Роль инфраструктурной насыщенности в механизмах мезоуровневой монополизации

Введение.

Проблема неравномерного распределения инфраструктурных объектов и связанная с этим концентрация экономических возможностей остаются одними из ключевых вызовов региональной политики и градостроительного планирования. Насыщенность инфраструктуры определяет не только доступность базовых услуг, но и конкурентные преимущества территорий при привлечении инвестиций, формировании рабочих мест и развитии кластерных связей [8]. В условиях устойчивой концентрации ресурсов избыток инфраструктуры в ядре агломерации и ее дефицит на периферии могут служить основой для закрепления мезоуровневой монополизации экономической власти [20]. Влияние инфраструктуры на процессы концентрации и монополизации на мезоуровне требует системной количественной диагностики, которая сочетала бы показатели концентрации, неравенства и сопоставления инфраструктурных ресурсов с демографической и экономической базой территорий.

Объектом исследования являются проблемы и перспективы развития городских агломераций в Республике Крым, а предметом – распределение и насыщенность инфраструктурных объектов в пределах семи ключевых муниципалитетов (Симферополь, Ялта, Керчь, Евпатория, Феодосия, Алушта и Джанкой). Цель исследования состоит в том, чтобы на эмпирическом материале семи городов оценить степень концентрации и неравномерности распределения инфраструктуры, выявить несоответствия между инфраструктурной обеспеченностью и демографической базой, а также проанализировать роль инфраструктурной насыщенности как фактор процесса мезоуровневой монополизации. Для достижения этой цели в работе производится вычисление и сопоставление классических индикаторов концентрации и неравномерности применительно к инфраструктурным показателям, а также интерпретация выявленных профильных сочетаний индексов в контексте политик, направленных на снижение рисков монополизации и повышение мультипликативного эффекта инфраструктурных вложений. Научная новизна работы заключается в комплексной методической разработке и эмпирической верификации подхода к оценке инфраструктурной насыщенности как фактора мезоуровневой монополизации, а также в практико-ориентированном мониторинговом инструменте для органов муниципального управления и регионального планирования.

Методика исследования опирается на классический инструментарий измерения концентрации и неравномерности:

- индекс Херфиндаля–Хиршмана как мера доминирования отдельных территорий в совокупном объеме инфраструктурных объектов;

- коэффициент Джини как обобщенная мера неравномерности распределения;

- индекс Тейла для анализа иерархичности распределения и чувствительности к крайним значениям;

- коэффициент локализации для выявления относительной специализации и дисбалансов на душу населения;

- индекс Гувера для сопоставления распределения инфраструктуры с распределением населения.

Эмпирическая база исследования формируется на материале семи агломераций Республики Крым с использованием данных по числу инфраструктурных объектов, а также по численности населения за отчетный период 2020 и 2024 гг.

Ряд современных исследований подчеркивает важность инфраструктуры как детерминанты пространственного развития и фактора, усиливающего концентрационные процессы на мезоуровне. Так, Н. К. Попадюк рассматривает городские агломерации как центры концентрации ресурсов и экономической активности, отмечая их ключевую роль в формировании новых парадигм региональной политики [13]. Работы Стофарандовой В. В., Салихова Г. Ш. и Мисрихановой Б. А. демонстрируют влияние уровня социальной и инженерной инфраструктуры на конкурентоспособность регионов и их инвестиционную привлекательность, что важно для понимания связи инфраструктурной оснащенности и экономического роста [16]. Методологическую основу количественной оценки локализации и отраслевой специализации обеспечивают исследования А. В. Васильевой и соавторов, где коэффициенты локализации предлагаются как инструмент формализации отбора регионов-конкурентов и выявления специализации [1].

Совокупность этих подходов и результатов создает теоретико-методическую базу для применения к инфраструктурной насыщенности семи городов Республики Крым индексного набора и для интерпретации выявленных концентрационных паттернов в контексте мезоуровневой монополизации.

Эти методологические построения органично дополняются взглядами Ергина и Копаенко, ставящими в центр внимания институциональную и организационную составляющие инфраструктурного обеспечения: «инфраструктурное обеспечение представляет собой деятельность определенной совокупности структур и институтов различной организационно-правовой формы по формированию условий для реализации функций управления эффективной предпринимательской деятельностью» [6].

Исходя из институциональной перспективы, целесообразно дать более детализированное определение самого понятия инфраструктурной насыщенности. Под инфраструктурной насыщенностью понимается совокупность обеспеченности территории конкретными элементами инженерной, социальной и транспортной инфраструктуры, измеряемая через абсолютные и нормированные (на душу населения или на единицу площади) показатели и/или агрегированные индексные оценки интегрального типа. Как отмечает Лозинская И.В., «общеизвестным способом оценки состояния инфраструктуры является метод интегральных индексов насыщенности регионов страны инфраструктурными объектами» [11].

Наметив грани понятия инфраструктурной насыщенности, перейдем к определению процесса, который непосредственно исследуется в работе – мезоуровневой монополизации. Под мезоуровневой монополизацией понимается процесс формирования и закрепления доминирующих экономических позиций в пределах территориальных единиц (городов, городских агломераций, муниципалитетов и их сочетаний), который проявляется в высокой концентрации ресурсов, активов и рынков, нарушении конкурентных условий и в создании устойчивых барьеров для входа новых субъектов [7].

Параллельно с этим важно уточнить, в каких пространственных границах (городская агломерация) рассматривается анализ. Под городской агломерацией понимается совокупность города-ядра и прилегающих к нему населенных пунктов (городских и сельских), расположенных на относительно небольшом расстоянии друг от друга, связанных ежедневными миграционными, экономическими и инфраструктурными связями и функционально интегрированных в единую экономико-пространственную систему. Традиционное определение формулируется таким образом: «городская агломерация – это несколько городских поселений расположенных на небольшом расстоянии друг от друга вокруг города-ядра, объединенные многообразными и интенсивными производственными, транспортными связами в одну систему» [10].

Сопоставление данных определений и подходов позволяет логично связать рост инфраструктурной насыщенности с усилением процессов пространственной концентрации и рисками закрепления доминирующих позиций. Рост инфраструктурной насыщенности городов связан с усилением процессов пространственной концентрации экономических ресурсов и повышением риска закрепления доминирующих позиций на мезоуровне. Иными словами, более высокая инфраструктурная насыщенность при прочих равных условиях повышает вероятность формирования и закрепления мезоуровневых монополий через механизмы притягивания инвестиций, концентрирования услуг и повышения барьеров входа для новых субъектов.

Методические и эмпирические исследования показывают, что инфраструктура выступает ключевым фактором конкурентоспособности территории и притягивает инвестиционные и хозяйственные потоки, что ведет к концентрации ресурсов в отдельных центрах [14]. Для оценки такого эффекта в региональной науке используется совокупность индексных мер насыщенности и концентрации, включая интегральные индексы насыщенности, коэффициенты локализации и индексы концентрации. Именно на стыке этих подходов мы формируем рабочую гипотезу, которую далее проверим эмпирически на семи городах Республики Крым.

Материалы и методы.

Ниже в табл. 1 приводятся исходные статистические данные по числу инфраструктурных объектов и численности населения в каждой из семи исследуемых городских агломераций Республики Крым. Эти величины служат эмпирической базой для последующих расчетов индексных показателей.

Таблица 1

Статистические данные количества инфраструктурных объектов и численности населения городских агломераций Республики Крым,

2020 и 2024 гг.

Общая оценка концентрации вычисляется по индексу Херфиндаля-Хиршмана по формуле 1 [17].

где HHI – индекс Херфиндаля-Хиршмана;

s_i – доля i-й агломерации в совокупном показателе, выраженная в долях единицы;

n – количество элементов (агломераций), включенных в расчет.

Расчет HHI по приведенным данными показал ослабление агрегированной концентрации инфраструктурных объектов в выборке. Значение индекса снизилось с 0,217 в 2020 г. до 0,197 в 2024 г., что свидетельствует о частичном выравнивании долей между агломерациями, хотя ядро инфраструктурной обеспеченности все еще сохранено.

Для более общего понимания степени неравномерности распределения требуется использование обобщенной меры неравенства – коэффициента Джини [18; 19]. Неравномерность распределения вычисляется по коэффициенту Джини по формуле 2 [15].

где G – коэффициент Джини;

n – число территорий;

x_i – значение ресурса в i-й территории;

x_j – значение ресурса в j-й территории;

– среднее значение ресурсов.

Значение коэффициента Джини также уменьшилось в анализируемый период (с 0,334 в 2020 г. до 0,323 в 2024 г.), что подтверждает тенденцию к относительному снижению неравномерности в суммарных объемах инфраструктуры между территориями.

Чтобы учесть вклад верхних позиций и степень иерархичности распределения, целесообразно проанализировать индекс Тейла. Иерархическая структура распределения определяется по индексу Тейла (Т) по формуле 3 [15].

где x_i – значение ресурса в i-й территории;

μ – среднее значение по совокупности;

n – число территориальных единиц.

Индекс Тейла показал уменьшение иерархичности – с 0,092 в 2020 г. до 0,076 в 2024 г., то есть доля «верхних» позиций в совокупности сократилась, что означает ослабление относительного преимущества лидеров по числу инфраструктурных объектов.

Однако выравнивание суммарных объемов не исключает смещения инфраструктурного веса относительно демографической базы, что фиксируется при расчете индекса Гувера. Соотношение ресурсов и населения определяется по индексу Гувера (Н) по формуле 4 [12].

где x_i – объем ресурса i-й территории;

p_i – численность населения i-й территории.

Индекс Гувера вырос с 0,052 в 2020 г. до 0,093 в 2024 г., что указывает на усиление несоответствия между картой инфраструктурной обеспеченности и распределением населения. Доля инфраструктуры, все чаще оказывается сосредоточенной в территориях, несоразмерных по населению.

Для идентификации конкретных функциональных дисбалансов на душу населения используется коэффициент локализации [9]. Функциональные дисбалансы по территориям позволяет вычислить коэффициент локализации (КЛ) по формуле 5 [2].

где x_i – значение показателя в i-й территории;

X – суммарное значение показателя по совокупности территорий;

y_i и Y – соответствующие базовые показатели (например, численность населения).

Расчеты коэффициентов локализации дают детальную картину перенасыщенных и дефицитных территорий. В 2020 г. относительное превышение на душу населения отмечалось у Алушты (1,28), Джанкоя (1,19), Евпатории (1,11) и Симферополя (1,04). В 2024 г. тенденции сместились. Алушта (1,62) и Ялта (1,27) демонстрируют рост относительной насыщенности, Евпатория – небольшое увеличение (1,14), Джанкой – снижение до 1,07, Симферополь до 0,89, Феодосия до 0,79, а Керчь – увеличение до 0,80. Полученные профильные значения КЛ и сопутствующие индексы далее сведены в табл. 2 и служат отправной точкой для интерпретации рисков институционализации монопольных преимуществ и выработки практических рекомендаций.

Таблица 2

Значения рассчитанных индексов за 2020 и 2024 гг.

Табл. 2 сводит воедино рассчитанные индексные параметры за 2020 и 2024 годы и демонстрирует основную картину – одновременное снижение агрегированных мер концентрации при разнонаправленной динамике локальных показателей насыщенности. Для более наглядного восприятия профильных различий между агломерациями представлена графическая интерпретация. На рис. 1 и 2 показано сопоставление агрегированных индексных мер и профильные значения коэффициентов локализации по городам, что позволяет увидеть как локальные «перенасыщения», так и общие тенденции изменения концентрации инфраструктуры.

Рисунок 1. Динамика индексных показателей концентрации и неравномерности (HHI, Джини, Тейл, Гувер), 2020–2024 гг.

Источник: составлено автором

Рис. 1 демонстрирует сопоставление агрегированных индексных показателей (оценку концентрации и неравномерности) за два года исследования, что помогает соотнести локальные профили с общими трендами. Рис. 2 акцентирует внимание на пространственных различиях на душу населения. На нем просматриваются агломерации с относительным избытком и дефицитом инфраструктуры.

Рисунок 2. Профили коэффициентов локализации по городским агломерациям

Источник: составлено автором

Сопоставление табличных значений и визуальных профилей дает целостную отправную точку для детального разбора.

Результаты.

Общая оценка концентрации по индексу Херфиндаля–Хиршмана показывает ослабление концентрационных процессов в исследуемой совокупности городов. Это уменьшение, будучи умеренным по величине, указывает на относительное выравнивание долей инфраструктурных объектов между территориями и на снижение уровня доминирования одного или нескольких центров. Тем не менее величина HHI остается достаточно значимой, и потому говорить о полном переходе к равномерному распределению преждевременно. В методологическом ключе индекс Херфиндаля–Хиршмана продолжает служить базовой мерой масштаба концентрации, но для понимания структурной природы этой концентрации он всегда должен дополняться другими мерами.

Индекс Джини, отражающий обобщенную неравномерность распределения инфраструктурных объектов, также демонстрирует уменьшение. Снижение индекса Джини свидетельствует о том, что общая асимметрия распределения инфраструктуры между городами несколько уменьшилась, то есть наблюдается тенденция к более равномерному распределению совокупности объектов. В сочетании со снижением HHI это дает основание считать, что в исследуемый период наблюдалась не столько перераспределительная революция, сколько постепенное снижение степени концентрации инфраструктуры. Индекс Джини фиксирует агрегированное неравенство и не раскрывает иерархической структуры распределения, поэтому его интерпретация без дополнительных индексов ограничена [5].

Индекс Тейла, чувствительный к иерархичности и вкладу верхних позиций в общую сумму, уменьшился. Такое изменение указывает на снижение доли верхних позиций (лидера и группы сильных центров) в совокупности инфраструктурных объектов и на некоторое ослабление иерархичности распределения. С практической точки зрения это означает, что относительное превосходство лидеров в структуре инфраструктурной обеспеченности стало менее выраженным, что может уменьшать устойчивость существующих барьеров для входа и конкуренции на мезоуровне. Тем не менее оставшееся положительное значение Тейла говорит о том, что иерархия все еще присутствует и по-прежнему формирует профиль «ядро – периферия».

Анализ коэффициентов локализации по отдельным городам дает наиболее конкретную картину функционального дисбаланса на душу населения. Для каждого муниципалитета рассчитаны значения КЛ на 2020 и 2024 гг., что позволяет фиксировать направления внутритерриториальных изменений. В 2020 г. относительное превышение инфраструктурной обеспеченности на душу населения было зафиксировано у Алушты (1,28), Джанкоя (1,19), Евпатории (1,11) и Симферополя (1,04). В 2024 г. такие же признаки отмечаются у Алушты (1,62), Ялты (1,27), Евпатории (1,14) и Джанкоя (1,07), тогда как Симферополь демонстрирует снижение с 1,04 до 0,89, Феодосия – с 1,01 до 0,79, а Керчь остается устойчиво ниже паритета (0,79 – 0,80). Эти изменения требуют внимательной интерпретации.

Рост КЛ в Алуште (с 1,28 до 1,62) и в Ялте (с 0,88 до 1,27) указывает на нарастающее относительное перенасыщение инфраструктурой на душу населения в туристически ориентированных и небольших по населению территориях. Такое перенасыщение усиливает локальные преимущества в сервисной и туристической экономике, одновременно формируя очаги притяжения, которые способны концентрировать дополнительные экономические потоки и инвестиции.

Напротив, снижение КЛ для Симферополя и Феодосии означает относительную потерю инфраструктурной избыточности на душу населения, что может уменьшать их локальную привлекательность относительно сопредельных городов, но при этом может свидетельствовать о проведении перераспределительных или инвестиционно-структурных корректировок.

Устойчиво низкие значения КЛ в Керчи и сниженные показатели в Феодосии указывают на относительный дефицит инфраструктуры на душу населения, что в перспективе может усиливать периферийную уязвимость этих территорий и порождать институциональные барьеры для их развития. Следует подчеркнуть, что коэффициент локализации прямо показывает, какие именно города выступают локальными перенасыщенными центрами и какие недополучающими, что делает его ключевым диагностическим инструментом для адресного планирования инфраструктурных интервенций.

Индекс Гувера, сопоставляющий распределение инфраструктуры с распределением населения, продемонстрировал заметный рост. Возрастание индекса Гувера означает усиление несоответствия между картой инфраструктурной обеспеченности и демографической базой. Другими словами, доля инфраструктурных объектов стала отходить от пропорций, ожидаемых на основе распределения населения. При одновременно сниженных HHI, Джини и Тейле увеличение индекса Гувера показывает, что, несмотря на некоторое выравнивание в расположении объектов, пространственная привязка инфраструктуры к населению ослабевает. Часть инфраструктурных возможностей концентрируется в местах, которые уже не соответствуют плотности населения. Для тематики мезоуровневой монополизации это критично. Такие отклонения создают предпосылки для закрепления специализированных узлов инфраструктурной мощи (например, туристических центров или логистических хабов), которые могут притягивать ресурсы непропорционально их демографической базе и тем самым образовывать институционализированные преимущества и барьеры для конкурентов.

В совокупности полученные индексные профили формируют следующую интерпретацию. Снижение агрегированных показателей концентрации и неравномерности (HHI, Джини, Тейл) фиксирует тенденцию к частичному выравниванию распределения инфраструктурных объектов между городами. Однако параллельное увеличение индекса Гувера и разнородная динамика коэффициентов локализации свидетельствуют о том, что перераспределение носит не универсальный характер, а сопровождается перемещением инфраструктурной веса в профильные, функционально ориентированные центры. Такая конфигурация усиливает риски формирования и закрепления мезоуровневых монополистических механизмов. Инфраструктурно-перенасыщенные узлы получают преимущества при привлечении туристов, инвестиций и сервисных цепочек, тогда как города с КЛ < 1 и слабой инфраструктурной базой остаются в зоне уязвимости и ограниченных возможностей для роста.

Следовательно, индексная картина указывает на необходимость сочетания стратегий. Меры, направленные на корректировку дисбалансов (адресные инфраструктурные инвестиции в дефицитных городах, развитие межмуниципальной кооперации и каналов «возврата» ценности), должны дополнять инициативы по управлению профильными преимуществами перенасыщенных центров, чтобы минимизировать институциональную фиксацию неравенств и снизить риск долговременной мезоуровневой монополизации.

Обсуждение.

Полученные результаты позволяют сложить целостную картину влияния инфраструктурной насыщенности на механизмы концентрации ресурсов и на вероятность закрепления монопольных позиций на мезоуровне.

Сопоставление полученных эмпирических выводов с работами отечественных исследователей подтверждает большинство исходных предпосылок. Идеи о центральной роли агломераций в концентрации ресурсов и о том, что инфраструктура является одним из ключевых факторов конкурентоспособности территорий, находят подтверждение в теоретических обоснованиях и эмпирических наблюдениях Н. К. Попадюка и других авторов. Результаты по коэффициентам локализации и индексу Гувера корреспондируют с выводами исследователей, анализировавших профильные перекосы инфраструктурной обеспеченности в регионах.

Вместе с тем выявленная тенденция к снижению агрегированных индексов концентрации частично опровергает гипотезу о неуклонном росте инфраструктурного доминирования лишь в пользу крупных городов. Наблюдаемая динамика свидетельствует о более сложной картине, где перераспределение может идти по пути расширения числа центров с высокой инфраструктурной плотностью, а не только усиления ядра. Таким образом эмпирические данные подтверждают основной механизм «инфраструктура – концентрация – потенциал монополизации», но уточняют его. Монополизация не всегда проявляется через рост одного доминирующего центра [4]. Она может реализовываться через создание нескольких профильных узлов, каждый из которых локально закрепляет доминирование в своих нишах.

Исходя из вышесказанного, политические и практические рекомендации должны быть направлены на уменьшение институциональных и структурных рисков, сопровождающих неравномерную инфраструктурную насыщенность. В первую очередь требуется системное планирование, которое сочетает межмуниципальную координацию с адресной корректировкой дефицитов. Инвестиционные программы должны учитывать не только суммарные объемы объектов, но и их соответствие демографической и экономической базе каждой территории. Необходимы целевые инфраструктурные интервенции в городах с устойчиво низкими коэффициентами локализации, направленные на повышение базовой доступности услуг и создание минимальных условий для конкуренции.

Параллельно необходима система мониторинга и оценки, основанная на регулярных расчетах индексных показателей (HHI, коэффициент Джини, индекс Тейла, коэффициент локализации, индекс Гувера), чтобы оперативно обнаруживать тенденции перенасыщения и дефицита, а также отслеживать эффект проводимых политик. Практическая реализация этих мер требует повышения прозрачности муниципального управления и усиления аналитической компетенции органов власти, в том числе через внедрение открытых данных и механик привлечения экспертного сообщества.

Инфраструктурная насыщенность выступает активным драйвером пространственной концентрации и институциональной фиксации преимуществ. Эффективная политика в этой области должна опираться на комплексный набор инструментов (планирование, регулирование, мониторинг и стимулирование), чтобы минимизировать риски мезоуровневой монополизации и обеспечить более равномерное и устойчивое развитие городских агломераций [3].

Заключение.

Исследование показало, что распределение инфраструктуры в семи городских агломерациях Крыма оказывает заметное влияние на риск мезоуровневой монополизации. При общем снижении агрегированных мер концентрации сохраняются локальные несоответствия, которые способны закреплять преимущества отдельных узлов. Практическая значимость работы заключается в выделении необходимости целевого мониторинга и адресных мер со стороны муниципальных органов для снижения рисков закрепления монопольных преимуществ.

В работе предложена воспроизводимая методика оценки инфраструктурной насыщенности на основе наборов индексных показателей, что предоставляет инструмент для сопоставления территорий и выявления профильных узлов перенасыщения. Такой вклад упрощает задачу формулировки целевых политик и разработки мониторинговых систем, пригодных для использования в муниципальном управлении и региональном планировании.

Дальнейшие исследования могут развивать предложенный подход внедрения мониторинга на постоянной основе, адаптации индикаторов под практические нужды органов власти и интеграции результатов в механизмы межмуниципального планирования. Это позволит лучше видеть, где и почему возникают инфраструктурные дисбалансы, и принимать точечные решения, которые будут сглаживать риски монополизации и способствовать более равномерному и устойчивому развитию агломераций.

[1] Паспорта социально-экономического развития // Правительство Республики Крым. – URL: https://simf.rk.gov.ru/structure/d07bf104-ee06-480e-9c0b-9efaeb7fc155

[2] Государственная информационная система Крым – Территория роста // Инвестиционный портал Республики Крым. – URL: https://invest-in-crimea.ru/atd