Влияние кризиса в Центральной Азии на национальную экономическую безопасность России

Сараджева О.В.1
1 РГУ им. А.Н. Косыгина, Россия, Москва

Статья в журнале

Экономика Центральной Азии
Том 4, Номер 4 (Октябрь-декабрь 2020)

Цитировать:
Сараджева О.В. Влияние кризиса в Центральной Азии на национальную экономическую безопасность России // Экономика Центральной Азии. – 2020. – Том 4. – № 4. – С. 375-384. – doi: 10.18334/asia.4.4.111625.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=44668223

Аннотация:
Процессы глобализации в мире привносят свои коррективы в формирование экономической безопасности. Политическая нестабильность, распространение коронавирусной инфекции и, как следствие, падение уровня жизни в странах Центральной Азии позволяют задуматься о новой конструкции взаимодействий в вопросах национальной экономической безопасности России и механизме ее обеспечения на постсоветском пространстве.

Ключевые слова: кризис, пандемия коронавируса, уровень жизни населения, миграция, экономическая безопасность



Введение

Вокруг России образуется дуга нестабильности, так как на постсоветском пространстве один за другим вспыхивают политические и межнациональные конфликты. Наличие конфликтов в Центральной Азии определяется двумя базовыми факторами. Прежде всего, это большая численность населения. На данный момент в регионе проживает почти 70 млн человек, а в общей сложности за 2019 г. население Центральной Азии выросло на 1,36 млн человек. Население Центральной Азии больше, чем население бывших советских республик в Восточной Европе от Эстонии до Украины вместе взятых, в три раза больше довоенного населения Сирии и лишь немного уступает населению Турции или Ирана. Поэтому любой крупный конфликт в регионе, безусловно, вызовет большие человеческие жертвы и массовый исход беженцев. Второй фактор – в рамках «поворота на Восток» конфликтный потенциал Центральной Азии будет оказывать существенное влияние на отношения России с одной стороны, и Китая, Турции и других азиатских стран – с другой [3; 7] (Dankov, 2016; Kostyuchenko, 2018).

В условиях кризисной ситуации в связи с пандемией и падением уровня жизни, выходят на поверхность межклановые конфликты, так как в январе 2021 года выборы в меджлис Казахстана, а завершат год выборы президента Республики Узбекистан, где помимо социально-экономических проблем ощущается сильное влияние исламистского подполья.

В основе взаимодействия лежит безопасность

Ситуацию на постсоветском пространстве определяют три кризисных фактора, которые негативно отражаются на экономической стабильности и безопасности России:

- эпидемиологическая ситуация в связи с распространением коронавирусной инфекции (табл.), так как запас прочности у стран на постсоветском пространстве невелик и на падении уровня жизни сказывается недиверсифицированность региональных экономик, зависимость от сырья, иностранных инвестиций и, главное, доходов мигрантов;

- малый кредит доверия к власти и правящим элитам, так как граждане практически всех государств Центральной Азии ощущают запрос на справедливость и недовольны коррупцией и неравенством, а это выливается в насильственные протесты и митинги;

- влияние на внутрирегиональный кризис внешних сил и запас прочности российской внешней политики, так как со времен распада Советского Союза велик соблазн списать все на коварные спецоперации наших геополитических соперников [1, 6] (Afanaseva, 2018; Krapchina, 2018).

Таблица 1

Данные по заболевшим, излечившимся и умершим от коронавируса COVID-19 по странам Центральной Азии (на 28.09.2020)

Страна
Количество заболевших
Количество выздоровевших
Количество умерших
Дата введения карантинных мер
Казахстан
130040
100552
1841
16.03.2020
Кыргызстан
43587
37726
1058
16.03.2020
Таджикистан
8449
7246
68
30.04.2020
Туркменистан
Нет данных
Нет данных
Нет данных
Не вводились
Узбекистан
40613
37200
300
16.03.2020
Источник: составлено на основе данных информационного агентства «Интерфакс»)

Миграция привязывает Таджикистан, Кыргызстан и Узбекистан к бывшей метрополии – Российской Федерации. Из Узбекистана на работу выезжают (преимущественно в Россию) до 40% трудового населения, а денежные переводы мигрантов составляют до 59% ВВП страны. Согласно прогнозам, в 2020 году темпы роста объема денежных переводов в страны региона значительно снизятся, примерно на 50% из‑за совокупного воздействия пандемии коронавируса и падающих цен на нефть, в двух основных странах-реципиентах трудовых мигрантов: Казахстане и России [2] (Vechkinzova, 2019). В частности, денежные переводы из России (которые составляют 8% ВВП Узбекистана) сократились почти наполовину от объемов прошлого года в данный период. В Таджикистане заявили, что объем денежных переводов из России (которые составляют 32% ВВП Таджикистана) в марте и первой половине апреля 2020 года упал на 50%. Снижение экономической активности ведет к росту безработицы. Так, согласно официальной информации, в Узбекистане в период января-апреля 2020 г., отмечен рост числа безработных – их число составило свыше 2 млн человек. По итогам I квартала 2020 года уровень безработицы в Казахстане составил 4,8%. Численность безработного населения достигла 442,4 тыс. В связи с ростом госрасходов и снижением доходов дефицит бюджета вырастет во всех странах без исключения в 2020 году, и, по данным МВФ, в Кыргызстане дефицит будет наибольшим и расширится до почти 10% относительно ВВП [10] (Ergashev, 0). В свою очередь, Турция дестабилизирует ситуацию в Закавказье, а пантюркистские интересы простираются дальше на Северный Кавказ, Крым и дальше в Среднюю Азию, где преследует свои интересы еще и Китай. То есть в основе каждого кризиса лежат свои ограниченные причины, которые спровоцированы внутриполитическими особенностями развития государств, а этим пользуются внешние силы для ослабления национальной безопасности России [5] (Ivanov, 2019). Основой взаимодействия государств в мировом рыночном пространстве, в условиях глобальной экономики является именно национальная экономическая безопасность. Такое взаимодействие осуществляется посредством рычагов государственной экономической политики, которая должна соответствовать потребностям вхождения страны в глобальное пространство для извлечения выгоды от внешнеэкономических связей и международного разделения труда. И решения со стороны России, не всегда очевидные, следуют двумя путями:

1) путем интеграционных процессов на платформах Союзного государства, ЕАЭС, ОДКБ, которые направлены на консолидацию общих экономических и региональных интересов;

2) путем прямого диалога с элитами и главами государств Центральной Азии.

Однако, в условиях клановой системы управления большинства государств постсоветского пространства и роста среди них антироссийских настроений ставка на властную вертикаль в сложившихся трансформационных условиях очень сомнительна в вопросах контроля над политическими системами соседей.

А.Н. Добровский, исследуя феномен экономической безопасности в системе национально-государственных интересов, признает, что «глобализация стала неотъемлемой частью современной экономики. Происходит расширение и углубление экономических отношений между странами, группами стран, экономическими группировками» [4] (Dorovskiy, 2008). Безусловно, такое взаимодействие, поводом к которому служит постоянно меняющаяся конъюнктура мирового рынка в различных его товарных и территориальных сегментах, носит диалектический характер. В процессе сотрудничества обнаруживается как общность интересов, когда участники глобальных экономических процессов имеют дополняющие друг друга компоненты присутствия на том или ином сегменте рынка, так и противоречия или конфликты интересов. В результате оценки объективных условий конкретной ситуации страны вступают во взаимодействие, руководствуясь собственными интересами и действуют сообразно им, даже если это наносит прямой ущерб экономике других стран. В таких условиях не только не исключаются, а, наоборот, вполне ожидаемы угрозы национальной безопасности, в том числе в ее экономическом аспекте.

Несмотря на заявляемое намерение сделать доступным всем участникам мирового хозяйства положительные эффекты глобализации и одновременно смягчить возможные негативные последствия участия стран в глобальном экономическом процессе, эта декларация намерений на практике остается лишь заявлением. На деле же глобализация должна рассматриваться как генератор потенциальных внешних угроз, в особенности это касается сегментов международной торговли и международного разделения труда, имеющих отношение к товарам с высокой добавленной стоимостью и высокотехнологичным товарам, то есть продукции обрабатывающей промышленности. Конкуренция среди производителей такого рода продукции на мировом рынке чрезвычайно велика. Основой взаимодействия государств в мировом рыночном пространстве, в условиях глобальной экономики является национальная экономическая безопасность. Такое взаимодействие осуществляется посредством рычагов государственной экономической политики, которая должна соответствовать потребностям вхождения страны в глобальное пространство для извлечения выгоды от внешнеэкономических связей и международного разделения труда.

Защита экономических интересов России может осуществляться как действия, следующие за наступлением каких-либо фактов или явлений, когда результат угрозы уже манифестировался (опасность как реализованная угроза) и налицо объективно новая экономическая ситуация. В этом случае мы может говорить о пассивном характере защиты экономических интересов. Однако защита экономических интересов может осуществляться и в виде превентивных действий, то есть выражаться в реализации комплекса мероприятий, предотвращающих реализацию угрозы экономическим интересам и манифестацию результата реализации угрозы. В этом случае уместно говорить о активном характере защиты экономических интересов. А.И. Числов, Е.А. Цишковский, рассматривая экономическую безопасность страны как такое состояние развития экономики, которое обеспечивается государством путем устранения препятствий в реализации национальных экономических интересов и защиты их от негативных факторов, высказывают тезис о том, что наступление есть возможный вариант достижения безопасного состояния [9] (Chislov, Tsishkovskiy, 2006). Механизм обеспечения экономической безопасности формируется на базе двух блоков:

- оборонного блока, то есть защиты экономических интересов от угроз;

- наступательного блока, то есть реализации экономических интересов.

На рисунке 1 представлена схема механизма обеспечения экономической безопасности на базе оборонного и наступательного блоков.

Выноска 3: ОБОРОННЫЙ БЛОК

Рисунок. Схема механизма обеспечения экономической безопасности на базе оборонного и наступательного блоков

Данные угрозы экономической безопасности России могут быть преодолены путем реализации программы действий на уровне национальной рыночной системы как способности рынка сохранять устойчивость при внешних дестабилизирующих воздействиях (в данной ситуации это война в Закавказье и кризис в странах Центральной Азии) и требуют новых дипломатических подходов к обеспечению национальной экономической безопасности России.

Помимо этого сегодня главными причинами устойчивой ориентации трудящихся-мигрантов из Центральной Азии на Россию остаются конкурентные преимущества ее рынка труда, с которым пока не могут соперничать другие страны. Даже более высокий уровень заработной платы в странах Ближнего Востока, Турции, Южной Корее не может перекрыть значительных социально-экономических издержек: жесткие требования к качеству выполняемой работы; сложность получения рабочей визы; необходимость знания и сложность изучения языка; жесткое отношение работодателей. Однако если политика стран «новой миграции» в вопросах привлечения трудовых мигрантов из Центральной Азии станет более активной, а отношение к ним в России ухудшится и экономический кризис затянется, то векторы развития ситуации могут измениться. Потоки трудящихся-мигрантов из государств Центральной Азии теоретически могут переориентироваться на мусульманские страны Ближнего Востока (Турцию и Иран), Персидского залива (Катар, Оман, Объединенные Арабские Эмираты, Саудовская Аравия), Восточной Азии (Южную Корею), а это может иметь негативные последствия с точки зрения распространения фундаментализма и радикализма [8] (Ryazantsev, 0), что отразится на геополитическом и экономическом устойчивом развитии России.

Заключение

Преодоление данных проблем возможно только путем реализации комплекса действий на уровне государственной системы, выражающейся в возможности сохранять независимость в принятии решений, а именно в необходимости реализации сценария опережающего развития обрабатывающей промышленности и защите своих национальных интересов. И в данной ситуации крайне важен вопрос предотвращения угроз на уровне государственной системы – это поддержание существующего положения России во взаимоотношениях со странами Центральной Азии, которое требует существенно меньших усилий, нежели коренная структурная перестройка промышленности. Такое возобладание интересов, которые в обсуждаемой ситуации могут характеризоваться как в определенном смысле слова «эгоистические», с точки зрения национальных экономических интересов может рассматриваться как обеспечение экономической безопасности страны, поскольку выступает в качестве материального базиса для реализации функций других видов безопасности и предоставляет постоянный материальный ресурс для обеспечения национальной безопасности в целом как динамично функционирующей системы.


Источники:

1. Афанасьева Д.А. Политические риски и их учет в обеспечении экономической безопасности // Экономическая безопасность. – 2018. – № 3. – c. 257-261. – doi: 10.18334/ecsec.1.3.100520.
2. Вечкинзова Е.А. Сравнительный анализ развития региональной индустриально-инновационной инфраструктуры России и Казахстана // Экономика. – 2019. – № 1. – c. 19-34. – doi: 10.18334/asia.3.1.40757.
3. Данков А. Вооруженные конфликты в Центральной Азии: факторы влияния // Рабочая тетрадь. – 2016. – № 36. – c. 45.
4. Доровский А.Н. Экономическая безопасность в системе национально-государственных интересов. / Автореф. дис. … канд. экон. наук. - Саратов, 2008. – 17 c.
5. Иванов Е.А. Современные вызовы и угрозы экономической безопасности Российской Федерации // Экономическая безопасность. – 2019. – № 1. – c. 13-21. – doi: 10.18334/ecsec.2.1.100617.
6. Крапчина Л.Н. Тенденции геоэкономических и геополитических процессов в Центрально-Азиатском регионе постсоветского пространства // Экономические отношения. – 2018. – № 3. – c. 323-332. – doi: 10.18334/eo.8.3.39283.
7. Костюченко И.Г. Некоторые вопросы экономического развития Азиатско-Тихоокеанского региона // Экономические отношения. – 2018. – № 1. – c. 81-94. – doi: 10.18334/eo.8.1.38763.
8. Рязанцев С. Трудовая миграция из Центральной Азии в Россию в контексте экономического кризиса. Globalaffairs.ru. [Электронный ресурс]. URL: https://globalaffairs.ru/articles/trudovaya-migracziya-iz-czentralnoj-azii-v-rossiyu-v-kontekste-ekonomicheskogo-krizisa (дата обращения: 30.10.2020).
9. Числов А.И., Цишковский Е.А. Защита и реализация экономических интересов России как основные направления обеспечения ее экономической безопасности // Юридическая наука и правоохранительная практика. – 2006. – № 1(1). – c. 13-25.
10. Эргашев Б. Выход из коронакризиса: три пути для Центральной Азии. Mirperemen.net. [Электронный ресурс]. URL: http://mirperemen.net/2020/07/vyxod-iz-koronakrizisa-tri-puti-dlya-centralnoj-azii (дата обращения: 23.10.2020).

Страница обновлена: 13.02.2021 в 12:08:49