Проблемы формирования и реализации региональной молодежной кадровой политики

Кривокора Е.И.1, Астахова Е.А.1, Кривокора Ю.Н.2, Мишина Т.С.2
1 Северо-Кавказский федеральный университет
2 Технологический институт сервиса (филиал) ФГБОУ ВО «Донской государственный технический университет» в г. Ставрополе

Статья в журнале

Экономика труда (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 9, Номер 9 (Сентябрь 2022)

Цитировать:
Кривокора Е.И., Астахова Е.А., Кривокора Ю.Н., Мишина Т.С. Проблемы формирования и реализации региональной молодежной кадровой политики // Экономика труда. – 2022. – Том 9. – № 9. – doi: 10.18334/et.9.9.116322.

Аннотация:
Молодежь с ее мотивацией, компетенциями и потенциалом сейчас рассматривается как ресурс моделирования и создания экономического будущего. Вследствие этого вопросы экономических перспектив реализации молодежной политики приобретают решающее значение. Цель исследования заключается в выявлении региональных особенностей современной кадровой молодежной политики и обосновании концепции ее формирования в разрезе ее ключевых задач. В статье на основании проведенного обзора существующих методологических подходов к молодежной кадровой политике и их обобщения, анализа состояния рабочей силы и молодежи как ее части, определены главные проблемы молодежной кадровой политики на региональном уровне, систематизированы институциональные и социально-экономические условия ее реализации.

Ключевые слова: региональная кадровая политика, молодежная кадровая политика, государственная молодежная политика, региональный рынок труда, кадровые процессы, миграционные процессы, кадровые стратегии, социально-экономическое развитие региона

JEL-классификация: J13, J21, J82



Введение

Современные драйверы экономики изыскиваются во всех странах и отраслях, поскольку эффективное функционирование в условиях глобализации и экономической интеграции обеспечивать все сложнее при растущих уровнях конкурентности и решения задач выхода на лидерские позиции. Экономическое будущее сейчас связывается в первую очередь с состоянием и будущим молодежи. Поэтому вопросы экономических перспектив реализации молодежной политики приобретают решающее значение. В составе государственной и региональной молодежной политики особое место отводится кадровой молодежной политике как способу включения наиболее ценного стратегического ресурса – молодежи – во внутренние экономические процессы. Процессы ее встраивания в экономику на основе ее мобильности, инновационности, инициативности, творческих качеств, устремленности к новому знанию и саморазвитию, работоспособности и выносливости требуют проведения множества исследований и формирования эффективной кадровой молодежной политики. Проблемы молодежи, дискриминационные факторы ее привлечения и активизации пристально рассматриваются в мире с новых позиций – межнациональные отношения и религиозные различия. Мир стал многонациональным в силу интенсивных миграционных процессов, которые теперь сделали актуальными для европейского, американского, азиатского пространства решение проблем регулирования рынка труда, кадровых процессов, социальных процессов с учетом многонационального состава и обострения межнациональных отношений. Это также актуально и для нашей страны.

Цель исследования заключается в выявлении региональных особенностей современной кадровой молодежной политики с учетом анализа и систематизации существующих методологических подходов к молодежной кадровой политике в российской и зарубежной практике, сложившихся институциональных и социально-экономических условий и тенденций, а также в обосновании концепции формирования региональной молодежной кадровой политики в разрезе ее ключевых задач.

Научная гипотеза состоит в возможности стандартизации подходов к управлению региональной молодежной кадровой политикой на основе выявления, типизации и моделирования региональных факторов ее реализации, что позволит использовать полученные рекомендации в разных регионах.

Научная новизна исследования заключается в оценке влияния региональных особенностей на состояние и условия реализации молодежной кадровой политики, в обосновании совокупности стратегических мер по стабилизации состава трудовых ресурсов и рабочей силы регионов, приостановления вымывания молодежи из ее состава, снижению социальной напряженности при интенсификации миграционных потоков в группе молодежи, гармонизации управленческих подходов к кадровым процессам в регионе.

Постановка проблемы

Изучение стратегических рисков и возможностей молодежной кадровой политики в РФ с позиций особенностей межнациональных отношений и обеспечения их гармонизации и снижения напряженности в свете последних внутренних и международных событий становится крайне важным для решения задач экономического развития.

Проблемы экономического роста России и ее субъектов в первую очередь связаны с конкурентоспособностью и потенциальными возможностями экономической системы страны и ее регионов. Среди основных источников роста главную позицию занимают человеческие ресурсы как носители ресурса труда и творцы идей, программ и проектов. Однако в составе этого источника развития не все группы характеризуются соизмеримым потенциалом. Сейчас в кадровой политике упор делается на группу профессионально состоявшихся, обладающих уже развитыми профессиональными качествами и компетенциями людей, гарантированно приносящих необходимую отдачу. Однако по оценкам специалистов «…успехов добиваются именно те государства, которые уделяют повышенное внимание молодежи» [1]. Стратегическую роль молодежи отмечают и зарубежные исследователи [2].

Как наиболее активная часть общества, молодые люди в составе трудовых ресурсов выполняют особую роль, значение которой в современных условиях экономической интеграции и технико-технологического бума неизмеримо возрастает. Именно молодежь как социально-возрастная группа сосредотачивает в себе инновационный потенциал развития и считается главной движущей силой коренных преобразований в обществе и экономике.

В нашей стране молодежная политика реализуется, прежде всего, на политическом уровне, а социально-экономический уровень пока маловостребован и остается в тени. Вместе с тем, молодежь в социально-экономическом и политическом отношении выступает как наиболее уязвимая часть общества, а также носитель не только потенциальных возможностей, но и потенциальных рисков. Эти риски в региональных проблемах часто провоцируются сложными межнациональными, межэтническими и межконфессиональными отношениями, которые также требуют исследования и учета при формировании эффективной кадровой политики.

Важно не только активизация у поколения молодых гражданских позиций и вовлечение в волонтерскую и общественную работу, но важно подготовка для них возможностей занятости и профессиональной реализации. И высшее образование как социальный лифт часто не срабатывает, поскольку на рынке труда есть совсем другой запрос со стороны работодателей – опыт работы по специальности. Поэтому очень актуальна проблема запуска каровых лифтов для образованной молодежи.

Необходимо моделирование для молодежи таких условий, которые могут ускорить процессы ее вхождения в профессиональную сферу и быстрого накопления профессионализма, создание профякорей, которые могут удержать молодежь как активный компонент в региональной экономике.

Методы исследования

Проведение исследования базировалось на применении комплекса социологических, экономических и управленческих научных подходов. Основными методами исследования послужили: системный подход, экспертные методы, методы сравнительного и экономико-статистического анализа.

В качестве материалов для анализа использованы опубликованные результаты научных исследований российских и зарубежных ученых, статистические материалы управления ФСГС по СКФО, отчетные данные министерства труда и социальной защиты по СК, сведения из публикаций периодической печати.

Обзор зарубежных и отечественных исследований молодежной кадровой политики

На данном этапе в отношении молодежи многие станы проводят активную адресную социальную и экономическую политику. Поэтому изучение полученных результатов и стратегических приоритетов правительственных органов в ее отношении видится нам важным как способ обоснованного выбора потенциально наиболее перспективных и оправданных многолетним опытом практик в реализации молодежной кадровой политики.

Исследование кадровых процессов и молодежной кадровой политики ведется за рубежом давно: в качестве примера может служить например американское исследование 1999 г., охватывающее анализ тенденций рынка труда, начиная с 1970-х годов с детализацией характеристик участия в нем молодежи при определении нового дизайна рекрутинговой политики и проектировании ее новой эффективной концепции с учетом проанализированных трендов и выделением призывного потенциала для государства [3].

Заслуживает внимания опыт ЕС в виде целой системы мер, реализуемых в разнообразных «мягких и жестких» формах с начала XXI века («Инициатива по возможностям молодежи», «Инициатива по трудоустройству молодежи», «Молодежная гарантия»), сосредоточенных на образовании, профессиональной подготовке и трудоустройстве [2]. Учеными также проводятся компаративные исследования по вектору: Европа, Латинская Америка, Мир [4].

Но проводимые в ЕС исследования показали, что молодежная политика крайне неоднородна на национальном уровне, и не отличается высокой эффективностью, т.к. самыми незащищенными слоями оказываются молодые люди. Внимание уделяется как институциональным факторам [5], так и формирующимся тенденциям [6]. Исследователи уделяют внимание не только способам предупреждения проблем, но и мерам, содействующим позитивным результатам. Вопрос не столько в верной классификации – сколько в определении способ работы с конкретными целевыми группами молодежной политики.

Евросоюз регулярно проводит самостоятельные исследования по эффективности молодежной политики [7]. Определяются пути работы с обездоленной молодежью и конкретные практики возможного «лечения» проблем.

Исследования показали, что молодежная политика организаций за рубежом находится под мощным влиянием средств массовой информации и социальных сетей [8]. В том числе и австралийское научное сообщество обсуждает вопросы улучшения неформального социального контроля в районах с высоким уровнем социальных связей, усилением напряженности среди молодежи [9].

Исследователями отмечается, что произошедшие изменения в этническом составе населения во всех европейских станах существенно усугубляют кризисные социальные последствия и разрушение традиционных национальных рамок в отношении молодежных проблем [2]. Аналогичные проблемы испытывают многие мировые экономики. Например в США занялись воспитанием и поддержкой мусульманской молодежи, видя в ней высокие риски для общества и экономики страны [10].

В рамках институциональных структур Совета Европы и Европейского Союза предпринимаются попытки по унификации подходов и стандартизации процессов разработки молодежной политики на национальном уровне, нацеленной на улучшение положения молодежи, активное вовлечение молодых людей и неправительственных молодежных организаций в принятие решений по вопросам, влияющим на государственные молодежные стратегии. На основе исследования молодежных трендов в Европе за 10-летний период в подготовленном по заказу Совета Европы «Руководстве по молодежной политике» предлагается модель разработки национальной молодежной стратегии с участием самой молодежи от начального шага до конечного этапа [11]. Цель подготовки такого пособия заключается только в одном – интегрировать молодежную политику на базе межсекторального подхода в национальную политику, придав ей необходимые динамические признаки, ответственность и возможность принятия решений.

Интересный пример инноваций в условиях дефицита молодежной работы и благоприятного климата, в котором молодые люди могут максимально использовать возможность учиться и расти [12]. В нем представлен в результатах качественного исследования, проведенного в Гонконге и связанного с расширением прав и возможностей: личностное измерение в отношении того, как учащиеся вновь обретают чувство компетентности для решения жизненных проблем и борьбы за собственные преимущества.

Всемирный банк также финансирует исследования и в развивающихся странах, чтобы держать руку на пульсе и видеть глобальные последствия политики этих стран. Одно из них под руководством Мартина Годфри приведено в издании «Политика занятости молодежи в развивающихся странах и странах с переходной экономикой - Профилактика, а также лечение» [13]. В работе исследована политика и проблемы занятости молодых людей в развивающихся странах и странах с переходной экономикой, которые находятся в самом неблагоприятном положении, а не просто безработных. Автором обсуждаются меры, необходимые для решения проблемы безработицы среди образованных молодых людей, которые могут помочь предотвратить возникновение проблем с занятостью среди обездоленной молодежи.

Поддержка молодежи, к сожалению, пока не является приоритетным направлением социальной политики РФ.

В 2006 г. была утверждена «Стратегия государственной молодежной политики в Российской Федерации», которая разработана на период до 2016 года и определяет приоритетные направления, включающие задачи, связанные с участием молодежи в реализации приоритетных национальных проектов [14]. Затем эта стратегия была заменена на «Основы государственной молодежной политики Российской Федерации на период до 2025 года» [15]. В новой концепции выделены новые приоритеты (рис. 1), однако ключевые задачи в области кадровой политики практически так и не были четко определены.

Рисунок 1 – Приоритетные направления современной государственной молодежной политики РФ

Источник: составлено авторами

Отечественные исследователи отмечают, что разработка теоретических проблем региональной государственной кадровой политики в целом в постсоветское время фактически не проводилась [16]. Часть авторов, занимающихся данной проблематикой, утверждает, что не уделялось достаточного внимания проблемам целенаправленного развития регионального кадрового потенциала с выявлением сущности, специфики и разновидностей стратегии развития кадрового потенциала на уровне региона [17]. Другие исследователи констатируют, что во многих регионах России кадровая политика зачастую носит бессистемный характер, в связи с чем оказывается несогласованной с программами экономического и социального развития территорий [18].

Главный вывод, в котором сходятся практически все российские ученые – в настоящее время молодежная кадровая политика как сфера государственной деятельности находится в стадии становления.

Обсуждение результатов исследования

Изучение роли молодежи и ее участия в социально-экономических процессах региона предполагают первоначально проведение оценки состояния и динамики трудовых ресурсов региона в целом и по его административным единицам.

Анализ динамики численности населения Ставропольского края отражен на рис. 2.

Рисунок 2 – Динамика численности населения Ставропольского края

Источник: составлено авторами на основе [19, 20]

Сокращение численности населения, начиная с 2018 года, связано в первую очередь с ростом естественной убыли населения, уменьшением доли женского населения репродуктивного возраста.

Можно утверждать, что в целом для края характерны общероссийские демографические проблемы, оказывая влияние на процессы восполнения и динамику трудовых ресурсов, что видно по данным диаграммы рис. 3.

Рисунок 3 – Динамика трудовых ресурсов Ставропольского края

Источник: составлено авторами на основе [19, 20]

Количественное увеличение трудовых ресурсов края с 2018 года вызвано запуском пенсионной реформы и поэтапным увеличением границы пенсионного возраста, что вносит соответствующий вклад в структуру трудовых ресурсов. Также важным фактором для региона остается внешняя миграция, основная доля которой приходится на трудоспособный возраст. В основном миграционные потоки характерны для городских округов (Ставрополь, Пятигорск, Ессентуки) и Шпаковского муниципального округа края. Стоит отметить, что по статистическим данным в 2020 году в Ставропольском крае по общей миграции населения с учетом внешней миграции зафиксирован миграционный отток. Оценка в разрезе административных единиц (рис. 4) показала в целом рост численности трудовых ресурсов в 15 муниципальных и городских округах края. Максимальное сокращение произошло в Александровском, Буденновском, Благодарненском, Советском муниципальных и городских округах, городах-курортах Ессентуки и Железноводске, а максимальный прирост был в Грачевском, Апанасенковском, Петровском, Кировском муниципальных округах и городе Ставрополе.

Рисунок 4 – Состояние трудовых ресурсов по городским и муниципальным округам в 2020 году

Источник: составлено авторами на основе [21]

С учетом демографических и миграционных факторов в разрезе административно-территориальных единиц анализ соотношения трудовых ресурсов и численности постоянного населения и населения в трудоспособном возрасте в 2020 году отражает неоднородность процессов воспроизводства трудовых ресурсов региона (рис. 4).

Численность рабочей силы в соответствии с данными рис. 5 снижается не только в связи с ковидными ограничениями, но и как следствие влияния социально-экономических факторов. Данная динамика полностью повторяется показателем уровнем участия в рабочей силе. Существенно доля рабочей силы в общей численности постоянного населения упала в 2017 году, а в 2020 году восстановлен уровень 2018 года, который оказался немного ниже по сравнению с 2019 годом.

Рисунок 5 – Динамика рабочей силы и доли рабочей силы в общей численности постоянного населения Ставропольского края

Источник: составлено авторами на основе [19, 20]

В составе и структуре рабочей силы более 93% приходится на занятых экономической деятельностью, однако в 2020 году фактор пандемии заложил тенденцию роста численности безработных и сокращения количества и доли занятых (рис. 6), которая в 2021 году подтвердилась более масштабно.Необходимо отметить, что к 2020 году существенно увеличился коэффициент напряженности на рынке труда в регионе.

Рисунок 6 – Структура рабочей силы Ставропольского края

Источник: составлено авторами на основе [19, 20]

Рисунок 7 – Динамика уровня занятости и безработицы в Ставропольском крае

Источник: составлено авторами на основе [19, 20]

На основе оценки уровня занятости и безработицы в целом по краю и по его городским и муниципальным округам можно наблюдать рост безработицы (рис. 7 и 8), наибольшие значения характерны для сельских территорий – Курский, Степновский, Арзгирский, Грачевский, Туркменский муниципальные округа.

Рисунок 8 – Уровень безработицы по городским и муниципальным округам в 2020 году

Источник: составлено авторами на основе [22]

Проведение оценки положения молодежи и ее роли в социально-экономических процессах региона важно изучить возрастную структуру рабочей силы. Анализ распределения по возрастным группам занятого населения и безработных в целом по Ставропольскому краю представлен данными табл. 1 и 2.

Таблица 1 – Распределение численности занятого населения по возрастным группам по Ставропольскому краю, в процентах

Годы
Всего
в том числе в возрасте, лет
15-19
20-24
25-29
30-49
50-54
55-59
60 лет и старше
2010
100,0
1,4
9,4
14,3
50,9
12,5
8,0
3,5
2011
100,0
0,8
10,1
13,8
50,4
12,8
8,2
3,9
2012
100,0
0,7
9,1
14,6
50,0
13,1
8,5
3,9
2013
100,0
0,8
8,6
14,7
50,9
12,8
8,3
4,0
2014
100,0
1,0
8,8
15,8
49,5
11,9
8,8
4,1
2015
100,0
0,5
8,0
14,6
51,1
13,1
8,9
3,8
2016
100,0
0,4
6,7
14,7
52,5
12,9
8,8
4,0
2017
100,0
0,4
5,8
15,2
52,9
12,2
9,2
4,3
2018
100,0
0,7
4,9
14,1
53,7
11,2
9,9
5,5
2019
100,0
0,4
4,7
13,6
54,2
11,2
9,8
6,1
2020
100,0
0,6
4,6
13,3
53,4
11,2
10,1
6,8
Источник: составлено авторами на основе [19, 20]

Таблица 2 – Распределение численности безработных по возрастным группампо Ставропольскому краю, в процентах

Годы
Всего
в том числе в возрасте, лет
15-19
20-24
25-29
30-49
50-54
55-59
60 лет и старше
2010
100,0
7,0
17,1
17,6
41,6
10,3
4,4
2,0
2011
100,0
4,9
19,5
18,8
39,3
8,9
5,8
2,8
2012
100,0
4,7
20,9
16,3
38,6
9,8
7,1
2,6
2013
100,0
6,2
25,1
12,2
37,3
10,8
6,7
1,8
2014
100,0
4,4
23,0
13,6
40,4
14,2
5,6
3,6
2015
100,0
5,5
23,4
14,5
40,3
9,0
5,8
1,5
2016
100,0
3,8
21,5
18,2
44,1
6,0
5,4
1,0
2017
100,0
3,3
15,7
18,9
48,9
6,1
5,8
1,3
2018
100,0
3,9
24,9
26,5
34,8
5,4
3,4
1,1
2019
100,0
0,9
25,1
25,6
32,4
7,6
4,4
4,0
2020
100,0
2,0
12,9
20,3
46,7
6,5
9,8
1,8
Источник: составлено авторами на основе [19, 20]

Наблюдается диспропорция по доле молодежи среди безработных и занятых – разрыв в 2020 году практически составил 2 раза: соответственно 35,2% безработных и 18,5% занятых (рис. 9). Эта тенденция в крае формировалась на протяжении нескольких лет.

Рисунок 9 – Сравнение доли молодежи в 2020 году

Источник: составлено авторами

Общая картина по всем 33 муниципальным и городским округам Ставропольского края, определенная на основе данных Социального атласа Ставропольского края, примерно аналогична общекраевой.Следует отметить, что в период пандемии произошло увеличение количества зарегистрированных безработных граждан, которые ранее не работали и искали работу впервые.

На территории Ставропольского края в рамках государственной программы Российской Федерации «Содействие занятости населения», утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 15 апреля 2014 года № 298 [23], реализуется государственная программа Ставропольского края «Развитие сферы труда и занятости населения», утвержденная постановлением Правительства Ставропольского края от 28 декабря 2018 года № 612-п [24]. Перечень программ представлен в соответствии с рис.10.

Рисунок 10 – Структура государственной программы СК «Развитие сферы труда и занятости населения»

Источник: составлено авторами

В соответствии с отчетными данными министерства труда и социальной защиты в 2021 году удельный вес безработных граждан в возрасте 16-29 лет, ищущих работу 12 и более месяцев, в общей численности безработных граждан в возрасте 16-29 лет, зарегистрированных в службах занятости, в 2021 году составил 4,9%, а уровень безработицы молодежи Ставропольского края в возрасте 25-29 лет в 2021 году составил 27,5%(рис. 11).

Рисунок 11 – Уровень безработицы молодежи в 2021 году

Источник: составлено авторами

В Ставропольском крае уже формируется опыт реализации приоритетных национальных проектов. В целях реализации Указа Президента Российской Федерации от 7 мая 2018 года № 204 «О национальных целях и стратегических задах развития Российской Федерации на период до 2024 года» [25] разработана региональная составляющая национального проекта «Демография» [26]. В соответствии с рис.12 в Ставропольском крае разработаны и реализуются пять региональных проектов.

Рисунок 12 – Структура национального проекта «Демография» в СК по региональным проектам

Источник: составлено авторами

Изучение и научное обоснование молодежной кадровой политики в систематизированном и полноценном виде пока не проводилось, а многочисленные региональные особенности исследуются редко и эпизодически.

Поэтому считаем необходимым отметить например опыт Калужской области по организации и проведению семинаров, конференций, «круглых столов» по проблемам кадровой политики, профессиональной ориентации и изучению позитивного опыта кадровой работы в организациях Калужской области: стажировки, опережающее профессиональное обучение работников, предпринимательство, психологическое тестирование и консультирование кадровым агентством «Карьера».Потребность в стажировке с целью приобретения опыта работы заявили 884 выпускника учреждений профессионального образования всех уровней (11,5% от выпуска), из них выпускники начального профессионального образования – 93 человека, среднего профессионального образования – 432 человека, высшего профессионального образования – 359 человек [27].

Отдельного внимания заслуживает опыт Московской области, изложенной авторами в публикации по проблемам повышения удовлетворенности работников организаций Московской области реализацией молодежной кадровой политики [28].Результаты показали, что 1% респондентов полностью удовлетворены молодежной кадровой политикой. Неудовлетворенность респондентов чаще всего вызывают методы реализации молодежной кадровой политики (29,3%), развитие персонала, повышение квалификации специалистов (29%), совершенствование корпоративных молодежных программ (24,1%) и материально-техническая база организации(29%). Только 2,5% активно выступают против руководства, участвуя в мероприятиях по отстаиванию своих прав на реализацию молодежной политики.

Как видим, регионам России необходимо системное изучение региональных особенностей современной кадровой молодежной политики в России с учетом анализа мировых тенденций и привлечения зарубежного опыта, исследование влияния факторов межнационального характера на принципы ее разработки и реализации, а также исследование условий закрепления местной молодежи в экономике региона и миграционной привлекательности региона для молодежи из других регионов. Вовлечение и закрепление молодежи в экономике и политике региона зависит прежде всего, от того как она расценивает и принимает цели и приоритеты развития своего государства и региона, и каким образом она оценивает и обозначает для себя существующие в стране возможности своего активного участия в развитии экономики и общества.

Заключение

В этой связи становится крайне актуальной задача формирования теоретико-методологических основ молодежной кадровой политики, интегрирующей в себе всеуровни–федеральный, региональный и местный.

Системное обоснование концепции формирования региональной молодежной кадровой политики, организационно-экономического механизма управления кадровыми процессами и реализации молодежной кадровой политики в условиях межнациональных отношений потребует решения исследовательских задач:

- систематизация научных подходов к понятию и содержанию молодежной кадровой политики

- изучение институциональных факторов становления современной кадровой политики по отношению к молодежи

- изучение влияния межнациональных отношений на состояние регионального рынка труда и степень его напряженности

- изучение демографических и миграционных процессов и их интенсивности и последствий в многонациональном регионе

- исследование проблем региональной кадровой дифференциации

- сравнительный анализ существующих подходов к реализации молодежной кадровой политики в России и Европе

- выявление проблем формирования и реализации молодежной кадровой политики

- обоснование организационно-экономического механизма управления региональной молодежной кадровой политикой.


Источники:

1. Емельяненко М. Т. Молодежная кадровая политика. - М.: Лаборатория книги, 2010.
2. Guidi R. Youth Policies in Europe: big changes after the big crisis? An explorative analysis // Società Mutamento Politica. – 2014. – № 5(10). – p. 241-264.
3. Recruitig Youth in the College Market: Current Practices and Future Policy Options. / Kilburn, M. Rebecca, Asch, Beth J., editor. RAND National Defense Research Institute. - Arlington, VA, 1999. – 293 p.
4. Bendit R. Youth and Youth Policies in a Globalized World. / City, Youth and Education. Monograph., 2013.
5. Williamson H. A complex but increasingly coherent journey? The emergence of 'youth policy' in Europe // Youth and Policy. – 2007.
6. Lodovici M.S., Semenza R. Youth policies in Europe: towards a classification of different tendencies in youth policies in the European union. 2012. [Электронный ресурс]. URL: www.francoangeli.it (дата обращения: 18.08.2022).
7. Coussée F., Williamson H., Verschelden G. The history of youth work in Europe. Relevance for today's youth work policy. / volume 3. - Council of Europe Publishing, Strasbourg, 2012.
8. Carlson M. Facebook in the News: Social media, journalism, and public responsibility following the 2016 Trending Topics controversy // Digital Journalism. – 2017. – № 1-17.
9. Wickes R., Hipp J., Sargeant E., Mazerolle L. Neighborhood Social Ties and Shared Expectations for Informal Social Control: Do They Influence Informal Social Control Actions // Journal of Quantitative Criminology. – 2017. – № 33(1). – p. 101-129.
10. Bonet S.W. Educating Muslim American youth in a post-9/11 era: A critical review of policy and practice // The High School Journal. – 2011.
11. Denstad Finn Yrjar Youth Policy Manual: How to develop a national youth strategy. / Council of Europe Publishing. - Strasbourg Cedex, 2009.
12. To Siu-ming Empowering School Social Work Practices for Positive Youth Development: Hong Kong experience // Adolescence. – 2007. – № 42(167). – p. 555-567.
13. Godfrey M. Youth Employment Policy in Developing and Transition Countries - Prevention as well as Cure // Social Protection Discussion Paper Series. – 2003. – p. 82.
14. Распоряжение Правительства РФ от 18.12.2006 № 1760-р «О Стратегии государственной молодежной политики в Российской Федерации» (ред. от 16.07.2009) // Собрание законодательства Российской Федерации. 25 декабря 2006 г. № 52 (часть III) ст. 5622. Электронный фонд правовых и нормативно-технических документов Консорциум «Кодекс». [Электронный ресурс]. URL: https://docs.cntd.ru/document/902020299 (дата обращения: 18.08.2022).
15. Распоряжение Правительства РФ от 29.11.2014 № 2403-р «Основы государственной молодежной политики Российской Федерации на период до 2025 года». Электронный фонд правовых и нормативно-технических документов Консорциум «Кодекс». [Электронный ресурс]. URL: https://docs.cntd.ru/document/420237592 (дата обращения: 18.08.2022).
16. Пастухова Л. Региональное измерение молодежного кадрового потенциала // Власть. – 2010. – № 10. – c. 60-64.
17. Долгий В. И., Бондаренко О. И. Разработка модели исследования стратегии развития кадрового потенциала на региональном уровне // Вестник Саратовского университета. – 2009. – № 2(26). – c. 52-55.
18. Иванова Е. Ю. Государственная кадровая политика: сущность и актуальные проблемы // Социально-экономические явления и процессы. – 2011. – № 1-2. – c. 92-97.
19. Ставропольский край в цифрах. 2021. / Крат.стат. сб. / Северо-Кавказстат. - Ставрополь, 2021. – 88 c.
20. Статистический ежегодник. Ставропольский край. 2020. / стат. сб. / Северо-Кавказстат. - Ставрополь, 2020. – 124 c.
21. О состоянии и тенденциях демографической ситуации в Ставропольском крае: Доклад министерства труда и социальной защиты населения Ставропольского края. [Электронный ресурс]. URL: https://minsoc26.ru/social/trud_otnosh/Dem_trud/Analitika/ (дата обращения: 18.08.2022).
22. Социальный атлас Ставропольского края. [Электронный ресурс]. URL: https://minsoc26.ru/social/info/Social_Atlas/ (дата обращения: 18.08.2022).
23. Постановление Правительства РФ от 15 апреля 2014 г. N 298 «Об утверждении государственной программы Российской Федерации «Содействие занятости населения» (с изменениями и дополнениями). Информационно-правовой портал Гарант. [Электронный ресурс]. URL: https://base.garant.ru/70643476/ (дата обращения: 18.08.2022).
24. Постановление Правительства Ставропольского края от 28 декабря 2018 г. № 612-п «Об утверждении государственной программы Ставропольского края «Развитие сферы труда и занятости населения». Электронный фонд правовых и нормативно-технических документов Консорциум «Кодекс». [Электронный ресурс]. URL: https://docs.cntd.ru/document/550308459 (дата обращения: 18.08.2022).
25. Указ Президента РФ от 7 мая 2018 г. N 204 «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года» (с изменениями и дополнениями). Информационно-правовой портал Гарант. [Электронный ресурс]. URL: https://base.garant.ru/71937200/ (дата обращения: 18.08.2022).
26. Министерство труда и социальной защиты Ставропольского края: Официальный сайт. [Электронный ресурс]. URL: https://minsoc26.ru/social/Nac_proekt_Demografia/ (дата обращения: 18.08.2022).
27. Молодые специалисты на рынке труда Калужской области. [Электронный ресурс]. URL: http://wizinfo.ru/text/77/191/16341.php (дата обращения: 18.08.2022).
28. Vinichenko M.V., Demcheko T.S., Melnichuk A.V., Makuchkin S.A., Karácsony, P. Satisfaction of Employees of Moscow Region Organizations by Implementation of Youth Personnel Policy // Eurasian journal of analytical chemistry. – 2017. – № 12(5b). – p. 697-704.

Страница обновлена: 28.09.2022 в 11:43:46