Интенсивность и направления структурных изменений в экономиках регионов России: место аграрного сектора

Введение

Структурная трансформация региональной экономики является одним из ключевых условий ее адаптации к изменениям технологической, институциональной, политической и рыночной среды. Вместе с тем, изменение отраслевых пропорций само по себе еще не свидетельствует о формировании устойчивого направления развития. Значительные ежегодные колебания долей отдельных видов экономической деятельности могут завершаться относительно небольшим итоговым сдвигом, отражая не направленную трансформацию, а возвратную структурную волатильность. Поэтому оценка региональных структурных изменений требует разграничения их масштаба, накопленной траектории и степени закрепления произошедших изменений в конечной отраслевой структуре.

Особое значение эта проблема имеет для аграрного сектора. Снижение его доли в валовой добавленной стоимости региона может быть обусловлено сокращением собственно аграрной деятельности или опережающим ростом других отраслей, изменением ценовых соотношений и более широкой реконфигурацией региональной экономики. Соответственно динамику доли сельского, лесного хозяйства, охоты, рыболовства и рыбоводства необходимо рассматривать не изолировано, а в контексте общей структурной траектории региона. Такой подход позволяет установить причину изменения места аграрного сектора в региональной экономике, определить, является ли такое изменение частью устойчивой структурной трансформации или складывается преимущественно под воздействием разнонаправленных и частично возвратных отраслевых колебаний.

Таким образом, целью исследования является выявление места аграрного сектора в структурной трансформации экономик регионов России на основе совместной оценки интенсивности, накопленной траектории и направленности отраслевых изменений.

Обзор литературы

Структурная трансформация рассматривается в экономической науке как закономерная составляющая долгосрочного развития, выражающаяся в изменении соотношения между секторами и перераспределении экономической деятельности. В частности, С. Кузнец относил изменение отраслевой структуры к основным характеристикам современного экономического роста [13]. В современной трактовке Б. Херрендорфа, Р. Роджерсона и А. Валентини структурная трансформация представляет собой перераспределение экономической деятельности между сельским хозяйством, промышленностью и сферой услуг [11]. Вместе с тем, в науке структурная трансформация описывается и в более широкой трактовке, включая, например, соотношение импорта и экспорта, инвестиций и сбережений [8]. При этом, не всякое изменение отраслевых пропорций следует отождествлять с устойчивой трансформацией, краткосрочные сдвиги могут отражать колебания конъюнктуры, относительных цен и объемов производства, не формирую долговременного направления.

В теоретической литературе выделяют несколько механизмов (алгоритмов, моделей) структурных изменений. В частности, один из них связан с отличающимися темпами роста производительности в различных секторах. Например, в модели Л. Нгай и К. Писсаридеса различия в отраслевой динамике совокупной факторной производительности объясняют постепенное перераспределение труда при сохранении сбалансированного роста экономики [14]. Еще один из подходов к данному вопросу представлен в работе Б. Херрендорфа, Р. Роджерсона и А. Валентини, где изменение структуры спроса объясняется ростом доходов и относительных цен отраслевой продукции. Указанные авторы отметили, что при анализе структуры добавленной стоимости ценовые эффекты могут играть более существенную роль, чем при исследовании структуры конечного потребления [11]. Сказанное имеет значение для настоящей работы, поскольку отраслевая структура ВДС рассчитана в текущих ценах, при этом, изменение долей видов экономической деятельности отражает совокупное влияние динамики физического объема производства и относительных цен. Сказанное обусловило интерпретацию полученных результатов в качестве изменения стоимостного положения отраслей в экономике региона, но не как непосредственной характеристики роста или сокращения физического объема производства.

Особое место в теории структурной трансформации занимает аграрный сектор. В классической работе Б. Джонстона и Дж. Меллора были выделены его основные функции в экономическом развитии [12], при этом, К. Тиммер представил аграрную трансформацию как часть общего структурного перехода, сопровождаемого ростом производительности, сокращением относительной доли сельского хозяйства и расширением межотраслевых связей [15]. Описанная позиция позволяет отметить, что уменьшение аграрной доли не тождественно сокращению производства и должно рассматриваться в контексте общей структурной динамики экономики.

В российской литературе сформирован значительный методический задел по измерению структурных сдвигов. Л.С. Казинцем разработаны показатели их массы, скорости и интенсивности [5], широкое применение получили коэффициенты Гатева, Салаи и Рябцева, оценивающие различия между структурами за два момента времени [1]. Региональные аспекты структурной трансформации систематизированы Т.В. Усковой и соавторами [8].

В эмпирических исследованиях используются индексные методы, группировки регионов, метод сдвигов и долей (shift-share analysis), позволяющие оценивать величину структурных различий, отраслевой вклад и пространственные эффекты [3, 4, 6].

Аграрное направление представлено исследованиями отраслевой и организационно-экономической структуры сельского хозяйства. П.С. Юнусова и С.В. Дохлян выявили особенности структурных сдвигов аграрного сектора регионов СКФО [10], М.А. Холодова оценила изменение пропорций между категориями хозяйств [9], Л.Б. Винничек и Н.Л. Смелик выделили поступательную и возвратную формы структурной трансформации, показав, что изменение пропорций может иметь различную периодичность и устойчивость [2].

Вместе с тем большинство исследований основано на сопоставлении начальной и конечной структур либо посвящено внутренним пропорциям сельского хозяйства. Недостаточно изучено место аграрного сектора в общей отраслевой трансформации региональной экономики, а итоговый сдвиг редко сопоставляется с накопленной величиной ежегодных изменений. Настоящее исследование развивает существующий научный задел посредством совместной оценки итогового структурного сдвига, полного пути изменений и степени их закрепления в конечной структуре, дополненной анализом траектории аграрной доли и ее вклада в совокупное структурное движение.

Методология и методы

Методологическую основу исследования составляет структурно-динамический подход, в соответствии с которым трансформация рассматривается как траектория ежегодных изменений отраслевых пропорций. Информационную базу составили данные Росстата о структуре валовой добавленной стоимости по 19 видам экономической деятельности в восьмидесяти двух субъектах Российской Федерации (из анализа исключены «новые регионы», по ним отсутствуют данные, Тюменская и Архангельская область рассматриваются в совокупности со своими автономными округами как единый объект анализа) за 2016-2024 гг.

Итоговая величина структурного сдвига рассчитана как половина суммы абсолютных изменений отраслевых долей. Аграрная траектория исследована по динамике доли раздела А ОКВЭД, ее полному пути и коэффициенту закрепления. Дополнительно определены вклад изменения аграрной доли в общую массу структурного сдвига и виды деятельности, показавшие наибольшее увеличение доли. Поскольку расчеты выполнены по ВДС в текущих ценах, результаты характеризуют трансформацию стоимостной отраслевой структуры, а раздел А отражает аграрное ядро, но не весь агропромышленный комплекс.

Результаты и обсуждение

Масштаб итоговых структурных сдвигов в экономиках российских регионов. На основе данных Росстата авторами сформирована панель ВДС 82 субъектов Российской Федерации по 19 видам экономической деятельности за 2016–2024 гг. (14 022 наблюдения), что представлено в табл. 1.

Таблица 1

Панель ВДС 82 субъектов Российской Федерации по 19 видам экономической деятельности

На первом этапе оценивалось расстояние между отраслевыми структурами валовой добавленной стоимости регионов в начале и конце исследуемого периода. Итоговый структурный сдвиг рассчитан по формуле:

(1)

где – итоговый структурный сдвиг в регионе r; и – доля i-го вида экономической деятельности в ВДС региона соответственно в 2016 и 2024 гг.; n=19 – количество рассматриваемых видов экономической деятельности.

Деление суммы абсолютных изменений на два обусловлено балансовым характером структуры, где увеличение доли одних видов деятельности компенсируется сокращением доли других. Поэтому показатель характеризует величину перераспределения отраслевых долей. Расчеты свидетельствуют о существенной межрегиональной дифференциации масштабов структурной трансформации (табл. 2).

Таблица 2

Основные характеристики структурной трансформации экономик российских регионов в 2016 – 2024 гг.

Показатель	Накопленная длина	Итоговый сдвиг	Избыточная длина	Коэффициент закрепления
Среднее	39,79	11,85	27,94	0,30
Медиана	36,25	10,80	25,50	0,30
Минимум	23,30	4,80	12,70	0,11
Максимум	79,20	37,30	64,50	0,63
Стандартное отклонение	11,45	5,08	9,68	0,09
Q1	31,43	8,23	21,43	0,25
Q3	45,98	14,60	32,25	0,34

Среднее значение превышает медиану, поскольку распределение смещено под воздействием небольшой группы регионов с особенно крупными структурными сдвигами. Помимо Республики Калмыкия, высокими значениями показателя отличились Забайкальский край, Астраханская, Магаданская и Амурская области. Наименьшие структурные трансформации свойственны Республике Башкортостан – 5,3, Ярославской области – 5,5, а также Волгоградская, Липецкая и Смоленская области по 0,6 п.п.

Для группировки регионов использованы первый и третий квартили распределения: . В соответствии с этим, к группе низкой интенсивности отнесены регионы с , к группе средней интенсивности отнесены регионы , к группе высокой интенсивности - . В первую группу вошел 21 регион, во вторую – 41, в третью – 20 регионов (рис. 1).

Рисунок 1. Распределение регионов России по величине итогового структурного сдвига в 2016-2024 гг.

Источник: рассчитано и составлено авторами по [7].

Траектория и степень закрепления структурных изменений. Сопоставление только начального и конечного состояний не раскрывает характер движения отраслевой структуры внутри исследуемого периода. Одинаковый итоговый сдвиг мог сформироваться как результат последовательного изменения пропорций, так и в следствие значительных разнонаправленных колебаний. Для отражения этого различия первоначально рассчитывался ежегодный сдвиг по формуле:

(2)

Накопленная длинна структурной траектории определялась как сумма ежегодных сдвигов по формуле:

(3)

Показатель отражает полный объем структурного движения независимо от того, сохранились ли произошедшие изменения к концу периода. Разность между накопленной длинной и итоговым сдвигом рассчитывалась по формуле:

(4)

характеризует избыточную часть траектории, не закрепившуюся в расстоянии между начальной и конечной структурами. Для оценки соотношения достигнутого результата и полного пути применен коэффициент закрепления структурных изменений, определенный по формуле:

; (5)

Чем ближе к единице, тем большая часть структурного движения сохранилась в конечной конфигурации. Низкие значения свидетельствуют о преобладании разнонаправленных и возвратных изменений.

Средний накопленный путь структурных изменений составил 39,79 п.п. более чем в трое превысив среднюю величину итогового сдвига. Средняя избыточная длина траектории достигла 27,94 п.п. (таблица 1). Таким образом, основная часть структурного движения региональных экономик в 2016-2024 гг. не выразилась в устойчивом различии между начальным и конечным состояниями.

Средний коэффициент закрепления составил 0,301, медианный – 0,296. Следовательно, в типичном регионе в конечной структуре закрепилось менее трети накопленного движения отраслевых долей. Для Российской Федерации в целом P = 25,1 п.п., D = 9,2 п.п., K = 0,367. Общероссийская структура отличалась меньшей подвижностью, но несколько большей степенью закрепления изменений по сравнению со средними региональными значениями.

Максимальный полный путь установлен в Кемеровской области – 79,2 п.п., Еврейской автономной области – 72,4, республике Карелия – 62,7 п.п. Однако, значительная длинна пути не всегда сопровождалась крупным итоговым сдвигом. В частности, в Кемеровской области при P = 79,2 п.п. итоговый сдвиг составил только 14,7 п.п., а коэффициент закрепления – 0,186, что указывает на значительный объем возвратных и компенсирующих изменений.

В то же время, наибольшая степень закрепления выявлена в Республике Калмыкия – 0, 631 и республике Дагестан – 0, 543. Наименьшие значения получены для Красноярского края – 0,112, Липецкой области – 0,120 и республики Башкортостан – 0,141. Следовательно, крупный итоговый сдвиг, интенсивная структурная подвижность и устойчивость направления изменений представляют разные характеристики трансформации и не должны использоваться как взаимозаменяемые (рис. 2).

Рисунок 2. Соотношение накопленной длинны структурной траектории и итогового структурного сдвига в регионах России в 2016-2024 гг.

Источник: рассчитано и составлено авторами по [7].

Диагональ D=P соответствует теоретической полностью направленной траектории. Чем дальше точка расположена ниже диагонали, тем большая часть накопленного структурного движения не закрепилась в итоговой структуре.

На рисунке 2 сопоставлены накопленная длина структурной траектории и итоговый структурный сдвиг регионов России. Накопленная длина характеризует совокупный масштаб ежегодных изменений отраслевых долей за 2016 – 2024 гг., тогда как итоговый сдвиг отражает различие между начальной и конечной структурами региональной экономики. Каждая точка соответствует отдельному региону.

Диагональ представляет теоретическую границу полностью направленной траектории, при которой все произошедшие в течение периода изменения закрепляются в конечной структуре. Поскольку итоговое расстояние между начальным и конечным состояниями не может превышать полный пройденный путь, региональные точки должны располагаться на диагонали или ниже нее. Чем ближе точка к диагонали, там выше степень направленности и закрепления структурных изменений. Напротив, значительное удаление точки вниз от линии свидетельствует о преобладании возвратных и взаимно компенсирующих сдвигов.

На рисунке 2 видно, что основная часть регионов располагается существенно ниже проведенной условно теоретической границы, из сказанного можно сделать вывод, что структурная трансформация региональных экономик преимущественно формировалась как последовательность ежегодных колебаний, только часть которых закрепилась в конечной итоговой структуре. Наиболее наглядны случаи регионов, сочетающих большую накопленную длину траектории изменений с относительно небольшим итоговым сдвигом, что показывает наличие большого масштаба колебаний, который не привел к сопоставимому изменению конечной конфигурации ВДС.

Типология структурных траекторий регионов. Для проведения типологизации регионов интенсивность итогового общего сдвига всех долей видов экономической деятельности сопоставлена со степенью его закрепления в структуре ВДС в конечной анализируемой точке в 2024 году. Использованы следующие интервалы:

- – низкая степень закрепления;

- – средняя степень закрепления;

- – высокая степень закрепления.

Полученная матрица представлена в табл. 3.

Таблица 3

Распределение регионов по интенсивности итогового сдвига отраслевой структуры и степени закрепления данных структурных изменений в валовой добавленной стоимости

Из таблицы видно, что наиболее распространен тип, сочетающий среднюю интенсивность итогового сдвига и среднюю степень закрепления (35 регионов). При этом, 15 регионов характеризовались высокой интенсивностью и средней степенью закрепления. В совокупности к средней степени закрепления можно отнести 56 субъектов РФ (68%) анализируемой совокупности.

Низкая степень закрепления совокупного изменения отраслевых долей выявлена в 24 регионах. Особенно показательны три субъекта РФ, в которых высокая интенсивность итогового сдвига сочеталась с низкой степенью закрепления (Еврейская автономная область, Кемеровская и Мурманская области). В них крупное структурное движение сопровождалось значительным возвратным компонентом, т.е. присутствует высокий уровень колебаний изменений доли без их последующего влияния на структуру ВДС региона.

Сочетание высокой интенсивности и высокой степени закрепления установлено только в двух регионах – республике Калмыкия и Республике Дагестан. Именно эта комбинация наиболее полно соответствует направленной структурной трансформации, при которой ежегодные сдвиги в соотношении отраслевых долей имели наименьшую волатильность и в конечном итоге отражались на общей структурной трансформации.

Таким образом, предложенная типология разделяет масштаб результата и характер пути его формирования.

Изменение положения аграрного сектора в региональных экономиках. Аграрная траектория исследовалась по доле раздела А ОКВЭД «Сельское, лесное хозяйство, охота, рыболовство и рыбоводство» в ВДС. Итоговое изменение доли определялось по формуле:

(6)

Положительное значение свидетельствует об увеличении доли раздела А, отрицательное – о ее сокращении. Накопленная длина аграрной траектории рассчитывалась по формуле:

(7)

В отличие от общего структурного пути здесь не применяется деление на два, поскольку рассматривается динамика доли одного сектора. Степень закрепления аграрной траектории определялась по формуле:

(8)

Результаты показывают преобладание относительного сокращения аграрного сектора, доля раздела А снизилась в шестидесяти регионах, увеличилась в двадцати, еще в двух осталась без изменения (табл. 4).

Таблица 4

Распределение регионов по направлению изменения и степени закрепления аграрной траектории

В среднем доля раздела А сократилась на 0,91 п.п., медианное изменение составило -0,6 п.п. При этом, среднее абсолютное изменение достигло 1,92 п.п., что отражает наличие регионов, имеющих как существенное снижение, так и рост аграрной доли. Наибольшее снижение произошло в Республике Калмыкия (-18,3 п.п.), республике Алтай (_6 п.п.), Карачаево-Черкесской республике (-5,6 п.п.). Максимальный рост установлен в Кабарнидо-Балкарской республике (+6 п.п.), Республике Ингушетия (+4,2 п.п.) и республике Дагестан (+4,1 п.п.) (рис. 3).

Рисунок 3. Топ регионов с наибольшим снижением и ростом доли аграрного сектора в ВДС регионов

Источник: рассчитано и составлено авторами по [7].

В Российской Федерации в целом доля раздела А сократилась с 4,6% в 2016 г. до 3,5% в 2024 г. Ее накопленная траектория составила 2,3 п.п., а коэффициент закрепления – 0,478. Следовательно, около половины движения аграрной доли сохранилось в ее итоговом снижении, тогда как остальная часть была связана с промежуточными колебаниями.

Низкая степень закрепления аграрной траектории выявлена в 46 регионах. Это означает, что изменение аграрной доли во многих субъектах формировалось не как устойчивый тренд, а как результат ежегодных колебаний. Высокая степень закрепления установлена в 17 регионах, из которых в 14 доля раздела А снижалась и только в трех увеличивалась.

Вместе с тем, снижение доли раздела А нельзя автоматически интерпретировать как сокращение физического объема сельскохозяйственного производства. Показатель рассчитан по ВДС в текущих ценах и отражает изменение относительного стоимостного положения сектора в условиях совместного влияния динамики других отраслей.

Вклад аграрного сектора в совокупное структурное движение. Для оценки роли аграрного сектора в общем перераспределении отраслевых долей рассчитан его вклад в совокупное структурное движение по формуле:

(9)

Показатель отражает долю абсолютного изменения раздела А в общей сумме абсолютных изменений всех отраслевых долей. Он характеризует участие аграрного сектора в изменении отраслевой конфигурации ВДС (не вклад в ВДС).

Средний вклад раздела А составил 8,27%, медианный – 5,84%. В российской Федерации в целом он был равен 5,98%. Следовательно, в большинстве регионов аграрный сектор не являлся единственным или доминирующим источником структурного сдвига, но в отдельных субъектах определял существенную часть произошедшего перераспределения (табл. 5).

Таблица 5

Регионы с наибольшим вкладом изменения доли раздела А в общее структурное изменение ВДС

Наибольший вклад установлен в Кабардино-Балкарской Республике (31,58%). Здесь рост аграрной доли выступал одним из основных изменений отраслевой структуры ВДС. В остальных регионах верхней части распределения высокий вклад преимущественно связан со снижением доли раздела А.

При этом величина вклада и масштаб изменения аграрной доли характеризуют разные стороны процесса. Например, в Республике Калмыкия изменение было максимальным по абсолютной величине, однако из-за значительной общей трансформации отраслевых долей вклад раздела А составил 24,53%. Напротив, в Липецкой области абсолютное сокращение аграрной доли было существенно меньше, но при небольшом уровне общей трансформации других отраслевых долей оно обеспечило 26,67% совокупного структурного движения.

Отраслевые направления структурных изменений. Для определения отраслевого направления трансформации в каждом регионе был выявлен вид деятельности, доля которого увеличилась в наибольшей степени по формуле:

(10)

Раздел А исключен из списка ведущего растящего сектора, поскольку его траектория анализируется отдельно. Аналогично определен сектор с максимальным сокращением доли отрасли по формуле:

(11)

Распределение ведущих растущих видов экономической деятельности представлено в табл. 6.

Таблица 6

Ведущий растущий вид экономической деятельности в ВДС регионов России

Стоит отметить, что в двух регионах доля раздела А не изменилась, ведущими растущими отраслями в них выступили обрабатывающее производство и информация и связь.

Наиболее часто ведущим растущим видом экономической деятельности выступала добыча полезных ископаемых (19 регионов). Далее следовали обрабатывающие производства (18), операции с недвижимым имуществом (16), финансовая и страховая деятельность (12) и строительство в девяти регионах.

В группе из шестидесяти регионов со снижением аграрной доли наиболее распространенным направлением перераспределения является рост доли добывающего сектора (17 регионов).

Сам по себе данный результат не означает прямого перетока ресурсов из сельского хозяйства в соответствующий сектор. Расчеты фиксируют одновременное изменение относительных долей в структуре ВДС, но не позволяют установить непосредственную причинно-следственную связь. Вместе с тем, устойчивое сочетание снижения аграрной доли с ростом добычи, недвижимости или финансов показывает, за счет каких отраслевых направлений менялась стоимостная специализация региональных экономик.

Раздел А является ведущим сокращающимся сектором в 15 регионах. Следовательно, в большинстве субъектов снижение его доли происходило на фоне еще более значительного сокращения доли другого вида экономической деятельности. Это уточняет интерпретацию аграрной трансформации – уменьшение аграрной доли было распространенным, но не всегда доминирующим направлением структурного перераспределения ВДС регионов.

Заключение. Проведенный анализ показывает, что структурная трансформация региональных экономик не может быть полноценно описана только различием между начальным и конечным состояниями. Средний накопленный путь более чем втрое превысил средний итоговый сдвиг, а в конечной структуре типичного региона закрепилось менее трети совокупного движения отраслевых долей. Это свидетельствует о значительной роли возвратных и компенсирующих изменений.

Предложенное сопоставление итогового сдвига, полного пути и коэффициенте закрепления позволило разграничить три характеристики трансформации:

- масштаб конечного результата изменения долей отраслей в ВДС регионов;

- общую структурную подвижность ВДС регионов (колебания долей);

- устойчивость направлений изменений долей видов экономической деятельности в ВДС регионов.

Научное значение такого подхода состоит в переходе от статистического сравнения двух структур валовой добавленной стоимости к анализу траектории их формирования.

Для аграрного сектора преобладающим направлением стало снижение относительной доли в ВДС, оно выявлено в шестидесяти из восьмидесяти двух регионов. Однако только в части субъектов РФ эта тенденция носила устойчивый и однонаправленный характер. В остальных регионах конечное снижение являлось результатом колебательной траектории.

Таким образом, изменение положения аграрного сектора не образует единой универсальной модели. Оно включено в разные региональные траектории и приобретает различное значение в зависимости от масштаба общего сдвига, степени его закрепления и отраслевого направления перераспределения. Полученная типология может использоваться для разграничения регионов с устойчивой трансформацией и субъектов РФ, в которых наблюдаемое изменение структуры преимущественно отражает временную подвижность отраслевых пропорций.