Структурные факторы социально-экономического развития стран

Введение

Проблема неравномерного социально-экономического развития в мировой экономике уже пару столетий является одним из ключевых дискуссионных вопросов в рамках экономической теории. При этом практически каждая экономическая школа делает акцент на определенных факторах. Географические факторы являются объектом исследования представителей географического детерминизма и новой экономической географии. Фактор культуры находился в центре особого внимания у ученых немецкой исторической школы и впоследствии у институционалистов. Научная школа последних фокусируется на характеристиках институционального устройства стран и общего влияния институтов на макроэкономические процессы в целом. Сейчас институционализм обладает наибольшим весом среди всех экономических теорий в части объяснения причин существующей дифференциации социально-экономического развития. Однако в свете происходящей технологической трансформации мировой экономики все большее внимание уделяется также шумпетерианской теории экономического развития, основная идея которой состоит в том, что ключевую роль в развитии играют инновации и предпринимательство.

Основной целью данной научной работы является выявление ключевых структурных факторов социально-экономического развития на страновом уровне и выведение их авторской классификации на основании изученных теоретических подходов. На первом этапе исследования автором поставлена задача по уточнению содержания самого понятия «структурные факторы социально-экономического развития». После этого, во второй части работы, будут представлены результаты систематизации структурных факторов в отдельные группы по принципу первичности их возникновения. Это исследование послужит теоретической основой для формирования более системного подхода при осуществлении страноведческих исследований.

О понятии «структурные факторы социально-экономического развития»

Стоит отметить, что на данный момент нет какого-либо общепринятого определения данной категории. Во многих работах [10, 11, 14] используется понятие «структурные факторы экономического роста». Однако категории «экономическое развитие» и «экономический рост» нельзя назвать тождественными. Такой позиции придерживался, в частности, известный экономист Йозеф Шумпетер (1883-1950). Экономический рост ученым характеризовался в качестве роста общего производства товаров, в то время как экономическое развитие выражено инновациями в самом производственном процессе [9, с.24]. Иными словами, экономический рост – это количественное приращение экономических благ. В то же время экономическое развитие является более сложным и динамичным процессом, представляющим собой качественные преобразования в характере функционирования национальной экономики.

Многие исследования посвящены проблеме структурных сдвигов [17, 18, 21]. Данное явление представляет собой результат воздействия широкого комплекса факторов. Многие из этих факторов выражают сам процесс социально-экономического развития. Основным результатом их влияния является формирование более сложной структуры национальной экономики. При этом большое внимание здесь необходимо уделять социальной составляющей развития, а не только исключительно экономическим изменениям. Это обосновывается тем, что без обеспечения более равномерного доступа различных слоев общества к экономическим благам общий положительный экономический эффект в долгосрочной перспективе может оказаться крайне неустойчивым.

Точно так же, как в рамках шумпетерианской теории кластеры инноваций приводят к процессу созидательного разрушения, общность структурных факторов способствует нарушению исходной структуры национальной экономики. Это в свою очередь приводит к изменениям в общих принципах функционирования социально-экономической системы, а динамика подобных изменений характеризует мобильность социально-экономических процессов. Таким образом, структурные сдвиги можно охарактеризовать как процесс трансформации национальной социально-экономической системы и изменения пропорций между ее составными элементами. Структурные факторы выступают причинами структурных сдвигов и задают долгосрочный характер социально-экономического развития страны.

Стоит также обратиться к этимологии слов «структура» и «фактор». Оба слова имеют латинское происхождение. В то время как слово «структура» (от лат. structura) трактуется как строение, внутреннее устройство чего-либо, «фактор» восходит к латинскому factor – «делающий, производящий» [19, с.389, 473]. Д. Нортом в качестве «структуры» трактовались устойчивые характеристики общества, которые являются определяющими факторами его функционирования, – институты, технологии, демография и доминантные идеологические установки [7, с.143]. Под факторами в контексте социально-экономического развития обычно подразумеваются движущие силы, прямо или косвенно оказывающие воздействие на социально-экономические процессы. При этом факторы могут оказывать как краткосрочный, так и долгосрочный эффект. В рамках данного исследования в фокусе внимания автора находятся именно те факторы, которые приобретают устойчивый характер. Они определяют конфигурацию экономических отношений, а также соотношение возможностей и ограничений экономической деятельности. Таким образом, понятие «структурные факторы социально-экономического развития» в данной работе трактуется как совокупность исходных условий и движущих сил, задающих устойчивое направление социально-экономическим отношениям и процессам на страновом уровне либо способствующих долгосрочным качественным преобразованиям в характере функционирования национальной экономики.

Классификация структурных факторов социально-экономического развития

В этой части научной работы будут приведены результаты разработки авторской классификации структурных факторов. Основанием для выделения отдельных структурных факторов развития в определенную группу станет исследование эволюции теоретических подходов к обоснованию причин дифференциации развития на страновом уровне. Данная эволюция в целом соответствует переходу от традиционного типа общества к индустриальному, а затем и к постиндустриальному обществу.

На ранних этапах эволюции экономической теории неравномерное развитие различных стран во многом объяснялось факторами, не имеющими по своей сути экономическое содержание. Это прежде всего широкая группа географических факторов, нахоящихся в центре внимания представителей географического детерминизма. По мере развития иных теоретических подходов данная концепция стала постепенно расширяться и ее последователями стали учитываться иные факторы и их взаимодействие с географическими факторами. В рамках географического детерминизма социально-экономические процессы обосновываются наличием выхода к морю, степенью уязвимости страны перед природно-климатическими катаклизмами, расположением вблизи центров экономической активности, уровнем биоразнообразия и плодородности земель, изобилием природных ресурсов и иными географическими характеристиками страны [16, с.182].

В качестве примера влияния географических факторов на процесс социально-экономического развития служит регион Юго-Восточной Азии (далее – ЮВА). По подсчетам, на Филиппины обрушивается в среднем по 20 тайфунов в год, что вынуждает местный ЦБ периодически останавливать операции на финансовых рынках [28]. Для ЮВА подобные остановки торговли финансовыми активами и иной экономической деятельности по причине природных катастроф являются уже привычным делом. Воздействие факторов природно-климатического характера на устойчивое развитие стран региона вынуждает интеграционное объединение АСЕАН уделять повышенное внимание разработке совместных мер по снижению существующих рисков.

Более современным направлением является так называемая Новая экономическая география (далее – НЭГ), одним из основателей которой является нобелевский лаурет по экономике Пол Кругман (1954 – н.в.). Представители данного направления пытаются найти причины пространственного неравенства в деловой активности экономических субъектов. Кругманом была разработана модель, в которой он классифицирует территории по двум категориям – ядро (зачастую индустриально развитые территории, куда стекаются человеческие и иные ресурсы) и периферию (обычно более бедные территории, где существует ориентация на сельское хозяйство) [8, с.11]. Причиной концентрации развития в определенных регионах он называет желание экономических агентов использовать преимущества одновременно как от эффекта масштаба, так и от снижения логистических издержек. Эффективность использования этих преимуществ в той или иной стране определяет уровень ее индустриального развития. В странах с низкой эффективностью экономика обычно имеет ориентацию на сельское хозяйство, а в странах с более высокой – на более технологичные отрасли.

Следующей группой факторов являются социокультурные характеристики общества. А.А. Аузан в своих работах выдвигает три гипотезы относительно роли данной группы факторов (он их называет «социокультурными кодами») в экономике. Первая гипотеза заключается в том, что ценности человека осуществляют отбор его поведенческих установок, задают направленность экономической деятельности. В зависимости от силы этих ценностей формируется их иерархия. Можно найти подтверждение данной гипотезы во вьетнамской культуре. Влияние конфуцианства (а затем и коммунистической идеологии) поспособствовало формированию во вьетнамском обществе недоверия к купеческой и торговой деятельности, которая рассматривалась ранее как аморальное средство социальной мобильности [6, с.28].

Также А.А. Аузан выдвигает гипотезу о потенциале трансформации институтов благодаря изменениям поведенческих установок под воздействием меняющихся социокультурных характеристик. Возвращаясь к Вьетнаму, стоит обратить внимание на то, что после реформ Дой Мой произошла трансформация не только политической и экономической жизни Вьетнама, но и культурной. Торговая деятельность перестала рассматриваться в качестве чего-то выходящего за пределы системы культурных норм, а вовлеченность Вьетнама в международную торговлю неуклонно растет. Наконец, третья гипотеза А.А. Аузана связана с конкурентными преимуществами. Они формируются под воздействием определенных поведенческих установок [4, с.175]. Так, во многом благодаря приоритету в обществе коллективных целей над индивидуальными, многие страны Восточной и Юго-Восточной Азии в последние десятилетия преуспели в части эффективности стратегического планирования.

Фактор культуры становится причиной развития совершенно новых форм экономической деятельности. В качестве яркого примера здесь служит исламский банкинг, финансовые инструменты которого получают особое распространение в преимущественно мусульманских странах ЮВА. Согласно нормам шариата, при осуществлении финансовой деятельности запрещено взимание процентов, финансирование определенных видов деятельности, порицаемы спекулятивные операции и чрезмерный риск, а также должно быть предусмотрено разделение рисков между кредитором и заемщиком [2, с.59]. Исламские финансы предлагают технологии, соответствующие данным нормам. По мере более широкого распространения технологий исламских финансов они будут рассматриваться в качестве потенциальной движущей силы экономического прогресса и повышения деловой активности в странах с преимущественно мусульманским населением. Малайзия, Индонезия и Бруней являются одними из стран-лидеров по уровню распространения исламских финансов. Согласно данным на 2022 год, Малайзия имеет третью по величине в мире сумму активов исламского банкинга – чуть менее 250 млрд долларов США. Доля активов исламского банкинга в совокупных банковских активах в Малайзии составляет 31%, а в Индонезии – 7,1% [26, с.23-24]. Подобные исламскому банкингу технологии, позволяющие согласовывать ценностные ориентации стран ЮВА с целями их экономического развития, служат еще одним примером процесса созидательного разрушения.

Таким образом, выше были рассмотрены основные исходные характеристики стран, которые задают рамки социально-экономических процессов. Помимо географических и социокультурных особенностей здесь большое значение также имеют параметры исторического развития отдельно взятой страны или региона. В качестве аргумента может послужить тот же самый регион ЮВА. По мнению таких институционалистов, как Д. Аджемоглу и Д. Робинсон, колониальное прошлое стран данного региона определило развитие у них институтов преимущественно экстрактивного типа и большую роль неформальных институтов в сравнении с формальными [1, с.332-339]. Во многом именно структурные факторы первого уровня являются причиной того, что схожие формы структурных факторов высших уровней, о которых речь пойдет дальше, оказывают разное воздействие на социально-экономическое развитие отдельных стран.

На экономические процессы в любой стране оказывает влияние устоявшаяся система институтов формального (социально-политические) и неформального (культурные) типов. Вторые были рассмотрены выше в рамках анализа культурных факторов экономического развития стран. Стоит обратить отдельное внимание на формальные институты. В своих более ранних работах Д. Норт подчеркивает роль государственного устройства в экономическом развитии, что в том числе предполагает анализ всей институциональной системы. Именно государственные институты задают вектор экономического развития стран и обеспечивают функционирование системы формальных правил. И здесь Д. Норт вступил в полемику с неоклассической экономической школой, которая рассматривала государство в качестве экзогенного субъекта в процессе развития экономики, способного стимулировать его за счет применения политики, основной целью которой является установление «правильных цен». В его представлении это далеко не так и институты являются непосредственной причиной экономического развития, а политика «правильных цен» может быть эффективна только при наличии конкуренции на рынке. Конкурентная среда, в свою очередь, может быть обеспечена лишь при наличии сильного института защиты прав собственности [27, с.5]. Именно спрос на конкуренцию в обществе отдельно взятой страны становится основой для институциональных изменений. При переходе государства к порядку свободного доступа происходит его дальнейшее движение в сторону еще более конкурентной среды, что является основой для ускорения экономического развития. Стоит отметить, что культурные факторы, представляющие собой неформальные институты, выступают в данной ситуации исходным ограничителем институциональных преобразований и определяют существующий для выбора набор формальных институтов в точках исторического перелома [5, с.82].

Несколько отличен в сравнении с позициями других представителей институционализма подход корейского экономиста Ха-Джун Чанга. Он подвергает критике привычную для представителей институциональной экономики склонность к поиску универсальной формулы успеха для всех стран мира через выстраивание определенной системы институтов. В частности, он с большим скепсисом относится к политике Всемирного банка и МВФ по отношению к развивающимся странам-заемщикам. При предоставлении этим странам кредитов зачастую выдвигаются условия реформирования институциональной системы в универсальной для всех стран форме. Подобную практику стали перенимать и отдельные страны-кредиторы. В качестве таких институтов обычно принимаются институты англо-американского образца, нацеленные на максимизацию рыночных свобод [22, с.473-474]. Упрощенный подход к институциональным реформам, по мнению экономиста, не может быть эффективным. Необходим комплексный анализ параметров развития, сопряженных этим реформам. В ином случае одни и те же институциональные формы могут давать принципиально разный результат в отдельных странах.

Среди отечественных институционалистов можно выделить Р.М. Нуреева. Он уделяет особое внимание историческому контексту институционального и экономического развития. Так, например, подчеркивается, что репутация английской правовой системы стала во многом одной из причин ранней относительно других стран Западной Европы концентрации деловой активности в Англии и ее стремительного экономического развития [12, с.124-128]. Большое влияние, безусловно, оказало и расширение финансового рынка и вместе с тем финансовых возможностей экономических агентов. Такие инструменты, как векселя, позволявшие обходить неформальные установки католической церкви (в частности, запрет на взимание процента), способствовали увеличению торговой активности.

Изменения в культурной жизни Европы с распространением протестантских течений Р.М. Нуреев также выделяет в качестве причин кардинальных институциональных преобразований и формирования основы для развития предпринимательства. Он отмечает еще и то, что политические институты напрямую участвовали в развитии капиталистической модели в европейских странах, а концепции невмешательства стали придерживаться лишь на последнем этапе ее формирования. Иными словами, переход к саморегулированию рынка стал возможен лишь после выстраивания фундамента для эффективного функционирования институциональной системы. Институты власти за период трансформации с XIV по XIX век оказывали прямое воздействие на развитие торговли и промышленности, совершенствование правовой системы, а также улучшение системы образования и инфраструктуры. Осуществлялась протекционистская политика для защиты национальных предприятий от иностранной конкуренции. Большое значение имел также период относительной политической стабильности в странах Западной Европы с 1815 по 1914 год.

Доступность энергоресурсов и обеспечение энергетической безопасности также играют большую роль в устойчивом развитии национальной экономики любой страны. Наблюдающаяся геополитическая турбулентность в мире подчеркивает проблему зависимости стран от импорта источников энергии. Многие страны поставлены в уязвимое положение ввиду увеличения дефицита энергоресурсов, а также роста цен на мировых товарных рынках. Текущий конфликт на Ближнем Востоке, приведший к перекрытию Ормузского пролива, в полной мере высветил проблему обеспечения энергетической безопасности во многих странах мира. Порядка 75% населения планеты проживает в странах, являющихся нетто-импортерами ископаемых источников энергии [24]. Многие страны стали экстренно искать варианты для диверсификации географической структуры собственного импорта энергоресурсов. При этом большое значение имеет не только наличие у страны источников энергии, но и способность производить их в конечный продукт, развитие обрабатывающих отраслей. Многие страны, богатые сырьевыми ресурсами, сталкиваются с проблемой диверсификации экономики. Во многом это связывается с утратой стимулов к развитию вторичного сектора. Это в свою очередь приводит и к торможению институциональных реформ ввиду того, что элиты основной своей целью видят максимизацию экономической ренты, а институты, ограничивающие их возможности в данном направлении, идут вразрез с этой целью [3, с.31].

Помимо финансовой, институциональной и энергетической составляющей развития, большое значение имеет качество и эффективность национальной инфраструктуры. Особенно острой является проблема развития инфраструктуры для стран с неравномерным региональным развитием. В странах ЮВА характерным примером в данном отношении являются островные Филиппины и Индонезия. Слабое развитие новой либо устаревание уже имеющейся инфраструктуры может оказывать крайне негативный долгосрочный эффект на экономику страны в связи с возможными внутренними и внешними шоками, а также периодами экономической стагнации. В таком случае существует риск заметного возрастания производственных издержек и сопутствующего снижения конкурентоспособности национальной экономики, снижения общего качества жизни [20, с.182].

В контексте повышения предпринимательской активности населения большое значение имеет развитие человеческого капитала. Необходимым является внедрение более гибких образовательных практик, которые будут способствовать развитию у подрастающих поколений креативного начала. Большинство существующих образовательных подходов вырабатывают склонность решать задачи через шаблонное мышление. Кроме того, в большинстве стран мира имеет место слабое оснащение образовательных учреждений современными технологиями. При этом неравномерность распространения технологий имеет место как между странами, так и отдельными административно-территориальными единицами. Это создает угрозу дальнейшего социального разрыва между обеспеченными и бедными социальными слоями. Также стоит акцентировать внимание на важности дальнейшего распространения в системе высшего образования практики использования междисциплинарного подхода к решению актуальных проблем и усиления взаимодействия предпринимательства и науки, что в теории должно лишь еще больше усилить процессы созидательного разрушения.

Стоит также уделять особое внимание проблеме эффективности системы здравоохранения. Современная реальность такова, что в связи со стремительными изменениями в жизни современного общества, в том числе значительным повышением роли информации, на первый план выходят проблемы не столько физического здоровья (в этом отношении человечество достигло существенного прогресса за последние десятилетия, что в том числе выражается увеличением средней продолжительности жизни), сколько здоровья ментального, неудовлетворительное состояние которого может снижать общую продуктивность человека и ограничивать стимулы к активной экономической деятельности. Повальная урбанизация, разрушение системы человеческих отношений, привычной для предшествующего постиндустриальной эпохе периода, а также повсеместное информационное давление на личность при расширении цифровой экономики, – все эти факторы приводят к психологическим проблемам людей, росту агрессии и социальной напряженности. Социальные проблемы усиливает также и повсеместный тренд на старение населения. Все эти факторы оказывают дестабилизирующее воздействие на предпринимательство как таковое, ведь именно люди являются его движущей силой.

Одной из самых актуальных концепций социально-экономического развития для современной постиндустриальной эпохи является шумпетерианская теория. Здесь прежде всего необходимо заострить внимание на том, что Й. Шумпетер одним из первых заинтересовался процессом развития экономики в динамике, а не рассмотрением экономических явлений в статичном состоянии, что было свойственно в том числе для маржиналистской школы. Он использует понятие «созидательного разрушения», впервые использованное В. Зомбартом и которое в его представлении обозначает изменение параметров экономики в связи с внедрением кластера инноваций, технологий и новых комбинаций использования факторов производства [15, с.50]. Именно инновации выступают в качестве одного из основных результатов взаимодействия структурных факторов первого и второго уровня и способствуют последующему расширению экономической специализации стран. Так, например, на 2024 год 9 из 15 стран-лидеров по Глобальному инновационному индексу [25], также входили в список 15 стран-лидеров по индексу экономической сложности [23].

С процессом созидательного разрушения связано возникновение кризисов в экономике, к которым Й. Шумпетер относился скорее позитивно, так как они способствуют оздоровлению экономической системы ввиду снижения количества неэффективных компаний. Действительно, когда экономические субъекты выходят за рамки своеобразной зоны комфорта, а негативное влияние различных факторов приводит к ухудшению показателей эффективности используемых практик ведения бизнеса, им приходится пересматривать свое видение хозяйственного процесса, внедрять инновации, которые могут быть выражены не только какими-либо прорывными технологиями, но также, например, использованием новых подходов к менеджменту или маркетингу. Инновации, в свою очередь, во многом и становятся источником экономических шоков, так как в случае их успешной имплементации одними экономическими субъектами другие вынуждены догонять первопроходцев, чтобы не уступить позиции в конкурентной среде. И именно за счет этого происходит постоянный процесс развития экономики и усовершенствования системы экономических отношений. Страны, наиболее эффективно реализующие свои стратегии инновационного развития, оказываются в более конкурентоспособном положении в мировой экономике.

Одним из наиболее актуальных примеров является современный финансовый сектор, где на постоянной основе идет противостояние финтехов, повально внедряющих инновационные финансовые продукты и технологии, и классических банков, старающихся не отставать от стремительно меняющихся трендов. Первые часто имеют преимущества в знаниях, человеческом капитале и новизне идей, вторые – в финансовых возможностях для того, чтобы эти идеи своевременно материализовать в реальность. Между этими двумя группами финансовых учреждений происходит одновременный процесс борьбы и сотрудничества и в отрасли останутся лишь те из организаций, которые смогут подстроиться под стремительно меняющиеся тренды. Этот пример также служит доказательством двусторонней связи между инновациями и факторами нижних уровней.

М. Портер выделяет четыре свойства стран, способствующих их конкурентоспособности в той или иной отрасли и составляющих так называемый национальный «ромб» [13, с.111-113]. Первым таким свойством является характеристика иных факторов (например, человеческого капитала или инфраструктуры), имеющих большое значение для конкретной отрасли. Так, например, наличие молодой, достаточно квалифицированной рабочей силы со знанием английского языка предопределило сильные позиции Филиппин на мировом рынке услуг. В качестве второго свойства ученый выделяет параметры внутреннего спроса. То, насколько высокую планку потребители ставят своими требованиями к производителям товаров и услуг, определяет динамику изменений в отрасли. Во многих странах ЮВА в силу непропорционального регионального развития растет спрос на цифровые решения в области образования и в иных направлениях. Это способствует возрастанию запросов в обществе к более качественным технологиям, которые могут сделать доступность образовательных услуг более широкой. Третье свойство выражается международной конкурентоспособностью родственных отраслей. Таиланд вряд ли бы добился успехов в развитии автомобилестроения без сопредельного развития производства автокомпонентов, электроники, сталелитейной промышленности и иных связанных отраслей. И наконец в качестве четвертого свойства М.Портером выделяются условия, определяющие характер конкуренции на внутреннем рынке страны, а также задающие направление стратегиям и особенности внутреннего устройства компаний. Профессиональная этика зарубежных китайцев, расселившихся в странах ЮВА в результате нескольких миграционных волн, общинное устройство их диаспоры, а также характерные черты корпоративной структуры основанных ими компаний задают вектор развития внутреннего рынка в исследуемых странах. Концентрация капитала поспособствовала значительному расширению влияния клановых формирований, которое распространилось и на политические институты. Для того, чтобы страна была успешна в наукоемких отраслях, по мнению М.Портера, имеют значение все вышеописанные свойства в едином комплексе. Только в таком случае ее экономические субъекты способны занять более конкурентоспособное положение на мировом рынке. В качестве дополнительных вводных, которые могут принципиально изменить положение дел, ученым называются случайные события (геополитические потрясения, появление новых технологий, изменение структуры и характера международных рынков) и действия властей (институциональный фактор) .

На основнии изученных теоретических положений и исследования эволюции экономической теории автором была разработана классификация основных структурных факторов социльно-экономического развития на страновом уровне. Результаты этой разработки представлены в виде схемы на рисунке 1. Сразу необходимо подчеркнуть, что взаимодействие структурных факторов всех уровней носит системный характер и факторы высшего уровня возникновения в том числе меняют контуры влияния факторов низших уровней. Это обосновывается цикличным характером социально-экономических процессов, а также сменой одних технологических укладов другими. По мере внедрения инноваций происходят изменения, затрагивающие, например, социокультурные характеристики общества и его институциональное устройство, параметры развития финансовой системы, что отчеливо прослеживается в современную эпоху цифровой трансформации.

Источник: составлено автором.

Рисунок 1 – Взаимодействие структурных факторов социально-экономического развития на страновом уровне

Факторы исторического развития, географического расположения страны, а также особенностей культуры и социальной структуры общества определяют исходные условия для формирования определенной траектории развития экономических и иных отношений. Они же становятся причиной того, что одни и те же формы факторов второго уровня, представляющих собой движущие силы развития, могут оказывать разный эффект в отдельно взятых странах. Процесс социально-экономического развития любой страны во многом выражается структурными факторами второго уровня – развитием человеческого капитала, инфраструктуры, финансовой системы и институционального устройства, обеспечением энергетической безопасности. Результатом взаимодействия всех этих факторов является степень сложности национальной экономики, проявляющаяся в свою очередь в структурных факторах третьего уровня – инновациях, экономической специализации страны и ее позиции в мировой экономике.

Заключение

Подводя итог проведенному исследованию структурных факторов социально-экономического развития, важно подчеркнуть, что на данный момент не существует какого-то универсального подхода к определению данной категории факторов. В этой статье структурные факторы рассматриваются автором в качестве совокупности исходных условий и движущих сил, задающих устойчивое направление социально-экономическим отношениям и процессам на страновом уровне либо способствующих долгосрочным качественным преобразованиям в характере функционирования национальной экономики. В качестве ключевых структурных факторов первого уровня выделены исходные исторические, социокультурные и географические параметры развития отдельно взятой страны. Они не являются движущей силой самого процесса социально-экономического развития, однако задают рамки и контуры его дальнейшего направления. Что касается структурных факторов второго уровня, то они создают основу для качественных изменений в экономике стран. Это такие важные составляющие развития, как человеческий капитал, финансовая система, инфраструктура, энергетическая безопасность и институты. В зависимости от эффективности взаимодействия структурных факторов первого и второго уровня можно говорить о конкурентоспособности положения страны в мировой экономике. Результат этого взаимодействия выражен в структурных факторах третьего уровня – инновациях, экономической специализации страны и характере ее включенности в мировую экономику. При этом автором делается вывод о двусторонней связи между факторами высшего и низших уровней в связи с цикличным характером социально-экономических процессов. Полученные результаты исследования теоретических подходов к анализу причин дифференциации стран по уровню их социально-экономического развития могут быть использованы при осуществлении последующих страноведческих исследований.