Любовь Родины к своим гражданам: проблемы определения и влияние на сокращение теневой экономики

Введение

Известно, что цензоры в Древнем Риме наблюдали не только за сбором податей, но и за соблюдением нравственности. То есть сбор налогов издревле ассоциировался с нравственностью. Не платить налоги, уходить таким образом в тень считалось безнравственным. Уклонение от налогообложения, теневая экономика сегодня также являются по своему существу не этичными. Они порицаются в обществе и наказываются в соответствии с положениями Уголовного Кодекса РФ.

Государство всячески борется с теневой экономикой. Важным аспектом этой борьбы является осознание гражданами того, что Отечество, Родина, государство их любит. И этой любви вначале должна быть дана правильная дефиниция.

Любовь является сложным и многогранным явлением, исследуется учеными различных отраслей знаний и до настоящего времени изучена крайне недостаточно.

Важной разновидностью любви является любовь к Отечеству, к Родине, что находит отражение в многочисленных научных исследованиях [11, 12, 21, 22, 27, 28, 33 и другие].

В.Н. Кириллов и С.С. Мкртчян пишут про властную любовь к бизнесу [11]. Примечательно, что в тексте статьи слово «любовь» авторами не употребляется. В работе рассматривается вариант перехода от рыночной к управляемой, цивилизованной экономике.

В статье С.В. Соловьевой «на основании экзистенциальной методологии любовь описывается как феномен власти. Эта идея обосновывается через рассмотрение любви не просто как чувства или «состояния сознания», но как экзистенциальная ситуация, дающая человеку опыт власти. Предложенный анализ раскрывает два смысла власти. Во-первых, экзистенциальный, в котором любовь есть безосновная сила влечения и желания (что называется «путами любви»). Во-вторых, социальное значение власти, которое обнаруживается в ритуалах и кодах, создающих особую идеологию любовных отношений. Первое значение власти в любви предстает как внутренняя принудительная сила, во втором, власть реализуется в нормах, регламентирующих порядок любви» [28]. С.В. Соловьева пишет о силе и власти любви, анализирует любовь как зону опасности, конфликта и борьбы. Несмотря на то, что в рассматриваемой статье не говорится о государственной власти, ряд моментов представляют интерес для достижения цели и задач данной статьи. С.В. Соловьева справедливо утверждает: «Любовь как явление социальной жизни начинается с некоторых предписаний: люби родителей, Отечество, ближнего и пр. Как будто у нас есть выбор: любить родителей или нет, любить родину или нет?! Общество требует от человека любви и предписывает ее там, где «случайные обстоятельства рождения преобразуются в объект предписанной любви», как полагает М. Долар.» [28] «Возникает антиномия: с одной стороны, для любви требуется свободный выбор субъекта (иначе она невозможна), с другой, любовь требует безусловного подчинения Другому. С обеих сторон власть объявляет себя как категорическое требование» [28].

Есть слово для идентификации чувства любви людей к своей Родине, – патриотизм, однако до настоящего времени нет слова любви Родины к своим людям, когда она относится к ним как с собственным детям.

Цель исследования – предложить научно обоснованные термины для дефиниции любви Родины к своим гражданам. Понимание этой любви дает возможность индивидам по-новому, более ответственно посмотреть на сегодняшнюю ситуацию в России и осознанно ответить Отечеству взаимностью, проявить патриотизм. Исследование призвано способствовать уменьшению теневой экономики, о необходимости чего пишут многие ученые [4, 14, 15, 16, 19, 26, 29, 30, ] и сокращению уклонения от уплаты налогов, что многопланово освещено во многих научных работах [3, 6, 7, 8, 10, 20, 31, 32].

Объект исследования – любовь Родины к своим гражданам.

Задачи исследования:

- определить подходы к идентификации понятия любви Родины к своим гражданам исходя из его смыслового и культурологического наполнения;

- ввести в научный оборот корректные, фонетически и лингвистически правильные термины, определяющие любовь государства к гражданам, передающие значение базовых качеств данной любви;

- систематизировать мышление о связи государства и народа и наметить перспективы дальнейших исследований любви Родины к своим гражданам в контексте уменьшения теневой экономики и сокращения случаев уклонения от налогообложения со стороны физических и юридических лиц.

Результаты исследования и область их применения

Для передачи идеи «родительская любовь государства к гражданам» обычно используют термины типа «патернализм» (от латинского pater – отец), который в политологии и социологии означает политику или отношение власти, исходящее из заботы и опеки, как у родителя. Согласно данным elibrary по состоянию на 1 февраля 2026 года, слово патернализм содержится в названии около 200 книг, статей и диссертаций. Обычно под патернализмом понимается система отношений, где «старший» (государство, начальник) заботится и опекает «младших» (граждан, подчиненных), ограничивая их свободу ради их же блага, в обмен на послушание и подчинение. Это проявляется как политика, где власти обеспечивают потребности людей, а те позволяют диктовать им правила поведения, контролировать его, напоминая отношения отца и детей [2, 13, 33]. В политике его, как правило, противопоставляют либерализму [18]; в медицине – «информированному согласию» [25]; в маркетинге – клиентелизму [9]; в экономике – субъектному партнерству [5] и так далее. В публикациях в основном данное явление оценивается не очень положительно. Любовь – это совсем другое.

Введение в научный оборот корректного и лингвистически правильного термина, определяющего любовь государства к гражданам, является глубоким вопросом, который переворачивает привычную парадигму, предлагая взглянуть на чувство не снизу вверх (гражданин → Родина), а сверху вниз (Родина → граждане). Это метафора родительской заботы, которая требует особых слов в лингвистике.

В качестве вариантов для идентификации такой «нисходящей» любви Родины к своим гражданам можно предложить следующие:

1. Отеческая (или Материнская) Забота.

Это самое прямое выражение предложенной метафоры. «Отеческая забота» подразумевает мудрое, строгое, но справедливое и оберегающее отношение государства, нацеленное на воспитание и развитие. «Материнская забота» акцентирует безусловность, тепло, защиту и поддержку в трудную минуту. Вместе они охватывают спектр родительской опеки, где государство видит в гражданах своих «детей», о которых должно печься.

2. Попечительство.

Этот термин подчеркивает не столько эмоцию (любовь), сколько ответственность, возложенную на себя. Родина-попечитель сознательно берет на себя обязанность обеспечивать благополучие, безопасность и возможности для роста своих граждан. Это рациональная, деятельная форма любви, выраженная в системных действиях: законах, социальных программах, образовании, – то есть в «заботе о нуждах».

3. Опека.

Это правовое и эмоциональное понятие, напрямую выводящее на метафору родительства. Опека подразумевает взятие под полную ответственность того, кто нуждается в защите и руководстве. Если Родина испытывает к гражданам чувство опеки, она воспринимает их как объект своей высшей ответственности, оберегая их интересы, развивая их потенциал и ограждая от вреда.

4. Попечение.

Близко к «опеке», но с более широким, повседневным и хозяйственным оттенком. Это не только юридическая защита, но и постоянная, системная забота об условиях жизни, «хозяйствование» на благо граждан. Любовь как попечение – это деятельное, практическое внимание ко всем сферам жизни «детей», от инфраструктуры до образования.

5. Покров.

В данном контексте – не материальный объект, а абстрактное понятие, означающее защищающее начало, прикрытие, кров. Это чувство, которое воплощается не в действии, а в состоянии безопасности. Если Родина дарует гражданам свой покров, она является тем самым «надежным тылом» и укрытием, где можно жить без страха. Это любовь как обеспечение фундаментального чувства защищенности.

6. Покровительство.

Здесь акцент смещается на защитную, щитовую функцию. Родина-покровитель – это тот, кто оберегает своих граждан от внешних и внутренних угроз, создает «крышу», под которой можно спокойно жить и развиваться. Эта любовь проявляется в гарантии прав, суверенитета и безопасности. Это чувство долга сильного (государства) перед своими (гражданами), готовность встать на их защиту.

7. Благодеяние (в архаичном, высоком смысле – Благотворение).

Этот вариант фокусируется на действии и даре. Любовь Родины проявляется не в словах, а в конкретных деяниях (в том числе в строчках Налогового Кодекса РФ), направленных на улучшение жизни граждан, на создание для них благоприятной среды. Это любовь как созидание, как стремление «возделывать свой сад» (граждан) и давать им «плоды» – стабильность, процветание, культуру. Это активная, творческая позиция.

8. Благоволение (благорасположение).

Книжное, возвышенное слово. Кстати, этот термин в контексте долга любви к другим людям встречается у Эмануила Канта [17]. Он означает милостивое, доброжелательное и благоприятное расположение вышестоящего к нижестоящему. Это не слепая страсть, а сознательная, устойчивая и щедрая доброжелательность. Любовь Родины как благоволение – это установка на милость, поддержку и предоставление возможностей, исходящая от «родителя» к «ребенку».

9. Сорадование и сострадание.

Наиболее тонкий и глубокий вариант. Он предполагает, что высшее проявление любви Родины – это сорадование успехам своих граждан (разделение их радости, гордость за них) и сострадание в их горе. Родина здесь – не холодный институт, а живой организм, который эмоционально сопереживает своим гражданам. Это любовь как глубокое, почти эмпатическое единство, где победа гражданина – победа страны, а его боль – ее общая боль.

10. Призрение (в устаревшем, положительном значении)

Самый сложный и исторически окрашенный вариант. Сегодня слово ассоциируется с негативом («презрение»), но изначально (от «при-зреть» – взглянуть, обратить внимание) оно означало заботу о немощных, попечение, призрение сирот. Именно в этом, архаичном смысле оно идеально подходит: Родина «призирает» своих граждан – то есть внимательно взирает на них, замечая их нужды и беря под свою защиту, особенно слабых. Это любовь как милосердное внимание и принятие под защиту.

Слово «призрение» используется здесь сознательно как сильный риторический и семантический прием, требующий пояснения его исконного смысла, что и сделано в обосновании. Оно ярко отражает идею внимательной, милостивой заботы сверху вниз.

Кроме этого, возможно для идентификации любви государства к своим гражданам использовать слова: забота, теплота, преданность и т.п., но они отражают лишь ту или иную характеристику любви, а не всю ее в целом.

Необходимо уточнить, что приведенные выше термины описывают достаточно идеальную, часто желаемую модель взаимоотношений. В политической философии и практике они могут воплощаться в разных концепциях – от «государства всеобщего благоденствия» (welfare state) до патерналистских или даже националистических моделей, где забота может граничить с контролем. Перечисленные выше слова и словосочетания носят скорее гуманитарно-философский характер, определяя саму суть такого «нисходящего» чувства.

Автору все приведенные термины импонируют. В большей степени нравится слово «призрение», хотя на слух это может быть не однозначно воспринято и слово «благоволение».

Относительно термина «Любовь Родины к своим гражданам» автор имеет ряд достаточно смелых лингвистических идей и предлагает:

Во-первых, возможно введение в научный оборот понятия «матриотизм» для характеристики «нисходящей» любви Родины к гражданам. Сам термин взят из художественной литературы, крайне редко встречается в интернете (совсем не с тем наполнением, которое дает ему автор статьи) [1] и не присутствует в научных исследованиях.

У понятия «матриотизм» есть смысловое и культурологическое обоснование. Вот аргументация в его пользу:

1. Заполнение смыслового вакуума.

В языке нет устоявшегося термина для чувства, обратного патриотизму. «Патриотизм» (от латинского pater – отец) описывает лояльность «снизу». Для лояльности «сверху» есть только метафоры («отеческая забота»). «Матриотизм» (от латинского mater – мать) заполняет эту лакуну, создавая ясную, симметричную и логичную пару понятий. Это систематизирует мышление о связи государства и народа.

2. Акцент на ином типе любви.

Метафора материнства несет иную, дополняющую отцовскую, семантику:

· Патриотизм (pater): закон, долг, защита, границы, строгость, традиция, жертвенность во имя.

· Матриотизм (mater): безусловность, рождение-созидание, питание, забота, укрытие, эмпатия, поддержка, рост.

Таким образом, «матриотизм» концептуализирует любовь Родины не как требование долга, а как дающую, созидающую и безусловную силу. Это не любовь к прошлым свершениям (что часто характерно для патриотизма), а любовь к настоящему и будущему потенциалу своих «детей».

3. Смещение фокуса на обязанности государства.

Введение понятия «матриотизм» переводит дискуссию о гражданских отношениях в плоскость взаимности. Если патриотизм – обязанность гражданина, то матриотизм – моральная обязанность государства. Это инструмент для требования от Родины (государства, общества) соответствия высокому идеалу заботы, справедливости и поддержки. Это делает связь не односторонним служением, а взаимным договором, способствуя тем самым его выполнению без серых схем и уклонения сторон от выполнения своих обязанностей.

4. Культурно-архетипическое основание.

Образ Родины-Матери (Motherland, Родина-мать) – мощнейший архетип в русской и мировой культуре. Однако он пока что остается художественной метафорой. «Матриотизм» превращает этот архетип в философскую и политическую категорию, придавая ему концептуальный вес. Он легализует и активирует тот глубокий культурный код, который уже существует в коллективном бессознательном мышлении.

5. Гармонизация и гуманизация дискурса.

Публичный дискурс о государстве часто балансирует между сухим юридизмом («государство как аппарат») и агрессивным национализмом. «Матриотизм» вносит в него ценность заботы и эмпатии, поднимая вопрос о качественных, «человеческих» отношениях между системой и индивидом. Это понятие может стать основой для идеологии, ставящей во главу угла человеческий капитал и благополучие граждан как высшую цель существования государства.

Введение понятия «матриотизм» строго обосновано необходимостью:

1. Семантической симметрии (ответ патриотизму).

2. Концептуализации любви-заботы как обязанности сильного.

3. Активации архетипа Родины-Матери в социально-политической мысли.

Однако, критики могут справедливо отметить, что это понятие, как и «патриотизм», легко может быть идеологизировано и использовано для оправдания патернализма (или, вернее, «матернализма») и контроля под видом заботы. Поэтому его ценность – не в догматическом принятии, а в эвристическом потенциале: оно заставляет пересмотреть отношения гражданина и Родины, задавая новый, гуманистический вектор для их осмысления и способствуя тем самым уменьшению теневых отношений и уклонения от уплаты налогов.

Во-вторых, автор, видя в любви Родины, Отечества, государства к своим гражданам (в том числе в строках налогового законодательства) не только материнскую, но и отеческую любовь, предлагает ввести для характеристики любви Родины к своим гражданам еще одно новое понятие. Для передачи идеи «родительская любовь государства к гражданам» обычно используют термины типа «патернализм», который уже рассмотрен выше и отметен, как не отражающий эту любовь, т.к. имеет элементы диктата. Кроме того, как было отмечено выше, отец – это не единственный старший член семьи. Есть еще мать, а также бабушки и дедушки – родители отца и матери чада-гражданина, старшие братья и сестры.

В качестве приемлемых сформированных по правилам лингвистики и фонетики слов, обозначающих родительскую любовь государства к своим гражданам, можно назвать следующие:

- «Родитизм»: Образован от усеченного корня «род-» (как в «Родина», «родной») + суффикс «-изм».

– «Родительствование» – образование от «родитель» с суффиксом, обозначающим действие или качество, но слово скорее обозначает процесс или деятельность.

- «Родителество» – слово, образованное по нормам словообразования русского языка и передающее значение «качества, связанного с родительской заботой».

- Переосмысление слова «Родительство», наделив существующее слово «родительство» вторым, политико-философским значением (по аналогии с тем, как «отечество» имеет два смысла: 1. отцовство, 2. страна). «Родительство государства» как концепция является достаточно естественным с лингвистической точки зрения.

- «Прогенизм» или «Прогенотизм», образуемого от латинского progenies – «потомство, род», но с акцентом на отношение к потомству. «Прогенизм» – установка/идеология, ставящая благополучие потомства (граждан) во главу угла. Преимущество данного термина состоит в том, что смысловой акцент фокусируется на объекте заботы (поколениях граждан), а не на субъекте (родителе). Это снимает часть критики об инфантилизации.

- «Патронизм» – образовано на основе игры слов, объединяя патернализм (государственное попечительство) и патриотизм (любовь к Родине) и сочетая оба аспекта: государственную заботу и любовь к народу, сохраняя близость к существующему слову «патриотизм».

В качестве неологизма – слова, образованного по фонетическим и лингвистическим нормам словообразования русского языка и передающего значение качества, связанного с родительской заботой государства к своим гражданам автор вводит понятие «парентотизм».

«Парентотизм» образуется от латинского parens (род. п. parentis) – «родитель». По прямой аналогии с pater → патриотизм, mater → матриотизм.

Преимуществами этого термина являются:

- Абсолютная корректность с точки зрения словообразования.

- Он сохраняет научный, терминологический стиль.

- Является точным внегендерным эквивалентом.

Это предельно логичное и радикальное развитие предложенной выше концепции. Введение понятия «парентотизм» вместо более узких «патриотизм»/«матриотизм» имеет веское философское обоснование.

Оно заключается в том, что слово «парентотизм» преодолевает ключевой недостаток и «патриотизма», и «матриотизма» – гендерную дуальность и связанные с ней архетипические ограничения.

Приведем развернутое обоснование введения названного понятия:

1. Уникальность и точность термина.

Существующие понятия, такие как патриотизм, патернализм или гражданственность, не отражают полноту и глубину именно родительской модели отношений, включающей жертвенность, принятие и воспитание. «парентотизм» является новым понятием, способным объединить эти качества в единую концепцию.

2. Преодоление гендерного раскола и синтез качеств.

«Патриотизм» (от pater) и «матриотизм» (от mater) невольно закрепляют разделение родительских ролей и, как следствие, типов любви государства. Как было отмечено ранее:

· Отеческое начало: закон, дисциплина, защита границ, суд, требовательность.

· Материнское начало: безусловная забота, милосердие, питание, поддержка, эмоциональное убежище.

В реальности же идеальная родительская любовь (и, по аналогии, любовь Родины) – синтетична. Она одновременно и требовательна, и заботлива; и устанавливает законы, и проявляет гибкость; и защищает от внешних угроз, и лелеет внутренний рост.

«Парентотизм» объединяет эти аспекты в едином, внегендерном понятии. Он описывает не «мужскую» или «женскую» модель, а целостную ответственность и любовь, в которой сочетаются все необходимые для воспитания и защиты функции.

3. Фокус на процесс и его функции, а не на архетипе.

«Парентотизм» смещает акцент с мифологического образа («Отец», «Мать») на процесс и функции. Это более современное и прагматичное понятие. Оно спрашивает не «Какого пола наша Родина?», а «Исполняет ли Родина свою родительскую функцию по отношению к гражданам?».

Этот процесс включает такие основные функции как:

· Обеспечение безопасности (защита).

· Создание условий для роста (воспитание, образование).

· Справедливое распределение ресурсов (питание, попечение).

· Передача ценностей и традиций (социализация).

· Безусловную защиту прав самых слабых (опека).

4. Этический императив ответственности.

Слово «родитель» в современном мире несет мощнейший этический заряд безоговорочной ответственности. Вводимое понятие ставит государство (Родину) в позицию, с которой общество вправе требовать соответствия этому высшему этическому стандарту.

Если «патриотизм» – это долг ребенка перед родителем, то «парентотизм» – это нерушимый долг любого из родителей перед ребенком. Это превращает отношения из вертикали подчинения (гражданин служит Родине-Матери и Отцу) в круг взаимных, но асимметричных обязательств: гражданин чтит и развивает Родину, а Родина-Родитель гарантирует достойную жизнь и будущее гражданину.

5. Фокус на безусловной заботе и ответственности.

Любовь Родины к гражданам по сути схожа с родительской любовью – она не зависит от условий, ошибок или обстоятельств, а предполагает постоянную, жертвенную заботу о благополучии каждого человека. Понятие «парентотизм» подчёркивает этот аспект безусловной ответственности и любви.

6. Отражение динамики отношений власти и граждан.

В традиционном понимании патриотизма акцент часто делается на чувствах граждан к Родине. «парентотизм» смещает фокус на обратную сторону – как Родина проявляет любовь и заботу к своим гражданам, выступая в роли мудрого и любящего родителя, который направляет, защищает и поддерживает.

7. Избегание идеологических ловушек.

«Патриотизм» исторически легко милитаризуется. «Матриотизм» может быть сведен к идеологии патернализма (матернализма) и тотальному контролю под видом заботы.

Термин «парентотизм», в силу своей новизны и синтетической природы, менее подвержен идеологическому захвату. Он изначально содержит в себе внутренний баланс: хороший родитель не может быть только карающим мечом или только всепрощающей утробой. Он обязывает к комплексному подходу, где развитие свободы и личности гражданина-«ребенка» является ключевым мерилом успеха «родительской» политики.

8. Социальная аналогия.

Государство, как родитель, должно проявлять внимание ко всем аспектам жизни своих граждан. Термин «парентотизм» подчеркивает именно такую роль государства – заботиться обо всех сферах жизнедеятельности населения, обеспечивая безопасность, развитие и защиту интересов граждан.

9: Эмоциональный компонент.

Любовь родителя к ребенку часто сопровождается эмоциональной привязанностью и стремлением обеспечить наилучшие условия для воспитания и роста ребенка. Подобно этому, государство должно относиться к своим гражданам с чувством близости и заботы, создавая оптимальные условия для личного и профессионального роста.

10. Исторический опыт.

Многие великие цивилизации строились на принципах отеческой заботы, где власть воспринималась как отец народа. Этот исторический опыт подтверждает необходимость наличия подобного подхода и в современном государстве.

11. Политическое значение.

Термин «парентотизм» мог бы стать символом единства нации, подчеркивая связь поколений и значимость семьи как основы общества. Таким образом, использование этого термина способствовало бы укреплению национального самосознания и гражданской солидарности.

12. Введение морально-этической составляющей.

Слово «парентотизм» несёт в себе моральный императив – забота, защита и воспитание как неотъемлемые обязанности Родины перед гражданами. Это позволяет рассматривать политику, институты и законы не только как механизмы контроля, но и как проявления этики заботы.

13. Стимул к развитию новых подходов в государственном управлении.

Введение термина «парентотизм» как концепта может стимулировать переосмысление роли государства, продвижение политики, основанной на заботе и поддержке, что ведёт к более гармоничным и устойчивым отношениям между государством и обществом, уменьшению негативных явлений в виде теневой экономики и уклонения от налогообложения.

Таким образом, обоснование для введения лингвистического понятия «парентотизм» лежит в плоскости создания универсальной и целостной концепции, которая даёт мощный теоретический и практический инструмент для понимания и развития глубокой, этически обоснованной любви Родины к своим гражданам, подобной родительской.

Это понятие:

1. Объединяет разделенные гендерными рамками аспекты заботы и защиты.

2. Смещает фокус на исполнение ответственных процессов и функций.

3. Формулирует высший этический императив для государства.

4. Предлагает модель «семейного контракта», где права и обязанности сторон (Родины и граждан) взаимны, но различны по своей природе.

Это понятие претендует на то, чтобы стать философской основой для государства, чья легитимность измеряется не столько силой, как качеством «родительской» любви к своим гражданам. Оно задает совершенно новую систему координат для оценки социальной политики, справедливости и истинного суверенитета, который зиждется на благополучии «детей» – граждан.

Введение неологизма «парентотизм», безусловно, интеллектуально провокационно, и автор осознает, что как любое нововведение оно открыто для критики по ряду ключевых направлений.

Вот такие вероятные основные контраргументы видит автор:

1. Критика тоталитарных импликаций и инфантилизации.

· Концепция напрямую и тотально уподобляет граждан детям, а государство – родителю. Это не просто метафора, а онтологическое утверждение. Критики могут увидеть в этом философское обоснование для патернализма (или матернализма) в его худшем виде.

· Возможные аргументы:

o Отрицание зрелости и свободы: гражданин в демократической традиции – это свободный и ответственный субъект, равный участник общественного договора, а не вечный ребенок. «парентотизм» архаизирует отношения, лишая граждан автономии и права на «взрослый» диалог, бунт или неповиновение.

o Оправдание контроля: если государство – родитель, то его контроль, цензура, ограничение «вредной» информации и «неправильного» поведения становятся не репрессией, а естественной заботой («мы лучше знаем, что для вас хорошо»). Это классическая риторика авторитарных режимов.

o Бесконечная опека: родительская любовь, по логике, не имеет срока. Это создает модель, в которой гражданин пожизненно остается в подчиненном, несамостоятельном статусе.

2. Критика семантической и практической несостоятельности.

· Государство принципиально не является родителем и не может им быть в силу своей институциональной, безличной природы.

· Возможные аргументы:

o Отсутствие личной любви: родительская любовь – интимное, личностное, эмоциональное чувство к конкретному ребенку. Государство же – абстрактный, бюрократический механизм. Оно способно на справедливость или попечение, но не на любовь. Приписывание ему таких категорий – опасная антропоморфизация.

o Невозможность безусловности: родительская любовь (в идеале) безусловна. Любовь государства к гражданину всегда условна: она зависит от соблюдения законов, лояльности, полезности. Преступник, диссидент, инакомыслящий выпадают из этой «любви», что доказывает ее принципиально иную, неродительскую природу.

o Конфликт интересов: у родителя один «ребенок» – его чадо. У государства «детей» – миллионы, с конкурирующими интересами. Забота об одном (например, о поддержке какой-либо отрасли) может означать ущерб для другого. Это не родительский выбор, а политический, что разрушает метафору.

3. Критика идеологической манипуляции и китча.

· Термин может быть воспринят как попытка облагородить и без того изношенную, манипулятивную риторику.

· Возможные аргументы:

o Прикрытие для неэффективности: понятие может быть использовано для эмоционального шантажа: критика социальной политики или экономических реформ будет трактоваться как неблагодарность детей, попытка «укусить руку кормящую». Это блокирует рациональную дискуссию.

o Китч и упрощение: Сведение сложнейших отношений власти, права, экономики и социального договора к упрощенной семейной идиллии – это семиотический китч. Он подменяет анализ сильными, но ложными образами.

o Декларативность: термин описывает идеал, который в принципе недостижим для любого крупного государства. Его введение создает поле для пустого, декларативного дискурса, не имеющего инструментов для проверки и реализации.

4. Критика с позиции политической философии.

· Концепция противоречит базовым принципам современной гражданской теории.

· Возможные аргументы:

o Подрыв общественного договора: Классическая теория (Гоббс, Локк, Руссо) исходит из того, что государство создается взрослыми индивидами для защиты их прав. Это договор равных. «Парентотизм» откатывает эту модель к патриархальной (в буквальном смысле), где власть дана от рождения (априори), а не делегирована снизу.

o Смещение акцентов: вместо того чтобы говорить о правах человека, верховенстве закона и подотчетности власти, концепция заставляет говорить о любви и заботе. Это рискованно, так как любовь нельзя потребовать в суде, а право – можно.

Таким образом, введение понятия «парентотизм» может быть воспринято критиками как:

1. Философски наивное (антропоморфизация государства).

2. Политически опасное (легитимизация патернализма и инфантилизации).

3. Идеологически коррумпируемое (идеальный инструмент для эмоционального манипулирования вместо прозрачной отчетности).

Исходя из вышеизложенного, противники могут утверждать, что для описания ответственности государства перед гражданами существуют более четкие, проверяемые и не манипулятивные понятия: социальная ответственность государства, верховенство права, гарантия конституционных прав, принцип служения народу.

Аргументы потенциальной критики вводимого термина «парентотизм» также как и позиция автора дискуссионны. Автор готов к конструктивному диалогу со своими оппонентами и отстаиванию своей позиции. На этом этапе исследования введение термина «парентотизм» является оправданным.

В-третьих, автор, на основе всего вышеизложенного, предлагает ввести понятие «фамилизм государства» (от латинского familia – семья), где государство с гражданами находится в отношениях, напоминающих семейные, выступая в той или иной ситуации не только родителем (отцом или матерью), но и мудрым братом и т.п. При этом потребуется дополнение имеющихся научных подходов к понятию фамилизм [1] новым, более широким смыслом: отношения между государством и гражданами, что пока что в этот термин включается крайне редко и без должного обоснования. Следует отметить, что в социальных науках уже существует близкое понятие «фамилиализм» (familialism) – идеология, ставящая интересы семьи во главу угла. Предлагаемый неологизм «фамилизм государства» логично развивает эту линию, но смещает акцент: это не идеология общества, а характер отношения государства (как «старшего в семье») к своим членам-гражданам.

Согласно данным elibrary, слово «фамилизм» встречается в названии только лишь 7 книг, статей и диссертаций. А.С. Самброс исследует политический фамилизм [23,24], понимая под ним явление, при котором семейные отношения, ценности и нормы переносятся в сферу политики, создавая ситуации, где лояльность семье или клану преобладает над общественными интересами, что ведет к кумовству, коррупции и персонализации власти.

Автор статьи впервые выделяет в термине фамилизм аспект любви Родины в лице государства к своим гражданам и представителям бизнеса. Фамилизм (государственный) – это система отношений, в которой государство (Родина) относится к своим гражданам по модели расширенной семьи или рода, где оно выступает как старший, ответственный член (отец, мать, глава рода, дедушка, старший брат, дядя), а граждане – как младшие члены семейной общности. Это предполагает солидарность, взаимопомощь, безусловную защиту «своих», общность исторической судьбы и иерархию, основанную не на принуждении, а на авторитете и заботе старшего.

Жизнь в семье многогранна и далека от идеала– это не только вечный праздник, это ежедневный совместный труд по ее формированию и сохранению. Это даже горечь разлук. Государство может выслать за пределы страны тех, кто грубо нарушает общественный договор. Гражданин также может по той или иной причине принять решение о расставании со своей Родиной, об отъезде для проживания в другую юрисдикцию. Но совместная жизнь в семье базируется на ЛЮБВИ. Мы любим государство, а оно любит нас. И крупицы этой любви есть в законодательстве (акцентирую внимание читателя, что это не утверждение о том, что в законодательстве есть исключительно любовь).

Схематически пирамида любви государства к своим гражданам представлена на приводимой ниже рисунке 1.

Рисунок 2. Иерархия любви государства к гражданам.

Чтобы предлагаемые автором термины стали понятными и полезными, важно включить их в образовательную программу и популяризировать среди общественности. Это возможно сделать в рамках проекта ДНК России, «Клубов создателей смыслов» и Обучения Служением. Только тогда общество сможет осознать важность и ценность отношения государства к гражданам как к собственным любимым детям.

Выводы и заключение.

В заключении отметим, что введение понятий государственного «матриотизма», «парентотизма» и «фамилизма» позволяет глубже раскрыть сущность взаимоотношений между государством и гражданами, предлагая новый взгляд на обязанности и цели власти, в том числе в сфере налогообложения.

Перспективы дальнейших исследований любви Родины к своим гражданам в контексте уменьшения теневой экономики и сокращения случаев уклонения от налогообложения со стороны физических и юридических лиц состоят в проведении детальных исследований названных понятий и демонстрации наличия любви Отечества, государства к своим гражданам и представителям бизнеса в положения конкретных законодательных актах: Семейном Кодексе, Налоговом Кодексе и т.д.

Положения данной статьи позволяют добавить новые идеи для дальнейших мультидисциплинарных исследований налоговой политики, культуры, поведенческой экономики России и других стран.

[1] https://dj-khrust.livejournal.com/58298.html