Оценка влияния цифровизации на администрирование федеральных таможенных доходов: методологический аспект

Иванущенко А.В.¹ , Никулкина И.В.^2,1
¹ Российская таможенная академия, Люберцы, Россия
² Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации, Москва, Россия

Статья в журнале

Экономика, предпринимательство и право ^{(РИНЦ, ВАК)}
опубликовать статью | оформить подписку

Том 16, Номер 8 (Август 2026)

Цитировать эту статью:

Аннотация:
Особую актуальность в условиях новой реальности приобретает инновационное развитие фискальных органов, что требует выработки новых подходов к повышению эффективности администрирования доходов посредством цифровых инструментов для достижения национальных целей развития и обеспечения экономической безопасности страны. Цель исследования – формирование методологических основ оценки влияния цифровизации на администрирование федеральных таможенных доходов на основе российского и зарубежного опыта, а также разработка рекомендаций по адаптации инструментов оценки в российскую практику с учетом новых парадигм цифровой трансформации. В результате исследования установлено: зарубежная «цифровая» практика подтверждает, что эффект от внедрения передовых технологий весьма ощутим и значим в фискальных целях таможенного администрирования. Рассмотрен флагманский опыт Всемирной таможенной организации – «механизм измерения эффективности» компетенций таможенной службы (PMM), что позволяет повысить эффективность по сбору доходов и управлению. Предложены и обоснованы методологические положения оценки влияния цифровизации: сформирован методологический базис и понятийный аппарат; определены факторы и ключевые допущения (влияние уровня экономического развития, стадий цифровой зрелости, мультипликативность технологических решений и необходимость учета рисков); предложена многоуровневая модель оценки, включающая микроуровень (влияние на фискальную функцию и показатели исполнения контрольного задания), многокритериальный уровень (оценка эффектов, не имеющих прямого денежного выражения) и макроуровень (системные экономико-институциональные последствия). Разработаны предложения для ФТС России по поэтапному внедрению методики оценки с привязкой к уровням цифровой зрелости ведомства и с учетом имеющегося механизма оценки эффективности Всемирной таможенной организации

Ключевые слова: цифровизация; цифровая трансформация; таможенное администрирование; фискальная функция; методология оценки; цифровая зрелость; PMM; показатели эффективности деятельности таможенных органов; сбалансированная система показателей

JEL-классификация: O33, L86, M15, H20, F13

JATS XML

Введение

В настоящее время актуальной задачей в рамках реализации концепции цифровой трансформации государственного управления является оценка эффектов от внедрения технологий для деятельности государственных органов. В современных реалиях технологии – это не самоцель, а инструменты; необходима оценка их эффективности и результативности. Последние российские и зарубежные исследования говорят об умеренном и неоднородном макроэкономическом эффекте от ИИ (далее – ИИ) [19], обосновывают высокие траты на снижение рисков от технологии [20; 21], подтверждают, что что рынок ИИ развивается быстрее, чем окупается, демонстрируя догоняющую модель: доходы от программных продуктов пока не компенсируют масштабные вложения в инфраструктуру [25].

В современных условиях требуется комплексная стратегия внедрения технологий, включающая анализ эффектов по институциональным, организационным, регуляторным направлениям. Современная методология оценки влияния цифровизации требует развития. Сегодня она носит фрагментарный характер, что подтверждается теоретическими и прикладными исследованиями [17; 4; 8; 6]. Ключевым вызовом современного этапа является не только определение общих приоритетов (что измерять), но и выработка общих подходов (как измерять)^{^[1]}.

На основе теоретического анализа авторами выделены Выделяются основные проблемы и ограничения развития методологии оценки: отсутствие единых подходов и методологической согласованности (несопоставимость, фрагментарность); разнообразие подходов при отсутствии унифицированной методологической основы свидетельствует о фрагментарности инструментов оценки; существующие методики позволяют выявлять лучшие практики или «узкие» места, но не дают возможности оценить конечные результаты и эффекты цифровизации; внутриведомственные, межсекторальные, межстрановые различия (различия цифровой зрелости и в применении цифровых индикаторов; отсутствие гармонизированных подходов делает сопоставления затруднительными).

Научный и практический интерес имеет оценка влияния технологий на деятельность фискальных ведомств. Федеральная таможенная служба России (далее – ФТС России) является одним из главных администраторов доходов федерального бюджета, а также – участником стратегии цифровой трансформации^{^[2]}. В условиях новой реальности весьма значимым является Интерес представляет разработка методологии оценки влияния цифровизации на выполнение ведомством показателей эффективности с учетом того, что реализация фискальной функции понимается не как изолированная процедура, а комплексная управленческая задача, решение которой определяется состоянием всей системы таможенного администрирования.

Поиск новых подходов к повышению эффективности администрирования доходов посредством цифровых инструментов требует осмысления и теоретического обобщения подходов к оценке влияния цифровизации на администрирование федеральных таможенных доходов и созданию «цифровой» таможни.

Цель исследования заключалась в формировании методологического базиса оценки влияния цифровизации на администрирование федеральных таможенных доходов с учётом отечественного и зарубежного опыта, а также в разработке рекомендаций по адаптации инструментов оценки в российскую практику.

Обзор литературы

В научной литературе цифровизация фискальных ведомств и таможенного администрирования рассматривается преимущественно в трех взаимосвязанных аспектах:

Обзор литературы позволяет заключить, что большинство авторов выделяет три подхода к раскрытию содержания цифровизации фискальных ведомств и таможенного администрирования: (1) как фактор повышения собираемости доходов, (2) как инструмент совершенствования контрольной деятельности, повышения качества предоставления государственных услуг и как (3) предмет оценки эффективности государственного управления.

Современные исследования, в основном, посвящены оценке результативности и эффективности цифровой трансформации государственного управления [8], изменению подходов к администрированию под влиянием цифровизации [13], а также влиянию цифровых инструментов на эффективность и результативность публичной власти [11] и деятельность органов власти [10], оценке выгод от цифровизации государственного управления для граждан [6].

Некоторые зарубежные исследования объединяют таможенные и налоговые ведомства^{^[3]} в вопросах цифровизации [22]. При этом есть отдельные работы, посвященные оценке эффективности деятельности налоговых органов в условиях цифровизации [14; 16], а также ряд работ – оценке эффективности деятельности таможенных органов [26]. Комплексные исследования применения технологий представлены в исследованиях зарубежных институтов^{^[4]} и Евразийского экономического союза (далее – ЕАЭС)^{^[5]}. В российской экономической литературе вопросам методологии оценки качества таможенных услуг посвящены работы М.В. Бойковой, В.В. Макрусева, Ю.Е. Гупановой, Е.О. Любкиной, Д.Е. Романовой [3; 12; 15].

Российский и зарубежный опыт свидетельствует, что цифровые технологии позволяют преодолеть барьеры, повысить эффективность управления, стимулировать экономику и улучшить качество услуг.

Исследование подходов к оценке влияния цифровизации на администрирование федеральных таможенных доходов нуждается в осмыслении базовых категорий, в формировании понятийного и методического аппарат, в создании методологических положений с учетом специфики на основе зарубежного и российского опыта.

Зарубежный опыт администрирования доходов в системе показателей таможенных органов

В современных реалиях администрирование таможенных доходов с помощью цифровых технологий является весьма сложной, многоаспектной задачей. Исследование Всемирной таможенной организации (далее – ВТамО) «Умная таможня»^{^[6]} подтверждает – сбор доходов является наиболее сложной сферой для внедрения технологий. ВТамО отмечается, что внедрение прорывных решений в сфере администрирования доходов повысило эффективность на 67%. Это низкий результат по сравнению с другими областями, где внедрение технологий улучшило результаты более чем на 80-90%^{^[7]}.

В этой связи весьма интересным представляется механизм оценки эффективности таможенных функций. Согласно разработанному ВТамО «механизму измерения эффективности» (Performance Measurement Mechanism, далее – PMM)^{^[8]} сбор доходов является одним из четырех аспектов деятельности таможни наряду с упрощением процедур торговли и экономической конкурентоспособностью; правоприменительной практикой, безопасностью и защитой общества; организационным развитием. PMM описывает методологию оценки эффективности и результативности всех компетенций таможенной службы, структурированную по четырем измерениям. Направления деятельности таможни разбиты на конкретные ожидаемые результаты с помощью соответствующих ключевых показателей эффективности (табл. 1)^{^[9]}.

Выделим ожидаемые результаты по сбору доходов в рамках механизма PMM (табл.1):

· повышение уровня соблюдения правил классификации;

· повышение уровня правильного применения правил происхождения;

· более эффективное администрирование доходов с помощью современных методов и правильного применения правил таможенной оценки;

· повышение уровня добровольного соблюдения налоговых поступлений, более справедливый подход к сбору доходов.

Таблица 1. – Показатели оценки деятельности таможенных органов

Название показателя	Описание показателя	Метод расчета
*Повышение уровня соответствия правилам классификации*
Соотношение обязательных решений по классификации к импортным декларациям	Отношение общего количества обязательных решений по классификации, действующих в календарном году, к количеству импортных деклараций	A/B x 100, где A – Общее годовое количество обязательных решений по классификации, вынесенных и действующих в течение календарного года B – Общее годовое количество импортных деклараций за тот же период
Степень несоответствия правилам классификации	Количество нарушений классификации по отношению к количеству поданных таможенных деклараций за отчетный период. Нарушения также могут называться нарушениями, правонарушениями, проступками, правонарушениями и ошибочными классификациями	(A/B) x 100, где A – Количество нарушений классификации за отчетный период, за исключением выявленных в результате контроля после выпуска товаров B – Количество таможенных деклараций за отчетный период
*Повышение уровня добровольного соблюдения таможенного и налогового законодательства*
Процент импортеров, выплачивающих проценты	Этот показатель будет измерять количество импортеров, выплачивающих проценты, по сравнению с общим количеством импортеров.	A/B x 100, где A — количество импортеров, имеющих проценты, B — общее количество импортеров
Процент наложенных штрафов	Этот показатель будет измерять количество случаев, по которым были наложены штрафы, по сравнению с общим количеством импортных деклараций.	A/B x 100, где A — количество случаев, по которым наложены штрафы, B — общее количество импортных деклараций
*Более справедливый сбор доходов*
Эффективность контроля после выпуска товаров	Показатель измеряет долю суммы исчисленных платежей, учитывая также корректировки таможенными органами суммы таможенных платежей в результате контроля после выпуска товаров.	(A/B) x 100 A: Общая годовая сумма таможенных пошлин, начисленных/взимаемых и скорректированных по результатам контроля после выпуска товаров B: средняя годовая сумма таможенных пошлин, начисленных/взимаемых за последние три года.
Результативность контроля после выпуска товаров	Доля мероприятий контроля после выпуска, по итогам которых получены результаты, по сравнению с общим количеством случаев контроля после выпуска товаров.	(A/B) x 100, где A – Мероприятия по контролю после выпуска товаров, по результатам которых были выявлены нарушения за последний календарный год B – общее количество мероприятий по контролю после выпуска товаров (случаи), проведенных за последний календарный год.
Повышение уровня правильного применения правил происхождения
Более эффективная мобилизация доходов за счет современных методов и правильного применения правил таможенной оценки

Источник: cоставлено авторами по источникам^{^[10]}

Эти результаты соответствуют инструментам, имеющим отношение к сбору таможенных доходов: таможенная оценка, классификация, преференциальное происхождение и пост-таможенный аудит (контроль после выпуска товаров).

Важно отметить, что согласно вышеуказанному исследованию «Умная таможня»^{^[11]}, члены ВТамО выделили три технологии с наибольшим «потенциалом развития», которые планируются быть полноценно внедрены в работу таможенных администраций мира – это большие данные и анализ данных, искусственный интеллект и машинное обучение, блокчейн. Эксперты ВТамО отмечают, что планируется сосредоточиться на этих трех передовых технологиях, которые были реализованы членами ВТамО или рассматриваются для разработки инструментов, имеющих отношение к сбору таможенных доходов. Анализ влияния технологий на доходы таможни ограничим ожидаемыми результатами, такими как:

· повышение уровня соблюдения правил классификации;

· повышение уровня правильного применения правил происхождения;

· более эффективное администрирование доходов с помощью современных методов;

· правильное применения правил таможенной оценки;

· повышение уровня добросовестного соблюдение требований по исполнению обязанности по уплате таможенных платежей;

· более справедливый сбор доходов.

Ниже приведен анализ возможностей использования технологий в части администрирования таможенных доходов для достижения поставленных целей и практики стран, уже достигших результатов от внедрения указанных технологических решений.

Возможности использования передовых технологий таможенными администрациями

Как уже отмечалось ранее ВТамО был определен комплекс технологий для повышения результативности в реализации фискальной функции (большие данные, аналитика данных, искусственный интеллект и машинное обучение). В связи с этим весьма интересным с позиции имплементации зарубежной практики является опрос ВТамО, который показал следующие результаты (табл. 2).

Таблица 2. – Основные преимущества внедрения Больших данных, Аналитики данных, ИИ, Машинного обучения

Основные преимущества внедрения технологий	Количество голосов (Общее количество респондентов = 100. Респондент имеет право выбрать более 1 ответа)
Улучшение управления рисками, выявления мошенничества и повышение уровня соблюдения требований таможенного законодательства	87
Упрощение таможенных проверок и выявление аномалий в данных	71
Прогнозирование трендов (в поведении данных)	65
Повышение результативности фискальной деятельности	57

Источник: cоставлено авторами по данным ^{^[12]}

Кроме того, в рамках исследования выделены примеры применения больших данных, аналитики данных, искусственного интеллекта и машинного обучения^{^[13]}: выявление аномальных значений в информации о товарах с высоким уровнем налогообложения (подакцизных), облагаемых особыми видами пошлин, а также информации о стоимости товаров; аналитика данных об экспорте и импорте; использование финансовых и налоговых данных для повышения уровня соблюдения законодательства и эффективности сбора государственных доходов, а также борьбы с контрабандой; ИИ и машинное обучение для улучшения процессов управления рисками; чат-боты для ответов на онлайн-запросы и пр.

Подходы к оценке влияния технологий на фискальную функцию таможенных органов

Несмотря на актуальность вопросов инновационного развития фискальных органов, комплексные научные исследования по оценке влияния технологий на деятельность таможенных и налоговых органов в настоящее время отсутствуют.

Закрепленных на международном уровне подходов к оценке влияния технологий на деятельность таможенных органов на данный момент нет. В российской практике также отсутствуют установленные показатели оценки влияния технологий и цифровой трансформации на фискальную функцию таможенных органов и на деятельность ведомства в целом. При этом следует подчеркнуть, что перечень показателей результативности и эффективности деятельности таможенных органов установлен (определён приказом ФТС России) и основным (первым) из них является показатель «уровень выполнения контрольного задания, установленного таможенным органам в целях обеспечения исполнения доходов федерального бюджета»^{^[14]}.

В подходе ВТамО представлен механизм оценки эффективности таможенных функций PMM^{^[15]}, где сбор доходов является одним из четырех аспектов деятельности таможни наряду с упрощением процедур торговли и экономической конкурентоспособностью; правоприменительной практикой, безопасностью и защитой общества; организационным развитием. Важно отметить, что в показателях группы «сбор доходов» (Revenue Collection) абсолютный показатель как уровень выполнения контрольного задания отсутствует. В составе этой группы такие показатели^{^[16]}, как уровни соблюдения правил классификации, страны происхождения, уровень добровольного соблюдения таможенного законодательства, эффективность контроля после выпуска товаров. То есть, в основе оценки фискальной функции в соответствии с международным подходом лежит оценка работы инструментов, имеющих отношение к сбору таможенных доходов. Такая опосредованность может объясняться тем, что страны мира существенно различаются по доле таможенных доходов в бюджетах государств. Также это может быть свидетельством того, что сама по себе реализация фискальной функции не самоцель, а значимо, как она была реализована.

Данный подход целесообразно применить и для разработки методологических основ оценки влияния технологий на сбор доходов.

В целях настоящего исследования под базовыми категориям «эффект», «эффективность» и «результативность» понимается следующее. Данные понятия трактуются в зависимости от области применения, однако анализ трактовок толковых словарей, экономической литературы, в том числе работ Г.В. Атаманчука [1], А.В. Бачурина [2], А.Ю. Демидова [5], Е.И. Добролюбовой [7; 9], В.Н. Южакова [18] позволяет сделать следующий вывод. Суть эффективности – это соотношение полученного результата (эффекта) к затратами или используемыми ресурсами. Результативность понимается как степень достижения запланированного результата. Эффект – это полученный результат или изменение состояния, которое возникло вследствие действия, решения или процесса. То есть, результативность связывают с достижением целей, эффективность – с оптимальностью расходования ресурсов, а эффект может быть положительным, отрицательным, нейтральным, а также ожидаемым или неожиданным.

Категории цифровизации и цифровой трансформации пока не получили однозначного определения. В широком смысле цифровая трансформация понимается как изменение всех аспектов общества, связанное с применением цифровых технологий [27]. Для целей исследования предлагается использовать подход к цифровой трансформации в контексте государственного управления. В этой связи под трансформацией понимается качественное изменение содержания государственного управления, в том числе отдельных его процедур, стадий управленческого цикла, государственных функций и их типов на основе внедрения цифровых технологий (цифровизации). Качественный характер изменений вследствие цифровой трансформации предполагает повышение эффективности, результативности и обоснованности государственного управления [18]. Следует отметить, что цифровая трансформация при этом не рассматривается как самоцель, а является средством достижения комплексной цели.

Итак, в контексте цифровизации эффективность определяется как соотношение цифровых эффектов (снижение транзакционных издержек, повышение качества принимаемых решений, ускорение процессов, рост удовлетворённости клиентов) к затратам на цифровизацию (внедрение ИТ-решений, обеспечение кибербезопасности, техническое переоснащение, обучение персонала и др.). Именно фрагментарность существующей методологии не позволяет сегодня корректно измерить эффективность.

Выводы и рекомендации

В результате проведенного анализа предлагается модель оценки эффектов цифровизации таможенной службы, основанную (содержащую) пять модулей: (1) контекст и цифровая зрелость; (2) операционные и фискальные результаты; (3) экономические и социальные эффекты; (4) риски и устойчивость; (5) мультипликативный и долгосрочный эффект. Модель сочетает количественные KPI, качественные опросы и сценарное моделирование, а также предусматривает адаптацию весов показателей под уровень зрелости ведомства и этап реализации инициатив^{^[17]}.

Развитие методологии оценки влияния цифровизации требует комплексного подхода, учитывающего многообразие факторов, влияющих на процесс цифровой трансформации и на возможность его корректного измерения. В исследовании выделены факторы (помимо основных) и сделаны некоторые допущения, которые должны быть учтены в методологии оценки:

Факторы:

1. Уровень экономического развития страны. Эффективность технологий зависит от уровня развития страны, человеческого капитала, институтов, также от доли администрируемых доходов в ВВП (хотя на этот показатель влияют перечисленные факторы). Эффект от цифровизации госуправления в развивающихся странах выше, чем в развитых, за счет снижения уровня налоговых правонарушений; эффект для развитых стран, где уровень коррупции ниже, не такой существенный, как в развивающихся странах [24].

2. Мультипликативность технологических решений. Например, подсчитан ожидаемый эффект от внедрения цифрового рубля^{^[18]}. Оценка учитывает полный потенциал инструмента при широком внедрении и появлении новых продуктов на базе его инфраструктуры за счет снижения транзакционных издержек реального сектора. По мере развития технологий природа эффекта меняется.

3. Стадии цифровой зрелости. Первоначально цифровизация государственного управления требует увеличения расходов в сфере информационно-коммуникационных технологий (далее – ИКТ) при неочевидном эффекте оптимизации для других видов расходов [8], будучи драйвером роста бюджетных расходов, – оценку необходимо проводить в динамике.

Приняты следующие допущения:

4. Результативность не равно эффективность, и наоборот. Быстрая цифровизация государственного управления может создавать ситуации, когда параметры эффективности применяются в ущерб параметрам результативности [8].

5. Эффективные инструменты – предшественники оптимальных. Показатели эффективности должны соответствовать уровням цифровой зрелости ведомства. Понятие эффективные операции не то же самое, что оптимальные или оптимизированные, как они определены на последнем уровне зрелости (оценка эффективности – 3-й уровень зрелости, оптимальности – 4-й)^{^[19]}. Под оптимизацией понимают не просто повышение эффективности; она относится к определенному состоянию работы системы или процесса, тогда как эффективность, в основном, касается разумного использования ресурсов. 3-му уровню соответствуют практики, которые позволяют организации выполнять задачи качественнее, быстрее, дешевле, более эффективно или результативно. 4-му – практики, которые позволяют организации действовать разумно, оптимизировать свои процессы, постоянно адаптироваться во времени, эволюционировать и оставаться современными.

6. Категория ценности. В зарубежных работах в контексте внедрения агентных моделей обсуждается вопрос определения ценности^{^[20]}. Ценность может пониматься как повышение эффективности, качества решений, новых источников выручки. Категория ценности может быть синонимична категории эффекта, но может быть многоаспектнее.

7. Бенефициары цифровой трансформации: граждане, бизнес, государственные органы и государственные служащие. Подход Р. Каплана и Д. Нортона из стратегического менеджмента [23] со сбалансированной системой показателей (Balanced Scorecard) дополняет традиционные финансовые метрики критериями, оценивающими результаты деятельности с трёх дополнительных перспектив – клиентской, внутренних бизнес-процессов, а также обучения и роста сотрудников. Это позволяет компаниям отслеживать финансовые результаты, одновременно контролируя прогресс в развитии ключевых компетенций и накоплении нематериальных активов, необходимых для будущего роста. Сбалансированная система показателей не заменяет финансовые метрики, а дополняет их.

8. Управление рисками (риски необходимо измерять, отслеживать, оценивать не только положительные эффекты цифровизации, но и сопряженные риски).

9. Индексы для измерения эффектов. Учитывая, что эффекты от внедрения технологий распространяются далеко за пределы области локализации задач отдельного ведомства (в докладе Всемирного Банка ^{^[21]} социально-экономические эффекты развития цифровой экономики образуют отдельную группу «цифровых дивидендов»); для оценки могут использоваться многокомпонентные индексы. Подобные используются в различных методиках, связанных с цифровизацией, например, национальный индекс развития цифровой экономики^{^[22]}, индекс «цифровая Россия»^{^[23]}, индекс этичности права [11].

Методологии оценки влияния технологий на администрирование таможенных доходов должна исходить из (1) комплексности понятия цифровизации и (2) понимании реализации фискальной функции не автономно, а в рамках установленных задач таможенных органов:

(1) обосновано тем, что цифровые технологии работают в совокупности. Понятие цифровизации для целей работы может быть расширено до системного, непрерывного процесса качественного преобразования институциональной, организационной и технологической подсистем таможенного администрирования, основанного на внедрении цифровых технологий и новых моделей управления, с целью оптимизации модели администрирования;

(2) исходит из положений Таможенного кодекса ЕАЭС, где основными задачами таможенных органов являются защита национальной безопасности государств-членов, жизни и здоровья человека, окружающей среды и создание условий для ускорения и упрощения перемещения товаров через таможенную границу ЕАЭС. При этом функция по взиманию платежей выполняется в целях обеспечения выполнения возложенных на таможенные органы задач. Это позволяет предположить, что собираемость доходов как показатель должна быть включена в систему критериев в соответствии с задачами ФТС России.

Также можно предположить (учитывая, что в настоящее время нормативно закрепленный показатель – только «уровень выполнения контрольного задания), что ФТС России сегодня нацелена на результативность, далее в планах – на эффективности, и позже (в перспективе) – переход к оптимальности (исходя из модели этапов цифровой зрелости; в рамках создания Интеллектуальной таможни). При этом оценка должна учитывать эту динамику.

Многоуровневая методология оценки цифровой трансформации может включает три связанные подсистемы (внутри этой модели могут быть оценки эффектов от внедрения отдельных решений): 1) микроуровень – влияния на фискальную функцию (через оценку вышеприведенных показателей), а также на другие замеряемые сегодня показатели, 2) многокритериальный уровень (для эффектов, которые не имеют денежного выражения, например, оценка влияния на качество государственных услуг), 3) макроуровень – оценка системных экономико-институциональных эффектов.

Следует подчеркнуть, что это концептуально соответствует модели ВТамО (PMM KPIs)^{^[24]}, а также системе сбалансированных показателей (balanced scorecard), где финансовые показатели дополняются показателями клиентов (участников внешнеэкономической деятельности), внутренних процессов и развития персонала, эффектов для внешней среды.

Такая оценка должна быть привязана к измерению уровня цифровой зрелости: для начальных уровней – фокус на базовой автоматизации и стабильности процессов; для продвинутых – на оптимизации, адаптивности и инновациях.

Таким образом, процесс оценки эффектов от цифровизации должен демонстрировать применение технологий и продвинутых подходов. Большие данные и сложные вычисления должны быть использованы прежде всего в оценке планируемых результатов, эффектов от предполагаемых инноваций для построения комплексных многокомпонентных динамичных моделей оценки эффективности, результативности для принятия решений.

Заключение

В результате исследования сформированы методологические основы оценки влияния цифровизации на администрирование федеральных таможенных доходов, опирающиеся на обобщение российского и зарубежного опыта и учитывающие современные парадигмы цифровой трансформации государственного управления. Подтверждено, что зарубежная практика, в т.ч. в рамках подходов ВТамО, демонстрирует значимый фискальный эффект от внедрения передовых технологий, что обосновывает целесообразность их системного применения и в российской практике. Определен понятийный аппарат (эффект, эффективность, результативность, цифровая трансформация применительно к таможенному администрированию), а также предложен методологический базис оценки, учитывающий ключевые факторы и допущения: уровень экономического развития, стадию цифровой зрелости ведомства, мультипликативный характер технологических решений и необходимость учета сопутствующих рисков. Обоснована многоуровневая модель оценки, включающая: микроуровень, многокритериальный уровень и макроуровень. Обосновано, что данная модель концептуально согласуется с механизмом измерения эффективности ВТамО и сбалансированной системой показателей, обеспечивая интеграцию финансовых и нефинансовых метрик.

Предложены рекомендации по адаптации инструментов оценки в деятельности ФТС России, предусматривающие поэтапное внедрение методики с привязкой к уровням цифровой зрелости ведомства и действующим KPI, включая показатели PMM. Реализация предложенного подхода позволит повысить обоснованность управленческих решений, эффективность администрирования федеральных таможенных доходов в рамках реализации национальной цели цифровой трансформации государственного управления, экономики и социальной сферы.

^{^[1]} The OECD Going Digital Measurement Roadmap. 2026. [Электронный ресурс] // Официальный сайт OECD. URL: https://www.oecd.org/en/publications/the-oecd-going-digital-measurement-roadmap-2026_b455e132-en/full-report/component-3.html

^{^[2]} Стратегия развития таможенной службы Российской Федерации до 2030 года. [Электронный ресурс] // Официальный̆ сайт ФТС России. URL: https://customs.gov.ru/activity/programmy-razvitiya/strategiya-razvitiya-fts-rossii-do-2030-goda (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[3]} Digital Transformation of Tax and Customs Administrations. 2022. World Bank Group. [Электронный ресурс] // Официальный сайт World Bank. URL: https://documents1.worldbank.org/curated/en/099448206302236597/pdf/IDU0e1ffd10c0c208047a30926c08259ec3064e4.pdf (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[4]} WCO/WTO Study Report on Disruptive Technologies. 2022. [Электронный ресурс] // Официальный сайт WTO. URL: https://www.wto.org/english/res_e/booksp_e/wco-wto_e.pdf (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[5]} Обзор «Передовые цифровые технологии, реализуемые в сфере внешнеэкономической деятельности…» [Электронный ресурс] // Официальный сайт Евразийской экономической комиссии. URL: https://eec.eaeunion.org/upload/medialibrary/64f/2023_11_16_Obzor.pdf (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[6]} Results of the WCO Smart Customs Survey. 2024. WCO. [Электронный ресурс] // Официальный сайт WCO. URL: https://www.wcoomd.org/-/media/wco/public/global/pdf/topics/facilitation/activities-and-programmes/smart-customs/smart-customs_public_report_en.pdf?db=web (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[7]} Results of the WCO Smart Customs Survey. 2024. WCO. [Электронный ресурс] // Официальный сайт WCO. URL: https://www.wcoomd.org/-/media/wco/public/global/pdf/topics/facilitation/activities-and-programmes/smart-customs/smart-customs_public_report_en.pdf?db=web (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[8]} WCO Performance Measurement Mechanism. WCO. [Электронный ресурс] // Официальный сайт WCO. URL: https://www.wcoomd.org/en/topics/capacity-building/instrument-and-tools/pmm.aspx (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[9]} Там же.

^{^[10]} Detailed list of KPIs PMM. WCO. v.1. 200 p. WCO. [Электронный ресурс] // Официальный сайт WCO. URL: https://www.wcoomd.org/-/media/wco/public/global/pdf/topics/capacity-building/instruments-and-tools/pmm/kpis-for-the-pmm-v1.pdf?la=en (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[11]} Results of the WCO Smart Customs Survey. 2024. WCO. [Электронный ресурс] // Официальный сайт WCO. URL: https://www.wcoomd.org/-/media/wco/public/global/pdf/topics/facilitation/activities-and-programmes/smart-customs/smart-customs_public_report_en.pdf?db=web (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[12]} THE ROLE OF ADVANCED TECHNOLOGIES IN CROSS-BORDER TRADE: A CUSTOMS PERSPECTIVE. WTO, WCO. 2022. 55 p. [Электронный ресурс] // Официальный сайт WCO. URL:https://www.wcoomd.org/-/media/wco/public/global/pdf/topics/facilitation/instruments-and-tools/tools/wco-wto-paper/role-of-advanced-tech_en.pdf?la=en (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[13]} Там же.

^{^[14]} Приказ ФТС России от 28.12.2022 № 1080 «Об утверждении показателей результативности деятельности и показателей эффективности деятельности региональных таможенных управлений и таможен» [Электронный ресурс] // Официальный сайт Альта. URL: https://www.alta.ru/tamdoc/22pr1080/ (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[15]} WCO Performance Measurement Mechanism. WCO. [Электронный ресурс] // Официальный сайт WCO. URL: https://www.wcoomd.org/en/topics/capacity-building/instrument-and-tools/pmm.aspx (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[16]} Detailed list of KPIs PMM. WCO. v.1. 200 p. WCO. [Электронный ресурс] // Официальный сайт WCO. URL: https://www.wcoomd.org/-/media/wco/public/global/pdf/topics/capacity-building/instruments-and-tools/pmm/kpis-for-the-pmm-v1.pdf?la=en (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[17]} Более подробно данная модель будет представлена в следующей публикации.

^{^[18]} Экономисты ожидают эффекта в 423 млрд рублей от внедрения цифрового рубля. [Электронный ресурс] // Официальный сайт Ведомости. URL: https://www.vedomosti.ru/economics/articles/2026/07/13/1213079-ekonomisti-ozhidayut-effekta (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[19]} Digital Transformation of Tax and Customs Administrations. 2022. World Bank Group. [Электронный ресурс] // Официальный сайт World Bank. URL: https://documents1.worldbank.org/curated/en/099448206302236597/pdf/IDU0e1ffd10c0c208047a30926c08259ec3064e4.pdf (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[20]} Is that AI agent worth it? Agentic economics and the modern operating model. McKinsey Quarterly. 2026. [Электронный ресурс] // Официальный сайт McKinsey. URL: https://www.mckinsey.com/capabilities/quantumblack/our-insights/is-that-ai-agent-worth-it-agentic-economics-and-the-modern-operating-model (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[21]} Digital Dividends Walking the Walk. 2016. [Электронный ресурс] // Официальный сайт World Bank.. URL: http://hdl.handle.net/10986/23802 (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[22]} Национальный индекс развития цифровой экономики: Пилотная реализация. М., Госкорпорация «Росатом», 2018. — 92 с. [Электронный ресурс] // https://elibrary.ru/item.asp?id=37222832 (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[23]} Индекс «цифровая Россия». Сколково, 2018. [Электронный ресурс] // Официальный сайт Сколково. URL: https://sk.skolkovo.ru/storage/file_storage/00436d13-c75c-46cf-9e78-89375a6b4918/SKOLKOVO_Digital_Russia_Report_Full_2019-04_ru.pdf (дата обращения: 29.07.2026).

^{^[24]} Detailed list of KPIs. [Электронный ресурс] // Официальный сайт WCO. https://www.wcoomd.org/-/media/wco/public/global/pdf/topics/capacity-building/instruments-and-tools/pmm/kpis-for-the-pmm-v1.pdf?la=en (дата обращения: 29.07.2026).

Источники:

1. Атаманчук Г.В. Управление: сущность, ценность, эффективность. / учебное пособие для вузов. - М.: Академический проект; Культура, 2006.
2. Бачурин А. В. Интенсификация и эффективность. - М.: Экономика, 1985.
3. Гупанова Ю. Е. Методические аспекты формирования сбалансированной оценки качества таможенных услуг: сборник трудов конференции // Общество и наука: векторы развития: материалы Всерос. науч.-практ. конф. (Чебоксары, 18 дек. 2020 г.) / редкол.: О. Н. Широков [и др.]. – Чебоксары: Центр научного сотрудничества «Интерактив плюс». Чебоксары, 2020. – c. 131–135.
4. Гудкова Т. В., Пороховский А. А., Лапидус Л. В. Новые научные парадигмы и методология экосистемного подхода к трансформации фирмы в условиях цифровой экономики // Российский экономический журнал. – 2026. – № 1. – c. 21–42.
5. Демидов А. Ю. Эффективность и результативность деятельности органов исполнительной власти // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. – 2009. – № 15. – c. 45-51.
6. Добролюбова Е. И. Методические подходы к оценке выгод от цифровизации государственного управления для граждан // Вопросы управления. – 2019. – № 5. – c. 51-62.
7. Добролюбова Е. И. Оценка качества государственного управления в России и других крупных экономиках мира // Государственная служба. – 2021. – № 1. – c. 19-27.
8. Добролюбова Е. И., Южаков В. Н., Старостина А. Н. Цифровая трансформация государственного управления: оценка результативности и эффективности. - М.: Издательский дом Дело РАНХиГС, 2021. – 234 c.
9. Добролюбова Е. И., Южаков В. Н., Старостина А. Н. Оценка качества государственного управления: обоснованность, результативность, эффективность. - М.: Издательский дом Дело РАНХиГС, 2021. – 283 c.
10. Кадырова Г. М., Еремин С. Г., Галкин А. И. Эффективность и результативность деятельности органов власти. / учебник и практикум для вузов. - М.: Издательство Юрайт, 2025. – 247 c.
11. Ларичев А. А., Тагиев Э. С. Влияние цифровых инструментов на эффективность и результативность публичной власти // Вестник Санкт-Петербургского университета. Право. – 2024. – № 4. – c. 934–948.
12. Макрусев В. В., Любкина Е. О. Методический инструментарий оценки качества таможенных услуг // Инновационное развитие экономики. – 2021. – № 2–3. – c. 163–179.
13. Никулкина И. В., Иванущенко А. В. Повышение гибкости системы администрирования таможенных доходов на основе agility-подхода: методологический аспект // Креативная экономика. – 2025. – № 9. – c. 2243-2262. – doi: 10.18334/ce.19.9.123756.
14. Никулкина И. В., Канат А. М. Цифровое администрирование налога на добавленную стоимость в России и Казахстане // Экономика, предпринимательство и право. – 2026. – № 5. – c. 3559-3576. – doi: 10.18334/epp.16.5.125965.
15. Романова Д.Е. Методика оценки качества таможенных услуг в условиях клиентоцентричности // Вестник Российской таможенной академии. – 2023. – № 1. – c. 111-122. – doi: 10.54048/20727240_2023_01_111.
16. Смирнова Е. Е. Оценка эффективности деятельности налоговых органов в условиях цифровизации экономики // Экономика. Налоги. Право. – 2018. – № 2. – c. 149–154. – doi: 10.26794/1999-849X-2018-11-2-149-154.
17. Ершова Т. В., Лапидус Л. В. Цифровая трансформация для укрепления экономического потенциала страны и улучшения качества жизни людей // Региональное измерение цифровой трансформации и междисциплинарной секции Социально-экономическое воздействие цифровой трансформации: М.: Научно-образовательный центр компетенций в области цифровой экономики МГУ имени М. В. Ломоносова, 2019. — 70 с. Тезисы доклада. Л. В. Лапидус. Анализ методик оценки уровня цифровизации через призму приоритетности для развития российских регионов. Москва, 2019. – c. 70.
18. Южаков В. Н. Инициативный проект закона об обеспечении качества государственного управления. - М.: Издательский дом Дело РАНХиГС, 2020.
19. Acemoglu D. The simple macroeconomics of AI // Economic Policy. – 2024. – № 121. – p. 13–58. – doi: 10.1093/epolic/eiae042.
20. Jones C. I. (2025). How much should we spend to reduce existential AI risk?. Stanford University working paper. [Электронный ресурс]. URL: https://web.stanford.edu/~chadj/reduce_xrisk.pdf (дата обращения: 29.07.2026).
21. Judith Chevalier The Economics of Transformative AI. University of Chicago Press, 2025. «How much should we spend to reduce AI’s existential risk?». National Bureau of Economic Research. [Электронный ресурс]. URL: https://www.nber.org/books-and-chapters/economics-transformative-ai/comment-how-much-should-we-spend-reduce-ais-existential-risk-chevalier (дата обращения: 29.07.2026).
22. Junquera-Varela R. F., Awasthi R., Balabushko O., Nurshaikova A. (2019). Thinking Strategically about Revenue Administration Reform: The Creation of Integrated, Autonomous Revenue Bodies. Governance Discussion Paper, No. 4. World Bank. [Электронный ресурс]. URL: https://openknowledge.worldbank.org/entities/publication/23dbaf7b-5757-54d6-a7c4-b6e211a4c273 (дата обращения: 29.07.2026).
23. Kaplan R., Norton D. Using the Balanced Scorecard as a Strategic Management System // Harvard Business Review. – 2007. – № 7. – p. 2-14.
24. [Электронный ресурс].
24. Kochanova A., Hasnain Z., Larson B. (2020). Does E-Government Improve Government Capacity? Evidence from Tax Compliance Costs, Tax Revenue, and Public Procurement Competitiveness. The World Bank Economic Review, 34(1), 101–120. [Электронный ресурс]. URL: https://documents1.worldbank.org/curated/en/933231624515109819/pdf/Does-E-Government-Improve-Government-Capacity-Evidence-from-Tax-Compliance-Costs-Tax-Revenue-and-Public-Procurement-Competitiveness.pdf (дата обращения: 29.07.2026)
25. Kuzminov Y., Kruchinskaia E. Efficiency Assessment of the Artificial Intelligence Market: Exploring the Limits // Foresight and STI Governance. – 2025. – № 4. – p. 6-16. – doi: 10.17323/fstig.2025.29079.
26. Omar M. Shubailat, Murad Ali Ahmad Al-Zaqeba, Aziz Madi, Khairil Faizal Khairi Investigation the effect of digital taxation and digital accounting on customs efficiency and port sustainability // International Journal of Data and Network Science. – 2024. – № 8. – p. 61-68. – doi: 10.5267/j.ijdns.2023.10.017.
27. Stolterman E., Croon Fors A. (2004). Information Technology and the Good Life. In: Kaplan B. et al. (eds). Information Systems Research: Relevant Theory and Informed Practice. Boston: Kluwer Academic Publishers, pp. 687–692. DOI:10.1007/1-4020-8095-6_45

Страница обновлена: 25.08.2026 в 13:53:25

Assessment of the impact of digitalization on the administration of Federal Customs revenues: a methodological aspect

Ivanushchenko A.V., Nikulkina I.V.

Journal paper

Journal of Economics, Entrepreneurship and Law
Volume 16, Number 8 (August 2026)

Citation:

Abstract:
The innovative development of fiscal authorities is becoming particularly relevant in the new reality, which requires the development of new approaches to improving the efficiency of income administration through digital tools to achieve national development goals and ensure the country's economic security. The article aims to form a methodological framework for assessing the impact of digitalization on the administration of federal customs revenues based on Russian and foreign experience, as well as to develop recommendations for adapting assessment tools to Russian practice, taking into account new paradigms of digital transformation. As a result of the study, it was found that foreign digital"practice confirms that the effect of the introduction of advanced technologies is very tangible and significant for fiscal purposes of customs administration. The flagship experience of the World Customs Organization, the Performance Measurement Mechanism (PMM) of customs service competencies, is considered, which makes it possible to increase the efficiency of revenue collection and management. Methodological provisions for assessing the impact of digitalization are proposed. A methodological basis and conceptual framework are formed. The article identifies factors and key assumptions: the impact of the level of economic development, stages of digital maturity, multiplicative technological solutions and the need to take risks into account. The article proposes a multilevel assessment model, including a microlevel (impact on the fiscal function and performance indicators of the control task), a multi-criteria level (assessment of effects that do not have direct monetary expression) and macro-level (systemic economic and institutional consequences). The article provides proposals for the Federal Customs Service of Russia on the phased implementation of an assessment methodology based on the service's levels of digital maturity and taking into account the existing mechanism for evaluating the effectiveness of the World Customs Organization.

Keywords: digitalization, digital transformation, customs administration, fiscal function, assessment methodology, digital maturity, Performance Measurement Mechanism, performance indicators of customs authorities, balanced scorecard

JEL-classification: O33, L86, M15, H20, F13

References:

Acemoglu D. (2024). The simple macroeconomics of AI Economic Policy. 40 (121). 13–58. doi: 10.1093/epolic/eiae042.

Atamanchuk G.V. (2006). Management: essence, value, efficiency

Bachurin A. V. (1985). Intensification and effectiveness

Demidov A. Yu. (2009). Efficiency and effectiveness of executive authorities. National interests: priorities and security. (15). 45-51.

Dobrolyubova E. I. (2019). Methodological Approaches to Assessing the Benefits of Public Administration Digitalization for Citizens. Voprosy upravleniya. (5). 51-62.

Dobrolyubova E. I. (2021). Assessing the Quality of Public Administration in Russia and Other Large Economies of the World. Public service. (1). 19-27.

Dobrolyubova E. I., Yuzhakov V. N., Starostina A. N. (2021). Digital transformation of public administration: assessment of effectiveness and efficiency

Dobrolyubova E. I., Yuzhakov V. N., Starostina A. N. (2021). Public administration quality assessment: validity, effectiveness, efficiency

Ershova T. V., Lapidus L. V. (2019). Digital transformation to strengthen the country's economic potential and improve people's quality of life The regional dimension of digital transformation and the interdisciplinary section on the Socio-economic impact of digital transformation. 70.

Gudkova T. V., Porokhovskiy A. A., Lapidus L. V. (2026). New Scientific Paradigms and Methodology of the Ecosystem Approach to Company Transformation in the Digital Economy. Russian Economic Journal. (1). 21–42.

Gupanova Yu. E. (2020). Methodological aspects of the formation of a balanced assessment of the quality of customs services: proceedings of the conference Society and science: development vectors. 131–135.

Jones C. I. (2025). How much should we spend to reduce existential AI risk?Stanford University working paper. Retrieved July 29, 2026, from https://web.stanford.edu/~chadj/reduce_xrisk.pdf

Judith Chevalier The Economics of Transformative AI. University of Chicago Press, 2025. «How much should we spend to reduce AI’s existential risk?»National Bureau of Economic Research. Retrieved July 29, 2026, from https://www.nber.org/books-and-chapters/economics-transformative-ai/comment-how-much-should-we-spend-reduce-ais-existential-risk-chevalier

Junquera-Varela R. F., Awasthi R., Balabushko O., Nurshaikova A. (2019). Thinking Strategically about Revenue Administration Reform: The Creation of Integrated, Autonomous Revenue BodiesGovernance Discussion Paper, No. 4. World Bank. Retrieved July 29, 2026, from https://openknowledge.worldbank.org/entities/publication/23dbaf7b-5757-54d6-a7c4-b6e211a4c273

Kadyrova G. M., Eremin S. G., Galkin A. I. (2025). Efficiency and effectiveness of government activities

Kaplan R., Norton D. (2007). Using the Balanced Scorecard as a Strategic Management System Harvard Business Review. 85 (7). 2-14.

Kochanova A., Hasnain Z., Larson B. (2020). Does E-Government Improve Government Capacity? Evidence from Tax Compliance Costs, Tax Revenue, and Public Procurement Competitiveness. The World Bank Economic Review, 34(1), 101–120. [Elektronnyy resurs]. URL: https://documents1.worldbank.org/curated/en/933231624515109819/pdf/Does-E-Government-Improve-Government-Capacity-Evidence-from-Tax-Compliance-Costs-Tax-Revenue-and-Public-Procurement-Competitiveness.pdf (data obrascheniya: 29.07.2026)

Kuzminov Y., Kruchinskaia E. (2025). Efficiency Assessment of the Artificial Intelligence Market: Exploring the Limits Foresight and STI Governance. 19 (4). 6-16. doi: 10.17323/fstig.2025.29079.

Larichev A. A., Tagiev E. S. (2024). Impact of Digital Tools on the Efficiency and Effectiveness of Public Authorities. Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta. Pravo. 15 (4). 934–948.

Makrusev V. V., Lyubkina E. O. (2021). Methodological tools for assessing the quality of customs services. Innovative development of economy. (2–3). 163–179.

Nikulkina I. V., Ivanuschenko A. V. (2025). Increasing flexibility of the customs revenue administration system based on the agility approach: methodological aspect. Creative Economy. 19 (9). 2243-2262. doi: 10.18334/ce.19.9.123756.

Nikulkina I. V., Kanat A. M. (2026). Digital value added tax administration in Russia and Kazakhstan. Journal of Economics, Entrepreneurship and Law. 16 (5). 3559-3576. doi: 10.18334/epp.16.5.125965.

Omar M. Shubailat, Murad Ali Ahmad Al-Zaqeba, Aziz Madi, Khairil Faizal Khairi (2024). Investigation the effect of digital taxation and digital accounting on customs efficiency and port sustainability International Journal of Data and Network Science. (8). 61-68. doi: 10.5267/j.ijdns.2023.10.017.

Romanova D.E. (2023). Methodology for assessing the quality of customs services under conditions of sustomer sentricity. Head of Russian Customs Academy. (1). 111-122. doi: 10.54048/20727240_2023_01_111.

Smirnova E. E. (2018). Assessment of the Efficiency of Tax Authorities in the Time of Economy Digitalization. Economy. Taxes. Law. 11 (2). 149–154. doi: 10.26794/1999-849X-2018-11-2-149-154.

Stolterman E., Croon Fors A. (2004). Information Technology and the Good Life. In: Kaplan B. et al. (eds). Information Systems Research: Relevant Theory and Informed Practice. Boston: Kluwer Academic Publishers, pp. 687–692. DOI:10.1007/1-4020-8095-6_45

Yuzhakov V. N. (2020). Initiative draft law on quality assurance of public administration

Подробнее об авторах:

Assessment of the impact of digitalization on the administration of Federal Customs revenues: a methodological aspect