Динамика миграционных потоков граждан Румынии: воздействие на демографическую ситуацию и рынок труда

Введение

В контексте глобальных миграционных тенденций, Румыния, как страна-член ЕС, также сталкивается со своими специфическими вызовами и возможностями. За период с 2005 по 2025 годы, Румыния пережила трансформацию миграционного баланса, перейдя от отрицательного к положительному показателю. В отличие от стран, применявших крайне строгую миграционную политику, как, например, Венгрия, Румыния демонстрирует более умеренный подход, что при наличии развитых интеграционных механизмов может стать основой для устойчивого экономического роста и восполнения внутренних трудовых ресурсов.

Цель исследования

Основная цель исследования заключается в комплексном анализе современных миграционных тенденций на европейском и национальном (на примере Румынии) уровнях за последние двадцать лет с последующей оценкой их влияния на демографическую ситуацию и рынок труда, в целом. Для достижения поставленной цели были определены следующие задачи: исследовать динамику европейских и румынских миграционных потоков, выявить основные причины их ускорения и региональные особенности; проанализировать распределение численности мигрантов по основным регионам мира и Европы, а также тенденции притока и оттока населения Румынии; изучить динамику числа лиц, обратившихся за убежищем в ЕС, включая анализ влияния таких факторов, как конфликты, кризисы и пандемия COVID-19.

Методология и источники исследования

Исследование основано на анализе статистических данных и законодательных актах, характеризующих миграционные процессы и ситуацию на рынке труда Румынии. Основными источниками информации послужили: данные международных организаций (отчеты Организации Объединенных Наций, касающиеся глобальной миграции, а также выборки других международных и национальных структур, представляющих статистику по миграционным потокам и демографическим тенденциям), статистика ЕС (данные Евростат, предоставляющие подробную информацию о численности мигрантов по странам, количестве лиц, запрашивающих убежище в странах ЕС-27, а также об уровне безработицы по критерию гражданства), национальные статистические агентства и институты (информация, предоставленная национальными статистическими службами (в частности, данные Национального института статистики Румынии или INS и др.), правовые акты (анализ законодательных изменений, касающихся миграционной политики и получения гражданства (например, Закон № 14/2025 о приобретении гражданства Румынии, решения Суда Евросоюза относительно миграционной политики Венгрии и др.), а также научные публикации и отчеты компаний Большой четверки.

Примененные автором методы исследования: статистический анализ – реализованный путем сбора, обработки и интерпретации количественных данных для выявления тенденций, динамик и корреляций (например, анализ роста численности мигрантов, изменений в миграционном балансе, динамики безработицы в Румынии и др.); сравнительный анализ – достигнутый путем сопоставления данных по различным геоэкономическим ареалам (ЕС, Африка, Азия и др.), странам (Румыния, Венгрия, Польша, Болгария) и группам населения (граждане ЕС, граждане стран, не входящих в ЕС); анализ нормативно-правовых актов – состоящий в изучении и интерпретации законодательных документов для оценки мер, направленных на регулирование миграции и интеграции; синтез и обобщение – проведенный путем систематизации полученной информации для формирования выводов и предложений.

Результаты анализа и обсуждение

Согласно данным Организации Объединенных Наций в последние десятилетия глобальная миграция демонстрировала ускоренный рост, достигнув 304,7 миллионов человек [21]. Увеличение глобальных миграционных потоков является отражением давления, обусловленного геополитическим, геоэкономическим и демографическим контекстами, вооруженными конфликтами в странах Северного Причерноморья и на Ближнем Востоке, а также высоким уровнем бедности в ряде стран Африки, Азии и Южной Америки [3].

В период с 2015 по 2025 годы количество мигрантов на мировом уровне возросло на 22% [1], что иллюстрируется на рисунке 1 [20]. В 2025 году наибольшее количество мигрантов было зафиксировано в странах ЕС, где их численность оценивалась в 94,1 миллиона человек [23].

Источник: составлено автором на основании [21; 24].

Рис. 1. Глобальная миграция, млн. чел.

За последние десять лет государства Европы стали предпочтительным направлением для мигрантов. Данный показатель в период с 2015 по 2025 годы регистрировал динамичный рост на 24%, что отображено в таблице 1 [20].

Таблица 1 Распределение численности мигрантов по регионам в глобальном масштабе, млн чел.

Источник: составлено автором на основании [19; 25].

Данный процесс проявляется как в рамках внутри европейской миграции (из развивающихся стран в развитые государства ЕС), так и в перемещении населения из зон конфликтов и регионов с высоким уровнем бедности в более развитые европейские страны.

Кроме того, поток мигрантов усилился и в результате политики «открытых границ», что привело к образованию последовательных волн миграции, пересекающих Средиземное море или использующих Балканский маршрут [1]. Регионы, охваченные конфликтами, политической нестабильностью и гуманитарными кризисами, способствовали значительному притоку дополнительных просителей убежища в ЕС. Нестабильность в Украине также спровоцировала новую волну миграции, в результате которой миллионы граждан переселились в соседние европейские государства [36].

В течение последнего десятилетия наблюдалась существенная волатильность в количестве лиц, обращающихся за предоставлением убежища. В частности, в 2015 и 2016 годах в странах ЕС-27 ежегодно подавалось более 1 миллиона заявлений, что отражало сильное влияние крупных гуманитарных кризисов (таблица 2). Затем количество заявлений снизилось, достигнув наименьшего уровня в 2020 году, когда пандемия COVID-19 ограничила международную мобильность. Но, после 2020 года ситуация начала вновь меняться [5]. Число обращений за убежищем в ЕС постепенно росло, а в 2022 году показатель вырос на 50% по сравнению с предыдущим годом. Ситуация также усугублялась нестабильностью в Украине, что привело к значительному потоку беженцев. Тем не менее, с 2015 по 2025 годы общее число заявлений о предоставлении убежища в ЕС-27 сократилось на 22% [2].

Таблица 2 Количество лиц, запросивших убежище в странах ЕС-27, вкл. Румынию, Болгарию, Венгрию и Польшу, млн чел.

Так, к примеру, в 2015 году Венгрия выделялась среди четырех [2] рассматриваемых европейских стран по количеству заявлений о предоставлении убежища. По данным Евростат, Венгрия, как точка входа в «развитую Европу», получила около 84% или 177 135 заявлений от общего числа, поданных в эту группу восточноевропейских стран ЕС. В следующие годы венгерские власти руководствовались крайне жесткой миграционной политикой, что ознаменовало резкое изменение в подходе к выдаче убежищ и приеме мигрантов. Проводимая венгерским правительством стратегия привела к существенному снижению числа заявлений - с пиковых показателей в 2015 году они сократились до 32 запроса в 2025 году [30]. Этому предшествовали массовые аресты мигрантов, отказ в убежище и строительство физических преград на границах. Тем не менее, предпринятые шаги спровоцировали политические трения внутри ЕС. Руководство ЕС выразило недовольство действиями Венгрии, что в итоге привело к введению санкций против этой страны. Так в 2024 году Суд Евросоюза постановил, что Венгрия нарушила европейское законодательство о защите мигрантов, наложив штраф в 200 миллионов Евро, а также обозначил требование платить по 1 миллиону Евро в день за неспособность выполнить представленные Евросоюзом предписания [4; 28].

В Румынии, в этот период, также фиксируется рост количества заявлений о предоставлении убежища. Но, в абсолютных числах, по сравнению с другими государствами-членами ЕС, Румыния по-прежнему получает небольшое число запросов. С 2015 по 2023 годы объем поданных заявлений увеличился на 701%, достигнув пика в 2022 году. Динамичный рост связан с началом украинского конфликта. С другой стороны, в период с 2015 по 2025 годы количество заявлений о предоставлении убежища составило лишь 0,7% от общего числа запросов, зарегистрированных на уровне всех стран-членов ЕС-27 [32].

За последние годы страны ЕС-27, включая Румынию, добились существенных положительных результатов в сокращении трудовой безработицы, демонстрируя устойчивое снижение данного показателя. Однако, разрыв остается значительным. Граждане стран, не входящих в ЕС, по-прежнему сталкиваются с более высоким уровнем безработицы и их интеграция на европейские рынок труда оказывается сложнее, главным образом из-за языковых барьеров и нехватки необходимых профессиональных навыков [5; 34].

С 2014 по 2025 годы уровень безработицы среди граждан ЕС-27 снижался быстрее, чем в Румынии. В 2020 году в связи с пандемией COVID-19 произошел заметный скачок безработицы во всех трех ранее упомянутых группах. Особенно сильное влияние испытали граждане стран вне ЕС, которые оказались более уязвимыми перед кризисом из-за мер изоляции. В основном они работали в секторах, требующих неквалифицированного или низкоквалифицированного труда, что подчеркивает структурную уязвимость мигрантов в кризисные периоды [10].

В среднем, уровень занятости среди граждан ЕС превышает уровень занятости среди граждан стран, не входящих в ЕС. Многие мигранты, прибывающие в развитые страны ЕС, такие как Германия, Франция или Швеция, сталкиваются с трудностями в интеграции. Таким образом, в отсутствие быстрой, но достаточно эффективной стратегии их интеграции в национальную экономику, некоторые мигранты зависят, по крайней мере временно, от систем социальной защиты принимающих государств. Так, к примеру, в Болгарии и Венгрии наблюдается одинаковая тенденция, согласно которой граждане этих стран имеют значительно более высокий уровень занятости, чем граждане стран, не входящих в ЕС [11]. Данный тренд ярко выражен, к примеру, в Венгрии. Правящие элиты данного государства ввели ограничительные меры в отношении мигрантов из-за пределов ЕС. С другой стороны, рынки труда Румынии и Польши выделяются значительно более высоким уровнем занятости среди граждан стран, не входящих в ЕС, чем в среднем по ЕС. Несмотря на то, что экономические экосистемы Румынии и Польши находятся на разных этапах развития, обе страны, в отличие от Венгрии и Болгарии, демонстрируют позитивную динамику, обладая динамичной деловой средой, но при этом сталкиваясь с более динамичными трендами старением населения и нехваткой рабочей силы. Румыния активно привлекает трудовых мигрантов из-за пределов ЕС (рисунок 2). Основное внимание уделено привлечению иностранного персонала в сектора гостиничного бизнеса и строительства коммерческой и жилой недвижимости [35; 39].

При уровне безработицы менее 5%, стареющем национальном населении и постоянных трудностях в обеспечении трудовыми кадрами, ситуация сложилась так, что занятость граждан третьих стран, уже превышает уровень занятости румынских граждан [16]. Эта тенденция подчеркивает важность миграции для поддержки экономического роста и сохранения конкурентоспособности румынских компаний. Более того, она показывает, что миграционный поток в Румынию целенаправленно ориентирован на привлечение потенциальных работников с целью их быстрой интеграции в общество [38].

Источник: составлено автором на основании [33].

Рис. 2. Уровень безработицы по критерию гражданства

(возрастная группа 20-64 лет), в процентах

Румыния имеет возможность ускорить процесс интеграции мигрантов и потенциальных новых граждан, сделав правовую базу более четкой и предсказуемой. В этом направлении в марте 2025 года румынские власти обновили законодательство о приобретении гражданства. Так, Закон № 14/2025, вступивший в силу 15 марта 2025 года, внес существенные изменения в порядок получения румынского гражданства [3]. Ранее, для подачи заявления нужно было прожить в стране минимум 8 лет. Теперь же, согласно обновленному закону, чтобы иметь право на гражданство кандидатам достаточно проживать в Румынии 5 лет [31]. Эти меры направлены на повышение доступности и эффективности процедуры, что должно способствовать более быстрому и простому включению мигрантов в румынское общество [4].

После революции 1989 года в Румынии состоялся переход к рыночной экономике. Эти конъюнктуры создали условия нестабильности на национальном рынке труда [9]. В таких условиях многие румыны решили эмигрировать в поисках более высокой зарплаты, лучших условий труда и возможности реализовать свой потенциал за границей, о чем свидетельствуют данные рисунка 3. С 2004 по 2025 годы население Румынии сократилось на 2,3 миллиона человек или на 11% [29]. Однако реальная численность мигрантов может быть выше, учитывая, что многие румыны, проживающие за границей, имеют неопределенный статус [26].

Согласно данным INS, наиболее резкое ежегодное сокращение населения в Румынии произошло в 2008 году [5]. Около 500 113 граждан Румынии приняли решение уехать в такие страны, как Испания, Италия, Германия или Франция — основные направления миграции внутри ЕС [33].

Источник: составлено автором на основании [29].

Рис. 3. Население Румынии, млн. чел.

С 2004 по 2025 годы Румыния перешла от «молодой» демографической модели к «стареющей», сопровождающейся общим сокращением населения. Если в 2004 году структура населения обеспечивала экономическую стабильность и устойчивость пенсионной системы за счет притока молодых кадров, то сегодня этот ресурсный потенциал, как и в России, значительно снизился [6; 8].

На рисунке 4 можем наблюдать, что к 2025 году демографическая пирамида практически перевернулась. Доля пожилых и людей пенсионного возраста значительно возросла. Средний возраст граждан Румынии вырос с 37 лет в 2005 году до 42 лет в 2025 году. Рисунок 4 также демонстрирует сужение основания возрастно-половой пирамиды, что указывает на падение уровня рождаемости относительно показателей 2005 года [30].

Анализ демографических показателей Румынии за более чем двадцатилетний период, также как и в случае Российской Федерации, выявляет выраженную тенденцию к экзоту из страны молодежи и увеличению индекса демографической нагрузки пожилым населением [7; 12].

Параллельно также наблюдается отток трудоспособных граждан моложе 40 лет в более развитые страны ЕС. Подобная демографическая модель характерна и для Российской Федерации, создает критическую нагрузку на систему здравоохранения из-за старения населения и провоцирует дефицит пенсионного фонда [13].

Рис. 4. Численность населения Румынии по возрастным группам

В условиях стремительного сокращения доли молодежи государству становится все труднее удерживать кадры, что создает серьезные риски для экономики, выражающиеся в кадровом голоде и снижении производительности труда [18].

С другой стороны, в период с 2008 по 2024 годы Румыния столкнулась с интенсивными эмиграционными процессами, которые оказали существенное влияние на национальную экономику и демографию уездов. Среднегодовой показатель эмиграции за указанный период был зафиксирован на уровне 213 651 человек, что отображено на рисунке 5 [25]. В результате совокупная численность румынских граждан, проживающих за границей, превысила отметку в 3,6 млн человек, что требует комплексной оценки как позитивных, так и негативных эффектов для развития данной страны [26].

Источник: составлено автором на основании [25; 26].

Рис. 5. Временные румынские эмигранты (численность населения/ежегодная динамика), тыс. чел.

Эмиграция из Румынии за последние 26 лет развивалась волнообразно. Первый пик пришелся на 2008 год (1 год после вступления в ЕС), после чего активность мигрантов снижалась до 2013 года. В 2014–2019 годах начался новый рост на фоне восстановления европейских экономик, а период 2020–2024 годов характеризовался «пандемийными» колебаниями с резкими скачками в 2021 и 2023 годах. Примечательно, что демографический профиль эмигрантов оставался неизменным. Так, 62,3% румынских эмигрантов — это люди моложе 39 лет [32].

Согласно анализу эмиграционных потоков из Румынии в исследуемый период, структура возрастных групп претерпела существенные изменения, что отображено на рисунке 6. До 2017 года превалировали эмигранты в возрасте до 20 лет (14-20%) и взрослое население 20-39 лет, доля которого систематически превышала 50%, достигнув максимального значения 64% в 2015 году. После 2017 года нами зафиксировано структурное смещение, а именно ускоренный рост доли лиц в возрасте 40-59 лет, что может свидетельствовать о формировании устойчивой долгосрочной этнодемографической модели эмиграции [17; 34].

Источник: составлено автором на основании [32].

Рис. 6. Временные румынские мигранты по возрастным группам, в процентах

Сравнительный анализ за 2008-2024 годы показывает, что доля лиц до 19 лет сократилась на 1%, категория 20-39 лет уменьшилась на 12%, в то время как возрастные группы 40-59 лет и старше 60 лет продемонстрировали рост на 9% и 5% соответственно [28]. Представленная тенденции указывают на постепенный сдвиг основной части эмигрантов в сторону более старших возрастных групп, что отражает изменяющуюся структуру миграционных потоков и их долгосрочную динамику.

Румыния, как и Российская Федерация, столкнулась с серьезной проблемой «утечки мозгов» из-за массовой эмиграции молодого населения в возрасте до 39 лет [15]. Представленное явление наносит удар по человеческому капиталу государства, лишая данную страну студентов и молодых профессионалов, находящихся на этапе формирования своей карьеры. Как следствие возникает дефицит квалифицированных кадров, что ведет к росту затрат на персонал и задержкам в реализации национальных проектов. Особенно остро эта проблема ощущается в высокотехнологичных отраслях (IT, профессиональные услуги, машиностроение), где сокращение числа высококвалифицированных молодых специалистов снижает конкурентоспособность и инновационность. В производственном и строительном секторах нехватка рабочей силы требует либо привлечения иностранных работников, либо инвестиций в автоматизацию, что влечет за собой дополнительные издержки [14].

Эмиграция из Румынии, особенно выраженная в северо-восточных и южных уездах, имеет как отрицательные, так и положительные стороны. Помимо утраты человеческого капитала, отток населения способствует приобретению молодыми кадрами ценных знаний, навыков и международного опыта, недоступных на родине, что стимулирует их личное и профессиональное развитие. Также, работающие за рубежом румыны продолжают поддерживать свою страну, регулярно отправляя денежные переводы. В 2025 году сумма этих переводов достигла 9,5 млрд Евро, что на 67% больше, чем объем всех прямых иностранных инвестиций (5,7 млрд Евро). Это свидетельствует о том, что, несмотря на проблемы, эмиграция и связанные с ней денежные потоки являются жизненно важным источником финансирования для румынской экономики, стимулируя потребление, инвестиции и предпринимательство в самой стране [2]. С другой стороны, в последние годы все заметнее увеличивается число возвращающихся румынских эмигрантов. Важно отметить, что многие из вернувшихся не находят работу, что ведет к росту безработицы и увеличивает давление на систему социального и медицинского страхования [6].

Параллельно с массовым оттоком в другие страны ЕС румынских граждан, государство все более укрепляет и статус страны-реципиента для иностранных рабочих, беженцев и различных категорий иммигрантов. В последние годы, чтобы компенсировать нехватку кадров в таких секторах, как строительство, сфера услуг (HoReCa), производство и логистика, компании все активнее привлекают рабочую силу из разных регионов мира, особенно из Юго-Восточной Азии (Непал, Бангладеш, Пакистан, Индия, Лаос, Камбоджа) [37]. Согласно статистическим данным INS, отображенным на рисунке 7, динамика временной иммиграции в Румынию в период с 2008 по 2025 годы отличалась значительной неустойчивостью, проявлявшейся в частых годовых колебаниях. Тем не менее, несмотря на имевшие место спады, за 17 лет было зафиксировано общее увеличение численности временных иммигрантов на 107%. Особую выраженность этот рост приобрел в последнее десятилетие, так с 2014 по 2024 годы показатель временной иммиграции увеличился на 112%, продемонстрировав трехзначный прирост [32].

Разница между числом уезжающих и приезжающих в Румынию в период с 2008 по 2025 годы в основном оказывалась отрицательной, составляя в среднем 31 459 человек в год [38]. До 2021 года эмиграция значительно превосходила иммиграцию, что создавало серьезное давление на рынок труда и демографическое положение.

Источник: составлено автором на основании [32; 33].

Рис. 7. Эволюция временной иммиграции в Румынии, в процентах

Однако с 2022 года ситуация изменилась коренным образом. Впервые за многие годы Румыния начала регистрировать положительный миграционный баланс. Данная динамика открыла новые возможности для восполнения трудовых ресурсов и стабилизации демографической ситуации. Представленный сдвиг в миграционном балансе (рисунок 8) представляет собой реальную возможность для укрепления кадрового потенциала и стимулирования экономического роста. Благоприятная миграционная тенденция сохранится при условии успешной интеграции прибывающих и обеспечении долгосрочной привлекательности экономической среды Румынии.

В целом, доля иммигрантов, прибывающих в Румынию, примерно равна доле эмигрировавших граждан, что отражает естественную миграционную динамику. Приток часто заполняет пробелы, возникшие после отъезда румынских граждан. Данные потоки в основном ориентированы на молодой сегмент населения.

За период с 2008 по 2024 годы число временных иммигрантов в возрасте до 39 лет увеличилось на 79%, а за четыре года (с 2020 по 2024 годы) этот рост достиг 84%, что свидетельствует о значительном ускорении представленной тенденции.

Источник: составлено автором на основании [30].

Рис. 8. Миграционный баланс в Румынии, в процентах/тыс. чел.

Особое внимание заслуживает заметное увеличение иммиграции среди старших возрастных групп, что отображено на рисунке 9. Так, среди тех, кому за 60 лет, количество выросло на 464% за этот же период, а в сегменте 40–59 лет — на 151% [29].

Опираясь на отчет CES Romania, основанный на данных, предоставленных Генеральной инспекцией по вопросам иммиграции Румынии, важно отметить, что большинство граждан третьих стран, получивших в последние годы вид на жительство для работы в Румынии, прибывают из Непала (45 802 человека), Шри-Ланки (22 559), Турции (18 150), Республики Молдова (15 714), Индии (12 995), Бангладеш (8 449), Китая (8 272), Сирии (7 222), Египта (5 471) и Пакистана (4 522). На остальные государства приходится приблизительно 61 094 человека, что в сумме составляет 136 334 гражданина государств, не входящих в ЕС, с видом на жительство, выданным с целью трудоустройства [36].

Важно отметить, что 64% всех разрешений выдаются с целью трудоустройства. 16% и 9% фиксируют воссоединение семьи и обучение в высших учебных заведениях Румынии. Постоянное место жительства, международная защита и другие цели фиксируют 9%, 2% и 1% соответственно [39]. Данное процентное распределение подчеркивает растущую зависимость от иностранной рабочей силы и указывает на необходимость укреплять процессы зарубежного найма.

Источник: составлено автором на основании [29; 33].

Рис. 9. Временные иммигранты в Румынии по возрастным группам, в процентах

Большинство иммигрантов из третьих стран приезжают в Румынию преимущественно для работы и обучения, а не с целью получения социальных пособий. Данная тенденция отличается от устоявшейся практики в некоторых развитых странах ЕС. Вместо этого иммиграция в Румынии больше функционирует как механизм для удовлетворения потребностей рынка труда, поддерживая компании и снижая кадровую нагрузку.

Кроме того, иммиграция способствует увеличению доходов государства за счет налоговых поступлений, что дополнительно поддерживает экономическую устойчивость страны и способствует ее конкурентоспособности. Предположим, что 136 334 граждан стран, не входящих в ЕС, с разрешениями на работу, будут зарабатывать в Румынии минимальную валовую зарплату в 4 050 леев и платить примерно 41,5% налогов и взносов. В таком случае, государственный бюджет, по нашим подсчетам, получит около 1 681 лей на каждого человека в месяц. При обменном курсе 5 леев за 1 Евро это примерно 45,8 миллионов Евро в месяц или около 550 миллионов Евро в год [7].

В связи с увеличением числа агентств по найму персонала из стран вне пределов ЕС, правительство Румынии разрабатывает также новые законодательные меры, направленные на более четкое регулирование процессов регистрации компаний, нанимающих иностранных работников. Эти изменения предполагают создание единой цифровой правовой платформы — www.WorkinRomania.Gov.ro — которая объединит все процедуры и требования в электронном формате. Данный правовой акт устанавливает четкие положения для займодателя и зарубежных агентств, что включает процедуры проверки, ведение электронных реестров и обязанности по защите иностранных работников [31]. Такие меры нацелены на решение проблемы нехватки рабочей силы, повышение прозрачности трудового рынка Румынии и обеспечение защиты как работодателей, так и иностранных сотрудников, что создаст более справедливую и эффективную систему трудовых отношений.

Заключение. Глобальная миграция обеспечивает устойчивый рост, особенно в последних изменениях, вызванных геополитическими, экономическими и демографическими факторами, а также конфликтами и гуманитарными кризисами в разных регионах мира. Румыния за период с 2004 по 2025 годы прошла путь трансформации миграционного баланса от отрицательного к положительному, что позволяет рассматривать миграцию как определяющий фактор поддержки трудового рынка и демографического восстановления страны.

Демографическая структура страны за последние 20 лет претерпела дополнительные изменения, такие как старение населения, сокращение рождаемости и снижение уровня развития, что вызывает значительные демографические и социальные вызовы, нагрузку на пенсионную систему и дефицит кадров. Эмиграция молодых граждан Румынии и массовый исход в пандемию отражают отрицательную демографическую ситуацию, однако часть мигрантов возвращается в страну, привозя с собой опыт и знания, которые могут обеспечить развитие экономики.

Внутри страны наблюдается рост привлечения иностранной рабочей силы, особенно из третьих государств, что помогает компенсировать кадровый дефицит и стимулировать рост румынской экономики. Законодательные реформы, направленные на упрощение процедур гражданства и легализации мигрантов, призваны привлечь иностранных мигрантов.

В целом, с 2022 года миграционные процессы в ЕС-27 характеризуются тенденцией к росту иммиграции и положительному миграционному балансу, что создает возможности для восстановления трудовых ресурсов и демографического баланса, однако требует дальнейшего развития интеграционных стратегий и мер по социальной стабилизации экономического развития.

[1] Статистические данные свидетельствуют о том, что 48% мигрантов составляют женщины и 13% — дети. Независимо от того, рассматривается ли легальная или нелегальная миграция, более 72% жертв данного преступления составляют именно женщины [22].

[2] Румыния, Венгрия, Польша и Болгария.

[3] Чтобы претендовать на румынское гражданство при обновленном законодательстве, кандидатам необходимо подтвердить активное участие в румынской экономике, наличие соответствующего образовательного уровня или внести вклад в развитие румынской культуры, права человека, социальные инициативы или волонтерскую деятельность. Кроме этого, помимо общих требований, заявители должны соответствовать одному из следующих критериев: иметь долгосрочный вид на жительство в Румынии, быть в браке с гражданином Румынии, быть гражданами другого государства-члена ЕС или ЕЭЗ или родиться в Румынии у родителей, которые на момент рождения законно проживали в стране [34].

[4] Заявители должны предоставить изображение лица и отпечатки пальцев, за исключением детей до 14 лет. Новые изменения обеспечивают переход от бумажных свидетельств о гражданстве к ID картам из пластика. Заявители также должны предоставить доказательства владения румынским языком на уровне B1. По оценкам Правительства Румынии, в июне 2026 года планируется к запуску система электронного управления заявлениями на получение гражданства, нацеленная на повышение прозрачности и упрощение процесса подачи запросов [31].

[5] Через год после вступления в ЕС и на фоне глобального экономического кризиса

[6] Польша служит ярким примером, как устойчивый экономический рост помогает возвращать граждан, уехавших за границу в поисках лучших возможностей. Благодаря высоким темпам развития, Польша смогла привлечь обратно десятки тысяч граждан, работавших в более развитых странах ЕС. Правительство Польши реализовало комплекс мер для поощрения возвращения: «возвращенцам» доступны финансовая помощь, программы поддержки жилья, субсидии на покрытие расходов на недвижимость, 90-дневный доступ к государственным медицинским услугам, а также инициативы по профессиональной реабилитации и содействию занятости. Особое внимание уделяется возвращению польских ученых и исследователей. В рамках программы «Возвращение поляков» Национальное агентство по академическому обмену (NAWA) помогает ведущим польским ученым вернуться в страну, предлагая работу в университетах, научных институтах и исследовательских центрах. Данная программа создает выгодные условия для проведения научных и опытно-конструкторских работ на международном уровне, финансируя как зарплаты репатриированных ученых, так и расходы на формирование исследовательских групп. Такой комплексный подход способствует не только возвращению талантов, но и укреплению научного и инновационного потенциала данного государства [20].

[7] Только за счет налогов и взносов от заработков привлеченных иммигрантов.