Компоненты программы структурной модернизации промышленности региона

Щепакин М.Б.1, Хандамова Э.Ф.1, Губин В.А.1
1 Кубанский государственный технологический университет

Статья в журнале

Экономика, предпринимательство и право
Том 10, Номер 9 (Сентябрь 2020)

Цитировать:
Щепакин М.Б., Хандамова Э.Ф., Губин В.А. Компоненты программы структурной модернизации промышленности региона // Экономика, предпринимательство и право. – 2020. – Том 10. – № 9. – doi: 10.18334/epp.10.9.110819.

Аннотация:
Обозначено влияние коронавирусной пандемии на процессы преобразований в системообразующих сферах экономики регионов. Охарактеризованы компоненты программы структурной модернизации промышленности региона. Введено понятие модернизационной потребно-сти. Предложена этапность разработки и реализации программы модернизационных и реструктуризационных преобразований промышленно-производственной сферы в региональной экономике. Обозначена целесообразность оценки социально-экономической эффективности программы модернизации на основе использования интегрального коэффициента структурной состоятельности модернизационных преобразований.

Ключевые слова: коронавирусная пандемия, промышленность региона, структурная модернизация, модернизационная потребность, компоненты программы структурной модернизации, маркетингово-коммуникационная стабилизационная площадка, этапы разработки программы, социально-экономическая эффективность

JEL-классификация: R11, R12, R13



Введение

В мировой экономике происходят масштабные и необратимые перемены, проявляющие свой непредсказуемый характер и выявляющие целый пласт проблем во взаимоотношениях между государствами, между государством и бизнесом, между государством и регионами, между субъектами предпринимательской сферы, а также между работниками и работодателями. Обострение этих проблем вызвано пандемией коронавируса, заявившей о себе как о значимой силе, изменяющей политические и экономические связи между разноуровневыми участниками социально-экономического пространства, нарушающей традиционные процессы рыночных отношений и бросающей вызов логике построения саморазвивающихся систем. Потеря ведущими государствами мира своих лидирующих позиций обнажила «размытость» механизмов адаптации национальных хозяйств к обозначаемым ранее ориентирам и понятным форматам функционирования и развития бизнеса. По-новому оценивается деятельность регулирующих и управляющих органов в контексте необходимости разработки и реализации программ структурных и иных модернизаций в условиях стремления крупного бизнеса сохранить свои доходы и свои привилегии в изменяющемся мире. Национальная экономика России встала перед выбором нового вектора в обретении необходимого системного качества, способного позволить ей выйти в группу лидеров опережающего развития.

Российский рынок, ощутивший на себе сильный удар пандемии, потребовал поиска новых инструментов и решений, которые могут наполнить систему рыночных отношений на всех уровнях взаимодействий и во всех звеньях ключевых отраслевых комплексов новым содержанием, позволяющим обрести новые свойства и характеристики и укрепить посыл на устойчивый экономический рост, невзирая на разрушающее действие неблагоприятных внешних факторов. Исследования различных компаний позволили обозначить разные точки зрения в отношении влияния коронавируса на экономику России и других стран и те процессы, которые трансформируют не лучшим образом рынок труда [28] (Drobot, 2020). Так, исследования GFK показывают, что доля пострадавших от кризиса россиян существенно больше, чем сегмент устойчивых к кризису (доля пострадавших ‒ 32%, а устойчивых – 14%). Kelly Services выявила, что 70% руководителей среднего и высшего звена отмечают сокращение найма персонала, хотя эта картина неоднозначная. Наибольшее количество компаний, увеличивших набор сотрудников, зафиксировано в Ростове-на-Дону (14%), в Краснодаре (12%), в Москве (7%). Важным является то, что уверенность бизнеса в силе корпоративной репутации обрушилась по всему миру, что означает изменение его отношения к роли государства и власти при появлении сложных рыночных ситуаций, требующих принятия усилий для сохранения ключевых системообразующих сфер на фоне коренной перестройки рынков и модернизации бизнес-процессов. Бизнес по-разному видит свое участие в нормализации потерянных позиций. И в соответствии с этим, например, прогнозируется увеличение расходов на корпоративные блокчейн-проекты на 60%, что связано с невозможностью возврата к «старой нормальности» [1]. С другой стороны, ухудшение социально-экономической обстановки в стране сказывается на изменении поведения бизнеса, стремящегося, например, уменьшить налогообложение получаемых дивидендов, размещая их за рубежом, а не вкладывая в развитие национальной экономики. Такая возможность пока есть. И ею пользуются непатриотичные держатели крупных капиталов, поскольку могут уменьшать налог на вывозимые денежные средства до 5–10% в сравнении с налогом в РФ в 15% [2, c. 23] (Katasonov, 2020, р. 23). В 2018 г. на Кипр из России «утекло» 1,4 трлн руб., а в 2019 г. – 1,9 трлн руб. Это означает, что казна недополучила 138 млрд руб. и 188 млрд руб. соответственно [3, с. 19]. Это те деньги, которые «ушли» из экономики страны и экономики регионов, «ушли», не оставляя надежды на то, что они могут быть возвращены и вовлечены в процессы инвестирования модернизационных изменений в ключевых отраслях промышленной сферы России и сопряженных с ней видах деятельности. Нужно понять, что созерцание со стороны за действиями крупного бизнеса не должно превратиться в орудие пассивного присутствия государства и власти в системе изменяющихся рыночных отношений. Речь идет не о подмене деловой активности бизнеса регулирующими воздействиям, а речь идет о поддержке и заботе со стороны государства за развитием бизнеса и повышением социального и материального благополучия работающих. Нужно объединять усилия для поддержки социального, экономического и экологического благополучия, видоизменяя отрасли, модернизируя структуру промышленности, внося нужные инновации в ключевые звенья на основе необходимых преобразований (структурных, технологических, коммуникационных, маркетинговых и иных) [4] (Shchepakin, 2020). Таких преобразований, которые делают экономику отраслей регионов динамичной и гибкой к вызовам изменяющегося рынка. Чтобы изменить ситуацию в региональной экономике в нужном для общества, бизнеса и работающих направлении, следует формировать программы структурной модернизации промышленности в регионах [5] (Shchepakin, Gubin, Khandamova, 2020), четко обозначая их содержательные компоненты и взаимосвязи между ними, которые определяют характер возможных преобразований и перспективы создания предпосылок для устойчивого экономического роста на основе обретения промышленностью желаемого уровня структурной состоятельности.

Актуальность выбранной темы определяется тем, что требуется взаимоувязка определяющих факторов при выявлении и обозначении ключевых компонентов программы структурной модернизации промышленности региона. На основе содержательного наполнения взаимосвязей между обозначаемыми по результатам исследования компонентами создаются необходимые условия для разработки и воплощения научно-методического сопровождения программы модернизационных структурных преобразований и подкрепления его механизмами воплощения принимаемых программ в разных отраслевых сегментах и промышленно-производственной сфере региона в целом. Разрабатываемая программа модернизации промышленной сферы в регионе позволит ослабить нарастающие противоречия, разногласия и конфликты, создаст условия для активизации предпринимательской активности бизнеса, повышения мотивации и коммуникационной проницаемости взаимодействующих сторон на построение сбалансированных интегративных маркетингово-коммуникационных полей в регионах.

Цель исследования предполагает: а) выявление состава и обоснование взаимосвязи различных компонентов программы структурной модернизации промышленности региона; б) формирование этапности разработки и реализации программы модернизационных и реструктуризационных преобразований промышленно-производственной сферы в региональной экономике в неблагоприятных условиях коронавирусной пандемии на базе создаваемой динамичной к влиянию изменяющихся внешних и внутренних факторов маркетингово-коммуникационной стабилизационной площадки, ориентирующей развитие территорий на достижение устойчивого роста экономики региона при балансе интересов всех участников взаимодействий.

Методы исследования: методы категориального анализа, обобщения, сравнения; гипотетико-дедуктивный метод; статистический и экономический анализ; системное описание процессов и явлений; экспертных оценок.

Компоненты программы структурной модернизации

Важным средством регионального управления, обеспечивающим эффективное использование программно-целевых методов управления экономическими процессами, является разработка и реализация программы структурной модернизации промышленности региона [6, 7] (Rayzberg, 2016; Ivanter, 2016). Ядро этой программы образует комплекс текущих и перспективных модернизационных мероприятий (заданий), дифференцированных по следующим признакам: а) по формам; б) по объектам; в) по горизонтам модернизационных воздействий: г) по смыслам воздействий (рис. 1). При определении состава этих мероприятий в качестве исходного показателя предлагается рассматривать рассчитываемый по каждому предприятию каждой отрасли промышленности региона интегральный показатель модернизационной состоятельности субъекта.

Рассматриваемый показатель характеризует модернизационную потребность предприятия, под которой предлагается понимать внутреннее состояние хозяйствующего субъекта, проявляющееся через готовность каждого из компонентов его потенциала к эффективному функционированию и развитию в условиях применения новых правил и норм предпринимательства, определяемых факторами внешней и внутренней среды. В этом плане модернизационная состоятельность предприятия (как средство удовлетворения его модернизационной потребности) может быть охарактеризована как показатель, идентифицирующий деятельность предприятия по изменению состояния составляющих его внутреннего потенциала. Это деятельность, направленная на повышение его конкурентоспособности (в разрезе определяющих ее компонентов: продуктового, бизнес-моделирующего на основе предпринимательской идеи, технико-технологического, производственного, ресурсонаполняющего, логистического, маркетингового, коммуникационного, поведенческого, организационно-управленческого) на разных уровнях ее формирования (региональном, национальном, международном). Конкурентоспособность предприятия в разрезе указанных составляющих должна обеспечиваться за счет реализации инновационной способности субъектов бизнеса и его персонала при поддержке и активном участии органов власти разных уровней (региональной, федеральной, местной) путем ведения переговорных процессов инициатора преобразований с заинтересованными участниками реализации модернизационных мероприятий (заданий) на основе достижения консенсуса между ними в отношении использования и вовлечения необходимых ресурсов и сбалансированного распределения потенциально прогнозируемых благ (выгод). Набор внутренних потенциалов предприятия и характер их состояния для каждого временного горизонта функционирования субъекта будет формировать его способность к тому или иному этапу реализации модернизационных преобразований (выживанию, стабилизации или опережающему развитию).

Рисунок 1. Компоненты программы структурной модернизации

промышленности региона

Источник: составлено авторами.

Структурная состоятельность отраслевого комплекса определяется суммарной модернизационной состоятельностью его субъектов, интегрирующих его «потенциальный модернизационный образ» в контексте возможностей (ресурсных, мотивационных, маркетинговых, коммуникационных и иных) для участия в намечаемых программных преобразованиях в регионе. Следует отметить недостаточную результативность применяемых модернизационных мер на уровне регионального управления и федерального регулирования из-за низкой коммуникативной модальности воздействий на участников отношений [8] (Shchepakin, Khandamova, Gubin, 2020). Если региональными структурами управления не обозначается маркетинговый фронтир [9] (Shchepakin, Khandamova, Bzhennikova, Tolmacheva, Bazhenov, 2018) в программах модернизационных преобразований и стратегического развития отраслей и комплексов, тогда «размывается» понимание того, как могут достигаться конкурентные преимущества отраслевых звеньев региональной экономики и как должна формироваться инновационная маркетингово-коммуникационная платформа [10] (Khandamova, Shchepakin, Rodin, Gubin, 2019).

Базовая значимость интегрального показателя (коэффициента) структурной состоятельности при формировании программы структурной модернизации проявляется и в отношении укрепления социально-экономического вектора развития региона и создания предпосылок для наращивания экономического роста. Она состоит в том, что:

а) значение данного показателя предопределяет решение органов регионального управления (при согласии или поддержке органов власти федерального уровня) о включении тех или иных модернизационных заданий в соответствующий блок программы. Решение может приниматься по условию выполнения задаваемого критериального соотношения: чем ниже величина показателя структурной состоятельности преобразований промышленности, тем выше модернизационная потребность в изменениях в тех или иных сферах деятельности. Требуется наращивание потенциалов в разрезе их анализируемых составляющих и выбор соответствующих мер для осуществления значимых модернизационных инноваций в перспективных отраслях экономики для обеспечения повышения конкурентоспособности промышленности региона.

Существует прямая зависимость структурной состоятельности модернизационных преобразований от потенциала мотивационной проницаемости бизнеса и власти региона в отношении осуществления активных действий по вовлечению необходимых ресурсов (из внутренних источников или с привлечением внешних инвесторов разного происхождения – государственных, государственно-частных, личных) в инновационно-технологические и иные преобразования. На этапе текущего состояния экономики регионов средневзвешенная мотивационная проницаемость бизнеса к модернизационным изменениям в производственной сфере не превышает 30% (определяется это существенным риском потери бизнеса в условиях неопределенности рыночного состояния и негативного влияния коронавирусной пандемии);

б) динамика изменения интегрального показателя структурной состоятельности отрасли (комплекса) и промышленности региона в целом позволяет судить о результативности программы структурной модернизации (положительная динамика указанного изменения свидетельствует о том, что модернизационные цели достигнуты).

Мониторинг изменений потенциалов в разрезе отраслевых комплексов позволяет определять слабые звенья и принимать решения о целесообразности тех или иных управляющих воздействий (на субъектном и региональном уровнях) для создания резервов экономического роста и формирования предпосылок для приращения социального благополучия в регионе.

Показатель модернизационной состоятельности предприятия носит интегральный характер и рассчитывается на уровне конкретного предприятия как средневзвешенная величина по совокупности компонентов, формирующих его потенциал. При этом с позиции маркетинговой направленности структурной модернизации промышленности региона представляется целесообразным применить расширенную трактовку потенциала предприятия, включив в него наряду с традиционными с позиции науки управления компонентами и другие составляющие. В состав этих потенциалов могут входить следующие компоненты: технико-технологический, производственный, финансово-инвестиционный, кадровый, пространственный, маркетинговый, организационно-управленческий, инновационный, локализационный, коммуникационный, мотивационно-поведенческий. Могут быть выявлены и другие компоненты потенциала, которые, по мнению экспертов, могут в той или иной мере влиять на состояние внутренней среды бизнеса и на его активность в реализации изменений разного характера.

В компоненты программы структурной модернизации промышленности региона должны входить: цель программы, задачи программы, программно-целевые инструменты, мероприятия (задания) программы, внешние и внутренние участники программы, целевые индикаторы и показатели программы, сроки реализации программы, ожидаемая результативность (рис. 1).

Коммуникационная проницаемость участников программы (внешних и внутренних) на структурные модернизационные преобразования в экономике региона (и в частности, в промышленности) формирует маркетингово-поведенческую сбалансированность их коммуникаций, обеспечивая достижение устойчивого равновесия взаимодействующих сторон на основе создания и развития маркетингово-коммуникационной стабилизационной площадки. Она является «продуктом» совместных усилий многих участников отношений (бизнес-среды, органов власти разных уровней, человекоцентричного ресурса отраслевых комплексов [11] (Shchepakin, Krivosheeva, 2015)), заинтересованных в модернизационных преобразованиях. Выбор региональных приоритетов инвестирования в те или иные проекты «должен исходить из задач обеспечения экономического роста в кратко- и среднесрочной перспективе и учитывать особенности конкретных территорий» [12, c. 7; 13] (Ivanter, Govtvan, Gusev et al., 2018, р. 7; Shchepakin, Gubin, Marinchenko, Ignatov, 2018).

Необходимо продолжить развитие регионов, которые обеспечивают геополитические и национальные стратегические приоритеты России [29] (Shchepakin, Gubin, 2019). К таким регионам относятся Дальний Восток, Северный Кавказ, Калининградская область, Арктика, а также Крым. Развитие регионов необходимо продолжить в рамках уже принятых госпрограмм. Но эти госпрограммы, как правило, нуждаются в качественной переработке и устойчивом финансировании.

По мнению ведущих ученых ИПН РАН, в России имеются базовые факторы роста, а значимые ресурсные ограничения отсутствуют [12, с. 4] (Ivanter, Govtvan, Gusev et al., 2018, р. 4). Необходимо реализовывать прагматический подход к разработке денежно-финансовой, бюджетно-налоговой политики, политики институциональных и инфраструктурных преобразований и обеспечить «их эффективное включение в единый контур стратегии развития, нацеленной на экономический рост и структурно-технологическую модернизацию экономики» [14] (Ivanter et al., 2016). Но нужны показатели, которые позволят оценивать усилия по реализации модернизационных мер. И в этих показателях значимое место отводится оценке научно-технологического потенциала и оценке влияния социально-экономических факторов на его уровень в регионе [15, 16] (Gulin et al., 2017; Shchepakin, 2019).

Следует отметить, что необходимо количественное оценивание перспектив модернизации производственных систем промышленности [17] (Salnikova, 2014), используя для этого анализ и квантифицирование (от лат. quantum ‒ сколько, и facio – делаю; сведение качеств к количествам; измерение качественных признаков) готовности субъектов к осуществлению инновационных преобразований и реализации различных по характеру модернизационных мер. Можно утверждать, что условием успешной модернизации промышленности (и ее составляющих) является ее системность [18] (Shchepakin, Khandamova, Gubin, 2020). Необходимо замещать отдельные модернизационные проекты модернизационными процессами разного характера (структурного, технико-технологического, организационно-управленческого и др.). То есть такими процессами, которые стабильно повторяются, воспроизводятся и эволюционно изменяют состояние объектов модернизации. То есть модернизацию предприятия как заявляемую им модернизационную потребность следует рассматривать как «совокупность модернизационных процессных систем, органично включаемых во внутреннюю структуру предприятия и направленных на обеспечение внутренней целостности предприятий в восприимчивости к любым формам инноваций…» [17; 19, с. 110] (Salnikova, 2014; Pogorelova, 2019). Логика модернизационных процессов состоит в перманентной повторяемости инновационных процессов, реализуемых в производственных системах, предусматривающих мониторинг происходящих изменений (качественных и количественных). Нами разделяется позиция Г.Б. Клейнера о том, что для успешного развития экономики регионов необходимо вместо локальных инновационных проектов осуществлять перманентные инновационные процессы в составляющих производственных систем [20] (Kleyner, 2011).

В состав компонентов программы структурной модернизации наряду с собственно модернизационными мероприятиями могут входить программно-целевые инструменты в форме государственных заданий, дорожных карт, карт проектов, реестров расходных обязательств, инструментов оценки эффективности бюджетных расходов, регламентов государственного аудита эффективности и мониторинга менеджмента качества [21] (Sokolova, Evstafeva, Terenteva, 2013). Разработка программы структурной модернизации промышленности в регионе должна осуществляться в соответствии с обоснованно осуществляемыми этапами.

Этапы разработки и реализации программы модернизационных преобразований промышленно-производственной сферы в регионе

Предлагаемая нами последовательность выстраиваемых взаимосвязей между этапами разработки программы определяет логику наполнения конкретным содержанием каждого из этапов в представленной ниже модели (рис. 2). Теоретический этап предусматривает выявление точек зрения разных научных школ в отношении реструктуризационных и модернизационных процессов, реализующих установки на выявление источников и резервов экономического роста [22] (Shchepakin, Gubin, Khandamova, 2020). Понятийный этап разработки программы позволяет расширить представления об экономической природе процессов и явлений в области управления модернизационными преобразованиями в системообразующих отраслях экономики региона [23] (Shchepakin, 2020). Методологический этап предполагает формирование концепции модернизации и реструктуризации промышленно-производственной сферы региональной экономики (МиР ППС). Важным на этом этапе является выбор методов познания о способах преобразований и их систематизация в рамках поставленных задач преобразований. На этом этапе формируется совокупность приемов и способов организации практической деятельности по реализации программы модернизации.

Коммуникационный этап предусматривает выявление и установление потенциальных участников взаимодействия, которые мотивированы на инновационные изменения в отраслях их активной предпринимательской и иной деятельности. На этом этапе выявляется мотивационная проницаемость участников отношений, включаемых в процесс разработки и реализации программы модернизации в регионе. Выявляется мотивационная достаточность субъектов отношений, позволяющая очертить круг заинтересованных лиц и предпринимательских структур в модернизационных инновациях разной направленности. Кроме того, выявляется коммуникационная проницаемость участников отношений, вовлекаемых в инновационные преобразования на уровне отдельных звеньев бизнес-структур, предприятий и отраслей. Выявляется коммуникационная достаточность для установления между заинтересованными рыночными агентами рациональных взаимодействий, выстраиваемых на ресурсно-поведенческой компенсаторности в видоизменяемых цепочках создания стоимостей.

Мотивационный этап предполагает формирование интегрированного вектора мотиваций участников рынка по фактору комплементарности интересов и выгод взаимодействующих сторон. Должен достигаться необходимый уровень мотивационной емкости заинтересованных участников в построении интегративного маркетингово-коммуникационного поля (ИМКП) и устанавливаться уровень маркетингового поведенческого оптимизма [24, с. 206–210] (Shchepakin et al., 2020, р. 206–210) в отношении возможных конструктивных (рациональных) изменений.

Рисунок 2. Этапы разработки и реализации программы модернизационных и реструктуризационных преобразований промышленно-производственной сферы

в региональной экономике

Примечания: 1 – государственное регулирование; 2 – субъектные модуляционные воздействия; 3 – управляющие воздействия регионального уровня; 4 – оценочный импульс; ИМКП – интегративное маркетингово-коммуникационное поле в регионе; МиР ППС – модернизация и реструктуризация промышленно-производственной сферы

Источник: составлено авторами.

Маркетингово-поведенческий этап предусматривает разработку моделей маркетингового поведения субъектов на основе установления приоритетов развития экономики региона и выбора рациональной конкурентной стратегии тех или иных отраслевых комплексов промышленной сферы, когда в необходимом объеме включается спящий маркетинг [25] (Shchepakin, Khandamova, Bzhennikova, Bezuglyy, 2018), расширяющий круг возможных участников преобразований. Ресурсообеспечивающий этап позволяет выявлять объемы и качество необходимых для модернизации ресурсов, ориентированных на реинжиниринг бизнес-процессов на основе инноваций разного характера (производственно-технологических, организационных, маркетинговых, коммуникационных, поведенческих и иных) [26] (Shchepakin, 2020).

Коммуникационный, мотивационный, маркетингово-поведенческий и ресурсообеспечивающий этапы должны формироваться и реализовываться в интегративном маркетингово-коммуникационном поле региона, которое является динамичным и изменчивым под воздействием внешних и внутренних факторов, оказывающих свое благоприятное или негативное воздействие (в частности, наиболее отчетливо проявляемое в условиях коронавирусной пандемии). На это поле существенное влияние оказывает государственное регулирование во всех составляющих воздействий (нормативно-правовых, финансово-кредитных, организационно-управленческих и иных), выстраиваемое в условиях пандемии с учетом требований развития цифровой экономики [27] (Smotritskaya, 2018). Установление ресурсообеспеченности модернизационных преобразований в субъектном и отраслевом разрезах требует прямых и обратных связей, устанавливаемых между участниками отношений, с одной стороны, при формировании субъектных модуляционных воздействий, а с другой ‒ при выработке управляющих воздействий на региональном и муниципальном уровнях. Ресурсообеспеченность модернизации предполагает включение ресурсного декомпенсатора в разных составляющих реинжиниринга бизнес-процессов, а также использование механизма маркетинговых инъекций, изменяющих характер и качество реализуемых преобразований в разных точках цепочек создания стоимости.

Адаптационный этап реализуется посубъектно разноотраслевыми рыночными агентами (стейкхолдерами), заинтересованными и причастными к изменениям в различных проектах, формируемых отраслевыми звеньями в региональной экономике под влиянием интересов органов власти. Организационно-управленческий этап заключается в разработке управленческих воздействий со стороны государства, органов регионального управления по аккумулированию интересов разноотраслевых субъектов на осуществление структурной и иной модернизации в системообразующих сферах экономики региона.

Программный этап предполагает завершение формирования программы (МиР ППС) в региональной экономике. На содержание программы будет влиять набор ключевых игроков преобразований, являющихся стейкхолдерами, обозначающими себя на всех этапах разработки модернизационной программы. В ней устанавливается объем необходимых и привлекаемых со стороны ресурсов и обозначаются условия их использования и восполнения. Методический этап включает формирование методического сопровождения разработки и реализации программы МиР ППС на основе индикативных показателей развития отдельных отраслей экономики региона. Оценочный этап предусматривает расчет интегративного показателя оценки эффективности составляющих программы и интегрального коэффициента структурной состоятельности (KUP) модернизационных преобразований в промышленности региона (в частности, Краснодарского края). Корректирующий этап предполагает изменение составляющих модернизационных преобразований в разрезе субъектов региональной экономики, ориентированных на вовлечение и использование ресурсных потенциалов разных участников отношений, меняющихся в ходе преобразований и усиления влияния факторов внутреннего и внешнего порядка.

На итоговом этапе проводится оценка социально-экономической эффективности программы модернизации и реструктуризации промышленно-производственной сферы в экономике региона и выявляются возможности для внесения корректив в программу модернизации в соответствии с меняющимися приоритетами, задачами, возможностями и ресурсами. Оценочный импульс поступает от программы МиР ППС, уточняющей результативность принимаемых к реализации мер по инновационному преобразованию промышленной сферы экономики региона.

Краснодарский край выстраивает новый пакет антикризисных мер для активизации бизнеса, ощутившего на себе серьезное давление коронавирусной пандемии. Губернатор края Вениамин Кондратьев отмечает, что формируется система развития промышленно-производственной сферы региона, в рамках которой предусматривается снятие инфраструктурных ограничений по реализуемым инвестиционным проектам. До конца 2024 г. предусматривается увеличение инвестиционных вложений на уровне 15,9 млрд руб., в том числе в следующем году будет на эти цели израсходовано 2,6 млрд руб. [30, c. 4] (Kondratev, 2020, р. 4). Вместе с тем следует отметить, что принимаемые меры должны предусматривать структурные модернизационные преобразования в промышленной сфере экономики региона, ориентируясь, прежде всего, на имеющийся совокупный потенциал в обеспечении экономического роста и укрепления социального благополучия граждан. Федеральный центр должен включаться в процесс поддержки модернизационных программ, разрабатываемых в регионах, исходя из необходимости укрепления конкурентоспособности системообразующих отраслей отдельных территорий и национальной экономики в целом.

Заключение

1. Пандемия коронавируса серьезным образом повлияла на маркетинговое и иное поведение субъектов предпринимательства и органов власти разных уровней, поставив их перед необходимостью решения проблемы инновационного технико-технологического и иного обновления промышленной сферы в границах региональных образований с учетом «новой нормальности». Пандемия коронавируса обострила те противоречия и разногласия, которые накапливались на протяжении многих лет рыночных преобразований. Не были сформированы (ни бизнесом, ни властью, ни обществом) необходимые условия для повышения мотиваций субъектов предпринимательства на осуществление перманентных модернизационных изменений на основе инноваций во всех составляющих выстраиваемых им потребительских цепочек. Сосредоточив усилия на накоплении капитала и захвате собственности в ресурсопроизводящих сферах, бизнес и структуры власти разных уровней оставили без внимания проблемы низкой мотивации работников на высокопроизводительный труд и творческую самоотдачу во благо социального и экономического роста. А без единения мотиваций ключевых участников рыночных отношений на создание нужных обществу ценностей (в том числе потребительских стоимостей) на консенсуальной основе (по получаемым выгодам и благам) рассчитывать на позитивные инновационные преобразования в системообразующих сферах экономики не приходится.

2. Разработана модель структуры программы модернизации промышленности в регионе, в рамках которой обозначены взаимосвязи компонентов, определяющих содержательное наполнение такой программы в контексте необходимости активизации деятельности бизнес-структур, органов региональной власти и работающих в интересах обеспечения устойчивого равновесия субъектов в их коммуникационном взаимодействии посредством повышения их маркетингово-поведенческой сбалансированности и структурной состоятельности преобразований.

3. Предложена этапность разработки и реализации программы модернизационных и реструктуризационных преобразований промышленно-производственной сферы в региональной экономике, определяющая взаимосвязь и взаимообусловленность различных компонентов программы, реализация которой позволяет рассчитывать на повышение социально-экономической эффективности разрабатываемых мер и создание предпосылок для устойчивого экономического роста в регионе. Структурная состоятельность модернизационных преобразований в промышленно-производственной сфере становится критерием возможностей регионов на обеспечение экономического роста и повышение социального благосостояния их граждан.


Источники:

1. Влияние коронавируса COVID-19 на экономику стран мира. – URL:
https://www.tadviser.ru/index.php/%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F:%D0%92%D0%BB%D0%B8%D1%8F%D0%BD%D0%B8%D0%B5_%D0%BA%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D0%B2%D0%B8%D1%80%D1%83%D1%81%D0%B0_COVID-19 (дата обращения: 13.08.2020).
2. Катасонов В. Сколько денег утекает в оффшоры? // Аргументы и факты. – 2020. ‒ № 33. – С. 23.
3. Деофшоризация по-нашему // Версия. ‒ 2020. ‒ № 30(754). ‒ С. 19.
4. Щепакин М.Б. Модернизационная составляющая экономики региона в обеспечении экономического роста и инновационного развития // Вопросы инновационной экономики. ‒ 2020. ‒ Том 10. ‒ № 1. ‒ С. 249-276. ‒ doi: 10.18334/vinec.10.1.41418.
5. Щепакин М.Б., Губин В.А., Хандамова Э.Ф. К разработке программы структурной модернизации промышленности региона // Экономика, предпринимательство и право. – 2020. – Том 10. – № 8. – doi: 10.18334/epp.10.8.110728.
6. Райзберг Б. А. Целевые программы в системе государственного управления экономикой: монография / Б.А. Райзберг. – 2-е изд. – М.: ИНФРА-М, 2016. – 268 с. + Доп. Материалы [Электронный ресурс]. – URL: https://znanium.com/catalog/product/544825 (дата обращения: 27.07.2020).
7. Ивантер В.В. Стратегия перехода к экономическому росту / В.В. Ивантер // Проблемы прогнозирования. – 2016. – № 1. – С. 3-7.
8. Щепакин М.Б., Хандамова Э.Ф., Губин В.А. Управление экономическим ростом агропромышленного комплекса в регионе в условиях нестабильной экономики // Известия Вузов. Пищевая технология. – 2020. ‒ № 2-3. – С. 108-114. DOI: 10.26297/0579-3009.2020.2-3.28
9. The Impact of Supply Chain Management on Marketing Frontiers in Competitive Business Building / Mikhail Shchepakin, Eva Khandamova, Juliana Bzhennikova, Olga Tolmacheva, Yuriy Bazhenov // International Journal of Supply Chain Management, 2018. ̶ Vol. 7(No 5). – P. 865-876.
10. Structural Industry Modernization as a Factor of Innovative Development of a Region’s Economy / Eva Frizovna Khandamova, Mikhail Borisovich Shchepakin, Aleksandr Vasilyevich Rodin, Viktor Anatolyevich Gubin // Advances in Economics, Business and Management Research / 5th International Conference on Economics, Management, Law and Education (EMLE 2019). ‒ Krasnodar. ‒ 2019. ‒ Vol. 110. ‒ P. 109-114.
URL: https://www.atlantis-press.com/proceedings/emle-19/125930728
doi ‒ https://doi.org/10.2991/aebmr.k.191225.020
11. Щепакин М.Б., Кривошеева Е.В. Модель активизации человекоцентричного ресурса в условиях маркетинговой адаптации предприятия // Научно-технические ведомости СПбГПУ. Экономические науки. – 2015. – № 1(211). − С. 205-213.
12. Ивантер В.В., Говтвань О.Д., Гусев М.С. и др. Система мер по вос-становлению экономического роста в России // Проблемы прогнозирования. 2018. – № 1(166). ‒ C. 3-9.
13. Щепакин М.Б., Губин В.А., Маринченко М.А,, Игнатов А.А. Приоритетные бизнес-коммуникации в условиях неявной угрозы экономической безопасности предприятия // Научные труды КубГТУ. – 2018. ‒ № 6. ‒ С. 90-102.
14. Восстановление экономического роста в России / B.В. Ивантер [и др.]. ‒ М.: ИНП РАН, 2016. ‒ 32 с. ‒ URL: https://ecfor.ru/publication/vosstanovlenie-ekonomicheskogo-rosta-v-rossii-doklad/ (дата обращения: 15.08.2020).
15. Проблемы и направления развития научно-технологического потенциала территорий: монография / К.А. Гулин [и др.]. – Вологда: ИСЭРТ РАН, 2017. – 123 с.
16. Щепакин М.Б. Управление антикризисным маркетинговым поведением субъекта в условиях выбора им социального вектора развития // Вестник Астраханского государственного технического университета. Серия: Экономика. ‒ 2019. ‒ № 2. ‒ С. 101-120. doi:10.24143/2073-5537-2019-2-101-120
17. Сальникова Ю.К. Методологический подход к оценке потенциала модернизации предприятия // Вестник ЮРГТУ (НПИ). – 2014. – № 6. – С.73-86.
18. Щепакин М.Б., Хандамова Э.Ф., Губин В.А. Маркетинговое управление нестабильным предприятием при реализации модернизационных преобразований // Экономика, предпринимательство и право. – 2020. – Том 10. – № 1. – С. 11-36. ‒ doi: 10.18334/epp.9.4.41322.
19. Погорелова Л.А. Формирование непрерывных инновационных процессов на предприятиях в условиях становления цифровой экономики: дисс.… канд. экон. наук: 08.00.05. ‒ Южно-Российский гос. политех. ун-т им. М.И. Платова. ‒ М., 2019. – 176 с.
20. Клейнер Г.Б. Системная организация экономики и проблемы распространения инноваций // Вестник университета (Государственный Университет Управления). ‒ 2011. ‒ № 3. ‒ С. 26-36.
21. Региональные аспекты программно-целевого управления /Л.Г. Соколова, Е.Ю. Евстафьева, Н.Ю. Терентьева. – Иркутск: изд-во БГУЭП. – 2013. – 238с.
22. Структурная модернизация промышленности региона: подходы, приоритеты, механизмы: монография / М.Б. Щепакин, В.А. Губин, Э.Ф. Хандамова; под ред. проф. М.Б. Щепакина. – Краснодар: Изд. ФГБОУ ВО «КубГТУ», 2020. − 234 с.
23. Щепакин М.Б. Управление структурной модернизацией промышленности в региональной экономике в условиях ее инновационного развития // Экономика, предпринимательство и право. – 2020. – Том 10. – № 2. – С. 411-434. doi: 10.18334/epp.10.2.41470.
24. Организационно-экономические и маркетинговые инструменты повышения эффективности коммуникационного взаимодействия субъектов предпринимательства: монография / М.Б. Щепакин [и др.]; Под ред. проф. М.Б. Щепакина; ФГБОУ ВО «КубГТУ». – Краснодар: Изд. ФГБОУ ВО «КубГТУ», 2020. – 342 с.
25. Щепакин М.Б.,Хандамова Э.Ф., Бженникова Д.Г., Безуглый Е.Н. Активизация спящего маркетинга на предприятиях на основе инновационных преобразований разного характера // Экономика и предпринимательство. 2018. № 1(90). С. 1149-1158.
26. Щепакин М.Б. Ресурсно-интеграционный подход к разработке про-граммы модернизации промышленности региона // Экономические отношения. – 2020. – Том 10. – № 1. – С. 257-278. – doi: 10.18334/eo.10.1.41399.
27. Смотрицкая И.И. Государственное управление в условиях развития цифровой экономики: стратегические вызовы и риски // ЭТАП: экономическая теория, анализ, практика. – 2018. – № 4. – С. 60–72. DOI: 10.24411/2071-6435-2018-10037
28. Дробот Е.В. Влияние пандемии COVID-19 на рынок труда США // Экономика труда. – 2020. – Том 7. – № 7. – doi: 10.18334/et.7.7.110715.
29. Щепакин М.Б., Губин В.А. Приоритеты реструктуризации промышленности Краснодарского края и факторы, определяющие ее эффективность // Экономические отношения. – 2019. – Том 9. – № 3. – С. 1711–1734. − doi: 10.18334/eo.9.3.41033.
30. Кондратьев В. Инновации ‒ в дело // Аргументы и факты. Кубань. – 2020. ‒ № 31. ‒ С. 4.

Страница обновлена: 22.09.2020 в 13:04:09