Тенденции в структуре отраслевой занятости российских арктических регионов в эпоху цифровизации

Введение

Цифровизация выступает необходимым условием для поступательного социально-экономического развития, что неоднократно освещалось отечественными [1; 3; 5] и зарубежными учеными [16; 17]. В частности, Пыткин А.Н. отмечает, что цифровые технологии являются стратегическим приоритетом развития промышленного производства, транспорта, связи, образования, здравоохранения, торговли, управления и финансовой сферы [10]. Они позволяют повысить производительность труда, автоматизировать рутинные процессы, снизить издержки и ускорить взаимодействие между участниками экономических отношений.

Степень проникновения тех или иных цифровых технологий в деятельность экономических субъектов (организаций) различается. В 2024 году в Арктической зоне [1] (АЗ) РФ организации активно использовали в своей деятельности компьютерную технику, Интернет (табл. 1). Вместе с тем, показатели уровня использования компьютерной техники и Интернета в настоящее время теряют свою чувствительность, когда используются в качестве индикатора цифровизации экономики, поскольку стали неотъемлемым элементом практически любого вида деятельности. Наибольший исследовательский интерес в таком случае представляют современные цифровые технологии — цифровые платформы, облачные сервисы, Интернет вещей, технологии сбора и обработки больших данных и другие.

Таблица 1

Доля организаций в регионах АЗ РФ, использующих цифровые технологии в 2024 г., %

Источник: составлено и рассчитано автором по данным [12].

Среди современных цифровых технологий наибольшее распространение получили цифровые платформы — их используют около 22% организаций в РФ. Они обеспечивают взаимодействие множества независимых участников (например, продавцов и покупателей) для совершения сделок, обмена услугами или информацией. Несмотря на то, что среди арктических регионов (за исключением Мурманской области) цифровые платформы используются реже, чем в среднем по стране, можно предположить, что в ближайшем будущем их использование будет увеличиваться. В 2024 г. в платформенной экономике в России было занято 1,85% от общего числа населения старше 15 лет, а ее вклад в ВВП составил 9,25 трлн руб. (6,4% ВВП) [8].

В 2024 г. в среднем каждая пятая организация страны использовала облачные сервисы, однако среди арктических организаций облачные сервисы получили меньшее распространение — лишь в Архангельской области доля организаций, использующих облачные сервисы, составила 22,4%. Облачные сервисы позволяют работать дистанционно, что может быть актуально для районов Арктической зоны, где наблюдается дефицит кадров или вакансий.

В трех регионах Арктической зоны (Мурманская область, Ямало-Ненецкий и Ханты-Мансийский АО) чаще, чем в целом по стране используются технологии больших данных и Интернет вещей. Отметим, что эти и другие цифровые технологии используются при создании цифровых двойников, которые активно разрабатываются среди арктических ресурсодобывающих организаций. Применение цифровых двойников на нефтегазовых месторождениях позволяет экономить ресурсы и повышать эффективность. Так, применение цифрового двойника на Новопортовском месторождении «Газпром нефти» на Ямале позволило ускорить бурение фишбоновской скважины на 23% [12]. Применение искусственного интеллекта на мельницах полусамоизмельчения в «Норникеле» позволило повысить эффективность их работы за счет возможности предсказывать поведение мельницы в следующие 15 минут и своевременно корректировать ее работу [15].

Отметим, что цифровизация в Арктике имеет критически важное значение, нежели в других регионах. Так, возможность оперативной связи посредством спутникового интернета в суровых арктических условиях становится условием выживания. Для вахтовых работников возможность общаться с большой землей снижает стресс постоянного проживания в изоляции. Отсутствие регулярного транспортного сообщения с удаленными территориями превращает телемедицину в единственный способ получить квалифицированную помощь. Цифровизация предоставляет детям коренных малочисленных народов доступ к тому же качеству образования, что и в крупных городах. Безлюдные технологии позволяют минимизировать необходимость пребывания человека в условиях полярной ночи, морозов, ветров и других неблагоприятных климатических явлений, что способствует сохранению человеческого капитала. Таким образом, сегодня цифровизация определяет возможности присутствия человека и хозяйственной деятельности в Арктической зоне. В рамках данной работы предлагается проанализировать изменения в отраслевой структуре занятости в регионах Арктической зоны РФ, которые сопровождаются активным процессом цифровизации экономики.

Методы

В основу исследования положены труды отечественных и зарубежных авторов, посвященные исследованию цифровой экономики, занятости, современных технологий и цифровизации. Информационной базой служат статистические данные Росстата, ЕМИСС, Института статистических исследований и экономики знаний ВШЭ, а также опубликованные ранее материалы и результаты исследований. Использование общенаучных методов анализа, обобщения и синтеза обеспечивает обоснованность полученных результатов.

Результаты

Информационную основу исследования о численности и отраслевой структуре занятых составили данные ЕМИСС, которые доступны с 2012 г. по 2024 г. Изменение среднегодовой численности занятых во многих арктических регионах характеризуется отрицательной динамикой. Наибольшее сокращение занятых за период 2012-2024 гг. произошло в Коми, Архангельской области, Карелии и в Мурманской области. (табл. 2). Значительный прирост наблюдается только в Якутии.

Таблица 2

Среднегодовая численность занятых в регионах, полностью или частично входящих в состав АЗ РФ, тыс. чел.

Сокращение численности занятых в Арктике связано с влиянием ряда социальных, экономических, демографических и других проблем, о которых мы писали ранее [4]. Здесь же данные о численности занятых и ее динамике приводятся для формирования представлений о масштабе экономики каждого арктического региона. Отметим, приведенные данные содержат в том числе оценку численности занятых для тех территорий, которые не отнесены к Арктической зоне РФ.

Отраслевую структуру занятости в арктических регионах во многом предопределяют расположенные промышленные предприятия и организации. В таблице 3 представлены данные о распределении занятых в регионах АЗ РФ по отраслям экономики (видам экономической деятельности) в 2024 г. Ввиду того, что далее будет исследоваться ключевые для Арктики отрасли, часть видов экономической деятельности были объединены.

Таблица 3

Распределение занятых по отраслям экономики в регионах АЗ РФ в 2024 г., %

Источник: расчеты автора по данным ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru/indicator/58995.

Из данных таблицы следует, что в Арктической зоне преобладает доля занятых, чья деятельность связана с добычей природных ресурсов, транспортировкой и хранением, обеспечением национальной безопасности, образованием и здравоохранением. Для анализа изменений для каждого региона был рассчитан абсолютный прирост (убыль) удельного веса занятых в той или иной отрасли за период 2012–2024 гг. (рис. 1).

Рис. 1. Изменение доли занятых в отраслях экономики за 2012-2024 гг. в регионах АЗ РФ, п.п.

Источник: расчеты автора по данным ЕМИСС. URL: https://www.fedstat.ru/indicator/58995.

Как следует из рисунка, общей тенденцией для многих арктических регионов является сокращение доли занятых в сельском хозяйстве, строительстве, образовании, государственном управлении и обеспечении безопасности, торговле, финансовом секторе. Отметим, что уровень и потенциал цифровизации данных отраслей различается — сельское хозяйство и строительство уступают другим отраслям. Так, цифровыми платформами в 2024 г. пользовалось только 19,8% сельскохозяйственных организаций, в то время как среди организаций высшего образования доля таковых составляла около 35%, что значительно выше, чем в среднем по стране (21,8%) [7]. Отметим, что в образовании также широкое распространение получили облачные сервисы и аддитивные технологии (послойное создание физических моделей и прототипов при обучении) — их используют 33% и 19,7% соответственно [14]. В здравоохранении цифровые платформы использует каждая четвертая организация, облачные сервисы — каждая пятая. Данные технологии позволяют интегрировать медицинские данные в единую информационную систему здравоохранения.

Развитие цифровых сервисов расширяет доступ населения к образованию, здравоохранению, государственным услугам, расширяет возможности досуга, тем самым снижая социальную изоляцию отдаленных районов и повышая их привлекательность для проживания. Согласно результатам опроса ВЦИОМ (апрель 2024 г.), 81% россиян с разной периодичностью пользуются цифровыми (электронными) услугами, в том числе 35% — ежедневно [9]. В 2023 г. 25,3% населения страны использовали телемедицину, что на 2,2 п.п. больше, чем годом ранее. Наиболее популярными дистанционными медицинскими услугами являются получение/продление больничного листа (13,1%), получение направлений на обследование (12,5%) и рецептов на лекарства/детское питание (7%), онлайн-консультации (10,5%) [2]. Можно предположить, что цифровизация социально-значимых отраслей в долгосрочной перспективе приведет к переводу значительной части взаимодействий в цифровой формат.

Особый исследовательский интерес представляет сфера торговли. Среди регионов Арктической зоны за 2012-2024 гг. доля занятых в торговле наибольшим образом сократилась только в Мурманской области — на 6,7 п.п. и в Карелии — на 2,9 п.п. На сжатие занятости в торговой сфере существенное влияние оказывает развитие электронной торговли. За период 2017-2024 гг. доля населения РФ, совершающего заказы товаров через Интернет, выросла с 29,1% до 71,6% [11]. Оптовая и розничная торговля является одной из сфер, в которой организации активно используют различные цифровые технологии. Наибольшее распространение здесь получили цифровые платформы, через которые бизнес может осуществлять продвижение и продажу товаров. Такие платформы в 2024 г. использовали около 34% крупных и средних организаций [7]. В меньшей степени торговые организации используют облачные сервисы — 26,4% [7]. В торговле данные сервисы применяются для автоматизации деятельности магазинов (например, облачные CRM или системы учета товаров), анализа спроса, оптимизации запасов, а также для хранения данных в облачных хранилищах. Помимо названных технологий, в организациях оптовой и розничной торговли активно используется Интернет вещей (15,5%), технологии сбора, обработки и анализа больших данных (14,9%) и геоинформационные системы (ГИС-технологии) (17,8%) [7; 14]. Появление маркетплейсов и сервисов доставки меняет формат торговых предприятий и функции работников: магазин «у дома» превращается в даркстор — особый формат склада, где собирают и упаковывают товары для онлайн-заказов, чтобы затем отправить их клиенту. Продавцы-кассиры становятся сборщиками и комплектовщиками заказов. Вместе с ростом электронной торговли возрастает потребность в работниках служб доставки. Благодаря цифровизации в торговле появились новые профессии в области интернет-маркетинга, разработки онлайн-платформ, управления карточками на маркетплейсах и т.д.

Развитие проектов, связанных с добычей природных ресурсов способствовало увеличению доли занятых в добывающей отрасли за 2012-2024 гг. в Ненецком (на 6,9 п.п.), Чукотском (на 5,1 п.п.) и Ямало-Ненецком (на 4,9 п.п.) автономных округах, а также в Якутии (на 3,1 п.п.). Отметим, что цифровые технологии в добывающей отрасли используются реже — доля организаций, использующих облачные сервисы, цифровые платформы, технологии больших данных ниже среднероссийского уровня. Среди добывающих организаций активно применяются ГИС-технологи — 18% (по РФ 12,2%), Интернет вещей — 10,8% (по РФ – 8,7%), RFID-технологии — 15,5% (по РФ 9,1%) [7; 14]. Цифровизация добывающей отрасли способствует оптимизации объемов добычи ресурсов, движения транспорта, проектирования шахт, загрузки оборудования и т.п., что снижает эксплуатационные затраты.

В нескольких субъектах АЗ за 2012-2024 гг. наблюдается незначительный рост доли занятых в обрабатывающей промышленности. Больше всего она увеличилась в Югре (1,9 п.п.), на Чукотке (1,7 п.п.) и в Коми (1,1 п.п.). Вместе с тем, отметим, именно в обрабатывающей отрасли наибольшее распространение получили промышленные роботы и автоматизированные линии, которые призваны замещать труд человека – их использует 18,3% организаций, что в семь раз больше, чем в других отраслях [14]. Активная роботизация производств, так же как в добывающем секторе, в перспективе может вести к замещению низкоквалифицированного труда. На смену традиционному ручному труду приходят роли, требующие навыков работы с данными, робототехникой и искусственным интеллектом. Возрастает спрос на специалистов по цифровым двойникам, промышленному Интернету вещей, инженеров-коллаборационистов, операторов 3-D станков и др.

В целях исследования обобщенных тенденций был произведен сравнительный анализ отраслевой структуры занятости в регионах АЗ с общероссийской, которая отражает тенденции развития национальной экономики. Общероссийская отраслевая структура является более диверсифицированной, таким образом, сравнение даст нам представление о степени диверсификации арктической структуры занятости. Отметим, что низкая отраслевая диверсификация ведет к высокой зависимости от динамики системообразующих отраслей, что может негативно сказаться на устойчивости региональной экономики.

Для оценки различий отраслевых структур использован индекс К. Гатева. Сравнение значений индекса, рассчитанных для двух разных периодов, позволяет выявить тенденции усиления различий отраслевой структуры занятости в регионе от общероссийской (рост индекса, что свидетельствует об усилении специализации экономики) или сближения с ней (снижение индекса, что говорит о диверсификации). Также с помощью индекса К. Гатева могут быть получены обобщающие оценки структурных сдвигов, по величине которых можно судить об интенсивности изменений. Ниже приведены формулы индекса К. Гатева:

¾ для оценки различий

,

где d_iREG — доля занятых в i-ой отрасли региона,

d_iRF — доля занятых в i-ой отрасли по РФ в целом.

Чем ближе значение к единице, тем значительнее различия.

¾ для оценки сдвигов

,

где d_i2023 — доля занятых в i-ой отрасли региона в 2024 году,

d_i2017 — доля занятых в i-ой отрасли региона в 2012 году.

Чем ближе значение коэффициента к единице, тем сильнее структурные сдвиги.

В таблице 4 представлены результаты расчетов оценки различий и сдвигов.

Таблица 4

Оценка изменений в отраслевой структуре занятости в регионах АЗ РФ

Полученные расчеты свидетельствуют о значительном отличии отраслевой структуры занятых от среднероссийской структуры в Ненецком, Ямало-Ненецком, Ханты-Мансийском и Чукотском автономных округах — причина тому высокая доля занятых в добывающей отрасли — в 12-15 раз больше, чем в среднем по стране. При этом за 2012-2024 гг. в Ненецком АО наблюдается самый большой прирост индекса среди всех исследуемых регионов. В данном регионе происходит усиление концентрации занятых в добывающей отрасли — в 2024 г. прирост доли занятых составил 6,9 п.п. относительно 2012 г., что снижает диверсификацию экономики. Значительно усилилось отличие отраслевой структуры занятости в Мурманской области — индекс увеличился на 0,062 п.п. и составил 0,281 в 2024 г. Рост диверсификации экономики наблюдается в Карелии и Ханты-Мансийском АО, поскольку отраслевая структура занятости в данных регионах имеет тенденцию к сближению с общероссийской. Вместе с тем, в Югре по–прежнему преобладает занятость в добывающей отрасли — пятая часть от общей численности занятых.

Наибольшим образом за период 2012-2024 гг. отраслевая структура занятости изменилась в Ненецком АО (0,178), на Чукотке (0,162) и в Мурманской области (0,161), чуть меньше в Якутии (0,147). В сравнении с национальной динамикой, за период с 2012 по 2024 гг. в семи из десяти исследуемых регионов изменения в отраслевой структуре носят более существенный характер, чем в стране в целом. Причиной тому являются интенсивные процессы структурной перестройки экономики, в том числе вызванные цифровизацией, включающие свертывание неэффективных производств, развитие перспективных отраслей, высокий уровень диверсификации или, наоборот, специализации, а также чувствительность регионов к внешним экономическим шокам.

Обсуждение

Серьезным вызовом цифровизации является то, что применение цифровых технологий ведет к потенциальному сокращению потребности в труде человека. По оценкам Глобального института McKinsey, в мире к 2036 году будет автоматизировано (в том числе за счет цифровизации) до 50% рабочих процессов, что приведет к значительному сокращению количества рабочих мест [13]. Вместе с тем, потенциал автоматизации и цифровизации рабочих мест в разных отраслях отличается. Согласно оценке Земцова С. П., к 2030 г. в России автоматизация приведет к сокращению 73% занятых в гостиничной и ресторанной сфере, 60% в обрабатывающей промышленности, 53% в розничной торговле и 51% в добывающей отрасли [6]. В наибольшей зоне риска находятся профессии, связанные с физическим трудом и операциями, которые можно алгоритмизировать — операторы, сборщики, грузчики, водители, продавцы, уборщики и т. д. В этой связи возникает необходимость выработки решений, позволяющих высвободившимся работникам проходить переподготовку и приобретать востребованные профессиональные навыки. Способствовать этому должна целенаправленная политика государства. Так в 2019-2024 гг. в России реализовывался Национальный проект «Цифровая экономика», продолжением которого с 2025 г. стал Национальный проект «Экономика данных и цифровая трансформация государства». Новый нацпроект призван повысить качество жизни и эффективность деятельности в ключевых отраслях российской экономики и социальной сферы, в государственном и муниципальном управлении, а также обеспечить переход к сбалансированному росту отраслей под влиянием цифровых технологий. Заявленной целью нацпроекта выступает цифровая трансформация государственного и муниципального управления, экономики и социальной сферы. Несмотря на то, что цифровизация является общенациональным приоритетом, ее реализация в АЗ РФ сталкивается с особыми вызовами, обусловленными специфическими социально-экономическими (малая численность населения и его убыль, дефицит узкопрофильных специалистов, низкий уровень цифровой грамотности, более высокая стоимость создания цифровой инфраструктуры), географическими (удаленность и труднодоступность территорий) и климатическими условиями (повышенные требования к надежности и устойчивости к экстремальным температурам и другим природным факторам). Вместе с тем, без преодоления этих вызовов арктические регионы будут существенно отставать в развитии от других регионов страны.

Заключение

Анализ распределения занятых по отраслям экономики в арктических регионах за период 2012-2024 гг. выявил, что отраслевая структура занятости в арктических регионах претерпела более значительные изменения, чем по стране в целом. Наибольшим образом сократилась доля занятых в сельском хозяйстве, строительстве, образовании, государственном управлении и обеспечении безопасности, торговле, финансовом секторе. В перспективе увеличение применения цифровых технологий в торговле, образовании, здравоохранении, административной деятельности и финансовой сфере приведет к трансформации процессов и занятости в указанных отраслях. Широкое распространение получат различные форматы дистанционной работы, повысится профессиональная и миграционная мобильность, что, с одной стороны, сможет сгладить в Арктике региональные диспропорции и обеспечить занятость населения, с другой, усилит отток населения из менее развитых территорий. Кроме того, цифровизация формирует новые вызовы, связанные с адаптацией рынка труда, переподготовкой высвободившихся работников и подготовкой новых кадров. Результаты исследования могут быть полезны при выработке экономической политики в области трудовых ресурсов, направленной на решение вызовов цифровизации.

[1] Арктическая зона РФ объединяет сухопутные территории субъектов, полностью (Мурманская область, Ненецкий АО, Ямало-Ненецкий АО, Чукотский АО) и частично (Республика Карелия, Республика Коми, Архангельская область, Ханты-Мансийский АО — Югра, Красноярский край, Республика Саха (Якутия)) включенные в ее состав, внутренние морские воды и континентальный шельф. В АЗ действуют особые режимы налогового и административного регулирования, направленные на развитие экономики и поддержку предпринимательства.