Формирование спроса на рынке образовательных услуг с учетом демографической ситуации, миграционной политики и несбалансированности рынка труда

Савзиханова С.Э.

Статья в журнале

Креативная экономика (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

№ 10 (58), Октябрь 2011

Цитировать:
Савзиханова С.Э. Формирование спроса на рынке образовательных услуг с учетом демографической ситуации, миграционной политики и несбалансированности рынка труда // Креативная экономика. – 2011. – Том 5. – № 10. – С. 61-67.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=16985077
Цитирований: 2 по состоянию на 07.12.2023

Аннотация:
Рынок труда и рынок образовательных услуг – сопряженные рынки, изменение параметров одного из них неизбежно отражается на развитии другого. Дисбаланс рынка труда и рынка образовательных услуг рассматривается как результат двусмысленности функций государства. Обеспечение сбалансированности возможно только при эффективных формах взаимодействия.

Ключевые слова: рынок труда, рынок образовательных услуг, миграция, демографическая ситуация, подготовка специалистов



В настоящее время перед системой высшего образования встает вопрос: «Что делать вузам в ситуации демографического сжатия, когда предложение на рынке высшего образования отрывается от спроса? Причем этот отрыв обусловлен не качественными, а именно количественными параметрами. Другими словами, в самой России в скором времени физически не окажется достаточного количества абитуриентов, чтобы наполнить вузы (рис.1).

Рис. 1. Прогноз численности выпускников 11 классов общеобразовательных школРоссийской Федерации [4]

Образовательная миграция и ее регулирование

В ситуации демографического сжатия особую значимость приобретает привлечение иностранных студентов.

Надо отметить, что в последние годы все больше вузов ведут работу в этом направлении. И хотя во всей массе региональных учебных заведений число иностранцев не превышает нескольких десятков, налицо тенденция к увеличению образовательного потока.

Самим вузам сложно решить все проблемы, связанные с функционированием канала образовательной миграции. Здесь должны принимать участие еще как минимум два субъекта – региональные власти и местный бизнес.

Наиболее предпочтительна для региона та часть образовательного потока, в отношении которой необходим (и возможен) запуск механизма аллокации [2] – смены статуса временного мигранта, каковым и является любой иностранный студент, на статус иммигранта, то есть иностранца, оставшегося в России на постоянное место жительства. Это, в первую очередь, русские и русскоязычные студенты из стран СНГ, а также наиболее перспективные молодые специалисты ближнего и дальнего зарубежья, необходимые местным предприятиям, но еще не принявшие решения о месте своего дальнейшего трудоустройства.

Учитывая, что в странах исхода выпускники российских вузов пользуются конкурентным преимуществом перед закончившими местные вузы, то им бывает непросто принять решение остаться в России. Чтобы аллокация действительно состоялась, необходимы усилия и вуза, и местной власти, и, разумеется, бизнеса, заинтересованного в квалифицированных кадрах.

Со стороны вуза для выпускника необходимо предусмотреть возможность продолжения своей образовательной и/или научной траектории. После бакалавриата поступление в магистратуру, после магистратуры – в аспирантуру. Развитие исследовательских центров, КБ, лабораторий играет свою роль в создании условий для использования потенциала выпускников.

Кто будет учиться в ближайшем будущем?

Само по себе обучение в российском вузе является мощным механизмом социокультурной адаптации и интеграции. Выпускник вуза – это человек, полностью адаптированный к жизни в российских условиях, встроенный в социум и зачастую в рынок труда. Именно эти обстоятельства дают основания рекомендовать региональным вузам планировать наращивание своего иностранного контингента. Однако для реализации таких планов мало обладать хорошей учебной базой и профессорско-преподавательским составом.

Для привлечения учащихся большое значение имеет выстраивание молодежной инфраструктуры. Для иностранных студентов особенно важны условия, в которых они будут проживать: будет ли им тепло в холодной России, смогут ли они привычно питаться, будут ли развлечения, не противоречащие их культурным ценностям. Более того, именно отсутствие общежитий является для многих вузов, как столичных, так и региональных, тормозом при осуществлении планов наращивания иностранного контингента.

Таким образом, демографические изменения определяют численность главных потребителей образовательных услуг – детей и молодежи. На протяжении последних десятилетий численность этих групп испытывала значительные колебания, которые происходили на общем фоне тенденции к сокращению численности населения. Такая волнообразная динамика, сохранится и в будущем. Самые малочисленные в послевоенной истории России поколения появились на свет в период демографического спада 1990-х годов. Переход этих поколений из одной фазы жизненного цикла в другую во многом предопределит развитие системы образования в ближайшие пятнадцать лет.

Опираясь на тенденции изменения количества учащихся на разных ступенях обучения, изменения уровня образования отдельных половозрастных групп, с учетом перспективной трансформации возрастно-половой структуры, в ИДЕМ ГУ-ВШЭ выполнен прогноз изменения численности образовательных групп населения России. Главный результат прогноза (средний вариант) состоит в том, что, что при сложившемся спросе на высшее образование доля лиц, закончивших вузы, превысит после 2020 года 30%. Число экономически активных лиц с высшим образованием может стабилизироваться и даже чуть увеличиться в условиях заметного сокращения населения в трудоспособных возрастах. Это произойдет, в первую очередь, за счет уменьшения числа лиц со средним и начальным профессиональным, а также полным средним образованием.

Доля лиц с уровнем образования ниже среднего как среди экономически активного, так и всего населения будет незначительной.

Существующий в настоящее время дефицит рабочей силы низкой квалификации в ближайшие годы распространится и на работников средней квалификации. В данном случае недостающую рабочую силу придется «импортировать из-за рубежа», все активнее привлекая мигрантов, либо резко повышать оплату за подобный труд.

Таким образом, экономика в определенном смысле становится заложником деформаций, возникающих на рынке образовательных услуг, где предложение намного превышает спрос. Стремление к загрузке имеющихся мощностей системы образования высоких уровней приводит к искусственному поддерживанию спроса за счет снижения требований к образованию, в силу чего возникает его инфляция, развивающаяся наряду с дефицитом труда относительно более низкой квалификации.

Миграция в направлениях ее потоков

В современной России государство ограничено в мерах стимулирования миграции в «нужных» направлениях. Нет ясности в том, куда необходимо направлять миграционные потоки (а главное – откуда брать) в условиях повсеместной нехватки населения: в РФ недостаточно населены не только восточные районы, но и центр Европейской части. По расчетам, в Европейской части России недостает около 5 миллионов человек сельского населения [5]. Для успешного развития сельского хозяйства только в основной сельскохозяйственной зоне Европейской России (без севера) «недостает» 64 больших города с 6-7 миллионами населения [3].

В последние 20 лет направления внутрироссийской миграции имеют устойчивый центростремительный характер: население стягивается в Центральный федеральный округ, прежде всего в столичный регион. Только за 1989–2002 гг. Москва и область получили 2,8 млн миграционного прироста, частично за счет международной миграции, но на 70–80% – за счет притока населения из других регионов страны, в первую очередь из самого Центрального округа.

Притягивающая роль столичного региона сильно ощущается в пределах всей европейской части страны.

Притягивающая роль Москвы не ослабеет в будущем, она может только усилиться, так как два ближайших десятилетия будут отмечены очень сильным сокращением численности ее населения в трудоспособном возрасте. По нашим расчетам, при условии отсутствия миграции (как международной, так и внутренней) в Центральном федеральном округе и в столичном регионе сокращение населения в трудоспособном возрасте будет сильнее, чем в целом по стране (табл. 1).

Таблица 1

Оценка изменения численности населения в трудоспособном возрастев 2005–2025 гг. при отсутствии миграции

Только для компенсации потерь населения в трудоспособном возрасте Центральному округу потребуется приток трудовых ресурсов в 6,4 млн человек, в т.ч. 3,2 млн понадобится столичному региону. Учитывая, что в потоках внутренней миграции лица в трудоспособных возрастах составляют около 75% общего потока, миграционный прирост, необходимый для компенсации потерь, должен составить 8,5 и 4,3 млн соответственно. Рост рождаемости и снижение смертности могут скорректировать эти цифры, но ненамного и уже не в этом десятилетии. Источником такого миграционного прироста могут быть либо внутренняя, либо международная миграция, либо и та и другая.

Пространственная мобильность и структура населения

Проведенный недавно в России опрос безработных и лиц, ищущих работу (ЛИР), (Институт международных исследований семьи по заказу Роструда. Государственный контракт (№55-юр от 11.07.2008 г.)) по теме «Разработка модели организации трудоустройства в другой местности граждан, ищущих работу, органами государственной службы занятости и рекомендации по ее администрированию» показал, что даже во время кризиса текущая и потенциальная мобильность граждан, обращающихся за содействием в поисках работы в региональные службы и центры занятости, невелика. Только 8% опрошенных в течение двух лет, предшествующих опросу, работали в других населенных пунктах. 10% предпринимали попытки искать работу в других регионах, 16% рассматривали варианты работы в других городах, ПГТ или сельских районах своей области (края, республики). Среди опрошенных 17% хотели бы при этом поехать на временную или постоянную работу в другую местность. Готовность искать работу в других регионах мало зависела от места проведения опроса: жители регионального центра и других городов примерно в равной мере не настроены ради работы покидать свой регион.

Демографические соображения не позволяют ожидать существенных изменений в территориальной мобильности российских трудовых ресурсов. При общем сокращении трудоспособного населения в ближайшие десятилетия особенно сильно уменьшатся контингенты молодежи (17–29 лет), а именно в этом возрасте отмечен пик территориальной мобильности. Этот пик устойчив во времени, в 2004–2008 гг. на лиц в этом возрасте приходилось 41–42% всех внутристрановых миграций. По расчетам, только за счет изменения структуры населения в пределах трудоспособного возраста (сокращение доли молодежи) миграционная активность населения снизится к 2025 г. на 9% [3]. Негативное воздействие изменения возрастной структуры уже ощущается на динамике пространственной мобильности, но наблюдаемый сейчас низкий уровень пространственной мобильности не предел.

Выводы

Обобщая сказанное о внутренней миграции, нельзя не прийти к выводу, что ее возможности внести вклад в смягчение напряженности на рынке труда минимальны. В той же мере, в какой этот рынок способен все-таки формировать отдельные устойчивые потоки внутренней миграции, он лишь обнажает скудность наличных демографических ресурсов, приводя к обезлюдению и без того слабо заселенных пространств.

Для реального определения спроса на рынке образовательных услуг необходимо создать условия для осуществления мониторинга миграционных и демографических изменений, а также потребностей рынка труда. Каждый вуз отдельно проводить такой мониторинг не в состоянии, и поэтому этот вопрос нужно решать на межвузовском или федеральном уровне объединив усилия участников рынка образовательных услуг. Необходимо оценить, сколько, к какому спросу, по каким специальностям и какого уровня профессионального образования необходимо подготовить специалистов.

Данную задачу невозможно решить без эффективной системы взаимодействия рынка труда и профессионального образования. Создаваемая при участии автора комплексная информационно-коммуникационная система, предусматривающая единство интерактивного пространства рынка образовательных услуг позволит обеспечить необходимую среду и коммуникации для решения вышеозначенных задач.


Источники:

1. Вишневский А.Г., Андреев Е.М., Трейвиш А.И. Перспективы развития России: роль демографического фактора [Текст]. – М.: ИЭПП, №53Р, 2003.
2. Градировский С.Н. Выхованец О.Д. Аллокация как механизм управления миграционной траекторий [Текст] // Миграция в современной России: состояние, проблемы, тенденции: Сборник научных статей [Текст] / Под общей редакцией К.О. Ромодановского, М.Л. Тюркина. – М.: ФМС России, 2009.
3. Карачурина Л.Б., Мкртчян Н.В. Де мографические и социально-экономические факторы динамики миграционной активности населения России: современная ситуация и перспективы: Научные труды ИНП РАН [Текст] // Гл. ред. А.Г. Коровкин. – М.: МАКС Пресс, 2008.
4. Прогноз изменения численности учащейся молодежи образовательных учреждений Российской Федерации (2007/08–2012/13 учебные годы) [Текст].– М.:ЦСП, 2008.
5. Нефедова Т.Г. Сельская Россия на перепутье: географические очерки [Текст]. – М.: Новое издательство, 2003.

Страница обновлена: 22.01.2024 в 20:16:28