Специальные экономические зоны как инструмент торгово-промышленного сотрудничества стран БРИКС
Сагинова О.В.1 
, Халимендик В.Б.1,2
1 Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова, Москва, Россия
2 Особая экономическая зона технико-внедренческого типа «Дубна», Дубна, Россия
Скачать PDF | Загрузок: 1
Статья в журнале
Экономика, предпринимательство и право (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку
Том 16, Номер 3 (Март 2026)
Аннотация:
Достижение технологического лидерства является ключевой целью экономического и социального развития РФ. Среди созданных институтов развития и поддержки инновационной деятельности важную роль играют специальные экономические зоны, предоставляющие значительные выгоды участникам международного бизнеса. В России зоны с льготным правовым и таможенным режимом регулируются Федеральным законом и называются особыми экономическими зонами. Эти зоны фокусируются на развитии отраслей, предоставляя резидентам преференции вроде сниженных налогов и упрощенной бюрократии. Российская Федерация активно развивает международное сотрудничество специальных экономических зон в странах БРИКС в области торгово-промышленной кооперации, создания транспортно-логистических хабов, обеспечения доступа к новым цепочкам поставок, а также создания совместных предприятий с партнерами из странам БРИКС. Преимущества специальных экономических зон для международного бизнеса - высокотехнологичная среда, большое число резидентов и инвесторов, свободная таможенная зона, развитая инфраструктура и государственная поддержка, высокая инвестиционная привлекательность - делают такие зоны в России и странах БРИКС эффективными и инвестиционно привлекательными для развития торгово-промышленного сотрудничества. В статье проведено сравнение преференционных режимов специальных экономических зон в странах БРИКС и выделены существующие трудности и барьеры, а также основные направления развития сотрудничества между такими зонами в странах БРИКС
Ключевые слова: особая экономическая зона, специальная экономическая зона, СЭЗ, ОЭЗ, технологическое лидерство, международный бизнес, международное партнерство, страны БРИКС, инвестиционная привлекательность
JEL-классификация: R58, O31, F23, P45, H54
Введение
Одной из ключевых национальных целей устойчивого экономического и социального развития Российской Федерации является достижение технологического лидерства. Механизмы достижения технологического лидерства и роль государства в его достижении через ускоренное развитие технологических компаний представляют собой актуальную научную и практическую задачу, на решение которой направлены как научные исследования, так и создание различных институтов поддержки технологических компаний [2]. Эффективным институтом развития и инструментом государственной поддержки технологических компаний являются специальные экономические зоны России (СЭЗ). В России такие территории с льготным режимом для бизнеса регулируются Федеральным законом № 116-ФЗ и называются особыми экономическими зонами. Термины «специальные экономические зоны» (СЭЗ) и «особые экономические зоны» (ОЭЗ) в российском контексте часто используются как синонимы, обозначая территории с льготным режимом для бизнеса, но имеют нюансы в определениях и применении. СЭЗ – это более общее или международное обозначение зон с особым юридическим статусом, льготными налогами и таможенными условиями для привлечения инвестиций. Англоязычный термин для этого понятия один – Special Economic Zones (SEZ).
Различия в терминах СЭЗ и ОЭЗ обобщены в таблице 1.
Таблица 1
Различия между СЭЗ и ОЭЗ
|
Аспект
|
СЭЗ
(специальные)
|
ОЭЗ (особые)
|
|
Цель
|
Привлечение
иностранного капитала, свободная торговля
|
Развитие
отраслей, импортозамещение, инновации
|
|
Создание
|
Федеральный
закон, акцент на внешние инвестиции
|
Региональные
решения, без свободной таможенной зоны
|
|
Льготы
|
Нулевые пошлины,
таможенные склады
|
Налоговые
каникулы, субсидии, льготная аренда
|
Поскольку целью данной статьи является рассмотрение возможностей, которые сотрудничество специальных экономических зон предоставляет развитию стран БРИКС, мы будем использовать термин «специальные экономические зоны» (СЭЗ).
СЭЗ начали появляться в России с 2005 года, и на начало 2026 г. их в стране 59. Специальные экономические зоны предоставляют международному бизнесу значительные преимущества [4]. Компании, работающие в СЭЗ, освобождаются или получают значительные скидки на налоги и пошлины, что уменьшает издержки и повышает прибыльность их деятельности. СЭЗ часто расположены в стратегически важных регионах с развитой инфраструктурой, что облегчает экспорт и импорт продукции, обеспечение поставок и выход на международные рынки. Взаимодействие в СЭЗ с другими иностранными компаниями и высокий уровень конкуренции способствуют внедрению современных технологий и инновационных решений. СЭЗ усиливают экспортный потенциал страны, улучшают ее экономические позиции на мировой арене. Они также способствуют развитию отечественного производства и импортозамещению за счет платежеспособного спроса и выгодных условий ведения бизнеса [7].
Целью статьи является выявление современных тенденций развития СЭЗ в станах БРИКС и выгод, которые приносят странам этого объединения сотрудничество СЭЗ. Проведенное сравнение преференциальных режимов СЭЗ стран БРИКС показывает направления развития их сотрудничества с ведущими российскими специальными экономическими зонами. Научная новизна статьи заключается в выявлении барьеров для развития сотрудничества в современных условиях санкционного давления.
Статья подготовлена на основе анализа научных публикаций, официальных документов СЭЗ стран БРИКС в открытых источниках и обобщения опыта международного сотрудничества СЭЗ «Дубна». В исследовании использованы методы сравнительного анализа, синтеза, систематизации и обобщения.
СЭЗ БРИКС и их преференциальные режимы
Специальные экономические зоны (СЭЗ) – географически ограниченный район, на территории которого хозяйствующие субъект-резиденты получают целевую многоплановую поддержку для осуществления определенных видов экономической деятельности [12]. Статус СЭЗ предполагает наличие на территории особого правового режима, единую управляющую единицу, особый регулятивный режим (таможенный, налоговый), инфраструктурную поддержку государственной и местной власти [8]. Каждая специальная экономическая зона уникальна, поскольку предназначена для реализации различных целей и задач на конкретной территории базирования, но анализ тенденций эволюции и развития СЭЗ представляет интерес для понимания влияния на них как внешних, так и внутренних факторов [8]. К внешним факторам относятся ключевые мировые экономические и политические события, достижения технологического прогресса. Внутренние факторы включают конкретные цели создания СЭЗ, местонахождение, специализация, особенности преференциального режима, используемые модели управления. Изменение внешних факторов влияет на внутренние факторы, приводя к изменениям их специализации и появлению новых типов СЭЗ.
Специальные экономические зоны в странах БРИКС определяются как территории с преференциальными режимами (налоговые льготы, упрощенная таможня, инфраструктурная поддержка), предназначенные для ускорения экономического роста, привлечения инвестиций и развития целевых отраслей [5].
Страновые особенности, типы и приоритеты СЭЗ БРИКС представлены в таблице 2.
Таблица 2
Страновые особенности СЭЗ БРИКС
|
Страна
|
Ключевые типы СЭЗ
|
Основные приоритеты
|
|
Россия
|
Всего
64: Промышленно-производственные – 38 зон (лидеры: «Алабуга», «Липецк»).
Туристско-рекреационные – 12 зон («Байкал», «Алтайская долина»). Технико-внедренческие –
7 зон (Иннополис, Дубна, Томск). Портовые – 2 зоны («Ульяновск»,
«Лотос»)
|
Импортозамещение,
цифровизация, экспорт
|
|
Китай
|
более
2000: Шэньчжэнь, FTZ (Шанхай, Хайнань), зоны высоких технологий
(Чжунгуаньцунь) и промышленные парки (Сучжоу)
|
Инновации,
«зеленые» производства
|
|
Индия
|
300:
IT-парки (Гугурам, Бангалор), логистические, текстильные и фармацевтические
зоны
|
Экспортная
ориентация фокус на услуги, МСП и локализацию
|
|
Бразилия
|
Около
20: торговые (Manaus Free Trade Zone), промышленные
|
Электроника,
туризм
|
|
ЮАР
|
10
промышленных зон (Coega IDZ, Dube TradePort), агрозоны
|
Авто,
агро, логистика, зеленая энергетика
|
|
Египет
|
Более
200, включая 9 государственных: Суэцкий канал: логистика, судостроение,
нефтехимия,
Золотой треугольник: горнодобыча, туризм, инфраструктура |
Диверсификации
экономики, использование возможностей Суэцкого канала и туризма
|
|
ОАЭ
|
Более
40: JAFZA (Джебель Али) логистика, производство, торговля
DMCC (Дубай) – металлы, криптовалюта; Dubai Silicon Oasis – IT, электроника, ADGM (Абу-Даби) – финтех, услуги |
Технологии,
торговля, финансовые услуги, включая криптовалюту
|
СЭЗ в странах БРИКС активно интегрируются в международные торгово-экономические связи, способствуя развитию национальных экономик и технологическому обмену между участниками блока. На территории стран БРИКС действует более 3000 особых экономических зон – это около 40% от мирового ВВП [9].
В Китае СЭЗ являются частью более широкой системы 2638 особых экономических зон (ОЭЗ), ориентированных на комплексное развитие промышленных и технологических кластеров. Основная задача СЭЗ, первые из которых были запущены в КНР еще в 1980 г. и стали основой экономического прорыва страны, развивать экспортноориентированные производства за счет особых таможенных и налоговых режимов. Наиболее успешные примеры включают Шэньчжэнь, Сямэнь и Пудун, где за прошедшие десятилетия выросли мегаполисы с экспортноориентированной экономикой [6, 13, 14, 19].
Специальные экономические зоны Индии – это 276 территорий, созданных с 2005 года по закону «SEZ Act» для стимулирования экспорта, привлечения прямых иностранных инвестиций и создания рабочих мест, с фокусом на развитие сектора услуг и IT-технологий. Гугурам, Бангалор, Хайдарабад – глобальные хабы высокотехнологичных компаний. В 2026 в стране обсуждается новый закон о СЭЗ, которые должны быть ориентированы не только на экспорт, но и на внутренний рынок и интеграцию с государственной программой «Сделано в Индии» [6, 17, 19].
В Бразилии крупнейшая СЭЗ Манаус (Zona Franca de Manaus) была создана в 1967 для развития региона Амазонии и диверсификации экономики страны. В 15 штатах страны созданы зоны экспортного производства (EPZ) с особым таможенным режимом и без пошлин на импорт/экспорт. Специализация СЭЗ Бразилии – это автомобильная, химическая, текстильная промышленность. В отличие от строго ориентированных на экспорт специальных экономических зон Китая и Индии бразильские СЭЗ ориентированы и на внутренний рынок и региональное развитие [6, 15, 19].
Одиннадцать cспециальных экономических зон ЮАР, работающих по закону 2014 года, ориентированы на экспорт, промышленную локализацию и африканскую интеграцию. Успешные СЭЗ ЮАР включают Coega IDZ и Dube TradePort – лидеров по инвестициям и экспорту и интегрированные в африканские логистические цепочки. Coega IDZ (Порт-Элизабет) – первая и крупнейшая СЭЗ страны с глубоководным портом, запущена в 2002 году. Dube TradePort (Дурбан) – логистический хаб с аэропортом и портом, специализируется на экспорте агропродукции и электроники [6, 18].
В таблице 3 представлены существующие преференциальные режимы СЭЗ стран БРИКС.
Таблица 3
Преференциальный режим СЭЗ стран БРИКС
|
№ п/п
|
Налоговые льготы
|
Неналоговые льготы
|
|
1
|
Россия
| |
|
|
Налог
на прибыль на срок действия резидентского соглашения – 2% в федеральный
бюджет, от 0 до 13,5% в региональный бюджет;
освобождение от налога на имущество на 10 лет; освобождение от земельного налога на 5 лет |
Наличие
готовой инфраструктуры;
беспошлинный ввоз оборудования, сырья и материалов на территорию СЭЗ; сопровождение инвестора в режиме одного окна; право аренда / выкупа земли без торгов |
|
2
|
Бразилия
| |
|
|
Освобождение
от налога на импорт;
освобождение от налога на промышленное оборудование (IPI), экспортного налога (IE), социальных взносов (PIS/COFINS); скидка 75% на корпоративный налог (IRPJ) |
Долгосрочная
правовая защита;
упрощенные процедуры для региональных проектов |
|
3
|
Египет
| |
|
|
Налоговые
каникулы для резидентов СЭЗ до 10 лет;
упрощенный режим репатриации прибыли – отсутствие ограничений на перевод прибыли и дивидендов в иностранной валюте освобождение от таможенных пошлин на импорт освобождение от НДС и внутренних налогов на операции, связанные с производством и экспортом разрешен перенос убытков на будущие годы (срок до 5 лет) |
Защита
от национализации и экспроприации, компенсация в случае изъятия;
возможность арендовать землю на срок до 50 лет с правом продления; готовая инфраструктура |
|
4
|
Индия
| |
|
|
Налог
на прибыль: 100% освобождение в течение 5 лет, 50% – в последующие 5
лет, +50% при условии реинвестирования прибыли в следующие 5 лет;
освобождение от экспортных пошлин; освобождение от импортных пошлин, таможенных сборов и акцизов на сырье, комплектующие, оборудование; освобождение от НДС и других внутренних косвенных налогов на закупки для СЭЗ; освобождение от налога на дивиденды и от удерживаемого налога при репатриации доходов; возможность переноса убытков на будущие налоговые периоды |
Полная
защита от национализации и экспроприации;
свободная репатриация прибыли, дивидендов и платежей по внешним займам в иностранной валюте; отсутствие экспортных квот и ограничений; разрешение на ведение расчетов в СКВ, использование счета за рубежом для экспортных операций; работа механизма единого окна; возможность долгосрочной аренды или приобретения земли а пределах СЭЗ; разрешено 100% иностранное владение компаниями – резидентами СЭЗ |
|
5
|
Индонезия
| |
|
|
Освобождение
от НДС, пошлин и налогов на ввоз товаров в СЭЗ;
освобождение от уплаты налогов на предметы роскоши; налоговые каникулы или снижение налоговой нагрузки для приоритетных проектов; НДФЛ для иностранцев |
Упрощенные
визы и ВНЖ для сотрудников СЭЗ;
часть продукции в СЭЗ не подпадает под обязательную индонезийскую систему стандартов; ограничения экспорта / импорта администрируются по специальным правилам |
|
6
|
Иран
| |
|
|
Освобождение
от налогов на 20 лет с возможностью пролонгации;
свобода ввоза и вывоза капитала и прибыли; защита и гарантии иностранных инвестиций; возможность ввоза частично произведенных товаров на материк без уплаты таможенных пошлин отмена таможенных пошлин на импорт товаров |
Отмена
въездных виз и упрощение выдачи ВНЖ для иностранцев;
упрощенное регулирование трудовых отношений, занятости и социального обеспечения |
|
7
|
Китай
| |
|
|
Льготная
ставка налога на прибыль 15% для высокотехнологичных предприятий;
налоговые каникулы на первые 2–3 года работы в новых СЭЗ; освобождение от НДС, таможенных пошлин на импорт оборудования, сырья и материалов; льготы при экспорте продукции, включая возврат части уплаченного НДС; льготы или полное освобождение от налога на дивиденды для иностранных инвесторов на период 10 лет; возможность переносить убытки, возникшие в период льготного налогообложения, на будущие периоды |
Снижение
или полное освобождение от платежей за использование земли, воды,
электричества, газа, интернета, аренду помещений и др.
разрешение на конвертируемость юаня и неограниченный обмен валют в некоторых зонах свободной торговли; предоставление субсидий на образование, трудоустройство, перемещение предприятия и акции компаний с определенными критериями |
|
8
|
ОАЭ
| |
|
|
0%
корпоративный налог на соответствующий требованиям доход при статусе,
соответствующем Квалифицированному юридическому лицу, зарегистрированному в
СЭЗ;
особый НДС в СЭЗ (упрощенные правила для внутренних поставок); беспошлинный импорт в зоны, упрощенный реэкспорт |
100%
иностранное владение, свободный перевод прибыли;
льготные визы, ускоренная регистрация компаний; сервисы комплексного обслуживания (офисы, склады, промплощадки); право долгосрочной аренды и, в ряде зон / эмиратов, приобретение коммерческой и жилой недвижимости для компаний-резидентов; свободный перевод прибыли и капитала |
|
9
|
Эфиопия
| |
|
|
Налог
на прибыль: 0% до 10 лет (предприятие), до 15 лет (управляющая компания);
освобождение от экспортных пошлин; освобождение от пошлин на капиталовложения, строительные материалы; освобождение от НДС и внутренних косвенных налогов; освобождение от налога на дивиденды и удерживаемого налога; возможность переносить убытки, возникшие в период освобождение от налогов на будущие периоды |
Защита
от экспроприации имущества;
разрешение на репатриацию прибыли, дивидендов, платежи по внешним займам в конвертируемой валюте; экспортеры могут сохранять до 30% валютной выручки на счетах бессрочно, остальное – использовать в течение 27 дней; Национальный банк Эфиопии не устанавливает экспортные цены для СЭЗ; работа единого окна для инвестора; возможность владеть недвижимостью на территории СЭЗ при условии капиталовложения не менее 10 млн долл. США |
|
10
|
ЮАР
| |
|
|
Налог
на прибыль: 15%;
ускоренная амортизация капитальных вложений в производственные здания и оборудование; освобождение от таможенных пошлин и НДС на ввоз сырья, компонентов, оборудования, используемых в производстве в СЭЗ |
Гарантия
репатриация прибыли, дивидендов в иностранной валюте;
государственная поддержка в подключении к инфраструктуре (электроэнергия, транспорт, логистика); механизм единого окна для административных процедур; поддержка экспортоориентированных компаний в рамках программ государственной промышленной политики |
СЭЗ стран БРИКС благодаря преференциальному режиму и концентрации инновационных компаний могут стать катализатором экономического роста и диверсификации экономик. Объединив усилия, страны БРИКС смогут более эффективно привлекать инвестиции, развивать новые технологии и создавать кооперационные связи.
В России по объему уплаченных налогов в российский бюджет, согласно отчету Минэкономразвития, лидируют СЭЗ «Технополис Москва» (12,04 млрд руб.), «Санкт-Петербург» (10,02 млрд руб.), «Иннополис» (8,95 млрд руб.), «Дубна» (6,9 млрд руб.), «Исток» Московской области (6,3 млрд руб.) и «Липецк» (6,3 млрд руб.) [3, 6, 11].
В целях содействия высокотехнологическому бизнесу в локализации промышленных производств в 2024 году в рамках председательства России в БРИКС было инициировано создание международной Ассоциации СЭЗ БРИКС, в которую вошли 10 стран-участниц, на территории которых действует более 3,1 тыс. преференциальных промышленных площадок с совокупным объемом инвестиций порядка $200 млрд, создано порядка 35 млн рабочих мест. Практическая значимость международной Ассоциации СЭЗ БРИКС состоит в:
- увеличении притока инвестиций и развитие инфраструктуры СЭЗ;
- обеспечении выхода на новые рынки через уже подготовленные инфраструктурные площадки, расширение рынков сбыта и диверсификация экспорта;
- развитии международного партнерства и доступа к новым цепочкам поставок;
- инфраструктурной и технологической поддержке экспортно-ориентированных производств за счет развития логистических хабов, обмена технологиями и компетенциями между СЭЗ для повышения эффективности;
- возможности создания совместных предприятий с российскими и другими участниками БРИКС.
В сентябре 2025 года на III Международном форуме СЭЗ в Нижнем Новгороде была представлена цифровая карта СЭЗ БРИКС. Это единая онлайн-платформа для инвесторов, содержащая данные о СЭЗ Бразилии, России, Индии, Китая и ЮАР. Она разработана Ассоциацией кластеров, технопарков и СЭЗ России (АКИТ) по инициативе Минэкономразвития РФ и включает специализацию зон, преференции, резидентов и контакты. Платформа упрощает трансграничные инвестиции, способствуя росту выручки иностранных резидентов российских СЭЗ.
Среди пилотных направлений сотрудничества в СЭЗ БРИКС можно выделить нефтехимию, электронику, агроиндустрию и транспортно-логистические хабы, а также создание совместных индустриальных парков. Египет и Иран проявили интерес к двусторонним зонам, интегрированным в торговые маршруты в обход Суэцкого канала, для локализации производства и снижения барьеров под санкциями. Эти зоны позиционируются как драйверы низкоуглеродной трансформации и ESG-рейтингов [6, 21].
В России все действующие специальные экономические зоны включены в цифровую карту СЭЗ БРИКС. Это более 50 СЭЗ, ключевую роль среди них играют зоны с фокусом на высокие технологии, логистику и промышленное производство, такие как СЭЗ «Липецк», «Центр» (Воронеж), «Третий полюс» (Курск), «Кулибин» (Нижний Новгород), «Усть-Луга», «Технополис Москва», «Иннополис» и «Дубна». Эти зоны активно участвуют в обмене практиками и привлечении резидентов из стран БРИКС через Ассоциацию кластеров, технопарков и СЭЗ РФ (АКИТ) [1].
Участие российских СЭЗ в проекте БРИКС направлено на прямые контакты между зонами, обмен лучшими практиками и создание совместных промышленных коридоров в логистике. Пилотные инициативы уже привели к росту иностранных инвестиций в 2024–2025 гг.
По итогам IX Национального рейтинга инвестиционной привлекательности СЭЗ России за 2025 год, опубликованного АКИТ совместно с Минэкономразвития РФ, лидерами по инвестиционной привлекательности стали СЭЗ «Липецк», «Алабуга» и «Технополис Москва».
В технико-внедренческих СЭЗ лидируют «Технополис Москва» (1-е место), «Санкт-Петербург» (2-е) и «Дубна» (3-е) (табл. 4).
Таблица 4
СЭЗ лидеры по категориям
|
Категория СЭЗ
|
1-е место
|
2-е место
|
3-е место
|
|
Промышленно-производственные
и портовые
|
«Липецк»
|
«Алабуга»
|
«Алга»
|
|
Технико-внедренческие
|
«Технополис
Москва»
|
«Санкт-Петербург»
|
«Дубна»
|
|
Туристско-рекреационные
|
«Архыз»
|
«Ворота
Байкала»
|
«Байкальская
гавань»
|
Резиденты лидеров, такие как СЭЗ «Липецк» и «Алабуга», обеспечивают высокую клиентоориентированность и инновационную инфраструктуру, с инвестициями свыше 100–129 млрд рублей на зону и созданием тысяч рабочих мест. Эти зоны активно интегрированы в проекты БРИКС, способствуя трансграничным инвестициям.
Особая экономическая зона (СЭЗ) «Дубна» является одной из крупнейших и наиболее эффективных технико-внедренческих зон в России, ориентированной на международный бизнес с акцентом на высокотехнологичные и инновационные проекты.
Преимущества СЭЗ «Дубна» для международного бизнеса
- Высокотехнологичная среда. В зоне сосредоточены компании в сфере информационных технологий, ядерно-физических и нанотехнологий, биомедицинских технологий, композитных материалов и проектирования сложных технических систем. Это позволяет международным компаниям работать в инновационном климате, используя мощный научный потенциал и опыт региона.
- Большое число резидентов и инвесторов. Порядка 160 компаний-резидентов, в том числе с участием иностранного капитала, реализуют здесь проекты с общим объемом инвестиций свыше 100 млрд рублей. Это создает благоприятную экосистему для сотрудничества и обмена знаниями.
- Свободная таможенная зона. СЭЗ «Дубна» имеет статус свободной таможенной зоны, что позволяет резидентам ввозить оборудование, материалы и комплектующие без уплаты таможенных пошлин и НДС, экономя до 20% инвестиционных затрат.
- Развитая инфраструктура и государственная поддержка. Компаниям предоставляется полностью подготовленная инженерная, транспортная и коммуникационная инфраструктура, а также льготные налоговые режимы, включая налоговые каникулы, сниженные ставки налога на прибыль и имущество, льготная аренда и выкуп земельных участков под строительство высокотехнологичных промышленных производств.
- Поддержка инновационного и научного бизнеса. СЭЗ активно сотрудничает с университетами и научными институтами, что позволяет привлекать квалифицированные кадры и внедрять передовые технологии. Сотрудничество с институтами развития РФ в целях привлечения финансирования (гранты, субсидии, льготные кредиты) на реализацию инновационных проектов.
- Высокая инвестиционная привлекательность. СЭЗ признана одной из самых эффективных и инвестиционно привлекательных в России, с перспективой дальнейшего расширения территории и развития новых направлений бизнеса.
Специальные экономические зоны стран БРИКС представляют собой механизм торгово-промышленного сотрудничества и содействия развитию высокотехнологичных отраслей экономики, информационных технологий и услуг с их использованием, туризма, портовой и транспортной инфраструктуры, производства новых видов продукции с добавленной стоимостью [15].
При достаточно активном развитии СЭЗ в странах БРИКС у этого механизма сотрудничества есть и ряд системных проблем: различия в правовых режимах и институтах, слабая институционализация самого интеграционного объединения, разная инвестиционная привлекательность стран и риск превращения инициатив по зонам в набор разрозненных проектов.
Правовая и институциональная рамка сотрудничества по СЭЗ носит рамочный и добровольный характер: ключевые механизмы (форум, фокальные точки, ассоциация) лишь декларированы и зависят от политической воли и национального законодательства, а не от наднациональных полномочий. Отсутствие единых стандартов по режимам, преференциям и управлению зонами осложняет разработку модельных соглашений и затягивает переход от обмена опытом к реальным совместным проектам. Разный уровень инвестиционной привлекательности и делового климата в странах БРИКС означает, что часть участников выступает скорее «реципиентами», что вызывает вопросы о балансе выгод и устойчивости совместных СЭЗ.
Существуют и политические противоречия и проблемы расширение БРИКС [20]. Разногласия между отдельными странами‑основателями и новыми участниками осложняют согласование совместных индустриальных проектов. Быстрое расширение формата БРИКС+ порождает риск размывания повестки: без четкой приоритизации СЭЗ могут остаться второстепенным треком на фоне финансовой и валютной интеграции. Координация усилий различных агентств (национальные министерства, региональные власти, управляющие компании СЭЗ, ассоциации кластеров и технопарков) усложняет принятие решений и замедляет согласование параметров совместных зон. Не разработан механизм мониторинга и оценки эффективности совместных СЭЗ БРИКС, пока речь идет о площадках диалога и будущих форумах, а не о системе конкретных показателях, бенчмаркинга и «выхода» из неэффективных проектов.
Различия в экологических стандартах, ESG‑повестке и регулировании труда создают риск того, что совместные СЭЗ стран БРИКС могут рассматриваться и критиковаться как площадки для обхода более строгих требований третьих стран. ESG‑инструменты и сертификация для СЭЗ БРИКС пока находятся в стадии обсуждения, и без их реального внедрения СЭЗ могут столкнуться с ограниченным доступом к долгосрочным зеленым финансам и технологическим партнерствам.
Действующих совместных специальных экономических зон (ОЭЗ/СЭЗ) между странами БРИКС, управляемых совместно несколькими государствами, на январь 2026 года не существует. Сотрудничество ограничивается рамочными соглашениями, обменом опытом и пилотными двусторонними проектами в рамках Международной ассоциации ОЭЗ БРИКС, созданной в 2024 году. Координация сотрудничества СЭЗ БРИКС осложняется отсутствием наднациональных органов, различиями в национальных режимах и системах управления. Разрозненные структуры управления (министерства, управляющие компании зон, ассоциации) требуют постоянной синхронизации, но без унифицированных протоколов координация превращается в многоуровневые переговоры с высоким уровнем бюрократии.
Заключение
В условиях глобальной неопределенности синергия территорий с преференциальными режимами может стать для стран БРИКС важным преимуществом в обеспечении устойчивого экономического роста и конкурентоспособности предприятий на международной арене.
Перспективы сотрудничества СЭЗ БРИКС выглядят достаточно благоприятно: формируется институциональная база (рамка сотрудничества, ассоциация СЭЗ, цифровая карта), а также пилотные отраслевые и инфраструктурные проекты, которые могут превратить зоны в один из ключевых инструментов геоэкономической интеграции блока. СЭЗ рассматриваются как новый тип геоэкономической инфраструктуры, позволяющей выстраивать горизонтальные производственные цепочки и обходить традиционные финансовые и логистические «узкие места». Для России и ряда новых участников БРИКС совместные зоны – инструмент локализации и диверсификации логистических маршрутов под санкционным давлением.
Существенными рисками остаются различия в регулировании, инфраструктурный разрыв между странами, а также возможная фрагментация инициатив (национальные и региональные проекты вместо по‑настоящему совместных зон и кластеров).
Перспективы развития зависят от степени гармонизации правовых режимов СЭЗ, согласованности стандартов привлечения инвесторов и способности стран БРИКС реально открывать доступ к своим рынкам через зоны, а не ограничиваться общими декларациями.
Источники:
2. Безруков А.О., Байдаров Д.Ю., Файков Д.Ю. Технологическое лидерство государства: концептуальное понимание и механизмы формирования // Экономическое возрождение России. – 2024. – № 1. – c. 75-89.
3. Кравченко Е.И., Ахматов А.А., Серёгин М.С., Кулаков Н.К., Бунеев Т.П., Колесник В.Р., Янц В.А. Бизнес-навигатор по особым экономическим зонам России – 2024. Выпуск 8. - Москва: АКИТ РФ, 2024. – 244 c.
4. Вашкевич Ю. Б. Предпосылки развития специальных экономических зон в странах Латинской Америки и Карибского региона: триггерная роль США // Экономика. Бизнес. Финансы. – 2020. – № 7. – c. 3-8.
5. Гринивецкий И.И., Капканщиков С.Г. Проблемы экономического взаимодействия стран БРИКС // Вестник Челябинского государственного университета. – 2025. – № 7. – c. 135-141. – doi: 10.47475/1994-2796-2025-501-7-135-141.
6. Инвест-навигатор ОЭЗ БРИКС. [Электронный ресурс]. URL: https://bricssez.com/?ysclid=mkw8xjpo83751099032, (дата обращения: 15.01.2026).
7. Карачев И. А. Методологические основы устойчивого развития специальных экономических зон в системе международных экономических отношений. - Москва: Общество с ограниченной ответственностью Издательство КноРус, 2025. – 560 c.
8. Карачев И. А. Эволюция специальных экономических зон в мировой экономике // Теоретическая экономика. – 2023. – № 9. – c. 90-102.
9. Международная Ассоциация ОЭЗ БРИКС. [Электронный ресурс]. URL: https://bricssez.com/?ysclid=mkw8xjpo83751099032, (дата обращения: 15.01.2026).
10. Приоритетные направления. Министерство экономического развития Российской Федерации. [Электронный ресурс]. URL: https://www.economy.gov.ru/material/directions/ (дата обращения: 15.11.2025).
11. Отчёт Минэкономразвития о результатах работы особых экономических зон за 2023 год. [Электронный ресурс]. URL: https://www.economy.gov.ru/material/news/minekonomrazvitiya_rossii_opublikovalo_otchet_o_rabote_oez_za_2023_god.html?ysclid=mi4ossrcwk786995715 (дата обращения: 15.11.2025).
12. Сапир Е. В., Карачев И. А. Мировой опыт создания и функционирования специальных экономических зон // Вестник Самарского государственного экономического университета. – 2020. – № 4. – c. 38-46.
13. Чжао В. Адаптация китайского опыта создания специальных экономических зон для развития малого бизнеса в условиях белорусской экономической модели // Экономика: вчера, сегодня, завтра. – 2025. – № 4-1. – c. 490-499.
14. Чжоу В., Ленков И. Н. азвитие специальных экономических зон: опыт Китайской Народной Республики // Финансы, деньги, инвестиции. – 2024. – № 2. – c. 33-38.
15. Agarwal M., Kumar S. BRICS Countries’ Increasing Role in the world economy, Including Institutional Innovation // BRICS Journal of Economics. – 2023. – № 4. – p. 173-191. – doi: 10.3897/brics-econ.4.e99451.
16. Dube C., Matsika W., Chiwunze G. Special Economic Zones in Southern Africa: Is Success Influenced by Design Attributes?. United Nations University World Institute for Development Economics Research (UNU-WIDER), 2020. [Электронный ресурс]. URL: https://www.wider.unu.edu/sites/default/files/Publications/Working-paper/PDF/wp2020-61.pdf (дата обращения: 12.01.2026).
17. Duggan N., Hooijmaaijers B., Rewizorski M. The BRICS, Global Governance, and Challenges for South–South Cooperation in a Post-Western World // International Political Science Review. – 2022. – № 4. – p. 478.
18. Farole Thomas 2011. Special Economic Zones in Africa: Comparing Performance and Learning from Global Experience. Directions in Development; trade. © World Bank. [Электронный ресурс]. URL: http://hdl.handle.net/10986/2268 (дата обращения: 10.01.2026).
19. Karachev I. Service and innovative special economic zones: advantages of localising international investments // Journal of Regional and International Competitiveness. – 2025. – № 1. – p. 45-56. – doi: 10.52957/2782-1927-2025-6-1-45-56.
20. Kumar S., Shahid A., Agarwal M. Is BRICS Expansion Significant for Global Trade and GDP? // BRICS Journal of Economics. – 2024. – № 5. – p. 5–36. – doi: 10.3897/brics-econ.5.e139877.
21. Tachega M.A., Wang J., Chen Y., Ahmed R., Opoku E.O., Mintah C., Bart-Plange L. Investment attractiveness in BRICS+ economies: Evaluating business environment reforms, institutional quality, and macroeconomic factors // PLoS One. – 2025. – № 20. – p. e0334043. – doi: 10.1371/journal.pone.0334043.
Страница обновлена: 28.03.2026 в 16:55:55
Download PDF | Downloads: 1
Special economic zones as a tool for trade and industrial cooperation between the BRICS countries
Saginova O.V., Khalimendik V.B.Journal paper
Journal of Economics, Entrepreneurship and Law
Volume 16, Number 3 (March 2026)
Abstract:
Achieving technological leadership is a key goal of the economic and social development of the Russian Federation. Among the established institutions for the development and support of innovations an important role belongs to the special economic zones that provide considerable benefits to international business participants. According to the Russian Federal Law these economic zones with preferential legal and customs regulation are called special economic zones. Russia is actively developing special economic zones with an emphasis on transport and logistics hubs, access to new supply chains, cooperating with other BRICS countries. Special economic zones provide a lot of advantages for international business. They are: high-tech environment, large number of residents and investors, free customs zone, developed infrastructure and government support, and high investment attractiveness. All these make special economic zones effective and investment-attractive for the development of trade and industrial cooperation with the BRICS countries. The article includes the comparison of preferential regimes used in BRICS countries' special economic zones and identifies the existing problems, barriers, and main directions for the special economic zones cooperation within BRICS.
Keywords: special economic zone, SEZ, technological leadership, international business, international partnership, BRICS, investment attractiveness
JEL-classification: R58, O31, F23, P45, H54
References:
Agarwal M., Kumar S. (2023). BRICS Countries’ Increasing Role in the world economy, Including Institutional Innovation BRICS Journal of Economics. (4). 173-191. doi: 10.3897/brics-econ.4.e99451.
Bezrukov A.O., Baydarov D.Yu., Faykov D.Yu. (2024). State Technological Leadership: Conceptual Understanding and Formation Mechanisms. The Economic Revival of Russia. (1). 75-89.
Chzhao V. (2025). Adaptation of Chinese Special Economic Zones Experience for Small Business Development within Belarusian Economic Model. Economics: Yesterday, Today and Tomorrow. 15 (4-1). 490-499.
Chzhou V., Lenkov I. N. (2024). Development of Special Economic Zones: The Experience of China. Finance, money, investments. (2). 33-38.
Dube C., Matsika W., Chiwunze G. Special Economic Zones in Southern Africa: Is Success Influenced by Design Attributes?United Nations University World Institute for Development Economics Research (UNU-WIDER), 2020. Retrieved January 12, 2026, from https://www.wider.unu.edu/sites/default/files/Publications/Working-paper/PDF/wp2020-61.pdf
Duggan N., Hooijmaaijers B., Rewizorski M. (2022). The BRICS, Global Governance, and Challenges for South–South Cooperation in a Post-Western World International Political Science Review. 43 (4). 478.
Farole Thomas 2011. Special Economic Zones in Africa: Comparing Performance and Learning from Global ExperienceDirections in Development; trade. © World Bank. Retrieved January 10, 2026, from http://hdl.handle.net/10986/2268
Grinivetskiy I.I., Kapkanschikov S.G. (2025). Problems Economic Interaction Between the BRICS Countries. Bulletin of Chelyabinsk State University. (7). 135-141. doi: 10.47475/1994-2796-2025-501-7-135-141.
Karachev I. (2025). Service and innovative special economic zones: advantages of localising international investments Journal of Regional and International Competitiveness. 6 (1). 45-56. doi: 10.52957/2782-1927-2025-6-1-45-56.
Karachev I. A. (2023). Evolution of Special Economic Zones in the World Economy. Theoretical economy. (9). 90-102.
Karachev I. A. (2025). Methodological foundations of the sustainable development of special economic zones in the system of international economic relations
Kravchenko E.I., Akhmatov A.A., Seryogin M.S., Kulakov N.K., Buneev T.P., Kolesnik V.R., Yants V.A. (2024). Business navigator for special economic zones of Russia 2024. Issue 8
Kumar S., Shahid A., Agarwal M. (2024). Is BRICS Expansion Significant for Global Trade and GDP? BRICS Journal of Economics. (5). 5–36. doi: 10.3897/brics-econ.5.e139877.
Sapir E. V., Karachev I. A. (2020). World Experience in Creating and Functioning of Special Economic Zones. Bulletin of Samara State University of Economics. (4). 38-46.
Tachega M.A., Wang J., Chen Y., Ahmed R., Opoku E.O., Mintah C., Bart-Plange L. (2025). Investment attractiveness in BRICS+ economies: Evaluating business environment reforms, institutional quality, and macroeconomic factors PLoS One. (20). e0334043. doi: 10.1371/journal.pone.0334043.
Vashkevich Yu. B. (2020). Prerequisites for the development of special economic zones in Latin America and the Caribbean: the trigger role of the United States. Economics. (7). 3-8.