Анализ инновационно-технологического развития России в контексте обеспечения экономической безопасности
Косачев В.С.1 
1 Сибирский институт управления – филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, Новосибирск, Россия
Статья в журнале
Экономическая безопасность (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку
Том 9, Номер 6 (Июнь 2026)
Аннотация:
В настоящее время достижение высоких темпов развития экономики зачастую сопряжено с внедрением инноваций. Для России, находящейся в условиях как внешних, так и внутренних ограничений тема качественного совершенствования возможностей отечественной экономики и её устойчивости становится как никогда актуальной. Проведенное исследование посвящено анализу существующих проблем в инновационно-технологическом развитии экономики России и их оценке с точки зрения экономической безопасности. Цель исследования состоит в разработке предложений, направленных на совершенствование инновационно-технологического развития национальной экономики. Для достижения поставленной цели проведена оценка ряда показателей, характеризующих уровень инновационно-технологического развития экономики, а также их сравнение с пороговыми значениями. Результаты проведенного анализа позволяют сделать вывод, что в настоящий момент в экономике наблюдается технологическая стагнация с локальными инновационными прорывами. Указанный тезис также подтверждается выполненной типологией субъектов России на основе метода портфельного анализа. Научная новизна работы заключается в методе оценки доли инвестиций в новые технологии в общем объёме затрат на основные средства, а также проведенной типологии субъектов. Практическая значимость работы состоит в возможности применения данных анализа и разработанных предложений, представленных в работе, органами государственной власти для разработки и совершенствования политики, направленной на обеспечение технологического суверенитета и развитие экономики
Ключевые слова: инвестиционная активность, новые технологии, экономическая безопасность, технологический суверенитет, актуализация технологий, структура инновационных затрат
JEL-классификация: E22, G11, G31, F52, O33
Введение
На современном этапе развития, характеризующимся усилением геополитического противостояния и фрагментацией мировых рынков, всё большую роль при формировании государственной политики приобретает направление научно-технологического развития экономики. В последние десятилетия внедрение инновационных технологий позволили ряду стран провести существенную модернизацию отечественных экономик и нарастить свои позиции на мировых рынках. Несмотря на это, ускорение глобальной технологической гонки вынуждает страны к поиску новых путей для сохранения и укрепления своих позиций.
Для России в условиях внешнеэкономического давления вопрос разработки и внедрения передовых технологий приобретает всё большую актуальность. Внедрение достижений научно-технического прогресса в экономику способствует не только созданию новых продуктов и услуг, но и повышению производительности – как на уровне отдельно взятых рабочих мест и предприятий, так и в масштабах целой страны. Современные технологии позволяют существенно оптимизировать процессы производства, минимизировать издержки и повысить качество производимой продукции. Кроме того, внедрение инноваций позволяет диверсифицировать экономику и подготовить её к внешним шокам, в особенности в критически значимых для страны направлениях. В связи с этим, инновационное развитие отечественной экономики в настоящий момент становится не просто условием для её бурного развития, но и критически значимым условием для обеспечения экономического суверенитета и социально-экономической стабильности государства.
Обзор литературы
Вопросам научно-технологического развития экономики в научном поле было посвящено множество исследований, что позволяет выделить ряд ключевых направлений в данной области. Значимая часть исследований была посвящена изучению взаимосвязи инноваций и экономического роста. В работах как отечественных [7, 13, 18, 25], так и иностранных авторов [28, 29, 30, 31] отмечается, что активное внедрение инноваций является одним из определяющих факторов экономического роста как отдельно взятых регионов, так и государства в целом.
Несмотря на широкую научную дискуссию о значимости инноваций для повышения качественной составляющей экономического роста, а также пристальное внимание к данному вопросу со стороны правительства, в России данное направление сталкивается с рядом проблем.
Часть исследователей, отмечают отставание России от стран лидеров по целому ряду показателей, характеризующих высокотехнологичное развитие экономики, среди которых: доля капитальных затрат на исследования и разработки, доля инновационной продукции в общем объёме отгрузки, уровень расходов на науку по отношению к ВВП, низкая доля высокотехнологичного сектора в экономике и др. [14, 20, 21, 27]
Другие уделяют вопросу инновационного развития на фоне внешнеэкономического давления, акцентируют внимание на необходимости активизации инновационной деятельности отечественных предприятий, в связи с санкциями, существенно ограничившими доступ к рынку высоких технологий и продукции. Важная роль в решении данного вопроса отдаётся государству, во многом определяющему направление политики и способы поддержки научно-технологического направления [4, 8, 9, 12, 16].
Инновационное развитие отечественной экономии занимает важное место в обеспечении национальной безопасности государства. Так, в Стратегии национальной безопасности научно-технологическое развитие выделено в отдельное направление, целью которого указывается «обеспечение технологической независимости и конкурентоспособности страны» [1]. При этом внедрение современных технологий и стимулирование инновационного развития отмечено в качестве полноценной задачи Стратегии экономической безопасности государства [2].
В научном поле инновационное развитие зачастую рассматривается как важный фактор обеспечения национальной безопасности государства, отмечается в первую очередь важность достижения технологического суверенитета. Ряд исследований выделяют проблему высокой зависимости отечественных предприятий от импортных технологий и оборудования. [8, 17, 22, 26].
Актуальной проблемой для России остается высокая степень износа основных фондов. Данная проблема в среднесрочной перспективе может негативно отразиться на эффективности и производительности предприятий в условиях дефицитного доступа к иностранным технологиям, низкой инновационной активности и ограниченности свободных финансовых ресурсов, угрожая снизить конкурентоспособность экономики и её безопасность. [6, 19, 24]
Проблема замены иностранных технологий отечественными аналогами осложняется высокими рисками, связанными с внедрением инноваций. Планирование, разработка и внедрение новых технологий зачастую требует существенных вложений от хозяйствующего субъекта, при этом, существует высокая вероятность недостижения поставленных целей на любом из обозначенных этапов, что может привести к финансовым потерям. [5, 15]
Рассмотренные работы позволяют заключить, что инновационно-технологическое развитие национальной экономики столкнулось с целым рядом взаимосвязанных проблем, негативно сказывающихся на обеспечении экономического роста и социально-экономической стабильности государства. Всё это обуславливает необходимость поиска и разработки системного и комплексного подхода, ориентированного на долгосрочную перспективу, с опорой на внутренние ресурсы.
Материалы и методы
Эмпирическую базу исследования составили данные Росстата за период 2010-2024 гг., характеризующие инновационно-технологическое развитие России. Анализ проводится по следующим показателям: объём инвестиций в основной капитал, степень износа основных фондов, доля инвестиций, направленных на реконструкцию и модернизацию, а также рассчитанная по авторскому методу на основе данных Росстата доля инвестиций, направленных на новые технологии.
В рамках данного исследования под инвестициями в новые технологии понимаются затраты на технологические инновации по отдельным видам инновационной деятельности учитываемые Росстатом. При качественной оценке объёма затрат, непосредственно относящихся к производственной составляющей, из общего объёма исключены отдельные виды. Так, с 2010 по 2018 год не используются при оценке следующие направления:
· обучение и подготовка персонала, связанные с инновациями;
· маркетинговые исследования;
· прочие затраты на технологические инновации.
За период с 2019 по 2024 год исключены:
· маркетинг и создание бренда;
· обучение и подготовка персонала, связанные с инновационной деятельностью;
· дизайн;
· планирование, разработка и внедрение новых методов ведения бизнеса, организации рабочих мест и организации внешних связей;
· прочие затраты, связанные с осуществлением инновационной деятельности.
Представленный подход позволяет учесть в качестве затрат на технологические инновации только затраты, приводящие к увеличению первоначальной стоимости объектов основных средств, интеллектуальной собственности и культивируемых биологических ресурсов, учитываемых в составе инвестиций в основной капитал.
На первом этапе проводится анализ динамики объёма инвестиций в основной капитал, что позволяет оценить общие масштабы и интенсивность инвестиционной активности в стране. Для оценки состояния производственных мощностей и потребности в их обновлении проводится оценка степени износа основных фондов. Содержательное наполнение инвестиций анализируется через направления их составляющие: долю инвестиций, направленных на реконструкцию и модернизацию основных фондов и долю инвестиций, направленную на новые технологии. Для оценки влияния на экономику инвестиций, направленных на реконструкцию и модернизацию, проводится построение моделей парной регрессии. Проводимый анализ позволяет выявить сложившиеся тенденции и охарактеризовать инновационно-технологическое развитие России на макроуровне. Для подтверждения выводов проводится и сопоставляется типология субъектов страны за 2010 и 2024 гг.
Ввиду отсутствия утвержденных на федеральном уровне нормативных значений показателей, характеризующих состояние экономической безопасности и инновационно-технологического развития, в настоящем исследовании используются пороговые величины, обоснованные в работах отечественных авторов. В частности, используются разработки Авдийского В.И. и Сенчагова В.К. «Методологии определения пороговых значений основных (приоритетных) факторов рисков и угроз экономической безопасности хозяйствующих субъектов» [3], а также система индикаторов, изложенная Калиным А.В. и Савельевой И.П. «Формирование пороговых значений индикативных показателей экономической безопасности России и ее регионов» [11].
Результаты исследования
Анализ инновационно-технологического развития России следует начать с анализа инвестиций в основной капитал (рисунок 1).
Рис. 1. Объём инвестиций в Российской Федерации в основной капитал за период 2010-2024 гг., млрд. руб. в постоянных ценах 2010 гг. Источник: составлено автором на основе данных Федеральной службы государственной статистики [32]
В динамике инвестиций в основной капитал наблюдается несколько промежутков времени, сопровождающихся падением инвестиционной активности. К первому относится период с 2014 по 2016 год, сопровождавшийся валютным и геополитическим кризисами. Ослабление курса национальной валюты в совокупности с введенными внешнеэкономическими ограничениями оказали негативное влияние на инвестиционный климат и привели к снижению инвестиционной активности в экономике страны. Непродолжительный этап восстановления, наблюдавшийся с 2017 по 2019 год, был прерван в 2020 году пандемией коронавируса. Негативное воздействие на инвестиционную активность оказывалось сразу несколькими факторами, среди которых: существенная неопределенность экономической ситуации, введенные карантинные ограничения, ограниченный спрос на продукцию и услуги.
Отдельно следует упомянуть 2022 год, в котором объём инвестиций продолжил увеличиваться несмотря на существенную неопределенность, внесенную геополитическим кризисом и последовавшими за ним внешнеэкономическими ограничениями. Как отмечается, положительная динамика сложилась за счет увеличение доли государственных инвестиций, в то время как инвестиционная активность за счет собственных средств предприятий на фоне неопределенности снизилась [10].
В динамике инвестиций в основной капитал за рассматриваемый период прослеживается положительная тенденция. Вместе с тем, с точки зрения обеспечения экономической безопасности как объём капитальных вложений, так и степень износа основных фондов находятся за пределами пороговых значений (табл. 1).
Таблица 1. Объём инвестиций в основной капитал в % от ВВП и степень износа основных фондов за период с 2010 по 2024 гг.
|
Годы
|
Объём инвестиций в основной капитал в % от ВВП
|
Степень износа основных фондов на конец отчетного года, %
|
|
2010
|
19,8
|
47,1
|
|
2011
|
21,
|
47,9
|
|
2012
|
21,6
|
47,7
|
|
2013
|
21,4
|
48,2
|
|
2014
|
20,9
|
49,4
|
|
2015
|
19,2
|
47,7
|
|
2016
|
19,1
|
48,1
|
|
2017
|
19,6
|
47,3
|
|
2018
|
20,1
|
46,6
|
|
2019
|
20,1
|
37,8
|
|
2020
|
20,6
|
39
|
|
2021
|
21,2
|
40,5
|
|
2022
|
22,9
|
40,5
|
|
2023
|
24,2
|
41,2
|
|
2024
|
25,1
|
42,3
|
Пороговое значение объёма инвестиций в основной капитал к ВВП определенное в работе Калина А.В. и Савельевой И.П. [11] в размере 40% может показаться излишним, однако в пользу столь высокого уровня существует несколько аргументов. Высокая доля накопления основного капитала позволяет произвести качественную модернизацию производственной составляющей экономики, осуществить её структурную перестройку и диверсификацию, а также существенно нарастить производство, что в совокупности способствует укреплению экономической безопасности государства.
В России за рассматриваемый период среднее значение объёма инвестиций в основной капитал в % от ВВП составляло 21,11%, что практически в два раза ниже указанного порогового значения. Недостаточность накопления основных фондов крайне негативно сказывается на процессах их воспроизводства и обеспечения продукцией отечественной экономики, а как следствие и экономической безопасности государства.
Согласно работе Авдийского В.И. и Сенчагова В.К. предельным интервалом для степени износа основных фондов в контексте обеспечения экономической безопасности является диапазон от 35% до 40% [3]. Анализ динамики данного показателя позволяет выделить несколько периодов, а именно: период системного превышения порогового значения с 2010 по 2018 год включительно, резкое снижение показателя в 2019 году и его постепенный рост вплоть до 2024 года. В первый период значение показателя практически не менялось и находилось в узком коридоре. Инвестиционная активность на данном этапе носила компенсирующий характер и не влекла за собой обновления средств производства. Резкое падение степени износа в 2019 году могло быть связано с совокупностью причин: массовым выбытием полностью изношенных и вводом новых мощностей, изменениями в законодательстве по учету амортизации и классификации, а также переоценка основных фондов. При этом, несмотря на резкое снижение показателя успех не был закреплен и наблюдается тенденция к росту степени износа и превышения порогового значения.
Обеспечение необходимого уровня инвестиций в основной капитал и темпов его обновления требует высокой инвестиционной активности от предприятий. Такая активность должна выражаться в опережающем росте инвестиций в основные фонды по сравнению с динамикой выручки, что на практике также является проблематичным (табл. 2).
Таблица 2. Динамика темпов роста инвестиций в основной капитал и сальдо прибылей и убытков за период с 2010 по 2024 гг.
|
Годы
|
Темпы роста объёма инвестиций в основной капитал, %
|
Темп роста Сальдо прибылей и убытков, %
|
|
2011
|
110,8
|
106,3
|
|
2012
|
106,8
|
102,8
|
|
2013
|
100
|
82,3
|
|
2014
|
98,5
|
57
|
|
2015
|
89,9
|
152,9
|
|
2016
|
99,8
|
161,9
|
|
2017
|
104,8
|
68,9
|
|
2018
|
105,4
|
131,6
|
|
2019
|
102,1
|
130,2
|
|
2020
|
99,9
|
76,9
|
|
2021
|
108,6
|
233,2
|
|
2022
|
106,7
|
58,8
|
|
2023
|
109,8
|
147,6
|
|
2024
|
108,4
|
77,8
|
Темпы роста сальдо прибылей и убытков организаций за рассматриваемый период демонстрирует наличие серьезных колебаний, в то время как темпы роста объёма инвестиций в ОС относительно стабильны. При этом инвестиционная активность предприятий имеет более длительные периоды восстановления после спадов, в то время как сальдированный результат способен к быстрому восстановлению. Важным фактом является то, что за рассматриваемый промежуток времени не наблюдается периодов со значительным и долгосрочным опережением темпов роста инвестиций над темпами роста сальдо прибылей и убытков. Данный факт может указывать на то, что предприятия не заинтересованы в реинвестировании прибыли не только в обновлении, но и расширении производства, поскольку могут находится в ловушке негативных ожиданий [23].
Помимо увеличения общего объёма инвестиций и обновления основных фондов принципиальное значение имеет их качественная направленность – модернизация действующих мощностей, создание и внедрение принципиально новых технологий, взамен устаревших.
Одним из показателей, характеризующих качественную составляющую инвестиций и уровень технологического развития отечественной экономики, является доля инвестиций, направленных на реконструкцию и модернизацию основных фондов. Работы по данным направлениям позволяют качественно совершенствовать производство и его технико-экономические показатели, путём увеличения производственных мощностей и качества производимой продукции, изменением её перечня, а также путём наделения производственных средств новыми качествами. Динамика показателя представлена в (табл. 3).
Таблица 3. Динамика доли инвестиций, направленных на реконструкцию и модернизацию в % от общего объёма инвестиций в основной капитал с 2010 по 2024 гг.
|
Годы
|
Доля инвестиций, направленных на реконструкцию и
модернизацию, %
|
|
2010
|
18,8
|
|
2011
|
19,3
|
|
2012
|
19,5
|
|
2013
|
18,8
|
|
2014
|
17,4
|
|
2015
|
17,3
|
|
2016
|
16,3
|
|
2017
|
16,1
|
|
2018
|
15,5
|
|
2019
|
14,7
|
|
2020
|
15,7
|
|
2021
|
14,6
|
|
2022
|
13,7
|
|
2023
|
14,7
|
|
2024
|
14,7
|
В рассматриваемом периоде доля инвестиций, направленных на реконструкцию и модернизацию, демонстрирует тенденцию к снижению своей доли в общем объёме. С 2010 по 2013 год наблюдается период относительной стабильности показателя на высоком уровне, после которого начинается долгосрочный период спада, что может указывать на смещение приоритетов инвестиционной активности с направления модернизации уже имеющихся мощностей на создание и приобретение новых. Данная тенденция была прервана лишь в 2023 и 2024 годах, когда показатель после достижения минимального значения в 2022 году немного увеличился и зафиксировался на отметке в 14,7%.
Поскольку инвестиции, направляемые на реконструкцию и модернизацию потенциально способны обеспечивать как экстенсивное расширение и реструктуризацию производства, так и создание принципиально новых технологий и продукции, представляется необходимым исследование направлений их фактического применения и сложившихся пропорций в структуре инвестиций. Отдельно выделим долю инвестиций, направленных на новые технологии (табл. 4).
Таблица 4. Динамика инвестиций в новые технологии в % от общего объёма инвестиций в основной капитал с 2010 по 2024 гг.
|
Годы
|
Инвестиции в новые технологии в общем объёме, в %
|
Темп роста, %
|
|
2010
|
4,1
|
-
|
|
2011
|
6,2
|
153,9
|
|
2012
|
6,5
|
104,9
|
|
2013
|
7,7
|
118,5
|
|
2014
|
8,2
|
105,5
|
|
2015
|
7,9
|
96,2
|
|
2016
|
8,0
|
101,3
|
|
2017
|
8,0
|
99,9
|
|
2018
|
7,5
|
94,3
|
|
2019
|
9,2
|
123,1
|
|
2020
|
9,5
|
102,6
|
|
2021
|
9,2
|
96,8
|
|
2022
|
8,5
|
92,1
|
|
2023
|
8,4
|
99,5
|
|
2024
|
9,5
|
113,1
|
Анализируя динамику доли инвестиций в новые технологии следует отметить рост показателя более чем в 2 раза, что указывает на постепенное повышение технологической составляющей инвестиционной активности предприятий. В динамике показателя можно выделить несколько периодов. В первый период с 2010 по 2014 год включительно наблюдается активный рост доли инвестиций в новые технологии в общем объёме инвестиций в основной капитал. Положительная динамика была прервана в 2015 году, когда на фоне экономического и геополитического кризиса доля показателя снизилась на 0,3 п.п. от общего объёма и стагнировала вплоть до 2018 года, когда вновь резко снизилась до 7,5%. В период 2019-2020 годов несмотря на развивающуюся пандемию показатель продемонстрировал резкий рост, достигнув максимального на тот момент значения в 9,5% от общего объёма инвестиций в основной капитал. Примечательно, что активное снижение показателя и его дальнейшая стабилизация пришлись на период с 2021 по 2023 год, когда общий объём инвестиций существенно вырос, при этом геополитический кризис 2022 года не оказал значительного влияния на долю инвестиций в новые технологии. Лишь в 2024 году показателю удалось сломить негативную тенденция и превысить докризисное значение, достигнув 9,5% от общего объёма инвестиций в основной капитал.
За рассматриваемый период в структуре инвестиций в новые технологии наибольшая доля затрат приходилась на укрупненные группы «Исследование и разработка» и «Приобретение машин и оборудования», занимающих в среднем 84,2% от общего объёма (рисунок 2).
Рис. 2. Изменение структуры затрат на новые технологии за период с 2010 по 2024 гг.
Источник: составлено автором на основе данных Федеральной службы государственной статистики [32]
Учитывая, что доля затрат на реконструкцию и модернизацию в общем объёме инвестиций в основной капитал изначально превышает долю инвестиций в новые технологии, а значительная часть последних приходится на исследование, разработку и приобретение готовых решений, то можно сделать вывод, что направление реконструкции и модернизации основных фондов в большей части используется для приведения производственных мощностей в соответствие с текущими технологическими и экономическими требованиями – то есть, для повышения их годности (актуализации), без замены технологической составляющей на инновационную.
Поскольку инвестиции в реконструкцию и модернизацию носят преимущественно актуализирующий характер, возникает необходимость оценки их влияния на инновационно-технологическое развитие экономики. В этих целях построены эконометрические модели парной регрессии при помощи обычного МНК. Для устранения нестационарности используется первая разность логарифмов. Специфика адекватна. Дисперсия остатков гомоскедастична. Автокорреляция и мультиколлинеарность отсутствуют. В скобках указаны стандартные ошибки. * обозначает значимость на 10-процентном уровне, *** обозначает значимость на 1-процентном уровне. Значимость на 5-процентном уровне (**) не обнаружена. Число наблюдений равняется 10.
В рамках первой модели в качестве зависимой переменной выбран валовой внутренний продукт (экстенсивное развитие), отражающий совокупные результаты экономической деятельности (1):
(1)
где LdGDP – первая разность логарифмов валового внутреннего продукта; LdREC1 – первая разность логарифмов доли инвестиций, направленная на реконструкцию и модернизацию с лагом в один год. Скорректированный R2 для (1) равен 0,415.
Модель (1) свидетельствует о статистической значимости инвестиций в реконструкцию и модернизацию, которые положительно влияют на объём выпуска продукции с лагом в 1 год.
В качестве зависимой переменной для второй модели используется удельный вес инновационных товаров (инновационное развитие), работ, услуг в общем объёме отгруженных товаров, выполненных работ, услуг (2):
(2)
где LdSIP – первая разность логарифмов удельного веса инновационных товаров, работ, услуг в общем объёме отгруженных товаров, выполненных работ, услуг.; LdREC - первая разность логарифмов доли инвестиций, направленная на реконструкцию и модернизацию; LdREC3 - первая разность логарифмов доли инвестиций, направленная на реконструкцию и модернизацию с лагом в 3 года Скорректированный R2 для (2) равен 0,403.
Модель (2) свидетельствует о статистической значимости инвестиций в реконструкцию и модернизацию, увеличивающих долю инновационной продукции в общем объёме продукции год к году и с лагом в 3 года.
Несмотря на относительно малую величину в общем объёме инвестиций в основной капитал и инвестиций в новые технологии, модели парной регрессии подтверждают, что инвестиции на реконструкцию и модернизацию все же могут рассматриваться в качестве одного из способов повышения инновационно-технологического развития экономики в краткосрочном или среднесрочном периоде.
С позиции обеспечения экономической безопасности и технологического суверенитета крайне важно, чтобы новые технологии активно внедрялись в экономику и заменяли старые. Среди пороговых значений для индикаторов экономической безопасности в работе Калина А.В. и Савельевой И.П. указывается критическое значение соотношения затрат на технологические инновации к общему объёму промышленной продукции в 2,5% [11]. В рамках предложенного авторского метода по оценке доли инвестиций в новые технологии данное пороговое значение не является применимым, в связи с чем возникает потребность в установлении отдельного критического значения.
С теоретической точки зрения, простое воспроизводство основных фондов предполагает, что объём вводимых мощностей компенсирует выбытие устаревших и изношенных средств труда. Расширенное воспроизводство в свою очередь требует устойчивого превышения вводимых мощностей над выбывающими. Экстраполируя данную логику на качественную составляющую инновационного процесса, можно утверждать, что объём инвестиций в новые технологии должен как минимум превышать стоимость ликвидируемых основных фондов. В связи с этим, в качестве нижней границы инвестиций в новые технологии, обеспечивающей экономическую безопасность, следует рассматривать объём выбывших основных фондов. Предлагаемый коэффициент имеет следующий вид (3):
(3)
где Кзт – коэффициент замены технологий, Vновые – объём инвестиций в новые технологии, Vликв – объём ликвидированных основных фондов.
Проведём анализ предлагаемого коэффициента по годам (табл. 5):
Таблица 5. Динамика коэффициента замены технологий с 2010 по 2024 гг.
|
Годы
|
Значение коэффициента
|
|
2010
|
0,658
|
|
2011
|
1,119
|
|
2012
|
1,172
|
|
2013
|
1,286
|
|
2014
|
1,087
|
|
2015
|
0,838
|
|
2016
|
0,922
|
|
2017
|
1,084
|
|
2018
|
0,951
|
|
2019
|
1,516
|
|
2020
|
1,516
|
|
2021
|
1,409
|
|
2022
|
1,336
|
|
2023
|
1,322
|
|
2024
|
1,888
|
Анализ динамики рассматриваемого коэффициента позволяет выделить несколько этапов. Период 2010-2014 гг. характеризовался восстановительным ростом после кризиса 2008-2009 гг. Однако геополитический и экономический кризисы прервали положительную динамику и привели к падению показателя ниже критической отметки (<1) в 2015-2016 гг. После адаптации к новым условиям в 2017 г. Начался этап восстановления, который с 2019 года характеризуется устойчивым превышением порогового значения. Не смотря на общий положительный тренд и среднее значение коэффициента за период в 1,207, соответствующее установленному критическому уровню, наличие периодов его нарушения в сочетании с волатильностью не позволяет говорить о устойчивости и достаточности объёма инвестиций в новые технологии для обеспечения технологического прорыва в краткосрочной перспективе. В связи с этим представляется целесообразным переход к целевым ориентирам, задаваемым интервалом 1,5-2,5, обеспечивающим расширенное воспроизводства инновационной составляющей. Дополнительного анализа требует и отраслевая структура инвестиций в соответствии с национальными приоритетами.
Результаты анализа позволяют охарактеризовать сложившуюся ситуацию в технологическом развитии отечественной экономики как технологическую стагнацию с локальными инновационными прорывами. Несмотря на кратное увеличение доли инвестиций в новые технологии, а также значительной части инвестиций, направленных на актуализацию производственных мощностей, структура инвестиций в основной капитал все еще остается ориентированной на старые технологии.
С точки зрения экономической безопасности сложившаяся ситуация несёт существенные угрозы для технологического суверенитета государства. В условиях ограниченности трудовых ресурсов, когда рост экономики невозможно обеспечить за счёт экстенсивных факторов, ориентация на старые технологии лишь укрепляет разрыв в эффективности и конкурентоспособности отечественной экономики.
Для подтверждения выводов о технологическом застое в отечественной экономике была проведена типология субъектов Российской Федерации в координатах «Доля инвестиций на новые технологии в общем объёме инвестиций – Темпы роста инвестиций». Критическая точка по оси ОX равна 1 (значение равенства уровня показателя по субъекту со среднероссийским уровнем). По оси ОY критическая точка равна 111% - значение темпа роста инвестиций в среднем по РФ (рисунок 3).
Рисунок 3. Матрица типологии субъектов Российской Федерации в 2010 г.
Источник: составлено автором
В 2010 году к левому верхнему квадранту «Технологическая экспансия» относились субъекты с высокой динамикой инвестиций в основные средства, но низкой долей инвестиций в новые технологии относительно общей величины инвестиций. К данному типу относится 30 регионов, что делает его самым многочисленным.
К правому верхнему квадранту «Интегральная экспансия» относится всего 12 субъектов страны. Данные регионы характеризуются как высокой динамикой инвестиций в основной капитал, так и высокой долей инвестиций в новые технологии.
Левый нижний квадрант «Технологическая стагнация» характеризуется как низкой динамикой инвестиций в основной капитал, так и низкой долей инвестиций в новые технологии. По численности данный квадрант занимает второе место с 28 субъектами в своём составе.
Правый нижний квадрант «Инновационная экспансия» является наименее многочисленным и включает в себя 10 регионов. Данный тип регионов является наиболее инновационно ориентированным, доля инвестиций в новые технологии в нём выше среднего значения по стране, однако сама динамика инвестиций в основные средства ниже среднего.
Следует отметить также и то, что инновационно ориентированные квадранты «Интегральная экспансия» и «Инновационная экспансия» имеют более высокое среднюю долю инвестиций, направленных на реконструкцию и модернизацию, 23,6% и 23,2% против 20,7% и 20,9% для квадрантов «Технологическая экспансия» и «Технологическая стагнация» соответственно.
В 2024 году зафиксировано перераспределение субъектов между квадрантами матрицы. Критическая точка по оси 0X равна 1(значение равенства уровня показателя по субъекту со среднероссийским уровнем). По оси 0Y критическая точка равна 109,1% - значение темпа роста инвестиций в среднем по РФ (рисунок 4).
Рисунок 4. Матрица типологии субъектов Российской Федерации в 2024 г.
Источник: составлено автором
Отмечается снижение численности в категориях «Интегральная экспансия» и «Инновационная экспансия»: в первый вошли 7 субъектов, в то время как во второй 8 субъектов. Квадрант «Технологическая экспансия» стал насчитывать 29 регионов в своём составе. Численность квадранта «Технологическая стагнация» достигла 38 субъектов (включая вошедшие в анализ Республику Крым и г. Севастополь).
Частичные изменения произошли и в ориентации квадрантов на актуализацию технологической составляющей путём проведения реконструкции и модернизации. Так, наиболее ориентированными по данному направлению стали квадранты «Технологическая экспансия» и «Технологическая стагнация» со средним значением в 21,2% и 19% соответственно. В то время как среднее значение доли инвестиций, направляемых на реконструкцию и модернизацию для квадранта «Интегральная экспансия» составило 15,9%, а для «Инновационная экспансия» 13,7%.
Отдельно стоит акцентировать внимание на концентрации инвестиций в новые технологии в отдельном субъекте – г. Москва. Доля затрат на новые технологии в общем объёме инвестиций в основной капитал только данного субъекта достигает 3,1%, что составляет чуть более трети от общего объёма инвестиций в новые технологии, в то время как второе место занимает Республика Татарстан с долей затрат в новые технологии 0,97% от общего объёма инвестиций в ОС.
Проведенная типология субъектов Российской Федерации подтверждает вывод о наличии инновационно-технологического застоя. Большая часть субъектов страны относится к квадрантам с долей затрат на новые технологии ниже среднего значения по стране. При этом почти половина из данных субъектов имеет низкие показатели динамики инвестиций в основной капитал. Все это осложняется тем, что актуализация производственных мощностей также стала производится преимущественно в низкотехнологичных квадрантах, что может указывать на её поддерживающий характер. В свою очередь локальные прорывы в 2024 году ярко демонстрируются наличием, во-первых, малым числом субъектов, относящихся к высоко инновационным квадрантам, а во-вторых, высокой долей затрат на новые технологии, приходящиеся именно на данные регионы.
Заключение
Проведенное исследование показало, что ключевой проблемой современного инновационно-технологического развития Российской экономики можно назвать его несбалансированную структуру. В условиях низкой инвестиционной активности доминирующее положение занимают затраты на приобретение устаревших технологий. Вторым по величине инвестиций является направление актуализации действующих мощностей, в то время как доля направления по созданию и разработке принципиально новых технологий остаётся минимальной, что существенно ограничивает возможности для осуществления технологического прорыва. Наряду с проблемой диспропорции в структуре инвестиций в основной капитал следует отметить, что часть показателей с точки зрения экономической безопасности не соответствуют их пороговым значениям, что в совокупности ставит под вопрос возможности обеспечения дальнейшего экономического роста и социально-экономической стабильности государства.
В сложившихся условиях первостепенной задачей государства становится стимулирование инвестиционной активности предприятий, направленной на качественное совершенствование производственной составляющей, а не её расширение. Данный подход в условиях ограниченности трудовых ресурсов может способствовать долгосрочной положительной динамике экономики.
Реализация политики стимулирования инвестиционной активности в настоящее время сопряжена с несколькими сдерживающими факторами: ограниченностью бюджетных средств, повышенными рисками инновационной деятельности, а также высокой стоимостью заемного финансирования. Одним из направлений, в котором все еще возможны послабления, является включение расходов на НИОКР в состав прочих расходов с применением повышающего коэффициента. Хотя в 2024 году правительством было принято решение о повышении коэффициента с 1,5 до 2, его значение в настоящее время остается недостаточным для полноценной компенсации рисков. Более того, перечень направлений НИОКР, по которым затраты могут быть приняты с повышающим коэффициентом носит узкоспециализированный характер, что обуславливает возможность для его расширения.
Помимо налоговых послаблений, требуется задействование комплекса институциональных механизмов, включающих развитие инструментов венчурного финансирования, совершенствование механизмов государственно-частного партнёрства, а также институтов коллективного инвестирования. Последнее направление представляется одним из наиболее перспективных, поскольку позволяет трансформировать сбережения населения в инвестиции, вовлекая в хозяйственный оборот значительный объём незадействованных финансовых ресурсов. Предлагаемые меры при их комплексном применении могут способствовать не только преодолению имеющихся проблем, но и укреплению экономического суверенитета и социально-экономической стабильности государства.
[1] Указ Президента РФ от 02.07.2021 № 400 "О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации" // КонсультантПлюс: справочно-правовая система. - URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_389271/ (дата обращения: 05.02.2026).
Источники:
2. Указ Президента РФ от 13.05.2017 № 208 \О Стратегии экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года\. КонсультантПлюс: справочно-правовая система. [Электронный ресурс]. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_216629/ (дата обращения: 05.02.2026).
3. Авдийский В.И., Сенчагов В.К. Методологии определения пороговых значений основных (приоритетных) факторов рисков и угроз экономической безопасности хозяйствующих субъектов // Экономика. Налоги. Право. – 2014. – № 4. – c. 73-78.
4. Ашинова М. К., Козлова Н. Ш., Козлов Р. С. Меры поддержки экономики России и возможные макроэкономические последствия в условиях санкционного давления // Новые технологии. – 2022. – № 3. – c. 127-133. – doi: 10.47370/2072-0920-2022-18-3-127-133.
5. Мызрова О.А., Горячева Т.В., Ревзина Е.М., Новикова И.Л. Влияние инновационной активности реального сектора экономики на уровень экономической безопасности федеральных округов РФ // МИР (Модернизация. Инновации. Развитие). – 2025. – № 1. – c. 82-100. – doi: 10.18184/2079-4665.2025.16.1.82-100.
6. Водомеров Н. К. Использование 4-секторной модели межотраслевого баланса для оценки нереализованного потенциала экономического роста // Теоретическая экономика. – 2024. – № 6. – c. 12-28. – doi: 10.52957/2221-3260-2024-6-12-28.
7. Вольчик В. В., Маслюкова Е. В., Пантеева С. А. Эволюция Российской инновационной системы: нарративы и влияние на экономический рост // Journal of new economy. – 2022. – № 4. – c. 6-25. – doi: 10.29141/2658-5081-2022-23-4-1.
8. Горшунова И. В., Белухин В. В. Стратегические подходы к организации проектов импортозамещения в Российском бизнесе // ЕГИ. – 2025. – № 3. – c. 140-146.
9. Трещевский Ю. И., Загорная Т. О., Праченко А. А., Бородкина Е. В. Инновационное развитие России — потребности и прогнозы национального и регионального уровней // РСЭУ. – 2023. – № 3. – c. 156-168.
10. Как изменилась инвестиционная активность в регионах России за год санкций. РБК-2023. [Электронный ресурс]. URL: https://www.rbc.ru/economics/16/03/2023/6410482c9a79477af92e9486 (дата обращения: 19.02.2026).
11. Калина А.В., Савельева И.П. Формирование пороговых значений индикативных показателей экономической безопасности России и ее регионов // Вестник Южно-Уральского государственного университета. Серия: Экономика и менеджмент. – 2014. – № 4. – c. 15-24.
12. Карпова С. В., Погодина Т.В. Импортозамещение в высокотехнологичном секторе как фактор устойчивого развития и модернизации транспортного комплекса России // Экономика. Налоги. Право. – 2024. – № 3. – c. 48-57. – doi: 10.26794/1999-849X‑2024-17-3-48-57.
13. Киреева Е. Ф., Караев А. К. Государственное управление экономическим ростом и инновациями: эффект инвестиций в оборонные НИОКР // Управленец. – 2025. – № 4. – c. 2-18. – doi: 10.29141/2218-5003-2025-16-4-1.
14. Клепач А. Н. Научно- технологический комплекс России: проблемы и перспективы развития // Научные труды Вольного экономического общества России. – 2021. – № 6. – c. 117-132. – doi: 10.38197/2072-2060-2021-232-6-117-132.
15. Колесов Е.С. Стратегический контроль эффективности инновационного развития коммерческой организации // Аудиторские ведомости. – 2024. – № 4. – c. 218-224. – doi: 10.24412/1727-8058-2024-4-218-224.
16. Красавина В. А., Скрынченко Б. Л. Анализ эффективности инновационной деятельности в России в 2020-2024 годах // Экономические системы. – 2025. – № 2. – c. 202-212. – doi: 10.29030/2309-2076-2025-18-2-202-212.
17. Кубанцев К. А. Технологический суверенитет как основа устойчивого экономического развития // Региональная и отраслевая экономика. – 2024. – c. 159-163.
18. Лапидус Л. В. Роль технологических инноваций в развитии бизнеса и цифровой трансформации в странах евразийского экономического союза // Государственное управление. Электронный вестник. – 2022. – № 95. – c. 223-239. – doi: 10.24412/2070-1381-2022-95-223-239.
19. Минаков А. В., Эриашвили Н. Д. Проблемы обеспечения экономической безопасности предпринимательской деятельности // Аудиторские ведомости. – 2024. – № 4. – c. 246-254. – doi: 10.24412/1727-8058-2024-4-246-254.
20. Паршин Н. М., Белоусов А. В. Проблемы инновационного развития экономики России на современном этапе // РСЭУ. – 2023. – № 1. – c. 153-164.
21. Сергеева К. Н. Проблемы развития высокотехнологичного сектора в современных условиях и пути их решения // Вестник евразийской науки. – 2023. – № 2. – c. 70.
22. Султанов Г. С., Султанов Н. Г. Цифровизация экономики и внедрения инновации как ключевые факторы обеспечения экономической безопасности в условиях глобализации // РППЭ. – 2024. – № 11. – c. 420-428. – doi: 10.26726/rppe2024v11dotea.
23. Суслов Н.И. Эффективность денежно-кредитной политики банка России и перспективы экономического роста // Экономическая политика России в межотраслевом и пространственном измерении: материалы VI Всероссийской научно-практической конференции ИНП РАН и ИЭОПП СО РАН по межотраслевому и региональному анализу и прогнозированию, г. Томск, 21-22 марта 2024 г. - Новосибирск. Новосибирск, 2024. – c. 21-28.
24. Шалаева Л. В. Тенденции обновления и уровень износа основных фондов организаций Российской Федерации: отраслевые аспекты // Креативная экономика. – 2022. – № 11. – c. 4299-4320. – doi: 10.18334/ce.16.11.116403.
25. Шимановский Д.В. Инновации как фактор экономического роста регионов России: эконометрический анализ // Вестник Пермского университета. Серия: Экономика. – 2022. – № 2. – c. 145-160. – doi: 10.17072/1994-9960-2022-2-145-160.
26. Якушев Н.О., Устинова К.А., Кочнев А.А. Импортозамещение как фактор развития отечественных цифровых технологий // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. – 2024. – № 3. – c. 82-101. – doi: 10.15838/esc.2024.3.93.5.
27. Яркова Т. М. Обзор инновационного развития промышленности в России // Вопросы инновационной экономики. – 2025. – № 2. – c. 489-504. – doi: 10.18334/vinec.15.2.122914.
28. Hasibul I. Dynamic effects of uncertainty, risks, R&D, and innovation on global economic growth // Innovation and Green Development. – 2025. – № 2. – p. 1-13. – doi: 10.1016/j.igd.2025.100225.
29. Hoa P.X., Xuan V.N., Thu N.T.P., Huong L.M. Nexus of innovation, foreign direct investment, economic growth and renewable energy: New insights from 60 countries // Energy Reports. – 2024. – p. 1834-1845. – doi: 10.1016/j.egyr.2024.01.050.
30. Koç Ş., Uctu R., Essop H., Mercan B. The impact of innovation on economic growth: A dynamic panel data analysis using system GMM approach // International Journal of Innovation Studies. – 2025. – № 1. – p. 20-30. – doi: 10.1016/j.ijis.2025.09.003.
31. Bugheanu A. M., Pricopoaia O., Beldiman C. M., Popa I., Cristache N., Iancu D., Lazarescu I. The implications of innovation in traditional industries: Revitalizing mature economic sectors // Journal of Innovation & Knowledge. – 2026. – p. 1-15. – doi: 10.1016/j.jik.2026.100959.
32. Официальная статистика. Федеральная служба государственной статистики: официальный сайт. – Москва. [Электронный ресурс]. URL: https://www.rosstat.gov.ru/folder/10705 (дата обращения: 03.02.2026).
Страница обновлена: 07.07.2026 в 01:17:46
Analysis of Russia's innovative and technological development in the context of economic security
Kosachev V.S.Journal paper
Economic security
Volume 9, Number 6 (June 2026)
Abstract:
Currently, achieving high rates of economic development is often associated with the introduction of innovations. For Russia, which is facing both external and internal constraints, the problem of qualitative improvement of the capabilities of the domestic economy and its sustainability is becoming more relevant than ever. The article analyzes existing problems in the innovative and technological development of the Russian economy and assesses them from the point of view of economic security. The article aims to develop proposals aimed at improving the innovative and technological development of the national economy. To achieve this goal, a number of indicators characterizing the level of innovative and technological development of the economy were evaluated, as well as their comparison with thresholds was made. The results of the analysis allow to conclude that at the moment the economy is experiencing technological stagnation with local innovative breakthroughs.
This thesis is also confirmed by the performed typology of the constituent entities of Russia based on the portfolio analysis method. The article provides the method of estimating the share of investments in new technologies in the total cost of fixed assets and the typology of constituent entities. The research findings and proposals may be valuable for public authorities in developing and refining policies aimed at ensuring technological sovereignty and economic development.
Keywords: investment activity, new technologies, economic security, technological sovereignty, technology actualization, innovation costs structure
JEL-classification: E22, G11, G31, F52, O33
References:
Ashinova M. K., Kozlova N. Sh., Kozlov R. S. (2022). Measures to Support the Russian Economy and Possible Macroeconomic Consequences Under Sanction Pressure. Novye tekhnologii. (3). 127-133. doi: 10.47370/2072-0920-2022-18-3-127-133.
Avdiyskiy V.I., Senchagov V.K. (2014). Methodologies for determining the threshold values of the main (priority) factors of risks and threats to economic security of business entities. Economy. Taxes. Law. (4). 73-78.
Bugheanu A. M., Pricopoaia O., Beldiman C. M., Popa I., Cristache N., Iancu D., Lazarescu I. (2026). The implications of innovation in traditional industries: Revitalizing mature economic sectors Journal of Innovation & Knowledge. 14 1-15. doi: 10.1016/j.jik.2026.100959.
Gorshunova I. V., Belukhin V. V. (2025). Strategic Approaches to the Organization of Import Substitution Projects in Russian Business. EGI. (3). 140-146.
Hasibul I. (2025). Dynamic effects of uncertainty, risks, R&D, and innovation on global economic growth Innovation and Green Development. 4 (2). 1-13. doi: 10.1016/j.igd.2025.100225.
Hoa P.X., Xuan V.N., Thu N.T.P., Huong L.M. (2024). Nexus of innovation, foreign direct investment, economic growth and renewable energy: New insights from 60 countries Energy Reports. 11 1834-1845. doi: 10.1016/j.egyr.2024.01.050.
Kalina A.V., Saveleva I.P. (2014). Formation of threshold values of indicative indicators of economic security of Russia and its regions. Bulletin of the South Ural State University. Series: economics and management. 8 (4). 15-24.
Karpova S. V., Pogodina T.V. (2024). Import Substitution in the High-Tech Sector as a Factor of Sustainable Development and Modernization of the Russian Transport Complex. Economy. Taxes. Law. (3). 48-57. doi: 10.26794/1999-849X‑2024-17-3-48-57.
Kireeva E. F., Karaev A. K. (2025). Government Regulation on Economic Growth and Innovation: The Effect of Public Investment in Defence R&D. The Manager. (4). 2-18. doi: 10.29141/2218-5003-2025-16-4-1.
Klepach A. N. (2021). Russian Science and TechnologyComplex: Problems and ProspectsOf Development. Scientific works of the Free Economic Society of Russia. (6). 117-132. doi: 10.38197/2072-2060-2021-232-6-117-132.
Kolesov E.S. (2024). Strategic control of the effectiveness of innovative development of a commercial organization. Auditorskie vedomosti. (4). 218-224. doi: 10.24412/1727-8058-2024-4-218-224.
Koç Ş., Uctu R., Essop H., Mercan B. (2025). The impact of innovation on economic growth: A dynamic panel data analysis using system GMM approach International Journal of Innovation Studies. 10 (1). 20-30. doi: 10.1016/j.ijis.2025.09.003.
Krasavina V. A., Skrynchenko B. L. (2025). Analysis of the Effectiveness of Innovation Activity in Russia in 2020-2024. Economic systems. (2). 202-212. doi: 10.29030/2309-2076-2025-18-2-202-212.
Kubantsev K. A. (2024). Technological Sovereignty as a Basis for Sustainable Economic Development. Regionalnaya i otraslevaya ekonomika. 159-163.
Lapidus L. V. (2022). Role of Technological Innovations in Business Development and Digital Transformation in Eurasian Economic Union Countries. Public administration. Electronic Bulletin. (95). 223-239. doi: 10.24412/2070-1381-2022-95-223-239.
Minakov A. V., Eriashvili N. D. (2024). Problems of ensuring economic security of entrepreneurial activity. Auditorskie vedomosti. (4). 246-254. doi: 10.24412/1727-8058-2024-4-246-254.
Myzrova O.A., Goryacheva T.V., Revzina E.M., Novikova I.L. (2025). The Impact of Innovation Activity in the Real Sector of the Economy on the Level of Economic Security of the Federal Districts of the Russian Federation. MIR (Modernization. Innovation. Research). (1). 82-100. doi: 10.18184/2079-4665.2025.16.1.82-100.
Parshin N. M., Belousov A. V. (2023). Problems of Innovative Development of the Russian Economy at the Present Stage. Rseu. (1). 153-164.
Sergeeva K. N. (2023). Actual Problems of Development of the High-Tech Sector. Vestnik evraziyskoy nauki. (2). 70.
Shalaeva L. V. (2022). Trends in renewal and depreciation of fixed assets in organisations of the Russian Federation: sectoral aspects. Creative Economy. 16 (11). 4299-4320. doi: 10.18334/ce.16.11.116403.
Shimanovskiy D.V. (2022). Innovations as a Factor of Economic Growth in the Russian Regions: Econometric Analysis. Perm University Herald. ECONOMY. 17 (2). 145-160. doi: 10.17072/1994-9960-2022-2-145-160.
Sultanov G. S., Sultanov N. G. (2024). Digitalization of the Economy and Introduction of Innovations as Key Factors of Ensuring Economic Security in the Context of Globalization. Rppe. (11). 420-428. doi: 10.26726/rppe2024v11dotea.
Suslov N.I. (2024). The effectiveness of the Bank of Russia's monetary policy and economic growth prospects Russia's economic policy in the intersectoral and spatial dimension. 21-28.
Treschevskiy Yu. I., Zagornaya T. O., Prachenko A. A., Borodkina E. V. (2023). Innovative Development of Russia — Needs and Forecasts at the National and Regional Levels. Rseu. (3). 156-168.
Vodomerov N. K. (2024). Using a 4-Sector Input-Output Model to Assess Unrealized Economic Growth Potential. Theoretical economy. (6). 12-28. doi: 10.52957/2221-3260-2024-6-12-28.
Volchik V. V., Maslyukova E. V., Panteeva S. A. (2022). Evolution of the Russian Innovation System: Narratives and the Impact on Economic Growth. Journal of New Economy. (4). 6-25. doi: 10.29141/2658-5081-2022-23-4-1.
Yakushev N.O., Ustinova K.A., Kochnev A.A. (2024). Import substitution as a factor in the development of domestic digital technology. Economic and Social Changes: Facts, Trends, Forecast. 17 (3). 82-101. doi: 10.15838/esc.2024.3.93.5.
Yarkova T. M. (2025). Overview of the innovative development of the industry in Russia. Russian Journal of Innovation Economics. 15 (2). 489-504. doi: 10.18334/vinec.15.2.122914.