Капитализация технологического будущего: взгляд цифрового инвестора

Степнов И.М.1, Ковальчук Ю.А.2
1 Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации Московский государственный институт международных отношений МИД России
2 Московский авиационный институт Московский государственный институт международных отношений МИД России

Статья в журнале

Вопросы инновационной экономики (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 12, Номер 4 (Октябрь-декабрь 2022)

Цитировать:
Степнов И.М., Ковальчук Ю.А. Капитализация технологического будущего: взгляд цифрового инвестора // Вопросы инновационной экономики. – 2022. – Том 12. – № 4. – doi: 10.18334/vinec.12.4.115162.

Аннотация:
В статье рассматриваются возможности извлечения дохода для инвесторов в цифровой экономике. Обоснован новый тип субъектов экономических отношений – цифровой инвестор и выделены его отличительные особенности по сравнению с инвестором в инновационной экономике. Определены отраслевые предпочтения цифровых инвесторов, являющиеся высокодоходными и перспективными, систематизированы преимущества и риски интернет-трейдинга, операций с криптовалютами, краудфандинга акций и выпуска токенов, а также невзаимозаменяемых токенов. Цифровые инвесторы руководствуются в своих инвестиционных стратегиях технологическими, идеологическими и финансовыми мотивами. Сделан вывод о том, что в отличие от традиционного инвестора, цифровой инвестор не только стремится к капитализации своих инвестиций, но и получению доходов от владения и контроля цифровых активов, которые создаются в бизнесе в цифровой экономике и стоимость которых будет капитализироваться в будущем.

Ключевые слова: цифровая экономика, инвестор, доходность, риск, цифровой актив, инвестиционная стратегия, токен, криптовалюта, цифровой рантье

Финансирование:
Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 20-010-00429

JEL-классификация: G11, M21, O16



Введение

Развитие цифровой экономики приводит не только к трансформации отношений между производителями и потребителями, включая в состав экономических агентов цифровые платформы и цифровые экосистемы, но и дополняет инвестиционные возможности для экономических субъектов, позволяя извлекать доходы из ресурсов и инструментов формирующейся единой цифровой среды.

Влияние цифровизации на все аспекты функционирования экономики и общества в полной мере можно оценить в связи с появлением термина «цифровой капитализм» (digital capitalism) [1, p. 5] (Schiller, 1999), который обобщает характер технологических изменений, происходящих в современной экономике в связи с широким распространением цифровых технологий, символизируя новую социально-экономическую модель XXI века. Справедливости ради стоит отметить, что в этом мы не увидим отсылку к констатации изменения сущности средств производства и производительных сил в новой экономике по сравнению в классическим капитализмом К. Маркса, что является существенным [2, p. 44] (Fuchs, 2019), а также способы получения доходов и прибыли из новых форм ведения бизнеса и инвестиционных стратегий. Кроме того, появление термина «сетевой капитализм» (network capitalism) [3] (Daum, 2015) акцентировало внимание на новом факторе и объекте экономических отношений – обмене цифровой информацией и интернет (сеть) как базы всех услуг и активностей в экономике.

Совместив эти два термина, объективно возникает вопрос об определенной инфраструктуре цифровой экономики, которая и обеспечивает эффективность этой новой формы капитализма, обеспечивая доступ к данным (цифровой информации) и их использование в бизнесе как компаниями [4, с. 390] (Ценжарик, Крылова, Стешенко, 2020), так и физическими лицами [5, с. 313] (Прохоров, Коник, 2019).

Определенно, компании в цифровом бизнесе ассоциируются с цифровыми платформами [6, с. 97] (Раменская, 2021) – это или основа их деятельности в цифровой среде, или технико-технологический инструмент ведения бизнеса, или программное обеспечение. В любом варианте платформа стала новым средством производства в цифровом капитализме, что также привело к появлению термина «платформенный капитализм» (platform capitalism) [7 c. 3] (Срничек, 2019). Таким образом, платформа позволяет извлекать доход из использования цифровых данных и соответствующих им монетизируемых взаимодействий [8, p. 385] (Constantinides, Henfridsson, Parkerb, 2018) между экономическими субъектами на «цифровом» рынке, позволяет защитить собственность на информацию и возможности коммуникаций и сделать их фактором производства [9, c. 111] (Cтепнов, Ковальчук, 2018). Платформы открывают новые возможности для развития отношений владения и финансирования [10, p. 381] (Langley, Leyshon, 2021), а также реализации бизнес-моделей в цифровой среде [11, p. 1] (Soule, Westerman, 2016).

При этом также новые возможности получили и физические лица – они могут воспользоваться результатами процессов накопления и использования цифровой информации, став основателями цифровых компаний, или инвестировав свой капитал в уже существующие компании как объекты цифровой экономики, а также совершать операции с цифровыми активами и цифровыми деньгами [12, с. 42] (Андрюшин, Кочергин, 2022). Таким образом, мы можем свидетельствовать о появлении нового субъекта в цифровой экономике – цифрового инвестора, поведение которого отличается от поведения инвестора в инновационной экономике.

Условия для инвестирования отличаются в разное время – и важен не только этап макроэкономического цикла (кризис или подъем), но и направленность экономического развития. Так, еще несколько десятилетий назад, в период расцвета инновационной экономики, инвесторы сосредоточились на вложениях в растущие фирмы, которые позиционировали свой бизнес как основанный на новых технологиях и продуктах, т.е. инновациях. Исследователи отмечают, что именно в это время сложились определенные характеристики инвестора в инновационной экономике – существенный уровень риска и ожидания значительной доходности в будущем [13, р. 56] (Janeway, 2012). Причем в экономике имело место быть разграничение финансирования инноваций – государственное финансирование для поддержки развития науки и инноваций, корпоративное и венчурное финансирование.

Именно развитие венчурного финансирования, возможно, стало основой массового распространения сети интернет и активизации цифровых технологий, что позволило уменьшить риски по сравнению с рисками инноваций в традиционных отраслях экономики [14, с. 142] (Воронов, Давыдов, 2022). Это связано с тем, что участие государства в распространении цифровой экономики позволило распределить риски целой IT-индустрии, что способствовало большему проникновению возможностей для инвестирования как корпоративных субъектов, так и частных лиц.

Еще одним существенным трендом стало появление особо класса предпринимательства – цифрового предпринимательства [15, р. 1160] (Sahut, Iandoli, Teulon, 2021), которое представляет собой интеграцию моделей трансформации бизнеса на основе цифровых технологий и соответствующей государственной политики поддержки их развития, направленное на поддержку с учетом его положительного влияния на темпы экономического роста. Цифровые предприниматели при этом создают цифровую ценность, приобретая, обрабатывая и распространяя цифровую информацию в рамках цифровых платформ, цифровых фирм (стартапов) или экосистем.

Кардинальным отличием инвестирования в инновационной экономике и современным инвестированием в цифровую эпоху является то, что интернет стал необходимой средой для осуществления действий инвесторов. И в создании интернет-возможностей для инвестирования невозможно не признать роль государства, которое позволило определенным образом демократизировать информационную сферу, поддерживать программы повышения финансовой и цифровой грамотности, внедрять цифровые технологии не только в профессиональной сфере, но и на пользу обществу.

Именно интернет и цифровые технологии позволили инвестированию стать массовым, более активным и инновационным, совместив множество инвестиционных инструментов практически без границ рынков и быстроту реализации финансовых решений. Банки, брокеры и управляющие компании предлагают доходные и с разной степенью риска финансовые инструменты, развивая цифровые сервисы для клиентов с разной степенью финансовой грамотности и опыта в инвестициях. Интернет-трейдинг с его незначительными транзакционными издержками обеспечивает практически круглосуточный доступ на мировые рынки капитала и биржи мира, интернет-банкинг – мгновенную оплату или вывод денежных средств, финансовые маркетплейсы – мониторинг состояния своего капитала и готовые инвестиционные продукты и стратегии. Платформы краундфандинга способствовали развитию прямых инвестиций со стороны непрофессиональных инвесторов в акции стартапов [16, р. 1241] (Feola, Vesci, Marinato et al, 2021). Цифровые инвестиционные решения сочетают не только возможность самостоятельных действий, но и анализ данных рынка, а также рекомендации экспертов.

В связи с этим целью исследования является выявление основных характеристик и форм осуществления инвестиций цифрового инвестора, а также обоснование наличия особого типа участников в цифровой экономике – цифровых рантье.

Научной новизной является систематизация мотивов, стратегий капитализации доходов и отраслевых предпочтений цифровых инвесторов, относящихся к высокодоходным и перспективным в соответствии с современной оценкой технологических изменений в цифровой и регуляторной среде.

Методология исследования включает: а) следование предпосылке, что в отличие от традиционного инвестора, цифровой инвестор не только стремится к капитализации своих инвестиций, но и получению доходов от владения и контроля цифровых активов; б) инструментарий системного и компаративного анализа технологических изменений в цифровой среде, ставших и имеющих перспективу стать объектами инвестирования; в) полученные ранее аналитические расчеты и выводы для пояснения авторской трактовки понятия «цифровой инвестор» и «цифровой рантье» [9, c. 122] (Cтепнов, Ковальчук, 2018);

Отраслевая специфика и объекты инвестирования цифровым инвестором

В отличие от традиционного инвестора, цифровой инвестор не только стремится к капитализации своих инвестиций, но и получению доходов от цифровых активов, которые создаются в бизнесе в цифровой экономике [17, с. 7] (Ефимова, 2021) и стоимость которых будет капитализироваться в будущем [18, р. 320] (Komljenovic, 2021). Поэтому решение об инвестировании цифровым инвестором обосновывается не просто будущими доходами, но и критерием создания в будущем ценности активом в новой цифровой форме [19, р. 112] (Muniesa, Doganova, 2020). Отдельно следует отметить и потенциальную анонимность инвестиций как сопутствующий признак, что обеспечивается широким использованием технологии блокчейн, децентрализованными финансами и необходимостью защиты данных пользователей в интернет.

У цифровых инвесторов есть определенные предпочтения в инвестировании в акции компаний: преобладают инвестиции в цифровые корпорации или компании, активно осуществляющие цифровую трансформацию, высокотехнологичные компании, включая «зеленые компании», ориентированные на экологические аспекты своей основной деятельности с учетом действующей ESG-повестки. При этом диверсификация вложений как основное правило остается неизменным – несмотря на высокую доходность, которую могут показывать, например, акции финтех-компаний, инвесторы дополняют свои портфели акциями компаний традиционных отраслей экономики [20] (Altenhain, Heinemann, 2018). Далее рассмотрим наиболее распространенные решения, реализуемые цифровыми инвесторами.

Отраслевые предпочтения цифровых инвесторов

Учитывая целевую установку инвестора в цифровой экономике получить доход от цифрового бизнеса, следует выделить определенные отраслевые сегменты, которые наиболее соответствуют критериям привлекательности вложений для цифровых инвесторов.

Однозначно, IT-сфера является связующим звеном инвестиционных решений по операциям с акциями, причем как на биржевом рынке, так и при финансировании капитала стартапов. Цифровые сервисы позволяют потенциальным инвесторам не тратить время на выбор стартапов для финансирования, а получить агрегированную информацию или купить долю (пай) в фонде, который ориентирован на венчурное финансирование.

Отдельными высокодоходными направлениями инвестирования являются:

- вложений в индустрию компьютерных игр (гейм-индустрию), которая прошла путь от досуга в виде игры на персональном компьютере до целой отрасли, начиная от разработки программного обеспечения до проработки целевого потребления, включая интеграцию с кинопроизводство и медиабизнесом, и киберспорта. Доходы гейминга в мире в 2020 году составили порядка 150 млрд. долларов при числе игроков в 2,6 млрд. человек (для сравнения в киноиндустрии всего 100 млрд. долларов дохода [21] (Морошкина, 2021), а к 2023 году ожидается рост доходов до 200 млрд. долларов и клиентов до 3 млрд. человек [22] (Wijman, 2020);

- инвестиции в EdTech (цифровые образовательные технологии), которые значительно выросли во время пандемии вследствие необходимого быстрого перехода на дистанционное обучение, а также имеющейся потребности в получении новых компетенций в условиях новой цифровой экономики. В 2010 году инвестиции в EdTech составляли около 500 млн. долларов, а к 2021 году достигли более 20 млрд. долларов, в 3 раза превысив инвестиции допандемийного уровня [23] (HolonIQ, 2021). Интерес к инвестированию обеспечивается тем, что EdTech фактически представляет собой интегрированную индустрию нового поколения инноваций и технологий в образовании через цифровую трансформацию обучения с раннего детства через школу, колледж и университет к новому промышленному подходу для повышения квалификации и обучения на протяжении всей жизни [24] (Williamson, Komljenovic, 2022). В 2021 году появилось 17 новых стартапов EdTech (общее количество 38), стоимость которых в общем превышает 1 млрд. долларов, что в совокупности с развитием внедрения искусственного интеллекта и ESG-повестки в образовательные технологии, включая климатические технологии и цифровое здравоохранение, существенно увеличивает потенциал роста в данном секторе венчурного инвестирования.

- инвестиции в FinTech (финансовые технологии), которые, несмотря на определенный спад после стремительного взлета с начала 2010-х годов, все еще оцениваются как перспективные в силу объективности постоянного совершенствования предоставления финансовых услуг и сервисов с использованием инновационных технологий, таких как «большие данные» (big data), облачные технологии, искусственный интеллект, роботизация, блокчейн, биометрия и других. В 2021 году объем венчурных инвестиций во всем мире достиг рекордных 115 млрд. долларов, превысив предыдущий максимум в 53,2 млрд. долларов, установленный в 2018 году [25] (KPMG, 2022). Ожидания устойчивой доходности инвестиций в FinTech связаны с прогнозируемой расширением данного сектора цифровой экономики в совокупности с растущей зрелостью ряда его подсекторов (банковскими и другими финансовыми услугами), что позволит модернизировать цифровые платформы банков и роботы-советники финансовых компаний, а FinTech-компаниям также позиционировать себя и как организации, работающие с данными (обработка, создание и хранение и т.д.), использующие в своих продуктах искусственный интеллект и голосовые технологии и сервисы, предоставляющие платежи и другие финансовые услуги для большей дифференциации своей деятельности для инвесторов и для рынка в целом.

В целом исследователи отмечают, что цифровыми инвесторами движут идеологические, технологические и финансовые мотивы [26] (Fisch, Masiak, Vismara, Block, 2021), причем именно технологические мотивы являются наиболее важными, за которыми следуют финансовые и идеологические мотивы.

Криптовалюты

Криптовалюты стали определенным символом цифровой экономики для инвесторов, позволив получить доходности, измеряемые тысячами процентов в год. Криптовалюты стали определенной альтернативой, которая дополнила потребности глобальных финансовых транзакций на основе технологии формирования децентрализованных финансовых систем и блокчейна, которые способны в будущем генерировать быстрые инновации [27] (Casino, Dasaklis, Patsakis, 2019). Криптовалюта стала нематериальным цифровым активом и средством обмена в цифровой среде [28] (Симановский, 2018), без регулирования центральным банком, выпуск, продажа или передача которого осуществляется в электронном виде через распределенный реестр и защищена криптографической технологией. Капитализация всех криптовалют с 2018 года выросла с 100 млрд. долларов до 2 трлн. долларов, т.е. в 20 раз, а в 2020 году на 300% [29] (Smutny, Sulc, Lansky, 2021) – сегодня это один из самых быстрорастущих рынков в мире, который привлекает множество участников (трейдеров, частных инвесторов, стартаперов, которые создают новые блокчейн-проекты, профессиональных инвесторов, реализующих криптовалютные стратегии).

Самой известной и символичной криптовалютой стал биткойн (причем биткойн также считается одним из самых эффективных активов за последние 10 лет [30] (Conte, 2021)), цена которого росла на протяжении с 2010 года (максимум роста в 2013 году 5870% и в 2017 году 1338%) с корректировкой в 2014 и 2018 годах. Норма доходности инвестиций в биткойн является самой высокой по сравнению с традиционными инвестиционными инструментами – так, в 2021 году доходность вложений в биокойн составила 59,8%, в акции (индекс S&P 500) – 26,9%, а инвесторами в золото получен убыток в 3,6% [31] (Сonte, 2022)). Однако инвестиции в биткойны также имеют самый высокий риск: так по оценкам на риск инвестирования в биткойн указывает стандартное отклонение в 61%, в то время как стандартное отклонение других инструментов – акций или золота – менее 5% [32] (Dasman, 2021).

Для инвесторов, предпочитающих рисковые инвестиции, криптовалюты могут стать отличной альтернативой инвестициям – они могут обеспечить высокую доходность по сравнению с другими инвестиционными инструментами. Децентрализация позволяет технологии блокчейна иметь повышенную пропускную способность, лучшую безопасность и более быстрые расчеты – это то, чего недостает традиционным финансовым инструментам. Также криптовалюта как класс активов является хорошим диверсификатором в традиционном портфеле. Тем не менее, следует учитывать высокую волатильность [33] (Маневич, Пересецкий, Погорелова, 2022) и колебания готовности трейдеров покупать или продавать (так, исторические данные показывают примеры падения цен более чем на 50% и за один день и роста на 90% за месяц – это вызвано, прежде всего, тем, что криптовалюта представляет собой всего лишь электронную запись, с которой не связаны реальные активы, и участники рынка действуют по своим оценкам и ожиданиям), негативные оценки крипторынка в части потенциального финансового «пузыря», риски потери доступа или взлома аккаунта и невозможности отменить перевод из-за ошибок ввода паролей, а также позиции государственных органов разных стран в отношении регулирования [34] (Горнин, Принцев, 2021) и контроля криптовалютного рынка и налогообложения доходов.

Инвестиционные стратегии для цифрового инвестора в сфере криптовалют можно определить следующим образом:

- долгосрочная стратегия получения пассивного дохода (стейкинг криптовалют) от длительного хранения криптовалют (фактически это цифровой аналог классическим банковским депозитам);

- криптовалютный трейдинг, т.е. краткосрочные сделки на криптовалютных биржах.

Существенным удобством для инвестора является то, что криптовалютные биржи работают круглосуточно, а для инвестиций в криптовалюты не требуется проводить анализ финансовой отчетности компаний или мониторить рынок сырьевых товаров – криптовалюты не привязаны и не зависят от реальных активов.

Также следует отметить, что инвестора с криптовалютами существуют еще и такие возможности извлечения дохода, как от майнинга криптовалют (генерация криптовалют на специальном дорогостоящем оборудовании), облачного майнинга (генерация криптовалют с использованием арендованных вычислительных мощностей у третьей стороны – майнинг-фермы), крипто-кредитования (предоставление с использованием децентрализованного финансирования (DeFi) инвесторами криптовалюты заемщикам в обмена выплаты процентов).

Краунфандинг акциями и ICO

Традиционный краудфандинг предполагает сбор денежных средств от множества инвесторов небольшими суммами посредством специальных цифровых платформ на принципах свободного выбора со стороны потенциальных инвесторов. Если первоначально инвесторы могли рассчитывать на возврат средств после успешного запуска и продаж финансируемого проекта или стартапа или на предзаказ инновационного товара, то сейчас становится более активным краудфандинг акциями, что дает возможность инвестору ожидать рост курсовой стоимости акций и в будущем дивидендные выплаты. Достижения в технологии блокчейна также привели к появлению новой гибридной формы краудфандинга: предложения токенов, также известные как первоначальные предложения монет (ICO – Initial Coin Offerings).

Токены представляют собой криптографически защищенные цифровые активы, реализованные на блокчейне, который обеспечивает записи транзакций. Предприниматели выпускают фирменные токены, чтобы привлечь капитал для создания своего бизнеса – стартапов, цифровых платформ, при этом все транзакции требуют использования этого собственного токена. Вскоре после ICO токены обычно котируются на одной или нескольких онлайн-биржах, обеспечивая ликвидность для держателей токенов и сигнализируя инвестору о качестве и будущих перспективах инвестиций.

Безусловно, мы можем свидетельствовать о том, что ICO является в определенном роде аналогом первичного публичного размещения акций компаниями (IPO – Initial Public Offering), но с некоторыми весомыми отличиями: а) фирмы, проводящие ICO, как правило, находятся на первой стадии своего жизненного цикла и инвестиции в них достаточно рискованны; б) для ICO не используется андеррайтинг для определения стоимости и привлечения покупателей; в) для ICO не характерна низкая эффективность после проведения ICO. Анализ исследовательских данных [35] (Benedetti, Kostovetsky, 2021) показывает, что стартапы продают свои токены во время ICO со значительной скидкой к начальной рыночной цене, обеспечивая инвестору среднюю прибыль от покупки и удержания в размере 48% в первые 30 торговых дней и среднюю доходность для инвесторов ICO в размере 179%. Однако такая высокая доходность сопровождается высоким уровнем риска - ICO cлабо регулируются, токены часто не имеют текущей стоимости и не дают никаких юридических прав.

NFT

Интерес к невзаимозаменяемым токенам – NFT (Non Fungible Tokens) – возник с ростом криптовалютного рынка и появлением прецедентов цифровизации произведений искусства, когда в 2021 году на аукционе Christie’s были проданы NFT на общую сумму почти 100 млн. долларов.

NFT представляет собой уникальный номер (токен) цифрового объекта (фото, картина, видео, аудиозапись, текст, 3D-модель и т.п.), который генерируется после загрузки объекта на специализированных маркетплейсах (хранение осуществляется в децентрализованных хранилищах) и оплаты комиссии. Далее продажа NFT означает на основе смарт-контракта передачу права владения текстовым файлом, содержащим ссылку на контент объекта и его уникальных свойств и атрибутов, обеспечивая для NFT уникальную ценность. NFT защищены технологией блокчейн (т.е. можно говорить о цифровой собственности) и могут быть проданы как за фиатные валюты, так и за криптовалюты, т.е. для NFT существуют как первичные (генерация), так и вторичные рынки (обмен).

Следует отметить, что NFT является не только новым направлением для инвестирования в цифровой экономике, но и чрезвычайно перспективным, так как помимо произведений искусства NFT можно использовать для токенизации множество физических активов, включая недвижимость, и для обеспечения надежности и сохранности оцифрованных корпоративных или личных документов. Так, для цифрового инвестора первоначально должна быть решена задачи или создания собственного токена (физический актив, изображение или анимация и т.д.) и его последующая продажа или перепродажа существующего токена с прибылью, учитывая имеющийся спрос в сфере гейминга, коллекционирования (криптоискусство). Однако следует учитывать и то, что сфера NFT свободна юридически, недостаточна стабильна в ценообразовании и спорна с точки зрения отсутствия прав собственности или авторских прав на активы, с которыми связаны NFT.

Заключение

Таким образом, развитие новых цифровых инструментов для инвестирования объективно связано как с позиционированием их основных параметров (доходность инвестиций и уровень риска), так и формированием более понятного объяснения технических аспектов этих новых цифровых инвестиционных решений и позитивного мнения в обществе. Очевидно, что большинство цифровых инвесторов представлены молодым поколением людей, которые больше проявляют интерес к новым технологиям и испытывают больше преимуществ от их распространения, поэтому они могут оказать положительное влияние на старшее поколение и в отношении использования продуктов на основе цифровых технологий и в отношении оценки новых инструментов для инвестирования.

Проведенное исследование отличий цифрового инвестора от инвестора в инновационной экономике, а также отраслевой технологической специфики и объекты инвестирования цифровым инвестором показало, что важным обстоятельством его поведения, определяющим существенные отличия инвестиций в цифровой среде от классических финансовых инструментов, является его нацеленность не просто на традиционные обмены для получения денежной выгоды, а на владение и контроль над цифровыми активами с ожиданием постоянных экономических выгод в будущем, без немедленной продажи. Цифровые инвесторы как субъекты инвестиционных отношений в цифровой экономике могут использовать новейшие финансовые инструменты с целью извлечения дохода с большей заинтересованностью техническими аспектами в отличие от инвесторов в традиционные активы.

Такая позиция также объясняет и появление нового подвида инвесторов, которые могут стать объектами последующих исследований по проблематике развития инвестирования в цифровой среде – это цифровые рантье, получающих доходы от вложений в объекты цифровой экономики – цифровые платформы, мобильные приложения, уже монетизировавшие полезность представленного функционала и данных, а также от традиционных объектов экономики – недвижимости, но как владельцы цифровых долей коммерческой или личной недвижимости.


Источники:

1. Schiller D. Digital Capitalism: Networking the Global Market System. - Cambridge, Mass.: MIT Press, 1999. – 294 p.
2. Fuchs C. Rereading Marx in the Age of Digital Capitalism. - London: Pluto Press, 2019. – 144 p.
3. Daum T. Kapitalismus as a Service: General Intellect at Work. Understanding Digital Capitalism. Dasfilter.com. [Электронный ресурс]. URL: http://dasfilter.com/gesellschaft/kapitalismus-as-a-service-general-intellect-at-work-understanding-digital-capitalism-teil-17-das-letzte-kapitel (дата обращения: 09.07.2022).
4. Ценжарик М., Крылова Ю., Стешенко В. Цифровая трансформация компаний: стратегический анализ, факторы влияния и модели // Вестник Санкт-Петербургского университета. Экономика. – 2020. – № 3. – c. 390-420. – doi: 10.21638/spbu05.2020.303.
5. Прохоров А., Коник Л. Цифровая трансформация. Анализ, тренды, мировой опыт. - М.: Альянс Принт, 2019. – 460 c.
6. Раменская Л.А. Взаимодействие цифровых платформ с ключевыми заинтересованными сторонами: контент-анализ // Управленец. – 2021. – № 5. – c. 96-106. – doi: 10.29141/2218-5003-2021-12-5-7.
7. Срничек Н. Капитализм платформ. / Монография. - М.: Издательский дом ВШЭ, 2019. – 128 c.
8. Constantinides P., Henfridsson O, Parkerb G. Platforms and Infrastructures in the Digital Age // Information Systems Research. – 2018. – № 2. – p. 381-400. – doi: 10.1287/isre.2018.0794.
9. Степнов И.М., Ковальчук Ю.А. Платформенный капитализм как источник формирования сверхприбыли цифровыми рантье // Вестник МГИМО Университета. – 2018. – c. 107-124. – doi: 10.24833/2071-8160-2018-4-61-107-124.
10. Langley P., Leyshon A. The Platform Political Economy of FinTech: Reintermediation, Consolidation and Capitalisation // New Political Economy. – 2021. – № 3. – p. 376-388. – doi: 10.1080/13563467.2020.1766432.
11. Soule D., Westerman G. Fostering a digital organization: building sustainable digital advantage in traditional companies // MIT IDE Research Brief. – 2016. – p. 1-.
12. Андрюшин С.А., Кочергин Д.А. Стейблкойны как новая форма цифровых денег: эмиссия, обращение, регулирование и управление рисками // Вопросы экономики. – 2022. – № 6. – c. 42-68. – doi: 10.32609/0042-8736-2022-6-42-68.
13. Janeway W.H. Doing Capitalism in the Innovation Economy: Markets, Speculation and the State. - Cambridge: Cambridge University Press, 2012. – 344 p.
14. Воронов В.С., Давыдов В.Д. Цифровые интеллектуальные активы в парадигме инерционного инвестирования // Вопросы инновационной экономики. – 2022. – № 1. – c. 141-154. – doi: 10.18334/vinec.12.1.114119.
15. Sahut J.M., Iandoli L., Teulon F. The age of digital entrepreneurship // Small Business Economics. – 221. – p. 1159-1169. – doi: 10.1007/s11187-019-00260-8.
16. Feola R., Vesci M., Marinato E. et al. Segmenting “digital investors”: evidence from the Italian equity crowdfunding market // Small Business Economics. – 2021. – p. 1235-1250. – doi: 10.1007/s11187-019-00265-3.
17. Ефимова Л.Г. Цифровые активы и права на них в контексте изменения гражданского и банковского законодательства // Банковское право. – 2021. – № 5. – c. 7-20. – doi: 10.18572/1812-3945-2021-5-7-20.
18. Komljenovic J. The rise of education rentiers: Digital platforms, digital data and rents // Learning, Media and Technology. – 2021. – № 3. – p. 320-332. – doi: 10.1080/17439884.2021.1891422.
19. Muniesa F., Doganova L. The time that money requires: Use of the future and critique of the present in financial valuation // Finance and Society. – 2020. – № 2. – p. 95-113. – doi: 10.2218/finsoc.v6i2.5269.
20. Altenhain T., Heinemann C. Fintech Hypes, but Wealthy Internet Savvy Investors Prefer to Stay Hybrid. / In: Linnhoff-Popien C., Schneider R., Zaddach M. (eds) Digital Marketplaces Unleashed. - Berlin, Heidelberg: Springer, 2018. – 347-357(935) p.
21. Морошкина Т. Гейминг — это новый цифровой хлеб»: как видеоигры меняют экономику. Рбк. [Электронный ресурс]. URL: https://trends.rbc.ru/trends/industry/cmrm/618e2f419a7947657411c325 (дата обращения: 13.07.2022).
22. Wijman T. The World’s 2.7 Billion Gamers Will Spend $159.3 Billion on Games in 2020; The Market Will Surpass $200 Billion by 2023. Newzoo.com. [Электронный ресурс]. URL: https://newzoo.com/insights/articles/newzoo-games-market-numbers-revenues-and-audience-2020-2023 (дата обращения: 15.07.2022).
23. Global EdTech Venture Capital Report - Full Year 2021. HolonIQ. [Электронный ресурс]. URL: https://www.holoniq.com/notes/global-edtech-venture-capital-report-full-year-2021 (дата обращения: 14.07.2022).
24. Williamson B., Komljenovic J. Investing in imagined digital futures: the techno-financial ‘futuring’ of edtech investors in higher education // Critical Studies in Education. – 2022. – doi: 10.1080/17508487.2022.2081587.
25. Pulse of FinTech-H2-21. Kpmg. [Электронный ресурс]. URL: https://assets.kpmg/content/dam/kpmg/xx/pdf/2022/02/pulse-of-fintech-h2-21.pdf (дата обращения: 14.07.2022).
26. Fisch C., Masiak С., Vismara S., Block J. Motives and profiles of ICO investors // Journal of Business Research. – 2021. – p. 564-576. – doi: 10.1016/j.jbusres.2019.07.036.
27. Casino F., Dasaklis T.K., Patsakis C. A systematic literature review of blockchain-based applications: current status, classification and open issues // Telematics and Informatics. – 2019. – p. 55-84. – doi: 10.1016/j.tele.2018.11.006.
28. Симановский А.Ю. К вопросу об экономической природе криптовалюты // Вопросы экономики. – 2018. – № 9. – c. 132-142. – doi: 10.32609/0042-8736-2018-9-132-142.
29. Smutny Z., Sulc Z., Lansky J. Motivations, Barriers and Risk-Taking When Investing in Cryptocurrencies // Mathematics. – 2021. – № 14. – p. 1655. – doi: 10.3390/math9141655.
30. Conte N. The Bitcoin Crash of 2021 Compared to Past Sell-Offs. Visualcapitalist.com. [Электронный ресурс]. URL: https://www.visualcapitalist.com/bitcoin-historical-corrections-from-all-time-highs (дата обращения: 14.07.2022).
31. Conte N. How Every Asset Class, Currency, and S&P 500 Sector Performed in 2021. Visualcapitalist.com. [Электронный ресурс]. URL: https://www.visualcapitalist.com/how-every-asset-class-currency-and-sp-500-sector-performed-in-2021 (дата обращения: 14.07.2022).
32. Dasman S. Analysis of Return and Risk of Cryptocurrency Bitcoin Asset as Investment Instrument. / In: Alsharari N.M. (eds) Accounting and Finance Innovations. - Rijeka: IntechOpen, 2021. – 330 p.
33. Маневич В.А., Пересецкий А.А., Погорелова П.В. Волатильность фондового рынка и волатильность криптовалют // Прикладная эконометрика. – 2022. – № 1(65). – c. 65-76. – doi: 10.22394/1993-7601-2022-65-65-76.
34. Горнин Э.Л., Принцев Р.А. Эмиссия и обращение криптовалюты: перспективы развития в России и КНР // Экономика, предпринимательство и право. – 2021. – № 5. – c. 1077-1088. – doi: 10.18334/epp.11.5.112072.
35. Benedetti H., Kostovetsky L. Digital Tulips? Returns to investors in initial coin offerings // Journal of Corporate Finance. – 2021. – p. 101786. – doi: 10.1016/j.jcorpfin.2020.101786.

Страница обновлена: 12.08.2022 в 15:22:20