Систематизация и приоритезация рисков продовольственной безопасности

1. Введение

Продовольственная безопасность страны – это элемент национальной безопасности Российской Федерации. Проблема продовольственной безопасности имеет свою историю документирования в виде Доктрин продовольственной безопасности 2010 и 2020 г. Доктрина 2020 г. также редактировалась уже в 2025 г. в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 10.03.2025 № 141. Эти изменения содержания документа были продиктованы изменением среды, в которой обеспечивается продовольственная безопасность.

Как в Доктрине 2010 г., так и в Доктрине 2020 г. содержатся стратегические цели и основные задачи обеспечения продовольственной безопасности, выражающие национальные интересы. Также дается описание категорий рисков и угроз обеспечения продовольственной безопасности. Дается характеристика направленности мер противодействия рисками и угрозам.

В настоящей статье проблема анализа и оценки рисков рассматривается более подробно в соответствии с современными представлениями о сущности риска в его связи с целенаправленной деятельностью. Дается описание совокупности рисков как системы, строится когнитивная карта рисков. Предложен подход к приоритезации рисков на основе теории графов. При этом учитываются сформированные в настоящее время качественные представления об уровне важности рисков.

2. Методика приоритезации рисков

В сложившемся подходе к оценке рисков предполагается выполнение следующих процедур:

- идентификация рисков;

- анализ рисков;

- оценка рисков.

Оценка рисков позволяет установить их приоритетность и выработать меры влияния на риски.

Содержание процедуры идентификации рисков опирается на их определение. В настоящее время авторитетными и общепризнанными являются определения, данные в линиях стандартов COSO ERM и ISO.

В стандарте COSO ERM сначала (2004 г.) использовалось следующее определение риска. «Риск – это вероятность возникновения события, которое окажет отрицательное воздействие на достижение поставленных целей» [12, с. 14].

Позже (в 2019 г.) определение риска в стандарте COSO ERM было уточнено. и формулировалось следующим образом. «Риск – это потенциальное событие, которое может оказать отрицательное воздействие на достижение поставленных целей организации» [9, с. 7].

В другой линии стандартов, ISO, рассматривается следующее определение риска: «Влияние неопределенности на цели» [6]. Данное определение было сформулировано в Международном Стандарте ISO 31000 в 2009 г. В ISO/IEC 31010:2009 Risk management — Risk assessment techniques (IDT) используется то же определение. Стандарт ISO31000 2018 г. не изменяет определение риска, но вводит пояснения о том, что «неопределенность влияет таким образом, что результат отличается от целевого, цели могут быть различного уровня и иметь различные аспекты, риск часто может выражаться в терминах источника риска, потенциальных событий, их вероятности и их последствий» [10].

Несмотря на различные определения риска в стандартах общим остается ориентация на достижение поставленных целей.

Но отличием стандартов COSO и ISO является то, что в стандартах COSO риски обязательно соотносятся с событиями. В стандартах ISO такое соотнесение возможно, но необязательно.

Опираясь на эту идеологию оценки рисков на основе целевой структуры, представим оценку рисков продовольственной безопасности России, основываясь на определении целевой структуры обеспечения продовольственной безопасности. При этом анализ рисков будем рассматривать как с точки зрения представления о рисках, содержащихся в стандартах ISO, так и с точки зрения определения риска, используемого в стандартах COSO.

Рассмотрим эту целевую структуру обеспечения продовольственной безопасности.

В указе Президента Российской Федерации от 21.01.2020 г. № 20 «Об утверждении Доктрины продовольственной безопасности Российской Федерации» продовольственная безопасность определяется следующим образом. «Продовольственная безопасность Российской Федерации (далее – продовольственная безопасность) - состояние социально-экономического развития страны, при котором обеспечивается продовольственная независимость Российской Федерации, гарантируется физическая и экономическая доступность для каждого гражданина страны пищевой продукции, соответствующей обязательным требованиям, в объемах не меньше рациональных норм потребления пищевой продукции, необходимой для активного и здорового образа жизни» [1]. В данном определении не упоминаются национальные интересы в сфере продовольственной безопасности. Однако в ней развиваются положения Стратегии национальной безопасности Российской Федерации, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 31 декабря 2015 г. N 683, касающиеся продовольственной безопасности [2], учтены положения Стратегии экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 13 мая 2017 г. N 208 [3], и других документов стратегического планирования.

В Стратегии национальной безопасности отмечается, что «государственная политика в сфере обеспечения национальной безопасности и социально-экономического развития Российской Федерации способствует реализации стратегических национальных приоритетов и эффективной защите национальных интересов» [4].

В стратегии экономической безопасности дается определение экономической безопасности как «состояния защищенности национальной экономики от внешних и внутренних угроз, при котором обеспечивается экономический суверенитет страны, единство ее экономического пространства, условия для реализации стратегических национальных приоритетов Российской Федерации». При этом отмечается, что реализация стратегических национальных приоритетов Российской Федерации направлена на удовлетворение национальных интересов Российской Федерации в экономической сфере, т.е. объективно значимых экономических потребностей страны.

Из сказанного следует то, что целевая структура продовольственной безопасности направлена на удовлетворение национальных интересов Российской Федерации в продовольственной сфере.

Реализуя преемственность по отношению к Стратегии национальной безопасности и Стратегии экономической безопасности, в Доктрине продовольственной безопасности говорится о национальных интересах государства в сфере продовольственной безопасности на долгосрочный период [5].

в Стратегии национальной безопасности сформулированы стратегические цели обеспечения продовольственной безопасности, выражающие интересы Российской Федерации в продовольственной сфере. В Стратегии отмечается, что «Обеспечение продовольственной безопасности осуществляется за счет [6]:

- достижения продовольственной независимости Российской Федерации;

- ускоренного развития и модернизации агропромышленного и рыбохозяйственного комплексов, пищевой промышленности и инфраструктуры внутреннего рынка;

- повышения эффективности государственной поддержки сельскохозяйственных товаропроизводителей и расширения их доступа на рынки сбыта продукции;

- развития племенного дела, селекции, семеноводства и аквакультуры (рыбоводства), формирования достаточных федеральных фондов семян сельскохозяйственных растений (в том числе страховых фондов семян),

- развития производства комбикормов, белково-витаминных, минеральных добавок и премиксов, ветеринарных (зоотехнических) препаратов;

- повышения плодородия почв, предотвращения истощения и сокращения площадей сельскохозяйственных земель и пахотных угодий;

- недопущения бесконтрольного оборота генно-инженерно-модифицированных организмов, предназначенных для выпуска в окружающую среду, и продукции, полученной с применением таких организмов или содержащей их;

- совершенствования системы технического регулирования, санитарного и фитосанитарного надзора, контроля в области обеспечения безопасности пищевых продуктов для здоровья человека;

- подготовки научных работников и высококвалифицированных специалистов в области сельского хозяйства».

Данные цели затем отражаются в Доктрине продовольственной безопасности. Некоторые авторы критикуют Доктрину, указывая на ее низкую конкретизацию целей и задач. В частности, отмечается отсутствие в ней описания процедур контроля и распределения ответственности. Предлагается разработать «дорожную карту» реализации доктрины [3].

В настоящей статье развиваются положения Доктрины. Более подробно, чем это сделано в Доктрине, описаны риски, связанные с обеспечением продовольственной безопасности. Для этого строится когнитивная карта взаимосвязи рисков. При построении когнитивной карты рисков используется подход, предполагающий исследование возможности достижения целей.

С использованием целевой структуры, сформированной на основании анализа Повестки дня в области устойчивого развития на период до 2030 года, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 25 сентября 2015 г. [7], Указа Президента Российской Федерации от 21.01.2020 г. № 20 «Об утверждении Доктрины продовольственной безопасности Российской Федерации», Указа Президента Российской Федерации от 31 марта 2023 г. № 229 "Об утверждении Концепции внешней политики Российской Федерации" [8], Указа Президента Российской Федерации от 10.03.2025 № 141 «О внесении изменений в Доктрину продовольственной безопасности Российской Федерации, утвержденную Указом Президента Российской Федерации» [9], представим структуру рисков обеспечения продовольственной безопасности.

Риски расположим на нескольких уровнях. Влияние риска более низкого уровня на риск более высокого уровня представим добавлением индекса. Например, при описании влияния рисков 2-го уровня на риск первого уровня используются обозначения R1;1 для первого риска 2-го уровня, R1;2 для второго риска второго уровня, R1,3 для третьего риска второго уровня и т.д. При описания влияния рисков 3-го уровня добавляется еще один индекс. Тогда риски 3-го уровня представляются:

- для риска R1,1 перечнем рисков R1;1;1 – для 1-го риска 3-го уровня, R1;1;2 – для 2-го риска 3-го уровня, R1;1;3 – для 3-го риска 3-го уровня, …;

- для риска R1,2 перечнем рисков R1;2;1 – для 1-го риска 3-го уровня, R1;2;2– для 2-го риска 3-го уровня; R1;2;3 – для 3-го риска 3-го уровня, …;

и т.д.

При описании системы рисков в фигурных скобках указываются соответствующие пункты и подпункты Доктрины, в которых указаны целевые установки, по отношению к которым рассматриваются риски. Например, для риска R1;1 достижения подцели, соответствующей задаче Декларации пункта 17 «а) устойчивое развитие производства сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, достаточное для обеспечения продовольственной независимости на основе принципов научно обоснованного планирования;» используется обозначение {17а}. Полученную таким образом систему рисков обозначим через I.

В таблице 1 показан фрагмент когнитивной карты взаимодействия рисков системы I.

Таблица 1

Взаимодействие рисков системы I

В таблице представлены следующие риски.

R1: риск обеспечения населения страны пищевой продукцией в соответствии с нормами потребления {16}.

R1;1: риск удовлетворения требований продовольственной независимости {17а};

R1;1;1: риск развития производства продовольствия {17к};

R1;1;1;1: риск развития научных разработок для задач обеспечения продовольствием {17м};

R1;1;1;2: риск обеспеченности квалифицированными кадрами для научных исследований в сфере обеспечения продовольствием {17н};

R1;1;1;3: риск роста эффективности использования земли для сельскохозяйственных нужд {19а};

R1;1;1;4: риск достижение целей в области мелиорации земель {19б};

R1;1;1;5: риск биологической безопасности {19в};

R1;1;1;6: риск развития животноводства {19г};

R1;1;1;7: риск процессов улучшения генетического потенциала живых организмов для сельского хозяйства {19д};

R1;1;1;8: риск развития товарного рыбоводства {19е};

R1;1;1;9: риск инновационного развития производства качественной и безопасной пищевой продукции {19ж};

R1;1;1;10: риск обеспечения кадрами высокой квалификации, обеспечивающего рост потенциала в научной сфере {19з};

R1;1;1;11: риск достижения цели системной подготовки кадров для реализации инновационных решений обеспечения продовольственной безопасности {19и};

R1;1;1;12: риск достижения цели увеличения быстродействия системы регулирования рынка продовольствия и устранения рыночного дисбаланса {19и};

R2: риск стабильности мировых продовольственных рынков {171};

R2;1: риск баланса в торговле продовольствием и продовольственным сырьем {17е};

R2;1;9: риск снижения зависимости производства продовольствия от импорта {22з};

R2;1;10: риск роста множества контрагентов-экспортеров, сотрудничающих с РФ в продовольственной сфере (риск диверсификации) {22и}.

В Доктрине продовольственной безопасности также в соответствии с идеологией COSO приводится, определенный экспертным путем, перечень рисков продовольственной безопасности (далее – первичных рисков) и перечень возможных последствий реализации первичных рисков (назовем их вторичными рисками). Систему первичных рисков обозначим через S₁, а систему вторичных рисков – через S₂.

Риски в Декларации перечислены в пункте 14 и имеют буквенные обозначения категорий. Соответственно здесь первичный риск будет идентифицироваться следующим образом: (номер пункта декларации; буквенное обозначение категории; номер риска внутри буквенного идентификатора). Например, конструкция «14. Обеспечение продовольственной безопасности сопряжено с рисками и угрозами, которые могут существенно ее снизить. Такие риски и угрозы относятся к следующим категориям:

а) экономические риски, обусловленные:

- возможностью ухудшения внутренней и внешней экономической конъюнктуры и снижения темпов роста мировой и национальной экономик;» имеет обозначение 14;а;1.

Аналогичные обозначения используются для идентификации вторичных рисков. Например, конструкция «15. Наличие рисков и угроз продовольственной безопасности может приводить к недостижению показателей продовольственной безопасности и требует реализации мер государственного регулирования для преодоления:

а) низкого уровня инвестиционной активности в сельском и рыбном хозяйстве и платежеспособного спроса населения на пищевую продукцию;» идентифицируется как 15;а.

К категориям первичных рисков автором добавлена категория «14;з: инфраструктурные риски, обусловленные необходимостью крупных инвестиций в проведение дорог, создание складов, внедрение технологий для организации специальных перевозок». Сложность инфраструктурной проблемы отмечалась исследователями еще в 2006 г. Так, Г.М. Зинчук, следующим образом представляет состояние инфраструктуры: «большая часть регионов России характеризуются недостаточностью мощностей складского хозяйства, специализированного транспорта, тарно-контейнерного фонда, торговых площадей продовольственных магазинов, неразвитостью экономико-информационной инфраструктуры» [4]. Но, как следует из работ Е.А. Лысенко и Л.В. Бондаренко, эта проблема осталась актуальной и в 2020-е годы. Е.А. Лысенко отмечает, что «… для обеспечения надежности и эффективности функционирования сельскохозяйственных предприятий требуется осуществить структурное совершенствование организации логистического сервиса на основе его системного формирования и применения методического подхода к оценке уровня логистического сервиса» [5]. Объективно существует, например такой важнейший инфраструктурный риск, как транспортный, что утверждают и зарубежные исследователи [11]. Для нашей страны такой риск весьма актуален из-за обширной территории страны и сурового климат, поскольку «Сложившееся между городским и сельским населением неравенство по физической доступности продовольствия во многом обусловлено бездорожьем, которое не только экономически обременяет доставку товаров в глубинку, но не позволяет это делать круглогодично» (Л.В. Бондаренко [2]). По данным Л.В. Бондаренко не обеспечиваются цели Стратегии устойчивого развития сельских территорий Российской Федерации до 2030 года [10], в соответствии с которыми к 98% населенных пунктов в селе должны быть проложены дороги с твердым покрытием: «В 2021 г. 42,1 тыс. (28,3%) сельских населенных пунктов не имели связи по дорогам с твердым покрытием с сетью дорог общего пользования, в том числе 40,3 тыс. (27,1%) находились в полной транспортной изоляции. В основном (86,4%) это населенные пункты с числом жителей до 50 человек. В данном секторе сельского расселения в транспортной изоляции находится 42,7% сельских населенных пунктов» [2].

В таблице 2 указано соотношение первичных и вторичных рисков.

Таблица 2

Соотношение первичных и вторичных рисков на основе перечня рисков и угроз, представленных в Доктрине продовольственной безопасности

Для системного представления совокупности рисков объединим системы указанного экспертного перечня S₁ и S₂ с приведенной выше системой рисков I.

В таблице 3 показано влияние рисков систем S₁ и S₂ на риски I – системы.

Таблица 3

Влияние рисков структур S₁ и S₂ на риски I – структуры

Итак, анализ документов, определяющих продовольственную безопасность, позволил построить систему рисков. Для приоритезации рисков здесь предлагается подход на основе построения когнитивных моделей взаимосвязи рисков.

Представленная система рисков имеет иерархический характер. Нижний уровень составляет система S₁. Следующий уровень составляют риски системы S₂. Еще выше расположена система I. Однако внутри указанных систем существует взаимовлияние элементов.

Для оценки рисков воспользуемся следующими соотношениями.

. (1)

Здесь r_i(k+1) и r_j(k) введены для обозначения зависимости риска r_i(k+1) от риска r_j(k) на шаге k; i – номер риска как элемента системы из n рисков; k – номер шага передачи каких-то первичных рисков r_i(0), возникающих на нулевом шаге.

Под риском r_i(0) понимаем вероятность выполнения задачи i, не равную 1. Если все ненулевые a_ji =1, то для всех j в установившемся режиме (для достаточно большого k) соотношение

представляет соотношение вероятностей. При этом предполагается, что для выполнения зависимой задачи i необходимо выполнение всех задач j, от которых она зависит.

Также просьба внести изменения в файл статьи на стр. 20, в формуле "квадрат" исправить:

Степень a_ji вводится для отражения важности рисков, для которых уже сформировано представление об их важности. Чем меньше a_ji - тем менее важен вклад риска j в риск i. При стремлении a_ji к 0 риск j совсем перестает влиять на риск i.

Логарифмируя выражение (1) получим стандартное соотношение теории графов:

. (2)

В качестве примера сравним экономические риски: 14;а;1 (возможности ухудшения внутренней и внешней экономической конъюнктуры и снижения темпов роста мировой и национальной экономик), 14;а;2 (высокой инфляции и кризиса банковской системы), 14;а;3 (снижения инвестиционной привлекательности отечественного сельского и рыбного хозяйства), 14;а;4 ( снижения конкурентоспособности отечественной продукции), используя фрагмент когнитивной карты и соотношения (1) и (2).

В таблице 4 показана взаимосвязь рисков S₁, S₂ и I. в данном примере (матрица смежности).

Таблица 4.

Фрагмент когнитивной карты (матрица смежности) для сравнения важности рисков 14;а;1, 14;а;2, 14;а;3 и 14;а;4

Источник: составлено автором

Иерархия представленной системы рисков выглядит следующим образом. В предлагаемом примере нижней уровень иерархии занимают риски: 14;а;1, 14;а;2, 14;а;3, 14;а;4. Следующий уровень – риски 15:а, 15:б, 15:в, 15:г, 15:д, 15:е, 15:ж, 15:з. Третий снизу уровень – это R1;1;1;12, R1;1;1;15. Четвертый уровень – это R1;1;1. Пятый уровень – это R1;1. Шестой уровень – это R1. При этом риск одного уровня может воздействовать на риск более высокого или того же уровня. Если же какой-то риск нижнего уровня воздействует на риск высшего уровня как непосредственно, так и опосредованно, то его воздействие усиливается. В данном примере за 5 шагов можно с нижнего уровня перейти на высший.

Предположим, что существует априорная оценка важности некоторых рисков. Предположим, что наиболее важными из структуры S₂ являются риски: 15;а, 15;б, 15;г, 15;д, 15;е. Соответственно менее важными (второстепенными) можно считать риски: 15;в, 15;ж, 15;з. Это предположение может быть обосновано результатами исследований [1, с. 14; 8, с. 214-215].

Для сравнения рисков 14;а;1, 14;а;2, 14;а;3, 14;а;4 сделаем оценку интегрального риска R1 по формулам

; (3)

. (4)

Здесь вектор r состоит из элементов: R1, R1;1, , , R1;1;1;2, 14;a;1, 14;a;2, 14;a;3, 14;a;4, 15;a, 15;б, 15;в, 15;г, 15;д, 15;е, 15;ж, 15;з. A – матрица смежности (a_ji).

Такие соотношения следуют из известного соотношения теории графов [7].

Для сравнительной оценки рисков, входящих в структуру S₁, сравним результаты соотношений (1), (2), (3), (4) для значений векторов r(0), отражающих вероятность выполнения задач, соответствующих сравниваемым рискам. В таблице 5 представлены такие векторы.

Таблица 5

Векторы r(0), соответствующие оценке рисков 14;а;1, 14;а;2, 14;а;3, 14;а;4

Будем считать, что значения элементов матрицы смежности, отражающих влияние менее важных рисков 15;в, 15;ж и 15;з на другие риски, одинаковы и равны a. Построим зависимость R1 от a для рисков 14;а;1, 14;а;2, 14;а;3, 14;а;4, оценки которых показаны в таблице 6.

Таблица 6

Зависимость R1 от a для рисков 14;а;1, 14;а;2, 14;а;3, 14;а;4

Расчеты показывают, что наиболее важными рисками являются риски 14;a;3 («сохранения инвестиционной привлекательности отечественного сельского и рыбного хозяйства») и 14;a;4 («сохранения конкурентоспособности отечественной продукции»).

Однако важность этих рисков снижается при снижении влияния второстепенных рисков.

3. Заключение

Задача подробного исследования рисков обеспечения продовольственной безопасности России, представляется весьма актуальной. С одной стороны, эта актуальность следует из актуальности самой проблемы продовольственной безопасности в современных условиях, что отмечается в документах, принятых на уровне руководства страны. С другой стороны, актуальна проработка рисков, их взаимосвязей, сравнение их роли в обеспечении продовольственной безопасности в соответствии с современными методологиями анализа и оценки рисков.

Сложность анализа и оценки рисков обеспечения продовольственной безопасности в настоящее время связана с высокой неопределенностью информации о рисках.

В настоящей статье, во-первых, описана структура рисков обеспечения продовольственной безопасности на основе ее целевой структуры. Во-вторых, предложена методика сравнительной оценки важности рисков на основе теории графов с учетом априорных оценок важности рисков, зависящих от рисков, сравнительная оценка которых проводится. Представляется, что такая методика полезна при сравнительной оценке рисков, когда отсутствует достаточная информация для вероятностных оценок рисков.

Применение методики иллюстрируется примером сравнения с использованием фрагмента когнитивной карты рисков возможности ухудшения внутренней и внешней экономической конъюнктуры и снижения темпов роста мировой и национальной экономик, высокой инфляции и кризиса банковской системы, снижения инвестиционной привлекательности отечественного сельского и рыбного хозяйства, снижения конкурентоспособности отечественной продукции.

[1]Указ Президента Российской Федерации от 21.01.2020 г. № 20 Об утверждении Доктрины продовольственной безопасности Российской Федерации (В редакции Указа Президента Российской Федерации от 10.03.2025 № 141). – URL: http://www.kremlin.ru/acts/bank/45106#sel=9:14:T,9:14:T (дата обращения: 13.04.2026).

[2]Указ Президента Российской Федерации от 31.12.2015 г. № 683 О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации. – URL: http://www.kremlin.ru/acts/bank/40391 (дата обращения: 19.04.2026).

[3]Указ Президента Российской Федерации от 13.05.2017 г. № 208 О Стратегии экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года. – URL: http://www.kremlin.ru/acts/bank/41921 (дата обращения: 19.04.2026).

[4]Указ Президента Российской Федерации от 02.07.2021 г. № 400. О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации. – URL: http://www.kremlin.ru/acts/bank/47046/page/1 (дата обращения: 24.03.2026).

[5]Указ Президента Российской Федерации. Об утверждении доктрины продовольственной безопасности. Российской Федерации. 21 января 2020 г. № 20. https://minobrnauki.gov.ru/upload/2025/03/Doktrina_prodovolstvennoy_bezopasnosti.pd

[6]Указ Президента РФ , от 31.12.2015 г. № 683 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации» https://mchs.gov.ru/dokumenty/2933 (дата обращения: 13.04.2026)

[7]Генеральная ассамблея ООН. Декларация от 25 сентября 2015 года. Преобразование нашего мира: Повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года. – URL: https://docs.cntd.ru/document/420355765 (дата обращения: 19.04.2026).

[8]Указ Президента Российской Федерации от 31.03.2023 г. № 229 Об утверждении Концепции внешней политики Российской Федерации. - URL: http://www.kremlin.ru/acts/bank/49090 (дата обращения: 19.04.2026).

[9]Указ Президента Российской Федерации от 10.03.2025 г. № 141 О внесении изменений в Доктрину продовольственной безопасности Российской Федерации, утвержденную Указом Президента Российской Федерации от 21 января 2020 г. № 20. – URL: http://www.kremlin.ru/acts/bank/51703 (дата обращения: 10.04.2026)

[10]СТРАТЕГИЯ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ СЕЛЬСКИХ ТЕРРИТОРИЙ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НА ПЕРИОД ДО 2030 ГОДА. Утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 2 февраля 2015 г. N 151-р. URL: https://mcx.gov.ru/upload/iblock/b8d/b8d191bd05d8b4ca208620b726246ede.pdf (дата обращения: 28.07.2026).