Гендерные особенности рынка труда в республиках Северного Кавказа

Хаджалова Х.М.1, Абдулаева З.З.2
1 Институт социально-экономических исследований Дагестанского федерального исследовательского центра Российской академии наук Дагестанский государственный институт народного хозяйства
2 Институт социально-экономических исследований Дагестанского федерального исследовательского центра Российской академии наук Дагестанский государственный университет

Статья в журнале

Экономика труда
Том 6, Номер 4 (Октябрь-Декабрь 2019)

Цитировать:
Хаджалова Х.М., Абдулаева З.З. Гендерные особенности рынка труда в республиках Северного Кавказа // Экономика труда. – 2019. – Том 6. – № 4. – С. 1463-1474. – doi: 10.18334/et.6.4.41228.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=42471886

Аннотация:
Гендерный подход к анализу рынка труда и занятости является объективной необходимостью в связи с существованием диспропорций гендерного характера и их влиянием на состояние и развитие рынка труда. Характер этих диспропорций, связанных с разной оценкой труда мужчин и женщин, распределении профессиональных навыков в соответствии с гендерной принадлежностью, а также существования психо-социальных проблем, делает необходимым создание современной парадигмы социально-экономической политики в сфере занятости населения, поскольку не только нарастают упомянутые диспропорции, но и появляются новые факторы, их усиливающие. В условиях рынка женщины оказываются менее конкурентоспособными в сфере труда, чем мужчины. Признак пола стал одним из решающих факторов дискриминации в сфере наемного труда, распределения власти и собственности, культуры и образования, политической и духовной жизни общества.

Ключевые слова: государственная политика, занятость, социальная напряженность, гендерное неравенство, женский труд, религиозный фактор, патриархальные устои

JEL-классификация: J21, J16, J19



Введение

Обеспечение равенства полов в экономической и других сферах деятельности в настоящее время приобрело особую актуальность во всем мире. На Северном Кавказе, на фоне его трудоизбыточности и высокого уровня социальной напряженности, данная проблема стоит особенно остро. Сложившаяся здесь неблагоприятная ситуация на рынке труда для женщин обусловлена преобладанием в общественном сознании гендерных стереотипов, которые предопределяют отношение к женскому труду, подбору кадров на рабочие места, как на уровне общества, так и руководителей предприятий, а также самих женщин, что порождает ряд социально-экономических и гендерных проблем. В республиках Северного Кавказа, в силу устоявшихся здесь традиций, устоев, менталитета и т.д., гендерные особенности и стереотипы формирования рынка труда и занятости проявляются особенно отчетливо.

Целью исследования является изучение факторов, влияющих на особенности женской занятости в республиках Северного Кавказа и увеличивающих гендерный разрыв на рынке труда в регионе.

Объект исследования – женщины как большая гендерная общность, отличающаяся специфическими демографическими, многоролевыми функциями на рынке труда и определенным социальным статусом.

В статье выделены факторы, влияющие на особенности женской занятости в республиках Северного Кавказа и увеличивающие гендерный разрыв на рынке труда в регионе. Среди основных причин отмечены: влияние религиозного фактора (ислама); наличие «внутренней несвободы» и пассивности женщин Кавказа; негативное влияние патриархальных установок и семейных ценностей; дискриминация по видам деятельности и необходимость получения разрешения на работу от мужчины; консервативность в государственной политике. Обосновано, что основная роль в решении проблемы занятости женщин и повышения их инновационного потенциала должна отводиться государству, что позволит снизить социальную напряженность и обеспечит устойчивый экономический рост в регионах СКФО.

Основное содержание исследования

Одним из ключевых показателей социального развития в мире является Глобальный индекс гендерных различий (Global Gender Gap Index), который впервые был представлен в 2006 году Всемирным экономическим форумом (ВЭФ). Основная цель данного показателя – оценка масштабов гендерных диспропорций и отслеживание их динамики во временном периоде. Так, в 2017 г. ни в одной стране в мире не наблюдалось полного равноправия между мужчинами и женщинами, а уровень Глобального Индекса гендерного неравенства находился на уровне 68,0 %, что ниже, чем в 2016 и 2015 г., 68,3 % и 68,1 %, соответственно. То есть впервые за всю историю оценивания данного индекса произошло его снижение. При текущих темпах развития, как отмечают специалисты ВЭФ, необходимо порядка 100 лет для достижения гендерного равновесия [1].

В общемировом рейтинге Глобального индекса гендерных различий Российская Федерация в 2017 г. оказалась на 71 месте из 144 (69,6 %), заняв позицию между Доминиканской Республикой и Ганой и опустившись на 22 пункта ниже, по сравнению с 2006 г. При этом наибольший разрыв из 4 сфер (экономическая, политическая, медицинская, образовательная), учитываемых для расчета индекса, Россия продемонстрировала в политической сфере (121-е место из 144). Невысокими были позиции в экономической и образовательной сферах – 41 и 50 места, соответственно. Следует отметить, в экономической и политической сферах, наблюдается наибольший разрыв в большинстве стран мира, 58 % и 23 % в 2017 г., соответственно [1].

В разрезе гендерных показателей, отражающих экономическую сферу, по участию рабочей силы Россия занимала 51 место в мировом рейтинге (значение индекса составило 66,7 %), по предполагаемому доходу – 70 место (значение индекса составило 50,9 %), по наличию сотрудников в законодательных органах, старших должностных лиц и менеджеров – 29 позицию (индекс составил 63 %), по профессионально-техническим работникам – 1 место (значение индекса равнялось 100 %) (табл. 1).

В разрезе половых признаков в 2017 г. в РФ в трудовую деятельность было вовлечено 68,6 % женщин и 79,3 % мужчин. При этом доход женщин был на 38,3 % меньше, чем у мужчин. Неравномерным было и распределение позиций, занимаемых мужчинами и женщинами. Так, среди сотрудников законодательных органов, старших должностных лиц и менеджеров было представлено всего 38,7 % женщин и 61,3 % мужчин. Меньше женщин занято и в сфере предпринимательства – 5,1 % против 6,4 % мужчин. Среди лиц с неполной занятостью также доминируют женщины – 10,2 %, против 5,2 %, как и среди молодежи, находящейся вне сферы занятости и образования – 14,5 % и 9,7 %, соответственно (табл. 1, рис. 1).

Таблица 1

Показатели гендерного неравенства в экономической сфере в 2017 г. по РФ

Показатели в экономической сфере
Место в мировом рейтинге
Значение индекса гендерного равенства, %
Уровень вовлеченности в экономическую сферу, %
Женщины
Мужчины
Участие рабочей силы
51
87
68,6
79,3
Предполагаемый доход (по паритету покупательной способности, долл. США)
70
62
17975
29138
Сотрудники законодательных органов, старшие должностные лица и менеджеры
29
63
38,7
61,3
Профессионально-технические работники
1
100
63,2
36,8
Источник: составлено авторами по данным [1].

Рисунок 1. Отдельные показатели вовлеченности на рынке труда в разрезе полов

в России в 2017 г.

Источник: составлено авторами по данным [1].

Более того, необходимо отметить, что в разрезе регионов России также наблюдаются диспропорции на рынке труда. Так, уровень безработицы среди женщин выше среднего значения по России в таких субъектах, как: Южный федеральный округ, Северо-Кавказский федеральный округ, Уральский федеральный округ, Сибирский федеральный округ и Дальневосточный федеральный округ (табл. 2). Особенно напряженная ситуация наблюдалась в Северо-Кавказском регионе, который единственный за 2010–2016 гг. продемонстрировал превышение уровня безработицы среди женщин, по сравнению с мужчинами.

Таблица 2

Уровень безработицы по половым группам в разрезе субъектов РФ, %

Субъекты РФ
Половой признак
2010
2011
2012
2013
2014
2015
2016
В среднем за период, %
Российская Федерация, всего
мужчины
7,9
6,9
5,8
5,8
5,5
5,8
5,7
6,2
женщины
6,8
6,0
5,1
5,2
4,8
5,3
5,3
5,5
Центральный федеральный округ
мужчины
5,2
4,6
3,4
3,6
3,4
3,7
3,8
4,0
женщины
4,1
3,5
2,8
3,0
2,8
3,3
3,3
3,3
Северо-Западный федеральный округ
мужчины
6,8
5,8
4,5
4,9
4,7
5,3
4,8
5,3
женщины
5,1
4,4
3,4
3,7
3,5
4,1
4,4
4,1
Южный федеральный округ
мужчины
7,8
7,2
6,4
6,5
6,3
6,8
6,3
6,8
женщины
7,4
6,8
5,9
6,4
6,2
6,5
6,4
6,5
Северо-Кавказский федеральный округ
мужчины
15,9
13,6
11,9
12,3
10,6
9,9
10,0
12,0
женщины
17,1
15,5
14,4
13,6
11,8
12,5
12,2
13,9
Приволжский федеральный округ
мужчины
8,3
7,1
5,7
5,3
4,8
5,1
5,2
5,9
женщины
6,7
5,9
4,9
4,5
4,2
4,5
4,4
5,0
Уральский федеральный округ
мужчины
8,6
7,1
6,4
6,1
6,2
6,8
6,5
6,8
женщины
7,3
6,5
5,5
5,3
5,3
5,7
5,7
5,9
Сибирский федеральный округ
мужчины
8,9
8,7
7,8
7,5
7,5
8,2
8,2
8,1
женщины
8,4
7,5
6,3
6,9
6,4
7,1
7,7
7,2
Дальневосточный федеральный округ
мужчины
8,9
7,5
7,1
6,8
6,7
6,6
6,4
7,1
женщины
8,2
7,2
6,1
6,1
6,1
5,9
5,3
6,4
Источник: составлено авторами по данным [2].

В настоящее время численность женщин в республиках Северного Кавказа составляет: в Дагестане – 51,9 %, в Республике Ингушетия – 55,3 %, в КБР – 53,3 %, в КЧР – 53,8 %, в Северной Осетии – Алании – 53,8 %, в Чеченской Республике – 50,9 %.

При этом, несмотря на такую тенденцию преобладания численности женщин над мужчинами, в последние десятилетия как в России в целом, так и в республиках Северного Кавказа доля женщин в занятом населении снижается.

Здесь необходимо отметить весьма интересную закономерность, заключающуюся в том, что в республиках Северного Кавказа уровень образования женщин уже с начала 1990-х годов был и остается выше, чем уровень образования мужчин. Юноши чаще, чем девушки, оставляют школу, не окончив ее полный курс, т.е. останавливаются на уровне 8–9 классов. Анализ состава студентов государственных вузов республик Северного Кавказа показал, что с 1995 г. неуклонно повышалась доля студенток-девушек, обучающихся на факультетах, которые считались традиционно мужскими, в том числе: математики, физики, информатики, экономики, юриспруденции, инженерно-технических специальностей и др. При этом доступ к высшему образованию и овладению «мужскими» профессиями женщины рассматривают не только из экономических соображений, а уже как неотъемлемую часть их общекультурного развития и «брачного капитала» [3] (Akkieva,2012; p. 247–250).

Несмотря на наблюдающуюся тенденцию повышения уровня образования и квалификации, женщины остаются одной из наиболее уязвимых категорий на рынке труда. Причин этому несколько: в первую очередь, это связано с тем, что во всех республиках на рынке избыточное предложение мужской рабочей силы, что ведет к выдавливанию женщин с рынка труда. Рынок труда к женщине жестче, подавляющее большинство женщин, ищущих работу, сталкиваются с откровенной дискриминацией, женщин в первую очередь увольняют при сокращении штатов, им сложнее найти работу из‑за негласной дискриминации по половому признаку (работодатель предпочтет взять на работу мужчину, так как он не будет уходить в декрет или же брать больничный из‑за болезни ребенка или другого члена семьи). Как следствие – Северо-Кавзказский регион единственный из всех округов России демонстрирует превышение уровня женской безработицы над мужской (13,9 % против 12 % в среднем за период с 2010 по 2016 гг.) [4].

В настоящее время на Северном Кавказе, как и в других федеральных округах Российской Федерации, работающих в рамках одного правового поля, законодательно закреплено равенство прав и возможностей мужчин и женщин. Так, в Российской Федерации принята «Национальная стратегия действий в интересах женщин на 2017–2022 годы», ратифицированы «Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин», принятая Организаций Объединенных Наций от 18.12.1979 г., «Декларация тысячелетия Организации Объединенных Наций», «Пекинская декларация», создан координационный совет Министерства труда России по гендерным проблемам и др.

В частности, в «Национальной стратегии действий в интересах женщин на 2017–2022 годы» для улучшения экономического положения женщин и повышения их благосостояния закреплены такие мероприятия [5]:

предоставление возможности обучения и переобучения различного рода профессиям безработным женщинам, а также женщинам, находящимся в отпуске по уходу за ребенком до 3 лет, для их дальнейшего трудоустройства;

– активизация мероприятий по вовлечению женщин в предпринимательскую деятельность, обучение навыкам предпринимательства и цифровым навыкам в сфере цифровой экономики, пропаганда успешных историй женщин-предпринимателей;

– организация мероприятий по привлечению женщин к изучению естественных и математических наук с последующим их вовлечением в наукоемкие и технологические отрасли путем проведения специальных ярмарок вакансий;

– сокращение числа женщин, имеющих вредные или опасные условия труда;

– проведение различных конкурсов среди деловых и ведущих активную социальную деятельность женщин в разных регионах России;

– создание специальных центров, предоставляющих информацию женщинам о трудовых правах, о мероприятиях по улучшению условий их труда;

– заключение социальных контрактов с малообеспеченными женщинами, а также женщинами с детьми с целью предоставления им социальной поддержки.

Однако на сегодняшний день Северо-Кавказский регион демонстрирует глубочайшее противоречие между защищающей интересы женщин стратегией, обеспечивающей им наличие равных с мужчинами прав, с одной стороны, и фактической дискриминацией женских прав на рынке труда – с другой. Это отразилось на специфике видов деятельности, в которых заняты женщины в СКФО: сельское хозяйство, сфера образования, здравоохранение и торговля, представляющие собой самые низкооплачиваемые отрасли. Среди основных причин, влияющих на особенности женского труда в СКФО можно обозначить:

1. Сильное влияние религиозного фактора (ислама). Некоторые исследователи обращают внимание на тот фактор, что в последнее время наблюдается арабизация женщин в СКФО. По сравнению с советским периодом, когда большее воздействие оказывал традиционализм, в последнее время ислам оказывает все большее влияние. В тоже время исследователи отмечают наличие противоречий по поводу равноправного участия женщин в политической и экономической сферах между мусульманскими учеными и духовными лицами. Так, официальные представители мусульманских учреждений признают равенство женщины при участии в политической и общественной жизни, а духовные лица (имамы, шейхи) склоняются к мнению, что женщины должны иметь ограниченный доступ к власти [6] (Sirazhudinova, 2013).

В результате указанных противоречий процент занятости женщин в сфере управления очень низок. В частности, в Республике Дагестан в сфере государственного управления и обеспечения военной безопасности в 2016 г. было занято всего 6,1 % женщин от общего числа занятых женщин. Руководящие позиции занимали 25,4 % женщин от общего числа руководителей. Однако в общем числе занятых женщин этот показатель составил всего 1,7 % против 5 % у мужчин [2].

2. Наличие «внутренней несвободы», пассивность женщин Кавказа. По данным социологического исследования, проведенного в Республике Дагестан, только половина участвующих в опросе женщин выразила желание иметь равные права с мужчинами, при этом порядка 90 % женщин отметили, что их права нарушаются как в частной, так в трудовой сферах. То есть налицо внутреннее противоречие, когда женщины не только не хотят бороться за равные права, но даже выступают против этого [6; 8] (Sirazhudinova, 2013; Shoranova, 2012; р. 166).

3. Патриархальные установки и семейные ценности. В СКФО намного жестче, чем в других федеральных округах России на социально-экономическую жизнь оказывают влияние традиции, обычаи, ритуалы. На первом месте для 80 % женщин стоит семья, затем идут работа, образование и религия. Также, большинство женщин выразили мнение о том, что работа на руководящих должностях и в политике для них нежелательна [6] (Sirazhudinova, 2013).

Следует также отметить, что среди старшего поколения 90 % респондентов позволили бы женщине работать, а среди молодежи – только 64 %. Однако в разрезе субъектов СКФО существуют различия во взглядах. Так, к примеру, в Ингушетии 45,8 % старшего поколения является более патриархальным и полагает, что желания мужчин первостепенны во взаимоотношениях с женщинами [7] (Anohina).

В тоже время в Кабардино-Балкарии и Адыгее мужчины ориентированы на равенство в отношениях с женщинами, 51,8 % и 58,3 %, соответственно. Также существуют различия во взглядах на экономическую активность и равноправие женщины в селах и городах. В частности, по результатам исследования всего 13,1 % сельских жителей и 30,1 % городских считает женщин экономически активными и самостоятельными [8] (Shoranova, 2012; р. 166).

Более того, при выборе отца, кому дать образование – отличнице дочери или лентяю сыну, только 59 % отправили бы дочь на учебу, а среди опрошенной молодежи этот показатель составил 49 %. Девушки и женщины лишены права принимать решения относительно своего будущего, им редко разрешают получать высшее образование и выезжать на учебу за пределы страны. Полученные результаты свидетельствуют о том, что новое поколение менее лояльно к правам женщин [9] (Bazaeva).

4. Дискриминация по видам деятельности и необходимость получения разрешения на работу от мужчины. Правительством России в 2000 г. было принято Постановление № 162 «Об утверждении перечня тяжелых работ и работ с вредными или опасными условиями труда, при выполнении которых запрещается применение труда женщин», что сократило список профессий для женщин на 456 видов [10].

Следует отметить, что на Северном Кавказе этот перечень значительно шире, так как девочек с детства настраивают на то, что у них иное предназначение и они должны выбирать исключительно женские профессии. Более того, даже если девушка получила хорошее образование, то работать она может только с разрешения родственника-мужчины, что делает ее экономически зависимой. Очень часто случается так, что женщина вынуждена работать на не престижных работах, чтобы прокормить детей, поскольку у мужчин на Кавказе считается постыдным работать на не престижных работах [7] (Anohina).

5. Предпочтения при трудоустройстве в СКФО отдаются мужчинам даже в том случае, если уровень образования и квалификации женщины, претендующей на аналогичную должность, значительно выше. Так, как отмечает И. Булатова, женщине, чтобы устроиться на работу необходимо быть умнее, активнее, иметь высокий профессиональный уровень. И если есть свободная вакансия, на которую претендуют три женщины, при этом каждая из которых имеет по два диплома о высшем образовании, и один мужчина, который закончил техникум, то на работу возьмут именно его [11] (Bulatova).

6. Консервативность в государственной политике. Регион по-прежнему характеризуется низким уровнем социально-экономических и культурных новаций, медленным развитием процессов либерализации, отсутствием политических перемен в статусе женщин, партийной конкуренции, политики развития инновационного потенциала женщин. Все это усиливает социально-экономическую напряженность в СКФО [12] (Butaeva, 2012; р. 48).

Все отмеченные факторы еще больше занижают самооценку женщин и обостряют социальную напряженность в регионах Северного Кавказа.

Основные результаты

Решение гендерного вопроса в регионах СКФО требует, прежде всего, наличия последовательной государственной политики, основными целями которой должно стать: обеспечение защиты прав женщин и преодоление гендерного разрыва на трудовом рынке, в экономической, политической, научной и образовательной сферах; развитие инновационного потенциала кавказских женщин. При этом развитию инновационного потенциала женщины на Северном Кавказе, по мнению М.А. Бутаевой, должна отводиться особая роль, поскольку это будет способствовать обеспечению структурных сдвигов в экономической, политической и социальной отраслях [12] (Butaeva, 2012; р. 48).

Рекомендации

Для преодоления гендерного разрыва и формирования инновационного потенциала у кавказских женщин на уровне государства необходимо выполнить ряд условий:

– обеспечить женщинам свободный выбор жизненных стратегий в личной, социальной, экономической, политической и других сферах деятельности;

– расширить возможности для доступа к руководящим позициям, в политические партии; позволить участвовать и принимать решения по развитию в научной, технологической, образовательной, экономической и других сферах;

– расширить возможности для повышения уровня образования (в том числе гендерного просвещения) и квалификации;

– обеспечить равные возможности для карьерного роста наряду с мужчинами;

– гарантировать равную оплату труда на одинаковых с мужчинами позициях;

– мотивировать женщин для участия в предпринимательской деятельности и предоставить женскому бизнесу государственную поддержку;

– увеличить количество государственных и неправительственных организаций, защищающих права женщин, занимающихся просветительской деятельностью в сфере гендерного права;

– расширить возможности женщин для участия в различных конкурсах, грантах и других экономических и научных проектах.

Такое преодоление влияния религиозного и патриархального факторов, усиление государственной воли при решении гендерных проблем обеспечит субъектам СКФО снижение социальной напряженности и устойчивое экономическое развитие.


Источники:

Global Gender Gap Report 2017. World Economic Forum. [Электронный ресурс]. URL: http://www3.weforum.org/docs/WEF_GGGR_2017.pdf ( дата обращения: 16.07.2019 ).
Трудовые ресурсы. Федеральная служба государственной статистики. [Электронный ресурс]. URL: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/wages/labour_force/# ( дата обращения: 16.07.2019 ).
3. Аккиева С. Женщины Северного Кавказа в изменяющихся условиях // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. – 2012. – № 5. – С. 247-250.
Статистический ежегодник. Труд. Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Республике Дагестан. [Электронный ресурс]. URL: http://dagstat.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_ts/dagstat/ru/publications/official_publications/ electronic_versions ( дата обращения: 16.07.2019 ).
Национальная стратегия действий в интересах женщин на 2017-2022 годы. Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации. [Электронный ресурс]. URL: https://rosmintrud.ru/docs/1289.
Сиражудинова С. Гендерная политика в республиках Северного Кавказа: современные тенденции. Perspektivy.info. [Электронный ресурс]. URL: http://www.perspektivy.info/rus/nashe/ gendernaja_politika_v_respublikah_severnogo_kavkaza_sovremennyje_tendencii_2013-12-05.htm ( дата обращения: 19.08.2019 ).
Анохина С. Права женщин на Кавказе: ничего лишнего. Opendemocracy.net. [Электронный ресурс]. URL: https://www.opendemocracy.net/od-russia/svetlana-anohina/prava-zhenzhin-na-kavkaze ( дата обращения: 19.08.2019 ).
Шоранова З.В. Гендерное равенство в культурно-историческом развитии народов Северного Кавказа. - Нальчик: Изд-во М. и В. Котляровых (Полиграфсервис и Т), 2012. – 166 с.
Базаева В. Женщины и деньги. Особенности экономического насилия на Северном Кавказе. Womenfd.com. [Электронный ресурс]. URL: http://womenfd.com/economy ( дата обращения: 01.08.2019 ).
«Об утверждении перечня тяжелых работ и работ с вредными или опасными условиями труда, при выполнении которых запрещается применение труда женщин». Постановление Правительства РФ от 25.02.2000 г. № 162. Гарант. [Электронный ресурс]. URL: http://base.garant.ru/181761/#friends#ixzz5FqG0Si1S. ( дата обращения: 16.07.2019 ).
Булатова И. Чего хочет кавказская женщина?. Aif.ru. [Электронный ресурс]. URL: http://www.aif.ru/society/41312 ( дата обращения: 01.09.2019 ).
Бутаева М.А. Инновационный потенциал женщины как фактор социально-политической трансформации: (на материалах республик Северного Кавказа). / автореф. дис.,.. д-ра полит. наук. - Москва, 2012. – 48 с.
13. Хаджалова Х.М., Савзиханова С.Э. Качество человеческого капитала: гендерный аспект // Креативная экономика. – 2018. – № 4. – С. 481-490. – doi: 10.18334/ce.12.4.39056.

Страница обновлена: 09.10.2020 в 19:18:17