Влияние трансформаций системы страховых взносов на развитие человеческого капитала России

Введение

Сохранение и умножение человеческого капитала является определяющим вектором государственной политики. В частности, «развитие человеческого капитала» определено приоритетной задачей Прогноза долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2030 года [10]. Как подтверждается многими исследованиями, развитие человеческого капитала в современной экономике зависит не только от прямых расходов государства на образование, здравоохранение и социальную поддержку, но и ряда других факторов. Среди них можно отдельно выделить налоговую нагрузку на труд, поскольку она может влиять на доходы и поведение граждан и работодателей (как инвесторов в развитие человеческого капитала) [17]. Большую долю налоговой нагрузки на труд составляют страховые взносы. Этим, но не только этим, предопределяется значимость страховых взносов в вопросе развития человеческого капитала.

Страховые взносы с точки зрения влияния на развитие человеческого капитала дуалистичны. С одной стороны, они являются обязательным платежом, формирующим финансовую основу пенсионного, социального и медицинского страхования, а достойная пенсия, социальное обеспечение и медицинская помощь, обеспечивающая здоровье населения, являются неотделимыми частями, формирующими человеческий капитал. С другой стороны, страховые взносы существенно увеличивают стоимость труда для работодателя и тем самым влияют на решения об уровне оплаты труда, о найме высококвалифицированных (высокооплачиваемых) сотрудников, применении «легального» труда (вместо «серых» заработных плат), величине социального пакета для сотрудников. Поэтому важно учитывать оба проявления при оценке влияния трансформаций системы страховых взносов на развитие человеческого капитала и дальнейшем ее совершенствовании.

В современной научной литературе страховые взносы традиционно анализируются либо как источник доходов внебюджетных фондов, либо как нагрузка на фонд оплаты труда. Так, например, в своих исследованиях Н.З. Зотиков [3,4] подчеркивает важность страховых взносов как доходной базы внебюджетных фондов, связывает недостаточность их поступлений со снижением коэффициента замещения и отмечает необходимость оценки эффективности применяемых льготных ставок и перечня выплат, освобожденных от уплаты страховых взносов. А.К. Соловьев [15] отмечает, что «действующая тарифно-налоговая политика обязательного пенсионного страхования ориентирована на макроэкономические функции в бюджетной системе в ущерб социальным приоритетам долгосрочного устойчивого развития государства, поскольку существенно ограничивает основные категории занятого населения по формированию индивидуальных пенсионных прав для достойной старости», акцентируя важность наполнения бюджетов внебюджетных фондов для обеспечения будущих выплат. С.И. Лобунько [6], в отличие от двух ранее упомянутых авторов, прямо связывает медицинское и социальное страхование с сохранением и воспроизводством человеческого капитала, однако исследование так же в большей степени подчеркивает страховую составляющую взносов во внебюджетные фонды.

В исследованиях по налоговому стимулированию развития человеческого капитала акцент напротив смещается в сторону регулирующей природы страховых взносов. Они зачастую рассматриваются как инструмент снижения фискальной нагрузки на инвестиции в человеческий капитал. Отдельные исследования А.В. Тихоновой [16,17] и А.Д. Васильченко [1] рассматривают бюджетные эффекты от применения пониженных тарифов страховых взносов и даже предлагают источники для их покрытия [17], однако в них отсутствует оценка прямого воздействия на бюджеты внебюджетных фондов и влияния на возможность выполнения ими функций по поддержанию и развитию человеческого капитала.

Как уже отмечалось, в контексте развития человеческого капитала страховые взносы должны рассматриваться в совокупности своих проявлений. Поэтому цель настоящего исследования состоит в оценке влияния трансформаций системы страховых взносов за последние 5 лет на показатели, связанные с развитием человеческого капитала России, с учетом их дуалистичного характера.

Основная часть

В 2021–2026 гг. система государственных внебюджетных фондов претерпела трансформации по 3 основным направлениям. Первое направление связано с объединением с 2023 г. Пенсионного фонда Российской Федерации и Фонда социального страхования Российской Федерации в единый Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации. В целом, с точки зрения прямого воздействия на развитие человеческого капитала данное направление не обладает явным значением. Однако оно важно для повышения доступности и качества услуг объединенных фондов для граждан и работодателей (уменьшение числа отчетов, создание единой цифровой платформы для удобства и снижения вероятных ошибок, ускорение выплат и др.), а также должно было привести к снижению издержек фондов за счет сокращения дублирующих функций. Второе направление – изменение тарифной конструкции страховых взносов, включая становление единого тарифа, единой предельной величины базы и расширение перечня плательщиков, применяющих пониженные тарифы. Влияние этого направления трансформаций предполагается весьма существенным, но при этом разнонаправленным. С одной стороны, применение пониженных тарифов приводит к явному снижению доходной базы внебюджетных фондов (что снижает возможности по реализации возложенных на них функций по сохранению человеческого капитала и приводит к необходимости внутреннего перераспределения и поиска источников покрытия возможных дефицитов), с другой – повышает заинтересованность в легализации труда и росте заработных плат сотрудников для страхователей (работодателей), что должно явно положительно сказываться на развитии человеческого капитала. Третье направление связано с сохранением и уточнением состава выплат, не подлежащих обложению страховыми взносами (ст.422 НК РФ). В отношении определенных выплат, явно направленных на поддержку работодателями здоровья, квалификации (дополнительного образования), обеспеченности жильем работников, а также на стимулирование деторождения, данное направление можно считать наиболее значимым если не по объему, то по степени влияния, поскольку указанные суммы могут рассматриваться как прямые инвестиции работодателей в развитие человеческого капитала.

Оценить влияние трансформаций системы страховых взносов на развитие человеческого капитала можно по двум направлениям. Первое связано с влиянием на показатели исполнения бюджетов фондов (до 2022 года – Фонда социального страхования Российской Федерации (далее ФСС), Федерального фонда обязательного медицинского страхования (далее ФОМС), Пенсионного фонда Российской Федерации (далее ПФР), начиная с 2023 года - Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации и Федерального фонда обязательного медицинского страхования), поскольку, как уже отмечалось ранее, от формирования доходов фондов зависит выполнение государством возложенных на него функций по поддержанию и развитию человеческого капитала. Второе - с влиянием трансформаций на показатели инвестиций страхователей (работодателей) в развитие человеческого капитала.

В рассматриваемый период 2021–2025 гг. динамика доходов и расходов фондов была неоднородной (таблица 1).

Таблица 1 - Доходы, расходы и баланс государственных внебюджетных фондов, млрд руб.

За весь рассматриваемый период совокупные доходы внебюджетных фондов выросли с 13 854,1 млрд руб. до 20 804,7 млрд руб., то есть примерно на 50,2%; расходы увеличились с 14 011,5 млрд руб. до 21 963,4 млрд руб. или на 56,8%. Как видно, рост расходов опережал рост доходов. В контексте проводимого исследования это не может расцениваться отрицательно, поскольку означает увеличение объема средств, направляемых на поддержание человеческого капитала государством, однако требует дополнительного анализа структуры доходной части внебюджетных фондов и анализа источников покрытия разрыва между доходами и расходами (таблица 2).

Таблица 2 - Основные источники формирования доходов фондов, % к общему объему доходов

Доходная база внебюджетных фондов всегда имела смешанный характер. В анализируемом периоде основным источником доходов оставались страховые взносы, однако сохранялась значительная роль межбюджетных трансфертов, прежде всего из федерального бюджета. Как справедливо отмечает Г.Н. Семенова [14], страховые взносы «полностью не могут обеспечить социальные внебюджетные фонды своими финансовыми ресурсами». Даже при росте доходной базы внебюджетные фонды сохраняют потребность в трансфертах и иных источниках финансирования, поскольку расходная часть бюджетов также нарастает.

Для оценки влияния трансформаций на доходную базу фондов рассмотрим также поступления страховых взносов по видам обязательного страхования: на обязательное пенсионное страхование (далее ОПС), на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством (далее ОСС ВНиМ), обязательное социальное страхование от несчастных случаев и профессиональных заболеваний (далее ОСС НСиПЗ) и обязательное медицинское страхование (далее ОМС). В 2021–2022 гг. соответствующие поступления были разделены между ПФР, ФСС и ФОМС. С 2023 г. после создания СФР и перехода к единому тарифу страховых платежей сопоставимость показателей осложнилась. Часть поступлений отражается через единые страховые взносы, распределяемые по видам страхования, поэтому по 2023–2025 гг. в таблице 3 используется расчет по строкам классификации доходов бюджетов фондов на основе федеральных законов об утверждении отчетов об исполнении внебюджетных фондов (и их законопроектов – в отношении показателей 2025 года).

Таблица 3 — Поступления страховых взносов в бюджеты государственных внебюджетных фондов по направлениям страхования, млрд руб.

Из таблицы видно, что в абсолютном выражении поступления страховых взносов демонстрировали рост по всем направлениям. На основании простой оценки динамики можно сделать вывод о положительном влиянии трансформации системы страховых взносов на объем поступлений. Однако справедливо заметить, что рост поступлений по направлениям страхования определялся не одним, а сразу совокупностью факторов. На него повлияли не только увеличение занятости, индексация заработных плат, но и увеличение предельной величины базы для начисления страховых взносов.

На величину поступлений страховых взносов значительное влияние оказывает применение пониженных тарифов отдельными категориями организаций (ст. 427 НК РФ). Наиболее наглядным индикатором результата расширения круга лиц, имеющих право на применение пониженных тарифов страховых взносов, а также изменения их величины, являются недопоступления страховых взносов, раскрываемые в форме статистической налоговой отчетности ФНС России № 8-СВ. Данная форма отчетности составляется, начиная с периода 2024 года, поэтому возможности анализа ограничены данными за 2024-2025 гг. (таблица 4).

Таблица 4 — Анализ числа страхователей, применяющих пониженные тарифы страховых взносов, а также связанных с этим сумм недопоступлений

Примечание: «Х» - показатель в форме не раскрывается; «-» - категория отсутствует в отчете за соответствующий год.

Совокупная сумма недопоступлений по категориям, приведенным в таблице, составила около 1 453,6 млрд руб. в 2024 г. и около 1 543,3 млрд руб. в 2025 г., при этом основная сумма недопоступлений была сосредоточена в двух крупнейших категориях: субъекты малого и среднего предпринимательства и IT-организации. В 2024 г. на субъекты МСП приходилось около 839,6 млрд руб. недопоступлений, а на IT-организации — около 422,5 млрд руб. В 2025 г. сумма недопоступлений по МСП снизилась до 781,6 млрд руб., тогда как по IT-организациям выросла до 447,8 млрд руб. При этом в 2025 г. структура льгот расширилась за счет новых категорий, прежде всего субъектов МСП обрабатывающих производств.

Пониженные тарифы страховых взносов имеют выраженную отраслевую и территориальную направленность. Поэтому их воздействие следует оценивать не только как бюджетные недопоступления, но и как инструмент перераспределения стимулов в пользу приоритетных секторов и территорий в части роста числа страхователей и застрахованных лиц. Наиболее заметный результат наблюдается в IT-секторе и радиоэлектронной промышленности. В IT-организациях одновременно увеличились число страхователей, численность занятых и сумма недопоступлений, что указывает на расширение фонда оплаты труда в соответствующем секторе. В радиоэлектронной промышленности рост числа занятых с 286,6 тыс. до 362,5 тыс. сопровождался увеличением недопоступлений с 67,9 до 95,7 млрд руб., что косвенно свидетельствует о том, что льгота в виде пониженного тарифа страховых взносов была востребована.

По субъектам МСП с точки зрения анализа ситуация более сложная. Число страхователей и занятых снизилось, объем недопоступлений также сократился. Это может быть связано как с изменением числа плательщиков, имеющим право на льготы, так и с изменением порядка применения льготы и перераспределением в пользу новой категории — субъектов МСП обрабатывающих производств.

Для оценки воздействия пониженных тарифов на инвестиции в труд и человеческий капитал в одной из льготных категорий рассмотрим динамику заработной платы в IT-секторе. Выбор данной категории обусловлен тем, что IT-организации являются второй по объему недопоступлений льготной категорией после МСП и одновременно одной из наиболее трудоемких высококвалифицированных отраслей. В качестве статистических данных использованы данные Росстата по среднемесячной номинальной начисленной заработной плате работников организаций по сектору информации и связи [1]. Анализ проводился с корректировкой на инфляцию с помощью среднегодового индекса потребительских цен (таблица 5).

Таблица 5 — Динамика номинальной и реальной заработной платы по сектору информации и связи в 2018–2025 гг.

Сопоставление номинальной и реальной заработной платы показывает, что как до, так и после 2021 г. (год пересмотра тарифов в сторону уменьшения) рост оплаты труда в секторе информации и связи (основой которого является IT-сектор) был весьма устойчивым не только в номинальном, но и в реальном выражении. После приведения к единому уровню цен 2025 г. заработная плата выросла с 108 909 до 184 339 руб. в месяц, что эквивалентно совокупному реальному приросту в размере 69,26%, при этом среднегодовой темп роста составлял около 7,81%. Положительный прирост реальной заработной платы наблюдался во все годы, однако в 2025 г. было зафиксировано минимальное значение - 2,15%. Что говорит о своего рода стагнации заработных плат. Это прежде всего связывают с общей экономической ситуацией и насыщением рынка IT-специалистов [2], однако в контексте исследования это указывает на то, что установление пониженных страховых взносов в качестве отраслевой льготы не гарантирует рост заработных плат. Это дополнительно подтверждается структурными эффектами, отраженными в таблице 5. Количество страхователей, застрахованных лиц и недопоступлений в результате применения пониженных страховых взносов возросло, однако это не дало существенного прироста уровня реальных заработных плат в секторе в 2025 году.

Пониженные тарифы страховых взносов являются одним из способов воздействия системы страховых взносов на поведение работодателей. Они уменьшают стоимость труда для отдельных категорий страхователей и могут высвобождать средства на увеличение легальной занятости в секторе, рост оплаты труда, дополнительное образование и социальные пакеты для работников или расширение производства, но одновременно они формируют выпадающие доходы фондов. Поэтому необходимо их оценивать как инвестиционный инструмент с определенной ценой (выпадающими доходами), а не как простое снижение фискальной нагрузки на приоритетные отрасли. Применение такого инструмента выгодно лишь тогда, когда затраты на его применение дают соответствующий результат.

Также важно учитывать, что экономию средств от применения пониженных тарифов страховых взносов работодатели могут направлять по своему усмотрению, так как порядок применения льгот во многих случаях не предусматривает особых условий для использования средств. В этой связи стоит упомянуть вывод М.Р. Пинской и соавторов [9] о том, что льготная налоговая нагрузка должна оцениваться с учетом возможных поведенческих эффектов и рисков оппортунистического поведения.

Второе направление анализа связано с оценкой того, как трансформации системы страховых взносов повлияли на поведение страхователей как инвесторов в человеческий капитал. Под инвестициями в человеческий капитал в рамках настоящей статьи понимаются расходы работодателей, прямо или косвенно направленные на финансирование здоровья, повышения квалификации, социальную устойчивость и долгосрочную трудовую мотивацию работников. В статье 422 НК РФ предусмотрены категории выплат, которые при соблюдении условий не включаются в базу страховых взносов. Среди них есть явно связанные с инвестициями в человеческий капитал, например, расходы на обучение сотрудников, платежи по договорам добровольного медицинского страхования, негосударственного пенсионного страхования и иные аналогичные платежи в пользу сотрудников. Экономический смысл таких исключений обычно состоит в том, что государство снижает совокупную стоимость корпоративных инвестиций в здоровье, образование и социальную устойчивость работников.

Ввиду ограниченности официальных статистических данных по отдельным категориям выплат, предусмотренных статьей 422 НК РФ, для оценки влияния трансформаций страховых взносов на инвестиции работодателей в человеческий капитал могут быть использованы показатели раздела К формы статистической налоговой отчетности 5‑П (данные по строкам 2084, 2086, 2087, 2088, 2089, 2090 и 2092), которые фиксируют фактически заявленные организациями-работодателями суммы расходов на дополнительные взносы на накопительную пенсию, негосударственное пенсионное обеспечение и добровольное пенсионное страхование, добровольное медицинское страхование и иные виды личного страхования работников, договоры с медицинскими организациями в пользу работников, компенсацию процентов по жилищным займам, а также расходы на обучение и независимую оценку квалификации (соответствующие льготы практически дублируются при освобождении сумм от обложения страховыми взносами (ст. 422 НК РФ) и включении их в состав расходов, учитываемых при налогообложении прибыли организаций (ст. 255 НК РФ)).

В целях выявления тенденций в инвестировании средств работодателей в развитие человеческого капитала своих работников рассмотрим динамику соответствующих расходов в 2021-2025 гг. (таблица 6).

Таблица 6 — Расходы работодателей на отдельные направления развития человеческого капитала по данным раздела К формы 5‑П в 2021–2025 гг., млрд руб.

Как следует из таблицы, совокупный объем анализируемых расходов работодателей в номинальном выражении увеличился со 182,8 млрд руб. в 2021 г. до 259,8 млрд руб. в 2025г. За 5 лет прирост составляет около 42,1%. Следовательно, по совокупности рассматриваемых строк можно говорить об увеличении корпоративных инвестиций в человеческий капитал.

Рассматривая каждое направление отдельно, можно отметить, что рост наблюдается практически по всем направлениям расходов работодателей в пользу работников в разной степени [2]. Безусловно, это может объясняться сразу рядом факторов: дефицит квалифицированных кадров, конкуренция за персонал, стремление работодателей снижать потери рабочего времени, связанные с заболеваниями сотрудников, или же простое увеличение стоимости страхования (обучения); но важно, что это свидетельствует о приросте инвестиций в развитие человеческого капитала.

Заключение

Как показал проведенный анализ, трансформации последних лет в системе страховых взносов в Российской Федерации привели к разнонаправленным эффектам. С одной стороны, можно говорить о росте корпоративных инвестиций в человеческий капитал, увеличении числа застрахованных в приоритетных отраслях, росте оплаты труда, как о позитивных тенденциях. С другой стороны, растут и объемы выпадающих доходов внебюджетных фондов, что приводит к необходимости перераспределения в системе фондов, а также поиска источников покрытия недопоступлений. При этом проведенное сравнение прироста реальной оплаты труда, скорректированной на показатели инфляции, в одном из приоритетных секторов демонстрирует незначительный эффект льгот.

Разнонаправленность эффектов можно связать с природой страховых взносов. С одной стороны, они представляют собой обязательный элемент стоимости труда, а их величина значительно влияет на решения работодателя о найме, легализации выплат и уровне заработной платы. С другой стороны, они не могут рассматриваться как обычный налог на фонд оплаты труда, поскольку через них формируется финансовая база пенсионного, социального и медицинского страхования, то есть основы обеспечения определенных гарантий государства. Именно поэтому снижение тарифа и предоставление возможности не облагать определенные суммы страховыми взносами приобретает экономический смысл лишь тогда, когда вызванные ими эффекты в виде прироста занятости, фонда оплаты труда, производительности или инвестиций в человеческий капитал способны компенсировать хотя бы часть выпадающих доходов либо дают общественный эффект, который государство осознанно готово финансировать из федерального бюджета.

Глава 34 НК РФ предусматривает два направления поддержки корпоративных инвестиций в человеческий капитал: освобождения (ст.422 НК РФ) и пониженные тарифы страховых взносов (ст. 427 НК РФ). Видится, что эти 2 группы преференций имеют разное значение для формирования человеческого капитала. Выплаты, освобождаемые от обложения страховыми взносами по ст. 422 НК РФ, носят более «прямой» характер как инструмент стимулирования развития человеческого капитала, поскольку характеризуют непосредственные инвестиции работодателей. Более того, условия освобождения данных сумм от обложения страховыми взносами, дают возможность четко установить целевой характер таких выплат. Поэтому 1 рубль таких освобождений можно признать полностью эквивалентным 1 рублю инвестиций в человеческий капитал. При этом эффект от таких инвестиций может быть усилен при дублировании льгот при обложении НДФЛ (освобождение от налогообложения) и налогом на прибыль организаций (включение соответствующих выплат в состав расходов).

Пониженные же тарифы страховых взносов имеют опосредованное значение для развития человеческого капитала, поскольку направление сэкономленных в результате применения льготы денежных средств на создание новых рабочих мест, увеличение оплаты труда, повышение объема социальных гарантий работникам зависит зачастую только от решения работодателя и практически не регулируется в действующей редакции налогового законодательства. Поэтому дальнейшее совершенствование системы страховых взносов в части применения пониженных тарифов должно быть связано, прежде всего, с регулярной оценкой отдачи от применения льгот.

[1] Стоит отметить некоторую погрешность анализа, поскольку сектор информации и связи шире, чем только IT-компании, однако более точная детализация не предусмотрена показателями официальной статистики.

[2]Единственное направление, по которому наблюдается снижение – дополнительные взносы на накопительную пенсию. Однако здесь все объяснимо мораторием на взносы на накопительную часть пенсий и запретом на вход в программы по 56-ФЗ для новых участников с 2014 года. Число участников постепенно сокращается, по этой же причине сокращается и объем отчислений.