Экономика распределенного пользования: основные понятия, определения, характеристики

Сагинов Ю.Л.1, Завьялов Д.В.1, Сагинова О.В.1
1 Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова

Статья в журнале

Вопросы инновационной экономики
Том 10, Номер 3 (Июль-сентябрь 2020)

Цитировать:
Сагинов Ю.Л., Завьялов Д.В., Сагинова О.В. Экономика распределенного пользования: основные понятия, определения, характеристики // Вопросы инновационной экономики. – 2020. – Том 10. – № 3. – С. 1403-1424. – doi: 10.18334/vinec.10.3.110726.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=44082123

Аннотация:
В статье рассматривается эволюция понятия совместного потребления и проводится сравнение терминов, используемых для его определения, включая шеринговую экономику, одноранговую экономику, гигономику, экономику по требованию и т.п. На основе обзора зарубежных и отечественных научных публикаций определено место экономики распределенного пользования в общей типологии моделей совместного потребления. Авторы дают обоснование термина экономика распределенного пользования и показывают отличие данного термина от понятия «распределенная экономика». Используя описанную в научной литературе методику анализа платформ совместного использования проведен обзор 56 цифровых платформ, обеспечивающих аренду, обмен, дарение и продажу товаров и услуг. Выделены основные характеристики совместного пользования: типы платформ, модели и продолжительность доступа, виды взаимодействия, модели обмена, наличие или отсутствие оплаты, мотивация пользователей. В статье рассмотрено создание потребительской ценности в экономике распределенного пользования, его социальные и экологические последствия, влияние на конкурентную ситуацию в отрасли.

Ключевые слова: шеринговая экономика, совместное потребление, одноранговые обмены, экономика распределенного пользования, распределенная экономика, гигономика, экономика по требованию, устойчивое развитие, цифровые платформы

JEL-классификация: O31, O33, L86



Введение

Современные стратегии экономического развития России, концепции опережающего и догоняющего развития связаны с эффективными цифровыми трансформациями бизнес-процессов [4] (Zavyalova, Zavyalov, 2019) с целью увеличения их социального эффекта и снижения давления на экологию. Концепция устойчивого развития и сопутствующие ей понятия социальной ответственности, ответственного потребления, безотходного производства, повторного использования и рециклинга постепенно меняют не только бизнес-модели производителей, дистрибуторов и других игроков рынка, но и влияют на поведение потребителей. Развитие информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) позволяет потребителям реализовывать свою экономическую активность. Развиваются и становятся все более разнообразными одноранговые обмены (Р2Р peer-to-peer или С2С consumer-to-consumer), позволяющие передавать в собственность или предоставлять другим пользователям доступ к ненужным или временно не используемым активам. На основе распространения одноранговых обменов и активизации экономической деятельности потребителей возникли и развиваются различные сервисы, соединяющие тех, кто владеет активами и ресурсами, с теми, кто в них нуждается. Поскольку владение активом все чаще сопряжено с дополнительными сложностями и затратами (оплата парковки, сервисное обслуживание, хранение и т.п.), получение доступа к какому-то активу становится предпочтительней владения этим активом.

В деловых и научных публикациях [41] (Anglada, Lara, 2019), предпринимаются попытки описания и научного осмысления новых моделей экономической активности и взаимодействия потребителей [8, 11] (Nevskaya, Kondeev, 2019; Shved, Yablochnikov, 2018). При этом используются многочисленные термины для обозначения одинаковых или схожих понятий одноранговых обменов, передачи доступа к активам, совместного владения и использования этих активов. Термины часто используются взаимозаменяемо, без учета особенностей и характеристик конкретных понятий.

Цель статьи – структурирование имеющегося понятийного аппарата в области совместного потребления, обоснование понятия «экономика распределенного пользования» как наиболее широкого термина, пригодного для описания целого ряда взаимосвязанных явлений современной экономики.

Используя методы кабинетного исследования и обзора научных публикаций, анализа открытых источников по 56 действующим платформам совместного использования, авторы выявили особенности и ключевые характеристики цифровых платформ распределенного пользования.

Научная новизна статьи заключается в определении места экономики распределенного пользования среди понятий, описывающих различные модели совместного потребления, и выделении основных характеристик этого явления.

Основные понятия и определения

Совместное потребление/использование описывает обмен дарами природы и активами как альтернативу их владению. При совместном потреблении два или более участника пользуются преимуществами (или разделяют издержки) владения общим активом. Возможно совместное потребление физических объектов, таких как дом или автомобиль, а также нематериальных ценностей, таких как знания, компетенции или отношения [14] (Belk, 2007). Концепция совместного потребления (или шеринга) была разработана Р. Ботсман и Р. Роджерс, соавторами книги «What’s Mine Is Yours: The Rise of Collaborative Consumption» [20] (Botsman, Rogers, 2010). В научной литературе встречаются различные определения этого понятия и сформированных на его основе экономических отношений.

В англоязычной литературе встречаются несколько терминов, определяющих данное понятие: коллаборативное потребление и коллаборативная экономика (collaborative consumption, collaborative economy), шеринговое потребление (sharing consumption, sharing), одноранговая экономика (peer economy), шеринговая экономика (sharing economy), гигономика (gig economy), экономика по требованию (on-demand economy), экономика повторного использования (second-hand economy) и т.д. Анализ научных источников, проведенный Д. Дредж и С. Гаймоти [22] (Dredge, Gyimóthy, 2015), выявил 17 различных понятий, в той или иной степени описывающих этот процесс. Не все они равнозначны и одинаково активно используются, однако некоторые полезно рассмотреть в данном контексте, чтобы понять характеристики явления, нашедшие отражение в дискурсе.

Во-первых, это понятие цифровой экономики, которое используется для обозначения хозяйственной деятельности, ключевым фактором производства в которой являются данные в цифровой форме, что способствует формированию информационного пространства с учетом потребностей граждан и общества в получении качественных и достоверных сведений, развитию информационной инфраструктуры, созданию и применению информационно-телекоммуникационных технологий, а также формированию новой технологической основы для социальной и экономической сферы [10]. Как вариант цифровой экономики используется понятие платформенной экономики (platform economy), выделяя цифровые платформы как инструмент обеспечения взаимодействия между экономическими акторами [2] (Geliskhanov, Yudina, Babkin, 2018). Хотя варианты распределенного пользования существовали и сегодня существуют без цифровых платформ (например, обмен книгами, долевое владение курортными апартаментами и т.п.), современные ИКТ существенно облегчают доступ к сервисам распределенного пользования, расширяют их географический диапазон. При рассмотрении распределенного пользования, совместного потребления речь почти всегда идет об использовании цифровых платформ, взаимодействии при помощи цифровых технологий [5] (Zavyalov, Zavyalova, Kiseleva, 2019).

Второе понятие, часто используемое в дискурсе, – гигономика (gig economy), т.е. экономика, в которой занятость реализуется на основе временных, проектных и гибких вариантов трудоустройства. В распоряжении организаций есть не только их постоянный штат сотрудников, но и значительный ресурс фрилансеров или сотрудников организаций, заинтересованных в дополнительных видах работ в свободное время, готовых на временной основе, в рамках проектов оказывать профессиональные услуги с использованием своих знаний и компетенций. Наличие на рынке предложения профессиональных услуг и компетенций фрилансеров, не связанных трудовыми обязательствами с конкретным работодателем, возможность использования этих услуг и компетенций не только организациями, но и физическими лицами реализуют одноранговые взаимодействия между физическими лицами, обменивающимися материальными и нематериальными активами на разных условиях. Такое одноранговое взаимодействие формирует одноранговую экономику (peer-to-peer economy), в которой индивид получает доступ к работе в электронном пространстве с возможностью одновременного исполнения основных экономических ролей: производителя, продавца и потребителя [1] (Andreev, 2019). Одноранговая экономика описывает взаимодействие и экономические взаимоотношения между потребителями, физическими лицами, арендующими, покупающими и продающими товары и услуги друг другу, и включает не только модели гибкого трудоустройства гигономики, но и экономические отношения между отдельными физическими лицами, столь характерные для шеринга. Именно такое одноранговое взаимодействие характерно для экономики распределенного пользования.

Некоторые виды шеринга создаются по заказу конкретного потребителя или организации, отсюда сформировалось понятие «экономика по требованию» (on-demand economy) [18, 24] (Botsman, 2015; Frenken, Meelen, Arets, Glind, 2015). Существует принципиальная разница между использованием такого актива, как автомобиль, например, при заказе через Uber и совместной поездке через сервис поиска попутчиков BlaBlaCar или doedemvmeste [25] (Frenken, Schor, 2017). В случае с Uber новая ценность создается по требованию перевозки пассажира из пункта А в пункт Б. Без заказа данная поездка не была бы совершена. В данном случае применим термин «экономика по требованию». В случае совместного использования автомобиля через платформу BlaBlaCar или doedemvmeste потребитель занимает место, которое в противном случае не было бы использовано, но поездка из пункта А в пункт Б все равно была бы совершена. В этом случае не создается новая ценность, а используется имеющееся избыточное пространство автомобиля, и этот случай можно отнести к шерингу. Экономика распределенного пользования включает в себя и модель экономики по требованию, поскольку в ней также происходит совместное использование актива, не полностью используемого владельцем [25] (Frenken, Schor, 2017).

Одной из тенденций, характеризующей современную экономику, является сервитизация. Модели и системы «продукта и услуги» (product-service models или product-service systems) стали популярны, описаны в научной литературе и относятся к ситуации, когда использование актива становится важнее обладания им. Организации и физические лица предоставляют на определенное время свои активы в распоряжение потребителей и других организаций, для которых такая услуга в виде аренды, обмена или бартера предпочтительней покупки актива [32] (Leismann, Schmitt, Rohn, Baedeker, 2013). Ситуация использования актива вместо его приобретения является одной из характеристик экономики доступа (access economy). Экономика распределенного пользования включает модели, обеспечивающие временный доступ к активу, но не передающие права собственности на него.

Системы обмена/продажи подержанных товаров (second-hand economy) относятся к бывшим в употреблении товарам, которые перераспределяются/перемещаются из места, где они больше не нужны, в место, где в них есть потребность. Такие товары могут быть бесплатными, предоставляться в обмен на другие товары или продаваться. В этом случае товар переходит в собственность покупателя, но может передаваться ему как на платной основе, так и бесплатно. По такой модели работают платформы eBay, Alibaba или «Авито». Цифровые платформы обеспечивают широкую доступность таких транзакций. Экономика распределенного пользования включает как совместное использование новых активов, так и подержанных товаров.

Совместное потребление (collaborative consumption) как образ жизни относится к ситуациям, когда люди со схожими потребностями или интересами собираются вместе, чтобы делиться и обмениваться нематериальными активами, такими как время, пространство, информация и навыки. Эти обмены происходят в основном в рамках конкретной общины, организации или клуба. Одним из вариантов такого совместного потребления являются коливинги (Collective, WeLive, Roam, творческое сообщество «Деревня» и др.), позволяющие человеку не только вести совместное хозяйствование со своими единомышленниками и иметь совместную собственность, но и работать, отдыхать, обретать новые социальные связи [7] (Markeeva, 2017). К экономике совместного пользования такие модели совместного потребления относятся в той части, которая предусматривает возникновение экономических отношений между участниками трансакций по совместному использованию, обмену или передаче материальных и нематериальных активов.

В таблице 1 приведены наиболее часто цитируемые в научной литературе определения распределенного пользования и экономики распределенного пользования.

Таблица 1

Определения распределенного пользования и экономики распределенного пользования

Автор
Определение
Белк Р.В. [15, c. 18] (Belk, 2014, р. 18)
Координация физическими лицами приобретения или дистрибуции активов за плату или иную компенсацию
Ботсман Р. [18] (Botsman, 2015)
Переосмысление с помощью современных технологий традиционного рыночного поведения: аренды, обмена, совместного использования, дарения, бартера в масштабах, невозможных до появления Интернета
Хамари Дж. и др. [28, с. 2048] (Hamari, Sjöklint, Ukkonen, 2015, р. 2048)
Взаимодействие между потребителями по приобретению, передаче или совместному доступу к товарам и услугам, координируемое через общие онлайн-платформы
Френкен К. и др. [24, с. 4] (Frenken, Meelen, Arets, Glind, 2015, р. 4)
Система, в которой потребители (или фирмы) предоставляют друг другу временный доступ к их неполностью используемым физическим активам, возможно, за плату
Обзор цифровой экономики Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) [37, с. 2] (OECD, 2015, р. 2)
Онлайн-платформы, специализирующиеся на совмещении спроса и предложения на специфических рынках, обеспечивая куплю-продажу и аренду между потребителями
Мега-тренды современной экономики (пресс-релизы компании PricewaterhouseCoopers) [39]
Использование цифровых платформ, предоставляющих потребителям доступ к использованию, но не владению материальными и нематериальными товарами и услугами
Ринн А. [42] (Rinne, 2017)
Система, обеспечивающая совместное потребление неполностью используемых активов с монетизацией и без нее, позволяющая повышать эффективность, устойчивость и сотрудничество
Швед В.В., Яблочников С.Л. [11, с. 75] (Shved, Yablochnikov, 2018, р. 75)
Экономическая модель взаимоотношений, в которой люди могут получать или же предоставлять, как правило, в краткосрочную аренду, активы без перехода права собственности на них и одновременном извлечении взаимной финансовой выгоды
Доклад о человеческом развитии в Российской Федерации – 2016. Цели устойчивого развития ООН и Россия [3]
Экономическая деятельность на базе онлайн-платформ, основанная на совместном потреблении недостаточно используемых активов на возмездной или безвозмездной основе между людьми равного статуса
Источник: составлено авторами по приведенным источникам.

Из приведенных в таблице определений видно, что некоторые авторы ограничивают понятие распределенного пользования только обеспечением доступа к активам, другие включают и возможность передачи активов в собственность участникам сделки; некоторые исследователи объединяют как сделки с финансовой выгодой для собственника актива, так и варианты безвозмездной передачи активов в пользование и владение. Изначально концепция распределенного пользования не включала наличие и возможность финансового вознаграждения. Именно поэтому для такого рода обмена использовался термин «шеринг» (sharing), а не «аренда». Однако сейчас в понятие шеринга включаются и ситуации, когда деньги также являются частью соглашения, например, в случае сдачи в аренду такого актива, как жилье, автомобиль или другой материальный объект.

В русскоязычной литературе кроме термина «совместное» применительно к потреблению и экономике встречаются термины «коллаборативное», «шеринговое», «распределенное» и «экономика участия». Первые два из этих терминов являются кальками от английских collaborative и sharing, третий представляет собой перевод английского слова distributed, которое означает несколько иной круг проблем, но частично связанных с рассматриваемым понятием.

Термин «распределенная экономика» (distributed economy) был введен А. Йоханссоном в 2005 г. [29] (Johansson, Kisch, Mirata, 2005) применительно к регионально распределенным активам, а также распределению процесса создания ценности не только между крупными производственными предприятиями, но и между малым и средним бизнесом, самозанятыми гражданами. Термин «распределенная экономика» в русскоязычной научной литературе используется в основном для описания тенденции на децентрализацию производства и общественной жизни [9] и внедрения модели управления региональными имущественными комплексами [6] (Kolmakov, 2020). Поскольку в русском переводе термин «распределенная» также содержит значение распределения ценности, т.е. «шеринга», следует разделить определения и содержание понятий «распределенная экономика» и «экономка распределенного пользования».

Идея децентрализации, включаемая в понятие распределенной экономики, связана с возможностями современных технологий отказываться от концентрации производственных и человеческих ресурсов на конкретной территории, возможностью распределять производственные мощности, жилые и общественные постройки по более широкой территории, привлекая к процессу создания ценности не только крупные предприятия, но и средний и малый бизнес. Распределенная экономика в трактовке децентрализованной социально ориентированной системы позволяет использовать распределенные ресурсы (распределенную и автономную энергетику, распределенное производство продуктов питания), малые формы хозяйствования и привлечение населения к хозяйственной деятельности, рациональное распределение инвестиций, финансовых ресурсов, человеческого капитала, что создает более гармоничную среду проживания.

Понятие «экономика распределенного пользования» не противоречит приведенному выше определению, но расширяет его, включая идею распределенного и совместного использования различных активов и ресурсов. Термины «распределенное пользование» и «экономика распределенного пользования», с одной стороны, адекватно отражают все вкладываемые в это понятие значения (пользование, а не только владение, распределение и децентрализация активов, разнообразные обмены, включая одноранговые, возможность использования бывших в употреблении активов, совместное создание ценности и т.д.), а с другой, не используют термины-кальки с английских слов, часто привязанных лишь к одному варианту этого многоаспектного явления, и позволяют упорядочить понятийно-терминологический аппарат.

Обобщенный взгляд на место экономики распределенного пользования относительно остальных понятий (цифровой экономики, одноранговой экономики, экономики по требованию, экономики повторного использования и систем продукта и услуги) представлен на рисунке 1.

Скругленный прямоугольник: Экономика распределенного пользования Блок-схема: узел: Система продукта и услуги Блок-схема: узел: Обмен/продажа подержанных товаров

Рисунок 1. Понятия, связанные с дискурсом об экономике распределенного пользования

Источник: составлено автором по [27] (Görög Georgina, 2018).

Таким образом, к экономике распределенного пользования можно отнести экономические отношения между физическими лицами и (или) организациями по поводу предоставления доступа, передачи в собственность или совместного использования активов и ресурсов, как правило, обеспеченные цифровыми платформами и информационно-коммуникативными технологиями и позволяющие рационально использовать и распределять инвестиции, ресурсы, человеческий капитал и другие активы для поддержания гармоничного и устойчивого развития. Предлагаемое определение объединяет различные характеристики распределенного пользования (доступ, передачу или дарение активов), включает в качестве акторов физических лиц и (или) организации, указывает цели разумного использования инвестиций и ресурсов и предусматривает возможность использования цифровых технологий и платформ.

Создание ценности в экономике распределенного пользования

Процесс распределенного пользования и система экономики распределенного пользования создают общественно значимые ценности. Во-первых, это интенсификация и развитие социальных контактов [19, 33] (Botsman, Rogers, 2010; Mclaren, Agyeman, 2015). Один из аспектов создаваемой распределенным пользованием ценности заключается в расширении социальных контактов участников взаимодействия, возможности встречаться, заводить друзей и знакомиться с другими людьми [30] (Krueger, 2012). Исследования хозяев недвижимости в системе Airbnb [23] (Fitzmaurice, Schor, 2015) показали, что для половины из них социальное взаимодействие было центральным элементом их мотивации. Они общались со своими гостями, знакомили их с соседями, а в некоторых случаях и устанавливали с ними долгосрочные дружеские отношения. Некоторые из них говорили, что они будут принимать гостей, даже если у них не будет необходимости в дополнительном заработке.

Распределенное пользование не является чем-то абсолютно новым, люди издревле обменивались материальными объектами и услугами, предоставляя их в совместное пользование в периоды, когда сами в них не нуждались. Распределенное пользование орудиями труда, инструментами и некоторыми услугами было объективно необходимо для выживания человеческих сообществ. Однако исторически люди, как правило, не делились материальными и нематериальными активами с незнакомыми людьми или с теми, кто находился за пределами их общины. Совместное пользование было, как правило, ограничено доверенными лицами, такими как семья, друзья и соседи. Сегодня же варианты распределенного пользования не ограничиваются рамками семьи, кругом друзей или знакомых, особенность, которую исследователи называют чужим обменом [44]. Более того, благодаря использованию ИКТ может сохраняться анонимность того лица, которое получает доступ или даже права собственности на актив в рамках распределенного пользования.

Важным фактором успеха экономики распределенного пользования является онлайн-репутация и система обратной связи, где покупатели и продавцы могут оценить друг друга. Участники подобных сделок часто рискуют, поскольку не знают друг друга и, как правило, не встречаются лично, поэтому существует асимметричная информация о качестве и ценности продуктов и услуг [12] (Bae Joonheui, Koo Dong-Mo, 2018). Предоставляемая цифровыми платформами возможность обратной связи и система проверки репутации помогают увеличить степень доверия между участниками. Создаваемые пользователями онлайн-обзоры пользуются популярностью и являются важной частью процесса принятия решений [35] (Möhlmann Mareike, 2015). С помощью этих обзоров, отзывов, рейтингов и репутационного механизма обмен между незнакомыми людьми менее рискован [45] (Tadelis Steven, 2016).

Успешное развитие информационно-коммуникационных технологий и использование программ с открытым исходным кодом позволило реализовать совместное производство контента, обмен файлами, видео, музыкой. Цифровые платформы и технологии расширили возможности для широкого круга пользователей, реализующих такой обмен. Появившиеся в связи с развитием Интернета и ИКТ новые бизнес-модели существенно сокращают транзакционные издержки и риск неопределенности и недоверия и позволяют пользователям арендовать активы у незнакомцев [25] (Frenken, Schor, 2017).

Изучение внешних условий и факторов, повлиявших на рост популярности распределенного пользования [48] (Zilahy Gyula, 2016), показал, что финансовый кризис 2007–2008 гг. привел к переоценке потребителями привычных моделей потребления и ценности владения активами. Согласно исследованиям Т. Пушмана и Р. Альта [40] (Puschmann, Alt, 2016), важнейшими драйверами распределенного пользования были изменения предпочтений потребителей, перенос акцента с обладания активами на их использование, возможность проведения сделок между физическими лицами, простота доступа к электронным торговым площадкам через мобильные устройства. Ситуация с пандемией Covid-19 и введенные ограничения на передвижение и социальную активность граждан повысила спрос на платформы-агрегаторы, обеспечивающие различным организациям совместное использование служб доставки еды и других продуктов.

Эволюция технологий и развитие социальных сетей послужили основой для широкого распространения одноранговых транзакций между физическими лицами (P2P или C2C) и прямой связи между потребителями и производителями, т.е. модели масштабного распределения [44]. Замена традиционной модели рыночного обмена моделью распределенного пользования приобретает позитивную окраску за счет ассоциаций с концепцией устойчивого развития. Считается, что совместное потребление способствует рационализации потребления, позволяя повторно вводить в оборот имеющиеся ресурсы, использует «нерыночные» практики и кооперацию потребителей [7] (Markeeva, 2017). Прямые экономические эффекты от экономики распределенного пользования, бесспорно, позитивны. В рамках экономики распределенного пользования совершаются миллионы сделок, которых не было в прошлом, потому что в традиционной модели трансакционные издержки и риски, связанные с обменом между незнакомыми людьми, были слишком высоки [16] (Benkler, 2004).

Однако полный экономический эффект экономики распределенного пользования оценить гораздо сложнее. Рост рынков распределенного пользования имеет последствия для других рынков. Например, доходы отелей в тех местах, где активно работает Airbnb, снижаются, поскольку услуги Airbnb успешно конкурируют с отелями, особенно в более дешевых сегментах гостиничного рынка. Такой же эффект можно ожидать и на рынке аренды автомобилей, который сейчас сталкивается с возросшей конкуренцией из-за роста популярности платформ каршеринга.

Жители тех районов, где размещены объекты Airbnb, могут испытывать чувство опасности со стороны постоянно меняющихся и незнакомых им гостей. Все чаще такие жители пытаются остановить дальнейший рост числа объектов совместного проживания в туристических районах города. В ответ на их протесты и обеспокоенность муниципалитеты ужесточают свои правила в отношении платформ распределенного пользования жилья [48] (Zilahy Gyula, 2016).

Экологические последствия, связанные с экономикой распределенного пользования, также неоднозначны. Среди участников распространено мнение, что совместное использование активов менее ресурсоемко [43] (Schor, Wengronowitz, 2017). Совместное использование считается экологически чистым, поскольку предполагается, что оно снижает спрос на новые товары или строительство новых объектов. Несмотря на эти широко распространенные убеждения, до сих пор нет эмпирических доказательств этих утверждений, за исключением каршеринга, где наблюдается сокращение выбросов CO2 [36] (Nijland, Van Meerkerk, Hoen, 2015). Для определения полного экологического воздействия необходимо проанализировать все изменения, которые происходят в результате новой практики распределенного пользования [44]. Например, если продажа подержанных предметов домашнего обихода создает доход, который затем используется для покупки новых товаров, первоначальная продажа не уменьшит углеродный след или другие экологические последствия производства. Возникает также вопрос о макроэкономических последствиях. Многие из этих платформ создают новые рынки, которые расширяют объем торговли и привносят дополнительную покупательную способность в экономику.

Типичным ответом регулирующих органов на вопросы последствий экономики распределенного пользования было создание институциональных границ между ней и обычной экономикой путем установления ограничений на деятельность по совместному использованию активов. Например, все большее число городов допускают совместное использование жилья в течение фиксированного количества дней (например, 30, 60 или 90 дней). Та же логика ограничений может быть применена к операторам домашних ресторанов и владельцам лодок, кемперов и парковочных мест. Принцип ограничений согласуется с определением экономики распределенного пользования как экономической деятельности потребителей, которые предоставляют друг другу временный доступ к своим недостаточно используемым активам, поскольку это позволяет избежать случаев, когда люди покупают активы с целью сдачи их в аренду на постоянной основе.

Характеристики экономики распределенного пользования

Доступ к активам распределенного пользования [13] (Bardhi, Eckhardt, 2012) можно охарактеризовать несколькими показателями:

1. Временность: распределенное пользование, даже если оно иногда допускает долгосрочные взаимодействия, всегда носит временный характер. Доступ может быть кратковременным (например, ежедневный прокат автомобилей или аренда жилья) или более длительным (например, членство в сообществах или клубах).

2. Анонимность или публичность: доступ может быть анонимным, поскольку потребители имеют исключительный доступ к объекту потребления в период его использования, например автомобилям или жилью, и им не нужно взаимодействовать с другими потребителями, использующими тот же объект. В других случаях доступ может быть совместным, как в случае с жильем, где потребитель находится в то же время, что и владелец, проживающий там.

3. Рыночное посредничество платформ в предоставлении доступа к активам может быть коммерческим и некоммерческим. Распределенное пользование, основанное на некоммерческом доступе, включает в себя одноранговый обмен и совместное использование, когда потребители получают доступ к объектам и услугам, принадлежащим другим потребителям, через использование технологии. Коммерческое посредничество, как правило, используется для получения прибыли в результате обмена. Примеры включают в себя совместное использование автомобилей, программы онлайн-использования (Netflix) и аренду дома или комнаты (Airbnb). Платформы могут участвовать в транзакции или лишь предоставлять посреднические услуги.

4. Вовлеченность потребителей: эта характеристика связана с уровнем участия потребителей в процессе потребления. Они могут иметь ограниченное участие, как это происходит в традиционных услугах аренды, или большое участие, как в случае совместного использования товаров.

5. Мотивация распределенного пользования: выбор потребителем модели совместного использования может быть обусловлен его взглядами, например, приверженностью ценностям устойчивого развития и осознанного потребления, или получаемой в этом случае экономией расходов, поддержанием репутации в своем сообществе или получением удовольствия и ощущения новизны от самого процесса использования новой модели обменов.

Используя характеристики, изложенные в статье М. Петрини и др. [38] (Petrini, Freitas, Silveira, 2017), были отобраны и проанализированы 56 цифровых платформ, обеспечивающих распределенное пользование в таких областях, как каршеринг и байкшеринг, краудфандинг, обмен и продажа товаров и профессиональных услуг, коворкинги и коливинги, агрегаторы доставки еды (табл. 3).

Таблица 3

Платформы распределенного пользования

Область деятельности
Количество платформ
Пример
Каршеринг, байкшеринг и такси
6
Uber, BlaBlaCar
Краудфандинг
5
KickStarter
Аренда помещений
4
Airbnb
Обмен и продажа товаров
9
Avito, «Юла»
Вторичное использование товаров
8
ThedUp
Профессиональные услуги
11
Skillshare, «Город мастеров»
Коворкинги
4
Telegraph Hall
Коливинги
3
Colivium
Агрегаторы доставки товаров
3
«Беру»
Агрегаторы доставки еды
3
«Яндекс.Еда»
ИТОГО
56

Источник: составлено авторами.

Анализ бизнес-модели указанных платформ позволил выделить основные характеристики экономики распределенного пользования, которые представлены в таблице 4.

Таблица 4

Характеристики экономики распределенного пользования

Характеристика
Проявление
Тип платформы
Платформа вмешательства
Платформа посредничества
Модель совместного потребления
Доступ
Передача в собственность
Тип совместного потребления
Аренда
Обмен
Безвозмездная передача или дарение
Повторное использование активов
Тип обмена
Одноранговый обмен – Peer to peer (P2P)
Бизнес и потребителем – Business to peer (B2P)
Финансовая сделка
Есть
Нет
Продолжительность совместного использования
Краткосрочное
Долгосрочное
Анонимность потребителя
Возможна
Невозможна
Мотивация
Экономическая выгода
Поддержка принципов устойчивого развития
Удовольствие и новизна использования
Поддержка собственной репутации в сообществе
Источник: составлено по [13, 21, 28, 46] (Bardhi, Eckhardt, 2012; Corciolani, Dalli, 2014; Hamari, Sjöklint, Ukkonen, 2015; Tussyadiah, Pesonen, 2015).

Тип платформы: поскольку распределенное пользование в значительной степени в качестве посредника использует цифровые платформы [28] (Hamari, Sjöklint, Ukkonen, 2015), они могут быть участниками транзакции, т.е. «вмешиваться» в процесс совместного потребления. Например, вопросы платежа решаются только через онлайн-платформу [19] (Botsman, Rogers, 2010). С другой стороны, существуют платформы, которые не вовлекаются в процесс, выступая в качестве инструмента коммуникации, взаимодействия заинтересованных сторон. Такие платформы можно назвать посредническими.

Модель совместного использования: различаются модели, которые предоставляют только доступ, разрешение на использование актива [13] (Bardhi, Eckhardt, 2012), и модели, которые могут передавать право собственности на товары [19] (Botsman, Rogers, 2010).

Тип совместного потребления: обмен может представлять собой аренду, кредитование, дарение, пожертвование, продажу подержанных товаров [15, 21, 29] (Belk, 2014; Corciolani, Dalli, 2014; Johansson, Kisch, Mirata, 2005).

Тип обмена: относится к участникам процесса совместного использования. В одноранговых P2P-моделях обмен товарами или услугами осуществляется между физическими лицами, причем один из них является единственным владельцем товара. В моделях B2P и В2В товары принадлежат компании и совместно используются физическими лицами или организациями [44].

Финансовая трансакция: может присутствовать или отсутствовать и в моделях, предоставляющих доступ, и в моделях, передающих актив в собственность.

Продолжительность совместного использования: это может быть длительный срок, обозначающий владение или совместное владение, или короткий срок, означающий более короткий период доступа.

Анонимность потребителей: связана с уровнем участия потребителей в обмене и их склонностью строить отношения. Это связано с выбором потребителя для эксклюзивного или совместного участия в использовании актива. Бывают ситуации, когда потребитель предпочитает избегать идентификации своей личности.

Мотивация: относится к использованию совместного потребления в качестве инструмента поддержания своей репутации, выражения своей позиции, взглядов или желания сэкономить [31] (Laamanen, Wahlen, Campana, 2015). В исследовании мотивации методом онлайн-опроса анализ 186 анкет подтвердил описанные в научной литературе [28] (Hamari, Sjöklint, Ukkonen, 2015) 4 основных мотива распределенного пользования: экономический, политический (связанный с принципами устойчивого развития), поведенческий (удовольствие и ощущение новизны) и репутационный (укрепление своей репутации в сообществе). Среди российских потребителей, в отличие от результатов европейских исследователей, репутационный мотив и политический наблюдаются гораздо реже, а преобладают экономический мотив и желание ощутить новизну нового способа потребления и социального взаимодействия. Более подробно исследование мотивов распределенного пользования будет описано в отдельной работе.

Приведенные характеристики распределенного пользования не исчерпывают, конечно, всего многообразия имеющихся моделей. Кроме того, модели развиваются и видоизменяются по мере развития. Однако выделенные характеристики позволяют проводить анализ и сравнение моделей, группировать их не только по сфере деятельности, но и по виду взаимодействия, участию потребителей, степени влияния цифровой платформы.

Заключение

Экономика распределенного пользования – формирующаяся и бурно развивающаяся бизнес-модель новых экономических отношений, возникающих при совместном использовании различных активов, которые в конкретный момент не используются или неполно используются их владельцами. Распределенное пользование, изначально развившееся из одноранговых обменов между потребителями, с помощью современных ИКТ и цифровых платформ позволяет реализовать как временный доступ к активам, так и передачу прав собственности на них, безвозмездно или за плату, акторам одного ранга и разных рангов, используя материальные активы и ресурсы, а также нематериальные ценности в виде знаний, информации и компетенций.

Новые модели распределенного пользования влияют и на традиционные экономические модели и рынки, воздействуя на конкурентную ситуацию, формируя новые виды взаимоотношений, экономических связей и ценностных предложений.

Потребители и организации используют модели распределенного пользования с целью сокращения издержек, уменьшения экологического давления на окружающую среду, расширения сети социального взаимодействия, новизны ощущений от использования новых цифровых технологий, децентрализации активов и управления.

Попытка систематизации понятийного аппарата распределенного пользования позволяет очертить границы данной бизнес-модели, увидеть ее пересечения с другими современными моделями экономических отношений, использовать выделенные характеристики распределенного пользования для анализа результатов использования различных форм совместного потребления в бизнес-практике.


Источники:

1. Андреев К. Одноранговая экономика/Издательские решения - 2019. – 208 с.
2. Гелисханов И.З., Юдина Т.Н., Бабкин А.В. Цифровые платформы в экономике: сущность, модели, тенденции развития // Научно-технические ведомости СПбГПУ. Экономические науки. 2018. Т. 11, № 6. С. 22–36. DOI: 10.18721/JE.11602
3. Доклад о человеческом развитии в Российской Федерации — 2016. Цели устойчивого развития ООН и Россия – [Электронный ресурс] Режим доступа: URL: http://ac.gov.ru/files/publication/a/11068.pdf. (Дата обращения 18.07.2020)
4. Завьялова Н.Б., Завьялов Д.В. Бизнес в условиях цифровизации экономики // Экономика и предпринимательство. – 2019. – № 1(102). – c. 656-663.
5. Завьялов Д.В., Завьялова Н.Б., Киселева Е.В. Цифровые платформы как инструмент и условие конкурентоспособности страны на мировом рынке товаров и услуг // Экономические отношения. – 2019. – Том 9. – № 2. – С. 443-454. – doi: 10.18334/eo.9.2.40608.
6. Колмаков В.В. Экономика распределенного пользования как основа организационно-экономического механизма управления региональной собственностью // Теоретическая и прикладная экономика. – 2020. – № 1. – С. 49 - 63
7. Маркеева А. В., Экономика участия (sharing economy): проблемы и перспективы развития // ИННОВАЦИИ - № 8 (226) – 2017 - с.73-80
8. Невская А.А., Кондеев А.В. Развитие электронной торговли в ареале «Большой Евразии»: о возможностях участия России // Российский экономический журнал №3, 2019 DOI: 10.33983/0130-9757-2019-3-3-107-115
9. Нехаев С.А. Распределенная, социально ориентированная экономика // МО ПАНИ [Электронный ресурс] Режим доступа URL: http://mospani.ru/?page_id=1721 (Дата обращения 18.07.2020)
10. Распоряжение Правительства РФ от 28.07.2017 N 1632-p «Об утверждении программы "Цифровая экономика" Российской Федерации» [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://static.government.ru/media/files/9gFM4FHj4PsB79I5v7yLVuPgu4bvR7M0.pdf
11. Швед В.В., Яблочников С.Л. Особенности шеринговой экономики на Украине//Бизнес. Образование. Право. Вестник Волгоградского института бизнеса - Business. Education. Law. Bulletin of the Volgograd business institute – 2018 - № 2 (43) - с. 75-80
12. Bae Joonheui, Koo Dong-Mo (2018) Lemons problem in collaborative consumption platforms: Different decision heuristics chosen by consumers with different cognitive styles // Internet Research,Vol. 28 Issue: 3, pp.746-766,DOI: 10.1108/IntR-08-2017-0332
13. Bardhi F., & Eckhardt, G. W. (2012). Access-based consumption: The case of car sharing. Journal of Consumer Research, 39(4), 881-898 DOI: 10.1086
14. Belk R. (2007). Why not share rather than own? The ANNALS of the American Academy of Political and Social Science, 611(1), 126-140.
15. Belk, R.W. (2014) Sharing versus Pseudo-Sharing in web 2.0 // Anthropologist - с.18:7–23. DOI: 10.1080/09720073.2014.11891518
16. Benkler, Y. (2004). Sharing Nicely: On Shareable Goods and the Emergence of Sharing as a Modality of Economic Production. The Yale Law Journal, 114(2), 273-358. doi:10.2307/4135731
17. Benkler Y. (2006). The Wealth of Networks: How Social Production Transforms Markets and Freedom. New Haven and London: Yale University Press. 528 p.
18. Botsman R. (2015) - Defining The Sharing Economy: What Is Collaborative Consumption And What Isn’t? – FastCompany – [Электронный ресурс] – Режим доступа: https://www.fastcompany.com/3046119/defining-the-sharing-economy-what-is-collaborative-consumption-and-what-isnt (Дата обращения 18.07.2020)
19. Botsman R., & Rogers, R. (2010). Beyond Zipcar: Collaborative consumption. Harvard Business Review, 88(10), p. 30.
20. Botsman R., Rogers R., (2010) What’s Mine Is Yours: The Rise of Collaborative Consumption, HarperBusiness. 280 pp.
21. Corciolani, M., & Dalli, D. (2014) Gift-giving, sharing and commodity exchange at Bookcrossing.com: New insights from a qualitative analysis. Management Decision, 52(4), 755-776. DOI:10.11081MD0320120241
22. Dredge, D & Gyimóthy, S. (2015) The collaborative economy and tourism: Critical perspectives, questionable claims and silenced voices, Tourism Recreation Research, Vol. 40, No. 3, pp. 286-302. DOI: 10.1080/02508281.2015.1086076
23. Fitzmaurice, C. and Schor, J. (2015) Collaborating and Connecting: The Emergence of the Sharing Economy. In: Reisch, L. and Thogersen, J., Eds., Handbook of Research on Sustainable Consumption, Edgar Elgar, Massachusetts, 410-425.
24. Frenken K., T. Meelen, M. Arets, and P. van de Glind (2015) Smarter Regulation for the Sharing Economy // The Guardian, May 20. Режим доступа: https://www.theguardian.com/science/political-science/2015/may/20/smarter-regulation-for-the-sharing-economy (Дата обращения 10.06.2020)
25. Frenken, K., Schor, J., Putting the sharing economy into perspective. Environ. InnovationSoc. Transitions (2017), http://dx.doi.org/10.1016/j.eist.2017.01.003 [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.researchgate.net/publication/312598648_Putting_the_sharing_economy_into_perspective (Дата обращения 12.06.2020).
26. Frenken K. (2017) Political economies and environmental futures of the sharing economy Innovation Studies Utrecht (ISU) Working Paper Series [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.geo.uu.nl/isu/pdf/isu1701.pdf (Дата обращения 12.06.2020)
27. Görög Georgina (2018) The Definitions of Sharing Economy: A Systematic Literature Review / Management, University of Primorska, Faculty of Management Koper, vol. 13(2), pages 175-189 [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.hippocampus.si/ISSN/1854-4231/13.175-189.pdf (Дата обращения 10.06.2020)
28. Hamari J., M. Sjöklint, and A. Ukkonen (2015) The Sharing Economy: Why People Participate in Collaborative Consumption // Journal of the Association for Information Science and Technology - 67 (9) – с.2047–59.
29. Johansson, A.; Kisch, P.; Mirata, M. (2005) Distributed economies - A new engine for innovation. Journal of Cleaner Production, 13(10–11), pp. 971–979.
30. Krueger, N. (2012) Bridging Town and Gown: Best Practice? An Essay on Growing the Local Entrepreneurial Ecosystem// International Journal of Business and Globalisation - 9 (4): 347–58.
31. Laamanen M., Wahlen, S., & Campana, M. (2015). Mobilising collaborative consumption lifestyles: A comparative frame analysis of time banking. International Journal of Consumer Studies, 39(5), 459-467. https://doi.org/10.1111/ijcs.12190
32. Leismann, K., M. Schmitt, H. Rohn, and C. Baedeker. (2013) Collaborative Consumption: Towards a Resource-Saving Consumption Culture. Resources - 2(3)(3):184-203 - DOI: 10.3390/resources2030184
33. Mclaren Duncan, Agyeman Julian (2015) Sharing Cities: a case for truly smart and sustainable cities - Publisher: MIT Press. 464 pp.
34. Meelen T., Frenken K. (2015) Stop Saying Uber Is Part of the Sharing Economy Fast Company [Электронный ресурс], Режим доступа: http://www.fastcoexist.com/3040863/stop-saying-uber-is-partof-the-sharing-economy (дата обращения 18.07.2020)
35. Möhlmann Mareike (2015) Collaborative consumption: Determinants of satisfaction and the likelihood of using a sharing economy option again // Journal of Consumer Behaviour - 14(3) - 193-207 - DOI: 10.1002/cb.1512
36. Nijland, H., Van Meerkerk, J. and Hoen, A. (2015). Impact of car sharing on mobility and CO2 emissions. PBL Netherland Environmental Assessment Agency, No. 1842. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.pbl.nl/en/publications/impact-of-car-sharing-on-mobility-and-co2-emissions (Дата обращения 19.07.2020)
37. OECD (2015), OECD Digital Economy Outlook 2015, OECD Publishing, Paris, https://doi.org/10.1787/9789264232440-en.
38. Petrini, M., Freitas, C. S. de, & Silveira, L. M. da (2017). A proposal for a typology of sharing economy. Revista de Administração Mackenzie, 18(5), 39-62. DOI: 10.1590/1678-69712017/administracao.v18n5p39-62, [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.researchgate.net/publication/321152498_A_proposal_for_a_typology_of_sharing_economy/
39. PricewaterhouseCoopers (2015) The Sharing Economy: Sizing the Revenue Opportunity [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.pwc.co.uk/issues/megatrends/collisions/sharingeconomy/the-sharing-economy-sizing-the-revenue-opportunity.html (Дата обращения 19.06.2020)
40. Puschmann, T. and Alt, R. (2016) Sharing Economy. Business & Information Systems Engineering, 58, 93-99. https://doi.org/10.1007/s12599-015-0420-2
41. Quico Marin Anglada & Ana Beatriz Hernández Lara (2019) Research on sharing economy: why are some articles more cited than others? Economic Research-Ekonomska Istraživanja, DOI: 10.1080/1331677X.2019.1694427 [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.tandfonline.com/doi/full/10.1080/1331677X.2019.1694427 (Дата обращения 19.07.2020)
42. Rinne A. (2017) What Exactly is the Sharing Economy? // World Economic Forum, 13 December [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.weforum.org/agenda/2017/12/when-is-sharing-not-really-sharing/ (Дата обращения 12.06.2020)
43. Schor and Wengronowitz (2017) The new sharing economy: enacting the eco-habitus – in: Social Change and the Coming of Post-consumer Society – Routledge. Pp. 25-42
44. Schor J. (2014) Great Transition Initiative [Электронный ресурс] Режим доступа: www.greattransition.org/publication/debating-the-sharing-economy (Дата обращения 19.07.2020)
45. Tadelis Steven (2016) Reputation and Feedback Systems in Online Platform Markets // Annual Review of Economics - 8(1) pp. 321-340. DOI: 10.1146/annurev-economics-080315-015325
46. Tussyadiah, I. P., and J. Pesonen (2015) Impacts of Peer-to-Peer Accommodation Use on Travel Patterns // Journal of Travel Research - 55 (8) – с.1-19. https://doi.org/10.1177/0047287515608505
47. Woolf N. (2016) Airnbnb regulation deal with London and Amsterdam marks dramatic policy shift. The Guardian. [Электронный ресурс] Режим доступа: www.the guardian.com/technology/2016/dec/03/airnbnb-regulation (Дата обращения 12.06.2020)
48. Zilahy, Gyula (2016) Sustainable Business Models – What Do Management Theories Say? Vezetéstudomány - Budapest Management Review, 47 (10). pp. 62-72.


Страница обновлена: 13.11.2020 в 18:36:28