Интеграция лиц с инвалидностью в трудовую занятость

ВВЕДЕНИЕ

Интеграция инвалидов в сферу труда обусловлена совокупностью факторов, включающих: сохраняющиеся дискриминационные барьеры; недостаточную мотивацию работодателей; недостаточно эффективный контроль за выполнением квот; отсутствие системного подхода к профессиональной подготовке и поддержке при адаптации на рабочем месте данной категории граждан и ряда других факторов.

По данным демографического прогноза Росстата до 2046 года - население страны составит 138,77 млн человек и сократится на 7,68 млн человек относительно показателя 2023 года [5]. Важность привлечения лиц с инвалидностью в трудовую занятость подчеркнута в Концепции по повышению уровня занятости инвалидов до 2030 года, утвержденной Правительством Российской Федерации, а также в соответствующем Плане мероприятий по её выполнению (Распоряжение Правительства Российской Федерации от 2 сентября 2024 г. № 2401-р). [1]

Исследования специалистов ВШЭ показывают, что «рынок труда перешел в новый режим ограниченного предложения рабочей силы. Российской экономике, по-видимому, предстоит в течение продолжительного периода существовать в стрессовых условиях острого недостатка трудовых ресурсов. Скорее всего, это станет главным тормозом на пути ее устойчивого роста в ближайшие десятилетия», - подчеркнул Р. Капелюшников [9, с.2].

Выдвигаемая нами гипотеза заключается в том, что потенциал интеграции в трудовую занятость лиц с инвалидностью недостаточно выявлен и используется на российском рынке труда в условиях сокращения численности трудоспособного населения России. Цель исследования: выявление проблем интеграции лиц с инвалидностью на рынке труда и анализ ключевых индикаторов спроса и предложения. Объект исследования: рынок труда лиц с инвалидностью. Предмет исследования: спрос и предложение труда лиц с инвалидностью. Научная новизна исследования заключается в систематизации актуальных статистических данных, касающихся инклюзивной занятости, а также в выявлении существующих тенденций, что позволяет провести объективную оценку резервов интеграции лиц с инвалидностью в трудовую сферу.

ПРОБЛЕМЫ ИНТЕГРАЦИИ ЛИЦ С ИНВАЛИДНОСТЬЮ В ТРУДОВУЮ ЗАНЯТОСТЬ В УСЛОВИЯХ СОКРАЩЕНИЯ ЧИСЛЕННОСТИ ТРУДОСПОСОБНОГО НАСЕЛЕНИЯ РОССИИ

Эксперты подчеркивают, что рынок труда для лиц с инвалидностью, несмотря на расширение числа вакансий и активные государственные инициативы поддержки, остается сложной и многоаспектной проблемой [13]. Это обусловлено совокупностью социальных, экономических и институциональных факторов, таких как предвзятость работодателей, недостаточная интеграция в программы профессионального развития и низкая мотивация среди самих работников. Комплекс этих факторов существенно затрудняет эффективную интеграцию данной категории граждан в трудовую сферу, что требует разработки комплексного подхода и системных решений для повышения их конкурентоспособности и обеспечения равных возможностей в сфере занятости [6, с.167].

Трудовая деятельность для людей с инвалидностью представляет собой сложный социальный и экономический феномен, обладающий двойственной природой. Во-первых, она является основой для достижения экономической независимости, что существенно улучшает качество жизни этой категории граждан [3]. Во-вторых, труд выступает важным инструментом социальной интеграции, способствуя преодолению изоляции и сегрегации в обществе. Этот процесс обеспечивается путем создания инклюзивной рабочей среды, развития профессиональных компетенций, формирования и реализации индивидуальных карьерных стремлений [10].

По мнению Казбековой З.Г. «повышение уровня занятости инвалидов в России не только соответствует целям устойчивого развития ООН, повышению инклюзивности рынка труда, обеспечению равных прав и возможностей для всех, но и является одним из резервов увеличения демографического дивиденда в России» [8, с.97]. Другие эксперты акцентируют внимание на повышении уровня защиты прав лиц с инвалидностью в результате их социальной и трудовой интеграции [4, с.23]. Уровень экономической активности инвалидов, по мнению Абакумовой Е.Б., определяется не столько их трудовым потенциалом, сколько государственной политикой в области занятости этой категории граждан [1, с.47].

Констатируется недостаточная степень участия работодателей в процессе найма сотрудников с инвалидностью и создании специализированных рабочих мест, соответствующих их специфическим потребностям [11]. Рост затрат на адаптацию производственной среды выступает основным экономическим барьером для работодателей, готовых к внедрению инклюзивных практик в производственные процессы [2, с.88]. Эту мысль поддерживает и исследователь Л.П. Храпылина, указывая на ряд ключевых моментов, которые мешают трудоустройству лиц с инвалидностью. Среди них можно выделить: проблемы с доступностью рабочих мест, связанные с особенностями их проживания, а также недостаточную мотивацию работодателей к найму таких сотрудников из-за опасений, что инвестиции в адаптацию рабочих пространств и обучение персонала не принесут ожидаемой отдачи в будущем [16, с.7].

В работе профессора Сафонова А.Л. акцентируется внимание на том, что в условиях рыночной экономики, инвалиды сталкиваются с рядом существенных барьеров в процессе трудоустройства и профессионального развития, что обусловлено как структурными особенностями рынка труда, так и недостаточным уровнем социальной интеграции данной категории граждан. [14]. Специалистам с инвалидностью любого возраста «сложнее реализоваться в жизни, а также вести такой же образ жизни, как у остальных людей»; труднее устроиться на полный рабочий день [7, с.20]. В последние три года в ведущих странах по развитию инклюзивности соотношение специалистов с инвалидностью, работающих неполный день, к специалистам без инвалидности составляло 2 к 1 [17].

Эксперты отмечают, что в процессе найма на работу лица с инвалидностью сталкиваются с проблемами, имеющими дискриминационный «уклон»: психологическая дискриминация (работодатель может принять заявление от кандидата с инвалидностью, но не предоставить ему возможности для реализации своих профессиональных качеств); статистическая дискриминация (может проявляться косвенно через практику работодателей, которые исключают лиц с инвалидностью из «пула» потенциальных кандидатов, исходя из гипотезы о более низком среднем уровне их профессиональной эффективности); «скрытая дискриминация» (алгоритмические модели, применяемые работодателями в процессе найма, могут содержать элементы предвзятости и непрозрачности); дискриминация по профессиональным критериям (выражается в установлении работодателями «завышенных» стандартов составления резюме и т.д.).

Дискриминационные проявления оказывают непосредственное влияние на конкурентоспособность данных соискателей по сравнению с кандидатами без инвалидности, оцениваемую работодателями в контексте их профессиональных характеристик [11]. Условия труда, уровень образования и профессиональной подготовки, а также государственная политика и механизмы поддержки трудоустройства людей с инвалидностью играют ключевую роль [18, с.128]. Низова Л.М. акцентирует внимание на необходимости разработки и реализации эффективной государственной политики, направленной на интеграцию людей с инвалидностью в трудовую деятельность [12, с.71].

Обобщая точки зрения исследователей, можно, на наш взгляд, выделить ряд факторов, влияющих на вовлечение лиц с инвалидностью в трудовую занятость (см рисунок 1).

Рисунок 1. Основные факторы, влияющие на интеграцию лиц с инвалидностью в трудовую занятость

Источник: составлено авторами

Проблема трудоустройства лиц с инвалидностью является значимой социальной задачей, требующей комплексного и мультидисциплинарного исследования.

СТАТИСТИЧЕСКАЯ ОЦЕНКА ИНКЛЮЗИВНОЙ ЗАНЯТОСТИ ИНВАЛИДОВ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

В условиях дисбаланса между спросом и предложением на рынке труда при низком уровне безработицы работодатели всё чаще пересматривают свои подходы к найму сотрудников с ограничениями по здоровью. По данным Росстата на основе выборочного обследования рабочей силы (ОРС), с 2017 года отмечается в целом устойчивая положительная динамика участия инвалидов в составе рабочей силы и уровня их занятости (рисунок 2). [2]

Рисунок 2. Уровень участия в составе рабочей силы, уровень занятости и уровень безработицы населения в возрасте 15 лет и старше, имеющего инвалидность, % [3]

Несмотря на то, что в 2023 году (после пересчета данных) показатели уровня занятости и безработицы инвалидов, собираемые Росстатом, оказались несколько хуже, чем в 2022 году, их положительная динамика по сравнению с 2017 г. сохранилась. Уже по итогам 2024 г. уровень участия инвалидов в составе рабочей силы оказался самым высоким за период с 2017 года (11,9%), а уровень занятости лиц с инвалидностью практически вернулся на уровень 2022 г. и составил 10,1%, увеличившись на 0,7 п.п. к 2023 году и на 2,0 п.п. по сравнению с 2017 годом. Более заметным стало снижение уровня безработицы: в 2024 году он сократился на 1,5 п.п. относительно 2023 года и на 5,6 п.п. по сравнению с 2017 годом.

В 2024 г. по сравнению с предыдущим 2023 годом уровень безработицы инвалидов (ОРС) снизился на 1,5 п.п. и составил 10,1%, ещё более заметное снижение произошло за период с 2017 года - на 5,6 п.п. Тем не менее этот показатель в 2024 году остается значительно выше в сравнении с общим уровнем безработицы в стране – (2,5% среди всего населения 15 лет и старше), превышая его более чем в четыре раза.

Сохраняется значительная дистанция между уровнем занятости инвалидов и трудовой активностью населения в целом. Как видно из данных рисунка 3, в 2017 году был зафиксирован максимальный разрыв в данном показателе, который составил - 7,3 раза. Несмотря на рост, уровень занятости лиц с инвалидностью в 2024 году (10,1%) остается в 6 раз ниже, чем средний показатель по стране (61,4%). В отдельные периоды (2020–2022 гг.) тренды обеих групп совпадают, что говорит о влиянии общих макроэкономических факторов.

Рисунок 3. Динамика уровня занятости лиц с инвалидностью (15 лет и старше) и всего населения РФ (15 лет и старше), % [4]

Анализ участия инвалидов в составе рабочей силы демонстрирует, что традиционно мужчины демонстрируют более высокий уровень экономической активности, составляющий 15,0% в 2024 году, в то время как для женщин этот показатель значительно ниже и составляет 9,2%. Аналогичная гендерная дифференциация наблюдается и в уровне занятости: мужчины с инвалидностью демонстрируют более высокий уровень занятости (12,7%), в то время как среди женщин этот показатель составляет 8,0%. Примечательно, что уровень участия в рабочей силе среди лиц с инвалидностью как мужского, так и женского пола значительно выше в сельских районах по сравнению с городскими. В то же время отмечается противоположная тенденция для всего населения: уровень экономической активности городского населения существенно превышает аналогичный показатель сельских жителей.

Уровень безработицы среди женщин с инвалидностью, составлял в анализируемый период 13,4%, что заметно ниже уровня безработицы среди мужчин с инвалидностью — 15,4%. Более низкий показатель у женщин может отражать наличие различных стратегий поиска работы и адаптации к профессиональной среде. Женщины с инвалидностью часто демонстрируют более активный подход к поиску работы, в том числе могут использовать более гибкие формы занятости, такие как частичная занятость. Таким образом, разница в показателях уровня безработицы является индикатором специфических гендерных ограничений, влияющих на вариативность профессиональных возможностей лиц с инвалидностью на современном рынке труда.

Анализ динамики участия в рабочей силе лиц с инвалидностью демонстрирует, что индивиды с более легкой степенью инвалидности, относящиеся к III группе, демонстрируют наивысший уровень участия в рабочей силе. В 2024 году данный показатель достиг 18,4%, что свидетельствует о высокой социальной интеграции данной категории граждан (см. рисунок 4).

Рисунок 4. Динамика уровня участия в составе рабочей силы инвалидов в возрасте 15 лет и старше по группам инвалидности, % [5]

Адаптивность лиц с III группой инвалидности проявляется в способности интегрироваться в профессиональную среду, несмотря на имеющиеся ограничения жизнедеятельности. Соответственно, эти тенденции коррелируют с более высоким уровнем занятости и минимальным уровнем безработицы среди лиц с III группой инвалидности (рисунки 5, 6). Для инвалидов II-й и, особенно, I-й группы, характеризующихся наиболее выраженными ограничениями жизнедеятельности, показатели экономической активности, занятости и уровня безработицы демонстрируют существенно более низкие значения, что подтверждается анализом данных (см. рисунки 4, 5, 6).

Рисунок 5. Динамика уровня занятости инвалидов в возрасте 15 лет и старше по группам инвалидности, % [6]

Проведенное исследование выявило, что в 2024 году уровень занятости инвалидов с I-й группой инвалидности был в 5 раз ниже по сравнению с аналогичным показателем для инвалидов с III-й группой, составив всего 3,2%. Это свидетельствует о значительном разрыве в возможностях трудоустройства между различными категориями инвалидов и подчеркивает необходимость разработки и внедрения специализированных программ поддержки для данной категории граждан. Данный разрыв в уровне занятости может быть обусловлен различными факторами, включая ограниченные возможности адаптации рабочих мест, недостаточную информированность работодателей о правах и потребностях данной категории граждан, а также отсутствие специализированных программ профессиональной переподготовки и трудоустройства.

Рисунок 6. Динамика уровня безработицы инвалидов в возрасте 15 лет и старше по группам инвалидности, % [7]

Инвалиды I группы представляют собой наиболее проблемный сегмент рынка труда с точки зрения уровня безработицы и сложности трудоустройства. Статистические данные за 2017–2024 гг. отражают сложную траекторию этого показателя: в 2021 году отмечен резкий всплеск безработицы до 30,1%, за которым последовал спад до уровня 20,2% в 2024 году. Столь высокие значения (см. рисунок 6) обусловлены комплексным воздействием факторов: с одной стороны — объективно низким уровнем функциональной мобильности и трудовой адаптивности самих соискателей, с другой — неготовностью большинства предприятий создавать рабочие места со специальным обеспечением. Снижение показателя к концу 2024 года может указывать на эффективность реализуемых программ субсидированного трудоустройства и развитие инклюзивных региональных практик.

Уровень безработицы среди инвалидов II группы также демонстрирует значительные колебания, как показывают статистические данные. В 2017 году он составлял 23%, а к 2021 году вырос до 23,6%. Позитивным фактором, явилось снижение данного показателя к 2024 году - до 19%. Следует отметить, что характер ограничений здоровья при II группе инвалидности позволяет данной категории граждан эффективнее использовать механизмы трудовой интеграции и быстрее адаптироваться к требованиям работодателей.

Статистические данные показывают, что уровень безработицы среди людей с III группой инвалидности имеет тенденцию к устойчивому снижению. В 2024 году этот показатель достиг 11,7%, что значительно ниже уровня безработицы среди лиц с более тяжелыми формами инвалидности. Приведенные данные свидетельствуют о постепенном улучшении их возможностей для трудоустройства и интеграции в рынок труда (см. рисунок 6).

Анализ динамики уровня безработицы среди инвалидов по всем трем группам инвалидности показывает в целом по Российской Федерации положительную тенденцию. С 2017 года этот показатель снизился с 20,2% до 14,6% в 2024 году. Данный факт подтверждает эффективность мер, принимаемых на федеральном и региональном уровнях, направленных на интеграцию лиц с инвалидностью в трудовую сферу и повышение их конкурентоспособности на рынке труда. Наивысший уровень безработицы, зафиксированный в 2021 году, вероятно, был обусловлен социально-экономическими трансформациями, вызванными пандемией, а также структурными модификациями на рынке труда.

Относительно низкий уровень участия инвалидов в составе рабочей силы во многом можно объяснить особенностями их возрастной структуры. Почти 65% инвалидов относятся к возрастной группе 60 лет и старше (рисунок 7). В этих возрастах экономическая активность не только инвалидов, но и всего населения, как правило, довольно резко снижается. При этом на наиболее активные в экономическом смысле возраста 30 – 49 лет приходится лишь 15,7% численности инвалидов указанной группы инвалидности.

Для сравнения приведена возрастная структура всего населения РФ, где на возрастную когорту 30 – 49 лет приходится 37,7%, а на лиц в возрасте 60 и старше – только 28,5%.

Рисунок 7. Возрастная структура лиц с инвалидностью и населения РФ

(15 лет и старше -100%) в 2024 г., % [8]

Возрастная структура населения с инвалидностью оказывает существенное влияние на их низкий уровень экономической активности на рынке труда в сравнении с другими категориями граждан. Анализ демографического состава рабочей силы, включая занятых и безработных, определенных в соответствии с методологией обследования рабочей силы (ОРС), среди трудоспособных инвалидов выявил существенные отклонения от возрастной структуры общего населения - смещение возрастного распределения к более старшим возрастным когортам. Этот феномен обусловлен сложным взаимодействием множества факторов, среди которых можно выделить дефицит современных профессиональных компетенций, ограниченность предлагаемых вакансий и наличие барьеров в сфере занятости.

Безработные лица с инвалидностью в возрастной группе от 15 до 29 лет составляют более 10,4% от общей численности безработных среди инвалидов трудоспособного возраста, представляя собой особо уязвимую категорию на рынке труда. Эта возрастная когорта демонстрирует повышенную уязвимость на рынке труда в силу ряда объективных причин: во-первых, молодые люди с инвалидностью сталкиваются с дефицитом опыта работы и испытывают затруднения в профессиональной подготовке; во-вторых, социальные стереотипы и недостаточная осведомленность работодателей о потенциале и возможностях молодых людей с инвалидностью создают дополнительные барьеры для их интеграции в трудовую сферу; в-третьих, молодые люди с инвалидностью сталкиваются с проблемами интеграции и установления профессиональных контактов, что является значимым фактором для успешного поиска работы и обеспечения занятости.

Выявленные различия в возрастном составе указывают на наличие препятствий для трудоустройства наиболее активных в экономическом плане возрастных категорий инвалидов. Для преодоления этих барьеров требуется разработать и внедрить дополнительные меры, направленные на интеграцию этих групп на рынок труда. На рисунке 8 представлено распределение безработных инвалидов в возрасте 15 лет и старше по продолжительности поиска работы на рынке труда в период с 2017 по 2024 г.

Рисунок 8. Распределение безработных в возрасте 15 лет и старше, имеющих инвалидность, по продолжительности поиска работы на открытом рынке труда за период с 2017 по 2024 гг. [9]

Проведенный анализ показал, что существенно сократилась доля безработных инвалидов, находящихся в состоянии поиска работы год или более (с 49,5% в 2017 году до 27,6% в 2024 г.). Это свидетельствует о сокращении затяжной безработицы среди инвалидов. Наряду с этим в период с 2027 года выросли показатели доли безработных с поиском работы менее 1 месяца почти в полтора раза (6,3% в 2017 до 9,9% в 2024). Длительные периоды поиска от 3 до 12 месяцев демонстрируют колебания, но общая доля безработных в среднем остается примерно на уровне 40-45%. Снижение доли безработных с длительным поиском свидетельствует о повышении эффективности институциональной поддержки со стороны служб занятости населения и росте возможностей трудоустройства в условиях новых механизмов квотирования рабочих мест для данной категории граждан.

Одновременно увеличение доли лиц с относительно кратким поиском работы может отражать повышение трудовой активности и мотивации инвалидов, а также улучшение их информирования о доступных вакансиях на рынке труда. В то же время, колебания средней продолжительности поиска (от 3 до 12 месяцев) показывают сохраняющиеся барьеры в адаптации и необходимость системной поддержки со стороны служб занятости населения для устойчивого трудоустройства. В целом сложившиеся тренды отражают общую динамику развития инклюзивного рынка труда, где снижаются показатели длительного пребывания в безработице у инвалидов, что особенно важно с точки зрения социальной поддержки. [10]

С 2024 года федеральные и региональные органы государственной власти ввели дополнительные меры поддержки занятости лиц с инвалидностью. На региональном уровне работодателям предоставляются субсидии для создания и адаптации рабочих мест с учетом специфики нужд этой категории граждан. Усилен контроль за соблюдением квот на трудоустройство инвалидов, что повышает ответственность работодателей; параллельно развиваются информационная поддержка, обучающие программы и условия для профессиональной и социальной интеграции инвалидов.

По данным Росстата (ОРС) за период 2017–2024 гг. структура занятости инвалидов в возрасте 15 лет и старше по видам экономической деятельности претерпела значительные изменения, что отражает динамику их экономической интеграции в контексте структурных сдвигов рынка труда (рисунок 9).

Рисунок 9. Уровень занятости среди инвалидов, находящихся в трудоспособном возрасте, по видам экономической деятельности, % [11]

Наблюдается статистически значимое сокращение доли занятых в сельском хозяйстве - с 23,0% до 17,5%, что соответствует российским тенденциям снижения занятости в первичном секторе экономики. Одновременно регистрируется рост занятости в индустриальных секторах: обрабатывающих производствах (с 11,0% до 13,9%) и добывающей промышленности (с 0,8% до 1,45%), что свидетельствует о постепенной диверсификации профилей занятости лиц с инвалидностью и их расширении участия в более технологически развитых отраслях.

Сравнительный анализ с общей структурой занятости населения выявляет устойчивую диспропорцию по доле занятых в сельском хозяйстве: в 2024 году она превышает показатели всего населения почти в 3,5 раза (17,5% против 5,0%), что указывает на сохраняющиеся барьеры интеграции инвалидов в городские и высокотехнологичные секторы. В то же время, показатели занятости в обрабатывающих производствах (13,9% против 14,1%) и добывающей промышленности (1,45% против 2,3%) демонстрируют тенденцию к выравниванию, что отражает постепенное сокращение структурных различий в распределении занятости между инвалидами и занятыми работниками.

Таким образом, наблюдается тренд трансформации структуры занятости инвалидов с уменьшением зависимости от первичного сектора и ростом вовлеченности в индустриальные отрасли, что подтверждает диверсификации трудовой деятельности в соответствии с современными требованиями рынка труда.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Игнорирование или недооценка трудового потенциала лиц с инвалидностью влечёт за собой ряд существенных издержек, которые можно разделить на экономические, социальные и морально-психологические. Привлечение инвалидов в сферу занятости способствует: компенсации демографических проблем, связанных с общим старением населения; увеличению общего трудового потенциала; росту налоговых поступлений и снижение социальных расходов; и т.д.

Комплекс барьеров, препятствующих трудовой интеграции лиц с инвалидностью, включает комплекс объективных и субъективных факторов: от прямой и косвенной дискриминации (включая алгоритмическую предвзятость искусственного интеллекта) до дефицита высокооплачиваемых вакансий и специально оборудованных рабочих мест. Важную роль играют инфраструктурные ограничения, а также социально-психологические аспекты, такие как недостаточная мотивация самих соискателей. Эти условия приводят к значительным макроэкономическим потерям: увеличению нагрузки на государственный бюджет через социальные выплаты, недополучению налоговых доходов.

Согласно данным обследования рабочей силы Росстата, с 2017 года наблюдается последовательное увеличение показателей экономической активности инвалидов. Однако структура занятости остается неоднородной. Сохраняется гендерный дисбаланс: несмотря на более высокую активность мужчин, женщины демонстрируют меньшую вовлеченность в рынок труда при парадоксально низком уровне официальной безработицы. Спецификой данной группы также является повышенная трудовая активность сельских жителей и лиц с третьей группой инвалидности.

Таким образом, интеграция людей с инвалидностью в трудовую деятельность помогает компенсировать демографические проблемы, вызванные старением населения. В условиях сокращения численности трудоспособного населения в России важно использовать все доступные ресурсы, и инклюзивная занятость инвалидов способствует увеличению экономической активности и устойчивому росту валового внутреннего продукта.

Безусловно, что привлечение инвалидов к труду повышает производительность и увеличивает объёмы производства, а эффект масштаба от расширения трудового потенциала повышает конкурентоспособность экономики в условиях нехватки кадров. При этом важно учитывать, что трудоустройство людей с инвалидностью улучшает бюджетную ситуацию, увеличивая налоговые поступления и снижая социальные расходы.

Государство играет центральную роль в создании инклюзивной среды для лиц с инвалидностью посредством реформирования традиционной системы социальной защиты в динамическую модель, ориентированную на их активную трудовую интеграцию. Данный процесс осуществляется через внедрение современных правовых норм, а также гибких форм занятости и последовательное устранение институциональных барьеров для указанной категории граждан. Это позволяет трансформировать трудоустройство лиц с инвалидностью в полноценный, устойчивый элемент социально-экономического развития.

[1] Распоряжение Правительства Российской Федерации от 2 сентября 2024 г. № 2401-р «Об утверждении Концепции по повышению уровня занятости инвалидов в Российской Федерации на период до 2030 г. и плана мероприятий по реализации Концепции по повышению уровня занятости инвалидов на 2025-2030 гг.» // ГАРАНТ. – 2024. – URL: https://internet.garant.ru/#/document/409620665/paragraph/1/doclist/430/2/0/0/%D0%BA%D0

[2] С 2022 года аналитические расчёты учитывают численность населения, определённую на основе данных Всероссийской переписи населения 2020 года (ВПН-2020). Эта корректировка связана с уточнением численности и структуры населения, что оказывает влияние на показатели занятости, уровня экономической активности и другие статистические параметры, используемые для оценки социально-экономического статуса людей с инвалидностью. Пересчёт обеспечивает более точное и актуальное отражение изменений в процессе трудовой интеграции инвалидов, повышая достоверность анализа и качество управленческих решений в области политики занятости и социальной защиты.

[3] Составлено авторами на основе: Итоги выборочного обследования рабочей силы. Статсборник. Росстат. URL: https://www.rosstat.gov.ru/folder/11110/document/13265 (даты обращения: 20.01.2025)

[4] Составлено авторами на основе: Итоги выборочного обследования рабочей силы. Статсборник. Росстат. URL: https://www.rosstat.gov.ru/folder/11110/document/13265 (даты обращения: 25.01.2025)

[5] Составлено авторами на основе: Итоги выборочного обследования рабочей силы. Статсборник. Росстат. URL: https://www.rosstat.gov.ru/folder/11110/document/13265 (даты обращения: 16.01.2025)

[6] Составлено авторами на основе: Итоги выборочного обследования рабочей силы. Статсборник. Росстат. URL: https://www.rosstat.gov.ru/folder/11110/document/13265 (даты обращения: 23.01.2025)

[7] Составлено авторами на основе: Итоги выборочного обследования рабочей силы. Статсборник. Росстат. URL: https://www.rosstat.gov.ru/folder/11110/document/13265 (даты обращения: 28.01.2025)

[8] Составлено авторами на основе: Итоги выборочного обследования рабочей силы. Статсборник. Росстат. URL: https://www.rosstat.gov.ru/folder/11110/document/13265 (даты обращения: 29.01.2025)

[9] Составлено авторами на основе: Итоги выборочного обследования рабочей силы. Статсборник. Росстат. URL: https://www.rosstat.gov.ru/folder/11110/document/13265 (даты обращения: 20.01.2025)

[10] Источником информации также выступает Росстат (ОРС). В 2021-2023 гг. трудоспособный возраст: мужчины в возрасте 16-61,5 лет, женщины в возрасте 16-56,5 лет., в 2024 г. мужчины в возрасте 16-62 лет, женщины в возрасте 16-57 лет.

[11] Составлено авторами на основе: Итоги выборочного обследования рабочей силы. Статсборник. Росстат. URL: https://www.rosstat.gov.ru/folder/11110/document/13265 (даты обращения: 20.01.2025)