Преобразование АПК в результате применения инновационных и государственных механизмов – стратегические приоритеты развития и сглаживания социально-экономического уровня Белгородской области

Камышанченко Е.Н.1, Мазурек А.М.1
1 Белгородский государственный национальный исследовательский университет

Статья в журнале

Продовольственная политика и безопасность (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 2, Номер 1 (Январь-Март 2015)

Цитировать:
Камышанченко Е.Н., Мазурек А.М. Преобразование АПК в результате применения инновационных и государственных механизмов – стратегические приоритеты развития и сглаживания социально-экономического уровня Белгородской области // Продовольственная политика и безопасность. – 2015. – Том 2. – № 1. – С. 19-32. – doi: 10.18334/.2.1.454.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=23940723
Цитирований: 4 по состоянию на 19.12.2023

Аннотация:

Выявлены особенности и тенденции развития сельской территории в Белгородской области. Определены основные направления инновационных процессов в АПК, раскрыты особенности развития животноводства и влияние их результатов на социально-экономические показатели субъекта Федерации. Обосновывается роль государственного влияния в инновационной модели, принятой в Стратегии социально-экономического развития Белгородской области на период до 2025 года.

Ключевые слова: инновации, сельские территории, социально-экономическое развитие села, АПК, животноводческая и растениеводческая отрасли, интегральные коэффициенты, кластеризация регионов

JEL-классификация: Q16, R11, R28



В концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации до 2020 г. обозначены важнейшие целевые показатели развития страны на долгосрочную перспективу, определены пути и способы обеспечения успешного повышения благосостояния населения, динамичного развития экономики, укрепление национальной безопасности и позиций России в мировом обществе [1]. Исходя из данной концепции, для реализации поставленных задач социально-экономического развития страны очень важно избавиться от экспортно-сырьевой зависимости, постепенно переходя на инновационный социально ориентированный тип развития. Многие европейские страны во многом превзошли российский прогресс в науке и технике и являются моторами мирового процесса развития. В связи с этим России необходимо увеличить свой глобальный конкурентный потенциал, задействовав новые инновационные источники экономического роста с участием высокообразованного человеческого капитала. При этом важными приоритетами развития и инвестиций должны стать такие сферы, как наука, образование и высокие технологии.

Главными же актерами являются регионы Российской Федерации, в которых должны быть созданы условия для благоприятного социально-экономического развития. Так как все регионы находятся в свободной естественной конкуренции, необходимо определить потенциал каждого из них, при этом развивая и выводя приоритетное направление на инновационный, устойчивый путь.

Концепция социально-экономического развития РФ определяет факторы долгосрочного развития субъектов РФ, расположенных в ЦЧЭР, куда входит и Белгородская область, связанные с использованием их природоресурсной базы на инновационной основе [2]. Рассматривая Белгородскую область в частности, можно выделить основные направления развития на 2012 г., которыми являлись добыча полезных ископаемых (21,5%), металлургическое производство (25,9%) и производство пищевых продуктов (27,9%), изображенные на рисунке 1.

Рисунок 1. Структура объема отгруженных товаров собственного производства и других видов деятельности по Белгородской области в 2012 г.

Источник: Самарина, 2013.

Добыча полезных ископаемых и металлургическое производство в настоящее время сконцентрировано, в основном, в Старооскольском, Губкинском и Яковлевском районах. Область, благодаря своим природным и почвенным данным, относится к сельскохозяйственным субъектам РФ, и поэтому стабильный рост производства сельского хозяйства является в настоящее время одной из главных сфер в экономическом развитии территории. По решению Правительства Белгородской области принимаются меры, направленные на создание эффективного, конкурентоспособного на индустриальной основе сельскохозяйственного производства, готового обеспечить высокий уровень жизни сельских жителей и насытить внутренний рынок жизненно необходимыми, качественными и доступными для населения продуктами питания. Такие перспективы в развитии сельскохозяйственной территории возможны только в результате инновационных преобразований АПК (Амандурдыев, 2011; Лысенко, Трясцин, Набоков, 2012; Махмудов, Идрисов, 2013; Милосердов, 1990; Михайлушкин, Баранников, 2012; Ожерельев, Ожерельева, Подобай, 2011; Подкопаев, 2014; Семкин, Кистень, 2015; Терновых, Нечаев, Черных, 2011).

Традиционное сельское население во многом не соответствует инновационному этапу развития аграрной сферы и поэтому инновационные преобразования воздействуют на развитие сельских территорий неадекватно. С одной стороны, они требуют и формируют новые качества человеческого капитала, а с другой – приводят к увеличению безработицы на селе. Снивелировать негативные последствия до определенной степени можно только системным использованием процессных, организационно-экономических и социально-экономических инноваций, которые должны охватывать все материальные и нематериальные отрасли агропромышленного комплекса. Подтверждением этому может служить богатый опыт зарубежных стран по развитию сельских территорий (Лысенко, Трясцин, Набоков, 2012; Assche, Djanibekov, Hornidge, et al., 2014; Elmenofi, Bilali, Berjan, 2014; Li, Long, Liu, 2015; Luo, Liu, 2014; Marsden, Sonnino, 2008; Mikulcak, Haider, Abson, et al., 2015; Naldi, Nilsson, Westlund, Wixe, 2015; Schouten, Heide, Heijman, Opdam, 2012; Ward, McNicholas, 1998).

Важнейшие инновационные решения были системно решены в следующих направлениях:

• социально-экономическом, предусматривающем качественное улучшение условий быта, труда на производстве, в социальной сфере и развитии сельского самоуправления и др.;

• организационно-экономическом, предусматривающем внедрение новых форм организации труда с использованием передовых технологий и техники, развитием компьютеризации и интегральных связей и др.;

• в механизации и автоматизации, предусматривающих внедрение машин нового поколения, развитие передовых форм кооперативного использования техники и обеспечение экологической и травматической безопасности при работе с многофункциональной техникой и оборудованием и др.;

• в растениеводстве, предусматривающем внедрение ресурсосберегающих технологий, новых сортов зерновых, овощных и садово-ягодных растений с применением эффективных средств удобрений и защиты растений от вредных воздействий и др.;

• в животноводстве, предусматривающем совершенствование породного состава скота, внедрение новых технологий выращивания в животноводстве и птицепроме с использованием эффективного применения кормов, а также развития ветеринарной и санитарной служб по защите животных и качества продукции и др.;

• в перерабатывающем производстве, предусматривающем создание новой промышленной отрасли по наполнению внутреннего рынка собственной высококачественной продукцией, внедрение новых методов переработки сырья и обеспечение сельскохозяйственной отрасли необходимыми продуктами и ингредиентами животноводческую, растениеводческую и др. отрасли АПК.

Преобладание в Белгородской области развитой конкурентоспособной сферы агробизнеса сделало главную ставку именно на эту отрасль, выводя ее на инновационный путь. Данный подход означает в первую очередь эффективную модернизацию индустриального производства продукции в сферах растениеводства и животноводства, применение современных методов переработки сельскохозяйственного сырья и его отходов, а также расширение рынков сбыта.

Эффективная реализация экономико-социальных проектов за период с 2000 г. по 2012 г. осуществлялась благодаря рациональному сочетанию административных и рыночных инструментов регулирования процессов развития сельских территорий. Прежде всего это касается формирования регионального бюджета путем консолидации федеральных, муниципальных и привлеченных средств, а также выбора территорий и распределения средств. Так, для развития АПК в 2009 г. направляются 22,8 млрд. руб., или 29,2% от всех инвестиционных поступлений в область. Из них только 1,2 млрд. руб. приходится на федеральный и муниципальный бюджеты. В этот год в АПК России было в среднем инвестировано только 4% [3].

Размещение отдельных производств на первом этапе трансформации АПК было подчинено экономической целесообразности и направлено на формирование социально устойчивых сельских территорий. В процессе разработки инновационного проекта развития животноводства были признаны скоростные отрасли – свиноводство и птицеводство. Результаты производственных результатов в животноводстве и растениеводстве представлены в таблице 1.

Таблица 1

Структура продукции сельского хозяйства в Белгородской области

год
вид отрасли
2000
2004
2008
2012
2012 к 2000 г.
млн р.
%
Растениеводство, млн руб.
7885
13903
27654
99832
91947
1166
Животноводство, млн руб.
7471
13288
51047
206213
198742
2660
Источник: Самарина, 2013.

Из приведенных данных видно, что животноводство оказалось более эффективной, стабильно и динамично развивающейся отраслью сельской территории. На рисунке 2 представлена динамика роста продукции животноводства за указанный период времени по всей Белгородской области.

Рисунок 2. Динамика развития продукции животноводства в Белгородской области с 2007 по 2011 гг. [4]

В районах Белгородской области, где они не получили государственной поддержки, социально-экономические показатели существенно ниже. В качестве примера на рисунке 3 представлены результаты, полученные от реализации продукции животноводства в отдельных районах области.

Рисунок 3. Продукция животноводства в муниципальных образованиях Белгородской области, млрд руб. [5]

Комплексная оценка муниципальных территорий области с применением рассчитанных интегральных коэффициентов уровня экономического развития (УЭР), динамики экономического развития (ДЭР), уровня социального развития (УСР) и динамики социального развития (ДСР) позволила осуществить дифференциацию регионов по уровню и динамике экономического и социального развития. Для расчета интегральных коэффициентов УЭР и ДЭР использовались следующие экономические показатели:

- объем промышленного производства (обрабатывающие производства), млн руб. на тыс. жителей;

- объем строительных работ, млн руб. на тыс. жителей;

- объем реализации платных услуг, млн руб. на тыс. жителей;

- инвестиции в основной капитал, млн руб. на тыс. жителей.

Интегральные коэффициенты УСР и ДСР рассчитывались на основании следующих показателей:

- среднемесячная заработная плата, руб.;

- численность безработных, чел. на тыс. жителей;

- численность зарегистрированных преступлений, шт. на тыс. жителей. Результаты авторского исследования в Белгородской области представлены в таблице 2.

Таблица 2

Дифференциация регионов Белгородской области по уровню и динамике экономического и социального развития

Такая методика оценки необходима для синтеза различных агрегируемых социально-экономических показателей, характеризующих состояние районов области в разрезе статистики, а также для сравнения динамики развития каждого из них. Релевантность данного подхода обусловлена тем, что чаще всего у отстающих по многим показателям районов идентифицируется быстрое динамическое развитие по сравнению с преуспевающими центрами региона. Но во многом даже этой динамики не хватает, чтобы достичь уровня развитого муниципального образования.

Последующая кластеризация (табл. 3) определила районы с низкими экономическими и социальными показателями в сравнении с территориями, где животноводство приняло индустриальные формы развития с активным применением инновационных механизмов, описанных выше. Характерным для этих районов является не только стабильный рост заработной платы, но и выравнивание других показателей в исследуемый промежуток времени [6].

Таблица 3

Состав кластеров по показателям «Уровень динамика экономического развития», «Динамика экономического развития», «Уровень социального развития», «Динамика социального развития», выделенных методом Уорда

Районы пятого кластера (табл. 3) относятся к наиболее свободным от загрязнения и вредных выбросов в атмосферу, но миграция населения увеличивается. Это приводит к уменьшению общей численности населения и работающих на данных территориях, в этих районах отмечено самое низкое производство скота и птицы на убой в сельхозорганизациях. Также в этих районах самое низкое количество промышленных предприятий различного назначения, и, как следствие, самые низкие начисленные зарплаты и оборот розничной торговли по видам торговли. Перечисленные показатели характерны для Вейделевского, Грайворонского, Красненского, Красногвардейского и Ровенского районов, где в указанный период животноводство не было поставлено на промышленные рельсы.

В остальных сельских районах темпы и объемы животноводческой продукции были близки по параметрам, что и способствовало сглаживанию уровней в социально-экономическом развитии. Дифференциация по Белгородской области в животноводческой отрасли изображена на рисунке 4. При этом следует обратить внимание на динамику изменения данного производства в каждом районе с 2007 по 2011 гг.

Рисунок 4. Производство скота и птицы на убой в сельхозорганизациях районов Белгородской области (в живом весе; тысяч тонн) [7].

Исходя из полученных статистических данных, можно утверждать, что без рационального сочетания государственных и рыночных механизмов развития эффективный рост экономико-социальных показателей и сглаживание различий между сельскими районами рассматриваемого субъекта невозможны. Своевременный выбор направления и эффективное использование инновационных достижений в развитии животноводства и растениеводства Белгородской области, с одновременным созданием перерабатывающего производства, были результатом умелого управления специалистами в условиях, когда система сложившихся институтов в административно-командной экономике оказалась разрушенной. В этой ситуации целенаправленное государственное регулирование социально-экономических процессов в АПК, особенно на региональном уровне, являлось абсолютно необходимым для стимулирования развития приоритетных направлений. Следующим этапом совершенствования механизмов управления должен являться регулярный мониторинг социально-экономических показателей в районах области и поддержание конкурентоспособности регионов Российской Федерации на глобальном уровне.

[1] Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 г., утв. распоряжением Правительства Российской Федерации от 17.11.2008 № 1662-р

[2] Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 г., утв. распоряжением Правительства Российской Федерации от 17.11.2008 № 1662-р; Стратегия социально-экономического развития Белгородской области на период до 2025 г., утв. Постановлением Правительства Белгородской области от 25.01.2010 № 27-пп

[3] Белгородская область в цифрах – 2013. Краткий статистический сборник (2013). Белгород: Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Белгородской области; Агропромышленный комплекс России в 2009 г. (2010). М.: Министерство сельского хозяйства России.

[4] Основные показатели социально-экономического положения муниципальных районов и городских округов Белгородской области. (2007-2011 гг.) (2012). Белгород: Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Белгородской области.

[5] Основные показатели социально-экономического положения муниципальных районов и городских округов Белгородской области. (2007-2011 гг.) (2012). Белгород: Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Белгородской области.

[6] Основные показатели социально-экономического положения муниципальных районов и городских округов Белгородской области. (2007-2011 гг.) (2012). Белгород: Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Белгородской области.

[7] Основные показатели социально-экономического положения муниципальных районов и городских округов Белгородской области. (2007-2011 гг.) (2012). Белгород: Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Белгородской области.


Источники:

Амандурдыев, Х.Д. (2011). Влияние институциональных преобразований на управление регионального АПК. Вестник Университета (Государственный университет управления), 14, 161-162.
Лысенко, Ю.В., Трясцин, М.М., Набоков, В.И. (2012). Преобразования технического потенциала АПК за рубежом и возможность адаптации к российской практике. Аграрный вестник Урала, 5, 101-103.
Махмудов, Х.М., Идрисов, Ш.А. (2013). О кластерных преобразованиях в локальных формах АПК. Экономика и предпринимательство, 12-1, 591-598.
Милосердов, В.В. (1990). Социально-экономические преобразования в АПК. АПК: Экономика, управление, 7, 17-26.
Михайлушкин, П.В., Баранников, А.А. (2012). Интеллектуальные преобразования и реализация инновационного аспекта модернизации – стратегия повышения эффективности российского АПК. Проблемы современной экономики (Новосибирск), 8, 229-236.
Ожерельев, В.Н., Ожерельева, М.В., Подобай, Н.В. (2011). Предпосылки к структурно-институциональным преобразованиям в АПК России и основные причины их непоследовательности. Вестник Брянской государственной сельскохозяйственной академии, 4, 41-52.
Подкопаев, О.А. (2014). К вопросу о влиянии институциональных преобразований на экономический рост АПК России. Современные наукоемкие технологии, 12-2, 207-212.
Самарина, В.П. (2013). Белгородская область. Устойчивое развитие: опыт, проблемы, перспективы. М.: Институт устойчивого развития Общественной палаты РФ; Центр экономической политики России.
Семкин, А.Г., Кистень, Т.Н. (2015). Инновационное развитие АПК: структурные преобразования и стратегия развития системы управления АПК региона. Прикладные экономические исследования, 6, 10-14.
Терновых, К.С., Нечаев, Н.Г., Черных, А.Н. (2011). Развитие сельских территорий в системе инновационных преобразований АПК. Вестник Орловского государственного аграрного университета, 32(5), 45-48.
Assche, K.V., Djanibekov, N., Hornidge, A., et al. (2014). Rural development and the entwining of dependencies: Transition as evolving governance in Khorezm, Uzbekistan. Futures, 63, 75-85. doi: 10.1016/j.futures.2014.08.006
Elmenofi, G.A., Bilali, H.E., Berjan, S. (2014). Governance of rural development in Egypt. Annals of Agricultural Sciences, 59(2), 285-296. doi: 10.1016/j.aoas.2014.11.018
Li, Y., Long, H., Liu, Y. (2015). Spatio-temporal pattern of China's rural development: A rurality index perspective. Journal of Rural Studies, 38, 12-26. doi: 10.1016/j.jrurstud.2015.01.004
Luo, L.P., Liu, L. (2014). Reflections on conducting evaluations for rural development interventions in China. Evaluation and Program Planning, 47, 1-8. doi: 10.1016/j.evalprogplan.2014.06.004
Marsden, T., Sonnino, R. (2008). Rural development and the regional state: Denying multifunctional agriculture in the UK. Journal of Rural Studies, 24(4), 422-431. doi: 10.1016/j.jrurstud.2008.04.001
Mikulcak, F., Haider, J.L., Abson, D.J., et al. (2015). Applying a capitals approach to understand rural development traps: A case study from post-socialist Romania. Land Use Policy, 43, 248-258. doi: 10.1016/j.landusepol.2014.10.024
Naldi, L., Nilsson, P., Westlund, H., Wixe, S. (2015). What is smart rural development?. Journal of Rural Studies, 40, 90-101. doi: 10.1016/j.jrurstud.2015.06.006
Schouten, M.A., Heide, C.M. van der, Heijman, W.J., Opdam, P.F. (2012). A resilience-based policy evaluation framework: Application to European rural development policies. Ecological Economics, 81, 165-175. doi: 10.1016/j.ecolecon.2012.07.004
Ward, N., McNicholas, K. (1998). Reconfiguring rural development in the UK: Objective 5b and the new rural governance. Journal of Rural Studies, 14(1), 27-39. doi: 10.1016/S0743-0167(97)00045-4

Страница обновлена: 05.05.2024 в 22:52:01