Индекс асимметрии связей в оценке конфигурации национальной инновационной системы Индии

Введение

Положение страны в международных рейтингах инновационного развития давно превратилось в привычный аргумент при обсуждении результативности национальной научно-технической политики. Между тем сводное место в рейтинге сжимает всю архитектуру национальной инновационной системы (далее НИС) до одного числа и ничего не сообщает о том, за счет каких именно связей это место достигнуто. Две страны, стоящие в таблице рядом, вполне могут иметь противоположно устроенные системы, и тогда заимствование инструментов у ближайшего соседа по рейтингу способно дать результат, весьма далекий от ожидаемого. Для российской экономической политики, ориентированной сегодня на кооперацию внутри БРИКС и на поиск переносимого опыта быстрорастущих экономик [10], различение уровня и конфигурации инновационной системы приобретает вполне практическое значение.

Индийская НИС достаточно подробно рассмотрена в отечественной литературе. Устюжанцева О.В. [13, 14] рассматривает особенности ее формирования и описывает обширный низовой слой инновационной активности, не попадающий в официальную статистику. Бокачев И.Н. [1] прослеживает этапы становления системы и предлагает набор показателей ее результативности, Елецкий А.Н. [3] анализирует индийскую специфику в контексте выдвижения страны в число новых геоэкономических лидеров, Кириченко И.В. [4] обращает внимание на социальную составляющую инновационной политики, Шавлай Э.П. [14] на эволюцию модели государственного участия, Матюшок В.М. и Смолев Д.В. [7] на развитие искусственного интеллекта в цифровой экономике Индии. Коновалов Ю.А. характеризует индийскую экономику как инновационно ориентированную [5], а в более поздней работе с соавторами обращается к роли иностранных инвестиций в формировании индийского промышленного хаба [6]. Махлаюк А.А. [8] подводит итоги десятилетия инициативы «Делай в Индии». Датта С. и Саад М. [2] поставили вопрос о месте университетов в индийской инновационной системе, а Тюмина Д.С. [12] описала феномен доступных инноваций как отличительную черту индийской модели.

В наших предыдущих работах индийский опыт рассматривался с двух сторон. В статье [11] был проведен разбор составляющих Глобального инновационного индекса (далее ГИИ) за 2018–2021 гг. и выделены три показателя, устойчиво улучшавшиеся все четыре года, а именно качество нормативно-правового регулирования, внутреннее кредитование частного сектора и занятость в наукоемкой сфере. Там же был поставлен вопрос о применимости индийских решений в российских условиях. В статье [9] анализ был расширен на структуру НИС в целом, механизмы государственной поддержки, стартап-экосистему и динамику венчурного финансирования. В числе ограничений индийской системы там были названы фрагментарность, неравномерное распределение ресурсов между регионами, ограниченная вовлеченность частного сектора в НИОКР и высокая чувствительность венчурного рынка к внешним шокам. Именно два последних наблюдения послужили отправной точкой для настоящего исследования.

Теоретическая основа исследования базируется на классических трудах по национальным инновационным системам, в которых система определяется не перечнем своих элементов, а характером взаимодействий между ними [17, 19, 20]. Отсюда следует, что два национальных комплекса с одинаковым набором элементов и сопоставимыми ресурсами могут работать по-разному, если различается конфигурация связей. Отдельная линия исследований касается самих сводных индексов. Групп Х. и Шуберт Т. [18] показали, что ранги стран в композитных индикаторах инноваций чувствительны к выбору весов и способу агрегирования, а методические рекомендации ОЭСР и Объединенного исследовательского центра Европейской комиссии [21] предписывают сопровождать любой композитный показатель проверкой устойчивости. Арчибуджи Д. с соавторами [16] обратили внимание на то, что синтетические индикаторы технологических возможностей хорошо ранжируют страны, но плохо описывают их структурные различия.

Научный пробел, таким образом, состоит в следующем. Литература подробно описывает уровень инновационного развития Индии и убедительно объясняет причины ее подъема в рейтингах, однако не располагает количественным инструментом, который измерял бы конфигурацию связей, то есть соотношение между тем, насколько система развернута вовне, и тем, насколько прочно соединены между собой ее внутренние элементы. Между тем для оценки переносимости опыта важен именно этот срез, поскольку заимствуются всегда конкретные каналы, а не сводное место в таблице.

Цель исследования состоит в том, чтобы предложить и апробировать индекс, измеряющий соотношение внешней ориентации и внутренней связанности формального контура НИС, определить на его основе тип индийской системы и уточнить, чем положение Индии в мировой экономике отличается от положения стран с близкими рейтинговыми местами.

Научная новизна работы заключается, во-первых, в разработке индекса асимметрии связей с прозрачной процедурой отбора индикаторов, нормирования и агрегирования, сопровождаемой проверкой устойчивости; во-вторых, в классификации внешнеориентированных инновационных систем на два типа и в определении места Индии внутри этой классификации; в-третьих, в формулировании эмпирически обоснованного критерия переносимости инновационного опыта, пригодного для оценки заимствований в странах БРИКС.

Авторская гипотеза заключается в том, что продвижение Индии в международных рейтингах было обеспечено ростом числителя указанного отношения при почти неизменном знаменателе, и потому дальнейшее движение вверх ограничено не внешними каналами, по которым страна уже занимает первые строки мирового списка, а внутренней связанностью системы.

Информационной базой послужили страновые профили ГИИ выпуска 2024 г. Всемирная организация интеллектуальной собственности готовит их по одному образцу для всех 133 охваченных экономик, приводя по каждому из 78 показателей и само значение, и занимаемое страной место [23, 24]. Применены методы сравнительного и структурного анализа, нормирование рангов, агрегирование в блоки, проверка устойчивости результата и расчет ранговой корреляции Спирмена. Отдельные положения дополнены данными индийской национальной статистики и отраслевых обзоров.

Основная часть

Использованный в исследовании индексный метод включает сопоставление по семнадцати странам за один год, а задача состоит не в том, чтобы оценить причинную зависимость, а в том, чтобы измерить структуру. Для такой задачи нормированных индикаторов и прозрачной процедуры агрегирования достаточно, тогда как регрессионная оценка при семнадцати наблюдениях устойчивых коэффициентов не дает.

Из 78 показателей ГИИ отобраны десять, разнесенные по двум блокам (таблица 1). Первый блок описывает развернутость формального контура вовне, и каждая из четырех его позиций закреплена за самостоятельным каналом связи с мировым хозяйством, будь то продажа квалификации, экспортное производство, приток зарубежных денег в мощности или приток средств в молодые компании. Второй блок из шести позиций отведен внутренней связанности, то есть обмену знаниями между отечественной наукой и отечественными предприятиями, а заодно и размеру собственной базы, на которой знания производятся. Четыре его позиции фиксируют контакт науки с предприятиями непосредственно, а две оставшиеся, патентные заявки резидентов и наукоемкость, задают масштаб базы, без которой такой контакт содержания не имеет.

Таблица 1. Состав индикаторов индекса асимметрии связей

Выборка из семнадцати экономик составлена так, чтобы рядом со всеми пятью участниками БРИКС были три группы сравнения. В первую вошли зрелые инновационные системы (Великобритания, Германия, США, Франция, Япония), во вторую азиатские инноваторы с высоким доходом (Республика Корея, Сингапур, Израиль), в третью быстрорастущие экономики среднего дохода (Вьетнам, Индонезия, Мексика, Турция).

Поскольку показатели измерены в несопоставимых единицах, агрегировать приходится не сами значения, а занимаемые страной места. Место r пересчитывается в балл по формуле s = (134 − r) / 133 × 100, при которой лидеру достаются полные 100 баллов, а замыкающему 0,75. Пересчет не трогает взаимного расположения стран, делает показатели сопоставимыми между собой и не требует никаких допущений о том, как распределены исходные величины.

Далее баллы усредняются внутри каждого блока без взвешивания, что дает две величины, E по четырем позициям первого блока и L по шести позициям второго. Пропуски в исходных данных обходятся усреднением по тем показателям, которые в наличии имеются. Искомый индекс представляет собой их частное A = E / L. Когда оно превышает единицу, формальный контур развернут вовне заметнее, чем связан внутри. Когда единицы не достигает, соотношение обратное. А значения около единицы свидетельствуют о равновесии, причем это равновесие способно установиться и на высоком, и на низком уровне обоих блоков сразу.

Одинаковый вес показателей внутри блоков выбран намеренно, поскольку любое иное распределение весов потребовало бы обоснования, недостижимого при семнадцати наблюдениях. Чувствительность итога к набору показателей проверена тремя дополнительными расчетами, в каждом из которых поочередно выбрасывалась одна позиция. Расчет проверен по следующим показателям: полученный венчурный капитал как самый переменчивый пункт числителя, опрос о вузовско-промышленном сотрудничестве как единственный неучетный пункт во всем наборе и наукоемкость как самая общая из характеристик. Подчеркнем, что индекс не измеряет результативность системы. Он описывает направленность связей формального контура, отвечая на вопрос о том, куда этот контур развернут, а не о том, насколько хорошо он работает.

Исходные ранги приведены в таблице 2, рассчитанные по ним баллы и значения индекса в таблице 3.

Таблица 2. Ранги экономик по индикаторам индекса, ГИИ 2024 г. (место среди 133 экономик)

Таблица 3. Баллы внешней ориентации (E), внутренней связанности (L) и индекс асимметрии связей (A), 2024 г.

Расчеты позволяют выделить три ключевых результата.

Первый относится к зрелым системам. Шесть развитых экономик выборки, а с ними и Китай, ни в одном из четырех расчетов единицу не превышают, то есть их формальные контуры связаны внутри прочнее, чем развернуты наружу. Американский знаменатель достигает 97,6 пункта из ста возможных, корейский 95,9, японский 94,7, китайский 94,6, германский 93,5. Существенно, что расходятся эти страны между собой вовсе не по знаменателю, а по числителю. Франция (0,84) и Великобритания (0,86) открыты миру ощутимо шире Кореи (0,65) и Японии (0,57), у которых наружу выходит фактически один канал, поставки высокотехнологичных товаров, при скудном притоке инвестиций и незначительной торговле ИКТ-услугами.

Второй результат сводится к тому, что рубеж единицы преодолели исключительно развивающиеся экономики. Список возглавляет Мексика с 1,25, следом идет Индия с 1,17, далее Индонезия, Вьетнам и Бразилия, чьи значения убывают от 1,14 до 1,00. Сюда же попали Израиль и Сингапур, оба с показателем 1,07, однако у этой пары развернутость вовне предопределена теснотой домашнего рынка и особого объяснения не требуется.

Третий результат касается стран, попавших под единицу совсем по иной причине, нежели зрелые системы. Россия (0,61), Турция (0,69) и ЮАР (0,93) оказались там отнюдь не благодаря крепким внутренним связям, а оттого, что вовне развернуты еще слабее. На рисунке 1 эта тройка образует отдельное скопление, где просели оба блока, и Россия занимает в нем самую дальнюю точку. Ее числитель равен 39,7 пункта, минимуму по всей выборке, чему немало способствует сто шестнадцатая строка по чистому притоку производственных инвестиций.

Рисунок 1. Внешняя ориентация (E) и внутренняя связанность (L) формального контура инновационных систем семнадцати экономик, ГИИ 2024 г. (баллы; пунктир соответствует линии A = 1; квадраты обозначают страны БРИКС; точки Израиля и Сингапура совпадают)

Источник: рассчитано авторами по данным [24].

Насколько надежна такая картина, показывают три правых столбца таблицы 3. Убрав венчурный показатель, мы снижаем значения у всех стран верхней группы, однако рубеж единицы пересекают лишь две из них, Индонезия (0,99) и Бразилия (0,90). Если же отказаться от опросной оценки вузовско-промышленного сотрудничества, индонезийское значение взлетает до 1,45, ведь по этому пункту страна помещена на шестую строку мира, а по совместным публикациям лишь на сто двадцать первую. Столь резкое расхождение само по себе заставляет усомниться в качестве опроса применительно к Индонезии. Отказ от наукоемкости не меняет почти ничего. В итоге разделительная черта между группами удерживается во всех четырех расчетах для пятнадцати стран из семнадцати. Индия при любом наборе показателей остается выше единицы, колеблясь в узких пределах от 1,07 до 1,17, и результат по ней можно считать надежным. Индонезия и Бразилия, застывшие у самой черты, зависят от отдельных показателей, и далее мы говорим о них с осторожностью.

Даже на этом этапе расчет объясняет, почему пятерка БРИКС рассыпалась по трем разным зонам рисунка 1. Китаю досталась зона зрелых систем с перевесом внутренних связей, Индии и Бразилии - зона внешней развернутости, России и ЮАР - зона, где провалены оба направления сразу. Заметим, что ни душевой доход, ни строка в рейтинге такого деления не предсказывают. Бразилия и Россия стоят в списке ВОИС почти вплотную, на пятидесятой и пятьдесят девятой позициях, а устройство их систем прямо противоположно. Для практики многостороннего взаимодействия вывод очевиден. Общее членство в объединении ничего не говорит о родстве инновационных моделей, и сравнивать партнеров по БРИКС следует не по строкам рейтинга, а по тому, как у каждого устроены связи.

Разложение индийского результата по десяти показателям (рисунок 2) объясняет, откуда берется значение 1,17, за которым стоят 76,7 балла числителя и 65,3 балла знаменателя.

Внутри числителя разброс оказался таким, какого не дает ни одна другая страна выборки. Доля ИКТ-услуг в индийском вывозе услуг выводит страну на первую строку мирового списка, привлеченный венчурный капитал на шестую, а вот высокотехнологичные товары отбрасывают ее на сорок первую, чистый же приток производственных инвестиций и вовсе на восьмидесятую. Выходит, что с мировым хозяйством формальный контур сцеплен продажей квалификации и притоком денег в молодые компании, но отнюдь не экспортным производством и не вложениями в мощности. Усредненные 76,7 балла это устройство маскируют, поскольку половина каналов работает на уровне мировых лидеров, а другая половина держится в середине списка.

Знаменатель разбросан не так сильно, но наклонен в ту же сторону. Лучше всего у Индии обстоит дело с патентными заявками резидентов, приведенными к ВВП по паритету покупательной способности, где ей отведена двадцать третья строка. Следом идут публикации, подготовленные наукой совместно с промышленностью (тридцать третья строка), участие компаний в оплате исследований (сорок третья), занятость ученых в предпринимательском секторе (сорок четвертая) и наукоемкость (пятьдесят четвертая). Замыкает перечень взаимодействие вузов с промышленностью, отодвинутое на восемьдесят шестую строку из ста тридцати трех. Показатель этот стоит выделить особо, так как здесь Индию обгоняют не только все зрелые системы выборки, но и Вьетнам, ЮАР и Индонезия, стоящие соответственно тридцать вторыми, тридцать третьими и шестыми.

Рисунок 2. Профиль инновационной системы Индии по десяти индикаторам индекса, ГИИ 2024 г. (баллы; 100 соответствует первому месту среди 133 экономик)

Источник: рассчитано авторами по данным [24].

Картину, полученную по международным данным, целесообразно дополнить национальной статистикой, тем более что она уточняет вопрос о принадлежности результатов. Со стороны числителя стоит помнить, что свыше 60 % венчурных денег приходит в индийские стартапы из-за рубежа, а примерно 80 % сделок на ранних стадиях закрывается иностранным и корпоративным капиталом [9, 25], а потому шестая строка по венчурному показателю говорит о деньгах привозных, а не отечественных. Вывоз ИКТ-услуг, превышающий 224 млрд долл. США, строится на подрядах зарубежных заказчиков и во многом проходит через транснациональные компании [26]. Со стороны знаменателя обращает на себя внимание скромная роль университетов, на которые приходится лишь 8,8 % национальных расходов на исследования, тогда как частному сектору принадлежит 36,4 % [22]. Резидентам достается всего 44 % из 66,4 тыс. заявок, поданных в стране [9].

Таблица 4 дополняет профиль теми индикаторами ГИИ, которые в состав индекса не вошли, но существенны для понимания конфигурации.

Таблица 4. Баллы внешней ориентации (E), внутренней связанности (L) и индекс асимметрии связей (A), 2024 г.

Из приведенных данных следует несколько наблюдений. Закупая за рубежом права на интеллектуальную собственность, Индия держится двадцать восьмой строки и ничем не выделяется на фоне соседей, ни развивающихся, ни зрелых, ведь рядом с ней расположились Бразилия, Россия, Китай и Германия с пятнадцатой, двадцать второй, двадцать шестой и тридцать второй строками. Обстоятельство это отделяет индийскую асимметрию от привычной схемы технологической зависимости, о которой обыкновенно пишут применительно к догоняющим экономикам. Собственные разработки страна продает скромно, занимая по поступлениям сорок седьмую строку. Зато по рыночной оценке компаний-единорогов в долях ВВП она восьмая, а по числу ученых на миллион жителей отброшена на восемьдесят третью строку, худшую во всей выборке, причем ближайшие к ней Мексика и Индонезия занимают восьмидесятую и семьдесят восьмую. Именно такое соседство восьмого места с восемьдесят третьим передает суть индийской конфигурации точнее всего, поскольку высокая капитализация технологического сектора выросла здесь на крайне узком кадровом основании.

Семь экономик выборки, получивших индекс выше единицы, распадаются по устройству числителя на два отчетливо различимых типа.

Первый тип уместно назвать сборочно-экспортным. У Мексики и Вьетнама числитель наполняется поставками высокотехнологичных товаров, где они стоят соответственно одиннадцатыми и первыми, и приемом производственных инвестиций (57-я и 30-я строки), тогда как через услуги связи с внешним миром у них почти не идут, о чем говорят 124-я и 95-я позиции. Мексиканский знаменатель самый низкий во всей выборке. Резиденты подают там патентные заявки на уровне 89-й строки, совместные публикации приходятся на 108-ю, наукоемкость на 80-ю. Обращает на себя внимание, что рекордное для выборки мексиканское значение 1,25 обязано своим происхождением не мощным внешним каналам, ведь по ним страна набирает всего 55,8 балла против индийских 76,7, а крайней слабости внутренних (44,5). Речь идет о сборочной площадке, вписанной в производственные цепочки соседнего развитого рынка и почти не создающей знания самостоятельно. Вьетнам смотрится несколько иначе, поскольку его знаменатель поднят до 64,4 девятым местом по участию компаний в оплате исследований, отчего индекс и подходит вплотную к единице.

Второй тип логично определить как сервисно-капитальный. Здесь числитель наполняют вывоз ИКТ-услуг, по которому Индия, Израиль и Сингапур держатся в самом начале мирового списка, и венчурные вложения, где двум последним принадлежит первая строка, а индийская экономика идет шестой. Индонезию отнести к какому-либо типу не получается, так как числитель у нее включает венчур и притоки инвестиций при слабой торговле товарами и услугами, а знаменатель удерживается на плаву единственной опросной оценкой.

Внутри сервисно-капитальной группы проходит, однако, принципиальный водораздел, и проходит он по знаменателю. Израильские и сингапурские значения подбираются к 87 пунктам, что соответствует британскому и французскому уровню, причем Израиль лидирует в мире по наукоемкости (6,0 % ВВП) и уступает лишь одной стране по связям вузов с промышленностью. Индийские 65,3 пункта соответствуют бразильской и российской отметке. Таким образом, израильтяне и сингапурцы торгуют услугами, опираясь на собственную науку, и развернутость вовне надстроена у них над крепким основанием. Индия торгует услугами, такого основания не имея, и внешние каналы работают у нее, по сути, вместо внутренних. Итоговые значения у всех трех стран лежат тесно, между 1,07 и 1,17, однако составлены они противоположным образом, ведь у первых двух велики и числитель, и знаменатель, а у третьей велик только числитель.

Измеренные величины позволяют дать индийской асимметрии конкретизированное определение. Сборочно-экспортные экономики связаны с внешним миром поставками готовой продукции и приемом производственных инвестиций. У Индии же работают два совсем других канала: услуги и вложения в молодые компании. Малые развитые экспортеры услуг вышли на внешние рынки, уже располагая прочной научной базой, чего об индийской системе сказать нельзя. Наконец, классическая для догоняющих экономик схема, при которой технологии закупаются за рубежом, к Индии также не применима, поскольку расходы на лицензии у нее не велики. Среди семнадцати анализируемых государств только у Индии мировое лидерство по вывозу ИКТ-услуг выдерживается со знаменателем ниже 70 пунктов, и в этом неожиданном соседстве, а не в превышении числителя над знаменателем как таковом, заключена ее особенность. Получается, что по устройству связей Индия ближе к Израилю, Сингапуру и Вьетнаму, чем к партнерам по объединению. Внутри БРИКС подобрать ей пару не удается вовсе, ведь Китай воспроизводит модель зрелых систем, бразильские показатели уравновешены на невысокой отметке, а российский и южноафриканский профили просели по обоим направлениям.

Расчет опирается на один выпуск рейтинга, и проследить движение индекса напрямую невозможно, поскольку набор показателей ГИИ регулярно пересматривается, а ряды мест по отдельным пунктам за пять и тем более за десять лет между собой несопоставимы. Существуют, однако, два обходных пути, и приводят они к одному и тому же результату.

Первый способ опирается на сводные строки рейтинга, которые ВОИС дает в сопоставимом виде за пять лет подряд (таблица 5). Индия за это время прибавила девять позиций, перейдя с сорок восьмой строки на тридцать девятую. Ресурсный субиндекс продвинулся у нее с пятьдесят седьмого места на сорок четвертое, результативный с сорок пятого на тридцать третье, так что тянули страну вверх скорее результаты, нежели вложения, а дистанция между двумя субиндексами все пятилетие держится около одиннадцати позиций. Партнеры по объединению двигались в разные стороны. Китай никуда не сместился, оставаясь в промежутке с одиннадцатой по четырнадцатую строку, Бразилия прибавила двенадцать позиций, Россия ровно столько же потеряла, ЮАР потеряла девять. Размах внутри пятерки увеличился за пятилетие с 48 позиций до 58, то есть по данному признаку участники объединения удаляются друг от друга.

Таблица 5. Динамика места стран БРИКС в ГИИ и субиндексов Индии, 2020–2024 гг.

Второй способ опирается на погодовые ряды отдельных показателей, которые тот же профиль приводит за 2013–2023 гг. без пересчета в места. Тренд, отслеживаемых по числителю: объем привлеченного венчурного капитала прибавлял за десятилетие порядка 15 % ежегодно, достиг пика в 2021–2022 гг. и обвалился на 63 % в 2023 г., а количество сделок сократилось за тот же год почти на четверть. Цикл этот в точности повторяет то, что мы уже наблюдали по национальной отчетности [9, 25]. Поставки высокотехнологичных товаров прибавили в 2022 г. 22,5 % и вышли на 35,2 млрд долл. США.

Тренд, отслеживаемых по знаменателю: наукоемкость зафиксировалась на отметке 0,65 % и не изменилась за все годы, прошедшие с 2013-го. Ученых на миллион жителей стало больше, их число поднялось за пятилетие до 2020 г. с 216 до 260 человек, что дает скромные 3,7 % ежегодно. Заметно прибавили одни лишь патентные заявки резидентов, выросшие в 2022 г. почти наполовину, до 38,6 тыс.

Сопоставление двух рядов приводит к выводу, который представляется наиболее значимым в исследовании. Числитель подвижен и повторяет мировой инвестиционный цикл, так что при использовании данных 2021 г., индийское значение вышло бы ощутимо выше, а на данных 2023 г. ощутимо ниже. Знаменатель же почти неподвижен, ведь из шести его пунктов сколько-нибудь оживленно меняется одна лишь патентная активность, причем немалая доля ее прироста обязана заявкам, поданным в рамках государственных программ. Асимметрия таким образом держится во времени не оттого, что один блок обгоняет другой в росте, а оттого, что знаменатель стоит на месте, пока числитель колеблется вблизи высокой отметки.

Сказанное подкрепляется и ранговой корреляцией Спирмена, посчитанной по всем семнадцати странам. Для пары «знаменатель и строка в рейтинге» коэффициент равен -0,86, для пары «числитель и строка» -0,59, а для самого отношения A он составляет 0,30 и от нуля значимо не отличается. Таким образом, чем теснее внутренние связи, тем выше страна поднимается, и связь здесь весьма прочная. Развернутость вовне влияет примерно вдвое слабее, а пропорция между блоками на положение в списке не влияет никак, что подтверждается соседством Сингапура (четвертая строка при A выше единицы) и США (третья строка при A ниже единицы). Приведенные величины носят описательный характер, но согласуются с внутренним устройством самого рейтинга, ведь его ресурсный субиндекс собран практически из тех же пунктов, что и знаменатель предлагаемого отношения, и корреляция между ними достигает -0,84.

Показательно, что, если взять только те страны, у которых A превышает единицу, и выстроить их по знаменателю, получится ровно та же последовательность, что и в самом рейтинге ВОИС. Сингапур с его 87,2 балла стоит четвертым, Израиль с тем же значением пятнадцатым, Индия с 65,3 тридцать девятой, Вьетнам с 64,4 сорок четвертым, Бразилия с 61,8 пятидесятой, Индонезия с 47,1 пятьдесят четвертой, Мексика с 44,5 пятьдесят шестой. Ни единого исключения здесь нет, тогда как построение по числителю дает сразу два нарушения. Индию удерживает на ее строке именно то, что национальная наука связана с предприятиями теснее, чем во Вьетнаме, Бразилии, Индонезии и Мексике, и слабее, чем в Израиле и Сингапуре. Движение вверх с восемьдесят первой позиции 2015 г. обеспечивали вывоз ИКТ-услуг, венчурные деньги и рыночная оценка единорогов [9], однако у этого движения обнаружился потолок. Индию и Израиль разделяют около 22 пунктов знаменателя, и закрыть подобный разрыв показателями внешнего блока, где индийские позиции и без того лидерские, нечем.

Ограничения предложенного инструмента связаны, в первую очередь с тем, что дает сам источник. Выпуск 2024 г. собран из сведений разной актуальности, и по Индии часть цифр восходит к 2020 г., отчего четыре пункта знаменателя из шести описывают систему такой, какой она была до программ последних лет. Вузовско-промышленное сотрудничество измеряется опросом, единственным во всем наборе, и случай Индонезии показал, как далеко подобная оценка расходится с учетными данными соседних строк. Помимо этого, мировая статистика попросту не считает двух показателей, без которых индийская картина остается неполной, а именно долю зарубежных заявителей среди подающих патентные заявки и долю иностранных денег в венчурных вложениях. Расчет, следовательно, измеряет масштаб внешних связей, умалчивая о том, кому достаются их результаты. Применительно к Индии этот пробел закрыт национальной отчетностью.

Свои изъяны есть и у самой конструкции. Одинаковый вес пунктов внутри каждого блока выбран потому, что обосновать иное распределение при таком числе наблюдений невозможно, и проверка подтвердила зависимость итога от набора пунктов для двух стран из семнадцати. Работа с местами избавляет от разнобоя единиц, но стирает расстояния между странами, что видно по вывозу ИКТ-услуг, где индийские 11,9 % и израильские 18,0 % дают одну и ту же первую строку. Самое же серьезное ограничение касается охвата. Расчет описывает исключительно формальный контур, а тот обширный пласт низовых и бережливых решений, которым Индия известна и который подробно описан в литературе [12, 13, 14], мировая статистика не измеряет ни единым показателем, так что сравнивать по нему страны приходится качественно.

Выводы и рекомендации

Проведенное исследование позволяет сформулировать ряд выводов.

Предложенный индекс дает возможность измерить то, что сводное место в рейтинге скрывает, а именно конфигурацию связей формального контура национальной инновационной системы. Расчет по семнадцати экономикам показал, что значение выше единицы характерно исключительно для развивающихся экономик и для двух государств с небольшим внутренним рынком, тогда как все зрелые системы выборки, а вместе с ними и Китай, располагаются ниже единицы. Итог устойчив к набору показателей для пятнадцати стран из семнадцати.

Внешнеориентированные системы распадаются на два типа, различающиеся устройством числителя. Сборочно-экспортный тип (Мексика, Вьетнам) опирается на вывоз товаров и прием производственных инвестиций, сервисно-капитальный (Индия, Израиль, Сингапур) на торговлю услугами и венчурные деньги. Индия внутри второго типа располагается отдельно, соединяя мировое лидерство по вывозу ИКТ-услуг со знаменателем бразильского и российского уровня. Именно такое соединение, а не развернутость вовне сама по себе, и составляет специфику индийской системы.

Поставленная в начале исследования научная гипотеза подтвердилась. Подъем Индии в мировых рейтингах был движением одного лишь внешнего контура при почти не меняющемся внутреннем, а потому дальнейшее продвижение зависит уже не от каналов, по которым страна и без того лидирует, а от институтов, сближающих отечественную науку с отечественными предприятиями. Государственные программы, работавшие на внешние связи, свой ресурс во многом исчерпали.

Полученные результаты дают критерий переносимости. Повторив внешний контур и не тронув внутренний, страна получит индийское положение, а никак не израильское. Для российской инновационной политики из этого следует вывод, заслуживающий отдельного обсуждения. Балл внутренней связанности России (65,4) практически совпадает с индийским (65,3), тогда как балл внешней ориентации почти вдвое ниже (39,7 против 76,7). Две системы, таким образом, обладают сопоставимой внутренней базой при совершенно разной степени развернутости вовне. Индийские инструменты, ориентированные на внешние каналы, действительно направлены на тот блок, где российская система уступает всем остальным участникам выборки, и в этом смысле они вполне уместны. Однако индийский опыт одновременно показывает и предел такого заимствования, поскольку наращивание внешних каналов при неподвижной внутренней связанности поднимает страну в рейтинге до определенной отметки и на ней останавливается.

Отсюда выводятся две практические рекомендации. Прежде всего, представляется целесообразным рассматривать меры по стимулированию экспорта технологических услуг и по привлечению капитала в стартап-сектор не как самостоятельную цель, а как дополнение к мерам, работающим на связь университетов и научных организаций с промышленностью, поскольку индийский случай показывает, что первые без вторых дают ограниченный результат. Кроме того, при сопоставлении стран БРИКС целесообразно опираться не только на сводное место в рейтинге, но и на конфигурацию связей, поскольку Бразилия и Россия, стоящие в таблице рядом, имеют разнонаправленные профили, а Китай и Индия относятся к принципиально разным типам систем. Совместные инициативы объединения в научно-технической сфере разумно выстраивать с учетом этого различия, так как взаимодополняемость конфигураций открывает больше возможностей, чем сходство рангов.

В качестве направлений дальнейшей работы перспективными представляются расширение выборки до полного состава экономик ГИИ, построение рядов индекса по нескольким выпускам с приведением показателей к сопоставимому составу, а также разработка измерителей, которые улавливали бы принадлежность результатов внешних связей. Отдельного изучения заслуживает вопрос о том, какие именно институты сопряжения способны сдвинуть внутреннюю связанность системы, поскольку именно этот блок, как показало исследование, определяет положение страны в мировой инновационной иерархии.