Меры по поддержке малого бизнеса в кризисных условиях: международный опыт и российская практика

Козырев А.В.1
1 Российский экономический университет имени Г. В. Плеханова, Россия, Москва

Статья в журнале

Экономика, предпринимательство и право
Том 11, Номер 2 (Февраль 2021)

Цитировать:
Козырев А.В. Меры по поддержке малого бизнеса в кризисных условиях: международный опыт и российская практика // Экономика, предпринимательство и право. – 2021. – Том 11. – № 2. – С. 267-284. – doi: 10.18334/epp.11.2.111633.

Аннотация:
Эта статья рассматривает меры поддержки малого бизнеса, введенные в Российской Федерации на фоне экономического кризиса, вызванного эпидемией COVID-19 в I и II кварталах 2020 года. Рассматриваются основные потребности малого и среднего предпринимательства (МСП) в условиях кризиса, проблемы с доступом к кредитным продуктам, вынужденное сокращение кадров и закрытие офисов и торговых точек. Проанализирован опыт США в разработке и внедрении комплекса мер по оздоровлению и стимулированию роста сектора МСП в 2009 году в ответ на финансовый кризис 2007-2008 годов. Сделаны выводы о возможных лучших практиках, подходящих к рассмотрению в качестве мер долгосрочной поддержки МСП в РФ

Ключевые слова: малое и среднее предпринимательство, поддержка малого предпринимательства, кризис, эпидемия COVID-19

JEL-классификация: H81, L26, M21



Введение

Развитие сектора малого предпринимательства и поддержание высокого уровня конкуренции являются ключевым шагом на пути к обеспечению устойчивого и прогнозируемого развития национального хозяйства. Малое предпринимательство способствует структурному развитию и перестройке экономики, увеличению объемов производства, внедрению инновационных решений в производство товаров и услуг, массовому созданию новых рабочих мест в востребованных сферах и оперативному удовлетворению спроса населения в тех секторах, нишах и географических локациях, где крупный бизнес был бы неэффективен [1] (Shchetinin, 2001).

Уникальной характеристикой и достоинством малого и среднего предпринимательства (МСП) является его мобильность и высокая скорость реакции на изменяющуюся конъюнктуру рынка. Однако эти особенности сферы малого и среднего бизнеса также могут являться слабостью компаний в периоды экономического кризиса, влекущего за собой резкое падение потребительского спроса.

Целью статьи является анализ мер государственной поддержки малого бизнеса в кризисных условиях пандемии, сравнение оказанной поддержки с потребностями предпринимателей по различным направлениям деятельности, а также обоснование возможности использования имеющегося международного опыта поддержки малого бизнеса в кризисных ситуациях. Актуальность темы обусловлена резко возросшим давлением на малое предпринимательство в РФ ввиду реализации политики по сдерживанию распространения нового заболевания COVID-19, вследствие чего возросла угроза банкротства и выхода с рынка для существенной доли малых предприятий.

На основании материалов из открытых источников о вводимых мерах поддержки малого предпринимательства в условиях пандемии в России, а также научных источников о потребностях предпринимателей в государственной поддержке и публикаций, описывающих опыт поддержки предпринимательства в кризисных ситуациях за рубежом, проведено сравнение вводимых государственных мер с потребностями малого бизнеса, имеющихся результатов вводимых мер поддержки с прогнозами развития влияния пандемии на экономические условия ведения малого бизнеса в России.

Научная новизна статьи состоит в сопоставлении оказываемой малому бизнесу поддержки не только с конкретными обстоятельствами экономической ситуации в условиях сокращения спроса и ограничения экономической деятельности в условиях пандемии, но с существующими потребностями малого предпринимательства, обострившимися в кризисной ситуации. Описание существующего международного опыта поддержки малого предпринимательства в условиях кризиса позволяет выделить наиболее действенные меры и формы такой поддержки.

Основными источниками информации для данной работы послужил ряд научных статей по направлению поддержки малого и среднего предпринимательства в целом [3, 4, 8, 12] (Shevchenko, Arku, 2018; Lebedeva, 2005; Emelyanov, Frizyak, 2018), и по отношению к поддержке МСП в условиях эпидемии COVID-19 [16] (Levashenko, Koval, 2020). Также были использованы исследования зарубежных авторов наряду с информацией о законопроектах и прочими данными, выпущенными государственными структурами РФ [6, 13], и зарубежных стран [5, 7, 9, 11].

Рабочую гипотезу автора можно сформулировать как «положительный международный опыт внедрения мер государственной поддержки МСП в кризисных условиях может быть использован при реализации политики по поддержке МСП в РФ на фоне негативного воздействия эпидемии COVID-19 на данную сферу экономики».

Поддержка малого предпринимательства

Основными затруднениями в развитии малого бизнеса на российском рынке на данный момент можно назвать нестабильность правовой среды, регулирующей работу МСП, малую доступность заемных средств, бюрократическую сложность процедур получения поддержки, труднодоступные инструменты масштабирования и вывода бизнеса на международный рынок, недостаточную конкурентоспособность и инновационный потенциал компаний в сфере высоких технологий [2]. Большинство из них сводятся к коренной проблеме российского малого и среднего предпринимательства – нестабильность и ненадежность источников финансирования.

Говоря об основных источниках финансирования МСП в порядке убывания популярности среди отечественных предпринимателей, формируется следующая картина:

1. Самофинансирование.

2. Инвестиционные ресурсы.

3. Заемные финансовые ресурсы [17] (Soldatova, 2014).

Популярность самофинансирования и определенное избегание кредитных организаций отечественными предпринимателями при поиске средств на запуск или развитие бизнеса обуславливаются сохраняющимися проблемами с доступностью кредита для малых предприятий в российской экономике. Высокие процентные ставки на рискованные займы на запуск бизнеса являются наиболее существенной причиной популярности самофинансирования. Функционирующие на региональных и муниципальных уровнях программы льготного кредитования для малого бизнеса, призванные расширить доступность кредита для начинающих предпринимателей, в большинстве своем имеют ряд ограничений, существенно сужающих пул предпринимателей, которые имеют доступ к льготам [17, 3] (Soldatova, 2014; Shevchenko, Arku, 2018).

Инвестиционные ресурсы, стоящие на втором месте по популярности, включают в себя ряд долговых финансовых инструментов, используемых частными и институциональными инвесторами. Финансирование, получаемое компаниями посредством данных инвестиционных ресурсов, может быть представлено в виде субсидий, субвенций, налоговых кредитов и инвестиций третьих лиц.

Заемные финансовые ресурсы в первую очередь представляют собой традиционные банковские и коммерческие кредиты. Вся активность на рынке заемных финансовых ресурсов для малого бизнеса в РФ в основном ведется на уровне кратко- и среднесрочных продуктов, в то время как доступ к проектным и долгосрочным инвестициям крайне ограничен.

Финансовая поддержка МСП является одним из наиболее актуальных направлений государственных поддерживающих программ, направленных на сферу малого и среднего предпринимательства, в первую очередь из-за ряда нерешенных проблем бизнеса с доступом к финансовым средствам.

В целях предотвращения серьезного урона сектору малого бизнеса и всплеска банкротств экономические регуляторы применяют ряд проверенных и доказавших свою эффективность экономических инструментов по облегчению удара по малому бизнесу и по возможности нивелированию риска массовой потери рабочих мест и повышения безработицы в результате кризиса. Основными такими инструментами являются меры по компенсации части финансовых потерь, облегчение кредитного давления, а также на более долгую перспективу – меры по восстановлению интереса кредитных организаций к финансированию создания и роста субъектов МСП [4] (Lebedeva, 2005).

Малое предпринимательство в условиях пандемии

Одним из наиболее существенных событий, повлиявших на прогресс российского рынка малого и среднего бизнеса с начала XXI века, стали катастрофические экономические потрясения, которые повлекла за собой всемирная эпидемия заболевания COVID-19, вызываемая новым штаммом коронавируса SARS-CoV-2. Начавшись в Китае в декабре 2019 года и распространившись по всему миру к марту 2020 года, на момент написания данного материала пандемия COVID-19 представляет собой экзистенциальную угрозу для существенной доли субъектов МСП в Российской Федерации. В результате сложившейся ситуации и в рамках экстренных мер по борьбе с эпидемией федеральными и региональными органами Правительства РФ последовательно был принят ряд мер по внедрению практик социального дистанцирования, снижения риска массового распространения заболевания, подготовки медицинской инфраструктуры к резко возрастающему количеству заболевших и по временному ограничению транспортного сообщения как с зарубежными странами, так и среди крупных городских центров внутри страны. Одним из первых указов мэра Москвы, задавшим тон отношения правительства Москвы к надвигающемуся кризису, стал Указ от 5 марта 2020 г. № 12-УМ «О введении режима повышенной готовности в связи с угрозой распространения в городе Москве новой коронавирусной инфекции», в котором сложившиеся обстоятельства были причислены к обстоятельствам непреодолимой силы, предоставив возможность предпринимателям впоследствии ссылаться на условия форс-мажора при вынужденном невыполнений условий ранее заключенных договоров. [1]

Начиная с 30 марта 2020 года в Москве был объявлен обязательный режим самоизоляции, призванный сократить до минимума массовые социальные контакты среди населения, несущие в себе риск ускорения распространения COVID-19. В течение апреля 2020 года подобные меры городского карантина были введены во многих регионах и городах Российской Федерации, а к 17 апреля не осталось ни одного региона, не затронутого эпидемией. Вскоре после введения ограничительных мер, в конце марта 2020 года, ежедневные потери экономики РФ были оценены в 100 млрд рублей. [2]

Логичным последствием такой превентивной политики по сдерживанию распространения эпидемии стала практически полная остановка работы малого бизнеса. В первую очередь пострадали предприятия общественного питания и услуг, для которых единственной возможностью выжить стал срочный переход на бизнес-модель доставки и дистанционного обслуживания. Предприятия всех сфер, за исключением узкого перечня системообразующих, также были вынуждены искать возможность продолжать работу дистанционно.

Современная российская экономика до сих пор не сталкивалась с подобными вызовами и не обладает достаточной гибкостью и адаптивностью для того, чтобы в достаточном объеме обеспечить выживание сектора малого и среднего бизнеса. По словам главы Центробанка РФ, только первые 30 календарных дней, проведенные в условиях полного карантина и остановки хозяйственной деятельности, могут привести к падению российского внутреннего валового продукта в 2020 году на 1,5–2%. [3] Ограничительные меры, введенные в различных регионах РФ, являются одновременно как необходимыми для торможения распространения эпидемии среди населения, так и крайне болезненными для экономики, и в первую очередь – для малого и среднего бизнеса. Наибольший урон карантином будет нанесен МСП в секторах ретейла и услуг. В соответствии с заявлением Министерства финансов эпидемиологическая ситуация в стране заставила страну перейти на дефицитный бюджет в 2020 году. [4]

В сложившейся ситуации правительство отдает приоритет сохранению жизни и здоровья граждан перед лицом нового заболевания и готово идти на экономические жертвы ради достижения данной цели. [5]

Национальное Рейтинговое Агенство (НРА) оценивает суммарный ущерб эпидемии COVID-19 российской экономике в течение 2020 года в 18 трлн рублей и сокращение налоговых сборов – на 4,2 трлн, одновременно с этим прогнозируя потенциальную потерю 15,5 млн рабочих мест в экономике. Максимальные потери произошли в сфере гостинично-ресторанного бизнеса (HoReCa). [6] Индекс деловой активности в секторе услуг России, по данным IHS Markit Russia Services, резко упал с 52,0 в феврале до 37,1 в марте и еще ниже, до 12,2, в апреле 2020 года. Показатель индекса деловой активности в марте является самым низким с начала наблюдений Markit Economics в 2001 году. После резкого падения последовал всплеск деловой активности с июня по сентябрь, который был также задавлен пришествием «второй волны» заболеваемости и повторным введением ограничительных мер. По состоянию на конец 2020 года индекс деловой активности был установлен на уровне 48,0, что на 14% ниже среднего уровня индекса, наблюдаемого в декабре. [7]

Особенности кризиса 2020 года

Эпидемия COVID-19 поставила перед предпринимателями и управляющим персоналом в сфере МСП ряд неожиданных задач, которые тем не менее оказалось необходимо выполнить в целях обеспечения выживания бизнеса в период карантина. Предприниматели столкнулись с необходимостью резко сократить расходы и минимизировать потери, параллельно изыскивая возможность участия в государственных программах поддержки МСП. Одним из основных трансформационных трендов для малого бизнеса стала попытка экстренно перевести свою бизнес-модель в онлайн, что в разной степени реализуемо, в зависимости от сферы деятельности компании. Так, в сфере образования карантин ускорил давно наметившийся тренд укрепления ниши дистанционного обучения и общей цифровизации, в то время как в сфере услуг и общественного питания лишь немногие предприниматели смогли успешно перейти на онлайн-модель работы и обеспечить своим предприятиям минимально необходимый поток заказов. Также карантин, введенный в конце марта 2020 года, негативно сказался на предприятиях, экспортирующих физические продукты за рубеж из-за резких таможенных изменений и частичного закрытия государственных границ. Предприниматели встретились с рядом административных задач, направленных на реконфигурацию бизнес-модели, резкое сокращение издержек, сохранение ценных кадров и изыскание способов получения поддержки извне.

Новые трудности, с которыми встретились компании, можно в целом классифицировать по ответственным лицам внутри компаний, на чьи плечи возлагается ответственность за их решение: задачи финансового директора, бухгалтера, HR-специалиста, юриста и специалиста по охране труда.

1. Задачи финансового директора.

У финансовых управляющих появилась необходимость использовать новые инструменты оперативного финансового планирования с целью удержания контроля за корпоративными финансами, соблюдения графика уплаты налогов и процентов по кредитам и по возможности смягчения удара, оказываемого карантинными условиями на финансовое состояние компании.

2. Задачи бухгалтера.

Со стороны бухгалтерского обслуживания появилась необходимость в принятии срочных мер в соответствии с распоряжениями регулятора о переносе сроков сдачи отчетности, уплаты налогов и внедрении новых льгот.

3. Задачи HR-специалиста.

На сотрудников, ответственных за кадры, легла задача по оформлению, оплате и контролю работы подчиненных по удаленной схеме работы, а также в целом задача по сохранению ценных сотрудников в штате. Возник ряд вопросов по организации, координации удаленной работы сотрудников и обеспечению безопасности внутреннего документооборота.

4. Задачи юриста.

С юридической точки зрения малый бизнес оказался перед необходимостью задействовать условия форс-мажора и предпринять попытку массово изменить или расторгнуть существующие контракты. В первую очередь это касается попыток получить послабления и каникулы на арендные платежи. [8]

Резкое изменение мнений, моделей поведения и потребления, тренды, возникающие в «карантинном» состоянии социоэкономической среды, напрямую повлияют на модели функционирования подавляющего большинства субъектов малого бизнеса, заставляя их подстраиваться под возникающие модели поведения. Так, одним из наиболее ярких трендов, уже успевших укрепиться в течение борьбы с COVID-19, является стремление ограничить круг личного общения, избегать общественные места, избегать физического контакта и держать дистанцию с окружающими, уделять повышенное внимание собственному здоровью и здоровью старшего поколения, внедрять полезные привычки. [9] Данные тренды, укоренившись в обществе, даже после снятия всех ограничительных мер по борьбе с эпидемией, способны как оказать негативное воздействие на некоторые секторы малого бизнеса, так и открыть новые возможности для тех предпринимателей, которые готовы перестраивать свои предприятия под новые настроения и привычки потребителей.

Сложная экономическая ситуация, сложившаяся к концу марта – началу апреля 2020 года с введением во многих крупных населенных пунктах РФ, начиная с Москвы, мер жесткого карантина, социального дистанцирования, запрета общественных мероприятий, а впоследствии и пропускной системы пользования личным и общественным транспортом, обусловила необходимость срочных и существенных мер поддержки малого бизнеса со стороны федеральных и муниципальных властей. Перечень мер государственной поддержки малого бизнеса на период эпидемии был озвучен в несколько этапов, в конце марта и в течение апреля 2020 года. Некоторые дополнительные меры были озвучены также в 3 квартале 2020 года, с повторным резким ростом заболеваемости, ознаменовавшим пришествие второй волны эпидемии.

Председателем Правительства РФ М. Мишустиным был утвержден так называемый план мер по обеспечению устойчивого развития экономики, сконцентрированный на поддержке в первую очередь тех отраслей, которые оказались в сложной ситуации, и предусматривающий, помимо прочего, выделение дополнительных 5 миллиардов рублей для возмещения части процентных платежей по кредитам субъектов малого и среднего бизнеса, испытывающих финансовые трудности. Также были озвучены доли ответственности государственного бюджета и банковских структур в обеспечении данных субсидий (по 33% каждый). [10]

В отношении малого и среднего бизнеса ранними мерами поддержки стали обеспечение отсрочки уплаты налогов на шесть месяцев и снижение страховых взносов с зарплат, превышающих минимальный размер оплаты труда, до 15%. Однако реализация этих мер была существенно ограничена сложностью сбора и подачи документов со стороны МСП в течение действующего карантина, а также процедуры доказательства тяжелой финансовой ситуации и причастности к определенному в распоряжении правительства кругу предприятий, на которые была нацелена эта поддержка, – в первую очередь это сферы общественного питания, услуг, розничной торговли, туризма и транспорта, а также организаторы культурно-массовых мероприятий. Также кабинет министров РФ в марте 2020 года подготовил закон о праве представителей малого и среднего бизнеса на полугодовую отсрочку по уплате процентов по кредитам, в случае если субъект МСП сможет доказать существенный ущерб, причиненный ему обстоятельствами, связанными с эпидемией COVID-19. [11]

На более локальном уровне московской мэрией также были запущены программы субсидирования процентных ставок для субъектов малого предпринимательства – до 6% по ранее взятым кредитам и до 8% по кредитам на финансирование текущей деятельности и поддержание функционирования предприятия. На эти цели, по словам Мэрии Москвы, было выделено от 20 до 30 млрд рублей, в зависимости от активности предпринимателей и объема заявок на получение поддержки. [12]

С 16 апреля 2020 года были введены более прямолинейные и радикальные меры поддержки населения и предприятий, оставшихся без доходов на время всеобщего карантина. Был расширен официальный перечень отраслей, в наибольшей степени пострадавших от эпидемии, а некоторым сегментам рынка МСП была предоставлена возможность получить по 12,1 тысяч рублей на сотрудника, которые могут быть направлены на компенсацию снижения зарплат из-за резкого падения оборота компании. Основной целью данной инициативы было сохранение рабочих мест – компенсации будут предоставлены только компаниям, сохранившим после введения карантинных мер 90% или более своего штата. [13]

Реакция предпринимателей, экономистов и профессионалов в сфере МСП на принятые правительством меры были неоднозначна. Основной целью мер поддержки было не допустить единовременного банкротства существенной доли предприятий из наиболее пострадавших отраслей, что, в свою очередь, повлекло бы за собой всплеск безработицы. Однако меры поддержки, принятые на федеральном и региональном уровнях, по большей части не облегчают ношу малого бизнеса, а лишь дают небольшую отсрочку на обязательства, и после отмены карантинных мер компаниям, скорее всего, не будет предоставлено достаточно времени для восстановления платежеспособности. Предприятия МСП с относительно низкой маржинальностью, к примеру компании из сфер туризма, мелкой розничной торговли и общественного питания, как правило, не имеют существенной финансовой подушки безопасности, которая помогла бы им обеспечить оплату финансовых обязательств, отсроченных на 6 месяцев. [14] Вкупе с мораторием на банкротства организаций отсрочка обязательств по уплате процентов по кредитам создает опасную ситуацию, грозящую вылиться в массовое банкротство через шесть месяцев. Когда отсрочка истечет и банки потребуют у кредиторов единовременной выплаты задолженности за все пропущенные 6 месяцев, рынок увидит огромное количество заявлений о банкротстве от тех МСП, которые были не в состоянии генерировать выручку в течение месяцев карантина. [15]

Меры, принятые относительно отсрочки уплаты страховых взносов для малого бизнеса и их уменьшения с 30% до 15%, на данный момент могут применяться к довольно ограниченному кругу предприятий, так как они не действуют для компаний, выплачивающих зарплату на уровне регионального минимального размера оплаты труда. В этой правительственной инициативе поддержки прослеживается толчок к «обелению» заработной платы для малого бизнеса, для которого во многих случаях «серые» схемы выплаты заработной платы являются единственным возможным путем сохранить операционную прибыльность. Однако в существующих условиях «карантинной экономики» эти меры поддержки видятся малоэффективными, так как воспользоваться ими могут далеко не все пострадавшие предприятия, для которых войти в перечень компаний, допущенных к льготам, не представляется возможным. Так как предложение по снижению ставки страховых взносов с 30% до 15% не включало определенного срока давности, оно особенно выигрышно смотрится на перспективу. Это одна из немногих вводимых мер поддержки, которая сохранит свое действие и после полного снятия карантинных мер и в определенной степени поддержит восстановление малого бизнеса. Однако, возвращаясь к текущей кризисной ситуации, снижение страховых взносов вдвое не будет иметь существенного поддерживающего эффекта. В ситуации, когда в ряде сфер малого бизнеса платежи практически остановились и оборотных средств не хватает даже на частичную выплату зарплаты работникам и сохранение штата, снижение страховых взносов не имеет значения. Данная мера предназначается только для небольшой доли предприятий, которые сумели сохранить зарплатный фонд и продолжить операции. [16]

Международный опыт поддержки малого предпринимательства

Опыт зарубежных стран по выводу экономики из кризиса, а в частности по внедрению доказавших эффективность мер поддержки малого бизнеса, на котором негативно сказываются внешние потрясения, включает меры, принятые в США для восстановления экономики после мирового финансового кризиса 2007–2008 гг. Тогда был сформулирован пакет стимуляционных мер по преодолению негативных последствий мирового финансового и экономического кризиса и по обеспечению условий экономического роста. Данный пакет мер был принят в рамках «Закона о восстановлении экономики и реинвестициях» (The American Recovery and Reinvestment Act of 2009, ARRA, PL 111–5) [7].

Данная программа мер во многом послужила причиной стабильного роста экономики США на протяжении почти 10 лет и беспрецедентно уверенного и быстрого роста американского фондового рынка со второго квартала 2009 года вплоть до шокового падения, начавшегося 20 февраля 2020 года на фоне опасений по поводу эффекта глобально распространяющейся эпидемии COVID-19.

В ARRA был включен перечень мер по поддержке рынка труда, созданию новых рабочих мест, поддержке малого бизнеса, модернизации государственной инфраструктуры, защите окружающей среды, защите энергосетей, финансированию образования и т.д. В рамках данной статьи будут рассмотрены те меры ARRA, которые были непосредственно направлены на поддержку сферы малого и среднего бизнеса и опыт успешного внедрения которых может пригодиться в работе по восстановлению малого бизнеса в Российской Федерации в 2020 году [8].

План работы, который описывал внедрение мер ARRA, имеет название «План восстановления и реинвестирования Американской экономики» (American Recovery and Reinvestment Plan, ARRP). Финансирование мероприятий в рамках ARRP преимущественно было возложено на федеральный бюджет и бюджеты штатов, а срок его реализации был запланирован до 2019 года, общая сумма инвестиций к которому составила около 800–900 млрд долл. [9, 10].

Существенная доля мер в рамках ARRP была косвенно или напрямую направлена на восстановление и развитие сферы малого и среднего бизнеса. В первую очередь были решены задачи по упрощению доступа МСП к кредитным продуктам и по предоставлению ряда налоговых льгот. Были использованы финансовые инструменты, позволившие снизить стоимость обслуживания кредитов, облегчить финансовое давление на арендаторов и существенно расширить предложение на вторичном рынке кредитов. Меры в рамках ARRA, направленные на сферу МСП, были утверждены в отдельном плане оздоровления малого предпринимательства (SBA Recovery Act Agency Plan, SBA RAAP) и отданы под надзор Управления по делам малого бизнеса (Small Business Administration, SBA) [11].

Среди задач, выполненных в рамках SBA RAAP в рамках текущего поиска эффективных мер поддержки малого бизнеса в России, необходимо отметить следующие:

- был восстановлен доступ субъектов малого бизнеса к микрокредитам посредством частичного гарантирования рискованных займов на покрытие обязательств малого бизнеса за счет бюджета специально созданного фонда «Восстановительный Капитал Америки» (Ameica’s Recovery Capital, ARC). На реализацию инициативы направлено $30 млн;

- МСП получили право снизить налогооблагаемую базу на сумму, потраченную на инвестиционные цели, при условии того, что данная сумма может быть документально доказуема;

- значительно расширена система кредитования малого бизнеса и привлечения МСП к выполнению государственных заказов, на которую только в 2009 году было выделено $730 млн, в соответствии с ARRA. Основная доля выделенных средств ($375 млн) была посвящена временному облегчению кредитного давления путем временного сокращения платы по кредитам МСП. Максимальный порог гарантийных обязательств со стороны Управления по делам малого бизнеса (SBA) был увеличен с 75% до 90%;

- для оживления рынка кредита и прочих финансовых инструментов для малого бизнеса были предприняты меры по расширению пула компаний – кредитных брокеров, предоставляющих финансовые продукты на конкурентом микрофинансовом рынке. В качестве грантов для поддержки брокерских компаний на вторичном рынке было выделено $24 млн.

Когда малый бизнес США в 2008–2009 годах столкнулся с тяжелой ситуацией, во многом схожей с текущей ситуацией на российском рынке, агентство SBA предприняло срочные меры по расширению возможностей финансового рынка по кредитованию МСП. Особенно следует отметить три инициативы:

1. Снижение рисков кредитования МСП за счет федерального бюджета путем направления $15 млрд на приобретение гарантированных ссуд. Это позволило «освободить» вторичный рынок кредитных инструментов, снизить риски кредитования МСП.

2. В целях предотвращения массового снижения доступных оборотных средств на счетах МСП, расторжения контрактов, сокращения численности кадров и отказа от выполнения договорных обязательств были приняты меры по обеспечению отсрочки платежей по кредитам суммой до $35000.

3. Третьей ключевой мерой стало массовое размещение государственных заказов с целью поддержания жизнедеятельности частных предприятий в течение кризиса. Требования ARRA диктуют, что не менее 23% от общей суммы государственных закупок в $425 млрд должны быть размещены в сфере МСП.

Опыт внедрения подобных мер в американской экономике 2008–2009 гг. в долгосрочной перспективе показывает их эффективность и глубокий трансформационный эффект для сферы малого бизнеса. В первые годы после окончания мирового финансового и экономического кризиса наибольшее восстановление и последующий рост показали те предпринимательские сферы, которые в наибольшей степени сумели воспользоваться мерами поддержки, описанными в ARRA [12] (Emelyanov, Frizyak., 2018). Ключевым фактором успешности поддерживающих экономических мер также стала центральная роль американского Управления по делам малого бизнеса (SBA) и концентрация финансовых полномочий в руках этого единственного агентства. Это помогло сократить цикл принятия решений, ускорить доставку и внедрение поддерживающих мер «на местах». Данный опыт особенно показывает актуальность создания сегодня в России аналогичной структуры, сосредоточения в ней функций поддержки малого предпринимательства и наделения ее расширенными полномочиями по реализации мер поддержки, создаваемых и утверждаемых различными правительственными органами, в первую очередь Министерством экономического развития.

Результативность поддержки малого предпринимательства

По сравнению с зарубежными примерами успешной реализации политики поддержки малого предпринимательства российская инфраструктура поддержки в ее текущем состоянии выглядит недостаточно компетентной. В первую очередь следует указать на тот факт, что в России вопросами развития сектора малого бизнеса, помимо Министерства экономического развития, занимаются 12 различных министерств и ведомств и ни одному из них на официальном уровне не отдано централизованное управление разработкой стратегии инфраструктуры поддержки и их реализацией. С 2008 года функционирует Правительственная комиссия по вопросам конкуренции и развития МСП, где участвуют ряд должностных лиц различного уровня, от региональных правительственных органов до администрации президента, а также представители таких предпринимательских организаций, как «Деловая Россия» и «ОПОРА России». Задачи комиссии официально определены как «рассмотрение и подготовка предложений по реализации решений … в области конкуренции и развития малого и среднего предпринимательства в РФ, определение мер государственной поддержки малого и среднего предпринимательства и повышение ее эффективности» [13]. По факту создается ситуация, в которой как разработка стратегий и программ экономического развития сектора МСП, так и их реализация и оценка полученных результатов вверены одним и тем же органам и должностным лицам. Возникает феномен регуляторного захвата - этот термин описывает процесс, в соответствии с которым эксперты и аналитические группы, проводящие оценку эффективности внедренных мер поддержки, неизбежно подвергаются давлению со стороны спонсоров и вынуждены формулировать благоприятные результаты или преуменьшать любые неудачи, чтобы обеспечить дальнейшее финансирование своей деятельности [14] (Dal Bó, 2006).

Заключение

По состоянию на конец 2020 года стало понятно, что эпидемия COVID-19 с высокой долей вероятности не завершится в ближайшем будущем, и, возможно, за первыми двумя волнами в 2020 году могут последовать новые в 2021 году, пока среди населений отдельных стран не сформируются условия коллективного, или популяционного иммунитета. [17] Пока этого не случилось, наиболее вероятным сценарием на 2021 год являются веерные карантины во вновь образовавшихся очагах заболевания и последующее за ними постепенное открытие предпринимательской деятельности и перезапуск системы глобальной транспортной инфраструктуры. [18] Ожидаемый результат в сфере российских МСП от реализации такого прогноза неутешительный – даже учитывая оптимистичные прогнозы на быстрое восстановление потребительского спроса после снятия карантинных мер, бизнесам следует значительно снизить прогнозы роста и прибыльности на 2021 год.

О реальной эффективности мер поддержки МСП, уже принятых или запланированных на момент написания данной статьи, говорить рано, так как если официальные данные об эффективности этого комплекса антикризисных мер и будут опубликованы, то это станет известно на момент публикации экономических отчетов за 4 квартал 2020 года.

После рассмотрения реального функционала мер поддержки малого и среднего предпринимательства, введенных в марте-апреле 2020 года для противодействия негативному эффекту условий карантина, становится очевидно, что они должны стать лишь первой ступенью в необходимой череде новых экономических решений как в целом по экономике страны, так и по наиболее уязвимым отраслям в частности, таким как малый бизнес в сфере услуг, розничной торговли и общественного питания. По состоянию на 28 апреля началась подготовка к поэтапному снятию условий карантина по всей территории РФ, а вместе с ней – подготовка «масштабного общенационального плана действий по нормализации деловой жизни, по восстановлению занятости, доходов граждан и роста экономики» [15]. Какие именно шаги будут предусмотрены в пакете мер по нормализации экономики и насколько эффективными они окажутся в условиях посткарантинной «оттепели» экономики, еще предстоит узнать.

Российская экономика последние несколько лет находилась в затруднительном положении в отношении развития сектора малого бизнеса под давлением ряда негативных факторов – экономических санкций западных стран, падения стоимости национальной валюты, падения доходов федерального бюджета вследствие снижения рыночных цен на нефть и прочих. С новым экономическим кризисом, начавшимся с приходом эпидемии COVID-19, тематика возрождения сферы малого бизнеса приобретает критическую важность. Планы внедрения мер по экономическому стимулированию сферы малого предпринимательства наподобие законодательного пакета ARRP, разработанного и внедренного в США, являются источником информации об успешных методах внедрения поддерживающей экономической политики, рассчитанной на постепенное внедрение в течение 10 лет, а не на разовый стимулирующий эффект. ARRP разрабатывался в 2009 году с учетом прогнозных данных о том, что процесс экономического восстановления после кризиса 2008–2009 годов запустится только в 2010 году и потребует работы федерального и регионального правительства в каждом штате на протяжении 5–7 лет для достижения потенциала, заложенного в программу. Меры, закладываемые сейчас в стимулирование российской сферы малого бизнеса в рамках вышеупомянутого «плана действий», должны не только корректно отражать текущие потребности МСП, но и, аналогично ARRP, быть стимулом развития малого и среднего бизнеса в перспективе 5–10 лет. Данный вывод может служить подтверждением вышеприведенной гипотезы о том, что положительный международный опыт внедрения мер государственной поддержки МСП в кризисных условиях может быть использован при реализации политики по поддержке МСП в РФ на фоне негативного воздействия эпидемии COVID-19 на данную сферу экономики.

[1] В каких случаях для ИП и юрлиц коронавирус – форс-мажор, в каких – нет // Портал для малого бизнеса Бизнес.ру, 03.04.2020. [Электронный ресурс]. URL: https://www.business.ru/news/13649-v-kakih-sluchayah-dlya-ip-i-yurlits-koronavirus-fors-major-v-kakih-net (дата обращения: 28.09.2020).

[2] Коронавирус обнаружен во всех регионах России // #ГоворитМосква, 16.04.2020. [Электронный ресурс]. URL: https://govoritmoskva.ru/news/231343/ (дата обращения: 12.05.2020).

[3] ЦБ РФ оценил возможные убытки от месяца карантина в 1,5-2% ВВП в 2020 году. // Международная информационная группа "Интерфакс", 03.04.2020. [Электронный ресурс]. URL: https://www.interfax.ru/business/702417(дата обращения: 22.09.2020).

[4] Коммуникационный центр Правительства Российской Федерации, меры Правительства РФ по борьбе с коронавирусной инфекцией и поддержке экономики. [Электронный ресурс]. URL: http://government.ru/support_measures/ (дата обращения: 19.01.2021).

[5] Песков признал, что продление нерабочих дней является огромной нагрузкой на экономику // ТАСС, 05.04.2020. [Электронный ресурс]. URL: https://tass.ru/ekonomika/8166557 (дата обращения: 08.05.2020).

[6] Общий ущерб от пандемии может составить почти 18 трлн рублей // Национальное Рейтинговое Агентство, 16.04.2020. [Электронный ресурс]. URL: http://www.ra-national.ru/ru/node/63643 (дата обращения: 07.05.2020).

[7] Russian business activity contracts modestly in December. News Release: IHS Markit Russia Services PMI // IHS Markit, 31.12.2020. [Электронный ресурс]. URL: https://www.markiteconomics.com/Public/Home/PressRelease/0983695554954196b0c13cb77bdfad0f (дата обращения: 19.01.2021).

[8] Как компаниям пережить весну 2020 // Онлайн-конференция <АКТИОН>, 03.04.2020. [Электронный ресурс]. URL: https://help.seminar.ru/?fbclid=IwAR3CJ5aGhmdISaw8fCfVy4CybAEQcJafLUU2IKtZxalJlxxwcheabfQda64 (дата обращения: 07.05.2020).

[9] Какие новые ниши нашли бизнесмены, чтобы справиться с коронакризисом // Онлайн-журнал <АКТИОН> МЦФЭР, №4, апрель 2020. [Электронный ресурс]. URL: https://e.gd.ru/804878 (дата обращения: 08.05.2020).

[10] Отчет и материалы к заседанию Правительства России 19 марта 2020 года // Сайт Правительства России, 19.03.2020. [Электронный ресурс]. URL: https://e.gd.ru/804878 http://government.ru/news/39221/ (дата обращения: 08.05.2020).

[11] Обращение к гражданам России // Сайт Президента России, 25.03.2020. [Электронный ресурс]. URL: http://kremlin.ru/events/president/news/63061 (дата обращения: 08.05.2020).

[12] Утвержден второй пакет мер антикризисной поддержки бизнеса // Официальный сайт Мэра Москвы, 01.04.2020. [Электронный ресурс]. URL: https://www.mos.ru/mayor/themes/12299/6414050/ (дата обращения: 07.05.2020).

[13] Президент провел совещание с членами Правительства в режиме видеоконференции // Сайт Президента России, 15.04.2020. [Электронный ресурс]. URL: http://kremlin.ru/events/president/news/63204 (дата обращения: 07.05.2020).

[14] Зинченко В. Кредитные каникулы для пострадавших от коронавируса // Forbes.ru, 26.03.2020. [Электронный ресурс]. URL: https://www.forbes.ru/karera-i-svoy-biznes/396051-vremennaya-zaplatka-kotoraya-vyzovet-shkval-bankrotstv-chto-znachat-dlya (дата обращения: 12.05.2020).

[15] Бубликов В. Мораторий на банкротства организаций // Forbes.ru, 26.03.2020. [Электронный ресурс]. URL: https://www.forbes.ru/karera-i-svoy-biznes/396051-vremennaya-zaplatka-kotoraya-vyzovet-shkval-bankrotstv-chto-znachat-dlya (дата обращения: 12.05.2020).

[16] Горячая Н. Снижение страховых взносов с 30% до 15% // Forbes.ru, 26.03.2020. [Электронный ресурс]. URL: https://www.forbes.ru/karera-i-svoy-biznes/396051-vremennaya-zaplatka-kotoraya-vyzovet-shkval-bankrotstv-chto-znachat-dlya (дата обращения: 12.05.2020).

[17] Farrar J. Infectious Disease Expert Discusses Future Waves of COVID-19 // Public Broadcasting Service (PBS), 07.04.2020. [Электронный ресурс]. URL: http://www.pbs.org/wnet/amanpour-and-company/video/infectious-disease-expert-discusses-future-waves-of-covid-19/ (дата обращения: 07.05.2020).

[18] Nisen M. What Covid-19’s Second Wave Could Look Like // Bloomberg Opinion, 30.04.2020. [Электронный ресурс]. URL: https://www.bloombergquint.com/opinion/what-covid-19-s-second-wave-could-look-like (дата обращения: 07.05.2020).


Источники:

1. Щетинин В. Человеческий капитал и неоднозначность его трактовки // Мировая экономика и международные отношения. – 2001. – № 12. – c. 42-49.
2. Исследование «Пульс малого бизнеса». Альфа-Банк совместно с Международным исследовательским центром MARC, ноябрь 2018. [Электронный ресурс]. URL: https://alfabank.ru/press/news/2018/12/19/49463.html.
3. Шевченко Д.А., Арку Х.К. Финансовые ограничения как барьер развития малого и среднего бизнеса в РФ // Экономинфо. – 2018. – № 4.
4. Лебедева Л.Ф. США: малое предпринимательство как образ жизни // Человек и труд. – 2005. – № 9. – c. 51–56.
5. COVID-19 Prevention and Control Protocol V6 (2020-03-18). Ministry of Foreign Affairs, the People's Republic of China. [Электронный ресурс]. URL: https://www.fmprc.gov.cn/mfa_eng/topics_665678/kjgzbdfyyq/CERC/ (дата обращения: 07.05.2020).
6. Утвержден второй пакет мер антикризисной поддержки бизнеса. Официальный сайт Мэра Москвы, 01.04.2020. [Электронный ресурс]. URL: https://www.mos.ru/mayor/themes/12299/6414050/ (дата обращения: 08.05.2020).
7. Public Law 111–5: American Recovery and Reinvestment Act of 2009 /. The 111th Congress of the United States of America. [Электронный ресурс]. URL: https://www.govinfo.gov/content/pkg/PLAW-111publ5/pdf/PLAW-111publ5.pdf (дата обращения: 12.05.2020).
8. Помощь малому бизнесу США в преодолении кризиса. Внешнеэкономическая Дятельность, VneshMarket.ru, НП "Московский центр развития предпринимательства". [Электронный ресурс]. URL: http://www.vneshmarket.ru/content/document_r_3A486276-BD9E-41B0-BE0F-A1A6EB036A2E.html (дата обращения: 07.05.2020).
9. Федеральный Бюджет Соединенных Штатов Америки. / FY 2010. - W., 2009. – 37–39 c.
10. Федеральный бюджет США в период президентства Барака Обамы. - М.: Весь мир, 2016.
11. Status of the Small Business Administration's Implementation of Administrative Provisions in the American Recovery and Reinvestment Act of 2009. U.S. Government Accountability Office GAO-10-298R. Jan 19, 2010. [Электронный ресурс]. URL: https://www.gao.gov/products/GAO-10-298R (дата обращения: 12.05.2020).
12. Емельянов Е.В., Фризяк Н.С. Формы и направления государственной поддержки малого бизнеса (опыт сша) // Финансовая аналитика: проблемы и решения. – 2018. – № 4(346). – c. 470-484.
13. Правительственная комиссия по вопросам конкуренции и развития малого и среднего предпринимательства: Описание. Правительство Российской Федерации: Координационные и совещательные органы. [Электронный ресурс]. URL: http://government.ru/department/132/about/ (дата обращения: 08.05.2020).
14. Dal Bó E. Regulatory Capture: A Review // Oxford Review of Economic Policy. – 2006. – № 2.
15. Сафронов А., Каланов Г. Путин поручил подготовить снятие карантина. Какие отрасли взлетят первыми. Quote РБК. 28.04.2020. [Электронный ресурс]. URL: https://quote.rbc.ru/news/article/5ea845b59a79473ad204155e?utm_source=top&utm_medium=interest&utm_campaign=5ea845b59a79473ad204155e (дата обращения: 07.05.2020).
16. Левашенко А.Д., Коваль А.А. Меры финансовой и нефинансовой поддержки МСП в условиях ситуации с COVID-19 // Экономическое развитие России. – 2020. – № 5.
17. Солдатова Н.Ф. Финансовые и инвестиционные источники развития малого предпринимательства // Экономика. Налоги. Право. – 2014. – № 4. – c. 57-61.

Страница обновлена: 26.02.2021 в 11:19:01