Инструментарий реализации стратегии аграрно ориентированного развития сельских территорий: проектные модели, адаптивный механизм и замкнутый цикл управления
Юрова П.Н.1 
1 Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации, Липецкий филиал, Липецк, Россия
Статья в журнале
Экономика, предпринимательство и право (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку
Том 16, Номер 4 (Апрель 2026)
Аннотация:
Современное состояние сельских территорий РФ характеризуется депопуляцией, снижением аграрной активности и фрагментарностью управленческих решений. В условиях санкционного давления и необходимости обеспечения продовольственной безопасности именно аграрно ориентированное развитие сельских территорий становится императивом региональной политики. Таким образом, в статье решается проблема неэффективности существующей парадигмы управления, при которой разделение производственной и социальной сфер не позволяет транслировать экономический рост аграрного сектора в устойчивое социально-демографическое развитие сельских территорий.
В результате автором разработана и обоснована методика оценки готовности территорий к агарно ориентированному развитию на базе композитного показателя динамической эффективности (Iэфф). Предложена система иерархии целей и измеримых индикаторов, а также матрица сквозных аспектов стратегии агарарно ориентированного развития для дифференцированных групп территорий.
Ключевые слова: аграрно ориентированное развитие сельских территорий, типизация сельских территорий, композитный показатель динамической эффективности, дифференцированные приоритеты
JEL-классификация: Q13, Q17, Q18
Введение
Современное состояние сельских территорий Российской Федерации характеризуется наличием системных дисфункций, в числе которых устойчивая депопуляция, деградация социальной и инженерной инфраструктуры, а также нарастающий разрыв в уровне и качестве жизни между городом и селом. В то же время агропромышленный комплекс демонстрирует устойчивые экономические успехи, с другой стороны, эти экономические достижения не конвертируются в социальное развитие сельских территорий.
Таким образом, актуальность темы исследования обусловлена наличием системного противоречия в современной парадигме управления сельскими территориями в РФ.
Гипотеза исследования состоит в предположении, что преодоление данного дисбаланса возможно путём перехода к новой парадигме – аграрно ориентированному развитию сельских территорий (АОРСТ), где развитие агропромышленного комплекса на базе дифференцированного подхода выступает системообразующим ядром социально-экономического воспроизводства села.
Отметим, что вопрос теоретико-методического обеспечения устойчивого развития сельских территорий волновал многих ученых–экономистов, фундаментальные и прикладные исследования которых внесли весомый вклад в исследование данной проблемы. Так, работы Р.Х. Адукова [2, c. 132-140], А.В. Петрикова [6, c. 115-123], О.Ю. Смысловой [7, c. 47-57], Е.В. Стовба [9, c. 20-27], Н.С. Тимофеевой [11, c. 78-84], А.В. Цветных [12, c. 280-288], В.Л. Тамбовцева [10, c. 20-34] в полной мере отражают необходимость стратегического управления развитием сельских территорий.
Отметим также ряд трудов, в которых раскрывается проблема оценки эффективности и использования аграрного потенциала сельских территорий. (Р.Ф. Гатауллин [3, c. 150-157], Н.Ю. Кузичева [5, c. 20-24]), а также вопросы дифференциации сельских территорий в процессе управления их развитием (Т.Т. Авдеева [1, c. 192-200], Э.А. Калафатов [4, c. 233-239]).
Однако, несмотря на значительный объем исследований и реализацию ряда государственных программ (Государственная программа «Комплексное развитие сельских территорий», Государственная программа развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия), сохраняется фрагментарность управленческих решений, отсутствие единого стратегического контура, ориентированной на аграрную специализацию как базовый драйвер сельской экономики. Кроме того, массовое тиражирование «универсальных» стратегий развития, как показывает практика, приводит к неэффективному расходованию бюджетных средств, усилению межтерриториальных диспропорций, что обуславливает необходимость внедрения дифференцированного подхода при разработке стратегических проектных моделей, учитывающих реальную готовность конкретных сельских муниципалитетов к реализации стратегии аграрно ориентированного развития.
Важно отметить, что дифференциация стратегических приоритетов для объектов управления на базе аграрно ориентированного подхода не должна вести к их изоляции и конкуренции за ресурсы, а напротив, создавать условия для межтерриториального взаимодействия, порождая синергетический эффект.
Таким образом целью исследования является разработка и обоснование теоретико-методического подхода к формированию дифференцированных стратегических приоритетов в рамках реализации стратегии аграрно ориентированного развития сельских территорий.
Для достижения поставленной цели в исследовании решены следующие задачи:
-Обоснована необходимость перехода от унифицированного к дифференцированному подходу в реализации стратегии аграрно ориентированного развития сельских территорий.
-Разработана методика типизации сельских территорий по уровню готовности к аграрно ориентированному развитию на основе композитного показателя динамической эффективности (Iэфф).
-Предложена иерархия целей и измеримых индикаторов для каждой из трёх групп территорий, что обеспечивает конкретизацию стратегических приоритетов.
-Сформирована матрица сквозных (горизонтальных) аспектов стратегии агарарно ориентированного развития сельских территорий.
Методология исследования базируется на системно-функциональном подходе, который позволяет рассматривать сельские территории не изолированно, а как элементы единой аграрно-экологической системы региона. Исследование ориентировано на преодоление фрагментарности управленческих решений и переход от унифицированных стратегий к дифференцированному управлению, учитывающему реальную готовность конкретных территорий к аграрно ориентированному развитию. В качестве основного направления развития исследования принята логика последовательной типологизации: от идентификации факторов аграрного потенциала – к оценке динамической эффективности – к группировке территорий – и далее к формированию адаптированных стратегических приоритетов и инструментов.
Аналитические инструменты, определяемые методологией, включают: корреляционный анализ для отбора значимых факторов, диагностику мультиколлинеарности, агрегирование частных показателей в групповые и интегральные индексы с учётом тесноты связей между ними, а также интервальное шкалирование для классификации уровней готовности.
Результаты и обсуждение
Для достижения ключевой цели стратегии аграрно ориентированного развития сельских территорий, которая заключается в обеспечении устойчивого роста аграрного производства на основе повышения эффективности использования имеющегося аграрного потенциала, нами предложена авторская методика дифференциальной оценки готовности сельских территорий к агаррно ориентированному развитию, позволяющая провести их классификацию для последующего формирования дифференцированных стратегических подходов.
Отметим, что существующие подходы к оценке аграрного потенциала, как правило, фокусируются на анализе текущих результатов (валовой продукции, урожайности), что является скорее оценкой сложившегося уровня развития, а не потенциала к качественному скачку в рамках новой стратегии. Настоящая методика исходит из того, что готовность территории к аграрно ориентированному развитию определяется не только текущим объемом производства, но, в первую очередь, наличием и состоянием предпосылок для устойчивого, интенсивного роста, лежащих в разных сферах.
В качестве концептуальной основы нами принята система из пяти взаимосвязанных блоков основных факторов, наиболее полно формирующих «пространство возможностей» для АОРСТ:
1. Производственно-технологический блок: отражает текущую мощность, оснащенность и технологический уровень агропроизводства (фонды, техника, кадры).
2. Инфраструктурно-логистический блок: определяет способность территории обеспечивать производственный процесс и интегрироваться в рынки (транспорт, коммуникации, состояние фондов).
3. Природно-ресурсный блок: характеризует базовую природно-ресурсную обеспеченность и эффективность использования земельного потенциала.
4. Инвестиционно-финансовый блок: отражает финансовую устойчивость сектора, инвестиционную активность и привлекательность для капитала.
5. Результативно-целевой блок: аккумулирует итоговые показатели реализации аграрного потенциала, выступая интегральной характеристикой эффективности функционирования всей системы.
Отметим, что в отличие от классических подходов к оценке аграрного потенциала территории, где результативным признаком выступает валовой объем производства (y), в разработанной нами методике предлагается использовать композитный показатель динамической эффективности (Iэфф). В качестве него будет выступать интегральный индекс, учитывающий не только объем производства сельскохозяйственной продукции, но и его прирост, и эффективность использования ресурсов, а именно показатель землеемкости в стоимостном выражении. Таким образом, композитный показатель динамической эффективности можно определить по формуле (1):
(1)
где w – весовые коэффициенты;
norm() – функция нормализации показателя;
V – объем производства сельскохозяйственной продукции (в стоимостном выражении), млн. руб.;
∆V – темп прироста объема производства сельскохозяйственной продукции (в стоимостном выражении) в текущем периоде по сравнению с предыдущим;
E – показатель землеемкости в стоимостном выражении, руб./га.
Представленный подход позволяет выделять не просто сельские территории с большим объемом производства сельхоз продукции и высоким темпом его прироста, но и с высокой интенсивностью и эффективностью агропроизводства, что в большей степени соответствует концепции «готовности к аграрно ориентированному развитию».
Важным аспектом расчёта интегрального индекса ( 
)
является определение весовых коэффициентов 
для
показателей V, ∆V и E
соответственно, исходя из их значимости. По нашему мнению, наиболее
сбалансированным является распределение, представленное далее в таблице 1.
Таблица 1 – Распределение весовых коэффициентов по степени их значимости для результативного показателя
|
|
w1
|
w2
|
w3
|
|
Распределение весовых коэффициентов по степени их значимости,
%
|
0,4
|
0,3
|
0,3
|
Согласно таблице 1, объему производства (V) отдается главная, но
не подавляющая роль. Росту (ΔV) и эффективности (E) присвоен равный
существенный вес. Данный вариант является наиболее универсальным для
комплексной оценки готовности территорий к аграрно ориентированному развитию и
не перегружает интегральный индекс ( ) ни
объёмом производства, ни статичной эффективностью, отражая сбалансированное
влияние всех трёх аспектов.
Далее на
рисунке 1 нами предложен последовательный девятиэтапный процесс применения
методики оценки готовности сельских территорий к аграрно ориентированному
развитию.
Рисунок 1 - Процесс применения методики оценки готовности сельских территорий к аграрно ориентированному развитию
Рассмотрим предложенную методику определения уровня готовности сельских территорий (по районам) к аграрно ориентированному развитию более детально.
1. Идентификация результативного признака, а именно
композитного показателя динамической эффективности. Обозначим признак как 
, а его значение в
период времени t как 
(k – номер
территории). Для удобства дальнейшего изложения и сохранения традиционных
обозначений в формулах статистического анализа, под результативным признаком y
понимается рассчитанный интегральный индекс динамической эффективности ."
2. Идентификация
факторных признаков 
( 
). Отметим, что формирование
состава факторов следует осуществлялось с учетом следующих требований:
-показатели должны отражать основные аспекты аграрного потенциала (производственно-технологический, инфраструктурный, природно-ресурсный и инвестиционно-финансовый блоки);
-отбор должен опираться на анализ актуальной научной литературы по проблеме исследования, что позволит включить показатели, признанные значимыми в исследованиях аграрного потенциала АПК и развития сельских территорий.
3. Группировка факторов в
укрупненные группы: (производственно-технологические; инфраструктурно-логистические;
природно-ресурсные; инвестиционно-финансовые). Обозначим такие факторы как 
( 
).
4. Отбор
факторов, характеризующих потенциал территорий и оказывающих существенное
влияние на результативный признак. С этой целью осуществляется процедура
корреляционного анализа, где оцениваются парные коэффициенты корреляции между
результативным признаком и фактором ( ), как показано в формуле (2):
, (2)
где
– парный
коэффициент корреляции между результативным признаком 
и факторным
признаком 
;
– фактическое
значение результативного признака ;
– фактическое
значение факторного признака ;
– среднее
значение результативного признака ;
– среднее
значение факторного признака ;
– номер
территории ( 
);
– время ( 
).
Для
оценки значимости коэффициента корреляции традиционно используется t-статистика (t-критерий
Стьюдента [50]). Проверяется нулевая гипотеза, что парный коэффициент
корреляции равен нулю 
().
Вычисляется наблюдаемое значение (расчетное) значение t-критерия, которое можно определить по формуле (3):
, (3)
где
– критическое
(табличное) значение критерия Стьюдента для уровня значимости 
(обычно
принимается равным 0,05 или 0,01) и числа степеней свободы 
.
Гипотеза
отвергается в
случае, если выполняется условие (3). Тогда можно утверждать, что между 
и имеется тесная
статистическая связь.
5. Определяются
и оцениваются парные коэффициенты корреляции между факторами внутри группы.
Если между двумя факторами имеется тесная статистическая связь, то из пары
факторов исключается фактор с меньшим значением 
. Данный этап осуществляется с
целью устранения возможного наличия мультиколлинеарности факторов (приводит к
увеличению стандартных ошибок в случае построения моделей регрессии между
факторными и результативным признаками) или их избыточности (характеризуют одно
и то же условие, явление или процесс). Для диагностики мультиколлинеарности используется расчет фактора
инфляции дисперсии (VIF), критическое значение которого принимается равным 10.
6. Нормализация признаков. Отобранные факторные признаки нормализуются и приводятся к шкале от 0 до 1 (диапазонное шкалирование) по формуле (4) []:
, (4)
где
, 
–максимальное и
минимальное значения фактора соответственно.
С помощью такой процедуры обеспечивается сравнимость факторов и устраняется эффект масштаба.
7. Для каждой из групп рассчитывается интегральный фактор по формуле (5):
, (5)
где
– значение
интегрального фактора для территории k и периода времени t, включенный в i группу факторов;
, 
– нормализованные
факторы группы i;
– парный
коэффициент корреляции между 
и 
, который
определяется по формуле (2.1);
– число факторов 
группы.
Данный метод агрегирования позволяет рассчитать интегральный фактор группы, учитывая не только значения самих показателей, но и тесноту связей между ними. Это минимизирует эффект мультиколлинеарности, когда несколько факторов, по сути, измеряют одно и то же явление, и их простое суммирование исказило бы итоговую оценку
8. Определяется интегральный фактор для территории в целом по аналогичной схеме (этап 7), только вместо частных факторов в формулу (5) подставляются интегральные факторы по группе как показано в формуле (6):
. (6)
9. Для оценки уровня готовности к аграрно ориентированному развитию шкалу [0; 1] можно разделить на 3 класса (таблица 13), в соответствии теорией шкалирования [104].
Длина интервалов h определяется по формуле (7):
. (7)
Тогда с точностью до третьего знака можно сформировать следующие классы готовности, в которые в зависимости от значений нормализованных факторов могут попасть рассматриваемые территории (таблица 2).
Таблица 2 – Классы готовности территорий к аграрно
ориентированному развитию
|
Номер класса
|
Название класса
|
Интервал
|
|
1
|
Низкая
|
[0;
0,333]
|
|
2
|
Средняя
|
[0,333; 0,667)
|
|
3
|
Высокая
|
[0,667; 1,000]
|
Таким образом, разработанная методика позволяет, во-первых, оценить потенциал сельских территорий, а во-вторых, провести сравнительную оценку конкретных районов (муниципальных образований) с точки зрения их готовности к аграрно ориентированному развитию. Результатом диагностики выступает отнесение сельской территории к одному из трех уровней готовности к аграрно ориентированному развитию, а именно низкому, среднему или высокому. Данная градация служит основанием для последующей разработки стратегии, которая, при сохранении унифицированных концептуальных подходов, характерных для каждого из выделенных уровней, должна учитывать специфику локальных условий и региональный контекст.
Далее для каждой из трех групп территорий (полученных в результате реализации авторской методики оценки уровня готовности территорий к агарно ориентированному развитию) следует сформировать уникальный набор целей и измеряемых результатов, которые в последствии лягут в основу формирования адаптивного организационно-управленческого блока реализации стратегии аграрно ориентированного развития. Важно отметить, тот факт, что определяемые цели и целевые индикаторы должны быть измеримыми, достижимыми и привязанными ко времени (SMART-подход) (таблица 3).
Таблица 3 – Иерархия целей и измеримых индикаторов для трех уровней готовности территорий к аграрно ориентированному развитию
|
Уровень
готовности
|
Стратегические
цели (пример)
|
Целевые
индикаторы
|
|
Высокий
|
Лидерство
и экспансия.
Формирование центров компетенций, создание высокомаржинальных продуктов, выход на экспортные и премиальные рынки, развитие инноваций (AgriTech). |
1.
Объем экспорта сельхозпродукции и продовольствия с территории.
2. Объем привлеченных частных инвестиций (в т.ч. венчурных).
3. Количество внедренных инновационных решений/патентов.
4. Создание новых рабочих мест в высокотехнологичных сегментах АПК
(логистика, биотех, digital).
|
|
Средний
|
Интеграция
и модернизация.
Повышение производительности труда, рост глубины переработки, интеграция в региональные и национальные цепочки создания стоимости. |
1.
Рост производительности труда в АПК территории (руб./чел.).
2. Рост доли переработанной продукции в общем объеме производства.
3. Объем контрактного производства с якорными предприятиями или
кооперативами.
4. Прирост площади, охваченной современными агротехнологиями (капельное
орошение, точное земледелие).
|
|
Низкий
|
Фундаментальное
развитие.
Вовлечение в агропроизводство, создание базовой инфраструктуры, обеспечение занятости и продовольственной безопасности на местном уровне. |
1.
Прирост числа новых/модернизированных фермерских хозяйств.
2. Количество построенных/отремонтированных объектов инфраструктуры (км дорог, мощности элеваторов, пунктов сбора). 3. Доля местной продукции в товарных ресурсах района. 4. Снижение уровня безработицы в сельской местности. |
Представленная в таблице 3 система целеполагания является типологической и динамической. Конкретные цели и целевые индикаторы для каждой отдельной территории (района) должны уточняться и адаптироваться с учётом её уникальной специфики, даже в рамках одного общего уровня готовности.
Реализация дифференцированных подходов требует также интеграции сквозных (горизонтальных) аспектов, таких как цифровизация, экологизация и кадровое обеспечение, которые пронизывают все блоки стратегии аграрно ориентированного развития сельских территорий (целевой, инструментальный и управленческий). Их конкретное наполнение должно быть адаптировано к функциям и уровню готовности каждой группы территорий. Матрица такой адаптации представлена в таблице 4.
Таблица 20 – Матрица сквозных аспектов стратегии АОРСТ для дифференцированных групп территорий
|
Аспект
|
Группа
I
(Высокий уровень) |
Группа
II
(Средний уровень) |
Группа
III
(Низкий уровень) |
|
Цифровизация
|
Роль:
генератор и экспортер цифровых решений.
Фокус: НИОКР в AgriTech, платформы управления цепочками поставок, big
data-аналитика, сквозные цифровые модели для цикла «поле-прилавок».
|
Роль:
адаптер и полигон для масштабирования.
Фокус: модульные IoT-решения (мониторинг урожая и почв), цифровые
карты полей, автоматизация учета в кооперативах. Задача состоит в снижении
транзакционных издержек и повышении управляемости.
|
Роль:
пользователь базовых цифровых сервисов.
Фокус: ликвидация цифрового неравенства (стабильный интернет, связь),
простые мобильные приложения для госуслуг, онлайн-консультаций (ветеринария,
агрономия), электронной торговли местной продукцией.
|
|
Экология
и климат
|
Роль:
флагман стандартов и инвестор в «зеленые» технологии.
Фокус: внедрение наилучших доступных технологий (НДТ), переход к
низкоуглеродному производству (биогаз), ESG-сертификация. Прямые инвестиции в
экосистемные услуги групп II и III (водоохранные проекты, карбоновые
полигоны).
|
Роль:
зона практической экологизации.
Фокус: ресурсосберегающие технологии (точное орошение), биологизация
земледелия, адаптация к локальным климатическим рискам. Участие в программах
«зеленого» финансирования (восстановление деградированных земель и др.).
|
Роль:
природный капитал и буфер климатических рисков.
Фокус: сохранение и восстановление экосистемных функций
(водорегулирование, биоразнообразие, генофонд). Монетизация через платежи за
экосистемные услуги от групп I и II.
|
|
Кадровое
обеспечение
|
Роль:
центр притяжения и подготовки кадров высшей квалификации.
Фокус: научно-образовательный кластер (специализированные
магистратуры, корпоративные университеты) в сфере цифровых технологий,
биоинженерии, агроменеджмента. Создание конкурентной социальной среды для
удержания талантов.
|
Роль:
база для специалистов среднего звена и адаптации технологий.
Фокус: модернизация системы СПО, подготовка технологов, механиков,
специалистов по точному земледелию, логистов. Стимулирование закрепления
молодых специалистов (жилье, соцпакеты в кооперативах и средних
предприятиях).
|
Роль:
источник кадрового потенциала и зона социальной стабильности.
Фокус: предотвращение депопуляции через поддержку локальной занятости
(экотуризм, лесное хозяйство, народные промыслы), развитие удаленной
занятости (при наличии цифровой инфраструктуры). Программы возвращения
молодежи для ведения традиционного, но технологически оснащенного хозяйства.
|
Данные таблицы 4 демонстрируют, что эффективность сквозных факторов развития критически зависит от их контекстуальной адаптации к уровню готовности территории к агаррно ориентированному развитию. По нашему мнению, попытка универсального применения единых инструментов в данных сферах приводит к системным диспропорциям: в цифровизации – к углублению технологического разрыва; в экологизации – к конфликту экономических и природоохранных целей; в кадровой политике – к усилению миграционного оттока с периферии.
Важно также отметить, что эффективность стратегии зависит не столько от самого факта применения цифровых инструментов, экологических практик или кадровых механизмов, сколько от того, насколько точно эти инструменты подобраны под функции и потенциал каждой территориальной группы.
В результате, реализации стратегии аграрно ориентированного развития сельских территорий регион трансформируется в единую взаимосвязанную аграрно-экологическую систему, где на базе выстроенных стратегических приоритетов:
- территории с высоким уровнем готовности к агарно ориентированному развитию (I) выступают двигателем инноваций и генератором спроса;
- территории со средним уровнем готовности (территории роста) (II) служат стабильной сырьевой и технологической базой;
- территории с низким уровнем готовности (экологические территории) (III) выполняют роль стратегических поставщиков устойчивости, идентичности и качества жизни.
Подобное взаимодействие создает предпосылки для сокращения межтерриториальных разрывов и формирования региональной добавленной стоимости, недостижимой при изолированном развитии каждой группы.
Таким образом, стратегия АОРСТ представляет собой единую адаптивную экосистему регионального развития. Дифференциация приоритетов и инструментов выступает здесь механизмом управления разнообразием, конечная цель которого состоит в достижении устойчивого и сбалансированного роста территорий через создание условий для их последовательной эволюции и синергетического взаимодействия.
Заключение
В настоящем исследовании автором решена научная задача теоретико-методического обоснования реализации стратегии аграрно ориентированного развития в части переход от унифицированных мер поддержки к дифференцированному управлению на основе типизации сельских муниципалитетов по уровню готовности к аграрному развитию.
К основным научным результатам, полученным автором относятся следующие:
- Обоснован перехода от унифицированного к дифференцированному подходу в реализации стратегии аграрно ориентированного развития сельских территорий, что позволило преодолеть методологическую проблему «усреднённого» подхода в государственной политике развития села.
- Разработана методика типизации сельских территорий по уровню готовности к аграрно ориентированному развитию на основе композитного показателя динамической эффективности (Iэфф), включающего объём производства, темп прироста и показатель землеёмкости. В результате выделены три типологические группы: высокий, средний и низкий уровень готовности.
- Предложена иерархия целей и измеримых индикаторов для каждой из трёх групп территорий, что обеспечивает конкретизацию стратегических приоритетов: лидерство и экспансия (высокий уровень), интеграция и модернизация (средний уровень), фундаментальное развитие (низкий уровень).
- Сформирована матрица сквозных (горизонтальных) аспектов стратегии аграрно ориентированного развития сельских территорий с адаптацией их содержания под функции и уровень готовности каждой группы территорий.
Таким образом, предложенный в статье теоретико-методический подход, объединяющий типизацию сельских территорий на основе композитного показателя динамической эффективности, дифференцированную систему целей и индикаторов, а также матрицу сквозных аспектов, позволяет перейти от унифицированного управления к адаптивной стратегии аграрно ориентированного развития, превращающей межтерриториальные различия из источника диспропорций в ресурс синергетической кооперации. Практическая значимость работы заключается в создании верифицируемого инструментария для обоснования региональных приоритетов и проектных моделей, направленных на устойчивое социально-демографическое развитие сельских территорий на базе экономического роста аграрного сектора. Дальнейшие исследования предполагают эмпирическую апробацию разработанной методики на данных конкретных регионов с различными природно-климатическими и социально-экономическими условиями.
Источники:
2. Адуков Р.Х. Управление сельскими территориями: проблемы и направления совершенствования // Известия Кабардино-Балкарского научного центра РАН. – 2024. – № 2. – c. 132-140. – doi: 10.35330/1991-6639-2024-26-2-132-140.
3. Гатауллин Р.Ф., Галикеев Р.Н. Методические подходы к оценке эффективности использования аграрного потенциала территорий // Развитие регионов и предприятий в условиях глобализации: Материалы международной научно-практической конференции. Уфа, 2015. – c. 150-157.
4. Калафатов Э.А. Стратегия устойчивого развития сельских территорий, ориентированная на экономические интересы: методология разработки // Вестник Курской государственной сельскохозяйственной академии. – 2024. – № 1. – c. 233-239.
5. Кузичева Н.Ю., Шаляпина И.П. Ресурсный потенциал аграрного сектора экономики: теоретический аспект // Теория и практика мировой науки. – 2017. – № 5. – c. 20-24.
6. Петриков А.В. Приоритеты и механизмы социально-экономического развития российского села // Вестник Российской академии наук. – 2024. – № 2. – c. 115-123. – doi: 10.31857/S0869587324020049.
7. Самыгин Д.Ю., Барышников Н.Г., Иванов А.А. Стратегическое развитие агропродовольственного сектора: отраслевое и территориальное планирование. / Монография. - Москва: Русайнс, 2023. – 120 c.
8. Смыслова О.Ю. Развитие сельских территорий России: вызовы и стратегические направления для устойчивого роста // Вопросы отраслевой экономики. – 2025. – № 1(9). – c. 47-57. – doi: 10.24888/2949-2793-2025-9-47-57.
9. Старовойтов В.В., Голуб Ю.И. Нормализация данных в машинном обучении // Информатика. – 2021. – № 3. – c. 83-96. – doi: 10.37661/1816-0301-2021-18-383-96.
10. Стовба Е.В. Формирование стратегии устойчивого развития сельских территорий с позиций системного подхода // Экономические системы. – 2021. – № 2. – c. 20-27. – doi: 10.29030/2309-2076-2021-14-2-20-27.
11. Тамбовцев В.Л., Рождественская И.А. Механизмы реализации территориальных стратегий в институциональной теории стратегического планирования // Terra Economicus. – 2024. – № 1. – c. 20-34. – doi: 10.18522/2073-6606-2024-22-1-20-34.
12. Тимофеева Н.С. Стратегическое планирование устойчивого развития сельских территорий региона // Управление устойчивым развитием. – 2020. – № 3(28). – c. 78-84.
13. Цветцых А.В., Шевцова Н.В. Устойчивое развитие сельских территорий: сущность, факторы и критерии // Вестник Белгородского университета кооперации, экономики и права. – 2020. – № 2(81). – c. 280-288. – doi: 10.21295/2223-5639-2020-2-280-288.
Страница обновлена: 25.04.2026 в 19:06:08
Agrarian-oriented development strategy for rural areas: project models, adaptive mechanism and closed management cycle
Yurova P.N.Journal paper
Journal of Economics, Entrepreneurship and Law
Volume 16, Number 4 (April 2026)
Abstract:
Nowadays, rural areas in the Russian Federation are characterized by depopulation, a decrease in agricultural activity, and fragmented management decisions. Amid sanctions pressure and the need to ensure food security, it is the agrarian-oriented development of rural areas that is becoming an imperative of regional policy. Thus, the article discusses inefficiency of the existing management paradigm, in which the separation of industrial and social spheres does not allow translating the economic growth of the agricultural sector into sustainable socio-demographic development of rural areas.
As a result, the author develops a methodology for assessing the territory readiness for agrarian-oriented development based on a composite dynamic efficiency indicator and proposes a hierarchy of goals and measurable indicators, as well as a matrix of cross-cutting aspects of an agrarian-oriented development strategy for differentiated groups of territories.
Keywords: agrarian-oriented development of rural areas, typing of rural areas, composite indicator of dynamic efficiency, differentiated priorities
JEL-classification: Q13, Q17, Q18
References:
Adukov R.Kh. (2024). Rural Territories Management: Problems and Directions for Improvement. Izvestiya Kabardino-Balkarskogo nauchnogo tsentra RAN. 26 (2). 132-140. doi: 10.35330/1991-6639-2024-26-2-132-140.
Avdeeva T.T., Lavrova T.G. (2022). Modern Trends of Differentiation of Socio-Economic Development of Rural Territories in Regional Space. Modern Economy Success. (2). 192-200.
Gataullin R.F., Galikeev R.N. (2015). Methodological approaches to assessing the effectiveness of using the agricultural potential of territories Development of regions and enterprises in the context of globalization. 150-157.
Kalafatov E.A. (2024). Strategy for Sustainable Rural Development Focused on Economic Interests: Development Methodology. Vestnik Kurskoy gosudarstvennoy selskokhozyaystvennoy akademii. (1). 233-239.
Kuzicheva N.Yu., Shalyapina I.P. (2017). Resource potential of the agricultural sector of the economy: a theoretical aspect. Theory and practice of the world science. (5). 20-24.
Petrikov A.V. (2024). Priorities and Mechanisms of Socio-Economic Development of the Russian Village. Vestnik Rossiyskoy akademii nauk. 94 (2). 115-123. doi: 10.31857/S0869587324020049.
Samygin D.Yu., Baryshnikov N.G., Ivanov A.A. (2023). Strategic development of the agri-food sector: sectoral and territorial planning Moscow: Rusayns.
Smyslova O.Yu. (2025). Development of Rural Areas in Russia: Challenges and Strategic Directions for Sustainable Growth. Voprosy otraslevoy ekonomiki. (1(9)). 47-57. doi: 10.24888/2949-2793-2025-9-47-57.
Starovoytov V.V., Golub Yu.I. (2021). Data Normalization in Machine Learning. Informatika. 18 (3). 83-96. doi: 10.37661/1816-0301-2021-18-383-96.
Stovba E.V. (2021). The Formation of Strategies for Sustainable Rural Development from the Perspective of a Systematic Approach. Ekonomicheskie sistemy. 14 (2). 20-27. doi: 10.29030/2309-2076-2021-14-2-20-27.
Tambovtsev V.L., Rozhdestvenskaya I.A. (2024). Implementing Territorial Development Strategies within Institutional Approach to Strategic Planning. Terra Economicus. 22 (1). 20-34. doi: 10.18522/2073-6606-2024-22-1-20-34.
Timofeeva N.S. (2020). Strategic Planning of Sustainable Development of Rural Areas of the Region. Upravlenie ustoychivym razvitiem. (3(28)). 78-84.
Tsvettsyh A.V., Shevtsova N.V. (2020). Sustainable Development of Rural Territories: Essence, Factors and Criteria. Vestnik Belgorodskogo universiteta kooperatsii, ekonomiki i prava. (2(81)). 280-288. doi: 10.21295/2223-5639-2020-2-280-288.