Внутренний и выездной туризм в России: состояние и прогноз развития в условиях пандемии COVID-19

Рубцова Н.В.1, Солодухин К.С.2
1 Байкальский государственный университет, Россия, Иркутск
2 Владивостокский государственный университет экономики и сервиса, Россия, Владивосток

Статья в журнале

Экономика, предпринимательство и право (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 12, Номер 1 (Январь 2022)

Цитировать:
Рубцова Н.В., Солодухин К.С. Внутренний и выездной туризм в России: состояние и прогноз развития в условиях пандемии COVID-19 // Экономика, предпринимательство и право. – 2022. – Том 12. – № 1. – С. 301-314. – doi: 10.18334/epp.12.1.114074.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=48019682

Аннотация:
Сфера туристско-рекреационных услуг России в последние десятилетия характеризовалась отрицательным сальдо по чистому экспорту туристских услуг. Пандемия COVID-19 и связанные с ней ограничения на перемещения, закрытые границы подавляющего большинства стран мира, положительно сказались на развитии внутреннего туризма в России и впервые за многие годы обусловили существенный рост внутреннего туристского потока и в то же время значительное сокращение выездного. Статья посвящена изучению тенденций восстановления внутреннего туристского потока в России, наблюдаемых в первой половине 2021 г. Авторами обосновано, что феномен превышения внутреннего турпотока над выездным в России в 2020 г. нельзя назвать устойчивым и долгосрочным. В статье представлены прогнозные значения внутреннего и выездного туристского потоков в 2021 г. для двух сценариев развития событий: «пессимистичного» и «оптимистичного», разработанные на основе изучения существующих тенденций в отечественной сфере туристско-рекреационных услуг. Согласно представленным прогнозам тенденция превышения внутреннего туристического потока над въездным сохранится лишь в случае «пессимистичного» сценария, предполагающего незначительные изменения или ухудшение ситуации, связанной с распространением COVID-19.

Ключевые слова: туризм, внутренний туризм, пандемия, COVID-19, выездной туризм, кризис, туристический поток, ограничения, устойчивое развитие, путешествия

JEL-классификация: Z31, Z32, L83



Введение. Сфера туристско-рекреационных услуг России в последние десятилетия характеризовалась отрицательным сальдо по чистому экспорту туристских услуг. В частности, совокупное отрицательное сальдо по итогам 2000–2019 гг. составляло 264 млрд долл. США (или 20,5 трлн руб.), что соизмеримо с параметрами федерального бюджета на 2021 год и на плановый период 2022–2023 гг. Разница между расходами россиян на внутренний и выездной туризм ежегодно составляла около 36 млрд долл. в пользу последнего [1]. Статистика внутреннего и выездного турпотока в период 2014–2019 гг. представлена в таблице 1. Как видим, согласно статистике, до 2019 г. организованный (через турагентов и туроператоров) туристский поток за рубеж был намного больше аналогичного внутреннего туристского потока.

Таблица 1

Внутренний и выездной турпоток в России в период 2010–2019 гг.

Период
Число туристов, отправленных в туры по России, тыс. чел.
Число выездных туристских поездок граждан России за рубеж, тыс. чел.
2014
1 974
20 139
2015
2 628
15 223
2016
3 284
13 281
2017
3 284
17 119
2018
3 370
18 646
2019
4 373
19 891
2020
4 127
12 361
Источник: составлено авторами на основе данных [2].

Одним из значимых и роковых событий в мире и мировой экономике конца второго десятилетия XXI в. стала эпидемия, обусловленная распространением вируса COVID-19. Пандемия COVID-19 вызвала острый кризис в значительном числе сфер и отраслей мировой экономики. Туризм относится к сферам экономической деятельности, последствия пандемии для которых оказались особенно разрушительными. Актуальность темы исследования обусловлена необходимостью изучения последствий воздействия кризиса, вызванного пандемией COVID-19, на патологическую проблему диспропорции величин внутреннего и выездного туристских потоков в России.

Согласно данным UNWTO, в первые месяцы 2020 г. количество международных туристов в мире сократилось на 56%, а уже в мае 2020 г. снизилось на 98%. Потери международного туризма в первой половине 2020 г. составили почти 320 млрд долл. – это в три раза больше, чем последствия мирового экономического кризиса 2009 г. [3]. Прогнозируемые угрозы от действия пандемии COVID-19, по мнению экспертов ЮНВТО, еще более устрашающие: сокращение международного туристского потока на число от 850 миллионов до 1,1 млрд туристов и общий убыток от 910 млрд до 1,2 трлн долл., сокращение 120 млн рабочих мест, что особенно критично для большинства национальных экономик, поскольку около 80% всех предприятий туристской индустрии – это малые и средние предприятия [2]. Ожидается, что кризис COVID-19 вызовет резкое падение прямых иностранных инвестиций в 2020–2021 гг. – до 40% в 2020 г. и еще на 5–10% в 2021 г., при этом ожидается, что наиболее пострадавшими отраслями туристской индустрии станут гостиничный и ресторанный бизнес.

По состоянию на 1 июня 2021 г. каждый третий регион мира (34%, 73 страны) поддерживает частичное закрытие границ, а 36% (78 стран) требуют у туристов отрицательный тест на COVID-19 по прибытии в пункт назначения, в некоторых случаях в сочетании с требованием карантина, при этом 29% направлений в мире (63 страны, включая Россию) по-прежнему закрыты для международного туризма [4] (рис. 1).

Рисунок 1. Виды ограничений в области туризма и их использование (в структуре) в странах мира (по состоянию 1 июня 2021 г.)

Источник: составлено авторами на основе данных [3].

При этом 42% туристских направлений ввели жесткие ограничения для посетителей, прибывающих из регионов, где фиксируется рост случаев COVID-19 или распространение опасных штаммов: это приостановка авиасообщения, закрытие границ и обязательный карантин; 16% всех направлений в мире (35 стран) подвергают путешественников обязательному карантину, независимо от того, откуда они приехали, в дополнение к другим ограничениям на въезд [4]. Только три страны – Албания, Коста-Рика и Доминиканская Республика – принимают иностранных туристов без каких-либо ограничений [4].

Хотя экономически развитые страны и международные организации реализовали ряд мер по смягчению социально-экономических последствий пандемии COVID-19, позволившие стимулировать восстановление туризма, масштабы кризиса, продолжающегося и в настоящее время, требуют дополнительных усилий и постоянной поддержки. Развитие внутреннего туризма рассматривается как одна из спасительных мер по восстановлению национальных сфер туристско-рекреационных услуг.

В России, согласно данным аналитической платформы «Сбериндекс», начиная с апреля 2021 г. произошел существенный рост внутреннего турпотока (рис. 2).

Рисунок 2. Динамика внутреннего турпотока в России 2019 -2021 гг.

Источник: составлено авторами на основе данных [5].

Данные рисунка 2 свидетельствуют, что в апреле 2021 г. рост внутреннего турпотока составил 161,54%, а в мае – 197,36% по сравнению с аналогичными периодами прошлого года. Наиболее востребованными внутренними туристскими направлениями для россиян являются Крым, курорты Краснодарского края, город-курорт Сочи, г. Москва, г. Санкт-Петербург, г. Калининград, регионы маршрута по городам Золотого кольца, Республика Алтай и Республика Бурятия (оз. Байкал). Согласно данным таблицы 1, в год пандемии COVID-19 организованный внутренний туристский поток практически не изменился по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, а выездной – существенно сократился. По оценкам аналитиков Сбериндекса, выездной туристский поток в 2020 г. уменьшился на 80%, а расходы россиян за рубежом – на 27 млрд долл. [5]. Более половины российских путешественников (53%) из тех, кто летом 2019 г. отдыхал за рубежом, в тот же период 2020 г. совершили поездки по России, зимой их число составляло 28% [5]. По оценкам экспертов, высокая активность путешественников по России летом 2020 г. позволила закрыть год без потерь объемов во внутреннем туризме [5].

Таким образом, пандемия COVID-19 и связанные с ней ограничения на перемещения и закрытые границы подавляющего большинства стран мира положительно сказались на развитии внутреннего туризма в России, впервые за многие годы обусловили существенный рост внутреннего туристского потока и в то же время значительное сокращение выездного. Однако можно ли назвать наблюдаемые в первой половине 2021 г. тенденции восстановления внутреннего туристского потока в России устойчивыми, способными в долгосрочной перспективе обусловить опережение им выездного туристского потока? Поиск ответа на данный вопрос является предметом исследования нашей статьи.

Исследованием вопросов развития внутреннего туризма, в том числе в условиях пандемии COVID-19, посвящены труды Бровко С.Б., Солод Т.В. [6] (Brovko, Solod, 2020), Русиной А.Н., Карпычевой О.В. Якимовой Е.А., Лихман Д.А. [7] (Rusina, Karpycheva, Yakimova, Likhman, 2021), Ржепка Э.А. [8] (Rzhepka, 2017), Русецкой Г.Д., Быковой Д.Ю. [9] (Rusetskaya, Bykova, 2020), Ячменевой В.М., Ячменева Е.Ф. [10] (Yachmeneva, Yachmenev, 2021), а также ряда зарубежных авторов [11–20] (Al-Tawfiq, Zumla, Memish, 2012; Yina, Ni, 2021; Singh, Jamal, Ahmad, 2021; Sigala, 2020; Fagbemi, 2021; Scarlett, 2021; Casado-Aranda, Sánchez-Fernández, Bastidas-Manzanoc, 2021; Zheng, Luo, Ritchie, 2021; Tomassini, Cavagnaro, 2020; Škare, Soriano, Porada-Rochoń, 2021). Вместе с тем изучение воздействия на развитие внутреннего туризма пандемии, вызванной вирусом COVID-19, в России является в настоящее время еще малоизученной областью исследований, что требует инициации появления соответствующих работ. Цель исследования состоит в анализе величин внутреннего и выездного туристских потоков в России под воздействием влияния пандемии COVID-19 и прогнозировании их дальнейших изменений. Научная новизна исследования заключается в определении трендов развития внутреннего и выездного туристских потоков в России в аспекте комплексного негативного воздействия факторов внешней среды. В ходе исследования авторы проверяют гипотезу о том, что наблюдаемая положительная тенденция превышения внутреннего турпотока над въездным в России носит временный характер и не сохранится в условиях окончания пандемии COVID-19. Методы: при написании статьи были использованы методы системного и статистического анализа, систематизации и обобщения, работа с документами, прогнозирование.

Результаты. По оценке руководителя Ростуризма Догузовой З.В., внутренний туризм в России в 2021 г. может увеличиться на 10–15% по сравнению с предыдущим годом, ведь по итогам 2020 г. Россия вошла в тройку лидеров среди стран G20 по темпам восстановления оборота внутреннего туризма [21]. В частности, туристический поток в Республику Крым за первое полугодие 2021 г. вырос на 49% по сравнению с таким же периодом в 2019 г. Город-курорт Сочи за первые два месяца 2021 г. принял 977 тыс. туристов, что на 3% больше показателя аналогичного периода прошлого года, при этом эксперты прогнозируют загруженность отелей курорта летом – в основной сезон – на 70–90% [22] (Tuzhba, Tuzhba, 2021). Краснодарский край рассчитывает принять в 2021 г. до 18 млн туристов, восстановив показатели прошлых лет [23] (Arutyunova, Gorlova, Mekhanoshina, 2021). Объем платных услуг коллективных средств размещения в Республике Бурятия в июле 2020 г. превысил значение июля 2019 г. на 7,3%. Существенную роль в увеличении внутреннего туристского потока сыграла и запущенная бонусная программа кэшбэка на внутренние поездки, запущенная в 2020 г. и продленная еще на два периода в 2021 г.

Высокая загрузка отечественных курортов и туристских дестинаций в первой половине 2021 г. во многом была обусловлена закрытием или труднодоступностью большинства излюбленных россиянами зарубежных туристских направлений. В частности, на момент работы над статьей для россиян закрытыми остаются такие страны, как Индия, Камбоджа, Кипр, Китай, Таиланд, Тунис, страны Европы и ряд других привлекательных зарубежных направлений. В Египет до 9 августа 2021 г. прямые рейсы осуществлялись только в г. Каир, а до популярных курортных городов туристам предстоял еще длительный восьми-девяти часовой трансфер по пустыне; во Вьетнам прямые рейсы из России отсутствуют, можно добраться лишь с пересадками в Дубае или Сингапуре, в Турцию авиасообщение было восстановлено лишь в конце июня 2021 г.

Вместе с тем летом 2021 г. в связи с распространением коронавирусной инфекции в ряде курортных городов и популярных туристских направлений России были введены дополнительные ограничения для туристов: предоставление отрицательных тестов или сертификатов о вакцинации. Совпадение названных событий с восстановлением авиасообщения с Турцией неблагоприятно отразилось на внутреннем туристском потоке. Так, в июле было практически полностью остановлено бронирование в средствах размещения Краснодарского края, притом что еще в июне оно составляло 100% [24]. По оценкам экспертов, в августе – самом популярном месяце для курортов Краснодарского края – загрузка средств размещения составит лишь 30–40% [24]. Введение в июле 2021 г. антиковидных ограничений на курортах полуострова Крым привело к падению спроса на 20%, а в Севастополе загрузка отелей в высокий курортный сезон ожидается на уровне менее 50%, что ниже показателя предыдущего доковидного 2019 г. на 40% [25].

Достаточно интересной выглядит и статистика выездного турпотока из России в сравнении «доковидного» с «ковидным» периодами (табл. 2).

Таблица 2

Сравнение выездного турпотока из России в «доковидный» и «ковидный»

периоды, чел.

Страна
«Ковидный» период
«Доковидный» период
2021 / 2020 гг., %
2021 / 2019 гг., %
I квартал 2021 г.
I квартал 2020 г.
I квартал 2019 г.
Турция
468 924
333 671
360 779
+ 40,50
+ 30,00
Танзания
78 860
5 644
1 303
+ 1 297,20
+ 5 952
Мальдивы
42 316
18 138
17 677
+ 133,30
+ 139,40
Египет
16 928
6 462
6 976
+ 162,00
+ 142,70
Источник: составлено авторами на основе данных [26].

В I квартале 2021 г. туристский поток в такие страны, как Турция, Мальдивы, Танзания и Египет, вырос по сравнению с аналогичным периодом «доковидного» 2019 г. Прирост выездного туристского потока в Турцию составил 40,5%, в Танзанию – 1297,2%, в Египет – 162%, на Мальдивы – 133%. При этом лидером и по общему количеству поездок российских туристов, и по объему прироста в количественном выражении стала Турция, которая в январе – марте 2021 года (то есть в низкий сезон) установила исторический рекорд по количеству прибытий российских туристов, перекрыв даже допандемийные показатели на 30% [26].

Таким образом, хотя выездной туристский поток в 2021 г. сократился (по оценкам специалистов АТОР, на 30–40%) – ввиду недоступности большинства потенциально привлекательных для россиян туристских направлений, и в значительной мере уступает внутреннему туристскому потоку, однако наблюдаемый тренд нельзя назвать устойчивым и долгосрочным. Проблемы туристской индустрии, накопленные в предыдущие десятилетия, резко обострились и усугубились в период возросшего потребительского спроса. Согласно результатам опроса, проведенного онлайн-сервисом OneTwoTrip, 63% туристов, выбравших отечественные курорты, считают, что цены на отдых высокие, а качество обслуживания не удовлетворяет ожидания. При этом 8% туристов отмечают недружелюбное общение персонала и других отдыхающих, 7% – отсутствие инфраструктуры, а 2% участников опроса высказали мнение, что их в российском отдыхе не устраивает «абсолютно все» [27].

Сравнение полученных результатов с результатами в других исследованиях, оценки экспертов, а также имеющиеся данные официальной статистики позволяют сформировать прогнозные значения внутреннего и выездного туристского потоков в 2021 г. (отметим, что к моменту подготовки статьи статистика по данным показателям за указанный период времени отсутствовала) в плоскости двух сценариев: пессимистичного (незначительные изменения или ухудшение ситуации, вызванной пандемией COVID-19) и оптимистичного (улучшение ситуации и доступность зарубежных туристских направлений) (рис. 3–4).

Рисунок 3. Прогноз размеров внутреннего и выездного турпотоков в России в 2022 г. – пессимистичный сценарий

Источник: составлено авторами на основе данных [2, 21, 28].

Рисунок 4. Прогноз размеров внутреннего и выездного турпотоков в России в 2022 г. – оптимистичный сценарий

Источник: составлено авторами на основе данных [2, 21, 28].

Согласно представленным на рисунках 3–4 прогнозам, тенденция превышения внутреннего турпотока над въездным сохранится лишь в случае «пессимистичного» сценария, предполагающего незначительные изменения или ухудшение ситуации, связанной с распространением COVID-19. При оптимистичном сценарии, предполагающем постепенное снятие ограничений и открытие границ стран – привлекательных для российских туристов (отметим, что на момент работы над статьей о возможности въезда в страну с сертификатом о вакцинации «Спутник V» объявили такие страны, как Абхазия, Азербайджан, Албания, Армения, Беларусь, Болгария, Босния и Герцеговина, Венгрия, Греция, Грузия, Египет, Иордания, Катар, Кения, Кипр, Мальдивы, Марокко, Мексика, ОАЭ, Сербия, Таиланд (Пхукет), Турция, Шри-Ланка, Хорватия, Черногория), даже при условии восстановления выездного туристского потока лишь на 50%, а также с учетом увеличения внутреннего турпотока на 15%, величина последнего будет существенного ниже по сравнению с выездным.

Заключение. Полученные результаты могут стать основой для научных дискуссий, посвященных проблеме диспропорции внутреннего и выездного туристских потоков в России. Роль внутреннего туризма в устойчивом развитии туристской сферы огромна. Экстремальные условия, в которые были поставлены предприятия российской туриндустрии, – практически нулевой спрос на услуги и выживание в 2020 г. и, напротив, резкое увеличение интереса туристов к внутренним направлениям в 2021 г. и возможность «отыграть» потери прошлогоднего локдауна – обнажили и обострили проблемы, десятилетиями копившиеся в отрасли. Наблюдаемые в условиях пандемии COVID-19 тенденции актуализируют разработку программ и механизмов, направленных на поддержку и развитие внутреннего туризма в России, что может стать предметом новых разработок. Также предметом дальнейших исследований, можно назвать анализ фактических данных по величине выездного и внутреннего туристского потоков в 2021 г. и их сравнение с представленными здесь прогнозными значениями. Представляет интерес и изучение причин непопулярности внутренних туристских направлений среди российских туристов, разработка мероприятий, направленных на их устранение.


Источники:

1. Распоряжение правительства от 5 мая 2018 г. РФ № 872-р «Концепция федеральной целевой программы «Развитие внутреннего и въездного туризма в Российской Федерации (2019-2025 гг.)». КонсультантПлюс. [Электронный ресурс]. URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_297883/18eb24005fd062573c142fb7f98769137ce7d974/ (дата обращения: 21.12.2021).
2. Росстат. Федеральная служба государственной статистики. [Электронный ресурс]. URL: https://rosstat.gov.ru/ (дата обращения: 21.12.2021).
3. Policy Brief: COVID-19 and Transforming Tourism (2020). [Электронный ресурс]. URL: https://webunwto.s3.eu-west-1.amazonaws.com/s3fs-public/2020-08/SG-Policy-Brief-on-COVID-and-Tourism.pdf (дата обращения: 21.12.2021).
4. Каждое третье направление в мире закрыто для международного туризма. [Электронный ресурс]. URL: https://www.atorus.ru/news/press-centre/new/55954.html (дата обращения: 21.12.2021).
5. Сбериндекс. [Электронный ресурс]. URL: https://sberindex.ru/ru/dashboards?partition=9 (дата обращения: 21.12.2021).
6. Бровко С.Б., Солод Т.В. Специфика реагирования индустрии туризма на глобальные экономические риски // Экономические отношения. – 2020. – № 4. – c. 1025-1038.
7. Русина А.Н., Карпычева О.В., Якимова Е.А., Лихман Д.А. Перспективы развития внутреннего туризма в современных условиях // Экономика, предпринимательство и право. – 2021. – № 10. – c. 2343–2356.
8. Ржепка Э.А. О развитии туристско-гостиничного бизнеса в Иркутской области // Baikal Research Journal. – 2017. – № 1.
9. Русецкая Г.Д., Быкова Д.Ю. Экологически устойчивое и социально-экономически ответственное природопользование в системе острова Ольхон // Известия Байкальского государственного университета. – 2020. – № 1. – c. 7-13.
10. Ячменева В.М., Ячменев Е.Ф. Имиджевая политика региона как инструмент повышения конкурентоспособности рекреационной территории // Baikal Research Journal. – 2021. – № 1.
11. Al-Tawfiq J.A., Zumla A., Memish Z.A. Travel implications of emerging coronaviruses: SARS and MERS-CoV // Travel Med. Infect. Dis. – 2012. – № 5. – p. 422-428.
12. Yina J., Ni Y. OVID-19 event strength, psychological safety, and avoidance coping behaviors for employees in the tourism industry // Journal of Hospitality and Tourism Management. – 2021. – № 47. – p. 431-442.
13. Singh A. L., Jamal S., Ahmad W. S. Impact assessment of lockdown amid COVID-19 pandemic on tourism industry of Kashmir Valley, India // Research in Globalization. – 2021. – № 3. – p. 100053.
14. Sigala M. Tourism and COVID-19: Impacts and implications for advancing and resetting industry and research // Journal of Business Research. – 2020. – № 117. – p. 312-321.
15. Fagbemi F. COVID-19 and sustainable development goals (SDGs): An appraisal of the emanating effects in Nigeria // Research in Globalization. – 2021. – № 3. – p. 100047.
16. Scarlett H. G. Tourism recovery and the economic impact: A panel assessment // Research in Globalization. – 2021. – p. 100044.
17. Casado-Aranda L.-A., Sánchez-Fernández J., Bastidas-Manzanoc A.-B. Tourism research after the COVID-19 outbreak: Insights for more sustainable, local and smart cities // Sustainable Cities and Society. – 2021. – № 73. – p. 103126.
18. Zheng D., Luo Q., Ritchie B. W. Afraid to travel after COVID-19? Self-protection, coping and resilience against pandemic ‘travel fear’ // Tourism Management. – 2021. – № 83. – p. 104261.
19. Tomassini L., Cavagnaro E. The novel spaces and power-geometries in tourism and hospitality after 2020 will belong to the ‘local’ // Tourism Geographies. – 2020. – № 22(3). – p. 713–719.
20. Škare M., Soriano D. R., Porada-Rochoń M. Impact of COVID-19 on the travel and tourism industry // Technological Forecasting and Social Change. – 2021. – № 163. – p. 120469.
21. Внутренний туризм РФ в 2021 году может увеличиться на 10-15%. [Электронный ресурс]. URL: https://tass.ru/ekonomika/10836329 (дата обращения: 21.07.2021).
22. Тужба А.А., Тужба Е.А. Влияние COVID-19 на туризм в Сочи // Экономика и бизнес: теория и практика. – 2021. – № 3-2 (73). – c. 184-186.
23. Арутюнова А.Е., Горлова Е.А., Механошина И.А. Проблемы сохранения инфраструктуры детского отдыха Краснодарского края в условиях пандемии // Муниципальная академия. – 2021. – № 1. – c. 218-229.
24. Загрузка объектов размещения в Краснодарском крае стремительно падает. [Электронный ресурс]. URL: https://www.atorus.ru/news/press-centre/new/56034.html (дата обращения: 21.12.2021).
25. Спрос на Крым снижается. [Электронный ресурс]. URL: https://www.atorus.ru/news/press-centre/new/56027.html (дата обращения: 21.12.2021).
26. Какие страны стали лидерами по количеству российских туристов в I квартале 2021 г. [Электронный ресурс]. URL: https://www.atorus.ru/news/press-centre/new/55295.html (дата обращения: 21.12.2021).
27. Что говорят туристы об отдыхе в России. [Электронный ресурс]. URL: https://74.ru/text/world/2021/05/19/69921485/ (дата обращения: 21.12.2021).
28. Внутренний туризм. [Электронный ресурс]. URL: https://www.hse.ru/mirror/pubs/share/433402486.pdf (дата обращения: 21.12.2021).

Страница обновлена: 19.11.2022 в 14:31:35