Развитие цифрового потенциала региона в управлении качеством жизни населения

Мухачева А.В.1, Никитская Е.Ф.1
1 Российский экономический университет имени Г.В. Плеханова

Статья в журнале

Экономика, предпринимательство и право (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 14, Номер 3 (Март 2024)

Цитировать:
Мухачева А.В., Никитская Е.Ф. Развитие цифрового потенциала региона в управлении качеством жизни населения // Экономика, предпринимательство и право. – 2024. – Том 14. – № 3. – С. 859-884. – doi: 10.18334/epp.14.3.120602.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=63861823

Аннотация:
Статья посвящена анализу развития цифрового потенциала региона и оценке перспектив его использования в целях управления качеством жизни населения региона. Представлены дефиниционные основы и оценочная практика цифрового потенциала региона, его сущностное разграничение с родственными категориями. Проведена аналитика эмпирических данных об уровне цифровизации РФ и ее субъектов. Изучены основные исследовательские подходы к изучению качества жизни населения, предложена его междисциплинарная трактовка как степени реализации интересов населения, интегрирующая объективный (экономический) и субъективный (психологический) подходы. Описаны цифровые инструменты для реализации жизнеобеспечивающих, социальных и духовных интересов граждан. Сформирован перечень положительных и отрицательных экстерналий (внешних эффектов) от использования цифрового потенциала региона в управлении качеством жизни. Показано, что текущие национальные проекты и программы не учитывают отрицательные эффекты развития цифровой экономики, цифровой трансформации отраслей для качества жизни населения

Ключевые слова: цифровой потенциал, регион, качество жизни, цифровая экономика, цифровое развитие

JEL-классификация: O31, O32, O33



ВВЕДЕНИЕ

Еще в начале 90-х гг. Футуролог Дж. Нейсбит писал, что цифровизация – новый мегатренд современной экономики [4]. С ней связана набирающая популярность концепция VUCA-мира (англ. – изменчивость, неопределенность, сложность и неоднозначность), в котором мы живем уже сегодня и где все социальные процессы ускоряются с экспоненциальной скоростью [6]. Если в первобытном обществе значимые изменения происходили каждые 10 000 лет, то сегодня – каждые 10 лет, а к 2038-2050 гг. изменения будут происходить каждую минуту. О том, как ускоряющийся мир с внедрением цифровых технологий влияет на современного человека, футурологи дают противоречивые оценки. Человек не способен так быстро изменять себя под влиянием внешней среды и испытывает все больший стресс [3]. Между тем, очевидны преимущества цифровизации для граждан отдельных территорий, повышающих их качество жизни.

Проблемой развития цифрового потенциала региона занимались Р. В. Федоренко, А. А. Абдуллаева, Т. Г. Махмудов [8], Н. Ф. Данилова, И. В. Сараева [16], В. В. Печаткин [45], Р. Катс [21]. Несмотря на множество исследований по цифровой экономики и цифровой трансформации отраслей, теме развития цифрового потенциала региона до сих пор посвящено недостаточно большое количество научных трудов. Еще меньшее количество исследователей рассматривало возможности развития цифрового потенциала региона как инструмента управления качеством жизни населения.

Целью статьи является анализ возможностей развития цифрового потенциала региона в управлении качеством жизни населения. Научная новизна полученных результатов заключается в уточнении сущностных основ категорий «цифровой потенциал региона», «качество жизни», их структуры; предложении авторского подхода к определению цифрового потенциала региона на основе систематизации имеющихся взглядов исследователей и выявленных сущностных основ понятия; описании имеющихся возможностей и перспектив использования инструментов развития цифрового потенциала региона для управления качеством жизни населения; формировании перечня положительных и отрицательных экстерналий от использования цифровых технологий в социальной сфере.

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ РАЗВИТИЯ ЦИФРОВОГО ПОТЕНЦИАЛА РЕГИОНА

В научной литературе наиболее распространены определения цифрового потенциала региона, представление в таблице 1.

Таблица 1

Определения цифрового потенциала региона

Автор
Определение
Титова И.Н.
характеристики возможностей экономических систем по использованию цифровых технологий с целью создания среды для производства товаров и услуг повышенной ценности [52]
Глезман Л.В.
наличие в регионе необходимых ресурсов и компетенций для реализации цифровых преобразований [13]
Логачева Н.А.
способность региональной хозяйственной системы решать задачи в области цифровой трансформации за счет активации условий и факторов цифрового назначения [28]
Родионов Д.Г.
Конников Е.А.
Сергеев Д.А.
совокупность ресурсов, обеспечивающих конкурентоспособность региона на долгосрочную перспективу, устойчивость цифрового развития и цифровое лидерство в контексте межрегионального анализа [48]
Маслов М.П.
Петров С.П.
уровень цифрового развития региона с учетом имеющейся совокупности ресурсов и возможностей, а также их отдачи при соответствующих инвестициях в цифровую трансформацию региона, т. е. как функции отклика уровня цифровизации экономики на инвестиции в информационные технологии с учетом текущего уровня ее цифровизации [31]
Источник: составлено автором

Существуют также исследовательские различия по поводу соотношения понятия «цифровой потенциал региона» с другими смежными понятиями (цифровое развитие, цифровая трансформация, цифровая зрелость, цифровая инфраструктура, инновационный потенциал, информационный потенциал) (табл.2).

Например, большинство ученых полагают, что цифровой потенциал региона является частью его информационного потенциала. Потенциал в означает мощность, совокупность возможностей и средств для чего-либо [40]. Инновационный потенциал можно трактовать как инфраструктурные условия, научно-технологические ресурсы, материально-технические запасы, которые могут использоваться для инновационного развития при условии восприятия новшеств субъектами рынка и их способности развиваться [39].

Проекция указанной трактовки на цифровой потенциал как составную часть инновационного потенциала позволяет его определять как инфраструктурные, научно-технологические и материально-технические ресурсы (условия), которые позволяют субъектам рынка воспринимать и развивать цифровые технологии. В данном случае помимо ресурсной части цифрового потенциала указывается значимая его составляющая, отвечающая за возможность восприятия перспектив и результатов цифровизации. Т.е. региону необходимо не только владеть цифровыми ресурсами и развитой цифровой инфраструктурой, но и иметь возможность их эффективно использовать в деятельности органов власти, хозяйствующих субъектов, населения региона.

Кроме того, цифровой потенциал региона является частью информационного потенциала - совокупности информационных ресурсов территории (региональных органов власти, хозяйствующих субъектов, населения, информационной инфраструктуры) для реализации целей территориального развития. Цифровой потенциал региона в этой связи – совокупность цифровых ресурсов (ресурсов цифровой инфраструктуры) и административных, социально-экономических рычагов для их эффективного использования в целях регионального развития.

Таблица 2

Соотношение цифрового потенциала региона со смежными категориями

Автор
Описание подхода
Кулагина Н.А.
Сергеев Д.А.
Цифровой потенциал региона – часть цифрового развития региона наряду со степенью цифровой трансформации отраслей [26].
Куликова И.Ю.
Цифровой потенциал региона – часть информационного потенциала региона.
Астапенко Е.О.
Бредихин В.В.
Цифровой потенциал – часть инновационного потенциала [10].
Козлов А.В.
Цифровой потенциал включает в себя цифровую инфраструктуру – систему обеспечения доступа организаций к информационным ресурсам и технологиям, имеющиеся в данном регионе [23]
Киселева Е.Г.
Цифровое развитие региона (включающее цифровой потенциал) тождественно понятию цифровой зрелости
Куликова И.Ю.
Цифровой потенциал тождественен понятию цифровой зрелости региона [27]

Подводя итог соотношению понятий, можно заключить, что цифровой потенциал региона является частью информационного, инновационного потенциала и цифрового развития (определяемого также цифровой трансформацией отраслей), включает цифровую инфраструктуру. Однако, цифровой потенциал региона создает предпосылки для цифровой трансформации, поэтому данные понятия нельзя абсолютно разделять. Соотношение (разграничение) цифрового потенциала региона с понятием «цифровая зрелость» в рамках различных подходов разнится: одни исследователи считают указанные понятие синонимами, другие (что более оправданно, на наш взгляд) указывают, что цифровая зрелость тождественна цифровому развитию (а следовательно, включает в себя категорию «цифровой потенциал»). Следует отметить, что разграничение понятия «цифровой потенциал региона» со смежными категориями требует дополнительного изучения, т.к. имеет собственную специфику.

На наш взгляд, цифровой потенциал региона представляет собой совокупность ресурсов территории (инфраструктурных, научно-технологических, материально-технических, кадровых, финансовых, институциональных), определяющих текущее и перспективное состояние цифрового развития (цифровой зрелости) региона (а также цифровую трансформацию региональных отраслей, включая социальную сферу). Цифровой потенциал региона включает цифровую инфраструктуру и административные, социально-экономические условия для их эффективного использования в установленных целях территориального развития; отражает степень динамической конверсии от внедрения цифровых технологий в виде положительных социально-экономических экстерналий регионального развития за вычетом отрицательных эффектов, а также приросте качества жизни населения.

Анализ эмпирических данных о цифровом развитии регионов российской федерации

Эксперты утверждают, что на высоком уровне цифровизации находятся сфера информационно-коммуникационных технологий, образование, финансовая деятельность, торговля, на среднем - автомобилестроение, легкая промышленность обрабатывающее производство; на низком ‒ ТЭК, металлургия, машиностроение, транспорт, здравоохранение [7].

Как показывают исследования, большинство населения на текущий момент имеет доступ к Интернету (до 77%) [33], однако в развитых странах обеспеченность интернетом выше. В 2020 году зафиксирован резкий рост затрат населения на цифровые продукты, что связано с пандемией коронавируса [8]. В 2022-2023 году населению в удовлетворении своих потребностей пришлось переориентироваться полностью или частичной на альтернативные программные продукты и сервисы для поддержания качества жизни в связи с санкционными ограничениями. Таким образом, цифровые технологии прочно вошли в жизнь населения, что создало определенные проблемы после ухода с рынка иностранных компаний в сфере ИКТ.

Регионы серьезно различаются по уровню цифровизации, лидерами ожидаемо являются Москва, Санкт-Петербург, Татарстан, аутсайдерами – Республика Тыва, Еврейская автономная область, Карачаево-Черкессия. Региональная дифференциация в уровне цифровизации обусловлена различиями в транспортной инфраструктуре, объемом и структурой ресурсов территории (прежде всего - финансовых), методической обеспеченностью. Независимо от позиции в рейтинге, практически все регионы активно развивают собственный цифровой потенциал в рамках территориальных программ [56], утверждены стратегии цифровой трансформации регионов на 2022-2024 гг., а также создание единой платформы оказания типовых региональных услуг (рис.1).

Изображение выглядит как текст, карта, атлас

Автоматически созданное описание

Рисунок 1. Организации, использующие цифровые платформы, по субъектам Российской Федерации

Источник: [19]

Подходы к оценке потенциала цифрового развития регионов

Проведем анализ инструментов для измерения уровня цифрового развития и реализации цифрового потенциала региона (табл.3).

Таблица 3

Подходы к оценке цифрового потенциала региона

Подход
Описание, структура показателей
Показатель оценки развития цифровой экономики (Национальный проект «Цифровая экономика Российской Федерации»)
Отрасли: здравоохранение, образование, городское хозяйство и строительство, государственное управление, промышленность, транспорт и логистика, сельское хозяйство, природопользование и экология, социальная сфера,.
Показатели: доступ домохозяйств и организаций к сети Интернет, расходы на цифровые технологии, индекс цифровизации и долю населения, пользующуюся сетью Интернет в регионах, индекс цифровой экономики и общества России и других стран, индекс развития электронного правительства России [46]
Индекс «Цифровая Россия» (Московская школа управления «Сколково»)
1. Норм. регулирование и админ. показатели цифровизации
2. Учебные программы и специализированные кадры
3. Исследовательские компетенции и технологический задел
4. Информационная инфраструктура
5. Информационная безопасность
6. Экономические показатели цифровизации
7. Социальный эффект от внедрения цифровизации (учитывает реализацию концепции "Умный город") [8]
Национальный индекс развития цифровой экономики РФ (Центр компетенций «Цифровые технологии» Росатом)
Рейтинговые оценки (на основе Эвклидова расстояния) влияния цифровых технологий на систему государственного управления, бизнес (девять отраслей), домохозяйства и население, образование, здравоохранение [38]
Индекс развития информационно-коммуникационных технологий региона (Юрча И.А.)
· ИКТ-доступ (уровень развития инфраструктуры электросвязи);
· ИКТ-использование (уровень использования технологий ИКТ-пользователями);
· ИКТ-навыки – показатель, позволяющий оценить уровень развития человеческого капитала [57]
Российский региональный индекс цифовизации качества жизни населения (Масловым М.П., Петров С.П.)
Соотношение «цены» 1% ежегодного прироста индекса РРИЦКЖН» и среднедушевых инвестиций в ИКТ на дущу населения (в среднегодовом эквиваленте) [31].
Рейтинг цифровой зрелости регионов (Министерство цифрового развития)
1. цифровая зрелость, 5 отраслей (общественный транспорт; городское хозяйство и строительство; здравоохранение; образование (общее); государственное управление);
2. платформа для обратной связи;
3. поддержка IT-отрасли (ставка налога; динамика налоговой и арендной ставки; гранты; компенсации по ипотеке);
4. информационная безопасность;
5. эксплуатация СМЭВ;
6. импортонезависимость ПО;
7. наличие электронных массовых социально значимых услуг [22].
Показатель развития цифрового потенциала региона (Титова И.Н.)
Доля организаций, имеющих сайт; количество компьютеров с выходом в Интернет на 1 работника; доля организаций, применяющих электронный документооборот; доля домохозяйств, подключенных к сети Интернет; количество абонентов мобильного интернета [52]
Показатель цифрового потенциала региона (Кузовкова Т.А., Салютина Т.Ю., Кухаренко Е.Г.)
интегральный показатель цифрового развития:
1. Цифровизации операционных и бизнес-процессов, структур и систем управления, потребления и производства;
2. Цифровой трансформации экономики и общества;
3. Формирования единого цифрового пространства нации [25].
Источник: составлено автором

Анализ представленных исследовательских подходов позволяет заключить, что управление качеством жизни населения региона за счет развития цифрового потенциала должно реализовываться с учетом следующих показателей:

1. Показатели цифровизации социальной сферы (образования, здравоохранения, социальной защиты, рынка труда)

2. Показатели цифровизации условий жизни (потребительских условий, охраны экологии и правопорядка, социальной инфраструктуры)

3. Показатели цифровизации мнения населения (учета обращений жителей, субъективных оценок удовлетворенности различными сферами жизни, цифровых угроз)

4. Показатели цифрового неравенства и цифровой дискриминации (освоение цифровых технологий различными группами населения, удобство использования цифровых технологий, различие в доходах профессиональных групп в отраслях с различным уровнем цифровизации).

Интегральный и частные показатели реализации цифрового потенциала региона в управлении качеством жизни могут рассчитываться на основе открытых статистических данных, контент-анализа публикаций в социальных сетях и СМИ, результатов социологического опроса населения и определяться как разность оценок положительных и отрицательных эффектов.

Теоретические основы качества жизни населения

Перейдем к теоретическому и методологическому рассмотрению категории «качество жизни», которые, по мнению подавляющего большинства исследователей, является ключевым показателем эффективности развития социально-экономической системы любого уровня, деятельности органов государственной и муниципальной власти (в т.ч. в цифровом поле), реализации потребностей населения во всех общественных сферах [9, 35]. Методики оценки развития цифрового потенциала региона содержат как объективные (на основе статистических данных), так и субъективные (на основе опросов населения) показатели. Это в полной мере соответствует дуализму качества жизни в части существования объективного и субъективного срезов его восприятия и оценки. Междисциплинарность категории «качество жизни» и его сущностных дуализм (наличие объективной и субъективной составляющей) приводит к его исследованию сразу множеством научных направлений (экономики, социологии, психологии, философии, медицины и пр.). Учитывая, что термин «качество жизни» был введено экономистами (Дж. Гэлбреттом) для обозначения объективных условий жизни человека и удовлетворения его потребностей, сосредоточимся на объективном ракурсе изучения, учитывая, что субъективные оценки могут существенно отличаться от объективных.

Качество жизни определяется прежде всего как удовлетворенность жизнью – т.е. степенью соответствия действительных ее аспектов и условий сложившимся ожиданиям. При оценке удовлетворенности исследователи прежде всего говорят о потребностях населения (внутренней причины жизнедеятельности, нужды, необходимости в чем-либо [30] (исследователи Всероссийского центра уровня жизни [11], Т.Ф. Матвеева [32], О.В. Глушакова [14], Г.В. Калинина [20], Н.М. Зиганшина [18]). Есть точки зрения, согласно которым удовлетворению подлежат интересы (Н.С. Маликов, С.А. Баженов [31]) и ценности граждан (специалисты ВНИИТЭ А.А. Давыдова, Е.Е. Давыдова, Г.М. Зараковский, Б.Г. Степанова, Л.А. Кузьмичев [17], А.С. Митчелос, М. Бэйзер [34], Т.Н. Савченко, Г.М. Головина [49]). Ценностный аспект качества жизни развивается преимущественно в психологическом направлении, потребностный – в экономическом, социологическом [36].

Классификация потребностей составляет структуру качества жизни и включает в себя в наиболее общепризнанном и универсальном виде жизнеобеспечивающие (материальные и в благоприятной среде обитания), социальные (в принадлежности к группе), духовные (эстетические, познавательные, этические, культурные, в самореализации). Введение термина «жизнеобеспечивающих» потребностей связано с тем, что привычные материальные потребности не охватывают условия жизни человека, обеспечивающие физически благоприятную среду обитания (здравоохранение, охрану экологии и правопорядка, политическая стабильность) и ориентируются только на доходы / платежеспособность населения – т.е. на уровень жизни. Все остальные классификации потребностей являются «надстройками» или расширением указанной базовой трехзвенной структуры.

Позиция наименее многочисленной группы исследователей, определяющая качество жизни населения через удовлетворение интересов (как потребностей и ценностей, выраженных вовне, в направленности на внешние объекты) наиболее близка, на наш взгляд, к общедисциплинарному подходу. Потребности и ценности человека могут носить латентный, пассивный, неосознаваемый характер и в этом случае их удовлетворить инструментами государственной и муниципальной политики практически невозможно. Интересы же, представляющие собой осознанную и активностную направленность человека, подлежащую идентификации, формализации и измерению, могут быть учтены при реализации государственной политики управления качеством жизни, в т.ч. за счет развития цифрового потенциала территории.

Таким образом, в рамках смешанного подхода, интегрирующего экономическую составляющую качества жизни (удовлетворение потребностей) и его психологическую компоненту (направленную на реализацию ценностей), предлагается следующее определение качества жизни:

Качество жизни – степень реализации жизнеобеспечивающих, социальных, духовных интересов человека, соответствие объективно сложившихся и субъективно ощущаемых характеристик его жизни внутренним ожиданиям и внешним стандартам.

Авторский подход к оценке качества жизни населения предполагает анализ следующих показателей: демографические индикаторы (естественный прирост; миграционный прирост, ожидаемая продолжительность жизни; миграционный прирост; отношение числа разводов на 1000 браков); уровень жизни (масштаб бедности, реальные денежные доходы; масштаб бедности; коэффициент фондов); образование (число студентов бакалавриата, специалитета, магистратуры (на 10 000 чел. населения); доля детей, обеспеченных дошкольными образовательными учреждениями; здравоохранение (число врачей (на 10 000 населения); заболеваемость); культура (численность зрителей театров (на 1000 человек населения)); рынок труда (уровень безработицы); охрана экологии (выбросы в атмосферу от стационарных источников); охрана правопорядка (число преступлений (на 100 000 человек населения)) [37].

Экономическая оценка качества жизни на основе открытых данных нередко сочетается с анализом субъективных оценок для учета, во-первых, в связи с несовершенством статистической базы, во-вторых, для учета внутренней удовлетворенности населения в различных сферах жизни. Наиболее известными интегральными методиками оценки качества жизни, объединяющими объективные и субъективные оценки, выступают подходы В.П. Бабинцева, М.Н. Алферовой, А.Л. Белова, специалистов лаборатории по проблемам качества жизни, Е.В. Панкратовой, М.Ш. Салимова, В. Глатзера, Х. Мора [41]. Мухачёвой А.В. совместно с коллегами была разработана методика двумерной интегральной социолого-статистической оценки уровня социально-экономического развития региона, включающая показатели социальной сферы, уровня и качества жизни (представлена в трудах [5, 44]). Для интеграции статистических и социологических данных использовался метод анализа иерархий Томаса Саати, доказавший свою эффективность в анализе нечетких множеств оценок.

Использование цифрового потенциала региона в целях управления качеством жизни населения

Рассматривая управление качеством жизни населения посредством реализации цифрового потенциала территории, можно выделить следующие цифровые инструменты для реализации жизнеобеспечивающих, социальных и духовных интересов граждан (табл. 4).

Таблица 4

Цифровые инструменты для реализации интересов граждан в различных сферах качества жизни

Сферы качества жизни
Цифровые инструменты
Жизнеобеспечивающие интересы
Доступ к качественным товарам и услугам, обеспечение их приемлемой цены и ассортимента на конкурентной основе, гарантия исполнения сделок
Создание цифровых платформ интеграции предложений субъектов рынка
Таргетированная реклама
Развитие электронной коммерции
Smart-контракты на Blockchain
Экологическая и криминогенная безопасность, автоматизация процессов бытового обслуживания, жилищное обеспечение, градостроительная инфраструктура
Интернет вещей, IoT
Искусственный интеллект, AI
Цифровые двойники территории
Технологии и проекты HomeNet
Социальное обслуживание, доступ к государственным услугам
Развитие цифровых государственных услуг (при должной мере поддержки и компенсации цифрового неравенства консервативными методами их получения)
Сервисы для учета обращений граждан
Регулирование рынка труда и занятости, обеспечение высокого уровня жизни (благосостояния)
Программные продукты и сервисы для удаленной работы
Сервисы для онлайн-образования
Предикативная аналитика динамики соотношения спроса и предложения на рынке труда, цены рабочей силы
Развитие цифровых платформ для поиска работы
Социальные и духовные интересы
Обеспечение эффективных коммуникаций, организация сообществ
Социальные сети, мессенджеры
Тематические форумы и виртуальные группы с возможностью обмена сообщениями
Развитие социальных институтов (брака, семьи, профессиональной кооперации, реализации общественно значимых ценностей)
Социальная реклама на цифровых платформах
Льготы для социально активных граждан при доступе к товарам и услугам, общественным благам
Развитие цифровых государственных услуг
Саморазвитие и самореализация
Цифровые продукты и сервисы в области образования
Возможность удаленного прохождения государственных образовательных программ
Открытые цифровые лекториумы
Культурные интересы
Цифровизация услуг учреждений культуры, виртуальные экспозиции, экскурсии с использованием средств VR/ AR
Внедрение qr-кодов для описания культурных объектов
Цифровые продукты для обеспечения доступа (покупки билетов) в музеи, театры, на выставки и пр.
составлено авторами

Важным инструментом цифрового потенциала региона в целях управления качеством жизни является цифровое моделирование территориального развития, цифровые двойники городов и регионов. Для цифрового моделирования развития территории используются две основные группы математических моделей – имитирующие (воспроизводящие, события, действия, системы) и аппроксимирующие (проецирующие на последующие периоды ретроспективные тенденции) [50]. Подходы к имитационному моделированию социально-экономических систем, согласно большинству исследователей, включают системную динамику, методы дискретно-событийного моделирования и агентного моделирования [24]. Популярным методом моделирования социально-экономических систем и качества жизни, в частности, является когнитивное моделирование, предложенное Робертом Аксельродом в 1976 г. [53] и усовершенствованное Э.А. Трахтенгерцем и Л.Н. Столяровой [51] для работы в условиях неопределенности.

Известными российскими разработками для математического моделирования регионального развития являются программно-инструментальный комплекс «Прогноз» (используется Министерством экономического развития России, требует большого количества ретроспективных данных, малоприменим для слаборазвитых регионов по мнению разработчиков) [15], разработанный ЗАО «Прогноз», автоматизированная система развития территории «ТАИС» (Самарская государственная академия) [47], система анализа и моделирования регионального бюджета «Губернатор» [29], система региональных решений Сирена-2, система «Моделирование социально-экономического развития региона», прогностическая система региона (Институт информатики РАН), модель Кировской области А.А. Дороницына [12]. Указанные системы разнятся применяемым инструментарием (системы дифференциальных уравнений, нейронные сети, искусственный интеллект, эконометрические уравнения и пр.). Мухачёвой А.В. для формирования региональной модели качества жизни населения был использован метод структурного моделирования, интегрирующий подавляющее большинство современных методов статистического анализа (корреляционный, регрессионный, факторный, кластерный, дисперсионный анализ), эмпирическая база исследования включила девять блоков экономических и шестнадцать блоков социальных показателей за 2003-2018 гг. [37].

Анализ развития цифрового потенциала в целях управлении качеством жизни населения должен проводиться с учетом эффективности использования указанных цифровых инструментов и их дальнейшего развития, с использованием объективных и субъективных индикаторов (статистических данных, открытой аналитики, социологических данных, публикаций в медиа-источниках).

Значение цифровизации для формирования качества жизни населения региона, реализация его цифрового потенциала в этих целях может характеризоваться как комплекс положительных и отрицательных экстерналий. К положительным экстерналиям от внедрения цифровых технологий относится отмечаемый многими исследователями прирост валового регионального продукта, инновационного развития региона, улучшение условий занятости, повышение производительности труда [16]; эффективная политика в области здравоохранения, образования, социальной защиты [2], охраны экологии и правопорядка, открытие новых возможностей для самореализации населения в личных и профессиональных целях, улучшение потребительских условий жизни (упрощение доступа к качественным товарам и услугам), рост благосостояния населения [1, 55].

К отрицательным экстерналиям от внедрения цифровых технологий для формирования качества жизни населения региона относится цифровая дискриминация населения в связи с цифровым неравенством (уровнем освоения цифровых технологий различными категориями населения), выражающаяся в дифференциации заработной платой в «цифровых» и «нецифровых» отраслях; цифровой стресс и сопротивление инновациям; угрозы безопасности; проблемы цифровой гигиены при атаках информационными потоками в профессиональной жизни и коммуникациях; рост безработицы, необходимость непрерывного цифрового образования и связанные с этим дополнительные финансовые и временные затраты, нестабильность и отсутствие уверенности в завтрашнем дне и др. В связи с этим требуются адаптивная реализация цифрового потенциала региона в соответствии с потребностями граждан и балансом между позитивными и негативными экстерналиями цифровизации.

Проекты и программы в области развития цифрового потенциала регионов РФ, влияние на качество жизни населения.

Управление цифровым потенциалом региона в обеспечении качества жизни реализуется на федеральном и региональном уровне путем индикативного планирования и реализации национальных проектов (программ). В настоящее время реализуется целый ряд национальных проектов в области обеспечения качества жизни: «Здравоохранение», «Демография», «Жилье и городская среда», «Образование», «Культура», «Экология» и пр. [43]

Основной национальный проект в области развития цифрового потенциала страны и регионов до конца 2024 года - «Цифровая экономика», реализация которого в интересах населения включает такие подпроекты, как «Информационная инфраструктура», «Информационная безопасность», «Кадры для цифровой экономики», «Нормативное регулирование цифровой среды», «Цифровые технологии», «Цифровое государственное управление» [42]. Указанный проект разработан для реализации целей «Цифровая трансформация», утвержденной Указом Президента РФ от 21.07.2020 г. [54], а, следовательно, направлен преимущественно на модернизацию отраслей экономики. Тем не менее, в паспорте проекта в качестве целей указано «Доступность новых цифровых сервисов для улучшения комфорта и качества жизни граждан». Реализация проекта предусматривает появление новых навыков и цифровых профессий, развитие цифровых госуслуг, обеспечение доступа к сети Интернет (прежде всего – социальных учреждений и госорганов, малочисленных населенных пунктов).

Таблица 5

Цели, направления и показатели национального проекта «Цифровая экономика» и национальной цели «Цифровая трансформация», направленные на повышение качества жизни населения

Национальный проект «Цифровая экономика» (до 31.12.2024)
Национальная цель «Цифровая трансформация» (до 2030 г.)
Цель – обеспечение доступности цифровых сервисов для улучшения качества жизни и комфорта граждан
Показатель – цифровая зрелость основных экономических отраслей, социальной сферы (здравоохранения, образования), а также сферы государственного управления
Направление «Новые навыки и цифровые профессии»
Показатель – обеспечение доступности для населения в электронном виде 95% массовых социально значимых услуг
Направление «Безопасность цифровых данных»
Показатель – 97% домохозяйств обеспечены возможностью широкополосного доступа к информационно-коммуникационной сети Интернет
Направление «Цифровые услуги и госданные»

Источник: [42]

В указанных законодательных инициативах и проектах отсутствует проработка отрицательных экстерналий от внедрения цифровых технологий для качества жизни населения, указанных выше, что оставляет данное поле анализа и совершенствования открытым. Также в паспорте проекта «Цифровая экономика» и описании национальной цели «Цифровая трансформация» при описании отдельных целей и показателей, направленных на поддержание качества жизни, не указывается связь с национальными проектами «Демография», «Здравоохранение», «Образование», «Жилье и городская среда», «Культура», «Экология».

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, можно выделить следующие положения о возможностях развития цифрового потенциала региона в управлении качеством жизни населения:

1. Цифровой потенциал региона представляет собой совокупность ресурсов территории (инфраструктурных, научно-технологических, материально-технических, кадровых, финансовых, институциональных), определяющих текущее и перспективное состояние цифрового развития (цифровой зрелости) региона (а также цифровую трансформацию региональных отраслей, включая социальную сферу).

2. Цифровой потенциал региона является частью информационного, инновационного потенциала и цифрового развития (цифровой зрелости), включает в себя цифровую инфраструктуру. Цифровая трансформация отраслей экономики региона, определяющая цифровое развитие региона, также определяется цифровым потенциалом территории, поэтому данные понятия нельзя абсолютно разделять.

3. Цифровой потенциал региона включает цифровую инфраструктуру и административные, социально-экономические условия для их эффективного использования в установленных целях территориального развития; отражает степень динамической конверсии от внедрения цифровых технологий в виде положительных социально-экономических экстерналий регионального развития за вычетом отрицательных эффектов, а также приросте качества жизни населения.

4. Качество жизни – степень реализации жизнеобеспечивающих, социальных и духовных интересов человека, соответствие объективно сложившихся и субъективно ощущаемых характеристик его жизни внутренним ожиданиям и внешним стандартам. Указанный подход (с акцентом на интересы индивида как внешнюю направленность его действий) интегрирует объективную (потребностную, экономическую) и субъективную (ценностную, психологическую) составляющую качества жизни, реализует смешанный подход к его изучению; открывает возможности для управления качеством жизни, в т.ч. за счет реализации цифрового потенциала территории.

5. Существующие методики оценки цифрового потенциала региона включают в себя преимущественно показатели цифровизации отраслей экономики, деятельности хозяйствующих субъектов, игнорируя потребности населения.

6. Управление качеством жизни населения региона за счет развития цифрового потенциала должно реализовываться с учетом следующих показателей: цифровизация социальной сферы (образования, здравоохранения, социальной защиты, рынка труда); цифровизация условий жизни (потребительских условий, охраны экологии и правопорядка, социальной инфраструктуры); цифровизация мнения населения (учета обращений жителей, субъективных оценок удовлетворенности различными сферами жизни, цифровых угроз); цифровое неравенство и цифровая дискриминация (освоение цифровых технологий различными группами населения, удобство использования цифровых технологий, различие в доходах профессиональных групп в отраслях с различным уровнем цифровизации). Интегральный и частные показатели реализации цифрового потенциала региона в управлении качеством жизни могут рассчитываться на основе открытых статистических данных, контент-анализа публикаций в социальных сетях и СМИ, результатов социологического опроса населения и определяться как разность оценок положительных и отрицательных эффектов.

7. Существующие подходы к развитию цифрового потенциала РФ и ее субъектов не учитывают отрицательные экстерналии цифровизации для качества жизни населения, такие как цифровая дискриминация населения в связи с цифровым неравенством, дифференциация заработной платой в «цифровых» и «нецифровых» отраслях; цифровой стресс и сопротивление инновациям; проблемы цифровой гигиены при атаках информационными потоками; рост безработицы, необходимость непрерывного цифрового образования и связанные с этим дополнительные финансовые и временные затраты, нестабильность и отсутствие уверенности в завтрашнем дне и др.

8. Требуются адаптивная реализация цифрового потенциала региона в соответствии с потребностями граждан и балансом между позитивными и негативными экстерналиями цифровизации.


Источники:

1. Akulov A.O., Nesterov A.J., Muhachjova A.V. Performance Measurement of Regional Strategy Sustainable Development. In: Maximova, S.G. (eds) Complex Social Systems in Dynamic Environments. Lecture Notes in Networks and Systems, vol 365. Springer, Cham. [Электронный ресурс]. URL: https://doi.org/10.1007/978-3-031-23856-7_8 (дата обращения: 22.01.2024).
2. Digital Planet 2017: How Competitiveness and Trust in Digital Economies Vary Across the World. / The Fletcher school Tufts university. - Medford, 2017. – 70 p.
3. Krainyukov S.V. Influence of modern information technologies on the worldview // Social Psychology and society. – 2019. – № 10(4). – p. 23-41.
4. Lloyd B., Naisbitt J. Megatrends and Global Paradoxes // Management Decision. – 1994. – № 32(7). – p. 28-32.
5. Morozova E.A., Mukhacheva A.V., Kiryukhina A.N., Logunov T.A. Social And Economic Development Of A Region: Issues Of Integrated Modelling // European Proceedings of Social and Behavioural Sciences. – 2021. – p. 373-383.
6. Popova N., Shynkarenko V., Kryvoruchko O., Zéman Z. Enterprise management in VUCA conditions // Economic Annals-XXI. – 2018. – № 170(3-4). – p. 27-31.
7. Trends. RBC - Russian multimedia holding. Available from. [Электронный ресурс]. URL: https://trends.rbc.ru/trends/industry/6054b0a89a7947fd6076994e (дата обращения: 05.02.2024).
8. Абдуллаева А.А., Махмудов Т.Г., Иваненко М.А. Потенциал и перспективы развития цифровой экономики регионов России // Экономика и управление: проблемы, решения. – 2021. – № 6(114). – c. 73-78.
9. Акулов А.О., Мухачёва А.В., Нестеров А.Ю. Комплексная оценка реализации региональных стратегий на основе статистического анализа // Вопросы управления. – 2020. – № 5(66). – c. 132-146.
10. Бредихин В.В., Колмыкова Т.С., Астапенко Е.О. Проблемы инвестиционного обеспечения инновационного развития // Известия Юго-Западного государственного университета. – 2017. – № 5(74). – c. 114-122.
11. Баженов С.А., Маликов Н.С. Качество жизни населения: теория и практика // Уровень жизни населения регионов России. – 2002. – № 10. – c. 10-61.
12. Баркалова Т.Г., Кокоткина Т.Н., Васильева Е.О., Беспалов Д.Э., Царегородцев Е.И. Перспективы использования имитационного моделирования при прогнозировании социально-экономического развития региона // Экономика: вчера, сегодня, завтра. – 2016. – № 9. – c. 44-59.
13. Глезман Л. В. Взаимосвязь цифрового потенциала региона и специфики цифровизации регионального промышленного комплекса // Цифровая трансформация промышленности: тенденции, управление, стратегии: материалы II Междунар. науч.-практ. конф. Екатеринбург : Ин-т экономики УрО РАН. Екатеринбург , 2020. – c. 92-108.
14. Глушакова О.В. Управление воспринимаемым качеством жизни: теоретико-прикладные аспекты. / автореферат к.э.н. 07.12.2006. - Кемеровский государственный университет, 2006. – 24 c.
15. Гурьева М.А. Прогнозирование социально-экономического развития страны // Теория и практика общественного развития. – 2015. – № 10. – c. 40-42.
16. Данилова Н.Ф., Сараева И.В. Глобальное цифровое пространство. Перспективы и угрозы для экономического развития стран // Известия Саратовского университета. – 2019. – № 3. – c. 4-6.
17. Зараковский Г.М. Социально-личностное благополучие в структуре качества жизни общества. Показатели и критерии. / Сборник докладов по качеству жизни. Критерии и оценки. - М.: ВНИИТЭ, 2003. – 19-20 c.
18. Зиганшина М.М. Роль социальной защиты в решении социокультурных проблем как показателя качества жизни населения // Вестник Казанского государственного университета культуры и искусств. – 2006. – № 3. – c. 68-70.
19. Абдрахманова Г.И., Вишневский К.О., Гохберг Л.М. Индикаторы цифровой экономики. / Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». - М. : НИУ ВШЭ, 2022. – 380 c.
20. Калинина Г.В. Качество жизни как феномен социального развития // Вестник Чувашского университета. – 2006. – № 7. – c. 67-79.
21. Катс Р. Социальное и экономическое влияние цифровой трансформации на экономику // Цифровая реальность. – 2017. – № 6. – c. 5-9.
22. Киселева Е.Г. Влияние цифровизации на инвестиционный потенциал города // Финансы: теория и практика. – 2020. – № 24(5). – c. 72-83.
23. Козлов А. В. Определение уровня развития цифровой инфраструктуры в регионе: методика и сравнительный анализ на примере территорий российской Арктики // Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. – 2019. – № 2(58). – c. 13.
24. Коровин А.М. Анализ подходов и программного обеспечения для имитационного моделирования социальных и экономических систем // Вестник Южно-Уральского государственного университета. – 2012. – № 35. – c. 98-100.
25. Кузовкова Т. А., Салютина Т.Ю., Кухаренко Е.Г. Методические основы и результаты интегральной оценки цифрового развития экономики и общества // Век качества. – 2019. – № 3. – c. 106-122.
26. Кулагина Н.А., Сергеев Д.А. Цифровое развитие региона: вопросы оценки потенциала в условиях современных вызовов // Цифровая экономика и онлайн-образование: ключевые тренды и препятствия: Материалы Международной научно-практической конференции, Екатеринбург, 26 мая 2022 года / Отв. за выпуск Е.Н. Ялунина, отв. редактор М.В. Чудиновских. – Екатеринбург: Уральский государственный экономический университет. Екатеринбург, 2022. – c. 48-52.
27. Куликова И. Ю. Место цифрового потенциала мезотерритории в системе потенциалов региона // Экономика и предпринимательство. – 2022. – № 8(145). – c. 451-455.
28. Логачева Н.А. Модель оценки уровня цифровой трансформации региона // Региональная экономика: теория и практика. – 2022. – № 1. – c. 88- 110.
29. Лычкина Н.Н. Динамическое имитационное моделирование развития социально-экономических систем и его применение в информационно-аналитических решениях для стратегического управления // Стратегии бизнеса. – 2013. – № 2. – c. 44-49.
30. Маликов Н.С. К вопросу о качестве жизни и его измерении // Уровень жизни населения регионов России. – 2002. – № 2. – c. 30-41.
31. Маслов М.П., Петров С.П. Методические аспекты оценки цифрового потенциала экономики регионов России // Институциональная трансформация экономики: человек и социум (ИТЭ-ЧС 2021): материалы VII Международной научной конференции, Томск, 21-23 октября 2021 г. Томск. Томск, 2021. – c. 123-124.
32. Матвеева Т.Ф. Теоретико-методологические аспекты системного управления качеством жизни населения. / автореферат к.э.н. - КузГТУ, 2005. – 91-105 c.
33. Минаков А.В., Евраев Л.О. Потенциал и перспективы развития цифровой экономики регионов России // Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. – 2020. – № 3(63). – c. 18.
34. Мухачёва А.В., Акулов А.О., Грязнова Н.Л., Подзорова Г.А. Математическое моделирование качества жизни населения: методологические и методические аспекты // Известия Дальневосточного федерального университета. Экономика и управление. – 2021. – № 1 (97). – c. 117-129.
35. Мухачёва А.В. Инвестиции работников в здоровье как способ повышения уровня и качества их жизни // Глобальный научный потенциал. – 2010. – № 7. – c. 26-27.
36. Мухачева А. В. Оценка влияния кризисных явлений на качество жизни населения (на примере регионов Сибирского федерального округа) : специальность 08.00.05 "Экономика и управление народным хозяйством. / автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата экономических наук. - Кемерово, 2015. – 22 c.
37. Мухачёва А.В., Акулов А.О. Возможности структурного моделирования качества жизни населения региона и его экономической детерминации // Вестник Омского университета. Серия: Экономика. – 2021. – № 1. – c. 90-107.
38. Национальный индекс развития цифровой экономики: пилотная реализация. - М.: Госкорпорация «Росатом», 2018. – 92 c.
39. Никитская Е. Ф. Инновационный потенциал регионов России: методология оценки и пути развития // Финансовая аналитика: проблемы и решения. – 2013. – № 44(182). – c. 11-24.
40. Ожегов С.И., Шведов Н.Ю. Олковый словарь русского языка: 72500 слов и 72500 фразеологических выражений. - М.: Азъ, Ltd., 1992. – 960 c.
41. Окрепилов В.В., Чудиновских И.В. Формирование подходов к формированию стандартизации для оценки качества жизни // Петербургский экономический журнал. – 2018. – № 1. – c. 6-15.
42. Официальный сайт Министерства цифрового развития, связи и коммуникаций. [Электронный ресурс]. URL: https://digital.gov.ru/ru/activity/directions/858/?utm_referrer=https%3a%2f%2fyandex.ru%2f (дата обращения: 04.02.2024).
43. Официальный сайт национальных проектов. [Электронный ресурс]. URL: https://xn--80aapampemcchfmo7a3c9ehj.xn--p1ai/ (дата обращения: 04.02.2024).
44. Акулов А.О., Бабина С.И., Бельчик Т.А. Оценка социально-экономического состояния региона и реализации стратегии его развития. / коллективная монография / стереотипное; под науч. ред. Е.А. Морозовой. - Кемеровский государственный университет. – Кемерово, 2021. – 355 c.
45. Печаткин В.В. Цифровизация экономики как фактор конкурентоустойчивости региона в условиях глобальных вызовов // Региональная экономика: теория и практика. – 2020. – № 8(479). – c. 1478–1495.
46. Распоряжение Правительства РФ от 28 июля 2017 г. № 1632-р «Цифровая экономика Российской Федерации»
47. Рванцов Ю.А. Сравнительный анализ систем имитационного моделирования деловых процессов по критерию функциональной полноты // Вестник Донского государственного технического университета. – 2011. – № 1 (52). – c. 69-73.
48. Родионов Д.Г., Конников Е.А., Сергеев Д.А. Исследование механизмов взаимодействия субъектов цифровых экономических систем // Экономические науки. – 2020. – № 10. – c. 25–31.
49. Савченко Т.Н., Головина Г.М. Субъективное качество жизни: подходы, методы оценки, прикладные исследования. - М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2006. – 196 c.
50. Римашевская Н.М. Система экономико-математических моделей для анализа и прогноза уровня жизни. / сборник научных трудов/ АН СССР, Цент. Экон. - мат. Ин - т/ Н.М. Римашевская и др. - М.: Наука, 1986. – 262 c.
51. Столяров Л.Н., Бершадский А., Новик К., Комарцев А. Сценарное программирование риска: механизм коллективного принятия решений и его применение к проблеме оценки уровня энергетической безопасности региона // Информационные и телекоммуникационные технологии в науке и образовании Восточной Сибири: Иркутск. ИСЭМ СО РАН. Иркутск, 2002. – c. 14 – 35.
52. Титова И. Н., Растопчина Ю.Л., Ткачева А.С. Оценка цифрового потенциала областей Центрально-Черноземного макрорегиона // Современные проблемы социально-экономических систем в условиях глобализации: Сборник научных трудов Х1У Международной научно-практической конференции, Белгород, 22 октября 2020 года / Под научной редакцией Е.Н. Камышанченко, Ю.Л. Растопчиной, А.С. Ткачевой. Белгород: Общество с ограниченной ответственностью Эпицентр. Белгород, 2020. – c. 158-163.
53. Трахтенгерц Э.А. Компьютерная поддержка принятия решений. - М.: СИНТЕГ, 1998. – 376 c.
54. Указ Президента РФ от 21 июля 2020 г. N 474 "О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года"
55. Аптекман А. Калабин В., Клинцов В., Кузнецова Е., Кулагин В., Ясеновец И. Цифровая Россия. Новая реальность. - М. : Мак-Кинзи и Компания СиАйЭс, 2017. – 45 c.
56. Чунина А.Е. Цифровой потенциал Калининградского региона: основные аспекты и методы оценки // Цивилизационный потенциал Российского региона: проблемы измерения, интерпретации и оценки: Материалы II Всероссийской научно-практической конференции, Калининград, 01 декабря 2022 года. – Калининград: РА "Полиграфычъ". Калининград, 2022. – c. 77-83.
57. Юрча И. А. Информационный потенциал как степень готовности региона к цифровой трансформации экономики // Экономика. Управление. Инновации. – 2021. – № 1(9). – c. 45-51.

Страница обновлена: 07.04.2024 в 09:24:27