Доминанты мирового инновационного пространства: сопоставление и анализ

Введение

Роль инноваций в экономике современного государства является фундаментальной. В XXI веке инновации перешли из разряда вспомогательных инструментов в категорию главного фактора производства (наряду с землей, трудом и капиталом).

Если в эпоху индустриального общества богатство стран определялось наличием природных ресурсов и объемов промышленного производства, то сегодня основой процветания является экономика знаний и способность генерировать и внедрять новые технологии. Очевидно, что динамика роста инновационной конкурентоспособности стран дифференцирована и сводится к способности государства решать множество задач, целью которых является инновационный рост страны. Актуальность данного исследования заключена в необходимости поиска эффективных инструментов влияния на рост инновационной конкурентоспособности государства в условиях высокой санкционной зависимости и геополитической нестабильности.

Как отмечают многие ученые, сегодня инновации позволяют экономике переходить от экстенсивного пути развития (за счет вовлечения новых ресурсов: больше рабочих, больше добычи сырья) к интенсивному (за счет повышения эффективности имеющихся ресурсов) [4,10,17,21,24]. Так, Воронцова Ю. В. В своем труде приводит аргументы формирования интенсивного пути развития государства за счет повышения эффективности использования имеющихся ресурсов: больше продукции с того же количества сырья, больше объем производства с той же численности работников, выше прибыль с того же объема капитала и т.д. [4].

Преимущества развитой системы автоматизации и роботизации с использованием искусственного интеллекта как фактор интенсивного пути развития экономики позволяет повысить производительность труда в десятки раз, отмечено в работах Лебедевой В. В. И Симонова С.В. [10,17]. При этом рост производительности труда должен рассматриваться как главный показатель интенсивно- инновационного развития, когда в производственных циклах используются цифровые инструменты, аддитивные технологии, позволяющие создавать сложные детали с минимальными отходами материала, сокращая производственные циклы с месяцев до дней [21].

Как совершенно справедливо отмечает Теребова С. В. «инновации обеспечивают создание новых рынков: появление новых продуктов (например, смартфонов, электромобилей, сервисов на базе искусственного интеллекта), формируются совершенно новые отрасли, которые генерируют добавленную стоимость и увеличивают ВВП [18].

Согласно современным экономическим теориям (например, Пола Ромера), именно накопление знаний и технологические изменения являются главным драйвером долгосрочного экономического роста [24].

Ибрагимова Г.А. в своих трудах отмечает, что государства, которые экспортируют высокотехнологичную продукцию и уникальные технологии (США, Германия, Япония, Южная Корея), получают сверхприбыли и диктуют правила на мировых рынках. Страны, не способные к глобальным инновациям, обречены на роль поставщиков сырья или производителей продукции с низкой добавленной стоимостью, что делает их экономику уязвимой к колебаниям мировых цен, создает низкую национальную безопасность и низкую мировую конкурентоспособность [6].

Целью исследования является выявление дифференцированных факторов, тормозящих развитие инноваций в России, анализ опыта мировых лидеров, формирование модели по возможностям наращивания инновационно- технологической независимости в мировом пространстве.

Результатом работы и ее научной новизной явилась модель инновационного воспроизводства государства, интегрирующая в себе блоки внутреннего и внешнего развития.

Анализ инновационной политики лидеров Глобального инновационного индекса 2025

Ежегодно Всемирная организация интеллектуальной собственности (ВОИС) в сотрудничестве с Институтом Портуланса и другими авторитетными международными организациями публикует Глобальный инновационный индекс (ГИИ), который представляет собой комплексный аналитический отчет, призванный измерить и сравнить уровень инновационного развития различных стран и экономик на мировой арене. Для попадания в Глобальный инновационный индекс 2025, экономикам необходимо продемонстрировать значительный уровень инновационной активности, это подразумевает наличие как минимум 35 индикаторов в категории "инновационные ресурсы" и 15 в категории "инновационные результаты". Важным условием является также получение оценок по двум подпунктам в каждой из этих категорий. В текущем году 139 экономик смогли удовлетворить эти требования, что позволило им быть включенными в Индекс, охватывающий 93,6% мирового населения. Всего в Глобальном Инновационном Индексе используется 78 различных показателей. ТОП-15 стран-лидеров по инновациям в 2025 году представлены на рисунке 1.

Рис. 1 ТОП-15 стран-лидеров по инновациям в Глобальном Инновационном индексе в 2025 г. [3]

Швейцария

Швейцария удерживает первое место в Глобальном Инновационном индексе 15-й год подряд с результатом 66.0 [3].

Страна удерживает первое место в рейтинге Глобальном Инновационном индексе с 2011 года — это рекорд, который не удавалось побить ни одной стране. Успех основан на системном подходе, где все элементы работают как единый механизм. Расходы на R&D (исследования и разработки) в Швейцарии составляют более 3,38% от ВВП, превышая среднемировой показатель в 2 раза (среднемировой показатель составляет 1,7%) [12]. Характерной особенностью государства является способность таким образом стимулировать частных инвесторов, что большую долю научных разработок финансирует именно частный сектор, а не государство, что создаёт рыночно-ориентированные инновации (около 70-75% всех затрат на инновации в стране, что является одним из самых высоких показателей в мире) [12].

Разбирая более детально инструменты достижения высоких позиций Швейцарии в мировых инновационных рейтингах отметим, что частные инвесторы (венчурные фонды, бизнес-ангелы, семейные офисы и крупные корпорации) активно вкладываются в швейцарские инновации. В Швейцарии государство активно снижает риски, причем государство не пытается само коммерциализировать технологии и не конкурирует с частными инвесторами, а выступает «подушкой безопасности» для инвесторов. Созданное Агентство по инновациям Innosuisse является катализатором инновационной активности всех секторов экономики, давая гранты, предоставляя инновационные кредиты (займы для стартапов) и при этом государство выступает поручителем или делит риски с банками. Это очень важный элемент поддержки частного капитала в стратегии инновационного роста и развития государства. Это позволяет частным инвесторам входить в проекты на более поздних, менее рискованных стадиях, что повышает привлекательность инвестиционных проектов для частного бизнеса [27].

Стоит отметить, что Швейцария является одной из европейских стран по качеству науки. Швейцарские Университеты ETH Zurich в Цюрихе и EPFL в Лозанне стабильно входят в топ-10 лучших технических вузов мира, в них отлажена система создания спин-оффов (стартапов, созданных на базе университетских разработок) [16]. Для частных инвесторов проекты таких Вузов являются приоритетными по низким рискам и надежности реализации, поскольку они прошли научную экспертизу, имеют сильную команду и патентную чистоту. Кроме того, в государстве хорошо развита система защиты интеллектуальной собственности, правовая безопасность. Швейцария обладает одной из самых надежных и предсказуемых систем защиты патентов и авторских прав в мире. Судебная система работает быстро, беспристрастно и четко защищает права правообладателей. Немаловажным фактором высоких темпов инновационного развития Швейцарии является лояльное налоговое законодательство: в государстве одни из самых низких корпоративных налогов в Европе, что позволяет стартапам реинвестировать прибыль в развитие. Во многих кантонах действует льготное налогообложение для венчурных фондов и бизнес-ангелов, инвестирующих в местные инновационные компании [16].

Все отмеченные выше аспекты делают швейцарские инновационные проекты очень привлекательными и для иностранных инвесторов, поскольку государство готово создавать инфраструктуру, обеспечить защиту прав и снижение ранних рисков, а частный капитал получает предсказуемую среду, отличные налоговые условия и доступ к лучшим умам планеты для получения высокой прибыли.

Крупнейшими инновационными кластерами Швейцарии являются компании: Roche и Novartis (фармацевтика) — лидеры в био- и медтехнологиях, Nestlé — инновации в пищевых технологиях, ABB — робототехника и энергетика, Swatch Group — микроинженерия и материалы, CERN (Женева) — фундаментальная физика [16].

Швеция

Швеция стабильно входит в топ-2 или топ-3 в Глобальном Инновационном индексе (уступая, как правило, только Швейцарии). Успех этой скандинавской страны не является случайностью: он построен на уникальном сочетании государственной политики, корпоративной культуры и социальной модели [3].

Отметим ключевые факторы, которые делают Швецию глобальным инновационным лидером. Швеция тратит на исследования и разработки более 3,3% своего ВВП — и это один из самых высоких показателей в мире. Как и в Швейцарии, львиная доля инвестиций на R&D (около 70–80%) поступает не от государства, а от частного бизнеса. Такие гиганты, как Ericsson, Volvo, SKF, AstraZeneca и Scania имеют мощные внутренние R&D-подразделения и постоянно внедряют новые технологии. В основе шведской инновационной политики лежит тесное и непрерывное взаимодействие трех сил: государства, науки и бизнеса [2].

Координирующую роль играет государственное агентство Vinnova, которое финансирует рискованные междисциплинарные проекты. Университеты (например, Каролинский институт или КTH) работают в тесной связке с индустрией, чтобы исследования быстро превращались в коммерческие продукты. Парадоксально, но именно мощное социальное государство («шведская модель») стимулирует предпринимательский риск. В Швеции действует принцип flexicurity (гибкость + безопасность). Государство предоставляет сильные «подушки безопасности», пособия по безработице и программы переобучения, что значительно снижает страх перед неудачей, позволяя талантам смело запускать венчурные проекты.

Страна также является мировым лидером в области циркулярной экономики (переработка отходов, из которых Швеция даже импортирует мусор из других стран для работы мусоросжигательных заводов, вырабатывающих энергию). Швеция — одно из самых цифровизированных обществ на планете [2].

Несмотря на небольшое население, Швеция породила феноменальное количество компаний - «единорогов» (стоимостью свыше $1 млрд) на душу населения. Стокгольм часто называют «фабрикой единорогов» после Кремниевой долины [9].

США

Замыкают тройку лидеров Глобального инновационного индекса 2025 года Соединённые Штаты Америки, являясь лидером Северной Америки — самого инновационного региона мира. К ключевым факторам успеха можно отнести следующие:

- ежегодные расходы США на исследования и разработки порядка 700 млрд. долларов (около 3,5% ВВП), частный сектор финансирует примерно 70% всех исследований. Крупнейшие корпорации Google, Apple, Microsoft, Amazon, Tesla инвестируют десятки миллиардов долларов в R&D ежегодно [19].

- эффективно налажена тесная связь между лучшими университетами мира (MIT, Stanford, Harvard, Caltech и др.) и бизнесом (технологический трансфер). [19]

- США контролируют более 50% мирового венчурного финансирования [].

Высокоразвитая патентная система (USPTO) США (около 600,000 патентных заявок ежегодно) стимулирует инвестиции.

США являются лидерами в прорывных технологиях: искусственный интеллект (OpenAI, Google DeepMind, Anthropic), квантовые вычисления (IBM, Google, Rigetti), биотехнологии и фармацевтика (Moderna, Pfizer, Genentech), частная космонавтика (SpaceX, Rocket Lab), полупроводники (NVIDIA, Intel, AMD) и т.д.

Порядка 40% мировых компаний-единорогов (оценка >$1 млрд) базируются в США, 70% мирового рынка ИИ контролируют американские компании, SpaceX первой запустила многоразовые ракеты, компания NVIDIA доминирует на рынке ИИ-чипов (90% рынка) [9]

Однако на сегодняшний день, США сталкиваются с рядом трудностей: растущей конкуренцией со стороны Китая, нехваткой специалистов в STEM (естественно- фундаментальных науках), географическим неравенством (инновации сконцентрированы в нескольких штатах).

Поводя итог отметим, что успех США основан на уникальной комбинации факторов: огромные инвестиции, лучшие университеты, венчурный капитал, привлечение талантов, культура риска, защита IP и сильные государственные программы - создает самоподдерживающуюся экосистему, где идеи быстро превращаются в глобальные компании.

Очевидно, что все рассмотренные выше страны обладают сильной экономикой, высокой технологичностью и колоссальными ресурсами для мирового лидерства. На их фоне привлекает внимание динамика инновационного развития менее успешных (развивающихся) стран, которые аккумулируют ресурсный потенциал для движения вперед. В таблице 1 представлены страны, показавшие наиболее стремительный рост инновационного развития [13]:

Таблица 1

Топ стран, показавших наибольший рост инновационного развития за 12лет [3]

№	Страна	2013 г.	2025 г.	Изменение
1	Марокко	93	57	+36 п.
2	Филиппины	82	50	+32 п.
3	Вьетнам	76	44	+32 п.
4	Индия	66	38	+28 п.
5	Иран	97	70	+27 п.
6	Китай	35	10	+25 п.
7	Индонезия	78	55	+23 п.

Марокко демонстрирует один из самых быстрых прогрессов в мире — с 93-го места в 2013 году до 57-го в 2025 (+36 позиций!). И это результат продуманной и тщательно выстроенной государственной стратегии, использующей уникальные преимущества страны. В последние годы государство проинвестировало в следующие проекты: «Солнечная энергия» - $10 млрд, «Скоростная ж/д (Al Boraq)»- $3 млрд, «Порт Tanger Med» - $5 млрд, «Новые города (Tanger Tech)»- $2 млрд., Университет UM6P $1 млрд [7].

Кроме того, стремительное инновационное развитие государства обусловлено следующим: 20% затрат на гранты R&D возмещает государство, наличие свободных экономических зон позволяют реализовать проект в течении 5 лет без налогов, субсидированная аренда в технопарках, налоговые льготы для НИОКР до 30% и т.д. [7]. Огромную роль в развитии Марокко играет система налаженных мировых связей, так, к примеру, много лет подряд Европейский Союз выступает крупнейшим инвестором инновационных проектов страны, поскольку на страны ЕС приходится около 34% всего товарооборота Марокко, Европа заинтересована в устойчивых партнерских коммуникациях с ней. В последние годы Марокко очень активно взаимодействует с Китаем, развивая промышленность: в период 2025–2026 годов объем товарооборота между странами превысил 10 миллиардов долларов. Пекин рассматривает Марокко как ключевой стратегический центр для укрепления своего влияния в Африке и на рынках Европы. [7].

Дифференциация показателей инновационного развития России и мировых лидеров

Россия в рейтинге Глобального инновационного индекса- 2025 занимает лишь 60 место с показателем 30,3. Главная особенность российской модели финансирования науки кардинально отличает ее от мировых лидеров (таких как США или Швеция). Если в инновационных странах 60–80% исследований оплачивает частный бизнес, то в России абсолютным доминантом является государство [3].

В 2024 году доля расходов России на исследования и разработки (НИОКР) составила 0,94% от ВВП, что совпадает с показателем 2023 года. В течение последних двух лет этот показатель в стране демонстрирует рост. С момента начала ведения статистики в 1996 году уровень затрат на НИОКР снизился примерно на 3,1%. Максимальное значение расходов на фундаментальные и прикладные научные исследования и экспериментальные разработки было зафиксировано в 2003 году и составило 1,29% ВВП. Наименьший уровень расходов отмечен в 2022 году — 0,91% ВВП [25].

Рис. 2 Расходы на НИОКР, в % к ВВП [14]

Согласно данным Института статистических исследований и экономики знаний (ИСИЭК) ВШЭ и Росстата, структура источников финансирования исследований и разработок (НИОКР) в России выглядит следующим образом: государство финансирует около 60% всех разработок и научных исследований, оставляя частному бизнесу не более 40% [8,25]. Однако, как отмечено в исследовании Теребовой С. В., так называемую львиную долю этих «частных» инвестиций на самом деле дают не независимые частные компании, а государственные корпорации и компании с госучастием (Росатом, Ростех, РЖД, Газпром, РусГидро и др.) [18].

Независимый частный бизнес инвестирует в науку крайне неохотно, ограничиваясь в основном прикладными разработками, адаптацией чужих технологий или IT-сектором. Фундаментальная наука за счет частного капитала в России развивается очень медленно.

Общая динамика числа научных организаций в России носит стагнирующий характер (прирост чуть более 1% за 24 года), при этом по количеству научно- исследовательских организаций данный показатель значительно упал с 2686 единиц в 2000 году до 1543 в 2024 году, снизившись на 43%. Еще более негативная ситуация по числу проектных и проектно- изыскательских компаний в России в таком же хронометраже- показатель упал с 85 до 16 организаций (более чем в 5 раз), конструкторские организации – с 318 до 231. [8]

Кроме того, существенным сдерживающим фактором развития инноваций в России является отток иностранного капитала, еще 20 лет назад доля зарубежного финансирования (гранты, совместные проекты, инвестиции международных корпораций) достигала 12%. Однако в результате геополитических изменений и разрыва мировых связей этот показатель упал до критической статистической погрешности — 1,8%, сократившись в более чем 6 раз. В масштабах глобальных инновационных проектов это существенный объем финансового потока [8].

Как было отмечено ранее, в Швеции, США, Южной Корее, Японии и Китае бизнес финансирует от 60% до 80% всех НИОКР, при этом, стоит сделать акцент на том, что сами компании заинтересованы в инвестициях в прорывные технологии, чтобы получать сверхприбыль в будущем. И здесь очень важный момент заключается в мотивации и высоком уровне «осознанности»: нет никакого государственного давления на компании и обязательных требований по инновационным показателям. Бизнес сам заинтересован в будущем создавать лучший продукт и продавать его за большие деньги чем сегодня.

В России наука существует преимущественно за счет бюджетных вливаний. Это делает научную сферу highly dependent (сильно зависимой) от макроэкономической ситуации в стране, цен на энергоносители (которые формируют бюджет) и текущих политических приоритетов правительства.

Таким образов сформируем сводную таблицу дифференцированных факторов (Табл. 1)

Таблица 1

Дифференциация показателей инновационного развития России и мировых лидеров

Объективная реальность свидетельствует о достаточно низких позициях России по показателям инновационного развития, которую признают, как отечественные, так и зарубежные экономисты и аналитики. Однако, в экономической литературе существует термин «российский инновационный парадокс»: страна обладает мощнейшей фундаментальной базой, но катастрофически отстает от мира в коммерциализации этих разработок и создании массовых высокотехнологичных продуктов.

Главная проблема России — разрыв между наукой и бизнесом. Огромное количество патентов и научных статей не доходит до рынка. В странах-лидерах (США, Израиль, Южная Корея) университетская наука тесно интегрирована с венчурным капиталом и корпорациями. В России этот механизм работает слабо. Россия сильна в создании прорывных технологий (DeepTech), но экосистема не умеет масштабировать их в глобальные корпорации.

Согласно международной аналитической платформе на 2026 год в США зарегистрировано свыше 860 компаний- единорогов (успешные стартапы, чья рыночная капитализация превышает 1 млрд. долларов), с большим отрывом идет Китай со значением в 274, далее Индия – 84 компании, а в России на сегодняшний день, к сожалению, количество подобных компаний не зафиксировано, поскольку граждане России (выходцы из России) свои уникальные проекты реализовывают заграницей (Telegram, Revolut, Miro и т.д.) [9].

Очевидно, что в любой успешный стартап необходимо вкладывать такую уникальную идею создания товара, услуги и иного продукта, которая бы обеспечила компании сверхприбыль в достаточно короткие сроки. И такая идея, очевидно, не может стоить дешево. Вопрос генерации уникальных идей, нестандартных решений, прорывных технологий тесно сопряжен с качественными характеристиками интеллектуального капитала государства.

Рис. 3 Динамика оттока ученых из России, % [23]

Необходимость наращивания и воспроизводства научно- технических кадров является стратегически значимой и важной задачей для России. Кроме того, важнейшей задачей российского государства на сегодняшний день является необходимость воспроизводства интеллектуального (человеческого) капитала, воплощенного в трудах и исследованиях ученых России (Рис.3). Вопрос оттока российских ученых за рубеж и до 2022 года стоял достаточно остро в стране (ученых не устраивала оплата труда, технические возможности проведения глубоких исследований, низкая правовая защищенность результатов интеллектуальной деятельности и т.д.), но с началом специальной военной операции положение еще больше усугубилось: отток ученых серьезно увеличился. За 10 лет с 2015 по 2025 год отток ученых увеличился почти в три раза, за этими цифрами стоят сотни «выращенных» государством умов, которые могли бы осуществить значительный вклад в инновационно- технологическое развитие России. Наибольший отток ученых зафиксирован из крупнейших московских вузов — 23%: ВШЭ, МГУ, Сколково, МФТИ и эти потери трудно восполнимы, поскольку въезжают в Россию, как правило, менее квалифицированные граждане соседних стран в поисках более высокого уровня жизни, и это, очень большая проблема для России, последствия, которой скажутся в ближайшей перспективе [23].

Для России, находящейся в условиях беспрецедентного санкционного давления и структурной трансформации экономики, стратегия «догоняющего развития» должна быть асимметричной и системной. Нет необходимости копировать направления деятельности лидеров; задача — создать собственную устойчивую инновационную экосистему и занять лидерские позиции в критически важных нишах (Рис. 4).

Рис. 4 Модель инновационного воспроизводства государства

Систему инновационного развития России целесообразно выстраивать по структуре воспроизводства, опираясь на существующие научно- технические достижения. Стратегически важно концентрировать ресурсы на направлениях, где есть научный и практический задел. Развитие искусственного интеллекта в специфических нишах: агротехнической, управление сложными системами, логистика, квантовые вычисления, новые материалы, генетика и биотехнологии, развитие технологий для работы в экстремальных условиях (судостроение, автономная навигация, добыча ресурсов), где у России нет конкурентов в силу географии. Удержание и расширение абсолютного лидерства в ядерной и водородной энергетике: строительстве АЭС, реакторах на быстрых нейтронах и создании замкнутого ядерного цикла и т.д.

Интеграция фундаментальной науки с центрами коммерциализации инновационных идей позволит осуществлять активное развитие трансфера технологий: внедрение в университетах и научных институтах эффективных офисов коммерциализации (по модели Сколково, MIT или Стэнфорда), где профессиональные менеджеры помогают ученым патентовать технологии и искать инвесторов. Подобные коллаборации ускорят и повысят эффективность инвестиционного стимулирования науки. Важнейшая роль государства должна заключаться в гарантированной закупке отечественной высокотехнологичной продукции (через госкорпорации, армию, медицину), снижая риски для стартовых производителей.

Россия, обладая огромным научным потенциалом не имеет большой заинтересованности бизнеса во внедрении инноваций. Необходимо введение эффективных налоговых преференций: введение стимулирующих налоговых льгот для частных компаний, которые вкладывают деньги в собственные разработки или заказывают их у вузов.

Кроме того, как было отмечено ранее, без решения кадрового вопроса на новом качественном уровне технологический прорыв в России невозможен. Необходимо институциональное формирование новой модели всех ступеней образования: вектор на проектное обучение, замена шаблонного обучения на живое на примерах, кейсах, интерактиве и т.д.

Обсуждение

Проведенное исследование свидетельствует о высокой дифференциации мировых инновационных показателей, которые зависят от многофакторных условий и особенностей государств. В исследовании установлено, что высокие показатели в рейтинге Глобального Инновационного индекса обусловлены тщательно продуманной и тактически реализованной стратегией инновационного развития стран. Как совершенно справедливо отмечено в работе О. В. Зитикс, характерной особенностью государств- лидеров является способность таким образом стимулировать частных инвесторов, что большую долю научных разработок финансирует именно частный сектор [6], что является важнейшим показателем заинтересованности государства в инновациях.

Позиция авторов исследования относительно изложенного сводится к следующему - успех доминирующих государств по инновациям основан на уникальной системной организации мер и действий, направленных на развитие и воспроизводство инноваций: инвестиций, интеграции университетов и бизнеса, использовании венчурного капитала, минимизации рисков государством, защите IP и активной государственной поддержке, что создает самоподдерживающуюся экосистему где идеи быстро превращаются в глобальные компании. В работе Лебедевой В.В. данные факторы дополнены системой качественной подготовки кадров на базе ведущих университетов мира, принципиально новыми методами стимулирования талантливых ученых и высокой степенью ориентации государства на ресурсосберегающие технологии, которые способны повысить конкурентоспособность страны в мировом пространстве [10]. Подобная точка зрения нашла свое отражение и в работе Фалейчик Л. М. [24].

Очевидно, что все рассмотренные выше страны обладают сильной экономикой, высокой технологичностью и колоссальными ресурсами для мирового лидерства и могут стать ориентиром для формирования стратегии, ориентированной на планомерное долгосрочное успешное инновационное развитие.

Заключение

Мировое инновационное развитие в 2020-е годы (и особенно в период 2024–2026 гг.) переживает глубокий структурный кризис и трансформацию. Мы наблюдаем переход от эпохи «открытого глобального инновационного процесса» (когда технологии свободно перетекали через границы) к эпохе «технологического протекционизма» и «суверенных экосистем».

Инновации перестали быть просто инструментом повышения прибыли корпораций, они стали главным полем геополитического соперничества и вопросом национальной безопасности. В современной государственной экономике инновации занимают центральное место. В XXI веке они совершили прорыв, перейдя от вспомогательной функции к статусу полноценного, четвертого фактора производства, стоящего в одном ряду с землей, трудом и капиталом.

Геополитическая ситуация формирует необходимость жесткой конкурентной борьбы между государствами за мировое лидерство и превосходство. И в этой борьбе мощным инструментом выступают инновационные прорывные технологии.

Проведенное исследование позволяет сделать следующие выводы:

1. Лидеров инновационного развития (Швейцария, Швеция, США) объединяет ряд детерминированных факторов, к которым можно отнести: высокую долю участия бизнеса в инвестициях в R&D, высокие инвестиционные вливания в R&D, высокий объем венчурных инвестиций, эффективную систему правовой охраны, низкие показатели утечки ученых (высокая мотивация) и т.д.

2. Многие развивающиеся страны (Марокко, Филлипины, Вьетнам и т.д.) показали стремительный рост инновационного развития благодаря выстроенной государственной стратегии, системе налаженных мировых коммуникаций и высокой заинтересованности в инновационно- технологическом росте страны.

3. Россия на сегодняшний день занимает позиции «догоняющего» государства с высокой степенью мировых санкционных ограничений, которые накладывают серьезный отпечаток на возможность глобального системного развития страны в мировом масштабе. Кадровые, финансовые, геополитические, институциональные трудности тормозят в инновационном прорыве, однако их решение позволит государству выйти на новый конкурентоспособный уровень.