Энергетический переход и его особенности в Южно-Африканской Республике

Раков И.Д.1
1 Научно-исследовательский финансовый институт Министерства финансов Российской Федерации

Статья в журнале

Экономические отношения (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 12, Номер 4 (Октябрь-декабрь 2022)

Цитировать:
Раков И.Д. Энергетический переход и его особенности в Южно-Африканской Республике // Экономические отношения. – 2022. – Том 12. – № 4. – doi: 10.18334/eo.12.4.116515.

Аннотация:
В статье рассматривается опыт Южной Африканской Республики по энергетическому переходу, который актуализируется мировыми тенденциями и множеством проблем в энергетической отрасли данной страны (изношенность электрических сетей, отсутствие доступа у населения к электричеству и производство электроэнергии за счет угольных электростанций). Проводится исторический анализ принимаемых инициатив органами государственной власти и их результаты. Оценены принимаемые ЮАР обязательства по снижению парниковых газов и их выполнение. Также в настоящей статье выявлены возможные положительные и отрицательные стороны проводимой политики по энергопереходу. Сделан вывод о необходимой модернизации не только энергетического сектора данной страны, а экономики в целом. При этом основной движущей силой должен стать не частный сектор, а государство

Ключевые слова: возобновляемые источники энергии, зеленая экономика, изменение климата, государственная политика, Южная Африка нская Республика

JEL-классификация: F63, F64, Q01, Q56, N77



Введение

Актуальность данного исследования заключается в том, что энергопереход является одним из трендов мировой экономики, что отражено в Целях устойчивого развития 2015 г. Таким образом, актуально рассмотреть опыт по энергопереходу Южной Африканской Республики (далее ЮАР), которая является промышленно развитой страной Африки и занимает лидирующие положение по выбросу углерода. В частности, 80% всей производимой электроэнергии в стране производится за счет угольных электростанций [1].

Тематика энергоперехода в настоящее время является широко обсуждаемой в научных кругах ( [2, с. 56]; [3]; [4]; [5]; [6]; [7]; [8]). Под энергопереходом понимаются структурные изменения в энергобалансах стран, где вытесняются старые первичные источники энергии на новые. При этом в последнее время основной акцент по энергопереходу смещен к возобновляемым источникам энергии [9]. Согласно мировому сообществу (например, ООН) энергопереход к возобновляемым источникам энергии несет преимущества [10; 11]: снижение выбросов парниковых газов и предотвращение изменения климата, отход от использования от ископаемого топлива, создание новых отраслей промышленности и рабочих мест. Но есть и противоположные мнения: нестабильность выработки энергии; необходимость добычи металлов для производства аккумуляторов, что ухудшает экологическую ситуацию [12]; отсутствие технологий по стабильному производству и хранению энергии; создание искусственного энергетического дефицита [13]; многие производственные процессы не могу обойтись без ископаемого топлива (например, черная металлургия).

Цель настоящего исследования – выявить особенности энергоперехода в ЮАР, а также определить возможные положительные и отрицательные стороны данной политики. Методологическую основой статьи составляет ретроспективный анализ.

Научная новизна исследования состоит в том, что на основе рассматриваемого опыта ЮАР выявлены основные этапы энергоперехода и его особенности.

Основные этапы по энергетическому переходу в Южной Африке

Наследие апартеидной политики не было уничтожено в части электроснабжения населения, несмотря на цель Национального плана по электрификации – 100% доступ к электричеству для домохозяйств с низким уровнем дохода к 2003 году. Например, в настоящее время 14% южноафриканцев не могут получить надлежащий доступ к электроэнергии. Или на 2017 год у 25% сельского населения полностью отсутствует электричество, а автономная генерация имеет незначительную долю [14, с. 40].

Первую свою политику по перестройке и либерализации отрасли электроснабжения правительство представило в дорожной карте 1998 года. Однако не одна из целей данного документа не была реализована из-за противоречий между федеральными, региональными и муниципальными органами власти, например, национальная энергетическая компания (Eskom) и муниципалитеты, которые являются основными действующими лицами, не хотели никаких перестроек [15].

Стоит отметить, что национальная энергетическая компания Eskom находится в ужасном состоянии: сильно изношенные электросети, что привело к веерным отключениям электроэнергии во многих районах ЮАР; огромная задолженность перед кредиторами (более 400 млрд рэндов); инвестиционный рейтинг «Standard & Poor» ниже инвестиционного уровня. Это связано с плохим управлением данной компании, нецелевым использованием денежных средств, с нерешенными вопросами технического обслуживания сетей и отсутствием квалифицированного персонала [16; 17].

Несмотря на подписание Киотского протокола в 2002 году, страна не взяла на себя официально обязательства по сокращению эмиссии парниковых газов. Но на конференции «Climate Change Conference» (COP17) в 2011 году президент ЮАР заявил об амбициозных планах по выполнению требований Киотского протокола при условии оказания международной финансовой помощи. В итоге в новой дорожной карте был предложен национальный план в ответ на изменение климата (National Climate Change Response White Paper), который был направлен на переход к низко углеродной экономике [14]. В частности, программа указывала на необходимость внедрения налога на выбросы углеродов и приоритетности реализации комплексного плана по использованию ресурсов (Integrated Resource Plan, IRP) [18].

Комплексный план по использованию ресурсов (Integrated Resource Plan, IRP) для генерации электроэнергии был представлен в 2010 году, который предполагал строительство электростанций, использующих возобновляемые источники энергии, общей мощностью 25 ГВт до 2030 года. Но план был приостановлен на семь лет, и только в 2019 году он был пересмотрен, но сроки реализации плана были сохранены. Новый план включил в себя не только строительство экологически чистых электростанций, но и списание старых угольных электростанций [15].

Плану IRP, утвержденный в 2019 году, установил достижение следующих целевых показателей к 2030 году [19]:

- угольная энергетика 33364 МВт (43% в общем энергобалансе);

- атомная энергетика 1860 МВт (2,4% в общем энергобалансе) – строительство новых объектов по ядерной энергетике в ЮАР не предвидится [15].

- гидроэнергетика 4600 МВт (5,8% в общем энергобалансе);

- гидроаккумулирование энергии 5000 МВт (6,4% в общем энергобалансе);

- солнечная фотоэлектрическая энергетика 8288 МВт (10,5% в общем энергобалансе);

- газовые электростанции 6380 МВт (8,1% в общем энергобалансе);

- ветроэнергетика 17742 МВт (22,5% в общем энергобалансе);

- концентрированная солнечная энергия 600 МВт (0,6% в общем энергобалансе).

Стоит отметить, что план IRP не дает конкретных цифр по стоимости энергоперехода. Прогнозирование в рамках плана осуществлялось только для оценки ожидаемого спроса на электричество (на основе регрессионной модели) [20], для оценки сокращения выбросов СО2 [19], для оценки стоимости строительства новых электростанций [21] и для анализа социально-экономических последствий [22].

Налог на выбросы углеродов от сжигания ископаемого топлива был введен только в феврале 2019 года в рамках промышленного производства и добычи угля. Но налог оказался не эффективен в рамках борьбы с выбросами углеводорода, так как на первом этапе (продлится до 2022 года) внедрения смог охватить не более 5% всех выбросов [16].

С целью реализации комплексного плана по использованию ресурсов в 2011 году была запущена Программа по закупкам электроэнергии из возобновляемых источников у независимых производителям (Renewable Energy Independent Power Producer Procurement Programme, REIPPPP). Согласно данной программе, независимые производители электроэнергии за счет возобновляемых источников могут на конкурсной основе продать генерируемое электричество в сеть, а в 2013 году внедрена программа для малых производителей электроэнергии. При этом количество закупаемой электроэнергии лимитируется государством (не более 1800 МВт) [23].

В 2015 году под давлением мировой общественности ЮАР подписывает Парижское соглашение [24] (рост парниковых газов в ЮАР за 1990-2017 гг. составил 41%), заявляя о достижении плато по парниковым газам в объеме 614 Мт СО2 к 2030 г. [25] (на 2015 г. объем выбросов составил 457 Мт СО2, а на 2020 – 435 Мт СО2 [26]). Таким образом, страна не взяла на себя никакие официальные обязательства по данному вопросу. В 2021 г. ЮАР обнародовала более «амбициозные планы», как заявлено в СМИ, по сокращению парниковых газов: до 398-510 Мт СО2 к 2025 г. и до 350-420 Мт СО2 к 2030 г. [27] – сокращение парниковых газов примерно на 3,5% по сравнению с 2020 годом.

Но несмотря на новые заявленные «амбициозные цели» по сокращению парниковых газов, ЮАР продолжила углеродоемкие инвестиции [16]. Например, правительство Южной Африки в начале 2020 г. выделил финансирование в размере 637,41 млн долларов США на поддержку ископаемого топлива, в то время как финансирование на поддержку чистой энергетики не предполагается вообще [28].

С ухудшением общественного мнения по использованию угля в промышленности и генерации электроэнергии угледобывающая промышленность ЮАР в 2018 году разработала «Национальную угольную стратегию Южной Африке» (National Coal Strategy for South Africa). В частности, в стратегии указывается экономическая целесообразность угольных технологий и их преимущества перед генерацией электроэнергии из возобновляемых источников, а решения проблем с выбросами загрязняющих веществ в стратегии видится с помощью чистых угольных технологий [29].

Однако в стране растет осознание увядания угольной отрасли несмотря на то, что Министерство полезных ископаемых и энергетики (Department of Mineral Resources and Energy, DMRE) не теряет надежду на использование чистых угольных технологий [15].

С 2020 году принята новая Программа закупок электроэнергии у независимых производителей по снижению рисков (Risk Mitigation Independent Power Producer Procurement Programme, RMIPPPP). Программа разрешила закупать национальной энергетической компании Eskom электроэнергию у частных производителей (не более 2000 МВт), но при этом генерация электроэнергии разрешается из любых источников, в том числе за счет сжигания ископаемого топлива [16].

В 2021 г. вносится поправка в Закон о регулировании электроэнергии в Южной Африке (South African Electricity Regulatory Act, ERA), которая освобождает от лицензирования деятельность по распределенной генерации электроэнергии до 100 МВт (до этого был 1 МВт). Однако в 2022 году уже вносится в данный закон целый ряд поправок, которые закладывают модель конкурентноспособной мультирыночной энергосистемы [30]. В частности, новая модель будет включать следующие элементы: создание недискриминационной платформы по купле-продаже электроэнергии на почасовой и на ежедневной основе; предоставлено право заключать двусторонние сделки лицензируемым производителям на производство электроэнергии с потребителями и торговцами; установлена возможность совершать организованные сделки по покупке электроэнергии и оказании вспомогательных услуг у производителей через центральное закупочное агентство [31].

При это в Южной Африке до сих пор отсутствует механизм по продаже избыточной электроэнергии в сеть из возобновляемых источников, что сдерживает развитие генерации электроэнергии из возобновляемых источников [23].

Одним из успехов в проделанной правительством ЮАР работы по энергопереходу можно отметить факт привлечения международного финансирования. В частности, в конце 2021 года партнерство по справедливому энергетическому переходу, в котором участвуют Франция, Германия, Великобритания, США и ЕС, предоставило ЮАР 8,5 млрд долл. США для поддержки проектов по возобновляемой энергетике [1].

Положительные эффекты от энергоперехода на возобновляемые источники электроэнергии в ЮАР:

- Возможность легкого получения финансирования под проекты, связанные с возобновляемой энергетикой.

- Сокращение смертности населения и улучшение его здоровья за счет сокращения выбросов загрязняющих веществ из-за использования ископаемого топлива [32, с. 21-22].

- Энергопереход может способствовать предотвращению изменения климата, что послужит восстановлению водных ресурсов в ЮАР, то есть сократится уровень засухи (согласно докладу Межправительственной группы экспертов по изменению климата (МГЭИК)) и снизится загрязненность вводных ресурсов из-за добычи угля. Следовательно, не потребуется огромных инвестиций на очистку воды [16, с. 27-28].

- Отсутствие перспективы у угольной отрасли в долгосрочном периоде: теряются экономические преимущества угольных электростанций перед новыми и «чистыми» источниками электроэнергии. Например, стоимость одного кВт электроэнергии из возобновляемых источников значительно упала – на 23%-70% по сравнению с 2010 годом. И ОЭСР предсказало, что в течении 5 лет ископаемое топливо уже не сможет конкурировать с возобновляемыми источниками электроэнергии [14, с. 31].

- Возможность внедрения децентрализованной электросети в ЮАР. Электрогенераторы, работающие на возобновляемых источниках электроэнергии, более мобильны, чем угольные электростанции, и позволяют разместить источники электроэнергии в отдаленных районах страны, что приведет к снижению затрат на энергораспределительную инфраструктуру [14, с. 33].

- Южноафриканские научные институты доказывают, что переход на возобновляемые источники энергии с внедрением технологий хранения электроэнергии является оптимальным вариантом для инвестиций и надежным вариантом энергоснабжения страны. Это позволит сократить вредные выбросы в атмосферу, создаст рабочие места и локализует производственно-сбытовые цепочки [16].

Отрицательные последствия от энергоперехода на возобновляемые источники электроэнергии в ЮАР:

- Для развития генерации электроэнергии из возобновляемых источников в ЮАР считается, что нужно разделить компанию Eskom на три подразделения: генерация электроэнергии, передача электроэнергии и реализация – это должно будет повысить эффективность работы энергетической отрасли и облегчит поставку в сеть электроэнергии из возобновляемых источников. Однако ожидается повышение затрат у миллионов налогоплательщиков (разделение планируется завершить к концу 2022 года) [23].

- Правительство, члены партии АНК [1] и профсоюзы считают, что при энергетическом переходе исчезнут рабочие места. Так как экономика ЮАР зависима от добычи энергоресурсов и большая часть сельского населения – это шахтерские города, следовательно любое изменение в энергобалансе может повлечь катастрофические последствия [1].

- Для поддержания устойчивого электроснабжения из возобновляемых источников при отказе ЮАР от угля, как основного энергетического источника, необходимы огромные емкости для хранения электроэнергии. На настоящие время прогресс по разработке и коммерциализации данных емкостей сделал определенные успехи, но с точки зрения финансовой целесообразности данные технологии далеки от идеала, особенно для развивающихся стран [1].

Выводы

На основе проанализированного опыта ЮАР по энергетическому переходу можно сделать несколько выводов. Во-первых, основным источником получения электроэнергии в ЮАР выступает каменный уголь, и за последние 30 лет структура энергобаланса страны не сильно изменилась. Однако энергетическая отрасль в ЮАР находится в плачевном состоянии и требует модернизации. Во-вторых, южноафриканское правительство пытается произвести либерализацию энергетической отрасли, то есть создать рынок электроэнергии со множеством участников. При этом возобновляемые источники энергии на этом рынке должны играть значительную роль и должны заменить собой частично старые угольные электростанции. В-третьих, существуют множество нерешенных проблем, возникающих при переходе на возобновляемые источники энергии: потеря работы для большой части населения из-за сокращения угольной промышленности; сложность хранения электроэнергии из возобновляемых источников и др.

Таким образом, энергопереход в Южной Африканской Республике должен быть не точечным процессом, как в настоящие время: замена угля на возобновляемые источники энергии и создание рынка электроэнергии для частных компаний, что приведет к большой потери рабочих мест, подорожанию электроэнергии и дальнейшему изнашиванию электросетей.

Стране требуется комплексная модернизация всей экономики (создание новых рабочих мест в других отраслях промышленности) с восстановлением энергетической инфраструктуры. При этом эти вопросы в первую очередь должно решать только государство, так как частный сектор ориентируется на прибыль, а не на решение вопросов связанных с благополучием граждан: доступ к «чистой» и дешевой электроэнергии.

[1] Африканский национальный конгресс или АНК (The African National Congress, ANC) – социально-демократическая партия в ЮАР, которая находится у власти с 1994 года.


Источники:

1. South Africa’s just energy transition: A balancing act. Siseko Maposa // Mail & Guardian Online. [Электронный ресурс]. URL: https://mg.co.za/opinion/2021-11-28-south-africas-just-energy-transition-a-balancing-act/ (дата обращения: 04.05.2022).
2. Кранина Е. И. Китай на пути к достижению углеродной нейтральности // Финансовый журнал. – 2021. – № 5. – c. 51–61. – doi: 10.31107/2075-1990-2021-5-51-61.
3. Бушукина В. И. Особенности развития возобновляемой энергетики в мире и в России // Финансовый журнал. – 2021. – № 5. – c. 93–107. – doi: 10.31107/2075-1990-2021-5-93-107.
4. Онуфриева О.А. Цели энергоперехода - единые или // Известия Санкт-Петербургского государственного экономического университета. – 2022. – № 2(134). – c. 101-106.
5. Федоров В. Политические и экономические аспекты концепции // Энергетическая политика. – 2022. – № 4 (170). – c. 68-81.
6. Мастепанов А., Сумин А., Чигарев Б. Австралийский путь энергоперехода // Энергетическая политика. – 2022. – № 2(168). – c. 26-43. – doi: 10.46920/2409-5516_2022_2168_26.
7. Кабир Л.С., Яковлев И.А. Обоснование климатической повестки и энергоперехода в зарубежных исследованиях: формирование институциональной среды // Ученые записки Международного банковского института. – 2022. – № 1(39). – c. 7-22.
8. Шепелев Г.В. Энергопереход: подходы к формированию повестки исследований для российской // Управление наукой: теория и практика. – 2022. – № 1. – c. 101-121. – doi: 10.19181/smtp.2022.4.1.6..
9. Энергетический переход. Wikipedia. [Электронный ресурс]. URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%AD%D0%BD%D0%B5%D1%80%D0%B3%D0%B5%D1%82%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9_% (дата обращения: 08.09.2022).
10. Глава ООН предложил план перехода на возобновляемые источники энергии. Оон. – 2022. [Электронный ресурс]. URL: https://news.un.org/ru/story/2022/05/1424072 (дата обращения: 08.09.2022).
11. Достойные рабочие места и Справедливый переход к ветроэнергетике. IndustriALL. – 2022. [Электронный ресурс]. URL: https://www.industriall-union.org/ru/dostoynye-rabochie-mesta-i-spravedlivyy-perehod-k-vetroenergetike (дата обращения: 08.09.2022).
12. Saleem H. Ali. Deep sea mining: the potential convergence of science, industry and sustainable development?. Sustainability Community. – 2020. [Электронный ресурс]. URL: https://sustainabilitycommunity.springernature.com/posts/deep-sea-mining-the-potential-convergence-of-science-industry-and-sustainable-development (дата обращения: 08.09.2022).
13. Энергопереход к катастрофе. Ведомости. – 2022. [Электронный ресурс]. URL: https://www.vedomosti.ru/opinion/quotes/2022/06/29/929151-energoperehod-katastrofe (дата обращения: 08.09.2022).
14. Lawrence A. South Africa's Energy Transition. - Palgrave Pivot, 2020. – 177 p.
15. South Africa’s Energy Policies: Are Changes Finally Coming?. Édito Énergie. – Paris: Ifri, 2020. [Электронный ресурс]. URL: https://www.ifri.org/sites/default/files/atoms/files/yelland_south_africa_energy_policies_2020.pdf (дата обращения: 04.05.2022).
16. Policies & action. Climate Action Tracker. – 2021. [Электронный ресурс]. URL: https://climateactiontracker.org/countries/south-africa/policies-action/ (дата обращения: 05.05.2022).
17. Шарова А.Ю. Электроэнергетические рынки Африки: современное состояние и проблемы развития // Экономические отношения. – 2020. – № 4. – c. 1157-1174. – doi: 10.18334/eo.10.4.111161.
18. National Climate Change Response. White Paper. [Электронный ресурс]. URL: https://www.gov.za/sites/default/files/gcis_document/201409/nationalclimatechangeresponsewhitepaper0.pdf (дата обращения: 12.05.2022).
19. Integrated Resource Plan. Department Of Energy. – 2019. [Электронный ресурс]. URL: http://www.energy.gov.za/IRP/2019/IRP-2019.pdf (дата обращения: 05.05.2022).
20. Forecasts for electricity demand in South Africa (2017 – 2050) using the CSIR sectoral regression model for the integrated resource plan of South Africa. Department Of Energy. – 2017. [Электронный ресурс]. URL: http://www.energy.gov.za/IRP/irp-update-draft-report2018/CSIR-annual-elec-demand-forecasts-IRP-2015.pdf (дата обращения: 16.05.2022).
21. Report on high level costing for collector stations for generation prepared for input into the Integrated Resource Plan. Department Of Energy. – 2017. [Электронный ресурс]. URL: http://www.energy.gov.za/IRP/irp-update-draft-report2018/Report-High-Level-Costing-for-Collector-Stations.pdf (дата обращения: 16.05.2022).
22. Socio-Economic Impact Assessment System (SEIAS). Draft Final Impact Assessment. Department: Planning, Monitoring and Evaluation. – 2018. [Электронный ресурс]. URL: http://www.energy.gov.za/IRP/irp-update-draft-report2018/AnnexureE-IRP-SEIAS-Draft-as-Approved-by-DPME.pdf (дата обращения: 16.05.2022).
23. Fontana L., Khumalo M., Dladla Y. The Renewable Energy Law Review: South Africa. The Law Reviews. – 2021. [Электронный ресурс]. URL: https://thelawreviews.co.uk/title/the-renewable-energy-law-review/south-africa (дата обращения: 05.05.2022).
24. South Africa signs Paris Agreement on Climate Change in New York. Department of Forestry, Fisheries and the Environment. – 2016. [Электронный ресурс]. URL: https://www.dffe.gov.za/mediarelease/southafricasignsparisagreementonclimate (дата обращения: 05.05.2022).
25. South Africa proposes reduced 2030 greenhouse gas emission targets. Reuters. – 2021. [Электронный ресурс]. URL: https://www.reuters.com/article/us-climate-change-safrica-emissions-idUSKBN2BM16D (дата обращения: 18.05.2022).
26. Carbon dioxide emissions from fossil fuel and industrial purposes in South Africa from 1970 to 2020. Statista. [Электронный ресурс]. URL: https://www.statista.com/statistics/486073/co2-emissions-south-africa-fossil-fuel-and-industrial-purposes/ (дата обращения: 18.05.2022).
27. STATEMENT: South Africa’s Climate Commitment Much More Ambitious Than Before. World Resources Institute. [Электронный ресурс]. URL: https://www.wri.org/news/statement-south-africas-climate-commitment-much-more-ambitious (дата обращения: 04.05.2022).
28. South Africa. Energypolicytracker.org. – 2022. [Электронный ресурс]. URL: https://www.energypolicytracker.org/country/south-africa/ (дата обращения: 04.05.2022).
29. National Coal Strategy for South Africa. Chamber of Mines of South Africa. – 2018. [Электронный ресурс]. URL: https://www.mineralscouncil.org.za/component/jdownloads/send/25-downloads/535-coal-strategy-2018 (дата обращения: 16.05.2022).
30. What will drive South Africa’s Energy Transition? 3 Factors to Watch. Energy For Growth Hub. – 2022. [Электронный ресурс]. URL: https://www.energyforgrowth.org/memo/what-will-drive-south-africas-energy-transition-3-factors-to-watch/ (дата обращения: 07.05.2022).
31. Electricity Regulation Amendment Bill points to far-reaching structural changes. Creamer Media. – 2022. [Электронный ресурс]. URL: https://www.engineeringnews.co.za/article/electricity-regulation-amendment-bill-points-to-far-reaching-structural-changes-2022-02-11/rep_id:4136 (дата обращения: 07.05.2022).
32. South Africa's Energy Fiscal Policies: An inventory of subsidies, taxes, and policies impacting the energy transition. International Institute for Sustainable Development. – 2022. [Электронный ресурс]. URL: https://www.iisd.org/system/files/2022-01/south-africa-energy-subsidies.pdf (дата обращения: 16.05.2022).

Страница обновлена: 03.11.2022 в 13:26:22