительно к социуму инновационная функция играет однозначно позитивную роль, способствуя повышению экономической и в конечном итоге социальной прибыли. Процессы развития социума стимулируют и активизируют реализацию инновационной функции. Противоречия этого функционального контура порождаются расхождениями глобальных и локальных целей социальных групп и социума в целом.

Экологическая функция образует с другими функциями аграрного бизнеса уравновешивающие функциональные контуры. Расширение аграрного производства усиливает экологическую нагрузку на окружающую среду. Затраты на экологию снижают экономическую эффективность производства. Не столь однозначно влияние экологической функции на инновационную функцию, что порождает ряд противоречий. Инновации, с одной стороны, способствуют развитию аграрного производства с увеличением экологической нагрузки на среду, а с другой - предполагают разработку и внедрение новых экологически безопасных технологий. Это же можно отнести и к социальной функции. Увеличивающиеся потребности социума требуют наращивание мощностей аграрного производства, но одновременно и обеспечения экологического благополучия.

К числу причин, порождающих функциональные противоречия, следует добавить комплекс нерешенных проблем отечественного АПК (Кошелев, Приемко, Алексанов, и др., 2014): технико-технологическую отсталость сельского хозяйства, снижение биоресурсного и земельного потенциала сельскохозяйственного производства, проблемы сбыта сельхозпродукции, финансово-экономические, социально-экономические и кадровые проблемы аграрного сектора экономики, проблемы обеспечения продовольственной независимости страны. Добавим к этому возросшую остроту политического фактора.

Проведение функционально-структурного анализа должно включать в себя определение соответствия реальной динамики изменений показателей, характеризующих те или иные функции аграрного предпринимательства, сущностным характеристикам функционального контура. При этом обязательно надо принимать в расчет инерционность больших социально-экономических систем, а значит, и наличие соответствующих временных лагов, а также интегрированность аграрных предпринимательских систем в природную среду.

Согласно системным закономерностям иерархичности и полисистемности структура аграрного сектора экономики является подструктурой экономики страны и социума в целом. Поэтому следует различать структурные изменения внешние – сельское хозяйство в структуре социально-экономической системы страны, и внутренние применительно к системе аграрного предпринимательства.

Функциональные противоречия в аграрном предпринимательстве России

Исходя из функционально-структурного подхода, рассмотрим ряд структурных характеристик современного отечественного аграрного предпринимательства в контексте указанных функциональных контуров, основываясь на данных Федеральной службы государственной статистики Российской Федерации [3].

Разную динамику в 2006-2014 гг. демонстрируют объемы производства сельхозпродукции. Особое внимание следует уделять продукции, относительные объемы отечественного производства которой регламентируются Доктриной продовольственной безопасности России: зерно, картофель, сахар, растительное масло, молоко и молокопродукты, мясо и мясопродукты. При общих положительных темпах роста объемов этой продукции мы наблюдаем их неустойчивость, особенно для растениеводства. Размах вариации составил соответственно 91,6; 87,1; 76,4; 42,9; 7,0; 5,3 процентов. С одной стороны, это объясняется воздействием природных факторов на растениеводческую отрасль, но в то же время при современных технологиях возделывания такие колебания представляются чрезмерными.

Производство молока и молокопродуктов практически не росло, более того, снижалось, да и темпы роста мясного производства, несмотря на их позитивную тенденцию, исходя из Доктрины, также являются недостаточными. В исследуемом периоде имели место серьезные структурные изменения в мясном животноводстве – от практически равных долей мяса крупного рогатого скота, свиней и птицы в 2006 году до резкого увеличения доли мяса птицы в 2014 году (45,9%, рост на 15,0%) и столь же резкого снижения доли крупного рогатого скота (18,1%, уменьшение на 14,5%). Имело место и снижение доли мяса овец и коз с 3,0% в 2006 году до 2,2% в 2014 году. Доля мяса свиней в рассматриваемом периоде оставалась в промежутке 31,5–33,5%.

Связь между изменениями объемов производства сахара и сахарной свеклы в 2006-2014 гг. не столь однозначна. Коэффициент корреляции между этими показателями равен 0,457, а между соответствующими темпами роста он составил 0,905, что указывает на структурные диспропорции между производством сахара и его сырьевым обеспечением. Иная картина, но также указывающая на наличие соответствующих структурных диспропорций, имеет место для подсолнечника и растительного масла. Для объемных показателей коэффициент корреляции равен 0, 548, а для темпов роста – (-0,484).

Таким образом, имеют место противоречия в контуре, образуемом агросырьевой и агропродовольственной функциями.

Указанные вариации значений показателей вполне согласуются и с темпами роста производительности труда. Наблюдается существенное различие в колебаниях значений показателя для сельского хозяйства по сравнению с аналогичными данными для экономики в целом – размах вариации составил соответственно 26,8% и 11,1%. Данное обстоятельство отражается и в динамике значений сальдированного финансового результата сельского хозяйства, охоты и лесного хозяйства в 2006-2014 гг. И если в 2009-2012 гг. наблюдался достаточно стабильный ежегодный рост его значений с 56,3 млрд руб. до 108,9 млрд руб., то в 2013 году он составил 51,6 млрд руб. (падение более, чем вдвое), а в 2014 году 181,7 млрд руб. – рост более, чем втрое. Такие скачки определено указывают на неустойчивость функционирования аграрного бизнеса. Подобные обстоятельства зачастую связаны с несоответствием структуры системы ее функциям.

Структурные изменения в бизнес-сфере неразрывно связаны с вариацией характеристик экспорта и импорта соответствующей продукции. В исследуемом периоде имели место существенные колебания, как объемов экспорта зерна, так и его долей в объеме производства. Размах вариации этих величин составил 19,0 млн тонн и 16,6%. Для подсолнечного масла имел место существенный рост значений и доли, и объема экспорта. При этом имело место падение доли импорта от 4,9% до 0,5%, как и отношения объемов импорт/экспорт – до 0,01.

Доля экспорта других сельхозпродуктов относительно невелика. В целом наблюдалось ее снижение для картофеля и сахара и некоторое повышение для продукции животноводства. Тенденции изменения объемов и доли импорта в целом согласуются с вариацией величин экспорта сельхозпродукции. С точки зрения структурных изменений более показательно изменение соотношения объемов импорта и экспорта. Меньше единицы оно лишь для зерна и подсолнечного масла. В остальных случаях мы наблюдаем существенную диспропорцию – особенно для мяса и мясопродуктов.

В 2009-2014 гг. цены на промышленные товары стабильно росли, а для сельскохозяйственных товаров изменение значений индекса цен было более неоднородно, вплоть до падения в 2011 году – 94,9%. Это обстоятельство связано, прежде всего, с растениеводческой отраслью. В 2009, 2011 и 2013 гг. индексы цен соответственно равны 93,4; 85,3; 96,6%. Цены же на животноводческую продукции росли достаточно стабильно, хотя и неравномерно – от 1,5 до 17,5% в год.

Сравнительный анализ средних индексов цен и их среднего квадратического отклонения (СКО) на сельскохозяйственную продукцию и на отдельные виды промышленных товаров, приобретенных сельскохозяйственными организациями, в 2006-2014 гг. выявил следующее. В 2006-2014 гг. монотонно с минимальными значениями СКО (около 4%) изменялись цены на тракторы сельскохозяйственные универсальные общего назначения, универсально-пропашные и специальные (107,0%), машины сельскохозяйственные (107,3%). Такая же динамика наблюдалась и для химических средств защиты растений – соответственно 106,3%, 3,8%. Наиболее высокие средние значения индексов цен имели место для топлива и электроэнергии – 113,7% и 122,5% при относительно малых СКО. Для азотных удобрений и соединений средний индекс составил 112,0%, но имели место существенные колебания значений показателя – СКО равен 15,0%. Индексы цен на ГСМ и корма для птиц, свиней и крупного рогатого скота имеют сходные средние показатели – (110,7%; 13,4%) и (110,6%; 10,6%), демонстрирующие превышение соответствующих показателей роста цен на сельскохозяйственную продукцию (109,7%; 11,7%).

Средние значения индексов цен и их СКО на сельскохозяйственную продукцию и промышленные товары и услуги в рассматриваемом периоде демонстрируют сохранение имеющейся ценовой диспропорции, более того, ее нарастание.

Рентабельность проданной продукции сельского хозяйства существенно разнится для растениеводства и животноводства – отношение соответствующих уровней в рассматриваемом периоде в большинстве случаев составляло около четырех единиц при ведущей роли растениеводства. Зависимость его результатов от природных условий является непосредственной, поэтому имеют место колебания уровня рентабельности продукции растениеводства и, как следствие – всего сельского хозяйства. Существенно ниже значения рентабельности активов сельского хозяйства. Их среднее значение в рассматриваемом периоде составило 3,8%, в то время как по экономике в целом – 6,8%.

В 2006-2014 гг. доля прибыльных сельскохозяйственных организаций колебалась в основном в пределах 70-80% при максимальных значениях 79,1% и 78,8% в 2008 и 2014 годах. Менее 70% она была лишь в 2006 году (65,3%) и в 2012 году (69,6%). Среднее значение этого показателя за период исследования составило 73,5% с СКО, равным 4,4%. Соответствующим образом изменялось и число убыточных сельскохозяйственных организаций.

Надо отметить снижение числа прибыльных организаций с 11,0 тысяч в 2006 году до 3,8 тысяч в 2014 году, а также увеличение средней прибыли на одну прибыльную организацию с 6,6 млн руб. в 2006 году до 65,7 млн руб. в 2014 году. Соответственно, средние убытки на одну убыточную организацию сельского хозяйства составили 4,8 млн руб. в 2006 году и 66,1 млн руб. в 2014 году.

Согласно известному системному принципу Парето, доля прибыльных организаций сельского хозяйства, по нашему мнению, должна составлять порядка 80%, убыточных – 20%. Это означает необходимость осуществления долгосрочных действий, направленных на регулирование аграрного бизнеса, по достижению и устойчивому соблюдению этих структурных пропорций.

Показатели кредиторской задолженности в организациях сельского хозяйства, охоты и лесного хозяйства демонстрировали в 2006-2014 гг. позитивные тенденции. С одной стороны, имел место постоянный рост кредиторской задолженности – с 217,8 млрд руб. в 2006 году до 460,7 млрд руб. в 2014 году. Но при этом снижался удельный вес просроченной кредиторской задолженности – с 28,5% в 2006 году до 5,6% в 2014 году.

В 2006-2014 гг. стоимость основных фондов сельского хозяйства, охоты и лесного хозяйства в сопоставимых ценах возрастала и составила в 2014 году величину, в 2,5 раза превышающую значение показателя 2006 года. При этом ее темпы роста не превысили 102,2% и ежегодно были ниже соответствующих темпов роста по экономике в целом – в среднем на 2,6%. Такая же ситуация имела место и с позиции изменения коэффициента обновления основных фондов, хотя здесь отличие сельского хозяйства и экономики в целом не столь значительно – в среднем оно составило 0,07%. Что касается изменения значения коэффициента выбытия основных фондов, то для сельского хозяйства его значения превышают соответствующие величины по экономике в целом в рассматриваемом периоде – в первом случае они варьируют в пределах 2,1-3,7, а во втором 0,7-1,0. При этом следует указать на более быстрые темпы снижения значений коэффициента выбытия для сельского бизнеса. Степень износа основных фондов сельского хозяйства меньше, чем в целом по экономике, но все же очень велика – в рассматриваемом периоде она стабильно превышала 42% при среднем значении 43%.

Данные, характеризующие состояние и динамику основных фондов сельского хозяйства, определенно указывают на бесперспективность структурных преобразований в аграрном бизнесе без существенных инвестиций в его основной капитал. К тому же доля сельского хозяйства в основных фондах экономики постоянно снижается и не превышает 3%.

Инвестиционная привлекательность бизнес-деятельности сопряжена с наличием, состоянием и динамикой развития основных фондов; индексом производства сельскохозяйственной продукции; рентабельностью активов и проданной продукции; числом и долей прибыльных и убыточных предприятий; числом организаций, имеющих просроченную кредиторскую задолженность; индексом цен производителей продукции; среднесписочной численностью работников, среднемесячной номинальной начисленной заработной платой работников; сальдированным финансовым результатом. Как показал проведенный анализ, вариация большинства из указанных показателей не отвечает условиям формирования требуемой инвестиционной привлекательности аграрного бизнеса. Это нашло отражение в динамике инвестиций в основной капитал сельского хозяйства, охоты и лесного хозяйства. Абсолютная величина инвестиций в 2006-2014 гг. выросла в 2,2 раза – с 224,4 млрд руб. в 2006 году до 500,5 млрд руб. в 2014 году. Однако при этом, во-первых, имел место спад в 2009 и 2010 годах – соответствующие индексы составили 81,4 и 93,4%, во-вторых, наблюдалось снижение доли сельского хозяйства в инвестициях в основной капитал в целом по экономике – с 4,8% в 2006 году до 3,7% в 2014 году. То есть имело место снижение данного структурного показателя в экономике надсистемы системы сельского хозяйства.

Результаты анализа указывают на наличие противоречий в функциональных контурах, образованных экономической функцией аграрного предпринимательства с агропродовольственной и агросырьевой функциями.

В 2006-2014 гг. происходило снижение числа занятых в сельском хозяйстве – с 7,2 млн чел. в 2006 году до 6,0 млн в 2014 году – на 14,4%. В то время как численность сельского населения за этот период сократилась лишь на 1,1%. При этом доля занятых в числе экономически активного сельского населения практически оставалась неизменной – на уровне 68%, то есть, по сути, две трети их состава постоянно оставались невостребованными.

Таким образом, на селе имеется большой потенциал невостребованных в настоящее время трудовых ресурсов. Но при этом отметим относительно низкую оплату труда сельских тружеников, несмотря на то, что с 2006 по 2014 год номинальная начисленная заработная плата увеличилась почти в четыре раза – с 4569 рублей до 17627 рублей в месяц. Но она оставалась в два раза меньше среднемесячной номинальной начисленной заработной платы работников организаций в целом по экономике. Хотя этот разрыв и сокращался с 43,0% в 2006 году до 54,1% в 2014 году, но данный дисбаланс является чрезмерным, а темпы его нивелирования недостаточными. Эти обстоятельства свидетельствуют о наличии противоречий между экономической и социальной функциями аграрного предпринимательства.

Основным предназначением аграрного бизнеса является надежное обеспечение продуктами питания населения страны. Ключевые ориентиры в этой сфере определяют Доктрина продовольственной безопасности России [4] и медицинские нормы потребления продуктов [5].

Уровни потребления хлебобулочных и макаронных изделий, сахара, растительного масла, мяса и мясопродуктов либо отвечают нормам, либо превосходят их. Производство и потребление мяса и мясопродуктов характеризуются, с одной стороны, превышением реального потребления рекомендуемых норм, а с другой, невыполнением параметров Доктрины (не менее 85% отечественного производства). И хотя в 2014 году достигнут требуемый уровень в соответствии с медицинскими требованиями, но, по нашему мнению, следует больше ориентироваться на реальное потребление, так как именно оно определяет спрос на ту или иную продукцию.

Потребление картофеля не отвечает рекомендуемым нормам, но требования Доктрины выполнены и для рекомендуемых норм, и для реального спроса. Потребление и производство молока и молокопродуктов не отвечает ни рекомендуемым нормам потребления, ни требованиям Доктрины (не менее 90% отечественной продукции). Причем разрыв и в том и другом случаях велик.

Анализ потребления основных продуктов питания продемонстрировал диспропорции в структуре сельскохозяйственного производства. И если производство мясной продукции в рассматриваемом периоде имеет тенденции роста и приближается к достижению требуемых значений параметров Доктрины, то в молочном производстве, напротив, имеет место существенный разрыв между требованиями Доктрины, нормами и реальным потреблением отечественной продукции. Более того, этот разрыв не сокращается, а в целом нарастает. Мы наблюдаем структурные диспропорции, порождаемые противоречиями между агросырьевой и агропродовольственными функциями с одной стороны и социальной – с другой.

Необходимым условием успешности бизнеса является его развитие на основе осуществления инновационной деятельности. Следует принимать во внимание особенности инновационных процессов в аграрном бизнесе: большое разнообразие видов сельхозпродукции и технологий ее производства; зависимость результатов от природных условий; территориальная разобщенность производства и существенные региональные различия его в условиях; уровень профессиональной подготовки работников сельского хозяйства; отсутствие четкого организационно-экономического механизма внедрения научных и технологических достижений.

Естественными показателями результативности инновационных процессов в сельском хозяйстве являются показатели его продуктивности – урожайность возделываемых культур и продуктивность животных. Важно при этом сопоставлять их с темпами роста производительности труда и использования материально-технической базы.

Средние темпы роста производительности труда в сельском хозяйстве в 2006-2013 гг. составили 103,9%, превысив значение соответствующего показателя для экономики в целом, равное 103,3%. Для зерновых культур в 2006-2014 гг. средняя урожайность убранных площадей по всем категориям хозяйств составила 21,1 ц/га. В то время как в предшествующие годы она не превышала 20 ц/га, а зачастую была существенно ниже. Подобная ситуация имела место и для других культур.

Влияние инновационного фактора на получение указанных результатов подтверждается изменениями в парке техники сельскохозяйственных организаций – существенным уменьшением ее количества при увеличении качества и уровня использования. Так, с 2006 года по 2014 год число тракторов сократилось на 43,7%, зерноуборочных комбайнов на 45,1%, свеклоуборочных машин на 61,3%, доильных установок и агрегатов на 40,3% и т.д. Обеспеченность тракторами и комбайнами сельскохозяйственных организаций (на 1000 га пашни) снизилась на 40% при одновременном увеличении нагрузки на 1 трактор на 54,5%. Отметим также рост показателей использования удобрений (внесение на 1 га) в 2014 году по сравнению с 2006 годом: минеральных на 48,1%, органических на 44,4%.

В животноводческой отрасли во многом наблюдаем рост надоев молока и падение продуктивности для настрига шерсти. При этом соответствующие показатели отличаются для различных категорий хозяйств – больше инновациям подвержены сельскохозяйственные организации, хотя и не по всем видам продукции. На это указывают и индекс относительной продуктивности – отношение продуктивности определенной категории хозяйств к средней продуктивности для всех категорий хозяйств.

Таким образом, ход инновационных процессов в сельском хозяйстве России можно охарактеризовать как преимущественно экстенсивный и неоднородный, как по категориям хозяйств, так и по видам продукции.

Диспаритет цен на сельскохозяйственную и промышленную продукцию, недостаточное внимание со стороны государства к аграрным проблемам чрезвычайно затрудняют не только инновационные процессы, но нередко и простое воспроизводство. Следовательно, можно утверждать о наличии противоречий практически во всех функциональных контурах, образуемых инновационной функцией с другими функциями аграрного бизнеса.

Развитие аграрного предпринимательства сопряжено с увеличением экологической нагрузки на окружающую среду. Это и увеличение площадей с внесенными минеральными удобрениями, и количества внесенных удобрений, и площадей, обработанных пестицидами. Выбросы загрязняющих атмосферу веществ стационарными и передвижными источниками непрерывно возрастают – в 2014 году по сравнению с 2006 годом их объем увеличился более чем на треть. Интенсивный рост имел место и для отходов производства и потребления – в 2,5 раза. Объемы сброса сточных вод в поверхностные водоемы сократились почти в 1,5 раза. Сокращались и объемы использования чистой воды на орошение и сельскохозяйственное водоснабжение с 8,8 куб. км в 2006 году до 7,5 куб. км в 2014 году, то есть на 14,2%. В то время как объемы ежегодного оборотного и последовательного использования воды в сельском хозяйстве изменялись мало, оставаясь на уровне 500 млн куб. м.

Среднегодовые темпы роста текущих затрат на охрану окружающей среды по Российской Федерации в 2006-2014 гг. составили 106,6%, а на рекультивацию земель 115,3%. Они значительно отставали от темпов роста негативных воздействий на окружающую среду в рассматриваемом периоде. При этом площадь рекультивированных земель под сельскохозяйственные угодья в 2006 году составила лишь 6,3 тыс. га, а в 2013 году 21,9 тыс. га. Что в масштабах страны, несмотря на рост, не столь значительные площади, могущие сколько-нибудь существенно повлиять на результативность сельхозпроизводства. Среднегодовые темпы роста инвестиций в основной капитал, направленные на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов в Российской Федерации, в 2006-2014 гг. составили 112,3%. Следовательно, и по отношению к экологической функции аграрного бизнеса следует говорить о наличии противоречий с другими его функциями.

Структура продукции сельского хозяйства по категориям хозяйств – сельскохозяйственные организации, хозяйства населения, крестьянские (фермерские) хозяйства, включая ИП – отражают структурные изменения, происходящие в аграрном бизнесе. Она претерпевала непрерывные изменения в 2006-2014 гг. – соответственно с 44,9; 48,0; 7,1 процентных пунктов в 2006 году до 46,8; 41,4; 10,0 процентов в 2014 году.

Если рассматривать индексы производства продукции сельского хозяйства по категориям хозяйств в Российской Федерации, то в целом наблюдаем опережающий рост для КФХ по сравнению с другими категориями хозяйств. Это подтверждается и ростом объемов производства (в фактически действовавших ценах) с 2006 по 2013 год: по всем категориям хозяйства в 2,7 раза, для организаций – в 2,9 раза, хозяйств населения – в 2,3 раза, КФХ – в 3,8 раза. Размах вариации также различен и соответственно равен: все категории хозяйств – 34,8%, сельхозорганизации – 39,5%, хозяйства населения – 24,6%, КФХ – 67,0%, а соответствующие СКО: 9,6; 11,5; 6,4; 20,6.

Для сельскохозяйственных организаций средние значения удельного веса продукции растениеводства и животноводства в продукции сельского хозяйства для рассматриваемого периода составили: растениеводство – 48,4%, животноводство – 51,6%. При этом наблюдались достаточно большие колебания значений – СКО равен 3,8%. В 2009-2014 гг. удельный вес животноводства лишь однажды был менее 50% (2011 г. – 49,7%), а в остальные годы превышал 52%, а среднее значение составило 53,5%.

Еще больше среднее значение удельного веса животноводства в 2006-2014 гг. в хозяйствах населения – 52,4%. Но наблюдается выраженная тенденция его снижения – с 55,5% в 2006 году до 48,1% в 2014 году.

В КФХ абсолютное преимущество имеет продукция растениеводства. Среднее значение ее удельного веса в рассматриваемом периоде составило 76,4%. Лишь в 2010 году значение удельного веса растениеводства составило 71,2%, в остальные годы рассматриваемого периода оно всегда было выше 74%.

Анализируя изменение значений индексов производства продукции сельского хозяйства по отраслям и категориям хозяйств в Российской Федерации, приходим к следующим выводам.

Растениеводство – средние значения индексов за 2006-2014 гг. составили по категориям хозяйств: хозяйства всех категорий – 105,2%, сельскохозяйственные организации – 106,4%, хозяйства населения – 102,3%, КФХ – 112,5%. Динамика роста производства продукции растениеводства по категориям хозяйств в рассматриваемом периоде была неоднородна, хотя и выявила определенные тенденции. В течение шести из рассматриваемых девяти лет индексы сельхозорганизаций и КФХ превосходили значение индекса по всем категориям хозяйств. Индекс для хозяйств населения был меньше индекса для всех категорий хозяйств в целом. В 2009, 2010 и 2012 годах указанное выше соотношение индексов нарушалось. Причем в 2010 и 2012 г. имело место падение продукции растениеводства для всех категорий хозяйств, а в 2009 году его избежали только хозяйства населения. Для этих лет имело место соотношение значений индексов, представленное неравенством: (хозяйства населения) > (КФХ) > (сельхозорганизации).

При относительно стабильной ситуации преимуществом обладают сельхозорганизации и КФХ, но более устойчивы к изменениям внешней среды хозяйства населения. Промежуточное положение между хозяйствами населения и сельскохозяйственными организациями занимают КФХ. Рост производства продукции растениеводства в них, на наш взгляд, представляет положительную структурную тенденцию в отечественном аграрном бизнесе, так как это способствует повышению его гибкости и устойчивости.

В животноводстве имел место рост объемов производства для всех категорий хозяйств – все индексы превышали 100%, а их среднее значение составило 102,9%. Однако по категориям хозяйств наблюдались существенные отличия: сельскохозяйственные организации демонстрировали постоянный рост, минимальное значение индекса 104,6% в 2013 году, а среднее за период – 106,5%; хозяйства населения – падение, с 2010 года значения индекса меньше 100%, а среднее его значение за период – 98,9%; КФХ – рост, минимальное значение индекса 102,3% в 2012 году, а среднее – 108,5%. В 2006-2014 гг. индексы сельхозорганизаций и КФХ превосходили значение индекса по всем категориям хозяйств, кроме 2009 года, когда индекс КФХ (104,2%) был практически равен общему индексу 104,6%, а индекс для хозяйств населения был стабильно ниже общего индекса. В течение исследуемого периода, кроме 2009 и 2013 гг., имело место соотношение индексов (КФХ) > (Сельхозорганизации) > (Хозяйства населения). А в 2009 и 2013 гг.: (Сельхозорганизации) > (КФХ ) при сохранение аутсайдерских позиций хозяйств населения.

Таким образом, мы наблюдаем в периоде исследования существенные структурные изменения в аграрном бизнесе применительно к категориям хозяйств.

Заключение

Современное состояние аграрного предпринимательства России характеризуется наличием комплекса функциональных противоречий. Способы их преодоления должны основываться на выявлении, обосновании и осуществлении необходимых структурных изменений систем аграрного бизнеса на всех уровнях его иерархии.

Требования системного подхода в исследованиях аграрного бизнеса определяет необходимость рассмотрения противоречий всех функциональных контуров в едином комплексе, что существенно усложняет задачу их выявления и анализа, идентификации путей преодоления. При решении ряда задач самостоятельный интерес представляют противоречия и отдельных контуров.

[1] Bohman, M., Cooper J. Mullarkey, D. et al. (1999, November). The Use and Abuse of Multifunctionality. Retrieved from: http://www.iatp.org/files/Use_and_Abuse_of_Multifunctionality_The.pdf

[2] Петриков, А.В. (2007). Сельское хозяйство и аграрная политика в России: 1975-2005 гг.. В книге Россия в окружающем мире: 2007 год (С. 15-52). Режим доступа: http://www.rus-stat.ru/stat/207POM_2007_15-52_1.pdf

[3] Сайт Федеральной службы государственной статистики.

[4] Доктрина продовольственной безопасности Российской Федерации, утв. Указом Президента Российской Федерации от 30.01.2010 № 120.

[5] Приказ Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 02.08.2010 г. № 593н «Об утверждении рекомендаций по рациональным нормам потребления пищевых продуктов, отвечающим современным требованиям здорового питания».


Страница обновлена: 19.05.2024 в 01:35:08