Направления развития «Умных городов» в странах Центральной Азии

Введение

Развитие «Умных городов» является одним из ключевых направлений современной урбанистики. Процессы урбанизации в странах Центральной Азии также направлены на рост крупных городов, что способствует запросу на организацию городской жизни по современным стандартам. Роль цифровизации в благоустройстве городской среды развивается и с учетом роста городского населения, и необходимости обработки больших данных, и с учетом запросов населения на быстрое и удобное получение информации, развития взаимодействия с органами управления.

Понятие «Умный город» включает не только уровень цифровизации городских сервисов, но и повышение качества жизни в городах, улучшение работы городских структур, и в целом ориентация города на развитие интеллектуальных ресурсов и инновационной экономики. Актуальность развития «Умных городов» связана также с принципами устойчивого развития. «Умный город» обеспечивает рациональное использование ресурсов, может включать возможности по раздельному сбору отходов, анализу вредных выбросов, обеспечивать оптимизацию трафика.

Запрос на «Умный город» связан с современными процессами урбанизации, ростом населения именно в крупных городах. Увеличение населения способствует росту данных и усложнению задач планирования городской среды, организации работы городских служб, контролю безопасности пространства. Со стороны населения растет спрос на получение информации о маршрутах транспорта, медицинских документах, удобному взаимодействию со сферой образования, и на возможность оперативно получать и отправлять данные в органы власти. Современное понятие «Умного города» включает не только цифровизацию социального взаимодействия, но и развитие соответствующих ресурсов. Р. Есберген, Ж. Кенжин, А. Азамхан предлагают систему показателей для оценки умного и устойчивого города. Эта система состоит из следующих основных групп: (1) умная и устойчивая экономика; (2) население; (3) инженерная инфраструктура; (4) интеллектуальное управление; (4) социальная инфраструктура; (5) интеллектуальная мобильность; (6) цифровые платформы и данные. [11] При этом важными аспектами внедрения технологий умного города являются существующие транспортные системы, энергетика и качество жизни жителей города.

Внедрение «Умного города» в городское управление основано на принятии решений органами власти, наличии на государственном или региональном уровне программ цифровизации, выделении финансирования. Государственные программы могут быть ориентированы в целом на развитие государственных и муниципальных услуг, цифровизацию в конкретных отраслях, или создание городских систем управления. Создание цифровых инструментов может быть на базе как государственных учреждений, так и частных компаний, которые имеют необходимые интеллектуальные и технологические инструменты. Привлечение иностранных инвесторов может решить проблему недостатка финансирования или технологического обеспечения. Поэтому развитие «Умных городов» зависит от нескольких факторов, и запроса со стороны растущего городского населения, и наличия государственных программ, и возможности привлечения частного и иностранного участия.

«Умные города» в системе управления в странах Центральной Азии

Исследования процессов развития цифровизации показывают, что среди стран Центральной Азии значительных успехов добился Казахстан, где проекты «Умного города» реализуются в нескольких городах: Астана, Алматы, Шымкент, Актобе, Караганда. Финансирование в Казахстане осуществляется за счет государственных программ, привлекаются органы городского управления, почта, частные инвесторы. В государственной программе цифровизации «Умный город» был представлен как «элемент цифрового государства и в виде бизнес-модели, которая постоянно взаимодействует между публичным и частным секторами». [11] Важной чертой является открытость архитектуры программного обеспечения, что позволяет любому специалисту предложить свои разработки.

Разработка проектов «Умных городов» началась в Казахстане с 2016 года. В 2018-2022 году реализовывалась программа Государственной программы "Цифровой Казахстан" (утверждена постановлением Правительства Республики Казахстан от 12 декабря 2017 года № 827). В 2020-2025 реализуется стратегия «Умный Алматы», где привлекаются частные инвесторы. В 2025 году принята Методика построения «умных» городов (Приказ Министра цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности Республики Казахстан от 12 сентября 2025 года № 469/НҚ). Также в Казахстане приняты ряд стандартов, в том числе «Устойчивые города и сообщества. Руководство по созданию операционных моделей умного города для устойчивых сообществ», «Интеллектуальная общественная инфраструктура. Умный транспорт для компактных городов». С 2023 года реализуется проект нового города Алатау, который должен стать образцом инновационного и устойчивого развития.

В Кыргызстане реализуется государственная Концепции цифровой трансформации Кыргызской Республики на 2024-2028 годы, также акцент делается на развитие технологий связи. [7] С 2024 года реализуется программа "Безопасный город", в рамках которого регистрируются правонарушения (Указ Президента КР от 18 сентября 2024 года УП № 265 "О вопросах реализации компонента "Безопасный город" проекта "Умный город"). С 2024 года также реализуется проект построения инновационного города Асман, к задачам которого относится привлечение туристов. (Указ Президента КР от 9 октября 2024 года УП № 288Об основных направлениях концепции строительства пилотного проекта "Экологически чистый город Асман" на территории Иссык-Кульской области»).

В Узбекистане реализовывались государственные программы цифровизации, которая включала концепцию внедрения технологий «Умного города» (Постановление Кабинета Министров Республики Узбекистан от 18 января 2019 года №48 Об утверждении Концепции внедрения технологий "Умный город" в Республике Узбекистан). В настоящее время действует Стратегия «Цифровой Узбекистан – 2030» (Утверждена Указом Президента Республики Узбекистан, от 05.10.2020 г. № УП-6079), включающая цифровую трансформацию городов. Есть документы, регулирующие внедрение интеллектуального управления в сфере транспорта и экологии в Ташкенте. (Указ Президента Республики Узбекистан, от 24.11.2025 г. № УП-229 О неотложных мерах по улучшению экологической ситуации в городе Ташкенте. Постановление Президента Республики Узбекистан, от 04.12.2025 г. № ПП-368 О дальнейших мерах по совершенствованию управления транспортной системой и предупреждению заторов в городе Ташкенте.)

В Таджикистане создано государственное предприятие «Умный город», реализующее внедрение новых технологий в Душанбе, в том числе беспроводной интернет, электронный сервисы в образовании и медицине.

В Туркменистане новый город Аркадаг – это основная площадка инновационных технологий. (Постановление Меджлиса Милли Генгеша Туркменистана «Об образовании новых этрапов в городе Аркадаг» 18 марта 2023 года)

Управление внедрением «Умных городов» в значительной степени разработано в Казахстане на основе государственных программ. В Узбекистане государственная программа дополняется отдельными решениями в отношении Ташкента. Государственная программа в Кыргызстане дополняется проектом «Безопасный город». В Таджикистане управление реализуется только на городском уровне. Также в странах Центральной Азии есть проекты создания инновационных городов, которые могут стать туристическими или технологическими центрами.

Обзор исследований развития «Умных городов» в странах Центральной Азии

Исследования, посвященные «Умным городам» рассматривают вопросы финансирования, развития инфраструктуры, направления применения технологий, результатов внедрения инноваций и привлечения иностранных инвесторов.

А. М. Акматалиева выделяет основных зарубежных участников реализации проектов «Умных городов» в Центральной Азии – Huawei, компанию из КНР, IBМ и Cisco (CША), VOCORD (Россия). В перспективе автор видит развитие китайских проектов, которые в настоящее время реализуются достаточно активно. Автора беспокоит контроль иностранных компаний над большим массивом данных о развитии городов, вопросы кибер-безопасности. [1]

Акматалиева пишет о деятельности российских компаний в Казахстане, Д. Читакунье и А. И. Естурлиева приводят примеры успешной реализации китайских проектов. [13] М. Урдабаев и И. Тургель относят к основным проблемам «Умных городов» в Казахстане – недостаток финансирования. [19] И. Тургель также отмечает необходимость модернизации инфраструктуры и доработки правового регулирования, недостаточное использование инструментов цифровизации в экологической сфере в городах. [18] Б. Мендыбаев указывает на необходимость более широкого вовлечения горожан в реализацию проектов «Умных городов», что позволит повысить качество городского управления в Казахстане. [15] С. Ш. Сагандыкова и другие пишут о проблеме оттока специалистов интеллектуальной сферы, которые необходимы для «Умного города». [10]

A. Г. Астафьева, A. С. Кенебаева и A. И. Нурмагамбетова рассматривают проект «Умного города» Алма-Аты в разрезе казахской государственной политики поддержки креативных индустрий. Опираясь на различное финансирование, проект британского совета и повестку ООН об умных устойчивых городах, Администрация города Алма-Аты разработала стратегию цифровизации цифровой среды для эффективного развертывания государственных услуг, интеллектуального взаимодействия и сотрудничества с частными инициативами. Авторы подчеркивают нацеленность проекта на обеспечение лучшего качества жизни: технологии умного города могут значительно повысить качество жизни за счет улучшения доступа к услугам, разгрузки дорожного движения и повышения экологической устойчивости. [12]

Р. Есберген, Ж. Кенжин, А. Азамхан выделяют проблемы развития «Умных городов» в Казахстане: неготовность населения к преобразованиям, что вызывает негативную реакцию на цифровизацию, растущее недоверие к политическим институтам страны и принимаемым ими решениям; замедление темпов развития инноваций, моральный и технический износ основной городской инфраструктуры, ограниченность бюджетных ресурсов, формальность реализации процесса внедрения инноваций, провал проектов цифровизации. Авторы рассматривают реализацию успешных проектов и делают выводы, что «Умные города» – это компоненты государственной политики в области улучшения качества жизни населения, повышения эффективности государственного и местного управления, цифровизации экономики всей страны. Дальнейшее расширение проекта «Умный город» в Казахстане потребует квалифицированных кадров для его реализации и дальнейшей поддержки. [11]

А. Нурбацин оценивает развитие Казахстана на основании готовности к "Умному городу", которая определяется пятью взаимосвязанными аспектами: надежностью инфраструктуры, цифровизацией, экологической устойчивостью, инновационным потенциалом и эффективностью управления. Автор рассматривает развитие инфраструктуры и инновационного бизнеса в регионах Казахстана и выделяет несколько групп регионов. Высокая степень готовности реализуется в Астане и Алматы, которые демонстрируют самые высокие показатели цифровизации и экологическую ответственность, относительно стабильную инфраструктуру, но в тоже время несколько более низкие показатели эффективности управления, особенно в отношении сроков обработки документов. Средняя степень – западные и восточные регионы, средний уровень цифровизации и инноваций, проблемы инфраструктуры. Низкая степень - северные, южные и центральные регионы, которые характеризуются самыми низкими уровнями цифровизации и экологического мониторинга, большим количеством бюрократических проволочек и слабой инфраструктурой. Нурбацин делает вывод, что «успешное инновационное развитие городов в Казахстане требует региональных подходов, учитывающих местные возможности, особенности экономики и уровень цифровой зрелости». [16, 17]

А. С. Саманчиева, А. Э. Эмилбеков, А. Токтосунов, анализируя перспективы внедрения умных технологий в Кыргызской республике, указывают задачу повышения качества современной связи. В качестве успешных примеров реализации современных технологий авторы указывают на проекты "Безопасный город" и "Умный светофор" в Бишкеке. [5] М. Т. Сартова видит перспективу внедрения технологий LoRaWAN для развития «Умных городов», которая внедряется в разных станах мира, в том числе в России. [6] В Кыргызстане разработан проект «Умного города» Асман, с участием международного финансирования. [9]

М. Маткомилов, Д. Бердыева приводят примеры положительного влияния технологий «Умного города» на экологию, например, экономия воды в Ташкенте, видят перспективы в реализации проектов в сфере жилищно-коммунального хозяйства на основе государственных программ и международного участия, опыта Швеции, Германии, Южной Кореи. Авторы видят проблемы в доступе к интернету в разных регионах страны и цифровой грамотности населения. [14] В целом интеллектуальные городские системы входят в процесс управления в Узбекистане. [8]

Р. Х. Саидзода, О. Х. Амирзода, Ф. Н. Рахимов также видят перспективу внедрения технологий «Умного города» в Душанбе для решения экологических проблем и обеспечения развития города в условиях прироста населения. [4]

На основании обзора исследований можно сделать выводы о различных подходах к внедрению технологии «Умных городов» в странах Центральной Азии, основные запросы – это развитие инновационных технологий, привлечение квалифицированных кадров, решение экологических проблем, привлечение туристов. Интерес к международному сотрудничеству в инновационной сфере достаточно значителен, и российский опыт может быть востребован в реализации городских интеллектуальных сервисов, особенно в «общих» сферах – транспорта, жилищно-коммунального хозяйства, безопасности.

Возможности развития «Умных городов» в странах Центральной Азии

Для оценки направлений развития «Умных городов» проанализируем рост городов, направления государственного финансирования, привлечение инвестиций и оценки возможностей стран Центральной Азии.

По данным Департамента по экономическим и социальным вопросам ООН на 2025 год доля городского населения в странах Центральной Азии распределилась следующим образом как показано в Таблице 1 [1].

Таблица 1. Население стран Центральной Азии в 2025 году [2]

Процесс урбанизации в странах Центральной Азии в количественном выражении также направлен в сторону роста крупных городов, что создает потребность в современном городском управлении. Основной рост населения крупных городов и агломераций приходится на Узбекистан и Казахстан (рис. 1), поэтому данные станы в большей степени имеют потребность в «Умных городах». Также тенденция к росту населения крупных городов есть в Таджикистане, в то время как в Кыргызстане и Туркменистане население крупных городов растет меньше. По прогнозам ООН тенденция к росту крупных городов в странах Центральной Азии будет продолжаться.

Рисунок 1. Численность населения территорий с высокой плотностью по методике ООН, тысяч человек.

Составлено авторами по данным Department of Economic and Social Affairs [4].

Проекты «Умных городов» направлены в первую очередь на население высоко урбанизированных территорий. Хотя в некоторых странах Центральной Азии есть проекты создания новых инновационных городов, но это отдельные направления, которые не охватывают значительное количество населения и могут быть рассмотрены как центры туризма или инновационной деятельности. Проекты новых инновационных городов больше финансируются в странах с меньшим ростом урбанизации. В Туркменистане именно новый город Аркадаг привлекает государственное финансирование. В Кыргызстане проект инновационного города совмещен с туристическим развитием. Это подтверждает меньший запрос этих стран на совершенствование городского управления в целом.

Потребность в цифровизации городского управления возникает именно в крупных агломерациях, где нужно обеспечить обработку информации по значительному количеству объектов, транспортным потокам, безопасности и социальным услугам значительного количества людей, возрастают требования к качеству городского управления. Казахстан и Узбекистан являются лидерами по населению крупных городов в Центральной Азии и перспективными для развития технологий «Умного города».

Финансирование проектов «Умных городов» реализуется на основе государственных программ и привлечения частных инвестиций, государственно-частного партнерства, иностранных инвестиций. Реализация проектов «Умных городов» невозможна без развития всей информационной отрасли, наличия стабильной связи, удобных цифровых платформ.

Финансирование «Умных городов» в странах Центральной Азии происходит различными способами. Расходы государственного бюджета Казахстана направляются в целом на цифровое развитие, инновации и аэрокосмическую промышленность. В Кыргызстане из бюджета финансируется программа «Цифровой Кыргызстан», реализуемая на основе концепции цифровой трансформации на 2024-2028 гг. В Туркменистане основные расходы на цифровизацию – это реализация проекта нового «Умного города» Аркадаг. В Узбекистане финансирование из бюджета выделяется через Фонд развития цифровых технологий, в котором отдельной статьей расхода является проект «Безопасный город». Финансирование внедрения новых технологий в Душанбе реализуется через ГУП «Умный город». Государственное финансирование сложнее сравнить из-за различных подходов и инструментов.

Инвестиции в основной капитал по сферам деятельности публикует только Казахстан. В 2024 году инвестиции в основной капитал в сфере информации и связи составили 306 409 483 тысяч тенге, что составляет 1,6% в общем объеме инвестиций [5].

Иностранные инвестиции в сферу информации и связи можно сравнить по данным национальных банков (рисунок 1), но тут тоже сложно выделить финансирование именно городских проектов цифровизации.

Рисунок 2. Прямые иностранные инвестиции в сферу информации и связи, млн. долл. США.

Составлено авторами по данным национальных банков государств и статистических учреждений. [6]

Лидером по привлечению иностранных инвестиций в информационную отрасль является Казахстан. В тоже время, информация и связь – это не самая привлекательная для инвесторов отрасль Казахстана, хотя обеспечивает прирост инвестиций на фоне сокращения в друге отрасли. [3] В других государствах Центральной Азии иностранные инвестиции также ориентированы на добывающую и транспортную отрасль. [2] Возникает вопрос о рентабельности цифровой отрасли и темпах ее развития, обеспечивающих необходимую выгоду для вложений. Объем прямых иностранных инвестиций также небольшой по сравнению с объемами импорта цифровых услуг.

По данным Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД) импорт цифровых услуг в страны Центральной Азии распределяется следующим образом.

Рисунок 3. Импорт услуг в цифровом виде, млн. долл.

Составлено авторами по данным ЮНКТАД. [7]

Основными импортерами услуг в цифровом виде являются Казахстан и Узбекистан. Также архитектурные, инженерные и технические услуги в значительном объеме импортируются в Туркменистане, хотя в целом по данной стране очень мало данных. Услуги, которые могут быть востребованы в сфере городского управления, таким образом, импортируются во всех странах региона. В Кыргызстане преобладает импорт телекоммуникационных услуг, что подтверждает акцент на развитие интернета в стране. Таджикистан импортирует цифровые услуги в меньшей степени, но в разных сферах.

Финансирование и возможности развития информационной отрасли в странах Центральной Азии отражены в индексах ЮНКТАД.

Рисунок 3. Индексы оценки

Составлено авторами по данным ЮНКТАД. [8]

ЮНКТАД дает оценку технологической готовности к передовым технологиям, включает технологические возможности, связанные с физическими инвестициями, человеческим капиталом и технологическими разработками, а также национальные возможности по использованию, внедрению и адаптации этих технологий. Расчеты основаны на собственных данных ЮНКТАД, данных Всемирного Банка, Программы развития ООН, Международной организации труда, исследовательских организаций. Индексы подтверждают сделанные выше выводы, что инфраструктура информационно-коммуникационных технологий в большей степени развита в Казахстане и Узбекистане, и в Казахстане имеется потенциал для развития информационно-коммуникационной сферы. Индикаторы цифрового развития меньше в Таджикистане, но возможности доступа к финансированию имеют высокую оценку. По Туркменистану у составителей рейтинга нет данных, что соответствует недостаточной информации из официальных источников. В других странах Центральной Азии достаточно высокие показатели доступности финансирования. Приведенные выше данные по расходам бюджета и иностранным инвестициям показывают неравномерное бюджетное финансирование и недостаток инвестиций в информационную отрасль. Индекс ЮНКТАД основан на объемах внутреннего кредита частному сектору в процентах от ВВП, и показывает возможности для доступа к кредиту и другим финансовым инструментам в стране. Таким образом, недостаток прямого финансирования может быть компенсирован возможностями по заемным средствам.

Опираясь на оценку потенциала стран Центральной Азии, можно сделать следующие выводы. Цифровизация в Казахстане достаточно развита, существующие проекты «Умных городов» будут развиваться, охватывать новые отрасли городского управления и территории. В Узбекистане государственное финансирование имеет один проект «Безопасный город», но потенциал страны в информационной сфере и растущее население крупных городов могут способствовать развитию и других направлений «Умных городов». Кыргызстан решает задачи обеспечения современного развития телекоммуникационных услуг, и импортирует технологии именно в этой сфере. Туркменистан импортирует цифровые архитектурные и инженерные услуги, проект «Умного города» Аркадага имеет отдельное финансирование в бюджете. Потенциал Таджикистана в развитии цифровых технологий пока небольшой, но имеются возможности для привлечения кредитования в данную сферу, и вместе с ростом городского населения открывает возможности для внедрения «Умного города».

Заключение

Страны Центральной Азии имеют потенциал в развитии «Умных городов», что связано с цифровой трансформацией всего региона, развитием технологий, ростом городского населения. Импорт цифровых технологий в разных сферах, в том числе в сфере архитектурных, инженерных и технологических услуг, коммуникационных услуг, развивается во всех странах Центральной Азии.

В тоже время, сфера высоких технологий пока недостаточно привлекательна для иностранных инвесторов. Государственное финансирование дифференцировано и неравномерно. Проекты внедрения «Умного города» различаются по целям и объему задач.

Перспективы развития «Умных городов» могут быть привлекательны для российских компаний, которые имеют определенный опыт в реализации городских проектов в России. Данные по цифровизации стран Центральной Азии и индикаторы готовности к цифровой трансформации показывают возможности расширения сотрудничества в Казахстане и Узбекистане, и развитие проектов в Кыргызстане и Таджикистане, развития городского управления в Туркменистане.

Россия является традиционным партнером стран Центральной Азии, и российские разработки в сфере «Умного города» могут быть предметом взаимовыгодного сотрудничества в сфере городского управления.

[1] World Urbanization Prospects 2025: Summary of Results / Department of Economic and Social Affairs. United Nations. P. 83. [Электронный ресурс]. URL: https://population.un.org/wup/publications (дата обращения 19.12.2020)

[2] По методике ООН. Города, густонаселенные районы (cities): это районы с высокой плотностью населения (не менее 1500 жителей на км2) и большой численностью населения (не менее 50 000 жителей). Города и районы со средней плотностью населения (towns): это городские кластеры за пределами городов с умеренной плотностью населения (не менее 300 жителей на км2) и численностью населения не менее 5000 жителей. В эту категорию входят поселки с плотной застройкой, города со средней плотностью населения, а также пригородные или пригородно-пригородные районы. Сельские, малонаселенные районы (rural areas): в эту категорию входят деревни, рассредоточенные сельские районы и очень рассредоточенные сельские районы, с плотностью менее 300 жителей на км2, или с большей плотностью, не входящие в состав города, поселки или районы с низкой плотностью населения.

[3] World Urbanization Prospects 2025: Summary of Results / Department of Economic and Social Affairs. United Nations. P. 83. [Электронный ресурс]. URL: https://population.un.org/wup/publications (дата обращения 19.12.2020)

[4] Population by Degree of Urbanization at Mid-Year by Region, Subregion, Country and Area, 1950-2050 (thousands) / Department of Economic and Social Affairs. United Nations. [Электронный ресурс]. URL: https://population.un.org/wup/downloads (дата обращения 19.12.2020)

[5] Об инвестициях в основной капитал в Республике Казахстан (январь-декабрь 2024г.) // Бюро национальной статистики. [Электронный ресурс]. URL: https://stat.gov.kz/ru/industries/business-statistics/stat-invest/publications/290137/ (дата обращения 19.12.2020)

[6] Прямые инвестиции по направлению вложения Национальный банк Казахстана [Электронный ресурс]. URL: https://www.nationalbank.kz/ru/news/pryamye-investicii-po-napravleniyu-vlozheniya (дата обращения 19.12.2020)Национальный статистический комитет Кыргызской Республики. [Электронный ресурс]. URL: https://stat.gov.kg/ru/statistics/investicii/ (дата обращения 19.12.2020)

Прямые иностранные инвестиции по странам-партнерам. Национальный банк Таджикистана [Электронный ресурс]. URL: https://nbt.tj/ru/statistics/tavozuni-pardokhti-jt/sarmoyaguzori-oi-mustakimi-khorii/sarmoyaguzorihoi-mustakimi-khoriji-ba-jt-az-r-kishvarho.php (дата обращения 19.12.2020)

[7] International trade in digitally deliverable services, value, shares and growth, annual (analytical). Last updated 26 Sept. 2025. [Электронный ресурс]. URL: https://unctadstat.unctad.org/datacentre/dataviewer/US.DigitallyDeliverableServices (дата обращения 19.12.2020)

[8] Frontier technology readiness index, annual (analytical). Last updated 18 Jul. 2025 [Электронный ресурс]. URL: https://unctadstat.unctad.org/datacentre/dataviewer/US.FTRI (дата обращения 19.12.2020)