Институциональные ловушки информационной асимметрии на рынке продовольствия в России

Введение

Проблема неравномерного распределения информации между участниками рыночных сделок является одним из основных провалов рынка, ведущим к таким негативным эффектам, как неблагоприятный отбор и оппортунистическое поведение. Классическая модель Дж. Акерлофа (1970) [1], описанная на примере рынка подержанных автомобилей («рынок лимонов»), демонстрирует, как асимметрия информации может вытеснить с рынка качественные товары, оставляя потребителя один на один с низкокачественными «лимонами».

В экономической литературе данный феномен рассматривается не только как «естественный» провал рынка, но и как результат действия конкретных механизмов, которые могут быть классифицированы по источникам возникновения. В исследовании О.Б. Яроша (2023) [15], модели возникновения информационной асимметрии включают как классические рыночные (различия в доступе к информации, асимметрия качества), так и институциональные механизмы, при которых асимметрия воспроизводится действием самих формальных институтов.

В современной экономике инструментом снижения такой асимметрии должны выступать институты сертификации и стандартизации. Международные исследования Акинвехинми и др. (Akinwehinmi, Kolawole, Amos, 2021) [16], Латино и др. (Latino et al., 2021) [17], Шроббак с соавторами (Schrobback et al., 2023) [18] рассматривают продовольственную сертификацию как механизм подтверждения качества продукции и снижения информационной асимметрии между производителями и потребителями. Однако эффективность данного механизма зависит от способности системы сертификации обеспечивать достоверность передаваемой потребителю информации. Российский продовольственный рынок является показательным примером для изучения данной проблемы. С одной стороны, законодательство требует обязательного подтверждения соответствия продукции требованиям технических регламентов. С другой, такую проверку продукции проводят аккредитованные органы по сертификации и испытательные лаборатории, которые являются частными организациями и оказывают эти услуги на коммерческой основе. Данный разрыв формирует устойчивый канал поставки не всегда достоверной информации потребителю (сертификаты или декларации).

Актуальность исследования обусловлена большим вниманием государства и общественности к вопросам продовольственной безопасности и здорового питания населения России. Потребитель, будучи не в состоянии самостоятельно оценить реальный состав и безопасность продукта, вынужден ориентироваться на информацию, предоставляемую продавцом и подтверждаемую системой контроля и сертификации. Особенно это важно для характеристик продовольственной продукции, которые потребитель не может непосредственно проверить при покупке, включая ее безопасность, состав и другие характеристики качества (Schrobback et al., 2023) [18]. Исследования Акинвехинми и др. (Akinwehinmi, Kolawole, Amos, 2021) [16], Кандрашиной Е. А. (2022) [5] показывают, что восприятие потребителями надежности системы контроля непосредственно связано с их отношением к сертификации пищевой продукции: при низком доверии к системе контроля возрастает значение альтернативных механизмов подтверждения безопасности. Если система верификации этих сигналов оказывается недостаточно надежной, информационная асимметрия между производителем и потребителем сохраняется.

Проблема исследования заключается в противоречии между целью государственного регулирования (обеспечение потребителей достоверной информацией) и реальными стимулами участников системы аккредитации (коммерческие интересы). Несмотря на активную работу Росаккредитации, в СМИ и научной литературе периодически поднимается вопрос о «сером» рынке сертификатов [1]. Однако комплексного эмпирического анализа, связывающего динамику контрольных мероприятий с рыночными последствиями (например, изменением структуры сырья), в современной научной дискуссии недостаточно.

Цель исследования - выявить и проанализировать механизмы, при которых система аккредитации, призванная обеспечивать достоверность информации о качестве продукции, может способствовать сохранению информационной асимметрии на продовольственном рынке России и предложить мероприятия по совершенствованию системы сертификации.

Гипотеза исследования. Действующая модель аккредитации, в которой ответственность за достоверность лабораторных испытаний фактически размыта между производителем и лабораторией при отсутствии действенной ответственности органа по сертификации, создает устойчивый канал для легализации низкокачественной или фальсифицированной продукции. Это ведет к росту информационной асимметрии и запускает механизм неблагоприятного рыночного отбора, что на макроуровне проявляется в замещении дорогостоящего натурального сырья (например, молочного жира) более дешевыми заменителями (пальмовым маслом) при сохранении формального соответствия товаров требованиям.

Научная новизна работы заключается в обосновании институционального разрыва применительно к системе подтверждения соответствия на продовольственном рынке России. В работе проведен сопряженный анализ динамики контрольной деятельности Росаккредитации за 2018–2023 гг. и динамики импорта пальмового масла как косвенного индикатора качества продукции, что позволило эмпирически обосновать гипотезу о неблагоприятном рыночном отборе.

Материалы и методы

Материалами исследования послужили научные публикации, нормативные и аналитические материалы, а также статистические данные, характеризующие функционирование системы подтверждения соответствия и состояние российского продовольственного рынка. Теоретическую основу исследования составили работы, посвященные информационной асимметрии и ее последствиям Бухановой Е. А. (2025) [4], Ху Х. (2023) [11], а также исследования информационных каскадов и механизмов распространения информационных сигналов Онево Т. Т. Э., Беляевой Ж. С. (2026) [8], Энеевой М. Н., Сабанчиева А. Х. (2026) [13].

Отдельную группу составили исследования Хорошилова С. В. (2025) [10], Алехина Е. И. и соавторов (2026) [2] Трухачева В.И. и др. (2023) [19] по вопросам технического регулирования и исследование Юрченко, Т. В. (2022) [14] о развитии продовольственного рынка в России. Для анализа роли сертификации в снижении информационной асимметрии использовались зарубежные и отечественные работы Чжэн и Бар (Zheng, Bar, 2021) [20], Крючкова П. В. (2009) [6], посвященные восприятию потребителями системы контроля безопасности пищевой продукции, роли продовольственной сертификации, характеристикам продукции, не поддающимся непосредственной проверке потребителем, а также влиянию конкуренции между органами сертификации на результаты аудита.

Научный пробел заключается в необходимости обоснования того, каким образом институциональная организация системы подтверждения соответствия на российском продовольственном рынке может создавать условия для сохранения информационной асимметрии между производителем и потребителем. В частности, в ранее представленных научных работах недостаточно внимания уделяется взаимосвязи между организацией сертификационных процедур, результатами государственного контроля и возможными последствиями для поведения участников продовольственного рынка. Настоящее исследование направлено на восполнение данного пробела посредством анализа институциональных условий функционирования системы подтверждения соответствия в России и их возможного влияния на сохранение информационной асимметрии.

Теоретико-методологической основой исследования послужили фундаментальные работы в области экономики информации и теории контрактов, в частности, теория «рынка лимонов» Дж. Акерлофа, теория сигналов М. Спенса, а также современные подходы к анализу институциональных ловушек в российской экономике.

Для проверки выдвинутой гипотезы использовались научные методы и подходы. Системный анализ применялся для рассмотрения взаимосвязей между основными участниками системы подтверждения соответствия продукции: производителями, испытательными лабораториями, органами по сертификации, Росаккредитацией и потребителями. Это позволило определить место каждого участника в процессе формирования и передачи информации о качестве продукции. Статистический анализ использовался при обработке данных о результатах контрольных мероприятий Росаккредитации и объемах импорта пальмового масла. На его основе были рассчитаны и сопоставлены показатели количества проверок, судебных актов, сумм административных штрафов, случаев приостановления и прекращения действия аккредитации, а также динамика импорта пальмового масла за 2013–2023 гг. Сравнительный анализ применялся для выявления изменений указанных показателей в рассматриваемом периоде и сопоставления динамики контрольной деятельности с изменением объемов импорта сырья.

Методической основой исследования выступает подход, согласно которому уровень информационной асимметрии может быть оценен через наблюдаемые рыночные индикаторы, реагирующие на риск неблагоприятного отбора. Как показывает исследование Антюхова А.Ю. (2025) [3], прямое измерение асимметрии затруднено, поскольку она представляет собой ненаблюдаемую характеристику рыночного взаимодействия. Поэтому в эмпирических исследованиях используются прокси-переменные, косвенно отражающие интенсивность асимметрии. Если на фондовом рынке таким индикатором выступает компонента бид-аск спреда, отражающий риск неблагоприятного отбора, то на продовольственном рынке роль аналогичных индикаторов могут играть сумма административных штрафов за нарушения в сфере подтверждения соответствия и структура импорта сырья (в частности, пальмового масла) как косвенный показатель замещения качественной продукции ее более дешевыми аналогами или фальсификатом.

Эмпирическую базу исследования составили официальные данные Росаккредитации: формы ведомственной отчетности о результатах внеплановых проверок, опубликованные на официальном сайте Национальной системы аккредитации за период 2018–2023 гг. [2] Анализировались показатели общего числа проверок, их структуры по основаниям, а также результаты проверок - количество судебных актов, сумма штрафов, случаи приостановления и прекращения действия аккредитации. Исследовались данные внешнеторговой статистики, в частности информация об импорте пальмового масла в Российскую Федерацию за период 2013–2023 гг. по коду ТН ВЭД 1511, агрегированная ресурсом TrendEconomy на основе данных ФТС и ФСГС РФ [3]. Во внимание принимались также нормативно-правовые акты: Федеральные законы «О техническом регулировании», «О стандартизации в Российской Федерации» [4], «О лицензировании отдельных видов деятельности», а также подзаконные акты Росаккредитации [5].

Динамика рядов представлена в абсолютных и относительных величинах. Выбор 2018 г. в качестве начальной точки анализа обусловлен доступностью сопоставимых данных после завершения активной фазы административной реформы и введения риск-ориентированного подхода. Исключение 2020 года из анализа проверок связано с мораторием на их проведение в период пандемии COVID-19, что отражено в официальных пояснениях регулятора [6].

Результаты и обсуждение

Механизм формирования институционального разрыва. Проблема независимости органов сертификации отмечается как в отечественной, так и в международной практике. Исследование Чжэн и Бар (Zheng, Bar, 2021) [20] показывает, что уровень конкуренции между органами сертификации может быть связан с результатами аудита в сфере безопасности пищевой продукции, что указывает на необходимость учета потенциального конфликта интересов при оценке надежности сертификационного механизма. Ответственность за выданный сертификат, согласно сложившейся практике, размыта: орган по сертификации формально отвечает за полноту оценки, а лаборатория - за достоверность результатов конкретного анализа, который мог проводиться по формальным критериям или не проводиться вовсе. Это создает зону «институционального разрыва», где оппортунистическое поведение становится безнаказанным.

Описанный механизм не является уникальным для продовольственного рынка. Как показывает К.И. Курпаяниди (2023) [7] на примере рынка труда, цифровизация образования подрывает способность диплома сигнализировать о реальной продуктивности работника: формальный документ сохраняется, но его информационное содержание утрачивается, что формирует институциональную ловушку «привязки к диплому». Аналогичный процесс наблюдается в системе подтверждения соответствия: сертификат как формальный сигнал качества сохраняется, однако его способность отделять качественный продукт от менее качественного или фальсифицированного - утрачивается.

Волатильность контрольной деятельности и парадокс штрафных санкций. Для проверки того, насколько эффективно государство противостоит этому разрыву, проанализируем в таблице 1 динамику контрольной деятельности Федеральной службы по аккредитации (Росаккредитации).

Таблица 1. Динамика количества внеплановых проверок Росаккредитации за 2018 - 2023 гг.

Источник: составлено авторами по данным Росаккредитации [7]

Данные табл. 1 демонстрируют резкое изменение как общего количества проверок, так и их структуры. В 2023 г. общее количество внеплановых проверок составило 888, что на 47,67% меньше уровня 2018 г. При этом изменилась структура контрольных мероприятий: доля проверок в целях оценки устранения несоответствий критериям аккредитации увеличилась с 72,25% в 2018 г. до 98,99% в 2023 г., то есть на 26,74 п.п.

Одновременно наиболее существенно сократилось количество проверок по обращениям о возможном нарушении законодательства - с 165 до 5 единиц, или на 96,97%. Их доля в общей структуре проверок снизилась с 9,72% до 0,56%. Количество проверок в рамках оценки выполнения ранее выданных предписаний сократилось на 98,20%, а их доля уменьшилась на 12,63%. Проверки на основании индикаторов риска, как и проверки во исполнение поручений Правительства РФ в 2023 г. не проводились вовсе. Таким образом, за рассматриваемый период контрольная деятельность сосредоточена на проверках, связанных с устранением несоответствий, тогда как доля проверок по обращениям и иным основаниям существенно сократилась, что с одной стороны говорит о развитии цифровых инструментов и применении риск-ориентированного подхода к контролю, а с другой – о его волатильности.

Важным индикатором эффективности контроля являются результаты проверок, представленные в таблице 2.

Таблица 2. Результаты проверок Росаккредитации за 2018 - 2023 гг.

Источник: составлено авторами по данным Росаккредитации [8]

Данные табл. 2 свидетельствуют о депенализации и существенном снижении результатов контрольной деятельности в 2023 г. по сравнению с 2018 г. Количество вынесенных судебных актов сократилось на 90,14%, а сумма назначенных судами административных штрафов - на 99,83%. При этом в 2022–2023 гг. не зафиксировано ни одного случая приостановления или прекращения действия аккредитации, тогда как в 2018 г. их количество составляло соответственно 210 и 89. Средний размер назначенных штрафов в расчете на один судебный акт снизился более чем в ! 57 раз с 580,49 до 10,07 тыс. руб. Таким образом, за рассматриваемый период наблюдается не только сокращение общего количества применяемых мер, но и существенное снижение их финансовой и административной значимости для рыночного агента.

Такая динамика может иметь двоякое объяснение. С одной стороны, снижение количества санкций может свидетельствовать о повышении эффективности профилактической работы и сокращении числа серьезных нарушений. С другой стороны, значительное сокращение сумм штрафов и полное отсутствие приостановлений и прекращений аккредитации в 2022–2023 гг. могут указывать на смягчение правоприменительной практики. Оценка этих вариантов требует дополнительного сопоставления результатов контрольной деятельности с другими показателями, характеризующими состояние системы подтверждения соответствия.

Динамика административных штрафов может быть интерпретирована также в свете теоретических положений о связи информационной асимметрии и мошеннического поведения. По мнению Шунаева А. М. и Мишакина С. В. (2024) [12], одним из условий трансформации информационной асимметрии в мошенническое поведение является низкий риск наказания: когда ожидаемые издержки нарушения оказываются ниже выгод от оппортунистического поведения, стимулы к его совершению возрастают. Экономический механизм такой зависимости может быть представлен через ожидаемые потери от нарушения:

(1)

где - ожидаемые потери нарушителя, - вероятность выявления нарушения и применения санкции, - размер санкции.

Если экономическая выгода от нарушения превышает ожидаемые потери, то есть

, (2)

то у участника рынка сохраняется экономический стимул к оппортунистическому поведению. В рассматриваемом случае снижение общей величины штрафов с 447555 тыс. руб. в 2018 г. до 765 тыс. руб. в 2023 г., и среднего размера штрафа - с 580,5 до 10,1 тыс. руб. на один судебный акт, свидетельствует о существенном падении потенциальных санкционных издержек. При этом вероятность выявления нарушения в рамках настоящего исследования непосредственно не рассчитывается, поэтому приведенная зависимость используется как теоретическая модель объяснения возможного механизма институциональной ловушки, а не как доказательство причинной связи.

Эмпирическое подтверждение неблагоприятного рыночного отбора. Если гипотеза верна, ослабление контроля и сохраняющаяся возможность легкого получения сертификатов должны стимулировать производителей замещать дорогое сырье более дешевым.

Рассмотрим рыночный пример. Косвенным индикатором указанного процесса служат показатели импорта пальмового масла. Необходимо отметить, что пальмовое масло – такое сырье, которое используется в пищевой промышленности и может входить, например, в состав сыра, творога и иных кисломолочных продуктов как заменитель молочного жира.

Рисунок 2. Импорт пальмового масла в РФ в 2013-2023 гг., млн тонн.

Источник: составлено авторами по данным TrendEconomy [9].

Данные рис. 2 характеризуются выраженным восходящим трендом импорта пальмового масла в 2013–2023 гг. Линейная аппроксимация имеет вид y = 44,05x - 87954,64, при этом коэффициент детерминации R² = 0,7504, что свидетельствует о соответствии динамики показателя выраженному долгосрочному тренду. Объем импорта увеличился с 600 тыс. тонн в 2013 г. до 1050 тыс. тонн в 2023 г., или на 75%. Сопоставление данной динамики с изменением показателей контрольной деятельности позволяет рассмотреть вопрос о возможной взаимосвязи между изменением интенсивности государственного контроля и распространением практик замещения более дорогого сырья более дешевыми аналогами за исследуемый период.

Таким образом, перед нами классическая ситуация «рынка лимонов» в институциональной оболочке. Добросовестный производитель, использующий натуральное молоко, несет высокие издержки на сырье и добровольные (или вынужденные) затраты на реальные лабораторные испытания. Недобросовестный производитель, получив сомнительный сертификат и не неся ответственности (существенного материального бремени оппортунистического поведения), продает схожий по вкусу и внешнему виду продукт значительно дешевле. Потребитель, ориентируясь на цену и не имея доступа к достоверной информации, выбирает более дешевый товар. В результате доходы и прибыль добросовестного производителя падают, и он в силу экономических механизмов вынужден либо покинуть рынок, либо снижать качество или фальсифицировать продукцию. Рынок заполняется «лимонами».

Заключение

Проведенное исследование позволяет сделать ряд теоретических и практических выводов. Эмпирически обосновано, что система аккредитации в России, призванная снижать информационную асимметрию, сама способствует ее сохранению из-за институционального разрыва между формальными требованиями и реальной практикой ответственности.

Концепция «институционального разрыва» была применена к продовольственному рынку России. Выявленная взаимосвязь между смягчением контрольных практик (многократное падение сумм штрафов) и продолжающимся ростом импорта пальмового масла (как прокси-переменной снижения качества и фальсификации продукции) является эмпирическим подтверждением действия механизма неблагоприятного отбора.

Преодоление выявленной проблемы требует системных изменений, а не только усиления количества проверок со стороны Росаккредитации. Как показывает В.Д. Смирнов (2023) [9] на материалах банковского сектора, институт способен снижать информационную асимметрию только тогда, когда его целевая функция совпадает с интересами клиента, а не с интересами самого института. Применительно к системе сертификации это означает необходимость переориентации аккредитованных лиц с формального подтверждения соответствия и наличия сертификата на реальную проверку качества продукции.

Преодоление выявленной информационной асимметрии требует не только увеличения количества контрольных мероприятий, но и совершенствования механизмов ответственности товаропроизводителей, прозрачности и доступности информации о результатах подтверждения соответствия. В связи с этим видятся перспективными следующие меры.

Первой мерой является установление солидарной ответственности органа по сертификации и испытательной лаборатории за достоверность результатов подтверждения соответствия. При выявлении недостоверных результатов испытаний ответственность должна распространяться на обе организации, если нарушение связано с ненадлежащим проведением испытаний либо использованием недостоверных результатов. Такая мера позволит сократить существующий разрыв ответственности между лабораторией, отвечающей за результаты конкретного исследования, и органом по сертификации, принимающим решение о выдаче сертификата.

Второй мерой является введение административных штрафов, размер которых зависит от оборота товаропроизводителя и объемов фальсификата. Это позволит соотнести экономические последствия нарушения с масштабом деятельности участника рынка и снизить вероятность ситуации, при которой фиксированный размер штрафа не оказывает значимого материального воздействия на экономическое поведение нарушителя.

Третья мера заключается в создании единой открытой базы результатов лабораторных испытаний, связанной с выданными сертификатами соответствия. В ней целесообразно отражать сведения о проведенном испытании, испытательной лаборатории, дате исследования, проверяемой продукции и основных количественных результатах проверки. Это позволит государственным органам, участникам рынка и потребителям сопоставлять выданный сертификат с фактическими результатами испытаний и повысит прозрачность системы подтверждения соответствия.

Дополнительным направлением является повышение информированности потребителей о способах проверки сертификатов и результатов испытаний. Однако данный инструмент целесообразно рассматривать как вспомогательный по отношению к мерам, направленным непосредственно на участников системы подтверждения соответствия.

Реализация предложенных мер позволит одновременно повысить ответственность участников системы подтверждения соответствия, усилить экономические последствия нарушений для товаропроизводителей и сократить информационный разрыв между производителем, контролирующими организациями и потребителем.

Дальнейшие исследования в этой области могут быть направлены на построение эконометрических моделей, позволяющих количественно оценить связь между результатами контрольной деятельности, практиками подтверждения соответствия и распространением фальсифицированной продукции, а также на сравнительный анализ институтов аккредитации в России и других странах ЕАЭС. Также перспективным направлением исследований является оценка восприятия информационной асимметрии самими потребителями и количественная оценка того, насколько они осознают асимметрию и как это влияет на их выбор продуктов питания.

[1] Исследование РБК: почему в России плохо с качеством продуктов питания // РБК: деловая газета. 2017. 18 апр. [Электронный ресурс]. URL: https://amp.rbc.ru/rbcnews/business/18/04/2017/58f4b2359a7947bcb573ac30 (дата обращения: 17.09.2026)

[2] Результаты внеплановых проверок // Национальная система аккредитации: официальный сайт. [Электронный ресурс]. URL: https://fsa.gov.ru/about/deyatelnost/kontrol/rezultaty-vneplanovykh-proverok/ (дата обращения: 17.09.2026)

[3] Мировой экспорт/импорт товаров (Импорт и экспорт пальмового масла (код 1511) // TrendEconomy: аналитический портал. [Электронный ресурс]. URL: https://trendeconomy.ru/data/commodity_h2/1511 (дата обращения: 17.09.2026)

[4] «О стандартизации в Российской Федерации»: Федеральный закон от 29.06.2015 № 162-ФЗ // СПС «КонсультантПлюс». [Электронный ресурс]. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_181810/ (дата обращения: 17.09.2026)

[5] О внесении изменений в приказ Росаккредитации от 13.01.2017 № 11 // СПС «Гарант». [Электронный ресурс]. URL: https://base.garant.ru/406099155/ (дата обращения: 17.09.2026)

[6] Росаккредитация уведомила аккредитованных лиц о переносе сроков прохождения процедуры подтверждения компетентности в условиях пандемии // Национальная система аккредитации: официальный сайт. [Электронный ресурс]. URL: https://fsa.gov.ru/press-center/news/10498/ (дата обращения: 17.09.2026)

[7] Результаты внеплановых проверок // Национальная система аккредитации: официальный сайт. [Электронный ресурс]. URL: https://fsa.gov.ru/about/deyatelnost/kontrol/rezultaty-vneplanovykh-proverok/ (дата обращения: 17.09.2026)

[8] Результаты внеплановых проверок // Национальная система аккредитации: официальный сайт. [Электронный ресурс]. URL: https://fsa.gov.ru/about/deyatelnost/kontrol/rezultaty-vneplanovykh-proverok/ (дата обращения: 17.09.2026)

[9] Мировой экспорт/импорт товаров (Импорт и экспорт пальмового масла (код 1511) // TrendEconomy: аналитический портал. [Электронный ресурс]. URL: https://trendeconomy.ru/data/commodity_h2/1511 (дата обращения: 17.09.2026)