Об устойчивости внутренних затрат на НИР РФ к воздействию антироссийских санкций

Введение

На мировой арене и внутри страны более сильным и уверенным чувствует себя тот, чья экономическая, военная, технико-технологическая, информационная, культурно-образовательная мощь основана на широком применении прорывных технологий и знаний, недоступных или малодоступных другим. Для получения новых знаний и информации, создания новых технологии, их ингредиентов, материалов, в том числе семенного и племенного, для появления новых методов их производства нужны фундаментальные исследования. Воплотить все это в жизнь помогают прикладные исследования и разработки, а также наработанный практический опыт. Для реализации всего этого необходимы ресурсы (затраты), квалифицированный и высококвалифицированный персонал, подготовка которого тоже требует затрат.

Целью настоящей работы выступает исследование объемов и динамики внутренних затрат на инновационную деятельность в Российской Федерации за период 2011–2024 гг. В задачи исследования входил анализ составных элементов внутренних затрат на инновационную деятельность. Это затраты на: а) фундаментальные и прикладные исследования, б) НИОКР, создание новых продуктов, услуг, внедрение инновационных методов производства и передачи технологий, в) приобретение машин, оборудования, прочих основных средств, связанных с инновационной деятельностью, г) обучение и подготовку персонала, д) инжиниринг, з) разработку и приобретение программ для ЭВМ и баз данных, е) прочих затрат на инновационную деятельность.

Указанные аспекты инвестиционной деятельности РФ до настоящего времени не получили должного освещения в отечественной и зарубежной научной литературе. Внимание уделяется в основном воздействию антироссийских санкций на российскую экономику, на юридических и физических лиц и поиску у них слабых мест [4; 5; 7; 8; 13–17] (Gusev et al., 2007; Kazantsev, 2025; Shugunov, 2023).

С учетом официальных данных Росстата изучалось, как влияние внешних негативных воздействий на экономику и общество Российской Федерации отражается на объемах и динамики внутренних затрат на инновационную деятельность. В исследуемый период такими нежелательными и неблагоприятными воздействиями были пандемия COVID-19 и антироссийские санкции.

Практическая значимость полученных результатов заключается в выявлении закономерностей влияния внешних негативных факторов на объем и динамику внутренних затрат на НИР, позволяя оценить специфику реакции различных отраслей, структуру затрат, горизонты адаптации к кризисным явлениям. Они также могут оказаться полезными при выработке политики инвестирования в научные исследования и разработки и ее корректировке в случае появления «черных лебедей» [1].

Внутренние затраты на исследования и разработки в РФ

К внутренним затратам на исследования и разработки Федеральная служба государственной статистики РФ (Росстат) относит «затраты на выполнение исследований и разработок собственными силами организаций, включая текущие и капитальные затраты, в течение отчетного года независимо от источников финансирования» [11] [2]. В 2011–2024 гг. их объемы росли, но весьма неравномерно: менялись от 101,1% до 116,1 (полуразмах 7,5%, коэффициент вариации составил 23,7). В краткосрочный период негативное влияние введенных недружественными государствами антироссийских санкций проявилось в 2015–2017 гг., накопленное за среднесрочный период – в 2018 г. [3] [6] (рис. 1).

Рисунок 1. Среднегодовые темпы изменения объемов внутренних затрат на исследования

и разработки в РФ в 2011–2024 гг., %

Источник: построено автором по данным статистических сборников «Российский статистический ежегодник» за ряд лет».

Пандемия COVID-19 и пакет санкций 2022 г. не снизили темпы роста внутренних затрат на исследования и разработки Российской Федерации. Это может быть следствием того, что российские хозяйствующие субъекты перестроились на работу в новых геополитических реалиях и продолжили финансировать исследования и разработки. Однако внутренние затраты на фундаментальные исследования отреагировали на санкции 2022 г.: темпы роста внутренних затрат на фундаментальные исследования уменьшились на 2,8 процентных пункта (рис. 2).

Рисунок 2. Среднегодовые темпы изменения объемов внутренних затрат на фундаментальные и прикладные исследования в РФ в 2011–2024 гг., %

Источник: построено автором по данным статистических сборников «Российский статистический ежегодник» за ряд лет».

Причина – существенное нарушение научных контактов и связей со многими зарубежными НИИ, вузами, научно-исследовательскими организациями [4] [7].

Исследования и разработка новых продуктов, услуг и методов их производства (передачи), новых производственных процессов. Три сферы экономической деятельности из пяти, рассматриваемых Росстатом, уделяют серьезное внимание исследованиям и разработкам новых продуктов, услуг и методов их производства (передачи), новых производственных процессов (далее – «затрат на исследования и разработки»). Это: научные исследования и разработки, обрабатывающие производства и добыча полезных ископаемых. В 2018–2024 гг. средняя арифметическая доля затрат на исследования и разработки у них составляла 83,6%, 33,5% и 42,1% соответственно. В 2018–2024 гг. наиболее высокой доля затрат на исследования и разработку была в сфере «Научные исследования и разработки». Следовательно, в этих сферах ориентируются на технологическое развитие, не хотят быть технологически зависимыми [5] [9].

В рассматриваемый период доля внутренних затрат на научные исследования и разработки имела тенденцию к снижению. Наиболее сильным уменьшение долей стало после масштабного действия в 2022 г. очередного пакета антироссийских ограничений, запретов и санкций, включая вторичные санкции, в 2023–2024 гг. (рис. 3).

Рисунок 3. Средние арифметические доли затрат на исследования и разработка новых продуктов, услуг и методов их производства (передачи), новых производственных процессов в трех сферах экономической деятельности РФ в 2018–2024 гг.

Источник: построено автором по данным статистических сборников «Российский статистический ежегодник» за ряд лет».

При этом в обрабатывающих производствах тенденция к уменьшению доли внутренних затрат на исследования и разработки наблюдалась с 2021 г. В 2024 г. эта доля увеличилась с 32,3% в 2023 г. до 33,6%, что соответствует среднему за 2018–2024 гг. значению [6] [4].

Аналогичную тенденцию данная доля имела в сфере «Разработка компьютерного программного обеспечения, консультационные услуги в данной области и другие сопутствующие услуги», в которой она была 61,7% в 2018 г., в 2023 г. упала до 0,4% и выросла до 8,4% в 2024 г.

Динамика абсолютных объемов внутренних затрат на научные исследования и разработки. В ковидный 2020 г. абсолютные объемы внутренних затрат на научные исследования и разработки сократились в добыче полезных ископаемых, в разработке компьютерного программного обеспечения, консультационных услуг в данной области и других сопутствующих услуг (далее – разработка ПО) и в сфере научных исследований и разработки (рис. 4).

В рассматриваемый период объемы добычи полезных ископаемых сокращались в 2018–2020 гг., что связано с уменьшением добычи нефти как реакцией на падение цен на нефть [7] [2]. Снижение 2022 г. стало реакцией на принятые в этом году масштабные антироссийские санкции, в том числе вторичные [8] [3]. Последние ограничили деловые связи (торговлю, проведение платежей, страхование, осуществление логистических операций и др.) с дружественными по отношению к Российской Федерации странами и с неприсоединившимися к антироссийским санкциям государствами [9] [12].

Рисунок 4. Прирост (+) убыль (-) объемов добычи полезных ископаемых, разработки компьютерного программного обеспечения и проведения научных

исследований и разработок в 2018–2024 гг., млрд руб.

Источник: построено автором по данным статистических сборников «Российский статистический ежегодник» за ряд лет».

Уменьшение объемов в сферах разработки программного обеспечения и проведения научных исследований и разработок в ковидном 2020 г. связано с приостановкой из-за пандемии деловых связей, научных контактов и обмена опытом между хозяйствующими субъектами в разных странах мира.

Вызванные введением в 2022 г. очередного пакета антироссийских санкций разрыв, прекращение и приостановка таких связей повлияли на уменьшение объемов работ в сфере научных исследований и разработок (рис. 3).

А вот в сфере разработки компьютерного программного обеспечения в РФ отреагировали иначе: увеличили объемы собственного производства (рис. 2). По данным интернет-издания в сфере корпоративных информационных технологий в России и странах СНГ – CNews Analytics, «…количество отечественных решений постоянно растет … количество систем приближается к отметке в 30 тысяч, а число разработчиков перевалило уже за 10 тысяч» [10]. И это несмотря на закрытие доступа к зарубежным базам данных, удлинение цепочек поставок, отъезд из РФ части IT-специалистов [8].

Постоянный рост в 2022–2024 гг. наблюдался и в сфере «Обрабатывающие производства». Объемы производства там каждый год становились все больше, среднегодовой прирост составил 250,5 млрд руб., в том числе в 2024 г. – 533,6 млрд руб. [10]. Уход иностранных компаний их РФ дал возможность российским производителям наращивать объемы производства для занятия освободившихся рыночных ниш. Росту также способствовало увеличение государственного заказа предприятиям обрабатывающего сектора.

При этом аналитики Института народнохозяйственного прогнозирования РАН (ИНП), анализируя последствия для промышленности трехлетней санкционной войны против РФ, выделяют рост себестоимости выпускаемой продукции и цен, увеличение объемов импортозамещающего спроса, отсутствие поставщиков в дружественных по отношению к РФ странах, снижение качества и конкурентоспособности продукции из-за отказа от импортных комплектующих [13].

Иностранные исследователи отмечают региональную дифференциацию развития промышленности в РФ после введения антироссийских санкций [14; 15] (Shugunov, 2023).

Обучение и подготовка персонала

В 2018–2024 гг. меньше всего рассматриваемые сферы экономической деятельности тратили на обучение и подготовку персонала – не более 0,7% всех затрат на инновационную деятельность. С 2020 г. эта доля увеличилась в обрабатывающих производствах (с 0,1% до 0,65%) [9]. В остальных четырех исследуемых видах экономической деятельности наблюдалась тенденция к ее понижению.

Инжиниринг

В 2018–2024 гг. в сфере добычи полезных ископаемых, транспортировке и хранении, разработке компьютерного программного обеспечения и в научных исследованиях и разработках доля затрат на инжиниринг [11] [1] в общем объеме затрат на инновационную деятельность в РФ не превышала 5% [11]. И только в обрабатывающих производствах она менялась в пределах от 7,4% (2022 г.) до 16,5% (2018 г.) [11]. При этом во всех рассматриваемых видах экономической деятельности в Российской Федерации эта доля уменьшалась.

Прочие затраты на инновационную деятельность

В 2018–2024 гг. наибольшая доля прочих затрат на инновационную деятельность (в среднем 28,5%) наблюдалась в сфере деятельности «Разработка компьютерного программного обеспечения, консультационные услуги в данной области и другие». В 2021–2024 гг. она была больше трети, а в 2023 г. эта доля достигла своего максимума – 38,4% [11]. За ней шла «Добыча полезных ископаемых». В 2018–2023 гг. средняя доля составляла 11,28%, а в 2024 г. вышла на уровень 20,2% [11].

В «Обрабатывающих производствах» рассматриваемая доля в 2018–2024 гг. не превышала 13,5%. После введения в 2022 г. расширенного пакета антироссийских санкций исследуемые виды экономической деятельности в РФ заметно увеличили (одни в 2023 г., другие в 2024 г.) прочие затраты на инновационную деятельность. Наибольшее увеличение доли этих затрат произошло в «Транспортировке и хранении»: с равного 2,6% среднего значения в 2019–2021 гг. [12] до 55,5% в 2023 г.) [11]. Возможно, что такое резкое увеличение доли прочих затрат в общих затратах на инновационную деятельность вызвано перестройкой логистики, сменой зарубежных партнеров и работой с отечественными партнерами по бизнесу.

В целом увеличение в разы прочих затрат указывает на то, что при расширении и ужесточении запретов и ограничений и научное сотрудничество, и хозяйствующие субъекты исследуемых сфер деятельности в России переключились на новые виды инновационной деятельности.

Затраты на общее развитие науки

Новизна, фундаментальность и результативность исследований и разработок зависят от уровня развития науки и качества научных исследований. Они, в свою очередь, зависят от профессионализма занятых в сфере науки, материально-технического оснащения, качества управления, осуществляемых затрат, отношения государства и хозяйствующих субъектов к науке, в частности ее финансирования. И часть внутренних затрат на исследования и разработки в Российской Федерации выделяется на общее развитие науки.

Понимая важность науки не только для социально-экономического развития общества, но и для укрепления оборонного потенциала и мощи оборонно-промышленного комплекса страны, исследователи из враждебных к РФ государств изучают влияние санкций на состояние российской науки [13] [14] (Shugunov, 2023) и опасаются, что Российская Федерация переключится с недружественных стран на научное сотрудничество с Китайской Народной Республикой, Республикой Индия и другими дружественными с ней странами [16; 17]. А Гусев А.Б., Юревич М.А. делают акцент на наносимый санкциями морально-ресурсный ущерб российской науке, деморализующий часть научного сообщества и побуждающий ученых, особенно молодых, уезжать из Российской Федерации [5] (Gusev et al., 2007).

Внутренние затраты на исследования и разработки в Российской Федерации, направляемые на общее развитие науки, отреагировали на антироссийские санкции 2014 г. Их объемы уменьшились в 2016–2017 гг. С 2028 г. рост возобновился, государство и хозяйствующие субъекты подготовились, и применение к России расширенного пакета санкций 2022 г. не привело к сокращению объемов затрат на науку (рис. 5).

Рисунок 5. Внутренние затраты на исследования и разработки, выделяемые на общее развитие науки в 2014–2024 гг., млрд руб.

Источник: построено автором по данным статистических сборников «Российский статистический ежегодник» за ряд лет».

Однако в 2022–2024 гг. они увеличивались меньше, чем все внутренние затраты на исследования и разработки (рис. 5). Доля затрат на науку в последних снизилась с 20,5% в 2021 г. до 16,8% в 2024 г. Как показано выше, в новых условиях структура внутренних затрат на исследования и разработки менялась, они направлялись в новые сферы и на новые цели.

Заключение

В сложившейся неблагоприятной для социально-экономического, технико-технологического и научно-образовательного развития Российской Федерации в 2018–2024 гг. обстановке меньше всего рассматриваемые пять сфер экономической деятельности экономили на затратах на исследования и разработки новых продуктов, услуг и методов их производства (передачи), новых производственных процессов. Что свидетельствует об их курсе на самостоятельность в этой области, на конкурентоспособность и долгосрочное развитие.

В условиях санкционных ограничений, нестабильности и неопределенности за счет экономии на других видах затрат они повышали расходы на прочие виды инновационной деятельности, что можно рассматривать как поиск новых, ранее не задействованных видов инновационной деятельности. Такое разнообразие направлений затрат должно, особенно в средне- и долгосрочном периоде, способствовать повышению устойчивости хозяйственной деятельности.

Выполненный анализ объемов и динамики внутренних затрат РФ на исследования и разработки показал влияние на них происходивших в 2011–2024 гг. внешних неблагоприятных для страны и хозяйствующих субъектов явлений: пандемии COVID-19 и антироссийских санкций. При неготовности к таким событиям отрицательный эффект последних проявлялся быстро – в течение одного‑двух лет. Последствия негативных воздействий накапливались и ухудшали динамику рассматриваемых показателей после двух лет со времени их наступления.

По мере того как страна и хозяйствующие субъекты приобретали навыки предвидения возникновения внешних негативных процессов, в частности принятия новых пакетов антироссийских санкций, накапливали опыт осуществления необходимых преобразований, они заранее и быстрее перестраивались на работу в новых условиях. Отрицательные воздействия сказывались слабее. В частности, в России трансформировались внутренние затраты на исследования и разработки. Темпы роста одних их видов сократились, других – стали больше.

Так, в пандемийный 2020 г. темпы прироста внутренних затрат на исследования разработки сократились с 10,4% до 2,9%. А вот после введения масштабного пакета антироссийских санкций, включая вторичные, постоянно увеличивались: с 9,4% в 2021 г. до 14,3% в 2024 г. Доля затрат на исследования и разработки новых продуктов, услуг и методов их производства (передачи), новых производственных процессов в общем объеме внутренних затрат на исследования разработки уменьшалась в 2018 г. А доли затрат на приобретение машин, оборудования, прочих основных средств, связанных с инновационной деятельностью, на разработку и приобретение программ для ЭВМ и баз данных – росли. Это обусловлено курсом на импортозамещение, удорожанием логистики и ростом цен на отечественные продукты.

В целом, несмотря на внешние шоки и неблагоприятные стечения обстоятельств, хозяйственные субъекты в Российской Федерации твердо продолжали курс на развитие НИР как основы устойчивого долгосрочного развития.

[1] Согласно концепции – Нассима Николас Талеба «черный лебедь» это случайное, неожиданное или трудно прогнозируемое событие, вызывающее существенные и зачастую крайне негативные последствия для всей мировой экономики.

[2] С 2024 г. в статистические ежегодники включают данные субъектов малого предпринимательства.

[3] Данные о состоянии российской науки в 2024 г. читатель найдёт в статистическом сборнике.

[4] По данным нейросети DeepSeek под антироссийские санкциями находятся 53 российских НИИ и вузов.

[5] Анализ инновационно-технологического развития РФ в 2010–2024 гг.

[6] Исследования Е.Е. Грибова показывают, что в отраслевой структуре РФ произошло смещение в пользу обрабатывающей промышленности.

[7] За 2018 год средняя цена российского сорта нефти Urals составила $70,01 за баррель, в 2019 г. – $63,59 за баррель, в 2020 г. – $41,73 за баррель.

^[8] Вторичные санкции – меры «по наказанию физических или юридических лиц, в том числе находящихся в другой юрисдикции, за нарушение существующих режимов санкций или связей с теми странами или лицами, которые уже находятся под санкциями».

[9] С марта 2022 г. по июль 2024 г. д. полит. н., генеральный директор РСМД, член РСМД Тимофеев И. Н. зафиксировал «511 случаев попадания под вторичные санкции. Из них на китайские компании приходится 107 случаев, на компании из ОАЭ – 74, а из Турции – 66. В двухлетнем периоде также выделяются компании с Кипра – 52 единицы, тогда как в волне санкций 23 августа 2024 г. их всего две. Поставки электроники и промышленного оборудования – ключевая причина введения вторичных санкций: 252 случая из 511».

[10] Рассчитано автором по данным Росстата.

[11] «Инжиниринг (от англ. Engineering – инженерное искусство), сегмент сферы услуг, специализирующийся на подготовке создания и организации новых производств в различных отраслях экономики».

[12] Данные Росстата до 2019 г. по всем рассматриваемым показателям с сферы деятельности «Транспортировка и хранение» отсутствуют.

[13] Подробный разбор таких англоязычных работ дан д. философ. н. М. В. Шугуновым в фундаментальной статье.