Особенности развития цифровизации в Российской Федерации и в развитых странах мира: анализ позиций в международных рейтингах

Родионова И.А.1, Кокуйцева Т.В.1, Харламов М.М.2
1 Российский университет дружбы народов
2 НИИ ЦПК имени Ю.А. Гагарина

Статья в журнале

Экономические отношения
Том 10, Номер 2 (Апрель-июнь 2020)

Цитировать:
Родионова И.А., Кокуйцева Т.В., Харламов М.М. Особенности развития цифровизации в Российской Федерации и в развитых странах мира: анализ позиций в международных рейтингах // Экономические отношения. – 2020. – Том 10. – № 2. – С. 381-394. – doi: 10.18334/eo.10.2.110130.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=43076853

Аннотация:
В статье исследованы тенденции развития процесса цифровизации в странах мира и в России на основе анализа баз данных международных рейтингов, отражающих тенденции цифровой трансформации общества (IMD World Digital Competitiveness Rankings; International Digital Economy and Society Index; и других), с применением принципов системного подхода. В ходе исследования выявлены ключевые сильные и слабые стороны (болезненные точки) России с позиции цифровой трансформации ее экономики. Переход к цифровой экономике в России процесс неминуемый, а в условиях пандемии коронавируса еще и открывающий, с одной стороны, новые возможности развития государства, общества и отдельных субъектов экономики, а с другой, - вскрывающий проблемные зоны. Авторами сформулированы предложения по созданию условий для более эффективной цифровой трансформации экономики в РФ с учетом результатов проведенного исследования, которые будут интересны лицам, принимающим решения на мезо- и макроуровне.

Ключевые слова: Россия, цифровая трансформация, цифровые технологии, Индекс цифровой конкурентоспособности, Индекс цифровой экономики и общества

JEL-классификация: O31, O33, O57



Введение

В условиях цифровизации экономики во всех странах мира речь идет о развитии процессов «Интернет вещей», «Индустрия 4.0», что выражается в изменении технологий ведения бизнеса и клиентского сервиса компаний, в использовании новых подходов к управлению людьми, в работе с большими данными при внедрении инноваций, изменении мышления населения, широком использовании ИКТ в производстве, сфере услуг и в быту.

Тем не менее современные процессы в мире в связи с объявленной Всемирной организацией здравоохранения пандемией коронавирусной инфекции COVID-19 в начале 2020 года связаны со значительными людскими потерями (смертностью), длительной самоизоляцией населения и очень серьезными проблемами в экономике большинства стран мира. Эти факты уже заставили ученых и экспертов пересмотреть многие прогнозы экономического развития в мире, в том числе развития процесса цифровизации.

Одни государства в экономическом и социальном плане пострадают в большей степени, другие – выйдут с меньшими потерями. Но мир, безусловно, изменится. Необходимый (скорее даже, вынужденный) в настоящее время революционный процесс цифровизации всех сфер жизнедеятельности населения, возможно, изменит нынешний расклад сил в мировой экономике. Однако, по нашему глубокому убеждению, разрыв между развитыми и развивающимися странами в уровне инновационного развития и непосредственно в уровне цифровизации экономики и других сфер жизнедеятельности населения не просто сохранится, а увеличится. И России необходимо не потерять свой шанс изменить ситуацию с цифровизацией в лучшую сторону, так как наша страна, хоть и встраивается по многим направлениям в эту современную парадигму инновационного развития, все же по-прежнему еще довольно далека по многим показателям от стран-лидеров. Сложившуюся картину мира отражают международные рейтинги.

Статья посвящена анализу ситуации и тенденций развития цифровизации в России на основе анализа позиций в международных рейтингах и показателей развития стран-лидеров инновационного процесса и сопоставления этих показателей с данными по нашей стране. Иными словами, позиции стран в рейтинговых таблицах показывают базу (основу) для дальнейшего развития процесса цифровизации экономики. Она была различной перед тем, как страны столкнулись с громадной проблемой, охватившей всех жителей нашей планеты в 2020 году. И с наличия или отсутствия этой базы может начаться отсчет новых побед и поражений после победы над COVID-19. Мы говорим сейчас об одной из глобальных проблем человечества, которую (как и все другие) можно решить лишь совместными усилиями всех стран мира, но с учетом локальных особенностей государств.

Тема исследования актуальна. Процесс цифровизации и имеющийся «цифровой разрыв» между странами притягивают к себе внимание исследователей. Борьба за выживание привела многие страны к режиму самоизоляции. Иными словами, ныне сложились необходимые и неиспользуемые зачастую ранее условия для цифровой трансформации экономики всех стран мира. Но будет ли она эффективной, покажет лишь время.

Во всех анализируемых нами отечественных и зарубежных работах отмечается, что цифровизация экономики – это неотъемлемая часть современного инновационного развития [14, 15, 16, 18, 19] (Teece, 2018). Общественность анализирует вопросы о том, что цифровизация экономики в настоящее время проходит на фоне внедрения научных исследований в практику, коммерциализации новейших технологий и вывода инноваций на мировой рынок, в том числе вследствие процесса диффузии инноваций, то есть не только в высокоразвитых странах [12, 17] (Gierańczyk, 2010; Rodionova, 2013).

В последние годы выходили очень интересные исследования о трансформационных процессах, вызванных цифровизацией экономики и общественной жизни в разных странах мира, в том числе в России [1, 5, 6, 10, 13, 19, 20, 21] (Elokhov, Aleksandrova, 2019; Kapranova, 2018; Koshevenko, 2018; Baburin, Zemtsov, 2013; Zemtsov, Baburin, Kidyaeva, 2018; Zemtsov, Barinova, Semenova, 2019). Отдельные исследования отражают особенности развития высокотехнологичного бизнеса в регионах России, включая анализ кадрового потенциала регионов, институциональных условий, инфраструктуры, высокотехнологичного экспорта, налоговых поступлений и др. Несомненно, большой интерес представляют исследования со статистическими данными об уровне развития цифровой экономики [4] (Abdrakhmanova, Vishnevskiy, Gokhberg et al., 2019) и разрабатываемые для РФ индекcы цифровизации [2, 3, 8]. Ко всему прочему, исследователи характеризуют возможности адаптации России к цифровой трансформации, а также выявляют риски цифровизации для рынков труда в регионах РФ [7, 20] (Zemtsov et al., 2020; Zemtsov, Baburin, Kidyaeva, 2018).

Авторская гипотеза научного исследования состоит в том, что продвижение в мировых рейтингах по индексам цифровизации возможно не за счет локального улучшения отдельных направлений и показателей, а посредством реализации комплексной государственной политики, охватывающей различные сферы деятельности, иными словами, посредством создания цифровой экосистемы. Научная новизна исследования заключается в разработке авторских предложений по созданию условий для более эффективной цифровой трансформации экономики в РФ, опирающихся на сравнительный анализ основных тенденций развития процесса цифровизации в странах мира и определение позиций РФ в международных рейтингах.

Методика исследования

На основе разного рода источников, в первую очередь исследований экспертов Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (Россия), охарактеризуем основные направления развития цифровизации экономики в мире и России. Для выявления уровня подготовки стран мира и России к цифровизации экономики проанализируем рейтинги международных индексов инновационного развития и цифровой конкурентоспособности (IDM World Digital Competitiveness Rankings, International Digital Economy and Society Index и др).

Выполненный компаративный анализ позволит авторам статьи сформировать предложения по созданию условий для более эффективной цифровой трансформации экономики в РФ.

Результаты исследования

Характеризуя основные направления развития процессов цифровизации в мире и России, приведем некоторые данные, опубликованные Институтом статистических исследований и экономики знаний Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (Россия) [4] (Abdrakhmanova, Vishnevskiy, Gokhberg et al., 2019). Подчеркивается, что ученые и практики продолжают работать в сфере мобильной связи и создания квантовых технологий (смартфоны, сверхплоские телевизоры и др.). Решаются задачи повышения надежности вычислений при обработке огромных массивов данных, создания искусственного интеллекта и машинного обучения. Отмечается, что подобного рода технологии приведут к росту темпов развития НИОКР, сферы ИКТ и всех отраслей экономики, от финансов и энергетики до образования и здравоохранения. Прогнозировался исследователями (до пандемии COVID-19) рост объема мирового рынка больших данных до 90 млрд долл. к 2025 г. (22,6 млрд долл., 2015 г.).

Отметим также, что использование промышленного интернета основано на интеграции информационных процессов с производственными. Согласно прогнозам, объем глобального рынка «Интернета вещей» к 2022 году мог бы составить 21,5 млрд долл. Блокчейн может быть запрограммирован для записи не только финансовых операций, но и практически всего, что имеет ценность. Прогнозировалось, что к 2027 г. 10 % мирового ВВП будет храниться в сетях блокчейн. Стоит напомнить и о технологиях беспроводной связи. Согласно прежним прогнозам, к 2021 г. покрытие Земли беспроводным доступом в интернет могло бы составить 85 %. И далее речь идет о технологиях виртуальной и дополненной реальности (включая формирование рынка виртуальной рекламы, развитие обучения на виртуальной основе, расширение сегмента видеоигр и многое др.) [4–6; 20] (Abdrakhmanova, Vishnevskiy, Gokhberg et al., 2019; Kapranova, 2018; Koshevenko, 2018; Zemtsov, Baburin, Kidyaeva, 2018).

Иными словами, развитие цифровой экономики приводит к глобальному изменению экономической среды. И нельзя России в своей современной инновационной, промышленной и экономической политике не учитывать эти ориентиры на новые технологии, чтобы не отстать от более развитых стран.

В настоящее время прогнозы, вне всякого сомнения, придется пересмотреть, но вполне возможно, они изменятся даже в сторону увеличения. Возможно, что процесс цифровой трансформации будет способствовать не только росту прогнозируемой в мире безработицы в условиях нового экономического кризиса, но и созданию новых рабочих мест. Так, согласно прежним прогнозам, около 5 млн рабочих мест уже к 2020 г. могут быть заменены роботами (с ростом уровня роботизации в промышленном производстве до 25 %) при росте производительности труда. Объем мирового рынка робототехники к 2025 г. мог бы составить 87 млрд долл. Отмечается, что объем мирового рынка искусственного интеллекта растет быстрыми темпами (в 2016 г. – 1,4 млрд долл., прогноз к 2025 г.– около 60 млрд долл.) [4] (Abdrakhmanova, Vishnevskiy, Gokhberg et al., 2019). В связи с этими процессами, безусловно, произойдет реструктуризация глобального рынка труда. За счет новых производственных технологий вырастет объем мирового рынка «умных» материалов, что будет способствовать улучшению качества продукции и сокращению времени вывода ее на рынок. а внедрение «зеленых технологий» позволят минимизировать воздействие на окружающую среду. Хотелось бы верить, что нынешняя ситуация в мире вынужденно подстегнет все эти процессы.

Изучение позиций стран мира в мировом рейтинге по Индексу цифровой экономики и общества (The Digital Economy and Society Index – DESI) был нам интересен с точки зрения фиксации эволюции в сфере цифровой конкурентоспособности 28 государств – членов ЕС и еще 17 стран мира (США, Китай, Япония, Республика Корея, Норвегия, Россия и др.) [19]. В первую очередь нам был интересен список показателей, характеризующих конкурентоспособность в сфере цифровой трансформации экономики (их для групп стран, входящих и не входящих в ЕС, разное количество – 26 или 18). Индекс рассчитывался на основе пяти параметров (имеющих разные весовые коэффициенты). Характеризуется эффективность цифровой конкурентоспособности в пяти областях политики: степень охвата связью (оценка развертывания и освоения фиксированной и подвижной широкополосной связи), человеческий капитал (навыки работы с цифровыми технологиями), уровень использования интернета жителями, степень интеграции цифровых технологий в бизнесе и государственных услугах. Лидерами рейтингового списка на 2018 г. являются: Дания, Республика Корея, Финляндия, Швеция, Нидерланды, Норвегия, Исландия, Швейцария, Япония, Великобритания. Россия значительно отстает от интегрального показателя лидеров. Страны, не входящие в ЕС (их было 17), оценивались по несколько иной методике. Среди них США занимают 8-ю позицию, а Россия – 12-ю (однако, опережая Китай, Чили, Мексику, Турцию и Бразилию). Стоит подчеркнуть, что самые низкие позиции у России отмечаются по субиндексу «Интеграция цифровых технологий в бизнесе» (Integration of Digital Technology by businesses) [13, 19].

Обратимся к более подробной характеристике позиций России по всем составляющим рейтинга «Индекс цифровой конкурентоспособности» (IMD World Digital Competitiveness Ranking, 2019). В мировом рейтинге позиции странам присваиваются по совокупному результату, оцениваемому по 50 показателям, собранным в 3 категориях-субиндексах: «Знания» (Knowledge), «Технологии» (Technology), «Готовность к будущему» (Future Readiness).

Обратим внимание в первую очередь на тот факт, что Россия ежегодно поднимается вверх по списку в рейтинговой таблице, но пока так и не смогла приблизиться к лидерам (табл. 1).

Таблица 1

Позиции России в рейтинге «Индекс цифровой конкурентоспособности»,

2015–2019 гг.


2015 г.
2016 г.
2017 г.
2018 г.
2019 г.
Позиции России в рейтинге

41
40
42
40
38
Позиции России по 3 субиндексам рейтинга
Знания
27
28
24
24
22
Технологии
44
47
44
43
43
Готовность к будущему
55
53
52
51
42
Источник: [14].

Итоговая позиция России в данном рейтинге цифровой конкурентоспособности 2019 года – 38-я (между Чехией и Саудовской Аравией). Страны из топ-10 данного рейтинга по интегральному показателю – это США, Сингапур, Швеция, Дания, Швейцария, Нидерланды, Финляндия, Гонконг, Норвегия, Республика Корея. Именно они являются (по мнению экспертов) самыми конкурентоспособными в цифровой среде страны. Стоит отметить, что Китай разместился на 22-й позиции и опережает даже Японию (23-я строка рейтинга) [14].

Охарактеризуем позиции нашей страны по всем составляющим рейтинга.

Так, по критерию «Знания» 63 страны выстроились в порядке убывания качества обучения, образования и науки. Россия расположилась лишь на 22-й позиции (позади Франции и Новой Зеландии, но опережая Бельгию, Ирландию и даже Японию). Это очень важная характеристика инновационного развития, и нельзя эту позицию потерять. Возглавляют рейтинговый список по категории «Знания» – США, Швейцария, Сингапур, Швеция, Канада и Дания.

В целом фиксируем, что только по двум позициям критерия «Знания» Россия поднималась вверх по списку стран. Лучшая ситуация у России по следующим показателям: «Женщины с учеными степенями» и «Производительность НИОКР по публикациям». В то же время – очень слабые позиции по критериям: расходы на образование; использование зарубежных высококвалифицированных кадров; цифровой/технологический навык населения; обучение персонала.

По группе показателей субиндекса «Технологии» страны распределяются с учетом состояния использования интернета и информационно-коммуникационных и цифровых технологий, по показателям объема финансового капитала в ИКТ-отрасли, а также с учетом состояния регуляторной среды. По данному критерию Россия занимает 43-ю позицию, причем ее опережают Чили и Болгария, а вслед за ней разместились в рейтинге Словакия и Румыния. Фактически Россия ближе по уровню развития технологий к странам Центрально-Восточной, но не Западной Европы. а группу лидеров в категории «Технологии» возглавляют Сингапур, ОАЭ, Норвегия, Гонконг, США, Нидерланды.

По данным показателям субиндекса «Технологии» дела у России (в сравнении с более развитыми странами и даже отдельными развивающимися) обстоят плохо, и год от года положение ухудшается. На что особо следует обратить внимание? Очень слабые позиции у нашей страны по разделу «Нормативно-правовая база». Так, практически позиции России ближе к концу списка стран в рейтинге по таким показателям, как разработка и применение технологий, законодательство в научной сфере, права на интеллектуальную собственность. Еще слабее позиции по показателям, характеризующим финансирование процесса цифровизации. Это показатели: финансирование технологического развития; уровень развития банковских и финансовых услуг; венчурный капитал. Хромает и «Технологическая основа» процесса цифровизации.

В блоке категории «Будущая готовность» в рейтинге самые высокие позиции присвоены государствам с высоким уровнем готовности к проведению цифровой трансформации экономики и цифровизации общественной жизни. По этой категории Россия находится лишь на 42-й позиции (хотя есть положительная тенденция: еще год назад занимала 51-ю позицию). Россию в рейтинговом списке опережают помимо высокоразвитых стран также Чехия, Кипр, Турция, а сразу позади в списке разместились Бразилия и ЮАР (то есть соседство не слишком лестное). Лидируют в категории «Будущая готовность»: США, Дания, Нидерланды, Республика Корея, Ирландия, Швеция.

Россия не только не поднималась вверх по рейтинговому списку в последние годы в рейтинге, но стоит подчеркнуть, что по всем критериям (показателям) категории «Будущая готовность» у нашей страны едва ли не самые худшие позиции – страна в рейтинге располагается ближе к концу списка. Эксперты невысоко оценили вовлеченность нашей страны в процесс глобализации, ловкость или скорость реагирования российских компаний на запросы потребителей, масштаб развития трансфера знаний и государственно-частного партнерства. При этом отмечено, что слишком высок в России уровень использования пиратского программного обеспечения, и это при недостаточном уровне кибербезопасности. Некоторые термины требуют даже некоторого пояснения: так, ловкость, гибкость бизнеса (business agility) – это способность бизнеса быстро реагировать на постоянно изменяющуюся внешнюю среду (непрерывно подстраиваться под изменяющиеся потребности клиентов). Это новый способ ведения бизнеса, когда организация (компания) добровольно соглашается непрерывно подстраиваться под изменяющиеся потребности клиента (аgility of companies). Эксперты также не смогли высоко оценить уровень данного показателя.

Дискуссия и предложения по созданию условий для эффективной цифровой трансформации экономики в РФ

Анализируя позиции России по всем составляющим Индекса цифровой конкурентоспособности (IMD World Digital Competitiveness Rankings, 2019), легче выделить те критерии, по которым Россия занимает позиции, подобающие высокоразвитым государствам, чем те, в которых наша страна очень сильно проигрывает, так как их совсем немного. а вот по большинству инновационных показателей развития и по степени готовности к цифровой трансформации экономики у нашей страны позиции в данном рейтинге, мягко выражаясь, не являются достойными для такой страны, как Россия. По многим из них страна размещается в рейтинговом списке ближе к концу списка. При этом очень серьезные провалы имеются по большинству составляющих категории «Будущая готовность» (или готовность к трансформации экономики в будущем).

Рассмотрим еще некоторые вопросы, касающиеся темы нашего исследования. Вне всякого сомнения, Россия старается быть в тренде глобальной парадигмы цифровой трансформации экономики и общественной жизни. Напомним, что наша страна еще с периода советского времени располагает развитой сетью образовательных и научно-исследовательских центров, в том числе тех, что создаются в настоящее время на базе университетов. Российские компании, инвестирующие в информационные технологии, активно сотрудничают с вузами и научными центрами, что позволяет им создавать наукоемкую продукцию, являющуюся конкурентоспособной на российском и мировом рынке. И тем не менее даже по критериям, отражающим уровень цифровой культуры и грамотности населения, Россия также пока не занимает лидирующих позиций. Так, из 17 показателей в категории «Знания» (оценивающей уровень образования и научной деятельности) в рассматриваемом Индексе цифровой конкурентоспособности, только 4 позиции у России выше 10-го места в рейтинговом списке. По остальным критериям Россия занимает позиции от 21-й (по уровню образования) до 59-й (по использованию международного опыта).

Охарактеризуем основные возможные направления развития для государства в сфере цифровизации. В этом нам и помогут выявленные в международном рейтинге Индекса цифровой конкурентоспособности (IMD World Digital Competitiveness Rankings, 2019) «провалы» в инновационной, экономической и промышленной политике России в данной сфере (которые нам проиллюстрировали позиции нашей страны по всем показателям, используемым в рейтинге).

Вне всякого сомнения, очень серьезное внимание следует обратить на необходимое проведение цифровых преобразований в промышленности и во внедрении новейших технологий во всех ее и смежных с ней отраслях. Безусловно, это одна из основных целей стратегии развития России [8, 9 и др.]. Программа «Цифровая экономика Российской Федерации» (2017 г.) была разработана в рамках реализации «Стратегии развития информационного общества на 2017–2030 годы» с целью развития в России общества знаний и повышения качества жизни населения. Ее цель – произведение товаров и услуг с использованием современных цифровых технологий. Но ведь экономика по-прежнему почти полностью зависит от добычи, переработки и экспорта природных ресурсов, и нет особых успехов по внедрению на всех уровнях производств, достойных парадигмы «Индустрия 4.0», принятой в высокоразвитых странах. Хотя Россия, безусловно, имеет серьезный технологический задел (необходимую базу) для того, чтобы предложить миру качественную продукцию и бизнес-модели в области технологий «Индустрии 4.0». Именно сейчас нельзя упустить России имеющийся шанс развивать свою промышленность, особенно наукоемкую и высокотехнологичную (включая импортозамещение), когда закрыты границы государств в условиях пандемии и сокращается внешняя торговля, когда стремительно падают цены на нефть и т.д.

Нынешняя ситуация с эпидемией коронавируса COVID-19 показала проблемы и выявила серьезные недостатки в системе не только здравоохранения, но и образования, а вынужденный резкий перевод всех образовательных учреждений на дистанционное обучение показал провалы в ИКТ-инфраструктуре, в цифровой грамотности населения и в уровне обеспеченности их компьютерной техникой, а также в доступности и качестве государственных услуг для населения страны. Дистанционное обучение – это одна из форм образовательных технологий, которая обеспечивает проведение учебного процесса, связывая обучаемого с распределенными образовательными ресурсами (то есть имеется в виду наличие в стране отлаженной цифровой инфраструктуры).

В связи с изложенным выше требуется реформирование образовательной инфраструктуры, причем в кратчайшие сроки. Требуется адаптация ее к новым требованиям, чтобы осуществить новые подходы к обучению школьников и студентов в условиях цифровой экономики, к которой наша система образования оказалась не совсем готовой. И вследствие в том числе имеющегося неравенства в доходах населения в разных регионах России: далеко не все учащиеся при отсутствии у них компьютерной техники и средств связи смогли ныне в условиях жесткого карантина по всей стране воспользоваться возможностями дистанционного обучения, которое ни в коей мере, по нашему глубокому убеждению, не должно полностью заменить очную форму обучения.

Безусловно, анализ многих международных рейтингов, отражающих успехи разных стран в инновационном развитии, показал, что следует обратить очень пристальное внимание на увеличение финансирования научных фундаментальных и прикладных исследований и бизнес-моделей в условиях перехода к экономике знаний. Это серьезный задел на будущее.

И очень важно подчеркнуть о необходимости развития человеческого потенциала в области обучения, подготовки и переподготовки кадров и дополнительного образования с целью формирования квалифицированных кадров для экономики, которые владеют цифровыми технологиями.

Далее лишь перечислим основные направления, на которые государство должно обратить внимание. Это: решение приоритетных задач цифрового развития отраслей с развитием государственно-частного партнерства, дальнейшее развитие и усовершенствование цифровой коммуникационной инфраструктуры, реклама и популяризация инноваций, пропаганда всего, что связано с трансформацией структуры нашей экономки, использование опыта наиболее успешных компаний в мире с адаптацией его для российских реалий. Все эти мероприятия, включая применение современных методов управления, и будут являться эффективными инструментами цифровизации российской экономики.

Заключение

Обобщая результаты вышеизложенного исследования, можно выделить следующие основные проблемы перехода к цифровой экономике России: нехватка человеческих ресурсов, обладающих необходимыми знаниями и компетенциями для активной разработки и внедрения цифровых технологий, и неготовность системы образования к подготовке соответствующих специалистов, необходимость развития технологической базы и совершенствования законодательства в области цифровизации, а также финансовое обеспечение реализации проектов по цифровизации.

Для решения этих проблем должна быть создана соответствующая цифровая экосистема, включающая как цифровую инфраструктуру, так и реализацию комплекса мер по поддержке цифровой трансформации: от совершенствования системы образования до совершенствования законодательства в области применения цифровых технологий в различных отраслях экономики РФ.

Вне всякого сомнения, у каждой страны, которая демонстрирует успехи в создании цифровой экономики, свои успехи, особенности и своя история развития. Как показал выполненный анализ международных рейтингов, абсолютного лидера во всех аспектах цифровизации нет. Но есть опыт более успешных государств. Его целесообразно изучать и адаптировать к ситуации в своей стране с целью более эффективного ее социально-экономического и инновационного (в том числе цифрового) развития.

Можно соглашаться или не соглашаться с оценкой позиций тех или иных государств в данных международных рейтингах, но все они тем не менее фиксируют факт отставания России в развитии цифровой экономики от лидеров этого процесса. Лучше ситуация лишь в столице и крупных городах, но они – это еще не вся Россия.

Революционный и вынужденный процесс внедрения цифровых технологий в современную жизнь и экономику России в условиях борьбы с коронавирусной инфекцией COVID-19 предоставляет нашей стране шанс. И его необходимо использовать, чтобы выйти с честью из очень сложной ситуации в ближайшем будущем на фоне возможного и предрекаемого экспертами мирового экономического кризиса.


Источники:

1. Елохов А.М., Александрова Т.В. (2019) Подходы к оценке результатов цифровой трансформации экономики России. Учет. Анализ. Аудит, № 6(5): 24-35. doi: 10.26794/2408-9303-2019-6-5-24-35
2. Индекс «Цифровая Россия» 2019. Сколково. Московская школа управления. https://finance.skolkovo.ru/downloads/documents/FinChair/Research_Reports/SKOLKOVO_Digital_Russia_Report_Full_2019-04_ru.pdf
3. Индекс цифровизации бизнеса (2019). ИСИЭЗ НИУ ВШЭ. https://issek.hse.ru/news/244878024.html
4. Индикаторы цифровой экономики: 2019: статистический сборник /Г.И. Абдрахманова, К.О. Вишневский, Л.М. Гохберг и др.; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». – М.: НИУ ВШЭ, 2019. https://www.hse.ru/data/2019/06/25/1490054019/ice2019.pdf
5. Капранова Л.Д. (2018) Цифровая экономика в России: состояние и перспективы развития // Экономика. Налоги. Право. № 2, 2018. С. 58-69. https://cyberleninka.ru/article/n/tsifrovaya-ekonomika-v-rossii-sostoyanie-i-perspektivy-razvitiya/viewer
6. Кошевенко С.В. (2018) Цифровая трансформация мировой экономики S.V. Koshevenko //Экономический журнал. № 3(51), 2018. С. 77-91. https://cyberleninka.ru/article/n/tsifrovaya-transformatsiya-mirovoy-ekonomiki-1/viewer
7. Национальный доклад «Высокотехнологичный бизнес в регионах России» (2020). Третий выпуск, 2020 / под ред. С.П. Земцова — М.: РАНХиГС, АИРР, 2020.
8. Национальный проект «Цифровая экономика Российской Федерации», утв. Решением президиума Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и национальным проектам 24 декабря 2018 г. https://digital.gov.ru/uploaded/files/natsionalnaya-programma-tsifrovaya-ekonomika-rossijskoj-federatsii_NcN2nOO.pdf
9. Программа "Цифровая экономика Российской Федерации", утв. Распоряжением Правительства Российской Федерации от 28 июля 2017 г. No 1632. http://static.government.ru/media/files/9gFM4FHj4PsB79I5v7yLVuPgu4bvR7M0.pdf
10. Baburin V.L., Zemtsov S.P. (2013) Geography of innovation processes in Russia //Вестник Московского университета. Серия 5: География, Изд-во Моск. ун-та, № 5. C. 25-32/
11. Bharadwaj A., El Sawy O., Pavlou P. and Venkatraman N. (2013) Digital Business Strategy: Toward a Next Generation of Insights. MIS Quarterly, Vol. 37, No. 2: 471-482.
12. Gierańczyk W. (2010) Development of High Technologies as an Indicator of Modern Industry in the EU. Bulletin of Geography. Socio-economic Series, no. 14/2010: 23-35. http://www.bulletinofgeography.umk.pl/14_2010/02_Gieranczyk.pdf
13. I-DESI 2018: How digital is Europe compared to other major world economies? https://ec.europa.eu/digital-single-market/en/news/how-digital-europe-compared-other-major-world-economies
14. IMD World Digital Competitiveness Rankings 2019. IMD Business school. World Competitiveness Center. https://www.imd.org/wcc/world-competitiveness-center-rankings/world-digital-competitiveness-rankings-2019/
15. Measuring the Information Society Report 2017. The ICT Development Index (IDI). Режим доступа: https://www.itu.int/net4/ITU-D/idi/2017/index.html
16. OECD Science, Technology and Industry Scoreboard 2017. The digital transformation (view previous editions). Published on November 22, 2017. http://www.oecd.org/sti/oecd-science-technology-and-industry-scoreboard-20725345.htm
17. Rodionova I. (2013) Competitiveness of countries in the world innovation economy: East-Central Europe and Russia. Quaestiones Geographicae, 32(2): 2013: 15-24. http://www.degruyter.com/view/j/quageo.2013.32.issue-2/quageo-2013-0010/quageo-2013-0010.xml?format
18. Teece D. (2018) Profiting from innovation in the digital economy: Enabling technologies, standards, and licensing models in the wireless world. Research Policy, Volume 47, Issue 8: 1367-1387.
19. The Digital Economy and Society Index (DESI), 2019. https://ec.europa.eu/digital-single-market/en/desi
20. Zemtsov S.P., Baburin V.L., Kidyaeva V.M. (2018) Innovation Clusters and Prospects for Environmental Management in Russia. Geography and Natural Resources. Elsevier BV, Vol. 39. No 1: 10-15.
21. Zemtsov S., Barinova V., Semenova R. (2019) The Risks of Digitalization and the Adaptation of Regional Labor Markt in Russia. Foresight and STI Governance (Foresight- Russia), 13 (2): 84-96. DOI: 10.17323/2500-2597.2019.2.84.96

Страница обновлена: 15.10.2020 в 11:59:33