Пандемия COVID-19: последствия для финансовой стабильности и принятые меры политики на глобальном уровне

Созаева Ф.Х.1
1 Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации, Россия, Москва

Статья в журнале

Экономическая безопасность
Том 4, Номер 2 (Апрель-июнь 2021)

Цитировать:
Созаева Ф.Х. Пандемия COVID-19: последствия для финансовой стабильности и принятые меры политики на глобальном уровне // Экономическая безопасность. – 2021. – Том 4. – № 2. – С. 309-320. – doi: 10.18334/ecsec.4.2.112196.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=46110725

Аннотация:
В работе исследуется последствия кризиса, связанного с пандемией Covid-19, а также принимаемые меры политики на глобальном уровне в интересах национальных финансовых систем и глобальной финансовой стабильности. Проанализированы: последствия для финансовой стабильности, принятые меры политики, перспективная работа, и дальнейшее международное сотрудничество в области укрепления мировой финансовой системы. В заключении, сделан вывод, что международные финансово-экономические организации активно способствуют обеспечению скоординированных действий на национальном и глобальном уровнях по поддержке финансовой стабильности.

Ключевые слова: мировая финансовая система, пандемия Covid-19, финансовая стабильность, экономическая активность, финансовые риски, финансовые рынки, кризис

JEL-классификация: F30, F63, F65



Введение

Совет по финансовой стабильности (FSB), в состав которого входят разнообразные национальные финансовые органы, международные разработчики стандартов и международные организации, работает над поддержанием финансовой стабильности [5] (Leshchenko, 2018). Данная поддержка усилилась во время рыночного стресса, связанного с COVID-19, и включает следующую деятельность:

- оценка финансовых рисков и уязвимостей в текущих условиях;

- регулярный обмен информацией о возникающих угрозах финансовой стабильности и мерах политики, которые принимают финансовые органы;

- координация ответных мер политики для поддержания глобальной финансовой стабильности, открытости и функционирования рынков и сохранения способности финансовой системы стимулировать рост.

Учитывая меняющийся характер пандемии и ее экономические последствия, FSB регулярно созывает свои комитеты для обсуждения рисков финансовой стабильности, обмена опытом членов о шагах, которые они предпринимают для их устранения, и согласования ответных мер политики.

Объектом исследования является финансовая стабильность.

Предмет исследования: процесс принятия мер политики на глобальном уровне в условиях пандемии COVID-19 для финансовой стабильности.

Цель исследования: проанализировать последствия пандемии COVID-19 для финансовой стабильности.

Задачи исследования:

- рассмотреть принятые меры политики на глобальном уровне в отношении финансовой стабильности;

- обосновать перспективную работу по укреплению финансовой стабильности;

- выявить доминанты международного сотрудничества, способствующего обеспечению скоординированных действий на национальном и глобальном уровнях по поддержке финансовой стабильности.

Методология исследования опирается на системный подход к научному познанию. Данный подход реализован с применением системно-структурного, функционального, исторического и других релевантных методов.

Информационной базой исследования послужили работы российских авторов и материалы международных финансово-экономических организаций (Совет по финансовой стабильности, Группа-20, Базельский комитет и др.).

Результаты проведенного исследования способствуют углублению научных представлений о финансовой стабильности в условиях новых глобальных вызовов (в условиях пандемии).

Пандемия COVID-19 представляет собой беспрецедентный глобальный макроэкономический шок, вводя национальные экономики в рецессию неопределенного масштаба и продолжительности. В связи с чем мировая финансовая система (МФС) сталкивается с двойными взаимосвязанными задачами:

- поддерживать потоки финансирования в условиях замедления экономического роста;

- управлять многообразием рисков.

Пересмотр ожидаемой экономической активности в сторону понижения и усиления непринятия риска привел к серьезной переоценке и изменению позиций участников на мировых финансовых рынках. С одной стороны, поставщики финансирования все больше отдают предпочтение краткосрочным безопасным активам. С другой стороны, резко возрастают кредитные риски. И как следствие, требования к капиталу и ликвидности в МФС выросли. Повышенные операционные риски увеличивают уязвимость. Рынки финансирования оказались под «напряжением» из-за чрезмерного спроса на наличные деньги и активы. В марте 2021 г. некоторое напряжение на рынке снизилось в ответ на оперативные меры налогово-бюджетной политики и действия центральных банков, предпринятые в 2020 г. для поддержки финансовых рынков.

Между тем МФС стала более устойчивой и лучше подготовленной к обеспечению финансирования реальной экономики в результате регулятивных реформ «Группы двадцати» (G-20) [3] (Leshchenko, 2017), Базельского комитета по банковскому надзору (BCBS) [4] и FSB после глобального финансового кризиса (ГФК) 2008 года. В частности, повышение устойчивости крупных банков, составляющих ядро ​​МФС, позволило системе на сегодняшний день в значительной степени поглощать, а не усиливать текущий макроэкономический шок. Крупные банки теперь лучше капитализированы, имеют меньшую долю заемных средств, обладают большей ликвидностью и остаются устойчивыми в условиях стресса на рынке. Увеличилось использование централизованного клиринга. Небанковское финансовое посредничество (NBFI) выросло, диверсифицируя источники капитала. Инфраструктура финансовых рынков функционирует адекватно сложившимся обстоятельствам, несмотря на влияние сложных (внешних) финансовых и операционных условий.

Однако «учитывая масштабы кризиса, ключевые рынки фондирования испытали острый стресс, вследствие чего государственным структурам необходимо было принять широкий спектр мер для поддержания кредитования реальной экономики и финансового посредничества» [1] (Kazantsev, Kolpakova, Lev, Sokolov, 2021). При этом сохраняющаяся неопределенность в отношении масштаба и продолжительности экономического воздействия пандемии продолжает создавать нагрузку на МФС. По настоящее время согласованные действия на глобальном уровне по поддержке хорошо функционирующей, устойчивой финансовой системы и открытых рынков остается приоритетным вектором финансово-экономической политики во всех странах.

Например, «после ГФК BCBS утвердил рабочую программу по оценке своих посткризисных реформ в 2017 г.» [7] (Sozaeva, 2021). И несмотря на то, что большая часть анализа программы охватывала период до вспышки пандемии, результаты и выводы оценки являются актуальными и рекомендации международных организаций реализуются в условиях пандемии.

«FSB контролирует устойчивость финансовой системы, а именно ключевые параметры системы, которые имеют существенное значение для финансовой стабильности» [13] (Lev, Medvedeva, Leshchenko, Perestoronina 2021). К ним относятся:

- способность финансовых институтов и рынков направлять финансовые средства в реальный сектор экономики;

- потенциал участников рынка получать финансирование, особенно на развивающихся рынках;

- «способность финансовых посредников, таких как инвестиционные фонды, эффективно управлять рисками ликвидности» [12] (Isaeva, Leshchenko, 2019);

- способность участников рынка и инфраструктуры финансового рынка управлять развивающимися рисками контрагента.

Противоречия между перечисленными параметрами системы и их взаимодействие могут привести к ужесточению финансовых условий и повлиять на предоставление финансовых услуг и, возможно, на стабильность МФС. Особого внимания требует воздействие шока на уже существующие уязвимости, включая высокий уровень долга частного и государственного секторов, повышенный уровень цен на активы и большую взаимосвязь между банками и небанковскими организациями. В условиях пандемии институциональным структурам необходимо подготовиться к более серьезным неблагоприятным сценариям. К ним относятся потенциальные сбои в работе. В общем плане пандемия делает финансовую систему более чувствительной к дополнительным кризисным процессам, а резкое снижение цен на нефть с начала марта 2021 г. способствовало повышению волатильности финансового рынка.

Тем временем мировая практика свидетельствует, что международные финансово-экономические организации (FSB, BCBS, G-20 и др.) активно способствуют обеспечению скоординированных действий на национальном и глобальном уровнях по поддержке реальной экономики, финансовой стабильности и минимизации рисков фрагментации рынка [8] (Sozaeva, 2021). Данные меры реагирования основаны на следующих принципах:

- национальные финансовые органы (НФО) стран будут индивидуально и коллективно, через FSB и органы, устанавливающие международные стандарты (SSB), обмениваться информацией на своевременной основе для оценки и устранения рисков финансовой стабильности, связанных с пандемией, с тем чтобы получить максимальную пользу от глобальных ответных мер политики;

- НФО будут использовать гибкость, заложенную в существующие финансовые стандарты, в том числе за счет использования специальных буферов для конкретных компаний и макропруденциальных буферов, для поддержания притока финансирования в реальный сектор экономики, поддержки функционирования рынка и обеспечения непрерывной работы бизнеса и его планирования;

- FSB, SSB и НФО будут продолжать находить возможности временно снижать операционную нагрузку на компании. Например, это включает перенос сроков реализации определенных стандартов, изменение сроков реализации инициатив в других областях политики и обеспечение гибкости в правилах технического соответствия;

- действия НФО будут согласовываться с международными стандартами;

- НФО будут координировать своевременное прекращение принятых временных мер через FSB и SSB, чтобы помочь вернуть финансовые условия и операции фирм в прежнее состояние, поддерживая финансовую стабильность в долгосрочной перспективе.

Принятые меры политики на национальном уровне укрепили устойчивость МФС благодаря согласованным действиям на глобальном уровне (табл. 1).

Таблица 1

Предпринятые меры политики

Комплекс мер предполагает прямую фискальную поддержку и схемы государственных гарантий
Юрисдикции внедрили схемы государственных гарантий для стимулирования банковского кредитования, а также прямые фискальные меры, включая отсрочку налоговых обязательств
Другой набор политических мер включает меры по обеспечению макропруденциальной поддержки
В некоторых юрисдикциях были сокращены антициклические буферы и требования к капиталу. Банкам было рекомендовано использовать буферы капитала при кредитовании бизнеса и предприятий, и разрешено не выплачивать дивиденды и не выкупать акции в течение определенного периода времени
Центральные банки стран приняли ряд мер по предоставлению ликвидности банкам и рынкам, в том числе посредством дополнительных операций долгосрочного рефинансирования
«Федеральная резервная система США активировала механизм финансирования коммерческих бумаг, чтобы облегчить поток финансирования через рынки краткосрочного капитала, и учредила два механизма для поддержки кредитования крупных работодателей посредством покупки кредитов и облигаций на первичном и вторичном рынках» [6] (Leshchenko, Khazaliya, 2021).
Для обеспечения беспрепятственного проведения денежно-кредитной политики в зоне евро «Европейский Центральный Банк запустил Программу чрезвычайных закупок на случай пандемии (PEPP), временную программу покупки активов для ценных бумаг частного и государственного секторов» [10].
«Банк Англии запустил схему срочного финансирования для поддержки кредитования малого и среднего предпринимательства» [9]
Источник: составлено автором.

Признавая чрезвычайные обстоятельства, международные финансово-экономические организации предприняли шаги по устранению финансовых и надзорных последствий COVID-19, основные из которых включают:

- BCBS продлил на один год сроки внедрения стандартов Базель-III, завершенных в декабре 2017 года, и сопутствующих переходных механизмов для минимального уровня результатов (пересмотренная структура рыночного риска и требований к раскрытию информации);

- BCBS и Международная организация комиссий по ценным бумагам (IOSCO) продлили на один год срок для завершения двух последних этапов внедрения маржинальных требований по деривативам с нецентрализованным клирингом;

- BCBS опубликовал технические пояснения, чтобы гарантировать, что банки отражают эффект снижения риска исключительных мер правительства и банков при расчете своих требований к нормативному капиталу. А также внес поправки в свои переходные механизмы и режим нормативного капитала для учета ожидаемых кредитных убытков;

- Совет по международным стандартам финансовой отчетности (IASB) опубликовал документ о применении МСФО (IFRS) – «Финансовые инструменты» в период повышенной экономической неопределенности, вызванной пандемией COVID-19 [15];

- IOSCO выпустила документ о применении стандартов бухгалтерского учета во время пандемии [11].

Международное сотрудничество

«Принципы FSB», лежащие в основе ответных мер на COVID-19, основаны на:

- своевременном мониторинге и обмене информацией для оценки и устранения рисков финансовой стабильности, связанных с COVID-19;

- признании и использовании гибкости, заложенной в существующих международных финансовых стандартах, и действиях в соответствии с ними;

- координации дальнейшего своевременного свертывания принятых временных мер.

На сегодняшний день международные «Принципы FSB» определяют меры реагирования на COVID-19 на национальном уровне. FSB поддерживает международное сотрудничество и координацию следующими способами:

- на постоянной основе обменивается информацией между национальными финансовыми органами о возникающих угрозах финансовой стабильности и о мерах политики, которые финансовые органы принимают или рассматривают в своих юрисдикциях;

- проводит оценку уязвимостей и рисков в ключевых областях МФС, требующих особого внимания;

- координирует ответные меры на вопросы политики существующих международных (финансовых) стандартов.

Обмен информацией направлен на оценку меняющихся рисков МФС и обеспечение разработки ответных мер национальной политики, которая сопровождается систематическим анализом, облегчающий оценку ее эффективности, а также любого воздействия на фрагментацию рынка и других побочных эффектов, и включает следующие аспекты:

- информацию об уязвимостях и каналах риска финансовой стабильности через конференц-связь и различные письменные отчеты;

- информацию по вопросам, связанным с платежной и рыночной инфраструктурами;

- информацию о принятых мерах политики; эта информация предоставляется всем странам – членам международных финансово-экономических организаций.

FSB оценивает макрофинансовые последствия быстро меняющейся рыночной среды. Эти оценки позволили выявить риски финансовой стабильности, требующие тщательного мониторинга и дальнейшего исследования.

«FSB изучает потенциальные риски финансовой стабильности, которые могут возникнуть в процессе воздействия COVID-19 на мировую экономику» [2] (Lev, Leshchenko, 2021).

В среднесрочной перспективе FSB намеревается изучить, насколько вероятны изменения в МФС, связанные с кризисом COVID-19, могут повлиять на характер рисков финансовой стабильности в будущем.

Страны – члены FSB тесно сотрудничают для координации действий, в том числе ответных мер финансовой политики в их юрисдикциях, для поддержания глобальной финансовой стабильности [14].

Заключение

Пандемия COVID-19 представляет собой самое серьезное испытание для МФС со времен финансового кризиса 2008 года. Перед финансовой системой стоит двойная задача – поддерживать поток финансирования в реальную экономику и сохранять финансовую устойчивость.

«Шок» от COVID-19 поставил МФС под серьезное «напряжение». В то время как ядро ​​финансовой системы вошло в кризис более устойчиво, шок от COVID-19 уже в марте 2020 г. привел к серьезному стрессу ликвидности в системе.

Глобальные финансовые условия в целом продолжали улучшаться благодаря решительным политическим действиям, однако риски для глобальной финансовой стабильности остаются повышенными.

Страны – члены FSB на постоянной основе оценивают финансовые риски и уязвимости, связанные с COVID-19. FSB регулярно отчитывается перед G-20 о последствиях пандемии для финансовой стабильности и мерах политики, принятых в ответ на нее.

Таким образом, последовательное и своевременное информирование о намерениях политики может помочь снизить издержки, связанные с прекращением поддержки, не в последнюю очередь за счет снижения риска непредвиденных обстоятельств и резких изменений на финансовых рынках.


Источники:

1. Казанцев С.В., Колпакова И.А., Лев М.Ю., Соколов М.М. Угрозы развитию экономики современной России: ценовые тренды, санкции, пандемия. / Монография. - Москва: ООО «Первое экономическое издательство», 2021. – 224 c.
2. Лев М.Ю., Лещенко Ю.Г. Обеспечение экономической безопасности России в международных финансово-экономических организациях в процессе интеграции // Экономика, предпринимательство и право. – 2021. – № 3. – c. 669-688. – doi: 10.18334/epp.11.3.111630 .
3. Лещенко Ю.Г. Институциональные ориентиры Группы 20 (G-20) в аспекте Российской экономики и интересах российского предпринимательства // Российское предпринимательство. – 2017. – № 17. – c. 2417-2450. – doi: 10.18334/rp.18.17.38255 .
4. Лещенко Ю.Г. Макроэкономическое воздействие соглашений «БАЗЕЛЬ III» на мировую банковскую систему // Российское предпринимательство. – 2018. – № 9. – c. 2345-2366. – doi: 10.18334/rp.19.9.39350 .
5. Лещенко Ю.Г. Совет по финансовой стабильности: перспективы развития механизма глобального регулирования // Вопросы инновационной экономики. – 2018. – № 2. – c. 197-222. – doi: 10.18334/vinec.8.2.39151.
6. Лещенко Ю.Г., Хазалия И.Д. Валютная стоимость американского доллара как ключевой фактор обеспечения национальной безопасности США // Экономическая безопасность. – 2021. – № 2. – doi: 10.18334/ecsec.4.2.111881.
7. Созаева Ф.Х. Оценка эффективности реформ Базель III в условиях Covid-19 // Экономика и управление: проблемы, решения. – 2021. – № 5.
8. Созаева Ф.Х. Фрагментация мировых финансовых рынков в контексте финансовой стабильности // Экономика и управление: проблемы, решения. – 2021. – № 4(112). – c. 118-126. – doi: 10.36871/ek.up.p.r.2021.04.02.016 .
9. Monetary Policy Report – May 2021. Bank of England. [Электронный ресурс]. URL: https://www.bankofengland.co.uk/monetary-policy-report/2021/may-2021 (дата обращения: 15.05.2021).
10. Monetary policy decisions. European Central Bank. [Электронный ресурс]. URL: https://www.ecb.europa.eu/mopo/decisions/html/index.en.html (дата обращения: 15.05.2021).
11. IOSCO Statement on Application of Accounting Standards during the COVID-19 Outbreak. Iosco. [Электронный ресурс]. URL: https://www.iosco.org/news/pdf/IOSCONEWS561.pdf (дата обращения: 15.05.2021).
12. Isaeva E.A., Leshchenko J.G. Evaluation of the effectiveness of modern models of regulation of financial markets // Креативная экономика. – 2019. – № 10. – p. 2045-2066. – doi: 10.18334/ce.13.10.40967 .
13. Lev M. Yu., Medvedeva M.B., Leshchenko Yu. G., Perestoronina E.A. Spatial analysis of financial Indicators Determining the level of Ensuring the economic Security of Russia // Экономика и управление: проблемы, решения. – 2021. – № 1(109). – p. 21-34. – doi: 10.36871/ek.up.p.r.2021.01.02.002.
14. Covid-19 support measures: Extending, amending and ending. Financial Stability Board. [Электронный ресурс]. URL: https://www.fsb.org/2021/04/covid-19-support-measures-extending-amending-and-ending (дата обращения: 15.05.2021).
15. The Financial Reporting Implications of COVID-19. Ifac.org. [Электронный ресурс]. URL: https://www.ifac.org/knowledge-gateway/supporting-international-standards/discussion/financial-reporting-implications-covid-19 (дата обращения: 15.05.2021).

Страница обновлена: 11.10.2021 в 06:59:37